Андрей Васильев - Файролл. Черные флаги Архипелага

 
 
 

АНДРЕЙ ВАСИЛЬЕВ

ФАЙРОЛЛ. ЧЕРНЫЕ ФЛАГИ АРХИПЕЛАГА

ГЛАВА 1,
в которой отряд уходит в лес

Я еще раз посмотрел на экран, закрыл браузер и пошел из этого раритетного полуподвала восвояси. Поскольку мне было предельно ясно, что сейчас весь этот выдуманный мною бред рациональной оценке не подлежит, я решил сделать то, что хоть как-то укладывалось в логическую схему и чего мне хотелось в данный момент. Если говорить совсем уж конкретно — мной было принято решение пойти и купить кефира. Ну вот захотелось мне его выпить, видимо, на уровне подсознания сработал какой-то датчик — поговорил о нем и захотел. Да и потом — это я сделать могу, а осознать и принять как реальность то, до чего я умудрился додуматься, — пока нет. К тому же я и сам не уверен, что мои мысли — это не результат профессионального воображения, способного при желании не то что из мухи — из амебы слона сделать. Так что уж лучше подумать о кефире.

Вот ведь что любопытно — с каждым годом сортов кефира становится все больше: кефир такой, кефир сякой, кефир с клубникой, кефир «как раньше». А ведь как раньше-то кефира и нету. Оно, конечно, понятно — раньше и небо было голубее, и трава зеленее, и девушки помоложе, но все равно — не тот стал кефир, совсем не тот. Раньше в нем привкуса химии не было, а вкус правильный, наоборот, был.

Я посетил магазин, получил по ноге палкой от безумной бабки, которая почему-то решила, что я намереваюсь стащить ее кошелек, приобрел пару бутылок заветного кисломолочного продукта, пришел домой и поставил его в холодильник — в последний момент я подумал еще и о том, что кефир — штука коварная, а мне ведь нынче в капсуле неизвестно сколько времени провести придется. А ну как напугаюсь в игре сильно, а кефир-то и сработает?

Ясное дело, что всеми этими мыслями я забивал другие, куда более потаенные думы, что для меня несвойственно: я обычно давлю песца еще до того момента, как он подкрадывается незаметно, я его стараюсь прикончить еще на стадии, когда он виден издалека. Но не в этом случае, ибо, как говорили древние латиняне: «Там, где ты не можешь ничего сделать, там ты не должен ничего хотеть». Изменить, я, конечно, попробовать мог, но не факт, что это улучшило бы мое положение, и это при удачном исходе. Так что лучше гнать мысли прочь, и пусть оно будет как будет. По крайней мере, я сейчас в фаворе, а это уже немало, при резких же телодвижениях, и если я еще и прав, то… Ну на фиг!

Забавная штука — чего только человек не делает, чтобы избавиться от лишних и неприятных мыслей о проблеме, изначально, как правило, небольшого размера. Он выдумывает себе какие-то дела, искусственно бодрится и сам с собой шутит шутки, читает книги, поскольку при чтении интересной книги мысли отходят на второй план, — в общем, усиленно изображает страуса, наивно полагая, что раз проблемка малюсенькая, то авось она сама рассосется. При этом проблема никуда не девается, и, поскольку она не в курсе, что ее судьба — саморассасывание, проблема начинает разбухать, как китайская лапша в кипятке, и когда человек наконец дозревает до того, чтобы попытаться решить, как он думает, «малю-у-усенький вопрос», то получает полноценное и качественное бедствие, разворачивающееся по всем законам драматургии.

Когда градус накаливания страстей в моей голове достиг пограничного уровня и она уже была готова взорваться, я к своему великому облегчению понял, что настало время идти встречать народ, с которым я отправлюсь ведьму ловить, и полез в капсулу.

Центральная площадь Агбердина была заполнена игроками. Нет, не то чтобы игроков было много, просто площадь была сама по себе невелика. Несколько местных забулдыг вылезли из трактира и с недоверием смотрели на воинов «Диких сердец», местные девушки с интересом глазели на них же, даже бейрон Фергус вышел из своего дома и стоял на крыльце на пару с Рэналфом, так же поглядывая на происходящее на площади.

Неподалеку от трактира, около одного из домов, я увидел десяток воинов во главе с Линдс-Лохэном, расположившихся в теньке, причем Гэлинг в этот момент заметил меня и, встав, что-то негромко сказал своим бойцам. Те тоже поднялись на ноги и уставились на меня. Надо же, у них такой вид, словно они знают, что должны сегодня умереть. Несколько лет назад меня каким-то лихим ветром занесло в одну южную республику, где время от времени народ с энтузиазмом принимался убивать друг друга, вот там я видел подобные лица. Люди вроде как еще живы и еще с нами, но одной ногой мысленно уже там, откуда обратной дороги нет. Жуть прямо, брр… Да и поездка та была не из приятных, сам я оттуда ноги унес, причем с большим трудом. До сих пор не понимаю, как мне так повезло — одному из шести. Остальные пятеро корреспондентов из разных газет там и остались, в плен попали, трех вроде потом выкупили, а вот с двумя другими поди знай, что сталось. Может, живы еще, где-нибудь в горах рабскую лямку тянут, а может, давно в какой-нибудь яме сгнили…

— Даже не думай! — Меня схватили за рукав и тряхнули за него. — Я все равно с тобой пойду! Вон сколько народу на эту ведьму собралось!

— Тисса! — простонал я. — Откуда ты здесь?

— Ты дурак? — Нахальная девчонка уставилась на меня огромными эльфийскими глазищами. — Во-первых, я все подслушала, ну, о чем вы у бочки говорили, не думал же ты, что я все это просто так оставлю? Поняла не слишком-то много чего, но потом все, что не поняла, — выяснила. Ведьма — это же прикольно!

— Ну да, конечно, — согласился с ней я. — Злобная бессмертная ведьма с кучей зубасто-клыкастых прихвостней, вешающая море дебафов и живущая в лесу, где полно-полным места для славной и героической гибели, — это очень прикольно. Слушай, я понимаю, что ты за фан душу продашь, но слово тебе даю: не тот это случай. Нет, палки в колеса я тебе вставлять не буду…

— Во-о-от! — Тисса ткнула меня пальцем в грудь. — Я с самого начала говорила, что ты не бука какая-нибудь, а вполне себе продвинутый игрок.

— Я рад, что ты так думала и даже говорила. — Я помахал игроку с ником Рагнар, насколько я помню, именно его Гедрон дал мне в качестве координатора. — А во-вторых, что?

— Что во-вторых? — не поняла Тисса.

— Ты сказала, что, во-первых, ведьма — это прикольно, — кротко объяснил ей я, махая и Линдс-Лохэну. Тот кивнул и пошел ко мне. — А что во-вторых?

— Ну-у-у… — задумалась Тисса. — Я к тебе как-то привыкла, ты хороший, добрый, умный!

— Ми-ми-ми, — скорчил рожу я. — На такие трюки я уже лет пятнадцать не покупаюсь, даже и не думай такой дешевкой меня провести. Еще одна попытка.

Тисса наморщила лоб.

— Да тебе не пофиг ли — пойду я или нет? — наконец выдала она.

— Да абсолютно пофиг, я же тебе сказал, — честно ответил я, отчетливо понимая, что только одно может ее остановить — взвод танков с новейшим вооружением, да и то не факт. Я таких девчонок знаю, у них шило в одном месте, так что шансов избавиться от нее нет вовсе никаких. — Только давай сразу договоримся: ты сама по себе, специально тебя никто не опекает и не прикрывает, если прикончат — тебя никто нигде не ждет, имущество твое не прихватывает, все твои проблемы — это твои проблемы, и претензии потом не принимаются. Опыта тебе тоже никакого не будет, этот квест одиночный и репутационный, не групповой, он только для меня и больше ни для кого.

— Отлично, договорились. — Тисса неожиданно чмокнула меня в щеку и моментально смылась с крыльца, чуть не сбив с ног поднимающегося по лестнице Линдс-Лохэна.

— Твоя женщина? — Гэлинг проводил Тиссу взглядом. — Больно костлява, да вдобавок, судя по ее ушам, она относится к Народу из-под Холмов. Тебе точно нужны дети-полукровки, тем более от девки из этого подлого племени? К слову, я рассказал о тебе Эбигайл, моей сестре, помнишь, я о ней упоминал. Так вот, она будет рада выйти за тебя, если наш поход закончится удачей.

Я закашлялся. Серьезно Гэлинг к делу подошел, с чувством, толком и расстановкой. Что-то в последнее время вокруг меня прямо-таки хоровод из разнообразных девиц образовался, не к добру это. Там-то хоть реальные, в жизни существуют, а здесь вообще цифровые.

— Ну, сначала дело давай сделаем, — веско сказал ему я. — О женщинах следует думать после боя, а не до него.

Гэлинг одобрительно заулыбался.

— В тебе точно нет нашей крови? — спросил он. — По замашкам ты гэльт, хоть и странновато одет.

— Все воины чем-то похожи, — глубокомысленно отметил я. — Потому что война, как ни крути, — это ремесло.

Гэлинг кивнул на подкрепление из «Диких сердец».

— Как тебе удалось договориться с этими бойцами? Я так понимаю, они идут с нами? Это же невероятно дорого — завербовать столько наемников, да еще и на поход, который не принесет ни славы, ни добычи.

— Не дороже денег. Тем более это вовсе не наемники, — ответил я ему. — Просто я знаком с главой их клана, то-се… Не бери в голову.

Гэлинг с удовольствием смотрел на «Диких» — они, по его разумению, давали нам неплохой шанс на то, что ведьма нынче умрет, а мы, может быть, и нет.

Тем временем на крыльцо поднялся Рагнар, игрок сто второго уровня, что само по себе было достойно уважения. Он коротко глянул на Гэлинга, кивнул ему и протянул мне руку для пожатия.

— Рагнар. Стало быть, это тебе мы должны помочь?

— Хейген. — Я тряхнул его ладонь. — Мне. Задача простая (условно, конечно): дойти, найти и убить одну крайне неприятную старушку.

— Делов-то. — Рагнар хмыкнул. — Если надо — дойдем и убьем. И еще один вопрос — кто будет рейдом рулить?

— Координатором будешь ты — это твои люди, ты отвечаешь за них, это дело тебе знакомо, ну и потом, Гедрон мне говорил, что тебя учил большой мастер этого дела. В конце концов, не мое это, я и за себя-то не всегда отвечаю.

— Да? — Рагнар внимательно на меня посмотрел. — Гедрон сказал мне, что ты знающий игрок, и я так понял, что старшим будешь ты…

— Старик, — положил я ему руку на плечо. — Я просто игрок, который привык обделывать свои дела в одиночку, ну или совсем малой группой. Что же до глобальных рейдов — это совершенно не из моей сказки. Ты же, в свою очередь, знаешь, как это делать, тебя этому учили, причем учили настоящие профи — клан ваш этим всегда славился. Так чего дурака валять?

Я видел, что Рагнара очень устроило то, что я сказал, и дело было не в том, кто тут главный. Это действительно его люди, и ему явно пришлось бы не по душе, если бы ими стал командовать человек, который даже не является их сокланом. Интересно, а какими словами его на самом деле напутствовал Старый, что он ему поручил?

— Мои воины тоже в твоем распоряжении, мастер Рагнар, — влез в разговор Линдс-Лохэн. — Если тан Хейген считает, что ты достоин вести нас в бой, не след мне спорить с ним.

— Сколько у тебя человек? — как-то очень по-свойски задал ему вопрос Рагнар.

— Мало, очень мало. Всего десять. Со мной, значит, одиннадцать. — Гэлинг пожал плечами. — Народ очень боится старуху с поляны Файф. Многие хотели бы пойти с нами, но страх — это такая липкая вещь…

— Да ладно, управимся. — Рагнар потянулся. — Я все про эту ведьму почитал, что найти смог, судя по всему, не так опасна она сама, как дорога к ней. Если до ее избушки доберемся, то там ее попросту затопчем, дело несложное.

— У меня одна просьба, Рагнар. — Линдс-Лохэн встал напротив «Дикого». — Сначала с ней будем драться мы, гэльты, это наш долг. Ну, это если мы, конечно, до поляны доберемся.

— Доберетесь. — Рагнар понимающе кивнул. — Куда вы денетесь. А что до мести — я тебя услышал, это дело святое.

Гэлинг улыбнулся, слова Рагнара ему явно понравились — любят гэльты красивые речи, как из саг, есть за ними такой грешок.

— Да, вот еще что… — Рагнар немного помялся. — Там Гедрон обещал тебе хилеров дать…

— Обещал. — Я уже понял, что, видимо, их-то как раз у меня не будет. Досадное обстоятельство.

— Нет хилеров, — развел руками Рагнар. — Ну вот не сложилось, извини, на работе все хилеры, день-то будний. Магов я вместо них привел, и тоже троих. Хорошие маги, что надо.

— Маги — это да, — протянул я. — Но хилеры — это лучше, удобнее и практичнее.

— Ну, будем воевать с тем, что есть, — сказал как отрезал координатор нашей будущей, надеюсь, победы.

— Согласен, — кивнул я. — Выбора все одно нет.

— А ты ведь был в «Буревестниках»? — неожиданно спросил у меня Рагнар. — Я ничего не путаю?

— Был, — не стал отрицать я. — До недавнего времени. И сразу, чтобы не было между нами недомолвок, поскольку нам еще вместе мечами звенеть, — и с Седой Ведьмой я в дружбе. Причем не в союзничестве, а именно в дружбе.

Рагнар улыбнулся, хорошо так улыбнулся, без задней мысли, видимо, он про это знал и был доволен тем, что я не стал ему врать.

— Ну ладно, пойду своим скажу, чтобы потихоньку к выходу готовились. Кто портал открывать будет?

— Вот он нас туда отправит. — Я указал на Гэлинга. — Сама поляна у него в памяти не сохранилась, но с окрестностями, думаю, проблем не будет. Гэлинг, к лесу нас переправишь?

Линдс-Лохэн помялся (ну вот не любил парень магию), но в конце концов кивнул головой.

— Тогда все. Пятиминутная готовность — и выдвигаемся, — командным голосом сказал Рагнар.

— Ты мне рейд не забудь кинуть, — попросил я его. — Твои-то небось все уже подписаны на это дело?

Рагнар ухмыльнулся, подмигнул мне и отправился к своим воинам.

 

«Рагнар предлагает вам присоединиться к рейдовому походу «На поляну к бабушке». Принять?»

 

С площади послышались команды, бряцанье подтягиваемой амуниции, топот ног.

— Хейген, скажи вон тому, мордатому, что я с вами, — завопила откуда-то с площади Тисса. — Он меня выгнать хочет!

Я было хотел сделать вид, что не слышу ее, но тут вмешался Гэлинг:

— Рагнар, эта девка и впрямь таскается за таном, я подтверждаю это. Я так думаю, что следует ее взять с собой, ведь коли тан погибнет в схватке, то будет правильно, если она проводит его в последний путь. Вместе с его телом сожжем и ее на погребальном костре.

Бедняга Гэлинг так и не понял, почему его правильные слова вызвали такой хохот у бойцов «Диких» и отчего так завопила Тисса:

— Чего? Вы, я смотрю, совсем очумели! Не хочу я почетного сожжения, я этого Хейгена и знаю-то всего ничего. И не таскаюсь я за ним вовсе!

Портал перенес нас к опушке довольно-таки мрачного леса.

— Брр… — Тисса, которая стояла рядом со мной, сморщилась. — Какое неприветливое место. И еще у меня есть очень неприятное ощущение, что на нас кто-то смотрит.

— Никого не видно, — отметил Рагнар, подошедший ко мне и услышавший слова непоседливой девчонки. — В просветах между деревьями особо не спрячешься.

— Я магичка, — задрала нос Тисса и злобно посмотрела на Рагнара, которого она, похоже, невзлюбила с первого взгляда. — Я такие вещи ощущаю нутром.

— Магичка… — Линдс-Лохэн печально взглянул на Тиссу. — Такая славная, хоть и костлявая девица — и магичка? Зачем?

— Магия — сила. — Тисса зафырчала как еж. Еще бы! Один гоняет как Сидорову козу, другой костлявой назвал. — Она, одноглазый, разная бывает, магия-то.

— Всякая магия — зло, — уверенно сказал Гэлинг, совершенно, похоже, не обиженный ее словами. А может, парень просто не воспринимает женские речи всерьез. — Любая магия — зло. Бросай ты это дело, недоброе оно.

Тисса замолчала, уставившись на опушку леса, от которой просто веяло неприятием людей. Знаете, бывают такие места в основном в лесу, где становится не по себе, причем это «не по себе» очень быстро перерастает в «а ну ходу отседова, не то беда случится». Что это за места, откуда они взялись, почему там такие ощущения — непонятно. Но человек с минимальнейшим чувством самосохранения очень быстро их покидает, при этом зачастую ощущая чей-то очень пристальный взгляд, буравящий его спину. И не факт, что это взгляд человека…

Вот и тут было нечто подобное.

— Там кто-то есть, — уверенно сказала Тисса. — Там точно кто-то есть!

— Она права. — Гэлинг глубоко вздохнул. — Это опушка призраков, их вотчина, они смотрят на нас и ждут, когда мы войдем в лес. Пока мы этого не сделаем, они не станут нас трогать, но как только мы ступим под сень деревьев — они тут же атакуют.

— А что за призраки? — поинтересовался Рагнар. — На форуме ничего о них не было. Ну, хотя бы так, в общих чертах?

— Это души тех, кого извела бабка Гоуд. — Линдс-Лохэн снова вздохнул. — Когда она убивает очередную жертву, душа убитого попадает к ней в рабство и отправляется сторожить вход в Каллидонский лес.

— Вообще, призраки — это паршиво, — признал Рагнар. — Перемешаются как хотят, убивать тяжело, опять же скиллы на кровь не проходят — нежить ведь, какая там кровь.

— Огнем их надо, — влезла в разговор Тисса. — Огонь против призрака — первое дело!

— А то я не знаю! — иронично подметил Рагнар. — Спасибо, благодетельница, что просветила меня, дикого. Хлаг, пойди сюда.

— Вообще ничего больше говорить не буду, — буркнула девушка и, оттопырив нижнюю губу, отвернулась от нас.

К нам подошел маг, носящий имя Хлаг. Серьезный такой маг, восьмидесятого уровня, в белом балахоне и в забавном колпаке…

— В этом лесу призраков, как блох на Барбоске, — без предисловий сказал он нам. — Я их вижу. Не отчетливо, правда, но вижу. Если с этого начинается, то что же там дальше будет?

— Предложения есть? — лаконично поинтересовался Рагнар.

— Могу наложить на полтора десятка клинков «Солнечный свет». — Хлаг почесал затылок. — Не слишком много, конечно, но больше не выйдет — у заклинания откат полчаса, а время действия — пять минут.

— Недолго. — Рагнар шмыгнул носом. — Чего так мало-то?

— Так полтора десятка клинков как-никак, — сварливо сказал маг. — Был бы один — действовало бы дольше.

— Нам главное — пройти до тропы, — вклинился в разговор Гэлинг. — Это с полкилометра пути, не больше. Если мы на нее выйдем, призраки потеряют над нами власть, их владения — эта опушка.

— О как. — Рагнар оживился. — Полтора десятка клинков, да вы, маги, может, чем пособите.

— Не «вы», а я. — Хлаг протер рукавом желтый камень, венчавший его резной посох. — Ты забыл, что ли? Тригг — воздушник, Сакс — вообще по водным делам. Чего его с собой взяли, черта ли ему в лесу делать?

— А что, водный маг совсем бесполезен, что ли? — удивился я.

— В принципе «водник» — очень даже полезная специализация для мага, но больно уж узконаправленная. — Хлаг махнул рукой. — Его качали в первую очередь для плавания на Равенхольм, специально. А теперь, после разгрома, клан не тот, Равенхольм соответственно навернулся, а он остался, вот и мучается, бедолага. Кабы тут река была, так он бы «Водных коней» замутил, волну поднял, да мало ли чего. Но лес вообще не его стихия: если нет воды, то и от него нет особой пользы. Конечно, кое-какие активные заклинания у него в запасе имеются, например «Стена дождя», вот только ей он нам больше навредит, чем поможет, это для одиночной драки хорошо, но для рейда вроде этого, да еще против призраков…

Супер. Вместо трех хилеров я получил полтора мага — подозреваю, что воздушник — тоже тот еще боец…

— Ну что, будем клинки зачаровывать? — деловито спросил Хлаг. — Время идет.

— Конечно. — Рагнар нас почти не слушал, он думал о чем-то своем. — Так, народ, подходим сюда.

Нас обступили воины, и Рагнар начал отдавать команды:

— Все, что нам надо сделать, — это дойти до тропы, до нее — полкилометра по лесу. Идем ромбом, по краю — судя по всему, там редколесье. Стараемся особо в чашу не лезть, чтобы не рвать строй. Внешний ряд — мечники, через одного с накастованными мечами, в центре — ханты. Надеюсь, у всех есть огненные стрелы? Хорошо. Пускаете в ход, если кого-то будут на тот свет отправлять, понапрасну не тратьте. Ну и наши друзья из Пограничья тоже идут внутри, что ж теперь.

— Почему?.. — возмутился было Гэлинг, но Рагнар его оборвал, не дослушав:

— Потому что месть — это святое, и она должна свершиться, а здесь вас всех просто порвут на куски, в отличие от моих орлов, и не будет от этого никому никакой пользы. И вот что — это не обидно, вы воины и всегда воевали против воинов, а мои парни и с такими тварями дело имели. Так, всем все ясно? Идем быстро, но осторожно, прикрываем друг друга, не рвем ряд. Если кто-то выбыл — подбираем вещи и смыкаем строй.

Маг взялся за дело, раскладывая мечи на земле, а я тихонько полюбопытствовал у Рагнара:

— Слушай, а почему ты гэльтов в бой не бросил? На мой взгляд, это было бы целесообразнее.

— Не скажи. — Рагнар достал меч, отдал его одному из бойцов, кивнул на мага и рявкнул: — Так, все, строимся. Время действия заклинания — пять минут. Как только Хлаг закончит, сразу идем в лес.

— И все же? — Мне было очень интересно, что он ответит.

— Гэльты эти тем призракам, я так думаю, на один зуб, так, смазка для когтей, передохнут эти молодцы за минуту. Ни нам пользы, ни им толку. А я через их спасение могу репутации с Пограничьем как ложкой зачерпнуть. Пусть будет, это всяко лучше, чем просто слить десяток воинов. Опять же если даже их всех ведьма положит, нам чуть-чуть, но будет легче, какие-то дебафы они на себя заберут. Смекаешь?

Да, хорошая смена у Гедрона растет, толковая. Может, и вправду к ним податься? С таким подходом они былое положение скоро вернут.

— Так, народ, все видят этого человека? — Рагнар показал на меня. — Это друг нашего клана, и личное пожелание нашего лидера звучит так: «Мне бы хотелось, чтобы он достиг цели, и желательно — живым».

— Я его вроде среди «Буревестников» видел, — пробурчал кто-то из толпы.

— А я его видел, когда мы паука валили в песках, — жестко оборвал слова неизвестного мне оратора Рагнар. — А тебя я там не помню.

— Да ясно все, — сказал воин с ником Слауг. — Интересы клана есть интересы клана. Доведем его, куда надо, не волнуйся.

— Хлаг, — скомандовал Рагнар, и маг рявкнул заклинание, взмахнув посохом над мечами.

Те налились темно-красным пламенем, на секунду засияв, как несколько вечерних солнц, и потухли, только режущие кромки клинков остались багровыми.

— Все, мечи в руки — и вперед. — Рагнар подхватил свой клинок и занял место на острие ромба. — И вот еще — кто там поляжет, обратно не идет, ждет на точке сохранения. За веши не беспокойтесь — подберем, там не оставим.

И мы двинулись к опушке Каллидонского леса.

ГЛАВА 2,
повествующая о лесных страстях-мордастях

В лесу было темно, и темнота эта вовсе не походила на мягкий сумрак любого нормального лесного массива — рассеянный свет из-под листвы, мягкая тень, блики солнечных пятен. Нет, здесь было конкретно темно, как ночью — солнечный свет закончился сразу, как только я ступил под сень деревьев.

— Проклятая магия! — ругнулся рядом Гэлинг.

— Ну, в общем, перебор, конечно, — согласилась с ним Тисса, сопящая мне в затылок.

— Слева! — раздался крик, и в унисон ему немедленно прозвучал еще один: — Справа!

— Отовсюду, — спокойно подытожил Рагнар. — Не останавливаемся, идем!

И впрямь — призраки кинулись на отряд, как собаки на кошку. Молча, без всяких там картинных завываний, они десятками появлялись из-за деревьев и, выставив полупрозрачные руки вперед, мчались на нас. Выглядели они при этом преотвратно, видимо, их облик отражал последние мгновения бренной жизни бедолаг. Судя по всему, бабка Гоуд очень сильно не любила людей — об этом говорили вывернутые суставы, вырванные челюсти, отрезанные гениталии. Пожалуй, чертову старушку надо бы как следует попытать перед смертью, для порядка и отмщения.

— Как бы сверху не прыгнули! — испуганно пискнула Тисса. — Страшно-то как!

— Тебя предупреждали, — сказал я, не оборачиваясь. — Чего с нами поперлась?

Над ухом у меня свистнула стрела и сшибла призрака, проскользнувшего в брешь, которая образовалась во время обхода группой особо крупного дерева.

В принципе ромбообразный строй оправдывал себя, что меня крайне удивило — я изначально с недоверием отнесся к идее идти в виде вообще какого-либо построения через лес, пусть даже и не слишком густой, полагая, что деревья просто-напросто не дадут нам этого сделать. Но, судя по всему, у «Диких» были какие-то собственные наработки в данной области, и по этой причине нам удавалось, не теряя темпа, двигаться таким образом по лесу, и даже вполне эффективно — простые мечи отправляли призраков в вечность не слишком успешно, но вот клинки, заряженные магом, разили белесую нежить выше всяких похвал, оставляя в полупрозрачных телах тлеюще-дымящиеся прорехи и снимая с каждым ударом по половине шкалы здоровья. Увы, время от времени строю приходилось на секунду размыкаться, чтобы обойти то или иное очередное дерево (это же лес, хоть, конечно, и не дремучий), и это было огромным минусом. А когда на пути группы возникал какой-нибудь могучий дуб или вяз, становилось совсем скверно. Ряды размыкались, образуя пусть и не огромную, но все же брешь, в которую то и дело норовили проскользнуть особо шустрые призраки.

— Да, елки-палки, так никаких боеприпасов не хватит! — ругнулся один из лучников, отправляя стрелу, наконечник которой мерцал огненно-красным угольком, в голову очередного неуспокоенного духа. — Прах их забери!

И практически сразу истошно заорал кто-то из мечников — несколько призраков буквально вцепились в него, разрывая на части. Когда привидения, затем схлопотавшие по паре стрел в голову, стали сгустками дыма, на земле лежал лишь кокон с вещами, который подобрал кто-то из бойцов.

— Ускоряемся! — У Рагнара в голосе появилась обеспокоенность, и я понял, из-за чего — призраки перестали нападать поодиночке, они явно меняли тактику, не собираясь выпускать нас живыми со своей опушки.

 

«Вами открыто деяние «Свет разгоняет тень» 2-го уровня. Для его получения вам необходимо уничтожить еще 99 призраков. Награды: пассивное умение «Видеть незримое» 2-го уровня2 % к возможности увидеть скрытое от взоратайную дверь или тайник; 1 % к шансу найти в тайнике редкий предмет. Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния».

 

Пока я проглядывал по диагонали сообщение о деянии, которое открыл вообще невесть когда, нас стало на две единицы меньше — разорвали еще одного мечника, а после и стрелка, поскольку сразу трое духов проникли внутрь, а бедолага стоял у них прямо на пути.

— Ведьмины твари! — блеснул палаш Гэлинга, и один из духов, раскрыв изуродованный рот, превратился в дымок.

— Ой, мамочки! — И с пальцев Тиссы срываются пять ярко-красных искр, прожигающих белесую сущность другого духа.

Кто завалил третьего, я не знаю, но это происшествие чуть не сбило мерную поступь воинов, что, в свою очередь, могло привести к разрыву всего боевого построения.

— Тан Рагнар! — Гэлинг завертел головой. — Берите чуть правее, вон там, за кустарником, уже тропа начинается!

— Берем правее! — гулко рявкнул Рагнар.

— Сзади, смотрите сзади, сколько же их! — завопила Тисса, повторяя трюк с искрами и испепеляя неупокоенного духа, который уже наладился вцепиться в шею одного из воинов в тот момент, когда он отмахивался еще от двух призраков, насевших на него.

Похоже, неупокоенная рать поняла, что мы от них почти ускользнули, поэтому решила взять с нас хоть какую-то компенсацию за то, что мы их побеспокоили, и нанести удар в одном месте. Черт, стратегически мыслящая нежить — это, конечно, очень страшно. Ей положено быть агрессивной, жадной, голодной, но, что самое главное, тупой. А когда она начинает демонстрировать познания в военных науках, это наводит на мысль о том, что жить конкретно в этом мире становится все сложнее. Будем надеяться, что только тутошняя нечисть на досуге, в перерывах между охотой на заблудших в лес случайных путников и их последующим пожиранием, вдумчиво изучает какие-нибудь «Записки о галльской войне» или «Науку побеждать». Потому как если такие книги все представители нечисти и нежити начнут читать, то жизнь у людей, гномов и эльфов пойдет новая, веселая. И спорный вопрос, чьи виды первыми окажутся на грани вымирания.

— Быстрее, быстрее! — Рагнар понял, что происходит, абсолютно верно оценил ситуацию, и отряд с треском и грохотом влетел в заросли очень густого и очень колючего кустарника.

Группа буквально выскочила на очень широкую земляную тропу, воины пропустили за свои спины нас, тех, кто был внутри ромба, и ощерились клинками, таращась на заросли.

Позади никого не было, только сиротливо белел кокон одного из «Диких», который не добежал до тропы всего ничего. И пустота за кустами — ни звука, ни движения.

— Они там? — спросил я у Тиссы, которая, плюнув на условности, плюхнулась прямо на дорогу и вытянула ноги.

— Там, там. — Девушка помассировала виски. — Вам, простым игрокам, хорошо, вы их голосов не слышите, а у меня чуть башка не взорвалась от их гомона. Так они завывали, такие нам страсти и способы смерти обещали, я думала, что описаюсь, если честно. Знаешь, я бы вообще из игры вышла, если бы снова не здесь в нее входить.

Я хотел в очередной раз пнуть ее на предмет того, что она сама нашла приключения на свой зад, но не стал — в глазах у девчонки и впрямь гнездился страх. Даже, пожалуй, не страх, а что-то немного другое, смесь пережитого ужаса на пару с легкой оторопью.

— Они точно сюда не полезут? — Рагнар глянул на Линдс-Лохэна — эти двое очень быстро нашли общий язык. Рыбак, знаете ли, рыбака…

— Абсолютно. — Гэлинг убрал палаш в ножны. — Это знают все, кто был здесь. Да и кто тут не был, тоже знает. Старуха Гоуд у нас — личность известная, ею детей с детства путают.

— Врад, Сэмми, Триффид, подберите вещи. — Рагнар отдавал команды сухо и деловито. — Лекс, проведи перекличку и доложи о потерях.

Оказалось, что наш отряд стал меньше на шесть человек — пять мечников и один лучник. Причем, когда погиб один из мечников, не понял никто, по крайней мере, его вещи никем подняты не были.

Трое воинов, страхуя друг друга, рванули к кустам, один подхватил кокон, двое очень ловко отогнали шустрого призрака, дернувшегося к добытчику, и пулей вернулись на тропу.

— Вою теперь будет от Рытка по поводу его вещей, — угрюмо и со знанием дела отметил явно очень матерый воин «Диких» по имени Стаффорд. — Он такой жлоб!

— Может выть сколько угодно, — хладнокровно сообщил ему Рагнар. — Все знали, куда идут, зачем и за что. Плюс Гедрон сказал, что если какая-нибудь фигня случится, то затраты компенсируют из кланхрана.

О как. Серьезно Старый подошел к вопросу, многосторонне. Я это запомню на будущее. Да и вообще «Дикие сердца» мне как-то все симпатичнее и симпатичнее становятся. Можно с ними дело иметь, определенно.

— Ну, что у нас дальше будет? — Рагнар испытующе посмотрел на Линдс-Лохэна.

Тот пожал плечами:

— Мы в Каллидонском лесу, это исконная вотчина старухи. Никто не знает, что нас здесь ждет и что выпадет на нашу долю. Если же говорить о том, куда идти дальше, так нам надо к Горелым Мхам. Лучше бы, конечно, деревню стороной обойти, но не выйдет — в этом лесу все дороги ведут именно туда. Магия, будь она неладна.

— И что там? — Стаффорд явно не читал форум. Я, впрочем, — тоже, но мне хотя бы Гэлинг про этот населенный пункт рассказывал. Правда, что конкретно он говорил, в голове у меня как-то не отложилось, но вряд ли что-то хорошее.

— Никогда не предскажешь, что там. Так говорят те, кто смог побывать в деревне и вернуться обратно. — Гэлинг как-то криво усмехнулся. — Иногда там пусто, только ветер гуляет, а иногда — нет. Лучше бы нам повезло и там оказалось бы пусто.

— Не поверишь, мы хотим того же! — в тон ему хмыкнул и Рагнар и заорал: — Ханты и гэльты идут в центре, бойцы — по краям. Двинулись!

Что примечательно — небо над лесом было черное, безлунное и беззвездное, и это совсем сбило меня с панталыку. Это какой же надо обладать силой и магической мощью, чтобы заставить подчиняться себе силы природы в планетарном масштабе? Хотя тут, наверное, надо по-другому формулировать — зачем надо НПС давать такую силу, чтобы он (а в данном случае — вообще она) мог повелевать светилами и небесной твердью?

Тем временем идущие рядом Линдс-Лохэн и Стаффорд заспорили, каким образом лучше ведьму убивать. Гэлинг выступал за расчленение и последующее сожжение, Стаффорд же, явно руководствуясь советами Гоголя, рекомендовал срубить зловредной старушонке голову и приставить ее к заду, отчего якобы вся ее сила уйдет бесследно. Вписался молодой вождь клана в коллектив бывалых рубак «Диких», ничего не скажешь.

— Слушай, — Тисса пристроилась рядом со мной и обеспокоенно заглянула мне в глаза, — а сколько тут всего таких этапов будет, в квесте твоем? Вот этих, белесых, прошли, теперь деревня, а потом?

— Какой-то бурелом, — с трудом припомнил я. — Что там — понятия не имею. Если очень интересно, то вон у одноглазого спроси.

— Да ну его, — махнула рукой Тисса. — Стремный он и нашего брата мага не любит. Бука, одним словом. Нет, даже не бука, а бабайка.

— А ты с какой целью интересуешься? — Я посмотрел на девчушку. — Любознательность покоя не дает или испугалась до крайности?

— Очень испугалась, — вздохнула Тисса. — Я думала, тут фан будет и все такое, а здесь такая жуть… И темно. А я не люблю, когда темно. И назад не дойдешь теперь никак …

Я опять подавил в себе желание зловредно крикнуть ей: «А я говорил!», — покачал головой, вздохнул и достал из сумки свиток портала, сам не отдавая себе отчета зачем. Наверное, потому что не совсем я еще сволочь, что бы про меня кто ни говорил.

— На, горемыка. Умеешь пользоваться?

Тисса схватила свиток, радостно заулыбалась, но потом, слегка померкнув улыбкой, тихонько сказала:

— Нет у меня лишних полутора тысяч. И неизвестно, когда будут, и будут ли вовсе. Я все в амуницию вкладываю.

— Вали отсюда! — рявкнул я. — И в следующий раз думай, кому и зачем на хвост садишься! Головой думай, а не мягким местом!

— Буду! Правда-правда! — закивала девушка и, прищурившись, спросила: — Но мы же еще встретимся?

— В твоих интересах, чтобы нет, — заверил я ее. — У меня все приключения такие, а то и похуже. А ну, брысь отсюда!

Тисса показала мне язык и исчезла во вспышке портала.

— Молодая ушла? — понимающе спросил Рагнар, повернувшись на отблески. — Это правильно, уровень низкий, умеет пока мало что, так что нечего ей здесь делать.

— Ну да, — ответил ему я, глядя на зашушукавшихся гэльтов. — Да и мне спокойнее, я хоть ее и стращал, что приглядывать за ней не буду, все равно постарался бы прикрыть — ты же знаешь, за кого мы в ответе. А когда смотришь за кем-то, то хуже смотришь за своей спиной и в результате подставляешься.

— Потому и говорю — хорошо. — Рагнар вгляделся в темноту и поднял руку.

Колонна остановилась.

— Гэлинг, — уточнил наш координатор у Линдс-Лохэна, — это она, та самая деревня?

Я позавидовал зрению Рагнара, которое было достойно немалого уважения. Сильно не сразу я разглядел развалины довольно крупной, судя по всему, деревни, угрюмо темнеющие на холме и вызвавшие у меня ассоциацию с другими такими же руинами, которые я до сих пор старался по возможности забыть.

Линдс-Лохэн молча кивнул, заиграв желваками, видно, все-таки он тут бывал.

— Гэлинг, не темни, что тут с тобой произошло? — Я подошел к нему вплотную. — Чего нам ждать?

— Я еще раз говорю тебе, тан: я не знаю, что будет здесь сегодня. В тот раз оборотни вырезали наших воинов и отволокли меня и моего старика к бабке Гоуд. Что случилось потом, тебе известно.

— Оборотни — это плохо. — Рагнар потер подбородок. — Хотя оборотень оборотню рознь…

— Эти прекрасно гибнут от стали, — заверил я его. — Сталкивался я с ними на Севере. Да, быстрые и сильные, но вполне замечательно дохнут от стрел и мечей.

Гэлинг отдал несколько команд на незнакомом мне языке, видать, каком-то местном диалекте, и трое его воинов довольно быстро двинулись в сторону деревни.

— Не понял? — нахмурился Рагнар. — Это они куда и зачем? И еще — почему?

— В деревню, на разведку. — Линдс-Лохэн открыто глянул на Рагнара. — Твои люди уже довели нас до этого места, мы не можем все время прятаться за вашими спинами.

— Пусть их, — неожиданно поддержал его Стаффорд. — Уважай их самолюбие, парень, они же воины.

— Но все равно, Гэлинг. — Рагнар ткнул гэльта пальцем в грудь. — Давай так — походом командую я, и ты с этим уже согласился, вон Хейген свидетель. Поэтому я буду решать, когда, кому и куда идти, а не ты. Договорились?

Гэлинг с достоинством кивнул и даже немного наклонил голову, признавая свою вину.

Тем временем его люди добрались до верхушки холма, на котором стояли наводящие на меня тоску и уныние развалины, и двое из них скрылись за какими-то темными обрубками, возможно, остатками частокола. Через несколько минут они снова появились на холме и замахали нам руками.

— Вроде как тихо. — Стаффорд потер переносицу. — Машут вон.

— А что, у нас есть выбор? — Рагнар иронично глянул на него. — И не махали бы, все одно туда бы пошли, другой-то дороги нет!

Тем же порядком, как и по тропе, отряд бодро затопал на холм. Бойцы внимательно смотрели по сторонам, отслеживая, не обозначится ли какое движение, руки воинов крепко сжимали рукояти мечей — мы были готовы в любой момент сталью ответить тому, кто пожелает включить нас в свое меню для обеда. Ибо — фиг вам всем, мы не закуска и не горячее. И уж тем более не компот.

Я, если честно, с великой неохотой вошел в деревню — она была один в один как памятный мне Снэйквилль. Те же темные проемы окон, тот же ветер, гоняющий пыль. Луны вот только не хватало для полного сходства, она скрылась за облаками.

Мы остановились на центральной площади деревни, судя по колодцу, это была именно она. Гэльты немного удивленно оглядывались по сторонам, казалось, что они были немного обмануты в своих ожиданиях.

— Никого. — Гэлинг нахмурился. — Если честно, это пугает и печалит меня больше, чем если бы мы уже вступили в бой.

— Нет никого — и ладно. — Стаффорд брякнул доспехом. — Не накаркай.

— Бабка точно знает, что мы идем по ее душу. — Линдс-Лохэн сказал это так уверенно, что я ему сразу поверил. — Я видел двух улетающих прочь воронов, когда мы вышли на тропу, а все знают, что это ее глаза и уши. Если здесь никого нет, неизвестно, что она придумает потом. Да и перебить ее свиту было бы лучше здесь, без нее, чем там, на поляне, драться и с ней и с ее прислужниками.

— Нормальная стратегия. — Рагнар подошел к нам. — Я бы поступил так же, сберегая силы. Куда идем дальше?

— Дальше спустимся с холма и минут через двадцать подойдем к старой части леса, ее еще называют буреломом, я был там когда-то, но совсем ничего не помню. Живых врагов там нет, и неживых — тоже, но в этом месте очень просто потеряться. Даже скажем так: это место сделает все, чтобы мы разошлись в разные стороны и так там и остались, умирая от голода и жажды. Поэтому нам надо будет взять веревку и идти, держась за нее. А поведет нас вот он, Дуглас. Эй, Мак-Лаффлин, иди сюда!

К нам подошел один из гэльтов, невысокий и огненно-рыжий.

— У Дугласа дар, он никогда не теряется в лесу и всегда находит нужную дорогу, это у них семейное. Он пойдет впереди, а мы, держась за веревку, за ним.

— Отличный план. — Рагнар поджал губы. — Вот только где бы нам веревку взять? У тебя случайно нет с собой веревки, чтобы нам всем хватило?

— Есть. — Линдс-Лохэн вроде даже и не заметил саркастической реплики координатора. — Я когда ваше воинство увидел, сразу у дядюшки Рэналфа ее попросил.

— Все, прости, приятель. — Рагнар сменил тон и положил руку на плечо Гэлинга. — Прости, не подумав, брякнул.

Гэлинг дернул бровью, как бы говоря: «Да ладно, с кем не бывает».

— Так, выходим из деревни, порядок следования тот же. Врад, Грум, ко мне. — Рагнар явно был в своей стихии.

К нему подбежали двое воинов.

— Парни, бережем вот этого, рыжего, как законную молодую супругу от соседа — не отходим ни на шаг, и чтобы даже косо никто на него не смотрел. Это наш пропуск к финишной прямой, — распорядился командир. — Если его, не дай бог, ухайдакают, то путешествие может затянуться, причем значительно.

Бойцы кивнули и, прихватив Дугласа, отправились к основной группе.

— Ну все, чего ждать, двинулись, — подогнал нас Рагнар и побежал вперед, к своему обычному месту во главе отряда.

Когда мы вышли за околицу и первые воины уже даже начали спускаться с крутого склона холма, тишину оборвал старческий голос, медленно и с трудом проговоривший:

— Люди. И снова сюда пришли люди. Зачем вам это нужно? Это место мертво, и оно существует для мертвых, но никак не для живых.

Звякнув доспехами, несколько бойцов немедленно обернулись, выставив перед собой клинки. Некоторые непонимающе переглядывались — они постоянно смотрели назад, чтобы нам не ударили в спину, и никакого старика при этом не видели. Однако же вот, сидит какой-то старый хрыч и буркалами своими из-под клочковатых бровей зыркает!

В тени (ну, насколько это слово подходит для места, где и так была порядочная темнота) дома на вросшей в землю лавочке сидел древний, как кости мамонта, дед в черном балахоне и с длинной седой бородой. Его глаза посверкивали даже в темноте, и казалось, что этот взгляд как рентген насквозь просвечивает каждого. Интересно, как же этого старикана никто не заметил?

— Я не буду предлагать вам уйти восвояси — уже слишком поздно. Вы сделали свой выбор, войдя в этот лес, но если вы сложите оружие, то хозяйка подарит вам легкую смерть. А может, и нет, не стану врать.

За моей спиной чуть слышно скрипнули луки — ханты наложили стрелы на тетивы. Мимо нас прошел Рагнар и встал рядом с воинами, которые не только не опустили мечи, но еще и подняли к подбородкам щиты.

— Зачем нас пугать, старик? — миролюбиво спросил наш лидер у бородатого деда. — Пока не пролилась кровь, еще можно разойтись миром.

— Как не пролилась? — нарочито удивился старик. — А это что?

Оплошали все, чего уж там. По идее все должны были среагировать, и все даже среагировали, но с замедлением — убаюкал нас медленный голос и по-старчески скованные движения хрычучуна. Впрочем, какого там хрычучуна!

В воздухе распласталась черная молния, которая ударила прямиком в грудь Рагнару, с треском и звоном без малейших усилий вспарывая его панцирь, как консервную банку. Уже через секунду загнутые длиннющие когти погрузились в его грудь.

В бока огромной пантере более чем приличного уровня, вообще непонятно что делающей в этих холодных краях, вошли одновременно пять клинков, скрежеща по ребрам и выпуская склизкие кишки из распоротого живота. Чуть позже к первым напавшим воинам присоединилось еще несколько, и их мечи усердно выбили из твари жизнь, но вот только Рагнару это помочь уже не могло. Несколько ударов когтями огромной лапы в грудь, причем один из них пробил тело «Дикого» насквозь, и один удар в голову отправили нашего координатора на перерождение.

— Н-да, учить его еще и учить… — печально сказал Стаффорд и крикнул отряду, который напоминал ежа, поскольку воины встали в круг, выставив клинки перед собой. — Да расслабьтесь, если бы они хотели напасть, так уже напали бы. Даже если здесь кто и есть еще, то теперь они этого делать точно не станут — вы к бою готовы. Да и затевалось это не для того.

— А для чего? — ошарашенно спросил я.

— Лидера убить. — Стаффорд неожиданно смешливо мне подмигнул. — Им нужен был тот, кто все это затеял, вот только обознатушки вышли. Тварь приняла за главного Рагнара, хотя, по факту, ей нужен был ты.

— Если даже и так, то все равно паршивые у нас дела, — мрачно сказал я. — Кто будет рейдом рулить, Рагнар-то тю-тю? Точнее, вечная ему цифровая память. Он сейчас в Агбердине или даже в вашем клановом замке в подштанниках на солнышке греется. А мы тут без него крутиться должны дальше, и я даже не представляю как.

— Ну, тут есть сразу три варианта. — Стаффорд поднял вещи Рагнара и убрал в свою сумку. — Или это будешь ты как наниматель, или я как ветеран, или вон этот парень-гэльт, он хоть и молодой, но повоевать явно успел.

Линдс-Лохэн, по счастью, отошел в сторону и не слышал моей следующей реплики.

— Лидер рейда — НПС? — Я вытаращил глаза. — Ты спятил?

— Вот, один вариант уже отпал. — Стаффорд одобряюще взглянул на меня. — Видишь, уже какой-то конструктив.

— Все, хорош надо мной глумиться, — хмуро сообщил я воину. — Иди рули. Я на себя этот груз точно не взвалю — я не умею.

— Эх, молодежь… — Стаффорд укоризненно покачал головой. — А ведь это очень полезное качество — отвечать не только за себя, но и за остальных. Без него сроду лидером не стать.

— Не та ситуация, — оправдательно шмыгнул носом я. — Это моя война, но не моя армия. И потом — я в прошлом из «Буревестников», и вообще… Да и не мое это — лидерство.

— Это все отговорки, — безжалостно сказал мне Стаффорд. — Ты не мне сейчас это говоришь, а себя убеждаешь. Ладно, время — деньги. Пошли помаленьку, чего стоять.

Раздав пару подзатыльников засмотревшимся по сторонам воинам и построив отряд в привычный порядок, Стаффорд, встав почти во главе группы, но все же под прикрытием, стал спускаться с холма. Когда мы почти подошли к лесу, я увидел двух воронов, сидящих на ветке. Как будто поймав мой взгляд, птицы вспорхнули с нее и скрылись за деревьями, лениво махая черными крыльями.

ГЛАВА 3,
в которой у героя в первый раз в жизни
по-настоящему отвисает челюсть

— Это и есть соглядатаи? — спросил я у Гэлинга, проводив взглядом черных птиц.

— Скорее всего, — кивнул гэльт и уточнил: — Других птиц здесь, похоже, и вовсе нет.

И впрямь — и птицы здесь не пели, и змеи в траве не шуршали, цикад — и тех слышно не было, хотя обычно в файролльских лесах всякая мелкая живность так и крутится под ногами, да и не мелкая тоже. Одни те зайцы, которые запинали барашка бедняжки Мэри, чего стоили. А здесь — нет фауны, причем никакой. Антураж, однако! Гиблые и мрачные места, все согласно канонам жанра.

— Ну что, бойцы! — Стаффорд обвел глазами наше воинство, мрачно взирающее на лес. — Полдороги пройдено, а вы все еще живы, значит, день-то задался. Меньше эмоций, больше собранности. Если все пойдет удачно, через час наши дела мы здесь закончим.

Отряд построился в уже привычный боевой порядок и двинулся к лесу, оставляя за спиной столь неприятный населенный пункт, который забрал у нас всего одну жизнь, но это была жизнь нашего координатора. Вообще, на мой взгляд, — редчайший случай: координаторы обычно гибнут последними. Тут, наверное, сказалась его неопытность и проистекающее из нее желание все увидеть и потрогать самому, вот в результате и нарвался на столь экзотическую в здешних краях живность. Нет, видно, не врали мне, когда говорили, что эта ведьма во всех сторонах света промышляет, а пантеру небось старуха приперла откуда-нибудь с Юга, там-то такого добра навалом.

— Туман! — охнул рядом хант, оторвав меня от размышлений. — Впечатляет!

Я поднял глаза и увидел то, о чем говорил лучник. Нет, это был не тот туман, который поутру тонкими нитями свисает с веток деревьев, и даже не тот, который стелется над землей после дождливого дня. Сплошное серо-белое марево, стоящее стеной и разделяющее тропу на два мира — первый, где хоть как-то что-то видно, и второй, в котором вообще не видно ни зги.

— Бурелом. — Линдс-Лохэн тяжело вздохнул. — Почти пришли, значит.

— А почему бурелом? — Я удивленно посмотрел на гэльта. По-моему, здесь никаким буреломом и не пахло. — Скорее — туман. Или даже — туман-туманище. Бурелом — это же когда деревья навалены, ветки сплетены, пни все время под ноги попадаются и плесенью пахнет. А тут просто природное явление, странноватое, но вполне обычное.

— Так там все это есть — и пни и стволы, — ободрил меня Гэлинг. — Это все есть, да и еще туман.

Да, по корягам прыгать, к тому же когда ни шиша не видно, — это удовольствие из разряда очень сильно ниже среднего.

— Ну что, рыжий, — к нам подошел Стаффорд, — давай веди нас. Как твоя фамилия-то? Повтори еще раз. Мак-Лаффлин? Ну, слава богу, не Сусанин, а то, знаешь, проводники — они разные бывают. Заведешь на болото, женись потом на лягушке, чтобы оттуда выйти обратно.

— На вилисе, — на автомате ответил я.

— Чего? — Стаффорд повернулся ко мне. — Как сказал-то?

— В местных болотах брачными делами не лягушки заправляют, а вилисы, — разъяснил я ему. — Неужто не слышал?

— Слышал, как же. — Стаффорд почесал лоб. — Сам, правда, не видел.

— Сходи глянь, — посоветовал я ему. — Только клювом не щелкай, окрутят мигом.

Тем временем воины закрепляли на себе длиннющую веревку — кто пропускал ее под ремень, кто наматывал на руку.

— Не ленимся, на авось не надеемся, — приговаривал Стаффорд, обходя отряд и проверяя, все ли закрепили веревку. — Искать не станем, так и будете тут блукать до второго пришествия.

Мак-Лаффлин оглянулся на нас, чихнул и ступил в туман, мгновенно пропав из виду. Потом за ним шагнул один из «Диких», другой, и так, постепенно, мы все вошли в белесое марево.

Против моих ожиданий, это марево было не влажным, как обычно бывает в настоящей жизни. Скорее по ощущениям оно напоминало сухой лед — вроде и лед, вроде и холодный, но какой-то противоестественный, ненастоящий, и он вовсе не холодит, а скорее обжигает. Вот и тут — никакой сырости в этой хмари не было, воздух был сухой, с привкусом чего-то горького.

— Впереди дерево, — неожиданно глухо раздался голос Гэлинга, идущего передо мной. Жаль, немного опоздал он со своей новостью, я уже об это дерево запнулся, успев, правда, сообщить тому, кто шел за мной:

— Впереди дерево. И я еще, не наступи.

Вскоре подобные сообщения стали постоянными, но я уже наловчился реагировать своевременно. Мы перелезали через стволы, спотыкались о пни, пару раз продирались через кустарники, испытывая на себе все прелести леса в одном флаконе. Да еще и вслепую.

Один раз сердце екнуло — мимо нас прошло нечто здоровое, что именно — черт его знает. Ясно было только, что оно высокое, сопящее и гулко топающее ногами. Может, здесь, в тумане, боевой слон заблудился? Или ведьма какие эксперименты противоестественные проводит, тварей неведомых плодит?

Когда мне уже стало казаться, что рыжий Мак-Лаффлин все-таки заблудился, и потихоньку начали терзать нехорошие предчувствия, в лицо внезапно ударил яркий солнечный свет. Я, заморгав как совенок, вывалился из тумана на огромную поляну, которая создавала невероятный контраст с той мглой, где мы провели последние два часа с того самого момента, когда вошли в Каллидонский лес.

 

«Вы находитесь на поляне Файф, в месте, которое среди населения Пограничья от века считается проклятым…»

 

Ого, а место-то с историей! И даже с деянием!!!

 

«Вами открыто деяние «Проклятые места Файролла» 1-го уровня. Для его получения вам необходимо обнаружить в Фай-ролле еще 9 проклятых мест. Награды: пассивное умение «Праведный огонь» 1-го уровня5 % к возможности нанести нежити повреждение огнем; 2 % к возможности обнаружить ловушку. Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния».

 

— О как, хоть что-то, грац всех! — то и дело раздавалось на поляне — не мне одному досталось деяние. Довольные «Дикие» озирались вокруг, при этом держа оружие наготове и даже приняв боевой порядок. Хорошая все же у них школа, а ведь это восьмидесятые уровни, сильно не элита. И как они умудрились тогда войну проиграть, не понимаю?

— Это поляна Файф. — Гэлинг был необычно бледен, у него резко обозначились скулы. — Вон там, у деревьев, ведьмин дом.

Гэльт показал пальцем на противоположную сторону поляны, где в тени вековых вязов стоял крепкий и добротный двухэтажный дом, более всего напомнивший коттедж одного нашего соседа по дачному родительскому участку. Вокруг строения возвышался частокол.

— Н-да, — почесал я затылок. — А я-то думал: мрачная поляна, полуразрушенная изба в окружении кольев, на которые надеты черепа… После твоего рассказа мне именно что-то подобное рисовалось. А тут — прямо пастораль.

— Королевская кобра — это очень красивая змея, — неожиданно вынырнул откуда-то Стаффорд. — Просто залюбуешься, до чего красива да грациозна. А противоядия нет, если укусит — все, даже маму позвать не успеешь.

— Хорош меня пугать, — рассердился я. — Мне и так страшно!

— И это замечательно. — Стаффорд хлопнул меня по спине. — Хороший боец не тот, кто не трусит, а тот, кто себе признаться в этом может.

— Стаффорд, ваш предшественник обещал, что мы с моими воинами получим право первыми попробовать выпустить кишки бабке Гоуд. — Лицо у Гэлинга стало совсем уж какого-то белого цвета, то ли от предвкушения схватки, то ли от волнения… Но точно не от страха — не тот это парень. — Надеюсь, все договоренности в силе?

— А то! — Стаффорд потер подбородок. — Давай, как только старушку заприметим, сразу стартуй и попробуй ее пришибить. Ну, по ситуации, конечно. Хейген, ты в курсе этих раскладов, тебя это устраивает?

— Меня устраивает смерть старухи в принципе, — немедленно отозвался я. — А кто именно ее отправит в страну Вечной Охоты и каким образом — мне глубоко параллельно.

— Вот и славно! — Стаффорд зычно гаркнул: — Встаем ромбом и двигаемся во-о-он к той халупе. По сторонам смотрим, все подмечаем, ворон не ловим!

Поляна была пуста, дом же вообще выглядел нежилым — труба не дымилась, куры не квохтали, калитка была заперта.

— Слышь, Гэлинг, может, сейчас дома никого нет? — спросил я у напряженного, как струна на гитаре, Линдс-Лохэна. — Может, отлучилась старушка по своим темным делам?

— Ага. А воронов дом сторожить оставила, и Рагнара просто дозорный убил? — Гэльт скептически глянул на меня. — Здесь она, пакость какую-то затевает.

Я печально вздохнул. Ну да, тут просто так ничего не бывает. Сейчас из дома какая-нибудь страховидла выползет, или из печной трубы виверна выпорхнет, и все начнется по новой. Господи, как же надоело-то это все. Ну есть же тут игроки, которые просто играют, спокойно прокачиваются, ремеслами овладевают, выполняя федеральную программу, дружат, ссорятся и никому ничего не должны. Но что ж меня-то все по каким-то диким местам носит?

Я опять вздохнул, ощутив себя горемыкой.

— Стой! — громыхнул голос Стаффорда, и отряд остановился шагах в десяти от частокола.

— Надо бы пойти калитку подергать, — задумчиво предложил кто-то. — Может, и на самом деле хозяев дома нет?

— Ты еще почтовый ящик поищи, — оборвал говорившего Стаффорд. — И если стопка старых газет лежит — стало быть, все в город уехали. Мы вообще-то к ведьме пришли, все вокруг может быть искусной иллюзией.

— Да ладно тебе, — не согласился с ним еще кто-то. — Ну ведьма, но не маг же черный, в самом-то деле?

— Маги, сынки, — они против нас, ведьм, в коленках слабоваты, — влез в спор дребезжащий старушечий голос, глумливый при этом донельзя. — Куда им до нас! Вся их сила — в амулетах да в посохах, а без них ничегошеньки-то они и не могут.

Воины среагировали мигом, звякнув мечами и повернувшись на голос. Гэлинг сделал стойку как охотничья собака и напрягся, готовый в любой момент рвануться вперед.

Старуха стояла недалеко от частокола, на самой границе с лесом, почти у деревьев. Все та же противная рожа, сама замотана в какую-то немыслимую драную зеленую шаль, из-под которой торчат лохмотья, и улыбка самая что ни на есть препакостная.

— Гоуд! — выдохнул Гэлинг. — Вот она!

— Зря вы так, уважаемая, — миролюбиво сказал Хлаг, сплетая за спиной пальцы руки в какой-то знак. — Мы, маги…

— Что вы, маги? — хмыкнула старуха. — Отними у вас ваши цацки да чуть подольше помучай, чтобы магическая энергия из вас вся вышла, — и вы не опаснее детей будете.

Старуха щелкнула пальцами, и из земли, просто-таки как пружины, вылетели пять здоровенных черных змеюк, оплетя Хлага, как древнего героя мифов Лаокоона. Их клыки начали впиваться в тело мага с неимоверной силой, и случилось это все очень быстро. Так быстро, что, боюсь, даже сам Хлаг до конца не понял, почему он оказался на точке возрождения. Видимо, количество и качество яда и мощь ударов зубами были настолько сильны, что даже довольно высокий уровень не помог «Дикому» выжить. Да еще и жизненной силы у магов традиционно не так уж много…

Как только кокон с вещами Хлага упал в траву, змеи превратились в клубы дыма и исчезли.

— Вот вам и маг! Был, да весь вышел! — захохотала ведьма, показывая свои зубы-иголки. — Ну, найдутся еще желающие поспорить со мной о том, кто сильнее?

Конечно, я не думал, что все будет очень просто, но после этой демонстрации силы я здорово проникся и впервые всерьез пожалел, что поперся сюда. Черт бы с ними, с инквизиторами, похоже, что на этих землях проклятая старуха сильнее, чем у Фомора. Права народная мудрость: дома и стены помогают.

— Ну, герои! — Бабка продолжала торжествовать и буквально измывалась над нами. — Пришли, стало быть, прибить безобидную старушку, да еще и такой толпой. Ай-ай-ай, как не стыдно!

Стены, дома… Дома… Слушайте! Не факт, но все же хуже точно не будет. Читал я как-то давно, в одной умной книжке, что зачастую природные ведьмы черпали свою энергию из своих же жилищ, потому они их никогда и не меняли, а наоборот, передавали по наследству. Эдакая обратная намоленность. Поэтому на Руси ведьму частенько сжигали не на костре, а в ее собственном доме, знали наши пращуры толк в таких делах.

— Слушай, у тебя еще стрелы, воспламеняющие которые, остались? — очень тихо спросил я у ближайшего ко мне ханта. — Кивни, если есть, и у остальных спроси, только тайком.

Хант кивнул и зашептался с остальными.

— Ну что, сынки? — Гоуд скрипнула суставами и злобно обвела нас взглядом. Я вздрогнул — зрачки у нее были вертикальные, как у кошки. — Не пора ли вам под зелененькое одеяльце, а? Я потом на месте ваших могилок травки посажу волшебные. Очень они любят на местах массовых захоронений произрастать, большую силу набирают.

— Ты, мать, погоди, — надо было хоть как-то отвлечь старуху. — Твоя правда, бабушка, мало где сейчас найдешь настоящих колдунов, все в маги подались, чихают на традиции. Но с другой стороны — ты же сама всех конкуренток и перебила, поди!

Я про это доподлинно ничего не знал, но, учитывая паскудный характер колдуньи, можно смело предположить, что так оно и было на самом деле.

— Так конкуренция в нашем деле — штука такая, — дружелюбно начала было вещать Гоуд, но после присмотрелась, близоруко прищурившись, и всплеснула руками. — Вот праздник-то! Никак это ты опять, неугомонный? Что ж ты ко мне как репей прицепился-то, а? Но молодец, что сам ко мне в гости пришел, я-то уж сама было собиралась тебя искать идти и всем своим слугам наказала, чтоб в оба глядели и тебя не пропустили. Сейчас я этих всех поубиваю, а уж потом с тобой позабавлюсь от души.

— Это не я к тебе прицепился, бабушка, — хмуро ответил я ей. — Это нас с тобой жизнь сводит всю дорогу. А может, и судьба. Но для забав ты больно стара да страхолюдна.

— Ой, сынок, да ты не торопись судить обо мне навскидку, — улыбаясь, ответила мне Гоуд. — Не-э-эт, ты мне забава на весь вечер. Побалуюсь я маленько с тобой, да и тебе скучно не будет, уж ты поверь.

— Э нет, бабуля, — замахал я руками, ловя взглядом кивок ханта и отдельно отмечая восемь пальцев, которые он мне показал. Стало быть, у восьмерых есть воспламеняющие стрелы. — Нет у меня на это времени, дел полно.

Бабка меленько засмеялась, с повизгиванием и всплесками рук. Очень кстати!

— Как крикну: «Огонь», — шмаляйте по дому, — шепнул я лучнику. — Старайтесь, чтобы стрелы внутрь попадали, так загорится быстрее. Пока вы стреляете, мы ее от вас отвлекать будем. Стаффорду об этом скажите.

— Понял, — кивнул лучник и снова начал шептать что-то своим друзьям.

Будем надеяться, что я не ошибся и наш шанс на победу — именно в пироманских действиях. Я уже давно смекнул, что здесь у каждого сложного и многопланового квеста есть как минимум один вариант, который позволяет пройти задание в немного облегченном варианте, без заваливания серьезного монстра горами трупов своих сопартийцев. Что-то вроде чита, только легального, изначально заложенного в условие квеста, именно на это мне намекнул Зимин, когда я освобождал Ульфриду из лап злобного северянина, который ее похитил. «Было решение, только более простое» — так или примерно так он сказал мне тогда, и сейчас я точно знаю: в любом серьезном задании всегда есть некий упрощающий путь, только надо его верно просчитать. Жалко только, что у меня, как правило, нет на это времени.

— На этот раз, воин, я заберу твою душу, но перед этим как следует тебя помучаю, потерзаю. Уж очень часто ты стал у меня под ногами путаться и карты мне путать. — Взгляд старухи стал очень пристальным, как у лучника, она смотрела на меня так, как, наверное, смотрит мясник на разделываемую тушу.

— Так, бабуля, и ты мне покою не даешь. Всякий раз пакостишь там, где я своими делами занимаюсь. Да и вообще — антисоциальный ты элемент и очень вредный для населения Файролла.

— Готовы, — шепнул лучник.

— Ну тогда не обессудь. — Бабка воздела руки к небу, и в этот момент я заорал:

— Огонь!

Восемь стрел с пылающими наконечниками взвились вверх и ударили в стену дома, несколько из них влетели в окна, было слышно, как зазвенели стекла. Стрелы были качественные, огонь побежал по стенам и крыше моментально.

— Ы-ы-ы! — Старухин вопль чуть не оглушил нас. — Мой дом!

Бабка направила на нас руки и провыла заклинание, с ее пальцев сорвались синие разряды. Несколько молний вышибли из наших рядов пару человек.

— Опять молнии, — скривился я. — Семейное это у них, что ли?

Воины кинулись к неистовавшей старухе, бабка гаркнула какую-то абракадабру, и на «Диких» невесть откуда — то ли из-за деревьев, то ли из-за частокола — вылетело десятка два-три оборотней, похожих на ту образину, что я видел на Севере.

— Залп! — И новые стрелы летят в уже вовсю полыхающий дом. Ну и правильно, кашу маслом не испортишь. Гори, гори ясно, чтобы не погасло.

— Ты? — Бабкин визг перекрыл рев и крики боя. — Вот зря я тебя тогда не добила!

Упрямый Линдс-Лохэн таки добрался до старухи. Рядом с ним было, правда, уже всего семь гэльтов. Одного я приметил недалеко от места основной схватки с разодранным горлом, двое где-то затерялись, но и восемь воинов, окруживших шипящую старушонку, выглядели серьезной силой.

Я понял, что не резон тянуть. Бабка не дура, не ровен час надумает смыться. «Дикие» умело разделывали оборотней под орех, стрелки тоже не зевали, и исход драки не оставлял сомнений. Ищи потом эту старушенцию по всему континенту.

Я рванул в сторону гэльтов, и не зря. Явно с домом я угадал — бабка выдала всего пару молний, которые свалили двух жителей Пограничья, и бойцы с дымящимися дырами в груди повалились на землю. Но на этом, похоже, ведьмина батарейка села, поскольку еще один гэльт отлетел в сторону с распоротой шеей — бабка быстро и ловко махнула каким-то кинжалом, извлеченным ею из своих лохмотьев. Интересный такой кинжал, больше на серп похож. Раз кинжалом машет — стало быть, с магией беда.

— В бабку пару стрел шмальните! — заорал я, напрягая связки.

Три стрелы воткнулись в старуху, когда я был совсем рядом. Чертова ведьма даже не почесалась, но все-таки ее движения стали скованными — торчащие из плеч и груди древки мешали ей свободно двигаться.

Один из гэльтов кинулся ей в ноги, бабка упала навзничь, и тут же на нее сверху навалились еще двое. Если быть честным, все это напоминало бы сцену изнасилования, если бы ведьма не была такой безобразной, а Гэлинг в тот же момент, когда старуху распластали на траве, не воткнул бы ей в грудь нож.

— Ты хочешь убить меня сталью? — клекочуще захохотала бабка. — Дурак!

Я понял, что времени у меня в обрез, эту тварь и впрямь не убьешь так легко. Даже Странник тогда ее вон как всю истыкал, да не стальным ножом, а каким-то магическим, но и то сдохла она сильно не сразу. Стало быть, надо очень спешить.

Я достал свитки и первым развернул тот, который был, собственно, заклинанием.

— «Поисковик»! — выкрикнул я и махнул свитком — я точно не знал, как он действует, просто предположил, что аналогично заклинанию портала. И угадал.

Свиток вспыхнул и моментально сгорел прямо у меня в руках, совершенно, впрочем, не обжигая. Пепел, оставшийся от него, не осыпался, а превратился в золотистую змейку, которая скользнула к голове Гоуд. Старуха в это время билась в умелых руках гэльтов, выгнувшись в дугу, и шипела то ли заклинание, то ли проклятие. Облетев вокруг ее головы, змейка вернулась ко мне и с легким «пш-ш-ш» впиталась во второй свиток, который я развернул за секунду до этого.

 

«Вами было успешно использовано заклинание «Поисковик». Напоминаем, что только Академия мудрости поставляет всему Файроллу подлинные заклинания по самым доступным ценам. Академия мудростимы с вами от рождения и до смерти (а за отдельную платуи после нее)».

 

Я глянул на свиток — там прямо на моих глазах появлялся какой-то текст, как будто его кто-то писал на листке пергамента. Я свернул лист и убрал его в сумку — после почитаю, сейчас не до того.

 

«Вами выполнено задание «Пойти, найти и узнать». Для получения награды обратитесь к инквизитору Жилю де Бласси».

 

— A-a-a! — Бабка снова дернулась и все-таки вывернулась из рук гэльтов. Сбросила с себя Гэлинга, который нацелился попросту перерезать ей глотку и тем самым решить все проблемы, и опрометью бросилась к горящему дому. Линдс-Лохэн прыжком встал на ноги и кинулся за ней.

— Шмаляй в нее, в паскуду старую! — рявкнул Стаффорд зазевавшимся лучникам, которые только что утыкали стрелами последнего оборотня.

Несколько стрел вонзились в спину старухе, но она даже не сбавила скорость. И только у самого дома ее догнал Линдс-Лохэн, сбил в прыжке, и, вцепившись друг в друга, они влетели, как одно целое, в зев пылающего дома.

Спустя несколько секунд объятое огнем строение затрещало, дернулось, и крыша провалилась внутрь, похоронив в огне и поганую старуху, и славного вождя клана «Линдс-Лохэн».

 

«Вами выполнено дополнительное задание, входящее в квест «Пойти, найти и узнать». Расскажите инквизитору Жилю де Бласси, что старуха Гоуд убита, и получите за это награду».

 

— И неизвестно, сдохла эта старая карга или понапрасну парень погиб, — хмуро сказал Стаффорд, вытирая клинок тряпицей.

— Сдохла, с гарантией, — так же невесело ответил ему я. — У меня квест закрылся. Жалко Гэлинга. Хоть и НПС был, а славный малый.

Я споткнулся обо что-то, лежащее на земле. Нагнувшись, я увидел, что это серпообразный кинжал ведьмы, который она выронила во время схватки с Линдс-Лохэном. Поразмыслив секунду, я поднял его и положил в сумку.

— Я верно услышал? — подошел ко мне один из гэльтов. — Старуха мертва?

— Верно, — ответил ему я. — Сгорела, совершенно точно.

Пятеро оставшихся в живых гэльтов обнялись.

 

«Вами выполнено задание «Глаз за глаз». Для получения награды вам следует посетить Эринбуг, главное поселение клана «Линдс-Лохэн».

 

— Стаффорд, передай от меня спасибо Гедрону, — попросил я воина, который закончил полировать свой клинок и вложил его в ножны. — Без вас я бы не справился, это к гадалке не ходи.

— Ну, я так понимаю, там все оплачено было, и более чем щедро, — прямолинейно сказал мне Стаффорд. — Но спасибо конечно же передам, доброе слово и кошке приятно.

— И вам всем, парни, спасибо, — громко сказал я. — Для меня была честь пройти этот рейд с вами.

«Дикие» мне кто помахал рукой, кто кивнул, кто даже и не повернулся. Воины были заняты делом — собирали вещи павших и обирали трупы оборотней.

— Стаффорд, еще одна просьба, — обратился я к «Дикому». — Доставь этих ребят в Агбердин, вот свиток портала.

— А ты сам чего? — взял у меня свиток Стаффорд.

— Пойду квест сдавать, — абсолютно честно сообщил ему я. — Чего тянуть? Они еще минут пять в себя приходить будут, а у меня время поджимает.

— Не вопрос. — Стаффорд мне подмигнул. — Поди, награда — сто миллионов до неба?

— Да уж не маленькая, — состроил ему рожу я, помахал рукой гэльтам и, открыв портал Орта, сиганул в него.

Последнее, что я услышал:

— Ишь ты, зеленый портал.

Черт, это я, по ходу, обсохатился, забыл совсем. Все, считай, слился Гедрону — он не дурак, поймет, что к чему. Нет, что за портал такой зеленый, он, конечно, не раскопает, но то, что дело нерядовое — поймет наверняка. По этой причине закрыта мне дорога к «Диким сердцам» теперь точно и намертво, жить в клане, где за тобой следят все, — это, считай, не жить вовсе.

— Ну добыл? — без «Здрасьте» и «Как дела» уставился на меня Пепельный.

Я молча достал часть ключа и протянул ему. Орт вцепился в обломок, что-то бормоча под нос, достал из портков коробочку и аккуратно уложил туда кусочек.

— Вот же молодец! И быстро как обернулся. — Отшельник посмотрел на меня с довольным видом. — А ну-ка, постой здесь.

Он ушел за занавеску, погремел там чем-то и вышел ко мне с запылившимся большим круглым щитом.

— Вот, держи. — Отшельник протянул щит мне. — Когда-то он верой и правдой одному славному парню служил, теперь, стало быть, тебе помогать будет. Только, если что, ты с ним не церемонься.

Я ничего не понял, но взял щит и поблагодарил деда.

— Ну и золотишка вот возьми.

В сумке приятно брякнуло. Могли бы для красоты сделать так, будто он мне кошель отдал, антуражнее было бы.

— Ну, теперь дуй за второй частью ключа, правда, у кого она сейчас, точно я не знаю, но зато знаю где.

 

«Вам предложено принять задание «Вторая часть ключа». Условиенайти 2-ю часть ключа. Награды: 2000 опыта; 1000 золотых; 1 активное умение, соответствующее классу игрока; 1 пассивное умение, соответствующее классу игрока. Принять?»

 

— Совсем не знаешь? — обеспокоенно поинтересовался я.

— Ага… — Старик вздохнул. — Ну да ты парень башковитый, разберешься там, на месте.

Н-да уж… Только это и слышу: ты башковитый, ты не дурак… Все только хвалят, а вот чтобы помочь… Кстати!

— Вот что, деда, — я уставился на Орта, — расскажи мне, как обещал…

— Расскажу, сынок, все расскажу. — Орт широко улыбнулся. — Но только потом, время поджимает очень. Вот вернешься — и все расскажу!

— Стой! — Я понял, что он делает, но не успел даже сдвинуться с места. Орт с силой толкнул меня рукой в грудь, и я спиной вперед влетел в раскрытый им портал.

Приземлился я мягко, на песочек, в положение «лежа».

— Восток… — вздохнул я. — Если песок — я на Востоке.

Плеск волн сообщил мне, что я еще и на самом его краю — это явно шумел морской прибой, речная волна — она по-другому плещет.

Кряхтя, я сел и увидел море.

— Так я и думал, — подтвердил я вслух свою догадку и повернул голову в другую сторону.

И вот тут случилось то, чего я никак не ожидал: у меня впервые в жизни натурально отвисла челюсть от увиденного. До настоящего момента я полагал, что это всего лишь фигура речи, но теперь я убедился — бывает такое и в жизни. Я закрыл рот, сглотнул, потер глаза и снова посмотрел. Елки-палки, это куда же я попал-то?

ГЛАВА 4,
в которой герой понимает, куда он попал
Ну и что он попал, тоже понимает

Море, по неизвестной мне причине, было не только передо мной, но еще и позади меня. За двумя-тремя чахлыми пальмами и полоской песка шагов в семь-десять длиной о берег плескал бирюзовой волной точно такой же прибой, как и рядом со мной. Но и это можно было бы хоть как-то объяснить — песчаная коса, залив… Ну, можно что-то придумать.

Но, ек-макарек, как и чем объяснить наличие недалеко от этой предположительно песчаной косы двух кораблей, на которых, судя по воплям, долетавшим даже сюда, явно одна команда другой глотки резала? Откуда в землях Востока бригантина и баркентина под черными флагами? Что за галлюцинации? И что-то в этом есть очень неправильное, только пока не могу понять что.

Я встал на ноги и, то и дело проваливаясь в песок, перешел на другую часть косы… Да какого черта, стоит ли себя обманывать?

Я повертел головой и убедился в том, что таки не стоит — никакая это не коса. Это остров, причем совсем небольшой. Два десятка пальм, чахлый ручеек, колония черепах… И все это — на клочке земли размером шагов в триста в поперечнике.

— Вот черт! — не сдержав чувств, взмахнул я руками.

Одновременно с моим взмахом на бригантине, что была ко мне поближе, что-то гукнуло, и фок-мачта с жутким треском медленно и печально завалилась на корму. Оттуда раздался многоголосый ор, в котором явно различалась забористая ругань.

— Да что же это такое?! — Скорее всего, если бы меня увидел сейчас сторонний зритель, он бы подумал, что я болен базедовой болезнью, — настолько я выпучил от удивления глаза.

Как будто услышав меня (а может, и услышав), на интерфейсе начали появляться строки системных сообщений. После первых же из них я снова плюхнулся на песок и схватился за голову.

 

«Уважаемый игрок! Уведомляем вас, что в процессе выполнения цепочки эпических заданий «И да вернутся боги в Файролл» вы попали в локацию «Тигалийский архипелаг». Данная локация в настоящий момент имеет статус «Закрыта для игроков» (за исключением зоны «Надветренные широты») по причине внутреннего тестирования контента с целью обнаружения ошибок и несоответствий. При этом, учитывая, что ваше присутствие в ней обусловлено прохождением крайне важного для дальнейшего развития игры квеста, который, в случае успеха, запустит соответствующее глобальное обновление, администрацией игры принято решение позволить вам продолжить выполнение вашего задания, а также прием и выполнение иных заданий, существующих в данной локации».

 

Дальше — веселее…

 

«Администрация игры предупреждает вас о следующем. Все квесты в данной локации работают в тестовом режиме, и по этой причине они могут иметь ряд ограничений к выполнению, вариативные пути решения или же, напротив, полное их отсутствие. В связи с тем что данная локация полномасштабно не интегрирована в общий контент, вы не можете пользоваться почтой, инвентарным хранилищем, находящимся в гостинице Раттермарка, и аукционом за неимением доступа к таковым. Точки сохранения и продавцы-НПС, которые могут вам продать редкие товары или выдать квест, есть только в трех самых больших городах АрхипелагаМорто-Фриско, Брабудасе и Порт-Реале. Продавцы-НПС, торгующие обычными товарами, а также готовые купить у вас то, что вы им предложите, есть во всех поселениях Архипелага. В случае вашей смерти до того, как вы привяжетесь к одной из трех точек, вы будете перенесены в Порт-Реал, самый крупный город Архипелага, находящийся на острове Тратугас».

 

Прямо поэма какая-то, а не инструкции! Вот, продолжение даже есть…

 

«Важно! Вы не можете покинуть Тигалийский архипелаг до того момента, пока вами не будет выполнено задание «Вторая часть ключа». Свитки порталов Раттермарка на Тигалийском архипелаге не действуют, для ускоренного перемещения между островами существует сеть стационарных порталов, пользоваться которой вы сможете после выполнения соответствующего квеста. Важно! В целях стандартизации нахождения в локации «Тигалийский архипелаг» отношение к вам ряда корсарских фракций будет изменено со статуса «Вражда» (изначальный статус любого НПС данной локации) на статус «Безразличие». Соотношение нейтральных и враждебных фракций60 % к 40 %. Вам не воспрещается зарабатывать репутацию и повышать свой статус в глазах фракций, что может принести вам определенные дивиденды в виде квестов и иных бонусов. НПС, не относящиеся к корсарским фракциям, изначально будут иметь статус «Безразличие» (за исключением определенных квестовых персонажей). Предупреждение! В случае повышения вами репутации в глазах одной фракции вполне вероятно понижение ее в глазах другой фракции, что может порядком осложнить вам жизнь».

 

Н-да, бесконечная какая-то предупреждалка. Постарались разработчики, нечего сказать!

 

«Важно! В целях компенсации за принесенные неудобства вам предоставляется достаточно подробная карта Тигалийского архипелага. При этом следует учитывать, что на ней нанесены лишь основные части локации, тогда как секретные и скрытые зоны, в том числе атолл Грота, остров Демона и отмели Ловцов, а также мелкие острова на ней отсутствуют и будут добавлены на карту только после того, как вы сами там побываете. Важно! Следует учитывать, что за время нахождения здесь, на Тигалийском архипелаге, у вас есть возможность получить умения, навыки и титулы, которых нет ни у кого в игре. Но не рассчитывайте, что это будет сделать так просто, как вам того хотелось бы! Придется потрудиться. Удачи вам, игрок. И помните: администрация игры пристально следит за вами».

 

Господи святый боже, где ж я так нагрешил-то? И кстати — что-то в последнем сообщении знакомое есть, сдается мне, я автора-то знаю.

Я вынул из сумки свиток портала и попробовал его активировать.

 

«Предмет не предназначен для использования в данной локации».

 

Я достал свиток, который дал мне Орт Пепельный, и, глубоко вздохнув, попробовал использовать его.

 

«Данный предмет может быть использован только после выполнения соответствующего задания».

 

Ну почему я? Ну почему? Куча игроков отдаст пару-тройку лет своей физической жизни за право поиграть здесь хотя бы пару недель, но мне-то это на фиг не надо! Черт!

Я было собрался открыть карту и посмотреть, насколько далеко я от материка, от такого родного Раттермарка, но скрежет, донесшийся со стороны моря, заставил меня отвлечься на сражение двух корсаров — а в том, что это они, самые что ни на есть настоящие джентльмены удачи, у меня сомнений не было.

Сдается мне, что бригантине пришел конец. К поваленной мачте добавилась, судя по всему, еще и пробоина ниже ватерлинии. Судно вовсю кренилось набок, явно стремительно набирая воду, народ сигал в воду, пытаясь отплыть от корабля подальше, хотя людей было не так уж много, видать, основная часть погибла при схватке с экипажем баркентины.

Кстати, парни с баркентины добротой и сочувствием не страдали, вовсю соревнуясь друг с другом в игре «Прикончи утопающего». За неимением в Файролле пороха и пуль они азартно пуляли в барахтающихся корсаров из луков и арбалетов.

Именно в этот момент я понял, что конкретно во всей этой сцене мне показалось ненормальным — отсутствие пушечной пальбы. Морской бой — и без дымящихся бортов кораблей и свиста ядер? Противоестественно это.

Знаете, ведь мы все — рабы стереотипов. Если фильм про войну — то погибнет именно тот герой, который давеча влюбился или спел грустную песню, если про милиционеров, то кто-то из них — непременно оборотень в погонах, ну а если речь зашла о пиратах, то непременно должна быть пальба из пушек, повязки на головах, попугай-матерщинник и кривая абордажная сабля. А тут — нет канонады, и это режет глаз. И слух тоже.

Пока я рассуждал о несовершенстве ведения боя местными флибустьерами, негодяи с баркентины практически добили всех пловцов, азартно крича и жестикулируя, и именно поэтому прозевали момент, когда от почти уже совсем затонувшей бригантины отплыл и с огромной скоростью направился прямиком к моему островку маленький ялик. Насколько я мог видеть, в нем находились трое человек — огромный чернокожий гигант, с невероятной ловкостью орудовавший веслами, высокий мужчина, сидящий на носу, и, судя по фигуре, совсем еще молоденький юноша в широкополой шляпе с пером, который то орал на здоровяка-гребца, то, махая кулаком, посылал проклятия в адрес баркентины.

Когда на баркентине обратили внимание на то, что кое-кто из экипажа потопленного корабля спасся, то там жутко засуетились и принялись спускать на воду шестивесельную шлюпку. В нее мигом набился народ, который с гиканьем бросился в погоню.

На ялике преследователей заметили практически сразу, после чего мужчина, сидящий впереди, тоже начал во всю ивановскую вопить на гиганта. Но, как чернокожий ни старался, два весла против шести не катят, и в результате ялик опередил лодку всего на пару минут.

Все три пассажира выскочили на берег и в этот миг заметили меня, стоящего и глазеющего на них.

— Что это здесь за чучело? — пискляво заорал юнец, но ответа ему никто не смог дать, во-первых, потому что, кроме меня, его никто не знал, во-вторых, по той причине, что к островку спешили корсары из шлюпки. Надо отметить, они явно не любили не только новых колонистов моего островка, но и меня самого — их статус был красный, агрессивный. Но, глянув на их уровень, я успокоился — от сорок пятого до пятьдесят пятого, то есть по идее я могу спокойно выходить в одиночку против трех-четырех членов берегового братства.

— Дэйзи берем живьем, остальных — к крабам, — проревел один из них, в полосатой фуфайке и с абордажной саблей в руке.

Трое из ялика встали спина к спине, в руках долговязого мужчины появилась сабля, юноша вытянул из ножен рапиру с невероятно длинным клинком, чуть ли не больше, чем он сам, темнокожий гигант держал в руках невесть откуда появившуюся у него здоровенную колотушку, которую он крутил с потрясающей легкостью, хотя было видно, что она адски тяжелая.

Но шансов у этой троицы было немного — их маленький отряд окружало не менее полутора десятка корсаров, вооруженных до зубов и злых, как тысяча чертей.

На меня пираты особого внимания не обратили, но я не сомневался, что это только до поры до времени, и потом они меня непременно в расход пустят. По этой причине я решил помочь выжившим с бригантины, тем более что у них и статус был зеленый, нейтральный. А значит, они хоть и непредсказуемые, но все-таки союзники.

— Эй, небритыши! — громко крикнул я. — Ну-ка валите с моего острова, у вас ни паспортов, ни визы нет.

На меня с удивлением глянули не только пираты с баркентины, но и трое «окруженцев».

— Чего у нас нет? — решил уточнить Фуфаечник. — Какой визы?

— Это мой остров, — достал я меч. — И я решаю, кому тут можно быть, а кому — нет.

— Это ничей остров! Да и не остров это вовсе, так, одно название, — возмутился пират. — Но коли у тебя есть такое пожелание, так ты можешь остаться тут навсегда, не вопрос. Эй, парни, вон стоит ваша выпивка в Порт-о-Прент. За металлолом, который на нем надет, Джейкоб Камбала, думаю, выставит нам небольшой бочонок грога, может, даже с закуской.

Четверо пиратов кинулись ко мне, остальные навалились на трех беглецов с бригантины.

Первого из четырех, самого быстрого и опередившего всех, я встретил прямым ударом, подкрепленным «Памятью о боге», выбив из него процентов шестьдесят жизни, после чего пират покатился по песку.

— «Душа волка»!

И мой серый брат, надо отметить, подросший и в силе, и в уровне жизни, и визуально, в прыжке валит одного из пиратов на песок.

Третий попадается на нижний финт, про который я узнал в Сети, сидя на форуме, — после того как побывал в стольких схватках, я решил повысить свое образование и почитал, что пишут умные люди по поводу боевых навыков ближнего боя. Умные люди писали, что если ты, к примеру, нацелился на долгую и успешную игру, то не худо было бы походить на занятия по практическому фехтованию или, как его еще называют, «кинематографическому». Спортивное же тут не вариант, проку от него ноль — специфика, однако. Но следует учитывать, что все это не более чем факультатив, поскольку твои удачи в реальном фехтовании без должных игровых умений так и останутся не более чем балластом. Ну и попутно я нашел детальное описание нескольких финтов, один из которых сейчас и применил, отправив саблю бородача в драных штанах в полет к морским волнам.

— А, чтоб тебя! — ругнулся пират, кинувшись за ускользнувшим от него оружием.

Я увернулся от удара четвертого корсара, нанес нижний удар, увы, не достигший успеха, принял его удар на щит, перед боем перекинутый со спины и надетый на руку, и толчком отбросил пирата от себя.

Шорох песка сказал мне, что очухался недобитый мной лидер забега за моей жизнью и имуществом, я крутанулся на месте и одним ударом снес его голову с плеч.

 

«Важно! Цензура в данной локации временно отключена, по этой причине вам могут встречаться ситуации с натуралистическими сценами, сценами откровенного характера и ненормативная лексика. Просим прощения за доставленные неудобства».

 

Ну, кровищи бьющей из перерубленной шеи фонтаном, нет — и ладно, остальное не страшно. Да и фонтан крови мне уже не страшен, после Коннора-то душегуба.

 

«Вами открыто деяние «Не только в петле» 1-го уровня. Для его получения вам необходимо уничтожить еще 99 агрессивно настроенных в отношении вас корсаров. Награды: пассивное умение «Абордажная сабля» 1-го уровнявы получите дополнительные навыки обращения с этим оружием, грозным в умелых руках; титул «Гроза корсаров». Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния».

 

Визг сообщил мне, что мой волк, увы, отправился на небеса, но, будем надеяться, что погрыз он своего противника достаточно качественно.

— «Память о боге»!

И успевший подобрать свою саблю, но замешкавшийся флибустьер падает на песок — сорок пятый уровень, куда ему…

 

«Вами открыто деяние «С одного удара» 1-го уровня. Для его получения вам необходимо убить еще 49 противников одним ударом. Награды: пассивное умение «Напор и натиск» 1-го уровня2 % к силе удара; титул «Потрошитель». Примечание: при выполнении деяния в зачет идут противники исключительно гуманоидных рас, с уровнем не ниже 40-го, при этом разница игрока и его противника должна быть не более 20 уровней. Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния».

 

Ну ты погляди, а! Прямо задался день! Кабы еще не этот Архипелаг, так его растак…

Следующим я прикончил погрызенного моим волком супостата — увы, только с пары ударов.

— Душа волка, куси корсара! — напустил я по новой волка на последнего из противников. Пират как-то вяло начал отмахиваться саблей, прозевал, как я зашел сбоку, и печально глянул на меня, когда мой меч скрежетнул о его ребра. Вскоре и он упал на песок, и я поспешно шуганул прочь промелькнувшую в голове скаредную мысль о том, что неплохо было бы обшарить тела покойных корсаров и проверить их карманы на наличие в них пиастров. Мародерство — это святое, но сейчас для меня важнее, чтобы те трое уцелели, ну или хотя бы двое, негр-то явно слуга, малец тоже не в счет, а вот долговязый мужик явно…

Но, глянув на схватку, я понял: кем был долговязый мужик раньше и насколько он бы мог быть мне полезен, я, скорее всего, теперь и не узнаю, поскольку сейчас он уже стал покойником. Буквально на моих глазах он получил удар кончиком сабли в горло и, упав на колени, схватился за шею, пытаясь задержать уходящую из него жизнь. Вот досада, а!

При этом следовало признать, что троица с бригантины действовала очень умело и эффективно. На песке уже валялось шесть трупов нападавших, у трех была размозжена голова — негр с колотушкой явно знал свое дело. Он и сейчас лихо махал своим оружием, отгоняя оставшихся в живых пиратов от своего молодого спутника.

Ладно, надо хоть юнца этого не дать убить — мне позарез нужен любой источник информации. Больше мне ее получить неоткуда — на форуме никто ничего не знает, да и знать не может, на хозяев из «Радеона» вообще никакой надежды — они мне все в последнем «Важно» из вводной части про Архипелаг сказали. Да еще и с учетом их свары с «Консорциумом»… Не смешите меня, догадываюсь я, что это за «Консорциум». Разборки, понимаешь, третьего уровня…

Я рассудил, что пираты — они такие пираты, и без зазрения совести саданул с оттягом по шее одного из них. Конечно же со спины. Очень эффективный удар вышел, а с учетом того, что корсар и так был подранен, получилось все просто замечательно и скоропостижно.

— Проклятье! — заметил меня все тот же бородач в фуфайке. — Живой?

— Живее всех живых, — не стал оспаривать очевидное я, принимая его саблю на щит. — Не могу тебе пообещать того же.

Под ноги к нам шмякнулся еще один пират с практически расплющенной головой — страшная же штука эта колотушка, особенно в умелых руках. Жуть!

— Н-на, — дискантом пискнул юноша, и острие его рапиры вышло из спины еще одного негодяя.

Оставшийся в живых пират посмотрел на лица юноши и негра и рванул в море, видимо решив, что утонет он или нет, плывя к кораблю, — еще неизвестно, а вот здесь его точно прибьют.

— Крысы… — просипел Фуфаечник, вращая саблей и описывая ею замысловатые восьмерки. — Трус…

Негр не стал мудрить и попросту кинул свое грозное оружие в пирата как некий темнокожий Тор, бог местных викингов. Что примечательно — попал, и тело последнего корсара упало на песок.

— Ух ты! — Достав из кармана тряпицу, я начал протирать клинок — и забота об оружии, и вынимать по новой меч из ножен, если что, не надо будет. Кто их знает, что это за люди?

— Дядька Себастьян! — заорал юнец во всю глотку и, сорвав шляпу, замахал ей. — Дядька Себастьян, чего так мало своих убогоньких послал нас убивать, нам они на один зуб!

Длинные волосы разметались по плечам пирата, который оказался вовсе и не юношей, а девушкой. Надо же, старею, не распознал. И надо отметить — прехорошенькая такая барышня, глазастая, с тонкими чертами лица и, похоже, с тем еще характером, поскольку к уже произнесенному она добавила на редкость грамотно сплетенное ругательство, не хуже малого загиба Петра свет Алексеевича. Ну да, не соврали разработчики — и натурализм на месте, и ненормативная лексика — тоже. Чудо что за локация!

— Не беспокойся, племяшка, я еще до тебя доберусь! Твоя удача, что времени у меня сейчас нет, — донесся со стороны баркентины мужской бас, явно усиленный рупором. — Не будь я Себастьян Фирейра, если я не отправлю тебя на корм акулам, по-свойски, по-родственному!

На это девица обернулась к баркентине спиной и хлопнула себя ладонями по заду. Вот тебе и откровенная сцена, теперь все упомянутое в наличии, хорошо еще, что она портки не спустила. «Робин, бедный Робин, куда ты попал?»

На корабле звякнули в колокол, баркентина развернулась к нам кормой, поймала ветер и стала удаляться.

— Чертов старый осьминог, чтоб тебе словить риф под киль! Дали же боги дядьку, врагу не пожелаешь. — Девушка бросила шляпу на песок, подошла к своему погибшему спутнику и потыкала его носком ботфорта

Негр что-то промычал, покачав головой, и пошел за своей колотушкой.

— Да, Просперо, вот и кончилась удача Питера, — печально вздохнув, отметила девушка. — Жаль, славный был костоправ.

После барышня развернулась ко мне и коротко глянула на чернокожего гиганта. Тот, как-то очень ненавязчиво и совершенно не скрывая своих намерений, встал сбоку от меня, поигрывая колотушкой.

— Кто ты? — без всяких экивоков, запросто и при этом очень жестко спросила меня девица. — Кто и откуда?

Я испытывал дикое желание сказать, что я — Робинзон Крузо, моряк из Йорка, но подавил его и ответил честно:

— Я Хейген из Тронье, тан Западной Марки.

— Тронье? — Барышня наморщила точеный веснушчатый носик. — Западной Марки? Это где?

— Это в Раттермарке, на континенте, на Западе.

Честно говоря, я даже и не знал, как ей объяснить, откуда я взялся. Плюс, похоже, вырисовывалась проблема с обоснованием своего появления здесь, на острове.

— На континенте? — Девушка с удивлением посмотрела на меня. — Люди с твоего континента обычно прибывают к нам на кораблях, но, как правило, до Архипелага даже и не добираются, отправляясь на дно морское где-нибудь в районе Надветренных широт или Каракаса. Как же ты оказался тут, в глубине Архипелага?

— Очень много новых названий, — пожаловался ей я. — Я не знаю, где находится Каракас, хотя и не подвергаю сомнению, что там, среди кораллов, лежит много достойных моряков.

— Не виляй, как маркитантская лодка, — жестко потребовала девушка. — Как ты попал сюда?

Негр замычал, поставив свое жуткое оружие на песок, и затейливо покрутил пальцами.

— Верно, Просперо, — кивнула барышня. — И зачем ты принял нашу сторону в драке? Какое тебе было дело до того, прирежут нас или нет?

— Как много вопросов, — хмыкнул я. — Ладно, юная леди…

— Меня зовут Дэйзи Ингленд, я дочь капитана Роджера Ингленда, — отчеканила девушка. — И я сама капитан, так что никаких «юных леди». Капитан Дэйзи — называй меня так и только так, или я перережу тебе глотку.

Я почему-то сразу поверил, что эта юная пиратка именно так и поступит, и счел неразумным дергать тигра за хвост.

— Как скажете, капитан Дэйзи, — с достоинством ответил я ей. — Итак, вас интересует, как я здесь очутился и почему помог вам?

— Совершенно верно. И не вздумай врать. Я сумею распознать вранье!

Ну, может, она и умеет убивать, но юношеское тщеславие и самонадеянность все равно никуда не деть. Сколько ж вас таких у меня было… Ну-с, малышка, ты хочешь правды — получи ее. И еще чуть-чуть лести, смешанной с тайной.

— Не сомневаюсь, капитан. — Я изобразил на лице серьезность. — Иначе вы не стали бы капитаном — кто не знает людей, тот не может быть их лидером.

По лицу Дэйзи пробежал отсвет горделивой улыбки. Господи, как же они все похожи, эти юные карьеристки. Причем не важно какие — настоящие или цифровые, те, кто рвется командовать редакцией, или те, кто стоит за штурвалом пиратского корабля…

— Итак, капитан, попал я сюда не своей волей. Вышло так, что я схлестнулся с одним колдуном, будь он неладен, и в результате мой меч проиграл его магии, а его заклинание забросило меня сюда. Собственно, до нашего с вами знакомства я вообще не знал, где нахожусь, и полагал, что попал в восточные земли Раттермарка — там тоже есть теплое море.

— А какое оно еще бывает? — поразилась Дэйзи. — Не холодное же?

— Бывает и холодное, капитан Дэйзи, — улыбнувшись, сообщил ей я. — По нему даже огромные льдины плавают, уж поверьте.

— Льдины? — Дэйзи оглянулась на Просперо. — А что это?

Я вздохнул. Ну да, откуда девчонке из южных широт знать, что такое айсберг.

— Если хотите, капитан, потом я расскажу вам и про лед, и про серое Северное море, и про морских королей, — заверил я девушку. — Что же до того, почему я встал на вашу сторону… Скажу так — она мне показалась более выигрышной.

— Что же ты врешь? — возмутилась Дэйзи. — Их пятнадцать, нас трое! Просперо!

— Да, но при этом сейчас мы стоим и разговариваем, а они лежат и скоро начнут подтухать, — спокойно ответил ей я. — На вашей стороне у меня были определенные шансы выжить, на их стороне — никаких шансов, они меня прирезали бы сразу, даже не разговаривая.

Негр замычал, явно соглашаясь со мной. Дэйзи с недоумением посмотрела на него и помотала головой.

— Ничего не поняла. Какие шансы?

— Вы просто устали, капитан, вот и все, поэтому и мысли разбегаются, — заверил я ее. — Но чтобы закрыть вопрос, объясню. Я помог вам перебить это отребье, и потому сейчас вы разговариваете со мной, а не машете рапирой. Врать не стану: я ищу союзников — как мне вернуться домой, я пока не знаю, а с вами у меня есть шанс начать поиски обратного пути. А если бы я помог слугам вашего дядюшки, так им эта помощь была бы особо не нужна, и они меня почти наверняка пустили бы в расход. Ни союзников, ни жизни — я в проигрыше.

— Ну да, — согласилась девушка. — Разумно. Сдается мне, что ты изрядный хитрец и пройдоха.

— Поневоле, — пожал плечами я. — Тем и живу. А вопрос можно?

— Можно, — милостиво разрешила Дэйзи.

— А чего ваш дядюшка так с вами обошелся? Ну, если это не секрет, конечно, — поинтересовался у нее я. — И еще — вы Ингленд, а он Фирейра? Он ваш родственник по материнской линии, что ли?

— У моего старика и у этого старого кашалота была одна мать, моя бабка, старая змеюка Дэви, и разные отцы, — пояснила Дэйзи. — И дороги у них были разные, да и взгляды на жизнь — тоже. Мой старик промышлял честным разбоем, а этот выкормыш акулы работал по черному дереву — грязное дело даже для корсара. Потом мой папаша на флагмане пропал невесть куда два года назад, и дядька задумал подмять под себя все его корабли, но я сказала «нет» и сама встала за штурвал. Ну и береговое братство помогло вместе с советом командоров.

— Ишь ты, как все тут у вас непросто, — почесал я затылок.

— Ну да, — тоненько вздохнула Дэйзи и одернула себя: — И чего я с тобой откровенничаю?

— Я не знаю, — честно ответил ей я и сделал то, ради чего все это и затевалось. — Может, потому что новый член вашей команды должен хоть что-то знать о своем капитане?

— Я не беру в свою команду невесть кого! — Дэйзи пытливо взглянула мне в глаза.

— Я похож на невесть кого? — ответил я на ее взгляд. — Я всю жизнь считал себя хоть кем-то.

— Поживем — увидим. — Дэйзи сказала это немного игриво, но ее глаза оставались серьезными. — Если доживем, конечно.

 

«Ваша репутация у фракции «Корсары капитана Дэйзи Ингленд» повысилась на 5 единиц. Ваша репутация у фракции «Корсары капитана Фирейры» понизилась на 5 единиц».

ГЛАВА 5,
в которой герою дают базовые знания

— Ну, с «дожить» пока вроде все устаканилось, а вот как отсюда выбраться, мне пока неясно, — отметил я. — Шлюпка есть, и вон еще это корытце, но куда плыть-то?

— На Драй-Соу. — Дэйзи подняла с песка свою щегольскую шляпу и начала стряхивать с нее песок. — Что тут плыть-то?

— А это где? — Я посмотрел на гиганта, который в ответ что-то прогудел и ткнул рукой в направлении моря.

— Ты слепой, что ли? — Дэйзи напялила на голову шляпу и убрала под нее волосы. — Вон же виден берег.

Я уставился в указанном направлении, но не смог ничего разглядеть — похоже, у капитанши зрение было куда острее моего. Море и море, никакого намека на землю.

— Ну, раз он там есть, то и хорошо, — кивнул я, рассудив, что выбор у меня невелик, а точнее, его вовсе нет как такового, ибо вариант с закисанием на этом островке меня совершенно не устраивал.

— Просперо, тащи лодку, — скомандовала пиратка, и гигант, схватив за носовую часть шлюпку, доставшуюся нам от покойных последователей дядюшки Дэйзи, попер лодку по песку на противоположную часть острова.

— Помочь? — робко поинтересовался я у него, но негр мотнул головой, как будто отгоняя муху, что-то промычал и продолжил свой путь.

— Не мешай ему, — лениво посоветовала мне Дэйзи. — На нем можно бревна возить, да еще и не по одному зараз.

— Была бы честь предложена, — пожал плечами я и направился к телам убитых мной пиратов, верный своему принципу забирать все, до чего могут дотянуться руки. Тем более мне было крайне интересно, что может оказаться в луте — все-таки закрытая локация…

Лут и впрямь был достаточно забавным и крайне меня порадовал. С первого же корсара мне выпала цепочка с висящим на ней медальоном, изображавшим миниатюрные то ли наручники, то ли кандалы.

 

«Вам предложено принять задание «Торговцы черным деревом». Условиеснять 10 медальонов с шей корсаров капитана Себастьяна Фирейры и отдать их в Майлаге Черному Мванге, капитану корабля «Разгоняющий тучи» и лидеру фракции «Черные волки». Награды: 2000 опыта; 1000 золотых или 200 пиастров (на выбор); +5 единиц к репутации у фракции «Черные волки»; шейный платок фракции «Черные волки» (репутационный предмет); вариативновозможность получения задания от капитана Мванги. Принять?»

 

Я даже думать не стал, сразу согласился.

 

«Предупреждение! В случае отказа от выполнения задания по любой причине ваша репутация в глазах капитана Черного Мванги будет снижена на 3 единицы. Репутация с фракцией «Черные волки» будет снижена на то же количество единиц. Будьте предусмотрительней при принятии заданий!»

 

Вот тебе и раз. Надо теперь мозги включать на предмет принятия заданий. Три единицы, оно, конечно, не сильно много, но все же… Количество заданий, которое я могу принять, не бесконечно, ограничено тридцатью, это немало, но и не до безумия много.

Вообще могли бы и до того, как я квест возьму, предупредить, может, я и не стал бы это задание принимать. Где та Майлага, и где в ней тот Мванга — поди, знай, опять же еще неизвестно, у каждого покойника медальон есть или нет? А если я сейчас квест грохну, то с этими «Черными волками» из состояния «нейтрально» автоматически во «вражду» перейду, ну или в «неприятие», к примеру, фиг его знает, есть там между ними промежуточное состояние или нет.

«А возможно, и правильно разработчики сделали, — внезапно подумал я. — Если сразу сказать, то игрок может и не прочувствовать паскудность момента, а если вот так, как сейчас, то точно думать начнет».

Еще мне перепала корсарская сабля, которую после осмотра я сразу отнес к родственникам оружейного хлама, выпадающего из гуманоидной части населения Раттермарка. Хотя, конечно, если я все-таки умудрюсь найти чертов ключ, надо будет десяточек подобных сабель раздобыть. На аукцион если выставить, можно нехило нажиться за счет коллекционеров оружия, которых в «Файролле» хоть отбавляй. В любой онлайн-игре всегда есть эти странноватые малые, которые скупают все виды оружия, не особо глядя на их уровень и статы, лишь бы редкие были и необычные. С другой стороны, может, и не через аукцион лучше, а через Джокера, чтобы вопросы ко мне не возникали, типа: «А где взял?» или «Это где же такое водится?».

Обобрав остальных своих жмуриков, я обзавелся еще четырьмя медальонами, двумя саблями и одной шляпой, причем достаточно забавной.

 

«Старая шляпа с обвисшими краями. Предмет экипировки корсара, немного защищает от солнца. +18 к силе; +22 к выносливости; +6 % к силе удара; +0,3 % к жизненной энергии. Прочность427 из 550. Минимальный уровень для использования38».

 

Сразу видно — вещь. От солнца вон защищает… Интересно, а какие еще предметы экипировки корсара есть? Надо будет над этим вопросом подумать или у Дэйзи спросить. Ах да, извините, у капитана Дэйзи.

Трупы пиратов, которых прикончил не я, все еще валялись на песке и как бы говорили мне: «Обшарь и нас, они не смотрят». И в самом деле — Просперо сталкивал лодку на воду, Дэйзи им командовала, и я, решив не мудрить, быстренько обобрал мертвые тела.

 

«Вами выполнено задание «Торговцы черным деревом». Для получения награды найдите в Майлаге Черного Мвангу».

 

С почином вас, Харитон Юрьевич! Осталось только на Майлагу попасть!

— Капитан, — окликнул я Дэйзи. — А где Майлага находится?

Дэйзи повернулась ко мне и, вздернув брови, сообщила:

— Это на островах Дэвиса, там этих островов аж целых пять штук, вот на самом большом и находится Майлага. Паршивое место — лихорадка, москиты… И потом, на островах Дэвиса правит семейство Фаттов, а это те еще бандюги, даже по нашим меркам.

Ну вот, все стало гораздо понятнее — она, Майлага, находится на островах, а те, в свою очередь, находятся где-то в море. В этот момент капитан что-то рявкнула Просперо, который уже залез в шлюпку, тот хлопнул себя по лбу и побежал через остров, скорее всего, за яликом. Дэйзи же сняла шляпу, обмахнулась ею и сообщила мне:

— Хотя я туда, наверное, скоро наведаюсь — они раз в год проводят регату без правил, и с очень недурственными призами, да и дядюшка туда явно притащится, а я ему, как ты сам видел, кое-что задолжала.

Просперо припер ялик к лодке и стал его привязывать к корме, я же обшарил последнего пирата и с удивлением уставился на монету, полученную вместе с лутом.

 

«Пиастрденежный знак Тигалийского архипелага, который можно получить только в качестве добычи или как плату за выполненное задание. В качестве платежного средства пиастр используется только на Архипелаге, на обоих материках как денежный знак он к оплате не принимается, но может быть продан как товар. На пиастры вы сможете купить редкое и элитное оружие, экзотическую одежду и необычные доспехи, уникальные навыки и умения. Внимание! Товарами и умениями за пиастры торгуют всего три продавца в самых крупных городах Архипелага. Для того чтобы познакомиться с ними, вам необходимо выполнить специальный квест. Вы хотите прочесть его условия сейчас?»

 

А, ч-ч-черт! От такого отказываться — дураком быть надо! Но молодцы разработчики — теперь каждый квест через сито будешь просеивать!

 

«Вам предложено принять задание «Торговцы редкостями». Условиераздобыть любой товар с галеона «Радуга и змей», везшего груз редкостей и попавшего в бурю у острова Медузы. Товары с него разошлись по всему Архипелагу, и теперь их можно найти или купить в совершенно неожиданных местах. Награды: 1500 опыта; 800 золотых или 100 пиастров (на выбор); координаты одного из торговцев редкостями и рекомендательное письмо к нему. Дополнительнов случае если вы предоставите торговцу 2 и более товара с «Радуги и змея», у вас появится возможность получить у него постоянную скидку от 2 до 10 % на каждую покупку. Принять?»

 

Что-то мне сердце вещует, что хоть эти товары и разошлись по всему Архипелагу, но все равно фиг их быстро найдешь! Да и пиастры эти, видать, нечасто попадаются — вон всего один с такой кучи тел.

— Эй, приятель, — окликнула меня Дэйзи. — Ты с нами поплывешь или тут останешься и потом на черепахе до Драй-Соу будешь добираться?

— На черепахе? — удивился я и посмотрел на ползущую у кромки воды небольшую черепашку.

— Не на такой, конечно, — заливисто рассмеялась Дэйзи. — На каретте. Говорят, один из капитанов выкинул такую штуку, когда команда высадила его на необитаемый остров, но думаю, что это все враки. Ну, прицепиться к ней — еще ладно, но как ей управлять?

Я оттолкнул шлюпку от берега, зачерпнув сапогами воды, затем запрыгнул в лодку. Просперо бодро ударил веслами по воде, и мы поплыли вперед, надеюсь, что к берегу.

Я думал, что Дэйзи устроится на носу шлюпки, но нет, она присела на скамейку рядом со мной.

— Может, я тоже на весла сяду? — спросил я у нее. Не могу сказать, что сильно этого хотел, но репутация создается не сразу и быстро, а помаленьку, потихоньку.

— Да зачем? — беспечно махнула рукой девушка. — Просперо даже в одиночку, если надо будет, нас не то что до Драй-Соу — до Порт-Реала довезет.

Гигант белозубо заулыбался и кивнул, методично взмахивая веслами.

— А он от рождения немой? — тихонько спросил я у Дэйзи.

— Да нет, это ему язык на корабле у Флейта вырезали, был такой капитан, он от рома уже загнулся, так вот он так со всеми черными поступал. У этого пьянчуги с головой все было не слишком в порядке на предмет цвета кожи своих моряков, он все время твердил что-то вроде: «Все пираты равны, но некоторые равнее», — а потом придумал такое отличие — все белые с языками, а черные без них.

— Брр, жуть какая! — Я поморщился.

— Первостатейная, — согласилась Дэйзи. — Потом Флейт сдох в Морто-Фриско, а его команда разбежалась по другим кораблям, вот так к моему папаше Просперо и попал.

— А вообще он родом отсюда? — Меня все равно удивляла мысль о массовом присутствии в игре чернокожих НПС. — И потом — твой дядюшка торгует черными, откуда он их изначально берет-то?

— С Равенхольма. — Дэйзи потянулась, зевнув как котенок. — Откуда же еще?

Я икнул. Вот так все просто можно решить — договориться с каким-нибудь пиратом, который рванет за «черным деревом», и оказаться на Равенхольме, где и начать новую и счастливую жизнь. Па-ба-ба-бам, хеппи-энд!

— А туда так легко попасть? — вкрадчиво спросил я.

— В море никогда нельзя сказать — легко куда-то попасть или нет, — наставительно произнесла Дэйзи. — Но, в общем, ничего сложного — пять дней пути, не то что к твоему материку.

— А чем мой материк плох?

Елки-палки, кстати, этот вариант я упустил. Ну да, порталом нельзя, но про корабль ничего сказано не было, а стало быть, кораблем назад можно.

Понятно, конечно, что никуда я не поеду, задание ведь выполнять надо, а значит, все, что я могу устроить, так это небольшое фи по отношению к Валяеву. Явно вся эта ерунда — его рук дело. Да и то, очень осторожно действовать надо, особо не борзеть. Хотя при случае я бы на Равенхольм сплавал, чего уж там, просто из любопытства.

— Всем плох, не доплыть до него. — Дэйзи вздохнула. — Многие пробовали, но никто обратно не вернулся, как, кстати, и мой папаша. А правда, что у вас там золото валяется прямо под ногами, только собирай?

Я захохотал.

— Конечно нет. И молочных рек с кисельными берегами тоже у нас нет, и груды драгоценных камней на каждом перекрестке не возвышаются. У нас все так же, как и везде, — все друг дружке глотки режут и выжить пытаются.

— Я так и думала, — рассудительно кивнула Дэйзи. — А то есть у меня на кораблях отдельные горячие головы, все за поход к Раттермарку ратуют.

— Слушай, а дядюшка твой не надумает вернуться? — высказал я не дающую мне покоя мысль. — Сейчас как подплывет, как нас килем перемелет!

Капитан фыркнула:

— Этот трус? Да ни за что! Он уже далеко уплыл. Если бы он не боялся, то нас еще на острове прикончил бы.

— А почему?

— Драй-Соу… — Дэйзи махнула рукой в сторону острова, который и впрямь показался на горизонте, теперь и я его видел. — Это база командора Беллами, а он очень не любит торговцев черными, он этот, как его, слово все время забываю…

Дэйзи пощелкала пальцами с перстнями, явно пытаясь вспомнить.

— А, вот. Он демократ и по этой причине гоняет в своих водах всех, кто занимается ремеслом работорговца, а моего дядюшку вообще на дух не переносит. И потом, если бы не Добряк Сэм, как еще называют командора, то не видать мне папашиных кораблей как своих ушей. Это он тогда совет командоров убедил в том, что суда — моя собственность.

О как. А я всю жизнь считал, что пираты — народ независимый, плавают, где хотят, творят, что на душу ляжет.

— Да и к тому же там, на Драй-Соу, стоят мои остальные корабли, дядюшка это знал, вот и решил не задерживаться надолго — бой могли увидеть с берега.

— А у тебя их много, ну в смысле кораблей?

— Было шесть. — Дэйзи вздохнула, с печалью посмотрев в сторону уже почти скрывшегося из вида островка. — Теперь осталось пять. Жалко «Белладонну», хоть и старая была бригантина, но все же… Правильно мне Тревис говорил, надо было на флагмане идти, тогда бы я этого старого кальмара там бы и притопила. Куда его баркентине против фрегата.

Просперо одобряюще замычал.

— Да ты тоже сегодня разговорился, не уймешь тебя никак, — сердито цыкнула на него Дэйзи.

— А ты вообще куда на этой бригантине собиралась-то? И почему без сопровождения? — полюбопытствовал я.

— Да вот надумала на соседние острова сходить, — вздохнула Дэйзи. — С подружкой повидаться.

— Спонтанно надумала или планировала? — гнул я свою линию.

— А, ты вот о чем, — призадумалась и капитан. — Ну да, спонтанно… Считаешь, кто-то из моих людей с дядюшкой дружбу свел?

— Я, капитан Дэйзи, никак не считаю, — честно ответил ей я. — Тебя я знаю от силы час, людей твоих вообще в глаза не видел, но при этом я и в совпадения не верю.

Дэйзи немного покусала губы, потом уставилась на меня.

— Твоя правда, по всему выходит, что есть у меня крыса среди экипажа. Но вот только как ее поймать?

— Ты у меня сейчас совета спрашиваешь, капитан, или задание мне даешь? Если задание — так я еще не в твоей команде.

Дэйзи покачала головой, удивляясь тому, насколько я нахален, а после сказала:

— Добро пожаловать на борт, Хейген, тан Западной Марки. Кем тебе в команде быть, после определит Тревис, мой квартирмейстер, с ним и соглашение подпишешь, ну а пока скажи мне, что бы ты сделал на моем месте.

 

«Вам предложено принять задание «Глаза и уши Фирейры». Условиепомочь найти человека Себастьяна Фирейры, находящегося в команде капитана Дэйзи. Награды: 800 опыта; 500 золотых или 25 пиастров (на выбор); повышение вашей значимости в глазах капитана Дэйзи. Принять?»

 

Ну тут хочу не хочу… Хотя забавный оборот речи «Повышение вашей значимости». Это билет в ближний круг, что ли?

— Капитан, на самом деле тут все несложно. — Я вздохнул. — Сколько человек знали о вашем плане посетить соседний остров? Я имею в виду: знали заранее. Команду бригантины мы сразу исключаем, они бы просто не успели никому ничего сообщить.

— Тревис, Юнион Джек, Окунь, — начала отгибать пальцы Дэйзи, — еще Хромой и…

Она посидела немного, размышляя и уставившись куда-то на дно лодки, после подняла голову и сказала:

— Девять. Девять человек.

— Вот! — Я шмыгнул носом. — А сколько из них потом исчезли из поля твоего зрения, ну так, чтобы ты их до отплытия не видела?

Дэйзи опять задумалась, на этот раз надолго, причем настолько, что когда она встрепенулась, приближающийся остров был виден достаточно детально.

— Трое, — уверенно сказала она. — Джек, Хромой и Биг Бен.

— Стало быть, кто-то из этих троих и есть крыса, — заверил я ее. — Из этих людей кто-то склонял тебя идти под дядюшку, или, может, из них кто-то какой ущерб понес из-за твоего прихода на место капитана?

— Биг Бен раньше квартирмейстером был, — дернула плечом Дэйзи. — Но он пьет здорово, я его на флагман боцманом перевела. Джек ко мне когда-то клеился, все пытался на спину уложить, я ему бедро кортиком пропорола — вроде отстал. А про Хромого вообще ничего не могу сказать, он еще с отцом плавал, с тех пор в совете и значится.

— Ну да. Тут у любого повод быть может, — задумался и я. — Ладно, выведем мы твою крысу на чистую воду, есть у меня мысль.

— Ну и хорошо. — Дэйзи заулыбалась. — Слушай, Хэг, а расскажи мне о твоем мире, ну, как там у вас, на Западе? Интересно же!

— Да не вопрос. — Я улыбнулся. — Как ты меня назвала?

— Хэг, — тряхнула головой Дэйзи. — Хейген — больно длинно выходит, а кличку тебе потом команда даст, даже не сомневайся. Ну так чего там у вас есть такое, чего у нас нет?

Конец ознакомительного фрагмента

Добавить комментарий

CAPTCHA
В целях защиты от спам-рассылки введите символы с картинки
Image CAPTCHA
Enter the characters shown in the image.