# Рыскач. Путь истинных магов

Константин Назимов

Пройти дорогу к знаниям истинных магов, собрать артефакты и разгадать ловушки. Легкая прогулка? Нет! Древние маги оставили после себя искусные ловушки, сильные мира сего опасаются за власть. Не разберешь, кто друг, а кто враг, куда идти и как действовать. Приходится продираться к цели через все препятствия. Вступать в бой с врагами и противостоять древним артефактам. Настоящие друзья готовы подставить плечо, но не всегда есть возможность на них опереться, многое приходится делать самому. Такому пути кто-то позавидует, а кому-то он в страшном сне приснится.

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес ( www.litres.ru)


## Пролог

С крыши весело капала весенняя капель, а я смотрел на резвящегося Ворона и улыбался. Этот хитрющий жеребец опять меня обманул! Когда я пришел вывести его на пробежку и только зашел в конюшню – был вылизан его бархатистым языком. И ведь как он все проделал-то? Сделав два шага в конюшню, я оказался между стойлом и стеной; вот тут-то Ворон с карканьем и появился во всей своей красе. Он одним прыжком перегородил мне все пути к отступлению, своим боком прижав меня между стеной и стойлом, а потом, изогнув длинную шею, принялся за дело. Целую минуту я ничего не мог поделать! Конечно, мог бы, но, честно говоря, растерялся. Конь тоже не стал долго искушать судьбу и через минуту с веселым ржанием выскочил на улицу. Я даже не смог ему слова сказать! Ладно, пусть порезвится! А то зима выдалась снежная и холодная, мы с ним редко выезжали на прогулку, и большее время он находился в конюшне. А так – моя первая зимовка в собственном поместье прошла без серьезных происшествий. Случилось, правда, несколько неприятных моментов.

Первый – двоих моих крестьян задрал медведь. Одного – насмерть, а второго мужика удалось выходить. Но в том происшествии они сами виноваты. Им, видите ли, захотелось поохотиться! Притом, что охотниками они никогда не были! А тут сразу на косолапого пошли. Выживший рассказал, как все произошло. Они еще по осени, когда заготавливали дрова, приметили, как мишка делает подготовку к зимовке. Вот и решили разжиться медвежатинкой, да и подзаработать на его шкуре. Расспросили у бывалых охотников, как завалить косолапого «на берлоге», и отправились, когда снег уже улежался, а мишка должен был крепко спать. Делали все как надо, но вот только рогатина-то их не сумела сдержать рассерженного хозяина леса. Изготовляли рогатины эти горе-охотники сами, вот одна из них и не выдержала свирепого напора зверя. Тот, кто держал медведя, умер от одного удара лапой. Второму же повезло больше. Он, с небольшого расстояния, расстреливал мишку из лука; тем не менее уйти от разгневанного медведя ему не удалось. Получив раздирающий одежду и кожу удар когтями по спине, он отлетел на пару метров, а мишка, взревев на весь лес, умчался. Второй спасся благодаря моему смотрителю. В это время я зубрил очередной набор рун истинных и надеялся, что наконец-то смогу правильно написать эти руны. А ведь этим я большую часть зимы и занимался. Мне они стали даже по ночам сниться. Руны – это очень хорошо: ведь зная их предназначение, смогу создавать сложные артефакты. Но были и разочарования: читать книги истинных у меня пока получалось с трудом. Креун просто не сумел дать точного определения некоторым словам и фразам: он лишь знал, как это должно звучать на моем родном языке. Но с горем пополам кое-что прочесть и понять я мог. От воспоминаний меня передернуло, но все мучения – в прошлом, теперь могу с легкостью воспроизвести все сто двадцать рун; правда, не все их взаимосвязи запомнил. Вот только пока Креуну об этом знать незачем, а то опять устроит мне проверку знаний, которая плавно перейдет в его нравоучения и мою зубрежку… Да, а тогда я просто подпрыгнул на стуле, когда Креун воскликнул в моей голове:

– Рэн! С твоими крестьянами беда!

– Что? Что случилось? Откуда ты знаешь? – спросил я его.

– Я могу следить за ними по ауре, на такой случай у меня поставлена метка, – ответил он. – Одна аура угасла, вот и узнал о проблеме. Вторую ауру сразу же напитал угрозой всем хищникам, так как двуногих тут быть не должно.

– И что? – уточнил я у него, поспешно натягивая меховую куртку.

– Один твой человек ранен, второй, к сожалению, мертв. Они находятся где-то в лесу, наверное, поохотиться решили.

– Почему ты так решил?

– Рэн, – в голосе Креуна послышались нотки, осуждающие мою тупость, – зная, где находится аура, легко и мгновенно определю местонахождение человека, тем более на подконтрольной мне территории. Твой подданный, с угасшей аурой, как и раненый, находятся в лесу. Что им там еще делать, как не охотиться? Не грибы же собирать под метровыми сугробами?

– Ну уж прямо и метровыми, – пробубнил я на ходу, спеша в конюшню.

До моей деревеньки было рукой подать, но идти пешком не хотелось, да и дольше бы получилось. К тому же – вдруг потом на Вороне в лес придется ехать?

До деревеньки доскакал за десять минут, благо заставлял расчищать дорогу от поместья до обиталища крестьян. Они у меня еще и на территории поместья снег с большой площади убирали, чтобы Ворон спокойно мог порезвиться. Обрисовал старосте ситуацию, а там уже мужики все без моего непосредственного участия сделали. По следам горе-охотников в лес отправились и через пару часов принесли и раненого, и мертвого. На следующий день устроили облаву на зверя-подранка, которая завершилась без происшествий. На похоронах (а это моя первая потеря подданного) мне было не по себе. Очень неприятные ощущения. Я поморщился от воспоминаний. Семья покойного была немноголюдна, всего-то двое – отец да мать, но они и остальные бабы устроили такие завывания… Понять их можно, вот только сделать уже ничего нельзя, к сожалению. Да, я им пообещал, что они никогда ни в чем не будут нуждаться, но для всех остальных объявил, что если еще кто-то по дурости отправится к богам, то их близкие на мою помощь могут не рассчитывать.

Второй неприятный момент – это делегация моих же крестьян. Они, видите ли, решили, что негоже мне жить одному без слуг в поместье. И просили принять в услужение их дочерей и… даже жен. Для какой такой цели мне подсовывали женский пол, меня насмешливо просветил Креун, хотя и без его ехидного голоска все было понятно. Еще бы, во главе колонны женщин всех возрастов стоял староста с тремя хмурыми и самыми крепкими мужиками. А вот за ними – человек пятнадцать девиц, начиная от почти девочек и заканчивая женщинами в довольно зрелом возрасте, лет под сорок. Женский пол вырядился во все свои лучшие одежды и разукрасился так, что с пяти метров было понятно, что подсобную косметику они не жалели. Кто нарумянил себе щеки свеклой, кто подчеркнул толстым слоем угля брови… И стояли-то они все нараспашку и без головных уборов – притом, что на улице был приличный «минус» и дул пронизывающий ветер. Н-да, интимной близости у меня давно не случалось, но вот не до этого мне сейчас. Я так выкладывался в учебе, что даже и думать-то о дамах было некогда, все силы уходили на магические потоки и попытки начать использовать свой магический источник в полную силу. По подсказкам Креуна я никак не мог взять его под контроль, а те жалкие крохи, которые мне подчинялись, были лишь небольшой частью. Хотя Креун мог меня просто успокаивать: как измерить источник – он не знает, да и получить к нему доступ не в состоянии.

– Господин Рэн, мы тут для вас привели служанок. Негоже жить молодому человеку одному в таком домине: его ведь и убирать надо, да и готовить вам, – стащив с головы шапку, сказал староста, как только я показался на пороге.

Пару мгновений я молчал, размышляя о том, не попросить ли Креуна устроить иллюзию пострашнее. К моему сожалению, сам я в построении иллюзий не преуспел. Ничего не выходило, хоть тресни. Да и вообще, не очень-то у меня с магией истинных складывается. Нет, получается, но не так, как хотелось бы. На сегодняшний день я с легкостью могу создать маленький огонек и подвесить его перед собой или запалить костер; могу заморозить блюдце с водой, стрельнуть сосулькой, создать легкое дуновение ветерка, вызвать небольшой дождик. К сожалению, все эти приобретенные умения не могут создать никому проблем; да, огонек может быть брошен во врага, но лишь обожжет того, сосулька и вовсе не причинит никакого вреда. Все эти умения и навыки могут помочь только в быту, но тем не менее я рад своим успехам. Такими знаниями и умениями похвастаться никто, кроме меня, не может! Я, так сказать, один такой во всем свете! Хотя… Креун-то может намного больше. Еще у меня получалось усилить свой слух – могу видеть в темноте, но, правда, очень непродолжительное время, не более пяти минут, потом мои силы заканчиваются и наступает такая слабость, что часа два не могу создать вообще ничего… Староста смотрел на меня с хитринкой в глазах, как бы намекая, что они очень заботятся о своем господине.

– Маркен, я могу справиться со всем сам, а там, где мне надо – обязательно дам тебе знать, – ответил старосте, но делегация расходиться не собиралась, а все так же стояла.

Староста осуждающе покачал головой, а потом вдруг выдал:

– Народ волнуется, как бы вы здоровье свое не подорвали. Вы уж уважьте, возьмите в услужение кого-нибудь!

Хм, это больше походит на бунт. Наверняка моим крестьянам больше заняться нечем, как обсуждать своего господина. Но в чем-то они правы: ни у одного знатного человека нет недостатка в слугах, а уж о том, чтобы в доме никого из челяди не было – и говорить не приходится. Да и кухарка мне была бы нужна, а то разносолами Креун не слишком балует. Так, и чего ж делать-то? Надо выкручиваться, но о слугах подумать придется.

– Ты прав в своих словах. – Сделав серьезное лицо, я стал прохаживаться перед шеренгой моих подданных. Маркен прямо на глазах расцвел. – Вот только есть одно «но»… – не закончил фразы и взглянул на старосту.

– Говорите, господин Рэнион, мы все сделаем! – воскликнул Маркен.

– Как ты знаешь, заселялся я по глубокой осени и просто не успел набрать себе слуг. Мне их хоть много и не надо, но есть у меня к ним определенные требования. – Я пнул сапогом ком снега и исподлобья бросил взгляд на женский «отряд», который при моих словах зарделся. Понятно, каждый о своем думает.

– И какие требования? – учтиво поинтересовался староста.

– Мне нужны двое или трое слуг. Первый слуга должен знать правила этикета и быть управляющим в доме. Второй – готовить всякие разносолы и быть способным удивить своими кухарскими изысками влиятельных господ. Конечно, ко мне в гости не заезжал пока ни один знатный и важный человек, но не сомневайся – как только закончится зима, они обязательно начнут наносить визиты. Сейчас, сам видишь, дороги так засыпало, что и гонцам-то с донесениями к нам не добраться… Такие мне нужны слуги. Если у тебя кто-то на примете есть, то устроим ему, или им, испытательный срок. – Я взглянул в глаза старосты.

– Н-да, – крякнул тот, а потом предложил: – Может, хоть служанку для приготовления постели и уборки по дому…

– Боюсь, что моя жена, узнав об этом, будет сильно против, – усмехнулся я, хотя и глубоко сомневался, что Кин есть какое-то дело до меня, но сослаться на нее легче всего.

– Господин Рэн женат?! – удивленно воскликнула одна из женщин и злобно уставилась на старосту.

– Пойду, пожалуй. – Я взялся за ручку двери. – Хотя нет. Маркен, пойдем со мной, мне надо тебе задание дать.

Староста послушно пристроился следом и, не обращая внимания на злобное шипение женщин, поспешил скрыться.

Маркена я провел на кухню и полчаса выведывал у него, как обстоят дела в деревне, какие настроения и разговоры. Тот отвечал подробно и, похоже, был благодарен мне за то, что я решил с ним поговорить, уведя от женщин. Напоследок приказал ему, чтобы впредь о подобных визитах я был извещен заранее, а лучше, чтобы такого больше не повторялось без моей на то инициативы. Староста легко согласился с моими словами (хотел бы я посмотреть, как бы он этого не сделал) и поспешно ретировался, не забывая осматривать убранство дома.

Конечно, назвать это неприятным моментом – может, и слишком, но повод к размышлению дало. Нельзя списывать со счетов мнение своих крестьян, и надо обзаводиться слугами. Если на крестьян не обязательно обращать внимание, то вот посетители мгновенно подметят такую несуразицу. От друзей мне особо скрывать нечего – ну за некоторым исключением, но вот от других… А другие будут, точно; никто не оставит в покое человека, который сумел потрясти своим приездом окружение короля. Ну да ладно, на моей территории мне опасаться следует только регулярной армии, а от нападения какой-либо банды поместье и так защищено очень хорошо. Одни ловушки чего стоят, да Креун не даст и мыши проскочить! А смотритель-то мой и советчик был полностью доволен. За эту зиму его стена подросла так, что, по его словам, процентов тридцать сил простаивало, и применить их для каких-либо умений он не мог. Вот если бы найти новые знания… Тьфу, уже его словами заговорил! Ведь это он постоянно ноет, что от его бывших знаний остались лишь крохи (мне бы такие крохи!) и, мол, надо искать книги истинных, вот в чем сила. Ага, искать, зимой. Хотя он и не отправлял меня на поиски безотлагательно, но морально подготовил очень хорошо. У меня и самого были планы на поиски древних знаний, но жизнь вносит свои коррективы. Не за горами свадьба сестры, а являться на такое мероприятие без подарка как-то несолидно. Но где сыскать подарок, да еще такой, который придется ей по душе? Н-да, не знаю что, но что-то ценное (не в смысле денег) надо найти. Есть у меня одна идея, но вот как ее реализовать? Эту идею мне подсказал Креун: невольно, конечно, но узнавать на расстоянии состояние дел мне очень понравилось. Вот и задумал я создать амулеты связи. Легенды ходили, что истинные могли связываться между собой на огромных расстояниях. Говорят, что и сейчас существуют такие амулеты, но их очень мало, и у кого они есть – неизвестно. Вот и задумал я создать или отыскать такие амулеты, чтобы в любой момент мог связаться с сестрой, а та в свою очередь – с Генером. Было бы превосходно, чтобы еще и Креун мог с ними общаться, но это уже просто предел мечтаний. Еще надо разобраться со своей супругой. Что-то там между нами произошло на встрече у короля… но вот что? Память так и не желала пролить свет на то темное пятно в моем мозгу. Даже с помощью Креуна ничего не вышло. А ведь он погружал меня в транс и пытался все выведать. Да еще и перед королем отчет держать. Хотя перед Вукосом я выполнил все условия. Дом у меня есть, крестьяне – тоже. Но сильные мира сего всегда могут переменить свои взгляды, как дав слово, так и забрав. Правда, документы-то у меня имелись, а это даже и короля хоть к чему-то обязывает.

– Рэн, – раздался в моей голове голос Креуна, – к нам гости.

– Кто и где? – спросил я, вглядываясь в направлении моста.

Зрение я пока не стал улучшать – смысла нет, советник и сам все расскажет. Да и толком все равно ничего не увидеть.

– Гонец какой-то, наверное, – предположил Креун. – Он только что пересек границу твоих земель. Скачет один, аура спокойная, хотя в ней и видно, что он находится в недоумении.

– Что ж, подождем, – ответил я и, свистнув Ворону, отправился в сторону дома.

– Рэн, еще один гонец. – В голосе Креуна сквозило уже неподдельное удивление.

– Еще один? – тоже удивился я.

– Ага, – подтвердил советник и через мгновение добавил: – Второй гонец – Бурк. Аура спокойная, не спешит, – поторопился успокоить меня Креун, поняв, что я занервничал, узнав, кто едет.

Выходит, я был прав в своих догадках, что, как только дороги станут более или менее проезжими, у меня начнет появляться множество гостей.

## Глава 1. Гонцы

Первый верховой показался минут через двадцать после того, как от деревни прибежал весь в мыле один из дозорных. Сделав вид, что ничего не знаю о гостях, я покивал головой и, похвалив его за службу, отпустил. Я не очень понимал необходимость в выставлении дозоров, тем более что перекрыть-то такими малыми силами мы могли только главную дорогу. Но Креун настоял, пояснив, что не дело, если гости будут задавать вопросы о моей осведомленности, да и других путей-то к поместью и нет. Это на вид кажется, что речушка безобидная, а поди сунься – вмиг течение с ног собьет. Конечно, если еще в быструю воду вложить пару заклинаний, усиленных магическими потоками, то точно унесет. Даже я мог такое сотворить, для этого мне надо только объект найти и воздействовать конкретно на него, но тут и Креун так делать собирается. Единственное отличие между нашими подходами – он раскинул свои сторожевые сети по периметру моих земель и может отслеживать и активировать ловушки непосредственно по ауре. Мне же необходимо ауру видеть, а следовательно – нужен зрительный контакт. Вот и гонец: серый, не очень-то бодрый коник, на котором ехал всадник, аккуратно переступал копытами, обходя лужи. Ворон презрительно заржал и пару раз пробежался до своей конюшни и обратно, как бы показывая, что нормальному коню никакая распутица не помеха. Я лишь усмехнулся: ему-то тут уже каждая ямка известна. А как бы он повел себя, будучи впервые на такой местности? Подозреваю, что точно так же.

– Здравствуйте, – тем временем поздоровался подъехавший ко мне верховой.

– Добрый день, – кивнул я, внимательно осматривая гонца.

Хм, тот в свою очередь внимательно осматривал меня. Пожилой мужик с недельной щетиной, в новой, но не дорогой одежде, с длинным кинжалом за поясным ремнем и арбалетом за спиной; явный боец. Хотя… бывший, в таком возрасте тяжело соперничать с молодыми. Тем не менее он приехал ко мне. Краем глаза заметил приближающуюся лошадь с Бурком.

– Вы будете Рэнион Ангугрон, муж графини Кинэллы Рамайявы? – спросил он меня.

– Возможно, – усмехнулся я, – а вот кто ты такой?

– Я простой гонец, – ничуть не смутившись, ответил мужик.

– Врет! – завопил Креун в моей голове. – На ауру его глянь!

– Вижу, – не подавая вида, ответил я мысленно своему советнику. Аура у гонца была хоть и спокойная, но, когда он мне ответил, полыхнула красным, а потом опять успокоилась. Этому-то меня Креун хорошо обучил. Демонстративно оглядев мужика, смотря тому в глаза, я произнес: – На гонца ты не тянешь, слишком уверен в своих силах, спокоен и никуда не торопишься. Так кто же ты?

– Рэн! Приветствую, как перезимовал-то? – улыбаясь и спешиваясь, радостно произнес Бурк.

– Привет, – улыбнулся я тоже и пожал ему руку. – Нормально перезимовал. Как в Лиине дела, как Анлуса?

– Нормально все, – тряся мне руку, оживленно произнес Бурк. – Все живы, здоровы, к тебе вот послали.

Я даже про непонятного первого гонца забыл, настолько был ошарашен переменой в молчаливом Бурке. И ведь прошло-то всего ничего, а таким радостным и разговорчивым еще никогда его не видел.

– Вот и славно, – проговорил я. – Ты давай в дом иди, перекуси чем-нибудь, а я пока тут поговорю.

Бурк подобрался, бросил внимательный взгляд на приезжего, но мгновенно расслабился. Что-то он «прочитал» в незнакомце и понял: опасаться того не стоит. Телохранитель Генера отправился в дом, а я внимательно изучал гонца. Тот же хранил молчание, и только когда за Бурком закрылась входная дверь, сказал:

– У меня для вас письмо от вашей супруги, – заметно, что последнее слово далось ему с трудом.

– Думается мне, что не только письмо, – ответил я. – Надо бы тебе говорить начистоту – ты приехал ко мне и правила устанавливать тут могу только я.

Гонец наконец-то спешился, что далось ему с некоторым трудом. Было видно, что дорога его вымотала.

– Да, вы правы, – кивнул он, – мне хотелось бы поговорить с вами, если вам не трудно будет выслушать старика. Я ведь в какой-то мере Кинэлле прихожусь наставником, пусть и бывшим, но тем не менее. Зовут меня Ивлус, когда-то имел честь командовать у ее отца гарнизоном замка, вернее, воинами, охраняющими замок.

– Вот оно как… – протянул я.

О том, что у Кин остался в замке наставник, она не рассказывала, но и убежать без чьей-либо помощи из замка, как она говорила, было проблематично. Она тогда явно не все поведала.

– Последнее время жил в деревне, недалеко от замка, но когда Кин вернулась, ей потребовались проверенные люди, и меня она позвала одним из первых, – продолжил Ивлус.

– И что, она сбежала от преследовавшего ее князя без твоей помощи? – спросил я. – В том ее рассказе не все так было прозрачно, – обронил, намекая, что кто-то ведь должен был Кин помочь?

– Это отдельная история, – мотнул головой Ивлус. – Сейчас речь не об этом. Вот письмо, – он вытащил из-за пазухи сложенный вчетверо лист и протянул мне.

Хм, письмо даже не запечатано – Кин доверяет своему человеку; правда, я еще не знаю содержимого, но думаю, что просто так она не погнала бы его в такую дорогу. Явно что-то случилось.

– С Кин все в порядке? – уточнил я.

– Да, – коротко кивнул тот.

– Пошли тогда в дом, не дело хозяину держать на пороге гостя, не предложив тому отдых с дороги, – сказал ему и указал в сторону дома.

– А лошадка моя? – не двигаясь с места, спросил Ивлус.

– Не волнуйся, в конюшне места хватит. К вечеру конюхи подойдут, а пока за лошадьми Ворон присмотрит, – ответил я.

– Ворон? – удивился Ивлус, подозрительно покосился на меня и стал озираться по окрестностям, смотря в небо.

Ворон же, находившийся невдалеке, радостно закаркал и погнал лошадей гонцов в сторону конюшни.

– Так вот оно как… – удивленно глядя вслед моему коню, протянул Ивлус и поспешил следом за мной.

Расположились мы на кухне, и некоторое время я приглядывался к Ивлусу. Того поразило, что слуг в доме не было, но он лишь удивленно вскинул брови и как-то странно покачал головой, не сказав ни слова. Он вообще был немногословен, хотя это и понятно: за столом, который накрыл мой советник, было на что посмотреть даже мне. Так он меня никогда не потчевал, а на мое замечание, что так с хозяином нельзя поступать, ехидно ответил, что старался исключительно для гостей. А стол ломился от яств, по которым я очень соскучился. Запеченный в корочку гусь, зажаренная в хрустящие ломтики картошка, сало, печеная и копченая рыбка, всевозможные соленья, компоты и вино. И каково же было мое изумление, когда Бурк пробурчал:

– Да, не очень-то тебе тут живется. Стол-то бедненький!

Я даже поперхнулся от такого заявления. Вот это – бедный стол?! Да это, это… просто шикарный стол! Обычно меня потчевали серой массой (которую Креун именовал то картошкой, то кашей без названия), всевозможными блюдами из яиц, чаем и парой булок; еще иногда крестьяне приносили свежего мяса с охоты. Вот и весь стол. А, про молоко забыл: вот чего-чего, а его было вдоволь. Немного успокоившись и поразмыслив, как все выглядит со стороны, вынужденно согласился с бывшим телохранителем главы ночной гильдии Лиина. Стол действительно бедный – в Лиине в любом трактире ассортимент намного лучше и больше. А как же тогда назвать то, чем меня все время потчевал Креун?

– Надо чью-то стену уменьшить, – хмыкнул я, обращаясь к своему советнику.

– Рэн, ты чего? Обиделся, что ли? – озабоченно спросил меня тот. – Я ведь не кухонный артефакт, а все это богатство тебе сегодня Маркен принес; в деревне свадьба, они и тебя приглашали.

– А что ж ты мне про свадьбу-то не сказал? – успокоившись, спросил я.

После той памятной процессии женщин на роль моих служанок староста часто стал предлагать различные услуги – когда надо и не надо. Вот мы с Креуном и решили общаться с ним с помощью записок. В основном всю переписку вел мой советник, рассказывая мне ключевые моменты жизни в деревне. А так староста приходил к нам через день и оставлял на кухонном столе свежее молоко, куриные и гусиные яйца. Если была какая-то потребность, то на столе лежала записка с указаниями для старосты, сам он иногда тоже оставлял послание. О том, что в доме находится много артефактов, он знал, да и вообще крестьяне считали, что я занимаюсь изготовлением очень дорогих и сложных магических предметов. Разуверять их не собирался, пускай считают.

– А чего говорить, если она только завтра состоится? – удивился Креун. – Да и что в этом такого? Подумаешь, жениться кто-то там собрался. Тебе-то какое до этого дело? Если ты по каждому случаю будешь у своих подданных на поводу идти, то они из тебя скоро веревки вить будут.

В словах советника был определенный смысл: нельзя своих подданных распускать – только слабину покажешь, так они на шею сядут и ножки свесят. Уважили господина – и ладно.

Бурк тем временем стал выспрашивать Ивлуса, как живется Кин. Старый вояка юлить не хотел, он просто на многие вопросы не отвечал, лишь качал головой. Понимай как хочешь.

– Ивлус, Бурк вместе со мной и Кин был на королевской охоте, если ее можно так назвать. Мне кажется, что моя супруга не стала бы скрывать от него такие вопросы, – сказал я, давая понять, что говорить он может свободно.

– Да я ничего и не скрываю, – пожал тот плечами, – она многое в письме написала.

– Точно! – хлопнул я себя по лбу и, достав листок, быстро углубился в чтение.

Письмо было небольшим, всего на полстраницы. Официально и сухо поздоровавшись, Кин отчитывалась передо мной, что с ней произошло с момента нашего расставания. Пятерка воинов, данная ей в сопровождение королевским капитаном, сопроводила Кин до замка и пребывала там и по сей день в качестве ее охраны. Дорога прошла спокойно, в замке ее встретили благосклонно. Интересно, а как еще можно встретить хозяйку? Всех ставленников своего дальнего родственника, который был управляющим, она выгнала, и дела у нее обстояли нормально. Налоги в казну собраны и готовы к отправке. Под конец письма она спрашивала меня, что я намерен делать дальше и как ей себя вести в обществе. Что значит – как вести и про какое общество она говорит? Такого текста я никак не ожидал. За что же она на меня так обиделась? Бросив задумчивый взгляд в сторону Бурка, решил, что ответ на этот вопрос сегодня обязательно узнаю.

– Ивлус, или чего-то не понимаю, или Кин не все написала, – задумчиво обратился я к бывшему наставнику моей жены. – Она что-то на словах передала?

– Ничего, только сказала, что примет любое ваше решение, – ответил тот, чем поставил меня в тупик.

– Какое решение? – уточнил я.

– Не знаю, – пожал тот плечами.

– Так… что-то мне ничего не понятно. – Мой взгляд остановился на Бурке, который как-то странно смотрел в сторону, будто боясь встретиться со мной глазами. А ведь именно у него Анлуса все узнала о нашем визите к королю! Вспомнилась мне последняя встреча с сестрой. – Бурк, давай я тебе покажу кое-что! – сказал и, поднявшись, не оглядываясь, прошел в гостиную. До меня только тяжелый вздох бывшего моего телохранителя долетел.

– Креун, Ивлус не должен услышать наш разговор, – предупредил я своего советника.

– Хорошо, а мне можно? – озадачил меня тот.

– Тебе? – переспросил я. – Тебе можно. – Подумав, решил, что о тех событиях наверняка знают все мои друзья, кроме меня самого.

Бурк вошел в гостиную и с самым искренним интересом стал озираться, выискивая, что я ему собрался показать.

– Бурк, что произошло у короля? – спросил я его.

– На королевской охоте? – уточнил он и, заметив мой кивок, продолжил: – Так ты сам все знаешь, ведь меня к замку отослали, а ты с Вукосом о чем-то говорить стал, а потом…

– Я не про это спрашиваю! Дурака-то не валяй! – Я стал терять терпение, подошел к нему вплотную и, глядя в глаза, сказал: – После того как я пришел от придворного артефактчика, наутро Кин странно себя повела, быстро собралась и уехала в свой замок. У меня никаких воспоминаний не осталось от той ночи. А ты, – обвинительно ткнул его пальцем в грудь, – что-то знаешь! Говори!

– Не могу, – пробубнил тот, – я Кинэлле обещал молчать.

– Ага, а сестре моей все рассказал!.. – прошипел я. – Говори давай, а то… – не нашелся чем ему пригрозить и не закончил фразы.

– …то что? – заинтересовался тот.

– В жабу превращу, – буркнул, отступая от него и плюхаясь в кресло, а потом принялся его увещевать: – Ты все равно уже нарушил слово, а ведь Кин просила тебя никому не говорить, подразумевая, что я-то все знаю. Если приеду к ней и начну все выяснять, при этом сославшись на то, что моя сестра знает о тех событиях, да мне кажется – и Генер уже тоже в курсе, то она догадается, кто всем растрепал.

Телохранитель Генера тяжело вздохнул и пожаловался:

– Твоя сестра – очень умная женщина. Она пару раз ко мне подходила и пыталась узнать, что произошло у вас с Кин, я молчал как рыба. А вот после совещания у кровати умирающего мэра она по секрету рассказала часть разговора, а потом потребовала обменяться информацией. Я решил, что у тебя секретов от сестры нет. Да и что там, в общем-то, скрывать? – Он опустил голову. – Рассказал, как было дело. Рэн, ну не знал я, что ты ничего не помнишь. Не говори Кин об этом, а?

– Продолжай, – махнул я рукой, но все же добавил: – Кин не скажу.

– В общем, ты тогда пьяный пришел…

– Угу, помню, как ты меня до двери доволок, – хмыкнул я. – А вот дальше… – пожал плечами.

– Дальше ты стал разглагольствовать о том, какая же красавица Кин, – усмехнулся Бурк.

– О чем?.. – уставился я на него.

Так, вот же сволочь Кринт со своими помыслами о бабах: довел-таки меня тогда до слюноотделения. Ведь мне придворный артефактчик предлагал еще выпить, а одним из последних его предложений было пойти по девкам. Вот я, видимо, и пошел. Ой, как же неправильно все… Так, а дальше-то что?

– Ну, ты что-то такое про ее глаза, волосы, фигуру плел, что она тебе сразу понравилась, все в таком ключе. Потом ты целоваться полез, за что был бит.

– Что? – опять не поверилось мне.

– Ударила она тебя; куда и как – не знаю, но голос твой в тот момент стал тоньше, чем обычно, хотя поползновений своих ты не прекратил. Не напейся ты так сильно – что-то, возможно, у тебя и получилось бы. Когда Кин позвала меня, ты уже спал, полураздетый, да и она была не совсем одета.

– Так, может?.. – выдавил я вопрос, надеясь, что натворить ничего дурного не успел.

– Нет, я все слышал. После нанесения тебе «легких телесных повреждений» Кин извинилась, стала оправдываться и просить прощения. Ты же говорил, что сам во всем виноват и прощать ее не за что. Потом ты вновь поклялся ей в любви и даже, как я понял, вы успели немного разоблачиться. Кин, вероятно, потеряла голову от такого напора, но сумела взять себя в руки и заявила, что если и станет твоей настоящей женой, то только после проверки чувств и нормального предложения. Ты ей обещал, что как только протрезвеешь – сразу же повторишь свои слова. Она тогда рассмеялась и ответила, что только тебе решать – быть ей твоей женой или нет. Ну, а утром…

– Не надо, – поднял я руку, – это помню.

Сказать, что меня удивили такие вести, – значит соврать; они меня ошарашили! Как я мог так поступить?! Вернее, чуть-чуть не добиться Кин? Как бы смог смотреть ей в глаза? Хотя смог бы, если бы… но ведь жениться-то я никак не планирую, не входит это в мои планы на ближайшие лет этак десять. И что делать? Да еще и решать что-то надо… Как-то мне взгрустнулось. Ситуация, из которой выхода совершенно не видно. Предать нельзя, но и… Н-да, засада…

– Креун, вина бы покрепче, – мысленно попросил я советника. – И, может, что посоветуешь? – с надеждой спросил я.

– Вино в шкафу, на кухне, – ответил мой советник и замолчал.

Понятно; даже он советовать ничего не хочет. Ладно, попозже подумаю, надо узнать, что там еще у нее происходит, недаром же Ивлус такую дорогу преодолел.

– Пошли на кухню, – махнул Бурку.

Вино действительно оказалось в шкафу; выбрав самую большую бутылку, я молча разлил вино по бокалам, но пить не стал, решив сначала узнать от гонцов все, что их привело ко мне.

– Ивлус, как я понял, ты приехал не только из-за письма. Что еще? – обратился к гонцу от Кин.

– Да, она неохотно меня отпустила, даже слово взяла, кое о чем не говорить. Я слово дал, но про себя сделал оговорку: кроме тех случаев, если увижу, что, нарушив его, это пойдет ей на пользу…

– И что ты увидел? – спросил я.

– В доме не видно женской руки, ты живешь один. Крестьяне от тебя в восторге, – начал перечислять он.

– С чего ты решил, что крестьяне от него в восторге? – удивился Бурк.

– Так, – он усмехнулся, – живут-то они рядом, справно в дозоры ходят, а как обо мне сообщить – дозорный к Рэну поспешил.

– И что? – не понял я.

– Я – верхом, дозоры только для сообщений господину выставлены, если бы крестьяне службу выполняли плохо, то спешить нужды бы не было, – пояснил он.

– Но ведь я бы за это мог их наказать, – удивился я.

– Так я же верхом, – растянул губы в улыбке Ивлус.

Логики старого вояки я не понял, но спорить не стал; пусть думает о чем хочет, главное – чтобы выводы правильные делал.

– Так что там с Кин? – поторопил я его.

Ивлус задумался, потом выпил вино и, собравшись с духом, начал говорить:

– Не все так уж и хорошо у Кинэллы. Вроде и налоги она для казны собрала, и народ доволен, что старая хозяйка вернулась, но на обеспечение замка и себя самым необходимым средств у нее нет. Через месяц, как она стала управлять замком, приехал князь Гунер, старый друг ее отца…

– Я знаком с князем, – склонил я голову.

– …ну, тогда вам будет понятнее, – махнул он рукой. – При князе вообще все шло идеально, большинство налогов были собраны, запасы на зимовку у крестьян сделаны. Все хорошо, но пару месяцев назад Гунер уехал, вот тут-то и началось. Соседи-помещики начали выставлять неоплаченные бывшим управляющим счета, дошло до того, что один из них, граф, предъявил права на деревню близ замка: мол, он ее в кости выиграл. Долги принято отдавать, или могут признать тебя негодным управленцем, и не важно, что они не тобой сделаны. Кин стала отдавать деньги, вскоре казна замка опустела, остались только королевские налоги. Хозяйка отказалась взять оттуда даже медяк, уволила почти всю обслугу. Оставила минимум слуг и воинов, чтобы хоть как-то содержать замок и обеспечить безопасность своих земель, да еще пятерых воинов, с которыми приехала; те всегда ее охраняют.

– Почему «всегда»? Были попытки нападения или угрозы? – прищурился я, помня о том, что Кин – не любительница устраивать показуху.

– Были, – повесил на грудь голову Ивлус, – и угрозы, и пара покушений. Угрозы посыпались, когда еще Гунер не приехал. Охрану я ей посоветовал оставить: сам-то уже не молод, вряд ли смогу защитить, а у воинов и амулеты магические есть. Первое покушение было больше предупреждением, она тогда проверить свою дальнюю деревню отправилась. Вот на первом привале, аккурат возле ее головы, стрела в дерево и вонзилась. Второе покушение после отъезда князя произошло, прямо в городе…

– В каком? – влез в разговор внимательно слушавший Бурк.

– Недалеко от замка, в паре часов верхом, небольшой городок – Илаг называется. Мы князя проводили и заехали на местный базар. Кин в окружении охраны была, в нее нож кто-то метнул; хорошо, что воины активировали защитный амулет, нож мимо прошел, – пояснил Ивлус.

– А из-за чего все это? Кто и что хотят от нее? – задумчиво спросил я. – Неужели месть? Или что, Вукос князя Викона не наказал?

– Да нет, – отрицательно мотнул головой Ивлус, – князя Викона на охоте кабан задрал, а ближайшие его сторонники как-то странно и быстро сгинули. Кто в пьяной драке ножом получил, кого разбойники убили, в кого-то на охоте случайная стрела попала, а многие просто исчезли – растворились, как будто и не было их никогда, – понимающе усмехнулся старый воин.

– Мне кажется, что кто-то хочет прибрать к рукам замок и земли графини, – сказал Бурк.

Хм, на это возразить нечего; самое простое, что приходит на ум. И как мне кажется, самое верное. Если бы хотели просто убить, то не загоняли бы в такое финансовое положение, а покушения… покушения, как мне кажется, просто для острастки.

– Да, ты прав, – подтвердил Ивлус, – Кинэлле предложили продать замок и все деревни; мол, она – замужняя дама, управлять своими угодьями не в состоянии, да и незачем такая тяжелая работа молодой женщине. Муж доволен опять же будет, что сумела избавиться от приносящего убытки замка. К ней все три соседа заявились – два старых графа и один молодой, и каждый хочет лапу наложить, чуть между собой не передрались.

– Понятно… – протянул я, а потом указал им обоим на стол: – Вы почти ничего не ели, а я тут с вами разговоры разговариваю. – Видя, что они продолжают смотреть на меня, раздраженно махнул рукой: – Давайте, давайте! Мне подумать надо.

Так, что получается: Кин угрожают и хотят отобрать земли и замок под предлогом продажи или разорения – не важно, важно другое, что таким образом все это наносит удар и по мне. Я-то ее муж как-никак. Хотя на мнение окружающих мне, в общем-то, наплевать, но могут возникнуть проблемы уже с королем. Вукос не будет разбираться во всех тонкостях; если получится, что Кин не справилась, а я не помог, то вновь вспомнит разговоры о нашем фиктивном браке. Это ему точно не по душе придется. Что может сделать король? Отобрать мои земли? Вряд ли, хотя… может не утвердить мой титул; следовательно, земли к короне отойдут. Так, а ведь мы с Кин ему в глаза врали… а за такое можно и не только земель лишиться, он даже на заслуги наши не посмотрит. Тем более что заслуг-то не так и много. А ведь еще и рейтинг претендентов на престол есть, в котором я под вопросом записан, анализ-то крови не вышел. Подсказывает мне кто-то сверху – при следующей встрече Вукос добьется от Кринта точного ответа о составе моей крови. Если только король не будет к этому моменту ждать наследника.

– Ивлус, а про королевскую свадьбу никаких разговоров не ходит? – спросил я гонца от Кин.

Он отрицательно мотнул головой, продолжая соревноваться с Бурком, кто отломает от гуся больший кусок. Выходит, со свадьбой Вукос не спешит. Это плохо; хотя даже если и женится он, и вскорости королева принесет ему наследника, то я в списке окажусь на втором месте, а это очень плохо. Нет, с этим чертовым рейтингом надо что-то решать! Может, есть какой-то путь, чтобы сложить с себя обязанности престолонаследия? Хм, возможно, но для этого надо будет раскрыть свою близость к короне. И опять клин! Да, от разговора с королем мне никакими путями не отвертеться. Желательно разговаривать на своей территории, под защитой ловушек и присмотром Креуна. Вот только после таких разговоров жить тут будет опасно, ведь не известно, как Вукос отнесется к моим откровениям. Он может виду не показать, а потом пришлет сюда пару полков при поддержке артефактчиков, и меня ничто не спасет. Но разговора не избежать, а значит, надо быть готовым к любому развитию событий и предусмотреть пути отхода. Дом терять не хочется, но – боги с ним, можно новый отстроить. А вот как быть с Креуном? Его-то я терять никак не желаю! А что, если ему тоже создать новый дом? Стену такую возвести смогу относительно легко. Хм, а это идея!

– Креун, ты мог бы переселиться в другое место? – спросил я своего советника.

– Рэн, – с опаской ответил тот, – ты о чем?

Пришлось мне пересказать ему свои выводы, с которыми он частично согласился. Усомнился лишь в одном: что пара полков сможет ему противостоять на его территории с таким огромным количеством ловушек. А вот про переселение он сказать ничего так и не смог. Вернее, пояснил, что пару раз пытался поселиться в стенах дома – они намного больше его жилища и силы бы его возросли – но ничего не вышло.

– Может, нужны те руны, которые на твоей стене? – поинтересовался я.

– На моей стене есть руны? – изумился Креун.

– Да, и много; там даже есть руны в рунах, я бы сказал, хитро сплетенные. Ты что, их не видел никогда?

– Как я увижу?! Ты же меня в свой разум пускать отказываешься! Я с тобой лишь говорить могу, а глаз-то у меня нет! Ты же знаешь, что окружающий мир я вижу только по потокам магии и аурам.

Возразить мне было нечего, я его так ни разу и не пустил в свой разум. Хотя он и утверждал, что никогда не сможет поселиться в человеческом теле, но я опасался. Вдруг он ошибается и ему приглянется мой мозг. Я для него никогда не стану полноценным хозяином, в моей крови лишь небольшой процент крови истинного мага, когда-то создавшего Креуна. Но для полноценного и максимального сотрудничества пустить мне его придется. К такому выводу я пришел уже давно, но в последнее время он не заводил об этом разговоров.

– Ладно, – буркнул я, – сегодня увидишь свои символы, тогда и подумаем.

Креун ничего не ответил. Наверное, боялся спугнуть удачу. Я же задумался. Странным был маг, создавший Креуна. Слышать и разговаривать он его обучил, наделил недюжей силой и интеллектом, а о возможности смотреть на мир обычными глазами не позаботился. Почему? Чтобы не подглядывал за хозяином? Вряд ли; вероятно, посчитал, что в таком умении артефакту нет необходимости. Точно! Решено, попробую разобраться с рунами на стене своего советника, после чего отправлюсь к Кин. Надо там выяснить, что к чему, помочь, да и в наших отношениях определиться… Так, а про Бурка-то я забыл! Он с чем приехал?

– Бурк, а тебя-то зачем прислали? – обратился к нему.

– Так это… – телохранитель Генера почесал затылок, – посмотреть, как у тебя дела, да и напомнить, чтобы ты на свадьбу не опоздал.

– А свадьба когда? – спросил я.

– Забыл, совсем забыл! – воскликнул Бурк и вытащил из кармана письмо. – Анлуса передала; если вдруг она не указала дату, то свадебная церемония состоится через полтора месяца. Это она так захотела, чтобы все кругом в распускающихся цветах было.

– Понятно, – ответил я и забрал письмо.

Анлуса писала про какие-то наряды и украшения, которые она присмотрела на свою свадьбу. Строго-настрого просила приехать раньше назначенного времени, чтобы подобрать и мне подходящий наряд. О своей жизни особо не рассказала, да и весь текст письма каким-то сумасбродным вышел. Я даже головой помотал, прочтя письмо до конца. Смысл ее послания от меня ускользал. Вроде и спросила о чем-то, а вроде и нет… одни какие-то восторги всем и вся. Меня вот Рэнчиком обозвала, привет Креунчику и любимому конику моему передала! Бред какой-то, а не письмо!

– Бурк, что это? – недоуменно спросил я у гонца сестры.

– Письмо, – невозмутимо ответил тот, а потом чуть улыбнулся: – Там просто сумасшедший дом какой-то, все на этой свадьбе свихнулись, ходят как мешком пришибленные и только об этом и говорят. Вернее, не все, но Анлуса с графом Портрисом и моей женой – точно, и даже Генер иногда под их влияние подпадает. С ними находиться стало тяжело.

– Ясно, – усмехнулся я, представив воочию эту картину. – И ты решил от них сбежать?

– Нет, просто случай подвернулся, – улыбнулся Бурк.

– Дорога была у вас дальняя, – я перевел взгляд с Бурка на Ивлуса. – Предлагаю вам отдохнуть, а потом еще раз все обсудим. Ваши комнаты на втором этаже, двери откроются только вам: на них надписи с вашими именами. Туалеты в комнатах есть, а вот принять ванну можно по очереди, она в конце этажного коридора. Освежитесь, выспитесь – короче, отдохните. Если захотите перекусить, то еду найдете здесь.

– Я думал сегодня обратно отправиться, – удивленно сказал Ивлус.

– Тебе, да и твоей лошади, отдохнуть не помешает. И мне над ответом необходимо подумать, – покачал я головой.

– Ты еле сидишь от усталости! – поддержал меня Бурк, обратившись к гонцу.

– А когда ляжете спать, вытащите из своей одежды все предметы, ничего не забудьте, вернуть я их вам не смогу, – дал я им напутствие, не став объяснять, что к чему, и пошел на улицу; мне необходимо все взвесить и продумать.

В том, что отправлюсь с Ивлусом к Кин, – сомнений у меня нет. Но за все это время я так и не обзавелся защитными артефактами. А они мне понадобятся, без них как-то некомфортно; в памяти услужливо всплыла картинка, как я повстречался с убийцами, прикидывающимися пьяными. Чудом сумел уцелеть, и повторять такие эксперименты мне не хочется! Купить что-либо серьезное не в состоянии – нет столько денег. Отправляться на поиски артефактов – слишком рано, снег сошел далеко не везде, а под ним можно ловушки не заметить. Конечно, можно рассчитывать на браслет, но не всегда он срабатывает. Креун же мне там помочь будет не в состоянии: ведь если и искать где-либо артефакты, то в лекарском поселении истинных. Мы с Креуном много раз обсуждали, чем там можно поживиться, и с каждым нашим разговором я все больше желал посетить вновь то место. Прохаживаясь взад-вперед, размышлял и не заметил, как дошел до стены советника.

– Креун, что надо сделать, чтобы пустить тебя в свой разум? – спросил я.

– Рэн, ты точно этого хочешь? – переспросил он.

– Точно, не точно – какая разница? Считаю, что это нам необходимо!

– Просто мысленно разреши мне стать частью тебя, а когда почувствуешь меня в своем разуме – не выгоняй.

Сверля глазами стену своего советчика, выполнил все его распоряжения. Странное ощущение: мой разум разделился, внутри головы что-то сильно засвербело и зачесалось. Очень неприятные ощущения, попробовал поднять руку и почесать голову. Но… шевельнуться не могу! Руки и ноги стали чужими, я пытаюсь ими управлять, а они не слушаются. Кажется, что команды они не получают. Даже рта открыть не могу! Меня пробил пот.

– Креун! – мысленно взвыл я.

«Все нормально», – донеслась до меня моя же мысль, – «расслабься и не дергайся, попробуй сосредоточиться на рунах, изображенных на стене».

Голоса своего советника я не слышал, только свои же мысли; значит – он в моей голове. Что он там делает? Вдруг прочитает мои воспоминания или тайные желания? Брр…

«Не выгоняй меня! Еще чуть-чуть!» – пронеслась мысль.

Чья? Моя или нет? Вроде моя, а вроде и нет… Ладно, попробую расслабиться. Ноги сделали пару шагов вперед, руки коснулись стены и плавно провели по рунам. Я как-то отрешенно наблюдал за всем со стороны.

– «Я ухожу…» – мелькнула мысль, и я, внезапно покачнувшись, прилично приложился лбом о стену.

– Черт! – вслух выругался и с дрожью в ногах сел на снег у основания стены.

Поднял глаза вверх и… был облизан. Ворон внимательно и тревожно смотрел мне в лицо, как бы спрашивая: «Хозяин, ты в порядке?»

«В порядке, все хорошо», – мысленно ответил ему, говорить сил не было.

«Ну и напугал ты меня!» – четко отразилась в моем мозгу мысль коня.

– Ворон! Ты меня слышишь? – воскликнул я.

Ворон радостно заржал, лизнул меня еще раз и унесся в сторону конюшни.

– Рэн, боюсь, что Ворон не сможет постоянно излагать свои мысли. Только в период опасности своему хозяину или если с ним самим что-то плохое приключилось, – ответил мне Креун.

– Думаешь?.. – спросил я советника.

– Да. А смотреть глазами человека мне не понравилось. Я к другому привык, здесь слишком ауры блеклые и потоки магии плохо видны. Да и принести с собой все свои знания не смог, малую часть удалось взять. Хотя пару десятков заклинаний я мог бы использовать, – поделился со мной Креун.

– А почему я так себя чувствовал? Руки-ноги не двигались, даже голову повернуть не мог, – вспомнил свое состояние.

– Э-э-э, тут моя вина есть. Я не сразу разобрался. Но так как твое тело выполняет приказы мозга, то получается, что два противоположных приказа выполнить невозможно. А так вышло, что я хотел стоять на месте, а ты хотел сделать что-то другое.

– Но я же стоял! Не двигался! – возразил я.

– Но ноги и руки у тебя и не двигались в момент моего появления в твоем мозге, – возразил Креун, а потом добавил: – Знаешь, мне в твоем теле показалось так тесно, узко, что мне стало жаль всех людей. Я живу в своем доме, имею огромные возможности…

– Но без людей ты ничего бы не смог! – возразил я. – Вспомни, кто тебя создал и каково тебе было в одиночестве.

– На это мне нечего сказать, – ответил артефакт, явно не разделяющий мою точку зрения, но решивший не спорить. Я тоже не стал. – Рэн, для твоей же безопасности ты должен чаще меня пускать в свою голову, чтобы в случае необходимости я смог защитить тебя.

Ничего отвечать не стал, просто сидел и смотрел в голубое небо, наслаждаясь шорохами природы и безмятежностью. Вот только пора возвращаться к проблемам. Где брать подарки для Анлусы и Генера? Похоже? придется покупать, а не хотелось бы. Хм, а на что? От всех денег у меня осталось чуть более пятисот золотых – на такую сумму ничего путного не купить. Улыбка невольно расползлась по лицу: да еще год назад, назови кто такую сумму ничтожной, я бы просто покрутил у виска, в то время сто золотых в месяц очень хорошим доходом считал. И все же, что же делать-то? В лекарские владения не успеваю, а на них у меня был расчет – поправить свое финансовое положение, да и обзавестись новыми артефактами. Н-да, проблемы буду решать по мере их становления. Сейчас надо расставить все на свои места в отношениях с Кин, да и помочь девушке – все же я за нее в какой-то степени отвечаю. Когда окончательно принял решение, на душе полегчало: я поднялся и, напевая песенку, отправился к дому. Гости отдыхали, и можно спокойно собираться в дорогу. Первое – своих подданных надо поставить в известность. Пришлось опять идти на улицу и свистеть Ворону. На нем в мгновение ока доскакал до дома старосты и отдал необходимые распоряжения. Правда, тех приказов-то и не много – не носить продукты, убирать территорию поместья да заходить в дом за распоряжениями. Маркен с невозмутимым лицом слушал, но последние слова его потрясли.

– Господин Рэн, вы же уедете, – осторожно начал он.

– Уеду, – согласился с ним, утвердительно кивнув.

– Но распоряжения… – растерянно развел руками староста.

– Видишь ли, Маркен, – задумчиво окинул того взглядом, – в доме есть часть ценного артефакта, вторая часть всегда при мне, он способен переносить на большие расстояния предметы. Правда, не тяжелее пятидесяти грамм. Так вот, на кухне оставлю поднос, ты заходи два раза в неделю: если будут распоряжения, то на подносе найдешь письмо. Если же понадобятся указания – положишь сообщение на поднос. Понял?

– Да, ваша светлость, все понял!

– Какая я тебе светлость?! Ты смотри, – я погрозил ему пальцем, – чужими титулами меня именовать не следует!

– Такие артефакты не у каждого короля в сокровищнице отыщутся, а вот у нашего господина…

– И насчет артефактов не след всем подряд распространяться, – пришлось сделать недовольное лицо.

– Да мы с понятием, ни один рта не откроет! – пообещал староста.

Хотя своим обещанием он давал понять, что мои-то люди знать будут. И ладно, ничего в этом страшного нет – подумаешь, у кого какие артефакты имеются… Про связь и отдачу приказов моим людям мы с Креуном долго спорили; ничего лучшего не придумали, как объяснение про два артефакта. Вскочив в седло, хотел было направиться в дом, но староста меня остановил:

– Господин Рэн, а когда учителей-то нам ждать?

– Каких… а… помню, обещал и от слов своих не отказываюсь. Сам видишь, зиму в поместье сидел; как только толкового кого найду – сразу направлю, а тебе распоряжение пришлю.

– Благодарствуем, – ни капли не смущаясь, как будто так и должно быть, произнес Маркен.

Внимательно на него посмотрел, но весь его вид, да и аура были спокойными. Хотя чего это я? Сам ведь обещал, а обещания надо выполнять. Кстати, а на что? Моих денег, конечно, хватит и на десяток учителей, тут же надо не больше двух, а то и один справится, но раскошелиться все равно придется. А ведь надо еще посуду прикупить, да и одежда нужна. Креун мою восстанавливает, но в одном и том же не походишь… если обстоятельно обдумать, то денег надо много.

Остаток дня провел в сборах, проверил уровень магической энергии в своих перстнях, покрутил в руках посох истинных, решая, сможет он мне пригодиться или нет. В итоге решил оставить его дома, не думаю, что он мне понадобится, а таскать с собой такую игрушку слишком опасно. Увидит кто, и тогда охота за посохом обязательно начнется… Утром на кухне объявил свое решение:

– Бурк, на свадьбу к сестре обязательно приеду вовремя. Так и передай. – И повернулся к Ивлусу: – А Кин… Кин собираюсь с тобой навестить, лично с ней поговорю, заодно и проблемы ее порешаю.

– Рэн, ты многим рискуешь! – воскликнул Бурк. – Там непонятно что творится, заедь хотя бы за Гунером, с князем вдвоем быстрее и безопаснее будет!

– Может, и заедем, а может, и нет – посмотрим. А риск, он везде есть, но сидя здесь и думая, что проблемы сами рассосутся… – взглянув на Бурка, осуждающе покачал головой. – Уж от тебя-то не ожидал таких слов!

– Господин Рэн, ваша супруга нуждается в помощи! Вы верно решили, – склонил голову Ивлус.

– Тогда допиваем чай – и в дорогу! – сказал я.

А через час я оглянулся, сидя на Вороне, и всмотрелся в скрывающуюся позади свою деревню, а вместе с ней и мои земли. Впереди лежала дорога, в которой мне предстояло решить, что же говорить Кин.

## Глава 2. Магические эксперименты

Три дня в пути, до замка Кин осталось еще два, а дела-то у нее совсем плохи. К такому выводу подталкивало поведение Ивлуса. С гонцом мы разговаривали мало, старый воин все больше хмурился и неохотно отвечал на вопросы. Сам же он разговор не заводил, молча ехал рядом и чем-то напоминал Бурка в наше первое с ним знакомство. Такой же угрюмый и неразговорчивый. На ночевки мы останавливались в деревнях, решив объезжать города стороной. Вот тут-то и проявилось его плачевное денежное состояние. Ивлус торговался с крестьянами за каждый медяк, гордо отказавшись принять мои деньги. Его не убедил даже довод, что в какой-то степени он и мой подданный. При первой же ночевке, когда мы устраивались, я с удивлением услышал:

– Значит, так, – сказал он крестьянину, который согласился предоставить нам ночлег, – господину в доме стели, меня и сеновал устроит. Сколько возьмешь за то, что сено твое примну?

– Ивлус, будем ночевать вместе, деньги у меня есть, – сказал ему.

– Госпожа дала мне в дорогу определенные средства, – упрямо ответил тот.

Внимательно на него посмотрев, понял, что спорить с ним бесполезно. А, пусть поступает, как сочтет нужным. Не ругаться же с ним, в самом деле? На вторую и третью ночевки все повторилось. При расчете с крестьянами он упорно отсчитывал свои медяки, всем видом говоря, что мы просто попутчики. «Кин ему про наши отношения что-то точно рассказала», – пришел я к выводу в своих умозаключениях, но решил не забивать голову. У меня дела были поважнее в пути – Креун продолжал мое обучение. Мне-то казалось, что сумею отдохнуть немного, развеяться. Ага, размечтался! Только мои земли скрылись из виду, как этот вредный учитель произнес в моей голове:

– Рэн, ну что ж, руны ты более-менее выучил, надо бы и за их применение браться.

– Какое применение? Побойся богов, дай хоть немного от обучения передохнуть!

– Ты уже достаточно отдыхал, – ехидно произнес мой советник и учитель. – А тут все очень складно сложилось, ведь я раздумывал, куда бы тебя подальше отправить, чтобы ты в поместье никаких бед не натворил.

– Ах ты!.. – У меня в груди от негодования все сдавило, даже слов не нашлось.

– Ворон – конь умный, может и без участия всадника путь держать, – не обращая внимания на мое негодование, продолжил Креун. – Будем ставить сторожевую сеть.

– Это как? – невольно заинтересовался я.

– Восьмигранная руна в круге, – коротко сказал советник и продолжил: – Берешь силу из своего источника, устанавливаешь на нее руну и помещаешь на любой доступный магический поток; активируешь руну и раскидываешь вокруг себя эту магическую энергию. Понял?

– И что получится?

– Ты должен в своем подсознании вызвать собственную руну – увидишь точки с аурами вокруг себя. По аурам поймешь – кто и с какими помыслами к тебе подбирается.

Восьмигранная руна в круге отпечаталась у меня в памяти надолго; периодически путал ее с такой же, но без круга, за что часто выслушивал от Креуна нелестные высказывания в свой адрес. Самое безобидное – олух, а об остальных вспоминать совсем не хочется… Сторожевая сеть – это здорово! От моего недовольства не осталось и следа – с радостью принялся за дело. Вот только все оказалось очень сложно; мало того, что взять энергии из своего источника мне удавалось очень мало и не всегда, да еще и руна никак не хотела устанавливаться в эту, хм… энергию. На деле это выглядело следующим образом: закрыв глаза, погружался в себя, отделял от источника энергию, представлял руну во всех деталях и пытался… а тяжело добытой энергии из источника – уже нет и в помине. После часа безуспешных попыток пришлось обращаться за помощью к советнику:

– Не выходит! – коротко сказал Креуну и добавил пару нелестных для него слов.

– Как делаешь? – спросил он меня.

– Как учил! – подковырнул его я и рассказал, в чем заключается проблема.

– Да это и не проблема вовсе! – дослушав, воскликнул он. – Рэн, надо краем сознания контролировать свою энергию, взятую из источника, и тогда…

– Понятно, – кисло ответил я.

Держать краем сознания свой поток я уже пытался, но тогда руна ставилась куда угодно, но только не на него. И все же к концу дня у меня начало что-то получаться. До сторожевой сети очень далеко, но через раз руна на мою энергию устанавливалась. А утром все опять пошло по кругу, к концу третьего дня пути у меня получилось-таки наконец не только вызвать руну, но и раскинуть сеть. Хм, правда, сеть была всего в паре метров, и захватывала только меня, Ворона, Ивлуса на лошади и пару мух, решивших погреться на весеннем солнышке, а может, и поживиться за наш счет.

– Креун, – позвал своего советника. – Получилось!

– Как далеко можешь просматривать местность? – деловито осведомился тот.

– Метров пять, – ответил, решил не говорить ему, что пять метров впереди себя и пару метров вбок, а сзади сторожевой сети вовсе не было.

– Сколько?! – Голос Креуна выразил крайнее разочарование. – Рэн, тебе необходимо тренироваться! Много, много и усердно тренироваться.

Угу, это и без советника, дающего какие-то размывчатые советы, ясно. Вот только настроения не прибавляет. Хоть и ровно шел Ворон, как чувствовал, что не надо мешать мне заниматься, но усталость накатывала неимоверная вкупе с разочарованием. Помнится, в свое время давал себе зарок не злоупотреблять вином, но стаканчик вина сейчас совсем не помешает. Кликнул крестьянина, у которого и приобрел за совершенно смешную сумму большущую бутылку, меньше у того в закромах не имелось. Правда, мутная жидкость, гордо именуемая вином прошлогоднего урожая, доверия внушала мало, но на безрыбье… Ивлус с неохотой согласился разделить совместную трапезу. Он поглядывал на меня время от времени и наверняка задавался вопросом, почему это у меня так портится настроение. Посвящать его в свои дела не хотелось, тем более, что он не очень-то горел желанием делиться со мной сведениями о том, что творится в замке Кинэллы. Вроде бы и рассказал все, но что-то явно недоговорил; а если в чем-то смолчал, то и полного доверия не будет. Так, размышляя, я смаковал вино, которое на удивление оказалось приличным напитком, несмотря на невзрачный цвет. И неожиданно крепким – об этом сказали ноги, которые не пожелали меня слушаться в полной мере, когда пришло время справить нужду. Так, с вином пора заканчивать. Может, Ивлуса попытать?

– Вот скажи?.. – вернувшись со двора, на который уже опустилась ночь, начал я.

– Милорд… – перебил он меня.

– Еще нет, – усмехнувшись, я тоже не дал ему договорить. – Меня интересует твое поведение. Какие напутствия тебе дала Кин?

– Графиня просила получить только ответ от вас, – отвернувшись в сторону, ответил Ивлус.

– Допустим, – согласился я с ним. Зная-то характер Кин, в этом мало сомневаюсь. – Но все твое поведение говорит о том, что ты чем-то недоволен. И дело даже не в том, что в твоей ауре иногда проскакивает негодование, когда ты смотришь на меня, думая, что я не вижу; все твое поведение только это подчеркивает! Скоро мы доедем до замка, но разобраться в сложившейся ситуации нужно заранее. От этого всем станет легче!

Старый воин задумался, молча налил себе вина и залпом выпил. На меня он так и не взглянул. Потом поднялся и, все так же глядя в сторону, произнес:

– Милорд, давайте этот разговор продолжим завтра. Камня за пазухой у меня нет, хотя… – Он махнул рукой и посмотрел мне в глаза. Взгляд Ивлуса источал обиду, но обиду не на меня – в этот момент его аура полыхала, но ее пики были направлены не в мою сторону. Креун долго и подробно заставлял меня читать ауры и их отношения к объектам, так что в чем в чем, а в этом разбираюсь отлично.

– Не буду скрывать, меня Кинелла просила не причинять вам вреда.

– Сядь! – резко и жестко, неожиданно даже для себя, приказал ему. – Сядь и подумай! Как ты мог причинить мне что-либо на моей территории? Или ты не в курсе, что я артефактчик?! Кин боялась в первую очередь за тебя!

– Но ведь вы поехали со мной, – возразил он. – У меня имелось много моментов…

– Не было у тебя никаких моментов! И дело даже не в том, что ты этих моментов не хотел! Постоянно прикидываться, что ты не желаешь мне зла и обманывать свою же ауру, ты не в состоянии. Конечно, смог бы, если у тебя был соответствующий артефакт, но его у тебя нет! Но предположим на миг, что ты сумел меня обмануть. Что ты мог бы мне сделать? Пустить болт в спину? Ты на это не способен, как и прирезать в момент отдыха. Нет, вызвал бы меня на бой, и что дальше?

Ивлус сел на табурет и с интересом посмотрел на меня, я же продолжил:

– У девушки проблемы – понятно, но с недавних пор ее проблемы – мои проблемы! Да, я не знаю, как она меня встретит, но постараюсь сделать все, чтобы помочь ей!

– Мне не дано видеть аур, – медленно начал воин, – но вы говорите от чистого сердца. Так и быть, может, я буду и не прав, но… – Ивлус, глубоко вздохнул, нацедил себе целый стакан, одним махом опустошил его и продолжил: – Пару недель Кинэлла порхала по замку и все ждала визита важного гостя. По прибытии князя Гунера я радостно вздохнул: вот он, гость – но Кин ждала не его. Проходило время, она все больше мрачнела, замыкалась в себе, а тут неприятности навалились. Она встрепенулась, пыталась барахтаться сама, запретив ставить кого-либо в известность. Даже своему мужу отправила письмо, в котором о проблемах – ни слова. По паре ее обмолвок мне становится понятно, что с супругом графиня сильно повздорила перед расставанием, он чем-то сильно ее обидел и теперь даже не хочет навестить!

– Хм, понятно, – мне-то подумалось черт-те что, а тут просто преданность. – Приехать у меня не было никакой возможности. Я не оправдываюсь – говорю как есть. Обидел? Наверное, хотя невольно, и до недавнего времени сам об этом не подозревал. Каковы будут наши отношения дальше – сказать не могу, надеюсь, она сможет меня простить. Ты хоть о проблемах-то все рассказал?

– Да, она не велела, но я так решил, еще не видя вас, после планировал известить князя Гунера, но… – он развел руками.

– Понятно. – Я задумался; все время покоя не давал один вопрос, и наконец-то он сформировался: – Ивлус, ты говорил, что граф выиграл деревню в кости, да и какие-то расписки все появляются. Такое не могло пройти мимо ночной гильдии. Выходит?..

– Как таковой в округе нет ночной гильдии, – ответил старый воин. – Илаг основан четырьмя графами, одним из них был прапрадед Кинэллы. Конечно, в городке есть притоны и воры, но для гильдии городок слишком мал. Да вы и сами увидите.

– Можешь идти, – устало махнул я. – Тебе, да и мне, надо подумать, а желательно еще и отдохнуть.

Ивлус кивнул и, поднявшись, молча вышел. Не знаю, поверил ли он мне, но хоть недомолвок не осталось. Лежа в кровати, решил пару раз попытаться раскинуть сеть. Только немного усовершенствовав процесс, добавив к потоку магии ветерок, который без всяких рун выходил из моего источника. Кстати, а ведь Креун не боялся, что я могу дел натворить, используя внутреннюю силу. Что-то он темнит! Может, знает силу источника, я в круге управления бывал неоднократно, кровь он мою исследовал. Надо уточнить!

– Креун, – позвал своего советника, – почему в поместье ты не только не боялся, но и заставлял работать с моим источником? Вдруг бы я смог создать фаербол огромный или ураган устроил бы?

– Твою чистую магическую энергию легко блокировать, – менторским голосом ответил Креун. – это я тебе неоднократно говорил! Чем ты слушал? А вот какая бы у тебя получилась руна… Нет, ничего страшного не произошло бы, но разрушения могли случиться.

– Понятно, – чуть пристыженно ответил, а потом спросил: – А можно добавить в эту композицию ветер из своего источника, чтобы разбросать сеть?

– Хм, мой бывший хозяин о таких мелочах мне не рассказывал… думаю, он действовал так, как и ты пытался. Дело только в тренировках да возможности с легкостью работать со своей магической энергией.

– Но попробовать-то можно, плохого же ничего не должно случиться? – все же решил уточнить у советника.

– Не должно… – В голосе Креуна, уверенности не слышалось. – Рэн, давай ты только не в помещении такие эксперименты проводить будешь? А то обвалится на тебя дом, и будешь ты его крестьянину восстанавливать, – намекнул он, чтобы я не вздумал немедленно воплощать свои идеи в жизнь.

– Да, в этом ты прав! Завтра опробую, – вздохнув, ответил я.

Тронувшись в путь и отъехав от приютившей нас на ночлег деревни, попросил Ивлуса отъехать на полкилометра и ждать меня. Старый воин ничего не сказал: его отношение ко мне после вчерашнего разговора стало меняться, но лед недоверия был сломлен не окончательно. Дождавшись, когда он удалится на указанное расстояние, приступил к испытаниям. На удивление быстро смог наложить руну на частицу свей магической энергии и, слив ее с ближайшим потоком магии, насытил ветерком и мысленно послал во все стороны. Сеть раскинулась не в пример лучше, чем вчера, до Ивлуса она не долетела, но совсем немного. Зато в зоне ее действия оказалось много различной живности, излучавшей ауры. И многие ауры мне не понравились, особенно те, что быстро перемещались в моей сторожевой сети. Эти ауры принадлежали различной мошкаре, и их отношение ко мне и Ворону не нужно было и угадывать. Интересно, а как долго сможет сеть проработать и что будет, когда я тронусь в путь? На этот вопрос ответ был получен немедленно. Тронув Ворона, обнаружил, что сеть перемещается вместе с нами! Отлично, работает! Когда в сеть попал Ивлус, сравнил его ауру в сети с той, что видел пару минут своим магическим взглядом, – отличий не наблюдалось. Осталось определить, какое время сеть будет активной. Тронувшись в путь, время от времени проверял ее состояние; где-то через пару часов сеть стала сжиматься, уменьшая свой радиус покрытия, и спустя еще час полностью исчезла. Креун таким результатом остался доволен, сказав, что чем больше я смогу взять собственной энергии, тем дольше будет держаться сеть. Он настаивал на моих постоянных тренировках, но я решил поэкспериментировать с другими знаниями. Ведь руны огня, льда, воды и ветра мне известны, а значит, и усилить получаемые из своего источника заклинания возможно. Наверное… Вновь попросив Ивлуса оставить меня одного, с энтузиазмом принялся за дело. Так, берем энергию из своего источника и преобразуем ее в огонь – есть; угу, руну огня туда… Ветерком усиливать? Может, не надо? А то еще не полетит – и поджарит собственный огонь меня вместе с Вороном… Ветерок – и швыряем в сторону. Мелкий огонек, треща, образовался перед моим взором и улетел куда-то. Так-с, досадно… попробуем влить дополнительную магическую энергию из проходящих потоков, благо их в достатке рядом. Взял свою энергию – руну туда, уже намного легче получается, вот что значит практика, сливаем с проходящим потоком… Ой, из моего источника потекла энергия, увеличивая в размерах получившееся магическое заклинание. Ветерком – и в сторону! Огненный шар обдал меня жаром и отлетел в нужном направлении, метров на сто, ударился о камень и красиво взорвался. Вышло, у меня вышло! Только руки дрожат да перед глазами чертики пляшут. Голова упала на грудь, а сам повалился на шею Ворона. Двинуть ни одной частью тела сил нет, слово сказать – и то не могу, только слух остался. Вот донесся топот копыт.

– Милорд! – раздался голос Ивлуса. – Что с вами?! И что тут, черт возьми, было?!

Попытался ему ответить, но тут в ушах зашумело и глаза закрылись. Сознание я не потерял, все чувствую, хоть не вижу, и слышу как в тумане. Вот Ивлус начал трясти меня за плечо, вот Ворон опустился на колени, и мое безвольное тело сгрузили с него и положили на прогалину, лицо стали натирать весенним снегом и облизывать. Через какое-то время меня оставили в покое, и вскоре рядом затрещал костер, а я потихоньку стал приходить в себя. Нет, подвижность возвращаться не желала, но шум в ушах пропал, глаза открылись, а потом и видеть стал, как и прежде. Надо мной пролетали птички и иногда появлялось лицо Ивлуса, который, горестно вздыхая, качал головой и отходил, после чего появлялась морда Ворона – он фыркал и укоризненно каркал. Надо бы с Креуном связаться, рассказать о произошедшем… Губы невольно скривились: заранее предчувствую головомойку, которую обязательно устроит мне советник.

– Креун, – позвал я.

– Рэн, я тут, – отозвался артефакт, а потом возопил: – Что с тобой?! Почему ты без сил?! Ранен?! На тебя напали?! Отвечай же, в конце концов!!!

– Успокойся, никто на нас не нападал, – чуть помедлил и, тяжело вздохнув, продолжил: – Попытка создать фаербол увенчалась успехом, вот только сил не осталось.

– Да? И как же тебе удалось его создать? – подозрительно ласково спросил артефакт.

Представляя, что сейчас начнется, рассказал ему, как обстояло дело. Н-да, был не прав, когда думал, что получу нагоняй! Получил получасовую лекцию о том, как неразумного ребенка оставили в запертой комнате, предварительно строго-настрого наказав не брать огниво, которое оставили в доступном месте. Наградив меня новыми «титулами», Креун наконец дал пояснения:

– Руна огня будет тянуть магические потоки отовсюду: все руны, не заключенные в круг, обладают такими свойствами. Это ты должен был запомнить…

– Но ведь магический поток был не только у меня, рядом был еще больший, – возразил ему. – Думал, что…

– Рэн, прошу тебя! – перебил он, не дослушав. – Прежде чем думать, надо изучить! Магия – очень опасная вещь, она в первую очередь опасна для мага. Тебе, чтобы постичь магическое искусство, надо узнать о многом.

– И как же о нем узнать? – с сарказмом осведомился у своего советника.

– Помнишь, ты как-то собирался поискать старые книги…

– Да где ж их найти-то? – перебил я.

– Дослушай. – Креун помолчал. – Если помнишь, то был у нас разговор про школы истинных, куда они отправляли своих детей изучать магию.

– Был такой разговор, – припомнил я.

– Думается мне, что поискать стоит: если лекарское поселение было неразграбленным, то и от школы должно что-то остаться… – Артефакт взял паузу.

– И где ее искать? – скептически спросил я. – Ты говорил тогда, что школы должны быть рядом со многими стихиями. Значит, где-то в горах, рядом с морем; но с таким описанием…

– Да, местоположения у нас нет, но истинные маги всегда строили свои дома невдалеке от жилья… – вдохновенно начал Креун.

– Ага, особенно наш с тобой дом, да и лекарское поселение находится в непосредственной близости от оживленных мест! – рассмеялся на его слова и почувствовал, что силы постепенно возвращаются.

– Улыбаешься? Это хорошо, – раздался над ухом голос Ивлуса. – Но что же у тебя там произошло-то? Артефакт какой бракованный сработал?

– Ну да, артефакт, – согласился с ним, не желая объяснять, что случилось на самом деле.

– Тогда тебе очень повезло, а силы – восстановишь! Скоро покушаем, – воин махнул в сторону костра, где был готов вертел с насаженным зайцем. – Пока ты отдыхал, мне косой подвернулся: я решил, что жареное мясцо тебе в самый раз придется.

– Превосходно! – непроизвольно потерев пузо, я встал и подошел к костру; кушать, вернее, жрать хотелось неимоверно. Казалось, живот прирос к ребрам.

– Рэн, что ты решил насчет школы? – поинтересовался Креун.

– А что решать? – сглатывая слюну при взгляде на то, как ловко орудует импровизированным вертелом Ивлус, ответил я советнику. – Искать знания необходимо, но надо сведений набрать, да и другие сейчас дела есть.

Зайца мы разделили поровну, но он меня не насытил, только голод раздразнил. Видя мое состояние, Ивлус что-то хмыкнул, молча взял арбалет и отправился в лесок, который, на мое счастье, был не далеко. Вернулся он с двумя трофеями – тетеревом и еще одним зайцем, быстро их разделал, и через час голод у меня утих.

– Эх, теперь бы соснуть пару часиков, – размечтался я.

– Ночи еще не летние, чуть позже точно подморозит, – не глядя на меня, произнес старый воин.

– Да это понятно, – согласился я, – в ближайшей деревеньке устроим ночлег.

Ивлус меня ни о чем не спрашивал, а я углубился в размышления о произошедшем. Выходило, что кругом сам виноват. Креун мне действительно говорил о свойствах не замкнутых в круг рун, что после активации они тянут энергию, но вот до того, что руна огня потянет ее из моего источника, я не додумался. Но для чего нужны такие руны – ведь и истинные их не могли бы использовать?! Значит, есть какое-то решение. Может, совместно с другой руной попытаться? Какой? Перебрав в памяти все руны, подходящей я так и не нашел. Истинные наверняка как-то ограничивали приток энергии после насыщения заклинания? Хм, скорее всего. Вот только как? Надо пробовать. А вот взять хоть частицу магической энергии из своего источника мне не удалось. Энергия есть, но ее просто крохи по сравнению с тем, что было. Советоваться со своим артефактом мне не хотелось – и так ясно, что энергию из меня руна вытянула практически полностью, оставалось только ждать, когда источник вновь восполнится.

Лежа в кровати, подумал о такой идее: после насыщения или достаточного притока магической энергии в руну – заключить последнюю в круг. А что? Если предположить, что рунам в круге просто нет надобности в насыщении или их искусственно ограничили, то обычным рунам нужен какой-то предел. Хм, а как это сделать на практике? Что собой представляет руна огня – маленькое пламя; если заключить его в круг, то какой? Мысленно перебрал все руны в круге, особое внимание уделяя рисункам круга. Он не соприкасался с самой руной и везде одинаков, за исключением двух рун, там круг представлял собой переплетение нескольких кругов. И кстати, эти руны относились к той, большей части, чье предназначение не известно не только мне, но и моему советнику. Интересно… а как тогда быть с взаимодействием рун? И почему их так мало? Мне известно не более семи двухсторонних связей: вернее, столько их знает Креун, заставивший меня это зазубрить. А вот как их применять на практике, он мне так и не ответил, сколько я его ни расспрашивал. Пока мы, мол, изучаем базовый курс рун, когда же я их запомню, то и практика наступит. Так этот вопрос надо немедленно решить!

– Креун, – позвал своего учителя и советника в одном артефакте, – объясни мне, как ты намеревался воплотить в дело мои знания по рунам?!

– Рэн, ты устал, давай отложим разговор, – заюлил тот.

– Нет! Говори!

– Руны в круге активируются собственной энергией, – неохотно начал он, – мне это точно известно, а оставшиеся руны полагалось наносить на различные предметы, насыщать их магией и… – Он замолчал.

– И что? – поторопил его.

– И все, – удрученно произнес артефакт, – больше у меня знаний нет, я ведь другими методами пользуюсь.

– Какими? У тебя же ловушек до черта установлено в моем поместье!

– Угу, только ставятся они группами. Надо установить вал огня – беру блок заклинания и устанавливаю, насыщаю энергией, а управлять могу в любой момент, – вяло признался он.

– Другими словами, ты не знаешь, как устанавливаешь ловушки?

– Да, – признался тот. – Маг, создавший меня, не оставил таких сведений; только готовые решения. Это как с вещами: беру твои износившиеся сапоги и восстанавливаю их первоначальный вид; а какделаю?..

– Через какое время смогу пользоваться своим источником?

– Он скоро восстановится, – неопределенно ответил Креун.

Уточнять у него я не стал; знал бы – сказал. Разговор с советником многое прояснил, теперь становились понятными его смутные описания иллюзий и многого другого. Он отличный помощник и советник, многое может рассказать про магию, помочь, но учителем… Самому учиться на ошибках при испытании различных вариантов наложения рун мне как-то не хочется – чревато. Ивлус пел храпом какую-то залихватскую песню, но спать он мне не мешал – сна не было ни в одном глазу. Прошедший день принес хорошие новости, одной из них стало то, что старый воин согласился взять мои деньги, и впервые за время нашего пути мы ночевали под одной крышей. Надо бы еще завернуть в какой-нибудь городок и постараться прикупить защитных амулетов или на крайний случай – подарок для Кин. С пустыми руками к девушке, тем более жене, после длительной разлуки приезжать не порядок, да и слухи пойдут. А вот что ей подарить? Этот вопрос раньше прошел мимо, я все время был занят изучением магии, а вот когда источник опустел, то сразу задумался. До утра с бока на бок переворачивался, все придумывал подарок для Кин, да и про Анлусу с Генером не забывал. Вот бы им всем сразу купить подарки, как бы здорово сложилось! Это, скорее, из области мечтаний, но мечтать-то не вредно…

Не выспавшийся и с невосполненным источником, восседая на Вороне, хмуро смотрел в спину Ивлуса. Пара часов дороги не сделала меня бодрее.

– Милорд, вы в моей спине дырку прожжете, – обернувшись, сказал Ивлус, – вас что-то беспокоит?

– У меня нет для Кин подарка, – признался ему.

– Так купите ей колечко какое-нибудь или брошь, – пожал тот плечами, мол – эка проблема!

– Дорогостоящее – не потяну, а простое… – махнул рукой.

– Неужто пяток золотых не найдете? – Брови Ивлуса поползли вверх.

– На пять золотых ни одного стоящего артефакта не купить, – покачал я головой.

– Да зачем артефакт?! Хорошее, обычное кольцо или брошь; женщинам в первую очередь важно внимание. На содержание они смотрят, но тут, – он усмехнулся каким-то своим мыслям, – важно, как преподнести…

– Уверен? – недоверчиво спросил я.

– Милорд…

– Ивлус, не милорд я, обращайся ко мне – Рэн, – перебил его.

– Вы муж графини Кинэллы, а значит, для всех, в том числе и меня, – милорд! – строго посмотрел на меня старый воин.

– Да черт с ним! – Я нетерпеливо похлопал по шее Ворона. – Она точно обрадуется такому подарку?

– Однозначно! – Он пригладил бороду, которая отросла у него за время путешествия. – Тут главное – угадать и не дать ложного намека. На вашем месте я приобрел бы изящное колечко – больше всего приносит примирение в сердечных делах.

– В сердечных делах, – непроизвольно повторил за ним и задумался. – А брошь что символизирует?

– Симпатию, намек на дружеские отношения, расположение. Она в вашей ситуации не совсем подходит.

– Она подходит лучше всего! – довольно рассмеялся я под удивленным взглядом воина. – По пути мы должны заехать куда-нибудь и купить Кин подарок! Ты знаешь такое место?

– К вечеру можем добраться, город будет по пути – Хребт. Туда стекаются товары из окрестностей, иногда и из самой столицы купцы караваны приводят.

– Слушай, а почему мы за столько времени ни одной живой души в дороге не встретили? Дорога не заброшенная, а никого нет. – Осматривая окрестности, я взглядом зацепился за старую стоянку: на ней явно отдыхал небольшой караван. Три больших очага от кострищ, снега не осталось – вытоптан до земли, да и следы от телег прослеживаются.

– Редко кто в такую распутицу в путь пускается, да и направление это не оживленное, если только купцы между королевствами торговлю ведут, но сейчас не сезон, – пояснил Ивлус.

Так, с подарком, можно сказать, разобрался. Да и почему зациклился на мысли, что подарок должен обязательно быть артефактом? Сам же могу создать. Вот только все сделанные мной артефакты смотрелись на фоне тех, с которыми я столкнулся в последнее время, до ужаса корявыми. А до мастеров-истинных мне ужасно далеко, пока не могу создать ничего подобного. Эх, хоть бы что-то необычное… Да только знаний и умений не достает – правда, что ли, отправиться на поиски школы истинных? Вот ведь хотел же вернуться к этому вопросу позже! Сейчас совершенно не до этого!

К вечеру мы въехали в город. На удивление, нас не стали досматривать и требовать документы, даже никаких денег не взяли. Ивлус пояснил, что пошлину за пребывание платят только купцы. Мы же к данной категории никак не относимся, и спутать нас с ними невозможно. Город чем-то напомнил мне родной Сакт, воспоминания сразу всплыли перед глазами. Тряхнув головой, обратился к Ивлусу:

– Еще не так поздно, давай сперва решим вопрос с подарком, а потом устроимся на ночлег.

– Милорд, а может, мы потом путь продолжим? – спросил он. – За час успеем до ближайшей деревни добраться – переночуем, а утром в замок отправимся.

– Посмотрим, – неопределенно пожал я плечами.

Лавка с драгоценностями отыскалась быстро. А вот выбор товаров – не особенно большой. Десяток колец, кулонов и цепочек, всего пара перстней и брошек. Обстановка, да и драгоценности – все сделано на невзыскательный вкус и рассчитано на небогатых клиентов. Осматривая предложенные товары, поморщился. Да, все из золота, и даже имеются какие-то осколки камней, но из таких украшений создать артефакт сложно, до сих пор оцениваю каждую вещь именно с этой точки зрения. В своей душе не перестал быть артефактчиком, хотя и переквалифицировался в рыскача, но мне нужны не артефакты истинных, а их знания. Узнав их утерянные умения, любой артефакт сам изготовлю! Ну, может, и не любой, но не чета тем, которые сейчас из рук мастеров выходят.

– И это все? – Разочарованно посмотрел на хозяина лавки, который, прищурившись, в свою очередь, смотрел на меня.

Хм, да он меня оценивает и никак не может назначить мне цену!

– А что интересует? – спросил хозяин.

– Да надо пару брошек в подарок, – обвел руками прилавок, – но это меня не устраивает.

– И в какую сумму вы рассчитываете уложиться? – искусственно зевая, чтобы скрыть алчный блеск в глазах, спросил он.

– Золото направо и налево раскидывать не могу, пару же золотых потратить осилю, если же что-то заинтересует – парочку еще смогу накинуть, – ответил, а сам решал, стоит ли раскрывать, что являюсь артефактчиком. С одной стороны, в торге хорошее преимущество, но раскрывать сведения о себе – ни к чему.

– Есть у меня десяток-другой интересных вещиц, обождите минутку. – Хозяин скрылся за неприметной дверью.

Охранник лавки внимательно следил за моими перемещениями в отсутствие хозяина и вновь утратил интерес только с его появлением. Странно, лавка на вид бедная, а охранник имеется. Тем временем хозяин разложил передо мной десяток брошек. Да, это совсем другое дело! В магическом зрении они никак себя не проявляли – не артефакты. Сделаны искусно. Из золота, переплетающегося в различные цветы, и украшенные драгоценными камнями. Да, это камни, не предыдущие стекляшки, но и эти мне не подойдут. Камушков хоть и много, но они мелкие, не смогу сделать из них никакого артефакта.

– Это все? – разочарованно спросил я хозяина.

– Каждую из них отдам по десять золотых, если больше двух – то по восемь, – ответил тот.

– Мне они не подходят: работа отличная, но камни малы… – ответил и тут же прикусил язык.

Про торг совсем забыл, а увидев искры в глазах торговца, понял – он этого-то и добивался, чтобы узнать мое финансовое состояние. Он деловито собрал броши и вместо них выложил другие. С первого взгляда ведь понял, что надо! Каждую украшали мелкие листочки, и посередине – приличных размеров камень; не бриллиант, конечно, но мне сойдет. Выбор свой остановил на двух брошках, у одной камень – сапфир, у другой – топаз. Оба подходят под цвет глаз Кин, да и работать с ними можно. К тому же оба могут воспринимать магию воздуха и воды.

– Сколько? – спросил хозяина, указав на понравившиеся драгоценности.

– Если за две, то отдам за двести золотых.

– Да за двести можно купить готовый и мощный артефакт! – изумился я.

– Можно, – кивнул тот, – но ведь это для дам, а они ценят не мощь и полезность, а красоту! – ответил хозяин и хитро прищурился.

Отдавать столько золота за безделушки я, естественно, не стал, выторговал брошь с сапфиром за семьдесят золотых и был сильно недоволен собой. Торговец светился от прибыли и, после заключения сделки, уговаривал навещать его как можно чаще. Была у меня идея купить и вторую, сделать из нее простенький артефакт и продать этому же торговцу золотых так за двести. Тогда бы у меня брошь вышла бесплатной; но, подумав, решил, что эта авантюра рискует и не выгореть. Он ведь может и не купить артефакт – кому он тут его продаст за такие деньги?.. Да и времени нет. В расстроенных чувствах решил остаться в городе до утра; сделаю из броши артефакт, а завтра Кин подарю. Ивлус пытался уговорить отправиться дальше, но я уперся. Остановились мы в ближайшем трактире, сняв на ночь две комнаты. Перекусив и освежившись, уселся за работу в своем номере, положил перед собой на стол брошь и задумался. Что же в нее заложить? Хочется чего-то необычного, нового, не закладывать же в нее укол холода (воздух и замороженная вода), который идеально сочетается с сапфиром. К этому времени мой источник наполнился; не до прежних размеров, но магическая энергия стала доступной. Мне бы сделать сторожевую сеть, для Кин она бы пригодилась… Но как она сможет этим пользоваться? Я-то с легкостью смогу, тут ничего сложного нет. Чтобы сделать артефакт не одноразовым, проблем тоже нет – руна будет привязана к камню и не исчезнет, как обычное заклинание; но возникает вопрос подпитки и активации. Так, схема есть, а активировать – нажать на камень. Но как сеть раскинется и что должна видеть Кин? Про ее способности к магии мы с ней не говорили, но все указывает на то, что они у нее должны быть. Почесал подбородок и задумался. Все составляющие есть – дело за самым малым. Мне, правда, известна и руна ветра, но она без круга, а действие магического посыла должно ограничиваться определенной энергией. Так, надо мне кое-что испытать. На всякий случай вышел во двор трактира и, убедившись, что лишних глаз нет, приступил. Захватил частицу магии из своего источника, установил на нее руну ветра, глубоко вздохнул, насытил висящим в воздухе магическим потоком и сразу же заключил руну в круг. В магическом зрении получилось очень здорово! Передо мной висел шар магической энергии, внутри которого переливалась руна. Обычным зрением ничего видно не было. Хм, заклинание будет все время готово к использованию? Так это ж… В груди перехватило – такие перспективы открываются! Можно навесить таких заклинаний с десяток, и тогда никто мне страшен не будет! Ладно, с этим потом разберемся. Активирую. Ой, раздался удар… Пролет забора рухнул. А если бы заклинание направил на стену трактира? Из него уже, кстати, хозяин выскочил и запричитал над пострадавшей собственностью. Ради интереса подошел и посмотрел. Доски были свежие и добротные, но по центру переломаны, как от удара тарана. У меня получился направленный удар ветром. Опыт удался, но результат оказался не тем, что мне нужен. Раздосадованный, вернулся в комнату. Как сделать так, чтобы ветер разносил заклинание в разные стороны? Взял лист бумаги и принялся зарисовывать полученное заклинание. Угу, все верно, передо мной было заклинание ветра, но целенаправленное, следовательно, и полетит оно только в одном направлении. Значит, таких рун должно быть как минимум четыре, расположенных по кругу! Тогда они разлетятся во все стороны. Хм, и Кин получит удар в лицо… Н-да, не выходит.

– Креун, – решил послушать мнение советника и рассказал о проблеме. – Как быть?

– Говоришь, забор упал? Это очень хорошо!

– Чего ж хорошего-то? – недовольно переспросил я.

– Тебе начинают поддаваться магические заклинания истинных! – Голос советника аж звенел от удовольствия. – А насчет ветра для разноса заклинания ты отлично придумал, как и то, что руну нужно ограничивать. Мне кажется, что руну ветра не надо сливать с потоками магии, ей и твоей энергии хватит. Попробуй сделать квадрат из рун ветра, заключив в центр сторожевую сеть.

Сказано – сделано, через пять минут (не быстрое это дело – ставить руны на магическую энергию) передо мной переливалось готовое заклинание. Зажмурился и активировал его. Легкий ветерок обдал лицо, ни грохота, ни удара не последовало. Сработало! Вызвал руну сторожевой сети и с радостью увидел ауры на расстоянии не менее двухсот метров, правда, ауры в большинстве своем принадлежали не людям, что естественно: комната же находилась на втором этаже трактира.

– Работает, – поделился с Креуном. – Осталась малость – засунуть все это в брошь, привязать к камню и настроить на Кин.

– Ну, раз малость, то не буду мешать, – поспешно сказал артефакт и замолк.

Только под утро получилось привязать заклинание к камню, проблема заключалась в маленьких размерах сапфира. Рисунок рун вышел настолько малым, что для четкости передачи всех линий рун мне понадобились уйма времени, сил и трат собственной магической энергии. Большое количество вариантов заклинания пришлось забраковать. Зато брошь – сторожевая сеть работала отменно. Только один недостаток имелся: ее надо было заправлять магической энергией; слава богам, что достаточно находившейся вокруг, а не из моего источника. То, что Кин сумеет активировать брошку, сомнений не вызывает, там все просто: потереть камень – и вуаля. А вот как она сможет прочитать ауры?.. Но мне кажется, что такой артефакт будет для нее полезнее, чем обычный удар воздухом или что-то подобное. Подарок для девушки готов, я довольно потянулся и посмотрел в окно, за которым начинался рассвет. Поспать мне не удалось…

Ивлус осуждающе качал головой, глядя, как я, навалившись на шею Ворона, борюсь со сном. Хоть мой верный конь шел мягко и плавно, заснуть не получалось, но и сил не было. А ведь хотел еще с руной огня пару испытаний провести… но в таком состоянии ей можно с большой вероятностью получить себе же в лоб или отправить не в ту сторону.

– Ивлус, далеко еще? – прохрипел я, не поднимая головы с шелковистой гривы Ворона.

– До замка часов шесть пути, – ответил тот.

– Ты такое же время называл уже два раза! А прошло не менее часа с последнего моего вопроса, – я обвиняюще поднял руку и указал назад.

– Милорд, с таким темпом и через час останутся все те же шесть часов, – невозмутимо произнес старый воин. – Если бы вы отдохнули и у вас были силы…

– Давай в том городке, от которого до замка пара часов, сделаем привал? – жалобно попросил я. – Не могу же я перед своей женой в таком виде предстать? А так – наберемся сил, приведем себя в порядок и завтра с утра в замок прискачем.

Ивлус задумался, а потом согласно кивнул. Вот и славно, отосплюсь, отдохну, а то мысли путаются, могу Кин такого наобещать… Сладко зевнул, чуть челюсть не вывихнул.

До городка немного вздремнул и, въезжая в Илаг, более-менее ровно сидел в седле. Городок оказался маленьким, сотни две домов, так Ивлус сказал. В глаза бросались вывески лавок, находившиеся над каждым вторым домом. О таких городах никогда не слышал.

– Странный город, – обронил я, осматриваясь по сторонам.

– Давно его основали местные графы, они тогда дружны были и задумали устроить нейтральную территорию, на которой могут торговать между собой да отмечать удачные сделки, – пояснил Ивлус. – Тут изначально трактир да две лавки построили. Потом все стало разрастаться. Теперь есть и кузня, и кондитерская, заведения цирюльника, знахарки, артефактчика, увеселительный дом, да и много сопутствующих лавок.

– Хм, а графья-то были не дураки! Устав от своих замков, скакали сюда и отрывались! – рассмеялся я.

– Не только они. Люду с окрестных деревень тоже отдушина нужна – осенью тут такие представления устраиваются! Бродячие артисты не забывают, что тут поживиться можно, и в обязательном порядке приходят. Да и сейчас, как видите, народу полно, а вот когда посевная да уборочная – городок будто вымирает. – Старый воин пригладил бороду и спросил: – Осмотритесь, или в трактир сразу?

– Да будет еще время, – махнул рукой. – В трактир.

## Глава 3. Замок Кин

Первое впечатление от трактира – огромный! Двухэтажное здание из камня смотрелось внушительно не только из-за своих размеров, но и огромного входа, в который при желании можно верхом на лошади въехать. Рядом со входом стоит стол, за которым сидят скучающие вышибалы: до пика работы далеко. Хотя у коновязи, расположенной чуть поодаль, находилось с десяток лошадей.

– Перекусить или на постой? – лениво спросил нас один из вышибал.

– С ночевкой, – лаконично ответил Ивлус.

– Сейчас хозяина кликну, – кивнул он нам и, неторопливо поднявшись, прошел внутрь трактира.

Ивлус все всматривался в лошадей, стоящих у коновязи, что-то ему в них не понравилось.

– Милорд, может, поедем? – с надеждой в голосе обратился он ко мне. – До замка сегодня успеем добраться, тут же два часа всего.

– Ага, будем мятые, небритые, грязные… – отринул его предложение.

Апартаменты на втором этаже меня сразили. Две огромные комнаты обставлены по высшему разряду: дорогая мебель, шелковое постельное белье, шкуры на полу и стенах… Как же хорошо иногда быть милордом (а именно так меня представил хозяину Ивлус)! Ванная комната заслуживала отдельного восхищения. Блестящие краны и до блеска натертый камень, которым облицованы пол, стены и даже потолок. Каменные плиты так отшлифованы, что имеют абсолютно ровную, зеркальную поверхность, в которой можно свое отражение рассмотреть. Посередине этой роскоши – вырезанная из камня ванна, в которой могут разместиться человек пять. Напротив ванны в стену вмуровано зеркало от пола до потолка, не менее двух метров в ширину. Да эта ванная не меньше комнаты будет! Даже в домах истинных такого не встречал. Хотя не так много богатых домов я повидал, наверняка есть и богаче. Правда, когда была озвучена стоимость номера, я чуть с Ворона не свалился. Виданное ли дело – за ночевку отдавать пять золотых?! Особенно в сравнении с тем, что Ивлусу комната встала в пять серебряных червонцев, что всего-то ползолотого! Зато теперь о потраченных деньгах не жалел – отдохну.

Освежившийся и отдохнувший, спустился в зал – поужинать. В зале, на удивление, очень людно, пустых столиков почти и не видно. Не успел спуститься, хозяин – тут как тут и провожает до моего стола, уже сервированного.

– Почему на одного? – кивнул на столовые приборы и выразительно посмотрел на хозяина трактира.

– Милорд кого-то ожидает? – склонил голову он.

– Я приехал не один, – пришлось мне напомнить.

– Так вы про Ивлуса, – выдохнул тот. – Сейчас принесут еду и вино и для вашего слуги приборы подадут.

Хотел ему сказать, что старый воин – просто мой попутчик, но не стал, не его это дело. Народ гулял, но, надо сказать, в рамках приличия, и не обращал на меня внимания. Может, рано еще? Вообще – разный люд собрался: есть и крестьяне, сгрудившиеся в кучки и потягивающие вино, и молодые парочки, а в дальнем углу за длинным столом наверняка местная знать расположилась. Семь мужчин и шестеро девушек из дома терпимости: то, что дамы оттуда – сразу ясно, их наряды всегда специфичны и слишком ярки. Тем временем у моего стола стали сновать подавальщицы, дополняя сервировку. Минут через пять меня охватило легкое беспокойство, а еще мгновение спустя подозвал хозяина.

– Что это? – спросил его и обвел рукой стол.

– Чего-то не хватает, что-то не так? – забеспокоился хозяин трактира.

– Нас всего двое! Для кого вся эта еда?

А стол уже заставлен: жареный молочный поросенок, гусь с яблоками, рыба жареная и отварная, картошка вареная и жареная, всевозможные закуски и подливы. Одних бутылок вина водрузили десять штук.

– Милорд, вы ведь за все заплатили, – пожал плечами хозяин. – В стоимость номера входит ужин с утвержденным перечнем. Если что останется, то не велика беда – выкинем.

– Иди! – махнул на него рукой.

Выкинет он, как же! Невыпитое вино надо будет с собой забрать, заплатил ведь! Главное, не забыть поручить Ивлусу, с моим статусом будет как-то странно смотреться, как стану бутылки со стола собирать. Мне представились лица рядом сидящих, когда, отужинав, достаю мешок и начинаю упаковывать в него бутылки с недопитым вином… А вот и старый воин идет – я увидел спускающегося по лестнице Ивлуса и призывно махнул ему рукой. Краем глаза заметил, что от стола знати пружинно поднялся один из вельмож и стремительно пошел наперерез моему гонцу… С собой у меня только старенький проверенный перстень с магическим зарядом молнии, привык к нему, да еще меч и кинжал. Весь магический арсенал оставил в номере, вместе с подарком Кин. Чем-то этот вельможа мне не приглянулся, в его поведении скользило такое ко всем презрение, что казалось, будто сам король идет. Высокий, не ниже меня, с длинными холеными пальцами, на которых поблескивают перстни, молодой, с правильными чертами лица, можно сказать – красавец, дамы из-за него наверняка дуэли на веерах устраивают! Молод только, восемнадцати и то, наверное, нет, а может – в тепличных условиях рос.

– Ивлус! Сколько лет! – дойдя до моего гонца и положив тому руку на плечо, воскликнул вельможа. – Ты тут с хозяйкой? Где она, почему от меня прячется? – Он посмотрел по сторонам, задержался взглядом на мне и продолжил: – Передай ей, что скрыться она от меня не сможет.

Старый воин выслушал молодого вельможу, кивнул и продолжил свой путь к столику. Хоть лицо его оставалось невозмутимым, но вот аура пылала негодованием. Вельможа снисходительно хмыкнул ему в спину, чуть задержал прищуренный взгляд на мне, внимательно осмотрел наш стол и пошел к своим друзьям. Аура у него была спокойная, но нотки тревоги и непонимания проскакивали. Сидящие за столом его друзья не обратили на эту сценку никакого внимания, их ауры спокойны и полны жажды развлечений.

– Кто это? – наливая вино, спросил я Ивлуса.

– Граф Улиэр Крунов, – вздохнув, ответил тот. – Не хотел с ним встречаться, да, видно, так боги начертали…

– А за столом рядом с ним? – чуть качнул кубком в направлении стола вельмож, от которого доносился веселый женский смех.

– Справа от него, в синем камзоле граф Муртэн Олвит, далее – граф Аколэт Уфевен, слева – граф Фурэн Мишкен. Девиц не знаю, милорды со своими помощниками, а лысоватый и тучный мужик – управляющий данным городом, его зовут Гелт, – не поднимая глаз, ответил Ивлус.

– Почему ты не хотел встречаться с… – щелкнул пальцами, вспоминая имя, – графом Улиэром и почему Кин должна от него прятаться?

– В свое время они были помолвлены, – ответил Ивлус, а вот вино из моего кубка плеснулось на стол – слишком неожиданные новости. – Родители не то чтобы дружили, но визиты друг другу наносили часто. Для графских детей всегда тяжело найти друзей и подруг, Кин и Улиэр играли и шалили вместе, вот их и прозвали помолвленными. Родители только улыбались, решив, что время все расставит на свои места. С тех пор утекло много воды, в живых осталась только графиня Крунова, но она как бы не в себе из-за смерти мужа, рассудка лишилась. Молодому же графу Кин была не нужна, он стал вести разгульный образ жизни, но в последнее время вдруг вспомнил о той, так сказать, помолвке. А потом и с расписками пришел: мол, у бывшего управляющего выиграл в кости одну деревню и еще триста золотых. Графиня Кинэлла его выслушала и указала на порог, заявив, что по долгам управляющего заплатит только тогда, когда будет уверена, что они были сделаны во благо территорий.

– Понятно, – задумавшись, я поднял вверх глаза и принялся рассматривать магические светильники. Граф на лицо симпатичный, наверняка разбил не одно девичье сердце. Хм, это я что? Таких типов стороной обходить надо, а он к Кин самолично ездит. А тут и со мной она в ругани, он же – старинный друг детства. Но он же с претензиями – деревня там, долги… Ага, а потом приедет и скажет, что это он так, для повода, а деревня ему не нужна, как и долг какого-то там управляющего. Бросит к ее ногам расписки и ручки в стороны для объятий раскинет, скотина! Кин к нему и прильнет, растрогавшись… Тьфу ты, черт, вот ведь нафантазировал! А светильники классные, но заряда требуют… – Ивлус, а артефактчик ничего интересного не продает?

– Нет, он только заряжает артефакты, продажей не занимается.

– Слушай, а что это за дела такие? – вспомнил, о чем хотел узнать. – Номер мой просто шикарнейший, ванная комната больше на какую-то купальню походит, стол опять же ломится, нам двоим это и за неделю не осилить.

– Милорд, у вас же графский номер.

– И что?

– Так апартаменты графы под свои развлечения строили. Говорят, когда они из замков своих вырывались, то тут такой пир стоял! – Ивлус причмокнул губами, как будто сожалел, что не жил в то время.

Все встало на свои места: и номер, и странный городок, и то, что тут нейтральная территория. На окраине королевства развлечений никаких, вероятно, графы были между собой дружны, раз на такую авантюру решились, а может, что-то другое их подтолкнуло. Может, жены были суровые. А что, такие бывают, у которых не забалуешь. А так – уехал «по делам» и развлекайся, сколько душа пожелает, да и деньги этот городок им наверняка приносил. Ладно, это дела давно минувших дней, смысла нет разбираться в том, что побудило местную знать возвести тут городок и для каких целей. Успокоившись, я приступил к поглощению пищи, а она, надо отдать должное местному повару, очень хороша. Ивлус от меня не отставал, и минут тридцать мы дружно ели, только ножи с вилками мелькали. На окружающую обстановку я внимания не обращал, да и не на чем особо заострять внимание. Графы со своей свитой нам не мешали, а обычный люд наш столик обходил по дуге, иногда только подавальщицы подходили и меняли посуду.

Насытившись, откинулся на спинку стула – хорошо! Расслабленное мое состояние длилось недолго: от стола знати к нам направился граф. И, как мне кажется, идет он по мою душу.

– Приятного вечера, – кольнув меня взглядом, произнес он, останавливаясь около Ивлуса.

– И вам вечер добрый, – ответил я, рассматривая графа.

На вид лет пятьдесят, подтянут, явно уделяет время упражнениям с мечом, невысок, аккуратная борода с проблесками седины, а вот глаза – цепкие и внимательные. Его аура говорила, что передо мной стоит опасный противник. – Мне тут были не рады и желали если не смерти, то скорейшего исчезновения.

– Не имею чести вас знать, но как один из владельцев ближайших земель, представляющих местную знать, хотел бы поинтересоваться – с какой целью прибыли к нам? – Граф вопросительно посмотрел на меня.

– Меня зовут Ангугрон Рэнион, – назвался я и замолк.

– Мишкен Фурэн, – вынужденно представился граф.

– Видите ли, любезный Фурэн, отчитываться в своих поступках перед равным мне не считаю необходимым, – скрестив руки на груди, ответил я.

– Любезный, – граф положил руку на плечо Ивлусу, – оставь нас.

– Сиди, – спокойно сказал я старому воину, который стал привставать с места, – если уважаемому Фурэну будет угодно, то он пригласит меня для разговора в специально отведенное место. В этом трактире наверняка есть переговорная.

У графа на скулах заиграли желваки, а в глазах скользнула ненависть. Интересно, за что это он так зол на меня? Но, надо отдать ему должное, лицо он не потерял, наоборот – рассмеялся.

– Вы, конечно, правы, уважаемый Рэнион, забывчивость – один из моих недостатков. – Он деланно хлопнул себя по лбу, а потом серьезно посмотрел на меня. – Тем не менее прошу уделить мне несколько минут и переговорить с глазу на глаз.

– Хорошо, – кивнул я, вставая, – ведите.

Фурэн резко развернулся и направился к стойке.

– Все в порядке, – кивнул я Ивлусу и поспешил за графом.

Рядом со стойкой оказались два коридора, в один из них и прошествовал Фурэн, убедившись, что я следую за ним. Уже ничему не удивляясь, шел за графом по высокому ворсу ковра и разглядывал картины на стенах. Этот трактир стоил целое состояние – и на какие, интересно, деньги тут все построено? Графства находятся от центров торговли достаточно далеко, а здесь все кричит о богатстве. Да и все в кабинете это только подчеркивает: огромные кресла, отделанные высококачественной кожей, массивный стол из мореного дуба, оружие на стенах, магические светильники старинной работы. Если о стоимости оружия, кресел и различной мебели сказать мало что могу, то каждый светильник стоит не менее тридцати золотых, а может, и больше. Здесь же их пять штук! Все непонятнее и непонятнее… Послушаем, что скажет граф.

– Располагайтесь. – Он кивнул мне на кресло, а сам сел во главе стола. Устроившись в кресле, я посмотрел на Фурэна. Тот внимательно изучал мою реакцию на обстановку кабинета, но роскошь меня никогда особо не волновала. – Хм, вы очень странный человек, Рэнион. У меня есть два предположения, из-за чего вы здесь оказались. Так как в любом случае нам с вами придется столкнуться, то лучше сразу выложить на стол карты. Согласны?

– Ни с кем сталкиваться не собираюсь и надеюсь, что надолго здесь не задержусь, – пожал плечами, – хотя все может и измениться. К одному из ваших друзей у меня есть вопросы, но пока их озвучить не возьмусь, не все знаю.

– Значит, я прав в своих догадках, – потер он жилку на виске, – вы представляете тайную службу короля и прибыли сюда с инспекцией?

– Нет, вы ошибаетесь, – отрицательно покачал я головой. – Мой визит носит частный характер.

– Да? – Он недоверчиво посмотрел на меня и задумался. – Вы прибыли к графине, больше не к кому, с вами ее человек… Да, точно! Позвольте узнать, с какой целью?

– Визит носит частный характер, – невозмутимо ответил, вставая. – Приятно было с вами поговорить, но дорога выдалась тяжелой, распутица, надо отдохнуть.

– Правильно! – Граф тоже встал и прямо залучился доброжелательностью и расположением. – Сейчас все организую, скучать не будете!

– Вы не поняли, отдых заключается в тривиальном сне. – Я направился к двери.

– Если понадоблюсь, вам любой подскажет, где меня найти, буду в любое время рад вас видеть, – сказал он мне вслед.

Закрыв дверь кабинета, я направился в зал, а граф остался. Что-то он забеспокоился. Эх, непонятно, но что-то тут не чисто. Какая-то возня вокруг Кин идет, да и инспекции он побаивается – не боится, а именно побаивается. Слишком уверен в собственных силах? Королевские проверяющие из тайной стражи сюда наведываются? Наверное, да – ведь должен же кто-то следить, как платятся налоги в казну: если король будет верить всем и вся, то платить будет он, а не его подданные.

– Ивлус, недопитое вино собери в дорогу, – отдал указание старому воину. – Оно входит в стоимость моего номера, завтра с восходом солнца отправимся в замок. Задерживаться здесь у меня нет никакого желания.

Развернувшись и так ни на кого и не обращая внимая, поднялся в номер. Внимательно осмотрел замок на двери: нежданных гостей мне принимать нет никакого желания; и только после этого добрался до кровати. Хотел тщательно взвесить все увиденное и услышанное, но усталость свое взяла…

– Это что такое? – уставился я на приближающиеся стены замка.

Возлияний у нас вчера не было, утром и вовсе на ходу перекусили. У меня было опасение, что задержись мы в трактире – и просто так уехать бы не смогли. Какую-нибудь каверзу Фурэн со своими товарищами точно бы устроил.

– Дак стены вокруг замка… – оглянулся на меня следовавший впереди Ивлус.

– И долго до них добираться?

– Максимум через час на месте будем.

Если стены такой высоты, то каков же сам замок? С каждой минутой нашего приближения картина все больше прорисовывалась: можно различить и небольшие башенки на стенах – места для лучников, но высота… метров двадцать, не меньше. До замка оставалось совсем немного, когда к нам направился верховой. Узнав Ивлуса, он радостно того поприветствовал и поинтересовался, кто я такой.

– Хм, передай графине Кинэлле, что Ивлус с гонцом от ее подруги Анлусы, – на ходу решил переиграть нашу встречу.

– Милорд… – осуждающе покачал головой Ивлус, глядя вслед уносившемуся галопом к замку дозорному.

– А что такого? – пожал плечами. – У Анлусы новостей много, есть что передать.

«А замковый ров-то какой-то мелкий», – проезжая по опущенному мосту и внимательно осматривая все вокруг, подумал я. Когда мы приблизились вплотную к стене замка, то меня прямо оторопь взяла. Камни были слишком большими, никто из таких глыб не строит! Каменные блоки ровные, как из-под руки одного мастера, длиной метров пять, высотой три, ширина мне не известна, но думаю, не малая. Такой блок – неподъемный, никак его не затащить на эту высоту, да и сужаться же кладка кверху должна… Смотришь – и ощущаешь мощь: кажется, все блоки огромные, что внизу, что вверху. Пока Ивлус переругивался с телохранителем Кин, мне удалось стену пощупать рукой и осмотреть ее магическим взором. Энергия в блоках присутствовала, но не большая, как в обычных камнях. Тем не менее предположение, кто мог возвести эти стены, у меня имелось. Предков Кин, как и обычных людей, отринул сразу – им не под силу, а вот истинные маги вполне могли. Потом кто-то нашел это место и привел все в достойный вид; хотя мое поместье, не так давно ничейное, много времени без хозяина простояло, но имело немного проблем. Правда, сохранилось-то оно благодаря артефакту… Креун мои подозрения не опроверг, но и не подтвердил:

– Рассмотреть, что там и как, мне не дано, тебе должно быть виднее, но у истинных различные строения встречались – точно знаю, да ты и сам это уже видел. Когда и кто построил замок – сказать не могу, для этого его нужно изучить, хотя в твоих размышлениях есть разумное зерно.

Наконец решетка в проеме стены пошла вверх. Мы с Ивлусом вошли во двор, и я опять поразился изумительной красоте и монументальности замка. Уж не знаю, какова его площадь, но по сравнению с моим домом он больше раз в пять. Высоченный, пятиэтажный, с башенками под бойницы, и самое главное – цвет: замок был темно-зеленым, с башенками цвета топленого молока. Зрелище великолепное: так засмотрелся, что не заметил, как спешился, проверив рукой, не упала ли челюсть от удивления; только это и объясняет, что пропустил приближение Кин.

– Рэн! – донесся до моего сознания голос, а через мгновение на мне повисла радостно визжащая девушка.

Мне ничего не оставалось делать, как заключить ее в свои объятия. Да и приятно, черт возьми! К тому же осознание того, что мне все время чего-то не хватало, а теперь нашлось, пришло только сейчас. Поддавшись эмоциям, поцеловал ее в щеку, за что получил мимолетный поцелуй в губы, а в следующее мгновение девушка каким-то образом сумела выскользнуть у меня из рук.

– Приветствую вас на моей земле, муж мой, – торжественно и чопорно склонила она голову под пристальным взглядом окружающих людей.

И откуда тут столько народа взялось? Минуту назад толком и не было никого! Сейчас же пялятся на нас и млад и стар.

– И я приветствую тебя, жена моя; к сожалению, дела позволили прибыть мне только сейчас, – подражая ей, сказал я.

– Чего рты раззявили?! Тут вам не представление! А ну за работу! – громовым, но довольным голосом прокричал Ивлус.

И чего он минуту назад молчал? Народ стал расходиться, Ивлус забрал Ворона, и мы остались с девушкой одни, если не считать двух ее телохранителей. Те, правда, отошли на пару метров и делали вид, что сильно интересуются стенами, как будто оттуда может грозить опасность.

– Кин, покажешь мне свои владения? – обратился я к девушке.

– Конечно, – улыбнулась она, – пошли.

Час мы бродили по территории замка, она мне демонстрировала его обустройство. Да, все продумано и сделано с умом. На территории имеются: два независимых колодца и прудик, сад и небольшой огород, хозяйственные постройки и домики для слуг, конюшня и оружейная, даже маленькая кузница и гончарная мастерская – все есть для жизни! И главное, при осаде замка люди смогут обеспечивать себя всем необходимым очень длительное время. Кто-то из предков девушки отлично все предусмотрел. Правда, кое-что пришло в запустение, один колодец заилился, кузня закрыта, а воинов для отражения осады слишком мало. Дошли и до фамильного склепа, где, судя по следам, Кин бывала часто. Она подробно все показывала и рассказывала, но главного вопроса мы не касались, хотя иногда в ее глазах светился невысказанный вопрос.

– Пошли, замок покажу, – сказала Кин, здорово продрогнув на таком обманчивом весеннем солнце.

– Вот ведь дурень-то! – стягивая с себя меховую куртку и укутывая девушку, одетую слишком легко, воскликнул я. – Прости, слишком ты все увлекательно рассказывала, не заметил, что не по погоде одета.

– Ничего – отогреюсь, – пожала та плечами. – Сейчас чайку попьем. Кстати, ты не голоден?

– Перекусить можно, мы с Ивлусом на ходу пожевали, не хотелось в трактире задерживаться, – признался я ей.

В замке нас давно ждали, с незапамятных времен существовала традиция, что завтрак проходит по неукоснительному распорядку, лишь время назначается графом, ну или графиней, в зависимости от действующего владельца. До недавнего времени женщин во главе замка не было, а тут еще и слишком молодая девушка, но никто из собравшихся в зале недовольства не высказал. К сожалению, мое место оказалось слишком далеко от Кин, во главе длинного стола с другой от нее стороны. При нашем появлении стол стали накрывать, я же всматривался в лица новых людей. Их не так много, всего пять человек, не считая знакомого мне Ивлуса и двух телохранителей Кин, которые встали рядом с ней. После завтрака, прошедшего в полной тишине, девушка обратилась к сидящему справа от нее:

– Докладывай, Керген, – неожиданно резко для меня раздался ее голос.

– Ничего нового, – сказал воин.

На вид ему было лет сорок, с волевым лицом; я его мысленно определил на должность капитана замковой стражи. Он подходит для этого лучше всех из присутствующих за столом. Вот он о чем-то поразмыслил, а потом перевел взгляд с девушки на меня.

– Капитан Керген, отвечаю за безопасность замка, – в глазах его мелькнула сталь, – начинал службу еще при родителях графини Кинэллы. Боеспособность замка находится в неудовлетворительном состоянии.

– Капитан! – прервала его Кин, но тот упрямо мотнул головой.

– От требуемой численности гарнизона насчитывается четверть людей, дозор – и то выходит на патрулирование в усеченном составе. В случае осады мы сможем продержаться не более суток… – Он разочарованно махнул рукой и замолчал.

– Иваен, что у тебя? – поспешила встрять Кин, передав слово старичку слева от себя.

Хотя она могла и не спешить: капитан уже сказал все, что хотел, и с чувством выполненного долга отрешенно откинулся на стуле. Его аура успокоилась, и если в первый момент, когда я считывал и проверял ауры присутствующих, мне он не понравился, то теперь становилась понятной его озабоченность. Когда мы только вошли с Кин в зал, я первым делом выяснил настроение людей. Только капитан был взвинчен, и весь завтрак его аура полыхала тревожными всполохами. Оказалось, он просто нервничает, собираясь открыть мне глаза, и переживает за происходящее. Мне пока нечего предложить и даже ответить, надо вдумчиво со всем разбираться.

– В казне замка… – и этот обратился ко мне, а не к девушке. Меня тут признали главным, и это обстоятельство стало Кин раздражать. Теперь уже в ее ауре стала мелькать раздражительность, – наличности мало; если не считать собранные налоги, то расходы придется урезать, в случае таких же трат через два месяца мы не сможем выплачивать жалование.

Иваен, казначей замка, замолчал; в одном предложении он передал всю плачевность финансового состояния дел и не собирался ничего дополнять.

Кинэлла кивнула следующему, сидевшему рядом с капитаном.

– Управляющий замком и замковой территорией – Амстон, – представился молодой, на пару лет старше меня, парень. – Говорить о том, что замку не хватает обслуги, не вижу смысла, это и так очевидно. Тем не менее с текущими делами справляемся. Дымоходы и канализация – в норме, подача воды осуществляется, продовольствия запасено на два месяца, фуража достаточно. Требуется зарядка магической энергией ламп и нагревательного артефакта ванных комнат. Пока в гарнизоне мало воинов и визиты гостей не планируются, можем обойтись и таким количеством народа.

– Управляющий деревнями – Порнен, – представился очередной мужчина, больше походящий на обычного крестьянина. – Все как обычно, никаких происшествий, и вмешательства госпожи графини не нужно. Прошу лишь не забыть, что через три дня должен состояться прием по просьбам и разрешению споров подданных.

– Есть споры? – уточнила Кин.

– Они всегда есть, – ответил тот.

– Лейтенант Данрин, – Кин кивнула пятому присутствующему за столом.

– Командую отрядом защиты земель и деревень, принадлежащих графине, – представился тот. – Людей мало, в лучшем случае можем задержать браконьеров. Говорить о полноценной защите подданных нет оснований. Отряд надо увеличить минимум в пять раз.

– Куда тебе столько? – нахмурился капитан замка.

– У меня сорок человек! – возразил тот. – В былые времена в отряде насчитывалось до пяти сотен воинов!

– Так то в былые… – удрученно ответил капитан.

– Лейтенант, – прервала их Кин, – кроме численности, проблемы еще есть?

– Особо никто не балуется, да и погода не позволяет. В лесу браконьеры бывают, но редко, а вот снег в лесу полностью сойдет… И когда в полях начнутся первые сборы, вот тогда…

– Понятно, – кивнула головой графиня. – Ивлус, у тебя новостей, как я понимаю, нет?

Тот отрицательно покачал головой, и Кин всех быстро отпустила.

– Вот такие у меня дела, – грустно улыбнулась она, когда я подсел рядом.

– Надеюсь, в чем-то смогу тебе помочь, – ответил ей, достал свой подарок и положил перед девушкой. – Это тебе.

– Красивая, – не притрагиваясь к броши, ответила та.

– Сам сделал! – не без гордости сказал я. – Ты ведь можешь пользоваться магическими потоками?

– Не могу; видеть – вижу, но зарядить ни один артефакт не сумею. Почему-то отец считал, что девушке моего положения это не нужно. – В голосе Кин проскочили плачущие нотки.

– Научу, – махнул рукой. – А суть этого артефакта вот в чем… – Следующий час рассказывал о свойствах броши и учил Кин, как ей пользоваться.

Научить-то научил, она теперь может активировать брошь в любое время, но вот чтобы ей разбираться в аурах – нужна практика. Когда у Кин получилось активировать артефакт, такой искренней радости я не видел давно. Она даже чмокнула меня в щеку и со смехом закружилась по залу. Наблюдать за ней доставляло мне огромное удовольствие. В душе даже мелькнула крамольная мысль: может, отбросить все дела, сграбастать ее в объятия и зацеловать до беспамятства?.. Но трезвый взгляд на окружающее вернул меня на землю. Да и вспомнил, как, выслушивая доклады ее подчиненных, все больше и больше ощущал между нами огромную пропасть. По сравнению с девушкой я казался обычным зажиточным крестьянином, у которого деревенька на сто подданных да старый добротный дом. Какая я ей пара? Пока мы не будем с ней на равных, ни о каких близких отношениях не может быть и речи. Но как этого добиться? И точно ли мне это надо?

– Рэн, что-то ты задумался и погрустнел. – Кин почувствовала мое состояние и внимательно посмотрела мне в глаза.

– Да как-то странно все, – уклончиво ответил я, помолчал, а потом, тяжело вздохнув, продолжил: – Ты меня прости за то, что было перед охотой. В ту ночь мы все перенервничали, да еще и вина с придворным артефактчиком перебрали. Утром, да и до последнего времени, в воспоминаниях у меня ничего не было. Только недавно все выяснил.

– И что ты решил? – напряженно спросила Кинэлла, сжав пальцы в замок так, что костяшки побелели.

Я не мог отвести взгляда от этих белых пальцев, не мог решиться и найти нужные слова.

– Брошь – ответ? – задумчиво спросила она.

– Э-э-э, не совсем, ни от одного слова, сказанного той ночью, не отказываюсь. Надеюсь, теперь-то мне известно, что и как говорил…

– Давай повторим тот разговор, чтобы не осталось между нами никаких недомолвок, – перебив меня, предложила Кин.

– Давай, – согласился я и, так как она выжидающе молчала, спросил, вытерев пот со лба (разговор-то давался с трудом): – Ты вышла бы за меня замуж?

– Это предложение? – округлила глаза Кин. – Ведь я и так твоя жена.

– Тогда скажем так. Наш с тобой брак нельзя назвать равным. Ты владеешь огромным замком и имеешь множество подданных. – Девушка что-то хотела сказать, но я поднял руку. – Пожалуйста, дай договорить! Тебе я не ровня, ни в глазах подданных, ни в глазах знати. Пусть титул мне король и утвердит, но всем будет казаться, что я заполучил не тебя, а приданое. На эти разговоры можно не обращать внимания, но заткнуть всем рты мы не сможем. Расторгать брак нам нельзя. Так пусть будет все по-прежнему, а предложение… официальное предложение стать моей женой перед богами смогу сделать только тогда, когда стану тебе равным.

– Вот как? – Кин расслабилась и задумчиво стала водить пальцем по столешнице. – И ты не будешь ко мне приставать?

– Не буду, но для всех останусь твоим мужем.

– Значит, как прежде? – Она подняла на меня глаза. – А то, что тогда ты ставил условия – или жена со всем, что из этого следует, или расторжение брака?..

– Да? – Стало жутко стыдно за свое поведение. – Это чертов Кринт, напоил и разговоры все о женщинах вел! Вот и… Такого не повторится, а если я к тебе выпивший опять начну с такими предложениями приставать, то ты меня чем-нибудь тресни, утром расскажи – и сам буду прощения просить. Договорились?

– Договорились! – облегченно рассмеялась Кин, хотя мне показалось, что она о чем-то сожалеет. – Расскажи, как там Анлуса и что происходило на охоте и после. Гунер мне поведал о тех событиях со слов короля, но мне кажется, что тот ему рассказал далеко не все.

Действительно, князь и Кин не знали и десятой доли правды. А уж что произошло в Лиине, для нее и вовсе было откровением, но самым большим шоком послужила новость о выходе моей сестры замуж за Генера.

– Не может быть! – воскликнула она, когда я рассказал, что свадьба должна состояться в ближайшее время.

– Может, может, – улыбнулся ей. – И сестра будет рада видеть тебя на своей свадьбе.

– Конечно, обязательно бу… – Девушка вдруг сникла. – Вряд ли смогу, Рэн, ты извинись перед ними, но сам видишь, что тут творится. Не смогу бросить замок в таком состоянии, все эти долги, а скоро начнется посевная пора, проблем станет больше…

– Значит, проблемы надо решать! – уверенно воскликнул я. – Этим и займусь: все же я – твой муж, и слушаться меня должны; если будут конфликты, то уж подтверди мои полномочия.

– Хорошо, буду тебе помогать изо всех сил! – встала со своего места Кин.

Так, а вот этого мне совсем не надо.

– Замечательно, – улыбнулся ей. – Пока заряжу бытовые артефакты и поговорю с капитаном и казначеем замка: надо посмотреть, что можно сделать. Ты же изучай ауры и тренируйся ставить сторожевую сеть. Пять минут и пот на твоих висках – очень долго и заметно. Научишься работать с артефактом – буду учить работе с энергетическими потоками магии.

– Ты будешь меня учить? – Глаза Кин радостно блеснули.

– Буду, но спрашивать стану строго, – нахмурился, стараясь сделать строгое лицо. Таким образом рассчитываю отодвинуть Кин от дел, найдя ей не менее важное занятие.

– Я смогу заряжать артефакты?

– Сможешь; натренируешься – и все получится, но вначале – сторожевая сеть и чтение аур, на потоки магии тоже внимание обращай. Вечером, если с сетью справишься, покажу, как зарядить энергией лампу. Так что тренируйся, – вставая, кивнул на брошь.

Пока Кин не передумала, вышел из зала, где увидел прохаживающего взад-вперед Ивлуса.

– Милорд, – он шагнул мне навстречу, – когда госпожа Кинэлла собирается везти налоги в Хребт?

Пришлось вернуться в зал и уточнять у Кин. Оказалось, что крайний срок – конец месяца, и в запасе пара недель. Да, Ивлуса попросил предоставить в мое распоряжение: должен ведь мне кто-то показывать замок и знакомить с людьми. Кин же ушла с головой в освоение моего подарка и, думается мне, разговаривая с нами, наблюдала за аурами в сторожевой сети. От нее отправились к управляющему замком, я решил сделать самое обыденное и зарядить требующие энергии артефакты. Признание того, что являюсь артефактчиком, Амстону сильно понравилось, а видя, что супруг госпожи не чурается работы, он меня вымотал по полной. За один раз столько артефактов я никогда не заряжал, и к вечеру меня шатало от усталости. Мы даже обедали на бегу в кухне, заряжая энергией огромную мясорубку, простаивающую без дела. За это время с замком не познакомился и ни с кем толком не поговорил. Во время ужина Кин была натянута как струна, ее состояние до меня дошло только тогда, когда мы оказались вдвоем в одной спальне, перед широченной кроватью.

– Ты же провожала меня в мою комнату? – намекнул ей, мысленно скинув с себя одежду и развалившись на этой кровати.

– Это наша спальня, – потупившись, ответила она.

– Не понял… – Я растерянно переводил взгляд с кровати на девушку. Она что, сама мне что-то предложить хочет?

– Да чего непонятного-то? – Кин нервно всплеснула руками. – Для всех мы – муж и жена. Было бы странно, после долгой разлуки ночевать в разных комнатах. А так – кровать большая, уместимся.

– Ага, – согласился с ней, а потом ляпнул: – Нам с тобой не привыкать в одной кровати спать!

– Рэн! Ты же обещал не приставать!

– Боги свидетели, что не собирался, – устало ответил я, – давай спать.

Минут двадцать заняло размещение подушек, которые разделили кровать на две половины. На этом пришлось настоять мне: мало ли что во сне пригрезиться может, а слово свое надо держать… И вот только сомкнул глаза, собираясь наконец-то отдохнуть, как девушка напомнила про обещание научить ее заряжать артефакты.

– Кин, давай завтра, устал как собака, – попытался отвертеться я.

– Рэн, целый день разбиралась с твоим подарком. Сеть могу поставить за минуту, ауры вижу и разницу в намерениях их владельцев ощущаю. Знания и умения по зарядке артефактов мне необходимы! Гунер меня, может, и научит, но он обещал приехать летом, а до этого времени надо еще дотерпеть!

Естественно, что вставать и приступать к обучению ужасно не хотелось, и минут пять, если не больше, искал разные отговорки. За это время сон отступил, а Кин продолжала умолять и находить все новые причины, почему ей немедленно стоит овладеть этими навыками. Скрепя сердце, принялся за обучение. Вроде и смышленая девушка, а такая… бестолковая! Хотя подготовилась знатно, аж пять магических светильников припасла – разряженных, конечно. Уже солнце вставало, когда ей удалось немного, на четверть, зарядить один из них.

– Наконец-то! – выдохнул я. – Ты тут упражняйся, а я вздремну немного.

– Получилось! – не слушая меня и беспрестанно сдувая взмокший от пота локон, норовившей попасть в глаз, радовалась та.

– Ты только к завтраку меня обязательно разбуди. – Сладко зевнув, я повалился в постель.

Утром на нас с Кин косились и, стоило отвернуться, хмыкали. Ивлус и тот прямо расцвел, увидев нас вместе, а аура его возликовала. Чему все радуются, догадаться было не сложно. Муж графини приехал, и они вышли утром из спальни в разбитом состоянии. Опровергать чьи-то домыслы не было ни сил, ни желания, одна Кин до поры до времени ничего не замечала и радостно щебетала. Тем не менее и она озадачилась во время завтрака и стала кидать на меня удивленные взгляды. Догадалась! А нечего было из меня ночью жилы тянуть, требуя снова и снова объяснений, каким образом пропустить через себя энергетический поток магии и заставить его заполнить артефакт. Когда уже практически отправился с казначеем для детального обсуждения финансов и непонятных моментов, девушка попросила задержаться. Иваен ушел один, пообещав дождаться меня в своем кабинете и подготовить книги расхода и прихода денежных средств.

– Рэн, почему у всех такие странные ауры? – спросила Кин, дождавшись, когда вышли все, если не считать телохранителей. С последними вообще просто сказка какая-то! Честно говоря, не удивился, если бы они вчера сон графини охраняли прямо в спальне; но слава богам, дожидались за дверью.

– А ты не догадываешься? – усмехнулся в ответ. Кин отрицательно покачала головой. – Тогда подумай: муж возвращается после долгого отсутствия, ложится спать с женой, а наутро эти двое выглядят так, будто запасали дрова на весь замок.

– Ой! – покраснела девушка до корней волос.

– Вот тебе и ой! – улыбнулся ей и поспешил к казначею.

Иваен устроил себе кабинет на втором этаже, рядом располагалась и сокровищница замка.

– Милорд, что вас интересует? – обратился он ко мне, похлопывая рукой по толстенной книге. – Будете проверять расходы?

– Оставьте это разбирающемуся в финансовой документации, – отмахнулся я, – абсолютно уверен – документы в образцовом порядке.

В кабинете казначея все лежало на определенных местах, ничего не валялось в беспорядке, стопки книг стояли в шкафах, на их корешках четко и ярко прописаны года в возрастающем порядке. Ни одна книга с другой местами не перепутана! Само пространство кабинета – небольшое, но очень уютное и комфортное. Казначей явно проводит тут большую часть времени. На стене – огромная карта с расположением замка, земель и деревень графини. Стол с писчими инструментами, два кресла, уютный диванчик и толстый ковер на полу.

– Каков расход на содержание замка? – спросил я его.

– В месяц, год или день? – уточнил тот.

– Пусть будет месяц, – ответил ему, высчитать все остальные цифры не составит труда.

– Порядка тысячи золотых, но стоимость может варьироваться: в одном месяце ровно тысяча, в другом чуть больше, а в следующем меньше.

Он что-то еще объяснял, а меня сразила сумма. Это выходит, что обслуживание замка требует больше двенадцати тысяч в год?! Да откуда взять такие деньги? И как можно получить такой доход? Последнее я и озвучил.

– Тяжело, – сокрушенно покачал головой тот. – Когда был жив отец графини, было легче. Но свести концы с концами возможно. Пять деревень приносят немалую сумму, в каждой деревне порядка трехсот домов, вот их жители и платят налоги. С домов, с урожая, да и от добычи на охоте.

– Как понимаю, раньше проблем с деньгами не было. А вот когда замком стала управлять девушка, то расходы с доходами не стали сходиться. Так?

– Примерно, – кивком подтвердил он.

– Сколько золота надо сдать в королевскую казну?

– Десять тысяч, – мгновенно ответил казначей. – Эти деньги у нас есть, а вот на текущие расходы по замку мы наскребем только на два месяца. Если неожиданного дохода не будет, то придется вновь увольнять слуг и отказываться от воинов.

– В год надо отдать больше двадцати тысяч? Но каким образом можно тут собрать столько денег?! Или здесь есть золотые рудники?

– Рудников нет. Если бы не бывший управляющий, который пустил все сбережения на ветер, то золота в казне замка осталось бы на пару лет, не собирая налоги вовсе! – воскликнул Иваен.

– Перед приездом в замок мы останавливались в Илаге. С этого городка доходы идут? – спросил я, а перед глазами предстала роскошь номера трактира, в замке такого не наблюдалось.

– Нет, никаких отчислений не идет. Городок стоит на вольных землях, хотя и был основан одним из предков Кинэллы. Там свободная торговля и развлечения, налоги они платят в казну королевства самостоятельно, – пояснил казначей.

– Но как? Городок процветает, а тут еле концы с концами сводятся!

– Торговля, развлечения… – пожал тот плечами.

– Были ли непонятные моменты с налогами? – видя, что казначей не понимает, уточнил: – Ну, там резкий доход или расход, который не записан в книги; может, пополнение замковой казны?

– Да нет, все записано, – ответил Иваен и озадаченно почесал переносицу, в его ауре мелькнуло сомнение.

– Иваен, это важно, очень важно: прошу, вспомни и поделись со мной, а то слишком все вокруг непонятно, – стал давить я на него.

– Была одна неясность, еще дед Кин, извините, графини Кинэллы, жив был. Я тогда только приступил к обязанностям казначея. Так вот, приезжает как-то граф, привозит тысячу золотых и велит записать в книгу прихода. Ну, я его спросил, как указать причину пополнения в графе «За что», а тот рассмеялся и ответил, что выиграл в кости. Игроком он никогда заядлым не был, но раз в месяц исправно у кого-то выигрывал тысячу золотом, потом и сын его в такой же игре был замечен. Пару месяцев я делал вид, что ничего не происходит: выигрыш – значит, выигрыш; но как-то не стерпел… молодость, что возьмешь! Приносит граф деньги, а я и говорю: «Милорд! Невозможно выигрывать одну и ту же сумму из месяца в месяц!» Он задумался и говорит: «Так сделай так, чтобы деньги в книгах не бросались в глаза! Меняй суммы, но не дайте боги – решишь узнать про происхождение этих денег!..» и такна меня посмотрел! – казначея передернуло. – С тех пор вопросов не задаю, тем более жалование он мне поднял.

– Значит, есть еще один источник дохода… – задумчиво произнес я. – А больше ничего связанного с деньгами не было?

– Родители Кинэллы дружили с графами Круновыми, и как-то за столом произошел один казус. Графиня Крунова пожаловалась со смешком, что муж ее стал заядлым игроком, но очень везучим, чуть ли не каждый месяц в кости выигрывает! Графы тогда переглянулись и быстро разговор на другую тему перевели. Никто этому значения не придал, да никто и не знал, что и графу Рамайяву в кости везет.

## Глава 4. Поиски ответов

Оставшийся день, а потом еще два прошли в беготне по замку и расспросах о необычном. Разочарование постигло меня на третий день: никто ничего толком не вспомнил, а если и делился воспоминаниями, то к делу они не имели никакого отношения. Да, замок жил богато, но откуда на это брали средства прежние владельцы, никто не знал. Библиотека, а таковая в замке имелась, ответа не дала. Книги на полках гордо красовались своими корешками и хранили молчание. Кабинет отца Кин, в котором она дозволила просмотреть старые бумаги, и вовсе ничем помочь не мог, документов попросту не было. Меня такое положение вещей сильно озадачило. Ведь даже ни у кого никаких подозрений не возникло, как будто так и должно быть! Загадка городка и покойного отца Кин не давала покоя: решив ее, смогу обезопасить девушку от проблем; в этом не сомневался – внутреннее чутье меня редко обманывало. А тут еще через пару дней и налог везти надо. Самое неприятное – Кин обязательно должна ехать, ее образца подписи нет у казначейских чиновников, потом-то она сможет доверенности выдавать. Какое-то нехорошее у меня предчувствие возникает от мысли про эту поездку. Одно хорошо – в замке не встретил ни одного недовольного графиней. Хотя возможно, что не все мне на глаза попались, когда Кин рядом со мной была. Мне приходила на ум мысль собрать всех в одном месте и провести проверку, наподобие той, что мы устроили с Креуном моим подданным. Вот только Кин не пожелала и слышать о таких испытаниях. Мы с ней вчера немного повздорили по этому поводу. Ее позиция заключалась в том, что своим людям она доверяет, я же скривился:

– И поэтому тебя круглосуточно охраняют?

– В замок может проникнуть какой-нибудь подосланный убийца, – потупилась она.

– Или кто-то прячет камень за пазухой! Ведь ты же не можешь всех проверить охранной сетью, она сработает только тогда, когда человек будет думать о тебе в определенном ключе.

– Рэн, людей в замке не так и много, обижать их не могу!

– Кин, разговор не только о твоей безопасности, – пытался вразумить ее, – если с тобой что-то случится, то каково будет твоим людям?

– Кому-то доверять необходимо. Нет, согласиться с твоим предложением не могу.

Я приводил различные доводы и примеры предательства, но она уперлась, ее заклинило и все, не хочет слышать никаких доводов. Не устроил ее и вариант обмана подданных. Черт! И никаких зацепок! В раздражении подошел к карте и плану, висящим на стене. На карте подробно изображены окрестности с нанесением земель и замков, на плане вычерчена и схема данного замка. Карта подробная, прорисованы границы земель каждого из четырех замков в мелких подробностях. Земли графств приблизительно равны, как и сами замки, если верить карте. А не верить ей оснований не было, да и Кин с Ивлусом подтвердили ее достоверность. Карта земель, висящая на стене, вопросов не вызывает. Но зачем вешать в кабинете план собственного замка? Чтобы не забыть? Но владелец замка в нем вырос и должен знать каждый закуток без всяких схем. Придется Кин спрашивать. В который раз принялся изучать план замка, во всех его уголках побывал, за исключением подземного хода и подвала. Данные сведения на план не нанесли, это мне Кин поведала сразу, как только показала кабинет. А может, на картах не все нарисовано? Может, что-то пытались скрыть, повесив на самое видное место? Кстати, почему нет схемы подвалов? Про них каждый знает, там припасы и всякий хлам хранится. А на карте земель прорисованы только владения графств, но как же свободная территория?

– Креун, можешь определить скрытые ходы в замке? – озадачил вопросом своего советника.

– Рэн, выражайся точнее. Какие ходы, а самое главное, какого замка?

– Этого, – лаконично ответил я.

– Тайные ходы в такой махине обязаны были предусмотреть, если строили по всем правилам. Но отыскать их вряд ли удастся. Сдвижная стена ничем не должна отличаться от соседней. По твоим рассказам можно сделать вывод, что замок древний, а кое-какие моменты говорят о том, что принадлежал он истинным магам. Те же свои жилища строили по правилам.

– Ты уверен, что замок от истинных остался? – усомнился я.

– Если ты придумаешь технологию обработки таких каменных блоков и их укладку, то озолотишься – с сегодняшним развитием магии, вернее, ее отсутствием, это просто невозможно.

«И никто ничего не знает! Кин – и та не в курсе: ни про ходы, ни про странности», – не прерывая связи с Креуном, продолжил я размышлять.

– Рэн, ты упускаешь один нюанс, – осторожно влез Креун в мои мысли.

– Какой?

– Кин имеет способности к магии, значит, и ее отец мог управляться с магическими потоками и артефактами. По твоим словам, в замке мало достойных артефактов, но самое интересное – нет артефактчика. Кто заряжал бытовые артефакты? Не возили же их постоянно на зарядку!

– Но по какой-то причине родители Кин не захотели учить ее управлению энергетическими потоками! По какой? Ребенок мог что-то узнать или увидеть! – Разгадка близка; я встал и стал ходить взад-вперед.

Выходит, что тут от всех что-то скрывали. А как можно скрыть, чтобы никто не задавал вопросов? Как бы я поступил? Применил какой-нибудь артефакт – например, молчания; человек под воздействием потока энергии из магического предмета напрочь забывает об увиденном. Такие артефакты под запретом, но это не значит, что их нет, лично видел у своего покойного наставника пару. Кто их ему принес – даже предположить не смог, а спрашивать – себе дороже.

– Ивлус! – позвал я.

Старый воин, по моей просьбе, повсюду меня сопровождал и отвечал на вопросы. Вот и сейчас он ждал за дверью моих распоряжений или дальнейших действий.

– Милорд, – вошел он в кабинет, – звали?

– Ответь на один вопрос… только подумай хорошенько! – Я посмотрел в его глаза и спросил: – Не складывалось ли у тебя ощущение, что ты выпадал из жизни на какое-то время?

– Это как? – наморщил он лоб.

– Ну, допустим, обращается к тебе человек и радостно говорит, что давно с тобой не виделся, а ты точно уверен, что вчера с ним разговаривал, – пояснил я, а потом добавил: – Что-то в таком духе.

– Да, попадал в такую ситуацию, как и многие воины из замка. Стены тут давят просто, все от них идет, – пожал он плечами.

– Скажи, а артефактчика почему в замке нет? Ушел или для него должности не предусмотрено?

– Дык раньше-то все граф делал. Кинэлла собиралась ввести такую должность, но запросы у артефактчиков слишком высоки, а денег у нее мало, – недоумевая над моими вопросами, ответил Ивлус.

– Понятно… – протянул я. – А пойдем-ка мы по подвалам погуляем!

С Кин общаться не очень хотелось – вернее, общество девушки было приятно, но ее упертость раздражала; да и не знает она больше старого и опытного воина.

Массивные стены, помещения с низкими потолками действительно «давят», хочется поскорее их покинуть. Что это? Действие магии или самой архитектуры? В магическом зрении ничего необычного нет, выходит – атмосфера такая. Мощь кладки стен тут особенно видна, каменные блоки стоят незыблемо, имея идеально ровные края.

– Милорд, – чуть севшим голосом обратился ко мне Ивлус, – в подвале десять помещений, сейчас используются три. Они тут рядом: одно помещение под вино отведено, но там есть и другие продукты, второе – ледник под мясо, а в третьем – всякое ненужное барахло, от сломанных мечей и ненужных кастрюль до старой мебели.

– И зачем хранить все это? – спросил я, когда, осмотрев две комнаты с продуктами, мы заглянули в хранилище старья.

– Железо может пригодиться, мебель – отреставрировать или на дрова пустить, – ответил Ивлус и, почесав над бровью, добавил: – А зачем тут все остальные вещи лежат – не знаю; наверное, так, на всякий случай.

– Понятно, ты мне не нужен пока – ступай. Выход и без тебя отыскать сумею, – махнул ему рукой в сторону кухни, где был один из входов в подвал.

– Если заплутаете – идите прямо, обязательно в выход упретесь. Правда, на конюшне и в оружейной двери закрыты, но стучите в дверь сильнее – и кто-нибудь обязательно отворит, – скороговоркой произнес Ивлус, спеша к выходу.

Его поведение показывало, что не только мне неуютно в подвале. Что-то тут есть, но где? Обошел все помещения – ничего, ни одной зацепки и чего-то необычного. Магическое зрение также ничего не дало, как и консультация с советником. Вспоминая карту в кабинете и жалея, что не взял ее с собой, стал вымерять подвал шагами, пытаясь сопоставить размеры вверху и снизу. К сожалению, это мало что дало, узнать-то узнал внутренние размеры подвала, но что дальше? Живот уже напоминал о пропущенном обеде и намекал на скорый ужин, а я в своих исследованиях мало продвинулся. Хм, а ведь что-то должно быть! Подземного хода-то из замка также не видно. Принялся изучать стены, надеясь найти сомнительные блоки, которые могли сдвигаться. При беглом осмотре таковых выявил восемь – чуть большие зазоры, чем на остальных, да поверхность лучше отшлифована. Слишком много; четыре подозрительных блока располагались у выходов из подвала, решил проверить их в последнюю очередь. Наверняка отполированы одеждой людей, которые прикасались к ним при посещении подвала. На другие четыре блока, находившиеся в отдаленных закутках подвала, надежды возложил большие и принялся их обследовать. За час поверхностного изучения блоков ничего не нашел. То ли строители слишком хитрые, то ли я чего-то не понимаю. Ни рядом в стенах, ни в полу, ни даже на потолке никаких скрытых или непонятных углублений, выпуклостей, сдвижных частей не нашел, а столкнуть плиты невозможно. Четвертую из подозрительных плит проверял рядом с выходом в конюшню, через него решил и выйти, заодно и Ворона проведаю. Поднимаясь по лестнице к выходу, заметил старый магический светильник. Сначала даже не понял, что меня в нем заинтересовало. Пусть более старый, чем остальные, работа истинных отличается от современных, ну вмонтирован намертво в стену, что такого? Светит, как и все, находится на своем месте. Стал его рассматривать и чесать в затылке. Чем же он меня привлек? Дотянуться до светильника проблем не вызвало – его никто не прятал. Попытался покрутить его части – не вышло, намертво и основательно приделано. Так, а почему заряд в нем полный?! Остальные светильники таким количеством энергии похвастаться не могли. В подвале мне приходилось мимоходом их заряжать, а вот до этих еще не добрался, как и до выхода к оружейной…

Неоформившаяся мысль погнала меня к лестнице, ведущей в оружейную. Картина точно такая же! К кухне не пошел, там сложно что-то понять, светильник заряжал, спускаясь с Ивлусом, и за разговорами делал все инстинктивно. Внимательное изучение светильника и магических потоков приоткрыло тайну: лампа вмонтирована точно в том месте, где находится поток магической энергии – он-то постоянно и заряжает древний артефакт. Хм, значит, он никогда не погаснет, если поток не сместится? Ну, а если сместится? Взгляд зацепился за потемневшую цепь, связывающую светильники между собой. Я принял ее за элемент декора, но к этой цепи был прикован только один светильник, остальные она обходила стороной, но это только если присмотреться. Так, выходит, что? Цепь золотая? Ведь железо за такое время развалится, а эта хоть на вид и древняя, но не может же она висеть столько столетий! Да и что еще может доставить энергетический поток в светильник, как не проводник из золота, если природный поток магии сместится?! Все продумали древние строители! Чтобы убедиться в своей теории, встал, вытащил кинжал и с силой провел по цепи. Царапал с внутренней стороны звена, дабы в глаза не бросалось. Чтобы нанести глубокую царапину, пришлось потрудиться: цепь оказалась очень стойкой, под черным налетом (краской?) проглянул благородный металл! Осталось самое малое – понять, как он должен работать, по задумке истинных. Присев на корточки напротив лампы и подняв глаза, стал буравить ее взглядом. Освободить энергию? В подпитывающем потоке? Не выйдет, с потоком не справлюсь, если только не отвести его в накопитель, но такового у меня нет. Да и не поможет накопитель, слишком сложно. Должно быть решение проще и элегантнее.

Как бы сам поступил на месте истинных? Прикрыл глаза и представил, что спешу от врагов, спускаюсь по лестнице, лампы горят и освещают путь, но мне надо попасть в скрытый проход… Что сделаю? Погашу лампы, чтобы враги потеряли меня в темноте из виду! Хм, а как погасить лампу? Так же, как зажечь свечу, только наоборот! Сконцентрировался и послал из своего источника приказ погасить лампу. Та мигнула, а в следующий миг облюбованный мною блок плавно углубился в стену и поехал вбок, открывая тайный проход. Лампы на лестнице погасли, а из прохода полился мягкий свет. Идти? Браслет на руке, определяющий магические ловушки, никак себя не проявил, когда я подошел к проему и заглянул туда. Надеюсь, ловушки не установлены… Вздохнул и сделал шаг в тайный коридор. Оказался в проходе шириной пару метров, толстый слой пыли под ногами подсказывал, что здесь давно никто не бывал. Каменная плита оставалась неподвижной, рядом с ней из стены выпирал круглый камень. Похоже, если нажать на камень, утопив его в стене, то плита закроется. Непроизвольно почесал щеку, задумавшись. А как потом проход открыть? Артефакт на стене не висит… Конечно, можно предположить, что этот полукруглый камень служит и для отпирания плиты, но проверять эту догадку как-то не хочется. Блок закроется, а открыться не пожелает. И что тогда? Эти стены пробить я никак не смогу. Пусть проход будет открыт: обследую тут все, а потом верну, как было. Коридор шел с плавным изгибом, он как бы охватывал подвал дугой. Около облюбованных ранее плит (примерное расстояние говорило, что это именно они, да и фактура такая же) взгляд натыкался на выпирающий полукруглый камень. У одной из плит я остановился и погладил его. Нет, рисковать не буду, нужен еще один человек, который из коридора нажмет на камень. Если проход закроется (вдруг камни связаны между собой), то я его вновь открою, погасив лампу. В середине коридора находился вход в какое-то помещение, его оставил на потом, обследовав сперва сам коридор. На его изучение ушло не более десяти минут: ничего интересного, начинается у одной стены, у другой заканчивается. Вернулся на середину и прошел в следующее помещение.

Овальная комната тускло освещалась лампами на стенах, энергии в них мало, но на пару часов хватить должно. Толстый слой пыли под ногами, и больше ничего.

– Креун, что-то мне не ясно, – решил я позвать на помощь советника.

– Рэн, что не ясно-то? – отозвался он. Внимательно меня выслушал и сказал: – Поищи на полу руны и линии пентаграммы. Думаю, ты нашел круг управления.

– Ты считаешь, что тут есть подобный тебе артефакт? – спросил, хотя сам искал что-то подобное.

– А ты сам-то как считаешь? – В его голосе скользнуло удивление. – Это же очевидно! Замок истинных, однозначно древние владельцы были сильнее моего создателя!

– Так уж и сильнее, – не согласился я, стараясь расчистить ногой пол. – Ты-то вот существуешь, и круг силы… тьфу, круг управления работал все время.

– Думаю, сильнее, – уперся тот. – Чтобы содержать такой замок в порядке, расход энергии должен быть на порядок больше, чем у меня сейчас. Конечно, в древние времена сил у меня наверняка больше имелось, но сомневаюсь, что взял бы под контроль замок и его территорию.

– Есть! – На полу прослеживались какие-то линии, явно принадлежащие рисунку пентаграммы.

– Потоков много по помещению гуляет?

– Да, потоки есть, не сказал бы что много, но есть, – ответил я, продолжая очищать рисунок.

– Где-то рядом с замком должен находиться большой энергетический поток магии. Там же стоит стена, где жил разум артефакта, моего собрата. – В голосе Креуна прозвучали печальные нотки.

– Поищу, – задумчиво ответил я. Мысль попробовать поселить в замок Креуна пришла при расчистке пентаграммы и теперь не давала покоя. – Креун, не хотел бы попробовать перебраться сюда? Тут же почти все готово! Пентаграмма есть, стену построить мы с тобой сможем. А как хорошо, если бы у тебя запасное жилище появилось!

Артефакт молчал пару минут, обдумывая предложение.

– Рэн, попытаться можно, но результат непредсказуем; хотя если в точности повторить мою стену, нанеся на нее такие же руны, то, может, как-то и смогу в нее вселиться. Но как подчинить управляющую пентаграмму? – Артефакт замолк, а потом принялся рассуждать: – Известно, что из моего жилища выходят потоки магии, связанные со стенами дома и проникающие в пентаграмму. Хотя нет, моя энергия уходит в пентаграмму, а потом уже распространяется по дому. Если напитать энергией круг управления, а потом протянуть канал от стены… – Он помолчал. – Надо пробовать, может получиться.

Чихнув от поднятой мной пыли, перестал шуровать ногой, все равно толком пол таким способом не очистить, нужно мыть. Хм, а кому? Не слуг же посылать, надо привлечь к этой деятельности девушку, пусть помогает, для ее же блага стараюсь! Решено, продолжу обследовать тайный подвал, а уборкой займусь с Кинэллой. Из этого помещения был еще не обследованный выход, который преграждала обычная дверь. А дверь-то новая! Пришел к такому выводу, осматривая ее доски и распространенную сейчас ручку с поворотным механизмом запирания. Такие ручки не использовались при жизни истинных, намного позже в ход пошли. Кто же тут дверь установил? Проведя рукой по пропитанной лаком поверхности двери, понял, что она могла простоять и века. Очень добротно сделана – и не украшай ее современная ручка, то, может, и решил бы, что она с древних времен стоит. Хотя век-то она простоять могла. Так что кто ее тут установил, останется неизвестно. За дверью открылся обычный… кабинет, только окна не было, его заменяла огромная картина с восходящим из-за гор солнцем. Пыли было не в пример меньше, чем в предыдущем помещении, но затхлый воздух присутствовал. Оставив дверь открытой, я стал осматривать кабинет; лампа на столе не горела, да и вообще помещение освещал лишь свет, просачивающийся в проем двери. Когда лампа, с моей помощью, стала работать, кабинет ярко осветился. Аккуратно обойдя круглый стол с тремя креслами и присаживаясь на главное место, стал осматриваться. Шкаф с бутылками и фужерами, на стенах ничего, стол девственно чист, в самом столе… Черт! Закрыт! А ключей-то не видно. Ломать? Получится не очень красиво по отношению к хозяйке замка. Ладно – хлопнул ладонью по столу – может, у Кин ключ есть, пусть сама решает, что с замком делать. Открыть его просто так нельзя, только ломать. Расслабился, потянулся, напряжение отпустило; искать больше нечего, а вот покушать-то не мешает.

На кухне, когда вышел из подвала, столкнулся с Ивлусом и девушкой.

– Рэн, где ты пропадал?! – В голосе Кин почувствовалось облегчение. – Я уже черт знает что думать начала.

– Потом расскажу, – отмахнулся я, на первом месте стояло наполнение желудка, – с утра ничего не ел.

– Пошли быстрее, – засуетилась Кин, – у тебя так никаких сил не останется.

– Это да, силы милорду нужны, – прогудел Ивлус и озорно подмигнул, отчего девушка залилась краской. Намек прозрачный на наши семейные отношения, но меня это нисколько не волновало; иногда вспоминал о показанных Креуном иллюзиях да прикидывал, когда же последний раз имел близкий контакт с женщиной. Подсчеты навевали уныние, но попыток на какое-либо действие с моей стороны, чтобы завести себе любовницу, даже не рассматривал. Нельзя сказать, что специально хранил Кинэлле верность, но не заводить же шашни у себя в поместье, и тем более – в замке жены! У меня имелся шанс в Илаге или Хребте, но сил тогда не наблюдалось. Даже сейчас желание одно – ужинать и спать. Увы, первое желание сбылось быстро, а второе…

– Наелся? – улыбнулась мне девушка, давая понять, что наша ссора забыта. – Посмотри, как могу!

Она поставила на стол лампу, в магическом рассмотрении – энергии в ней минимум. Девушка уверенно и быстро наполнила ее магической энергией.

– Молодец, – похвалил я и, зевнув, предложил: – Пойдем спать.

– Рэн, а рассказ? – надула она губки и стала такой просительно-несчастно-красивой, что отказать ей не хватит духу и у самого черствого человека.

После рассказа, как и следовало ожидать, отправились в подвал замка. Кин, вся в нетерпении, подгоняла меня, заплетающегося от усталости. Нет, ни на какие уговоры и губки бантиком обращать внимание нельзя!

– Рэн, а почему проход скрыли? – спросила девушка, когда показал ей, как открыть каменный блок.

– Сложно сказать, – пожал плечами, – возможно, хотели оставить тайное место, откуда можно управлять замком, если его захватят.

– Как можно управлять замком, спрятавшись в таком убежище? – поинтересовалась она.

– Давай потом, – попросил, а потом вспомнил, как она упрашивала меня, скорчил плаксивую гримасу.

– Ой, – расхохоталась Кин, – ты такой смешной!

– Не смешной – сонный, – нахмурился я.

Пришлось ей рассказывать, как все обустроено у меня в поместье и что есть сложный артефакт, с помощью которого можно управлять ловушками и много чего еще делать. Про общение с Креуном, как и то, что он разумный, говорить пока не стал: если не получится его заселение в замок, то знать о нем Кин не обязательно.

– Выходит, ты можешь восстановить такой артефакт? – рассматривая скрытую под слоем пыли пентаграмму, спросила девушка.

– Не совсем восстановить, – признался я, – многое придется создавать заново, и артефакт никогда не обретет первозданный вид. Появится новый, со своими свойствами.

– А что он будет уметь? – Глаза у Кин загорелись.

Понятно, от такого артефакта никто не откажется…

– Это потом видно будет, если смогу создать, конечно, – уклонился от ответа, подумал и добавил: – Не уверен, хватит ли моих сил, да и от хозяйки разрешение не получил.

– Рэн, если сможешь – сделай, пожалуйста, – серьезным тоном попросила девушка.

– Хорошо, Кин, постараюсь, – ответил я. – Но есть условия.

– Какие? – насторожилась та.

– Выполнять мои требования и ни о чем не спрашивать!

– Все требования? – уточнила она.

– Необходимые для создания, – подтвердил я.

– Надеюсь, моя кровь не понадобится? – радостно сверкнула она своими голубыми глазами.

– Возможно, понадобится, – сделав серьезное лицо, ответил я, выдержал паузу и добавил: – Не больше пары капель.

– На это я согласна, просветлела Кин лицом. – Какие еще указания?

– Необходимо тут все привести в порядок, – обвел рукой помещение управления. – Отчистить пентаграмму, вымыть лампы…

– Хорошо, я скажу…

– И знать об этой комнате никто не должен, – перебил я ее, сладко зевая.

– Уберусь сама, – окинув взглядом комнату, горестно ответила Кин.

– Вот и отлично, завтра и приступим. Ты тут убираться будешь, а я найду место для стены, которая будет вбирать в себя магические потоки.

– Тебе надо строить стену? – удивилась она.

– Не только, еще и рисовать на ней придется. Давай уже, в кабинет пошли. Осмотрим стол – и спать отправимся.

Стол пришлось взламывать; кроме бумаг, там нашлась и забавная вещичка – артефакт забвения, забывчивости или стирания памяти – у него много имен и разновидностей. Формами подобные изделия незначительно могли отличаться, но по содержанию – нет: отлитый из золота обруч с выдавленным в центре рисунком двух голов, мужчины и женщины, имел восемь камней по периметру. Кто и когда создал это изделие, осталось тайной, но при желании и наличии материалов его мог повторить и я. Главное – точно скопировать обруч, но это мне не под силу, нужен мастер золотых дел и огранки камней. Вдвоем мы сможем изготовить артефакт. Но без оригинала не справиться. Этот артефакт запрещен к использованию, но его можно носить как драгоценность: доказать его применение сложно, хотя, при желании, можно. Стоит только проверить уровень энергии – и все станет понятно, украшение это или нет. Используется он очень легко, одевается на голову и из него высвобождается дозированный заряд: если активируется один камень – теряется память за прошедшие сутки, два – неделю, три – месяц, и так вплоть до восьмого камня, при активации которого человек полностью теряет память. У королей имеются подобные обручи, и бывает, что они устраивают с его помощью показательные казни. Происходит это очень редко, так как приговоренный может попросить заменить воздействие обруча на смерть, что в общем-то равноценно, но хоть без мучений от неизвестности.

– Рэн, неужели отец… – Кин с тревогой посмотрела на меня.

– …делал что-то незаконное и заметал следы с его помощью? – задумчиво продолжил я вопрос и кивнул на обруч.

– Да, – нервно сглотнув, подтвердила девушка.

Она смотрела на артефакт, будто на ядовитую змею, и настолько опешила от находки, что мне стало ее жалко.

– Не знаю, но возможно, он им не пользовался, – тут я покривил душой, так как был уверен в обратном, – а если и пользовался, то не обязательно во вред: может быть, он только так мог выйти из сложившейся ситуации.

– Ага, и лишить кого-то памяти… – расстроенно сказала девушка, так низко опустив голову, что волосы полностью закрыли ее лицо.

– Давай не делать поспешных выводов, – приобнял я ее за плечи. – У меня в поместье имеется посох истинных, с его помощью я уничтожил враждебных артефактчиков в Лиине. Но кроме врага – никто не пострадал! А отыщи ты посох у меня – решила бы, что я захотел сровнять с землей какой-то город!

Старался говорить искренне, хотя сам верил с трудом. В реальности все может быть, но выход надо искать из любого положения. А лишать своих подданных памяти, пусть и на короткий срок, – подло. Девушка это понимала не хуже меня, и слова мои ее не убедили. Она молча собрала бумаги и, не глядя на меня, сказала:

– Пойдем, тебе надо отдохнуть.

Мы молчали до самой спальни, а когда постель приняла меня на свою перину, сон пришел моментально. Только и успел заметить, что Кин, разложив на кровати документы, принялась за их изучение.

Утром, а вернее днем, так как завтрак я благополучно проспал, отправился на поиски Кин. Девушка обнаружилась в подвале замка, она проводила генеральную уборку в комнате управления. Полюбовавшись, как она метет пол в облаке пыли, незаметно ретировался, испугавшись, что меня сейчас привлекут в помощники. За время, что я провел в замке, снег почти сошел, но не весь: стоило на него бросить взгляд, и яркие лучи солнца, отражаясь от его поверхности, слепили глаза. Подставив лицо весеннему солнцу, нежась в его лучах и наслаждаясь щебетом птичек, совсем позабыл, для чего, собственно, пришел. Такую идиллическую картину испортил мой советник.

– Рэн, нашел энергетические потоки? – раздался в голове его вопрос.

– Ищу, – не открывая глаз и не делая попыток пошевелиться, коротко ответил я.

К сожалению, идиллия разрушилась, слух стал цепляться к гомонящим птицам, солнце припекло лицо… Раздосадованно вздохнул и стал осматриваться. Потоки магии присутствовали, без них никуда, но больших и мощных не наблюдалось. Так как стену для жилища артефакта решил ставить во внутреннем дворе замка, не вынося ее за стены, то поиски сужались. Пару раз обойдя замок и ничего нужного не подобрав, решил попытать счастье в хозяйственных постройках. Первой, куда сунулся, была кузня; благо находится рядом, да и дверь открыта. В кузне, стоящей на задворках замка, чтобы на обитателей не дымила, нужные потоки магии присутствовали. Когда объявил управляющему замком, которого отыскал по моей просьбе Ивлус, что кузню необходимо перенести, то получил неожиданное сопротивление.

– Милорд, вы не понимаете, о чем просите! – Амстон нервно сжал пальцы. – Эта кузня стоит тут испокон веков. Да, сейчас она не работает, кузнеца у нас нет, но я против ее разрушения.

– Против? – Я удивленно приподнял бровь. – Это хорошо, что стараешься сохранить хозяйскую собственность, – хвалю! – медленно стал вышагивать перед ним. Потом резко остановился и, глядя в глаза, сказал: – А вот то, что перечишь, – плохо. Узнать – не узнал, для каких целей кузню надо снести, а уже против! Это больше на саботаж смахивает! Впрочем, я для тебя не хозяин, так что выводов делать не буду… пока. Отыщи графиню: если не желаешь исполнять мои приказы – уточни у нее. А потом немедленно приступай! Понял?!

– Да, – выдавил он, не ожидая получить такой отповеди.

– Тогда что стоишь?! Бегом! – нахмурился я.

Управляющего как ветром сдуло, а я уже прикидывал, как лучше установить стену и где взять для нее камней. Из общения с Креуном знал, что чем выше стена, тем больше энергии она будет в себя вбирать, но для этого нужны большие камни или блоки в основание.

– Правильно вы, милорд, с ним, а то Кинэлла их разбаловать может, – прервал мои размышления Ивлус. – Она ведь в управление хозяйством не шибко посвящена была, сейчас только учится, а эти только одни проблемы перед ней ставят.

– Лучше проблемы, чем в глаза говорить, что все прекрасно, а потом каяться, – ответил я, оглядываясь вокруг в надежде увидеть штабель камней или хотя бы кучу. Камней не наблюдалось. – Ивлус, для тебя задание есть.

– Слушаю, – подобрался старый воин.

– Тут будет стоять защитный артефакт, постараюсь его сделать, но для этого нужны камни разных размеров. Есть тут такие?

– Есть, как не быть! А кузню при мне строили, я тогда мальцом бегал, так этих камней на этом месте было видимо-невидимо!

– Вот как? А где те камни сейчас? – заинтересовался я.

– Да кто ж их знает? – пожал тот плечами. – Какие на стройку этой же кузни пошли, какие на другое строительство взяли, а большинство, мелких, через ров перетащили да в овраг высыпали.

Решив, что на подготовительном этапе управятся без меня, отправился в замок: хотелось пообщаться с Кин и узнать, что было в документах, найденных в столе. То, что документы принадлежат не истинным, – понятно, бумага хоть и разная, попадалась пожелтевшая от времени, но сверху лежала недавнего производства. Кин обнаружилась в кабинете, где сидела за столом и перебирала бумаги. Задумчиво на меня посмотрела, а потом начала рассказывать. Первым делом отрапортовала, что привела в порядок комнату управления, теперь там, по ее словам, круг силы с рунами очищен от пыли и грязи. Потом объявила, что устроила разнос управляющему замком, а на завтра приглашены все люди, ответственные за охрану и благоустройство ее земель. Она намерена объявить, чтобы мои приказы и указания исполнялись немедленно и их не обязательно согласовывать с ней. Сидя напротив нее, ждал, когда она посвятит меня в написанное в бумагах: любопытно, что там; но спрашивать самому не хочется. Кин же держала паузу, мы молчали.

– В бумагах… – начала она.

– Если не хочешь говорить, то пойму, – перебил ее. – Там могут присутствовать семейные тайны, мы с тобой хоть и не совсем чужие люди, но я пойму.

– Спасибо, Рэн, но ты должен знать, – как-то грустно ответила девушка. – Мы обнаружили семейный архив, первая запись сделана моим прапрадедом. Он вкратце описывает, в каком состоянии ему достался замок. Я так и не поняла, то ли он получил его за заслуги, то ли сам отыскал… Впрочем, не важно. Раньше тут лежали невозделанные земли, и четыре графа, друзья, взялись тут все облагораживать. Они все служили у короля, в немалых чинах. и на них выпала королевская милость, за какие-то великие заслуги. Что-то такое вспоминается, будто бы какой-то бунт произошел, королевства практически не стало, но потом оно возродилось. – Девушка перевела дыхание, помолчала и продолжила: – За ними утвердили замки и земли, а вот титулы они уже имели. Четыре графа дружили и любили совместное времяпрепровождение, и все они владели умениями артефактчиков. Однажды, охотясь, погнались за подраненным медведем, который на одну из деревень наводил страх, зверя убили, но забрались далеко за пределы своих земель. – Графиня поднялась с кресла и подошла к карте.

Я встал рядом с ней, понимая, что сейчас она должна открыть тайну, которая многое прояснит.

– Прапрадед пишет, что гнались они за подранком двое суток. Медведь был старым и огромным. Друзья сомневались, что он получил смертельные раны и не вернется мстить. За болотом, – девушка указала на карту, – около гор, они его настигли. Возвращаться сразу не стали, устроили привал, а утром обследовали местность. Если бы не медведь, они никогда бы не прошли через болото – хоть дело было и зимой, но трясина до конца так и не замерзла. Медведь же шел какой-то звериной тропой.

– И что они нашли? – не выдержал я.

– Заброшенный прииск, старый, но богатый на золото. – Она помолчала. – С охоты вернулись только графы, их слуги остались там навсегда. Рэн, они их… – Голос Кин сорвался.

Приобняв ее и стараясь ободрить, сказал:

– Нам сложно судить про то время, нравы и помыслы наших предков. Что там произошло и почему, никто и никогда не узнает. Не буду их оправдывать, но и не дам тебе из-за этого плакать!

– Спасибо, все понимаю, но как-то неприятно… – Кин отстранилась и, обхватив себя за плечи, продолжила: – Графы решили о своей находке никому не рассказывать, даже близким. Земли ничейные, и, узнав о прииске, король забрал бы все в казну. Там-то они поклялись на крови передавать знания только детям, добывать золота в равных пропорциях и столько, чтобы хватало на содержание замков и подданных, но роскошь не выпячивать.

– Но Илаг… – начал я.

– Это после них их сыновья решили устроить себе отдушину для развлечений, и чтобы не возникало вопросов, откуда деньги идут. Мол, там вся торговля, а торговцы дают за товар баснословные деньги. Но надо отдать им должное, они не только построили городок, но и в трудные годы скупали через подставных лиц у своих же крестьян товары, обеспечивая для тех возможность выжить.

– Золотой прииск… – Я задумался. – Но почему никто из них не попытался купить эти земли?

– Возможно, существуют какие-то причины. В бумагах об этом ничего не говорится.

– А про артефакт памяти?

– После той охоты графы долго решали, что делать. Не убивать же каждого, кому им придется рассказать об этом месте. А работники им там были необходимы, вот они и придумали лишать памяти всех, кого будут брать с собой. Сначала платили деньги за молчание, а по приезде в замок активировали артефакт. С собой они брали не более трех помощников, так что контролировать их вполне могли. Отец, а и он поучаствовал в этом деле, всегда брал с собой только Ивлуса, а еще двоих выбирал из воинов замковой стражи, – девушка посмотрела на меня и замолчала.

– Теперь становится понятным многое, – проговорил я, задумчиво рассматривая карту. – Твой предок с друзьями правильно поступили, что скрыли это открытие от короны. Смотри, – указал на карту, – если верить изображенным здесь контурам земель, болот и гор, то к прииску ведет только одна дорога. Проходит сразу через два владения, по большей территории. Пришлось бы эти земли передать обратно королю, он бы владельцев взамен, конечно, наградил, но… – Мысль заканчивать не стал. – Не отказывается никто от такого куша. Мне только одно непонятно: почему они все золото сразу не выгребли? Проблем стало бы меньше.

– Там из-под горы выходит быстрая река, проходит по земле сто метров и вновь уходит под гору. Воды реки и намывают золото, моментально вычерпать его можно, но потом-то его опять принесет! – пояснила Кин.

– Понял, – я кивнул, действительно – золотая жила. – А что еще в бумагах интересного нашлось?

– Ничего, – почему-то покраснела девушка.

– Кин? – вопросительно посмотрел на нее. – Ты когда пытаешься обмануть, становишься так очаровательна…

– Рэн, извини, но это и вправду касается семейных тайн. – Графиня отвернулась, потом вздохнула, подошла к столу, порылась в бумагах и молча протянула мне.

– Уверена? – уточнил я.

– Не хочу, чтобы ты мне не доверял.

Н-да, в бумагах оказалась переписка личного свойства, отправительницами писем были и соседние графини, и какие-то далеко живущие дамы; в общем, описывались любовные похождения владельцев замка. Мне думается, они никогда не могли себе представить, что замком будет управлять молоденькая девушка, их потомок. Хотя если поразмыслить, это же своего рода компромат, так как присутствовали не только описания любовных похождений графов, но и письма самих любовниц к ним.

– Мне просто стыдно, там есть такие описания… – Кин покраснела еще больше.

– Угу, вижу, – читая, какой фантазией в постели обладал один из предков моей графини, решил: кое-что обязательно надо запомнить.

– Что будем делать с этим открытием? – кивнула в сторону карты графиня.

– С соседями твоими надо пообщаться, узнать у них, по какому такому праву они нарушают клятву своих предков! – хищно улыбнулся я.

– Рэн, мы не можем с ними говорить с позиции силы! – воскликнула девушка.

– Еще как можем! А если… вернее, когда выстрою стену для артефакта, а потом активирую круг силы – им придется сильно извиняться! – ответил я.

В кабинет постучали, и, дождавшись позволения от графини, вошел Ивлус. Он доложил, что нужные камни доставляют к указанному мной месту, а кузню начали сносить. Оставив Кин в кабинете, я поспешил на место работ. От кузни уже осталось одно основание, камней нанесли много, и малоподходящих под мой замысел. А вот на месте кузни оказался интересный фундамент, который своим возрастом был сверстником замка. По его форме сделал вывод, что когда-то тут стояла стена, в которую наверняка истинные заселили разум артефакта. С этим фундаментом работа значительно облегчилась: не надо рассчитывать и строить основание для стены; единственное, заставил вырыть яму, чтобы определить глубину фундамента. Ее не определили: после двух метров копания вглубь приказал работу прекратить – смысла нет, а фундамент может уходить неизвестно насколько. Что же копать пару дней? Да и то не факт, что доберемся до его начала. Стену строил даже ночью при свете ламп – время поджимает, а успеть надо много. До окончания стены еще далеко, но строить дальше смысла нет, надо наносить руны. Это первое из слабых звеньев в моей задумке, второе – опасение за круг управления. Сумею ли напитать его силой и соединить со стеной артефакта? Что в итоге получится? Мне хочется, чтобы Креун мог путешествовать между этой и своей стенами, управляя моим домом и замком. Если не сможет одновременно, то хоть у него будет запасной вариант для бегства, это если у меня возникнут проблемы с Вукосом. Конечно, и эта стена находится в том же королевстве, но если мой прожект окажется удачным, то ничто мне не сможет помешать устроить жилище Креуну еще в нескольких местах. Ладно, все это – лирика, надо приступать к нанесению рун.

## Глава 5. Засада

Руны нанесены, я стоял и в изнеможении смотрел на проделанную работу. Догадывался, что это будет нелегко, но чтобы так… Сил не осталось не только позвать Креуна и опробовать, что вышло, но и просто ногами переступить. Все, на что меня хватило, – повернуться к стене спиной и плавно съехать по ней на землю. Прикрыл глаза и расслабился, силы хоть немного должны восстановиться. Нанесение рун заняло почти день; чтобы точно повторить ту картину, которая изображена у меня в поместье на стене Креуна, пришлось тренироваться на обычном камне. Тогда еще ругал себя, что не додумался до этого раньше, но что сделано, а вернее – не сделано, уже не изменишь. Нанесение рун на камень и вовсе вышло хлопотным делом; сперва никак не получалось, но в череде экспериментов придумал и опробовал один метод, который принес успех. Представив руну и напитав ее из своего источника, вплавлял в камень – примерно так, как до этого зажигал свечу. После «тренировочного» камня думал, что за часик нанесу руны и позову Креуна. Ага, не тут-то было! Рун много, а на каждую последующую уходило все больше и больше времени. Тем не менее справился, но выложился по полной.

– Рэн, ты как? – Тихий голосок Кин донесся до моего вялого сознания.

Она раз пять приходила, когда занимался стеной, и предлагала свою помощь, заставляя меня отвлекаться. Пришлось ей объяснить, что мне необходим полный покой и лишние вопросы продляют мою работу. Может, и не совсем корректно, и не так мягко сказал, но в тот момент мне требовалась полная сосредоточенность.

– Нормально, – ответил ей, а сам услышал чужой измученный голос, – надо только руны проверить; немного отдохну – и продолжу.

– Хорошо, – облегченно ответила девушка, – а то я уже испугалась – ты сидишь у стены несколько часов, а скоро вечер и начнет холодать…

– Иди в замок, скоро приду, – не открывая глаз, ответил ей.

Послышались удаляющие шаги, девушка ушла. Странно, для меня прошло одно мгновение, как опустился на землю передохнуть, а на деле вышло намного больше. Как так?

– Креун, – позвал советника и поделился с ним странным течением времени.

– Рэн, ты опять себя истощил! Распределяй свои силы!

– Не бурчи, – отмахнулся я, – понял. Как будем руны проверять?

– У меня только один вариант, – с сомнением ответил советник, – мне надо на них взглянуть и сравнить с тем, что запомнил.

Кряхтя, как старый дед, я поднялся и отошел от стены, чтобы взглядом охватить все руны.

– Давай, смотри! – сказал я советнику и открыл ему свой разум.

– Все верно, – через мгновение донесся голос, – но как туда заселяться-то? Ты что-нибудь придумал?

– Подойду к стене и активирую руны, ты через мой разум должен будешь войти в стену. Только ни в коем случае не уходи весь, оставь часть себя в родной стене, а то еще назад дороги не отыщешь.

– Ну, давай попробуем… – со скепсисом в голосе произнес советник.

Активировать сразу столько рун – это, скажу я вам, не просто: надо ведь и держать их активными… ну наверное, а силы – на исходе. Вот активировал последнюю руну, меня шатнуло, и, чтобы не упасть, двумя руками оперся о стену.

«Креун – пошел!» – мысленно крикнул, стараясь раскрыть свой разум, чтобы он смог в него зайти, и в то же время следя за рунами.

Надо ведь только частичку артефакта влить в камень, и тогда он сможет без моего участия перемещаться между стенами… Очень надеюсь, что так и будет. Но все, с чем я сталкивался до изучения магии истинных, а тем более – после, говорило, что мы идем в верном направлении. Должно сработать, остается ждать результата.

– Рэн, получилось! – Голос Креуна выражал восторг. – Энергии немного, но она накопится.

– Ты в поместье вернуться можешь? – задал волнующий меня больше всего вопрос.

– Хм, попробую. – Советник молчал пару мгновений, которые показались очень долгими. – Вернулся, проблем нет, хотя… есть одна.

– Какая? – насторожился я.

– Энергии израсходовано почти треть запаса, переход много ее забирает, от нечего делать не попрыгаешь!

– Может, из-за того, что тут ее почти нет? – предположил я.

– Возможно, надо проверять. – Артефакт помолчал, а потом спросил: – Что мне делать-то? Бросить поместье и сюда перебираться?

– А связь с поместьем у тебя останется?

– Пока стена не напитается энергией, то магии просто не хватит, а для того чтобы набрать сил, мне надо присутствовать здесь, – пояснил мой советник.

– Но как же ты отсюда туда переместился, если энергии тут нет? Или связь все же есть, но существует в виде энергетической подпитки? – спросил я.

Эти вопросы остались без ответа: советник не знал всех процессов, происходящих при перемещении. Он предположил, что перемещение происходит за счет энергии стены, оставшейся в поместье. С ним трудно поспорить, ведь в возведенной мной стене магии почти нет, она там только начинает собираться. Осталось дождаться, когда магия наполнит новое жилище артефакта, да с кругом управления разобраться. Сегодня кругом заниматься не буду, самому необходимо восстановиться. А что для этого надо? Сон, ужин и долгий, сладкий сон. Больше ничего не хочу…

Так, и что делать? Сидя на каменном полу возле пентаграммы, перебираю варианты активации круга управления. Напитать магией круг управления могу, но вот как его связать с артефактом? Не представляю, а это самое основное! Мне вспомнилось, как, стоя полгода назад в круге силы (тогда так про него думал), смотрел за каплей крови, которая медленно падала вниз. А ведь в этом что-то есть! Мысль еще четко не сформировалась, а я уже шагнул в круг и начал активацию. Вот потоки магической энергии забурлили в круге управления; зову Креуна.

– Слушай, сейчас ты войдешь в мой разум, после чего мы с тобой вытащим кинжал, уколем палец, и частичка тебя вместе с кровью упадет в пентаграмму.

– Понял, – отозвался артефакт.

Борьба с рукой, вытащившей кинжал и никак не желавшей нанести мне укол, продолжалась минуту-две. Не знаю, то ли Креун боится нанести мне ранение, то ли наши действия не согласованы?.. Прикрикнув мысленно на своего советника, удалось уколоть палец, правда, не тот, который хотелось, но это уже мелочи: капля крови упала в круг управления… Мои мучения оказались не напрасными: Креун получил возможность управлять замком и применять внутри него свои навыки. Круг управления находится на замковом фундаменте и неотрывно связан со стенами. Но и тут не обошлось без ложки дегтя: как скоро Креун сможет приступить к выполнению новых функций, представить невозможно. Стены, фундамент – все требует насыщения энергией. А моментально сделать ничего нельзя. Но осталось еще одно.

– Кин, – обратился к девушке, которая молча продолжала стоять у стены и наблюдала за моими действиями, – встань в круг и проделай то, что я делал минуту назад.

– Кровь себе пустить? – уточнила она.

– Капли достаточно, – ободряюще улыбнулся ей. – Ты тут хозяйка, значит, артефакт должен подчиняться тебе.

– Рэн! – воскликнул Креун. – У меня уже есть хозяин, и больше никто мне не нужен!

– Ну так придумай что-нибудь, – пожал я плечами. – Хозяйка у замка одна, и ее приказы на этой территории обсуждению не подлежат. Зато через тебя у нас с Кин будет постоянная связь.

Артефакт недовольно брюзжал, а Кин уже стояла в круге управления и колола себе палец. И все же Креун не назначил Кин хозяйкой, а признал ее моей женой. До меня не сразу дошел подвох – он мог исполнять ее приказы, только касаемые замка и местных земель, да и то, если я не буду против. На все остальное – просьбы, приказы и пожелания от графини, которые не имеют отношения к ее территории, право выполнения Креун оставил за собой. Мотивировал он свое решение просто и безоговорочно – хозяин у него один, и других быть не может. А то знает он меня – вдруг еще где стену отстрою и предложу поселиться, так что ж – еще один хозяин появится?! Спорить с ним не стал, слишком вымотался, да и по большому счету он прав – не стоит подчинять его другим людям, пусть даже и на их территории. Кин, пообщавшись с Креуном – а он теперь имел с ней связь такую же, как и со мной, – пришла в восторг. Девушка не умолкала, обсуждая открывающиеся перспективы; на мои замечания, что еще неизвестно, когда он наберет силу, она не обращала внимания. Конечно, с таким древним и могущественным артефактом она еще не сталкивалась. Девушка задала мне такой ворох вопросов, что пришлось перенаправить ее к своему советнику, предварительно дав ему указания не сообщать некоторые подробности. В том числе не объяснять и не учить Кин рунам и тем умениям, которые приобрел я. Информацию надо дозировать и осваивать постепенно, иначе может быть непредсказуемый результат.

Кин только-только встает на путь освоения магии. Пока она не научится управляться с магическими потоками, знать ей о других возможностях незачем. Результат проделанной работы меня вдохновлял: стал понятен и принцип работы пентаграммы: она должна соединяться со стенами строения, тогда у Креуна будут такие же возможности, как и в моем поместье. Да, все как обычно, основное – фундамент, как у стены, так и у круга управления. Вот интересно, а если повторить пентаграмму на земле? Какие способности обретет артефакт? Кстати, а может ли быть у одной пентаграммы две стены? Хм, мысль интересная… Думаю нет; одно жилище артефакта – один круг управления или выход силы, вот это логично. Странные мысли; на сегодня эксперименты со своим советником надо заканчивать, тот пока занят. Надо бы к Анлусе спешить, время-то идет, до ее свадьбы времени остается мало, а подарков для молодых у меня нет. Хотя придется немного задержаться в замке, необходимо решить вопросы с прииском и с соседями. Ладно, надо все обговорить с девушкой. Скосил глаза на Кин и мысленно усмехнулся, поздравив себя с удачным решением не только проблем безопасности, но и занятости девушки. Теперь графиня беседует с моим советником и долго не будет приставать ко мне с бесконечными вопросами. А если что – ее можно вновь переадресовывать к Креуну! Потер руки и счастливо улыбнулся – хорошо!

Хмурое утро грозило напустить снег или мерзкий дождь. Порывы ветра гнали толчками по небу серые тяжелые облака, а температура воздуха приближалась к нулевой. Настроение у меня соответствовало погоде: нет чтобы отлежаться и выспаться – приходится тащиться с этими чертовыми налогами в Хребт. Меня никто не просил, не намекал, но отпустить Кин одну… Да, у нее охрана, десять воинов и пятеро телохранителей, у которых имеются артефакты защиты. Вот только боюсь, что у наших возможных недругов могут найтись веские контрдоводы. Эх, с графами надо что-то решать, подсказывает мне чутье – не оставят они нас в спокойствии, слишком лакомый кусок этот прииск… Дорога тем временем подошла к лесу, за ним должны быть поля и потом – город. Перед самым въездом в лес я велел остановиться. Раскинул сеть и принялся изучать попавшие в нее ауры – ничего подозрительного. Но сторожевая сеть не могла охватить дорогу через весь лес – от силы четверть ее, и то, если предположить, что магия разнеслась на двести пятьдесят метров вперед.

– Рэн, что-то случилось? – спросила меня девушка.

Хм, она что, свою сеть активировать не додумалась? Вот говорить ей об этом не буду, пусть сама сообразит.

– Ивлус, – позвал я старого воина, – давай поедем впереди отряда. – А вы, – обратился к Кин, – следуйте за нами не ближе ста метров. В случае опасности ты должна, под прикрытием своих телохранителей, вернуться в замок.

Девушка что-то порывалась сказать, а я уже отдавал приказы ее охране. Воины ситуацию понимали с полуслова и мгновенно насторожились моим поведением. Уж не знаю, чутье ли это или просто здравый смысл, но засада, если ее нам готовили, обязана быть именно здесь, в этом лесу. Ворон аккуратно ступал по дороге, даже стука его копыт не слышно, в отличие от коня Ивлуса. Вот мы углубились на сто метров в лес, отряд двинулся за нами. Ничего необычного и странного. Зверья в лесу много, но ни одной подозрительно враждебной ауры. Вот вдалеке и просвет показался. Идиот! В моей сети показались ауры, которые приближались из глубины леса, охватывая отряд в кольцо. Я рассчитывал, что засада будет сидеть на месте, а враги решили поступить иначе.

– Назад! – разворачивая Ворона и пуская его в галоп, крикнул Ивлусу.

Прорваться через лес нечего и думать, впереди еще больше злобно настроенных аур, я их даже пересчитать не успел, но навскидку – раза в три больше, чем нас.

– Засада! В круг, арбалеты к бою! – осаживая Ворона перед отрядом, выкрикнул я.

В одно мгновение мы с Кинэллой оказались в круге ее телохранителей, ощетинившихся арбалетами. Подскакавший Ивлус вытащил из ножен меч и стал озираться по сторонам. А вот оставшиеся наши воины повели себя не лучшим образом, сгрудившись в одну кучу и гомоня все разом.

– Спешиваемся и уходим под защиту деревьев, – спрыгивая с Ворона, сказал я.

Телохранители молча выполнили приказ, а остальными воинами стал командовать Ивлус. Кин молча пошла со мной, она действовала как во сне.

– Твоя сеть активна? Ауры видишь? – обратился к ней и дернул за руку, приводя в чувство.

– Да, мы в кольце, по дороге едут два отряда, по двадцать человек; со стороны леса, справа и слева, идут по десять воинов, – ответила та и, помолчав, добавила: – Рэн, у них ауры черные!

– Угу, – кивнул я, – ты следи за передвижением аур, которые с нашей стороны леса подходят, нашим воинам указывай их нахождение. Понятно? – обратился к телохранителю.

– Да, – поводя из стороны в сторону арбалетом, подтвердил тот. – Мы прикрываем тыл. Правильно?

– Верно, а я гостям пару сюрпризов приготовлю, – ответил и махнул Ивлусу, чтобы и он с воинами занялся тылом.

Шепнул Ворону, чтобы тот отвел от нас лошадей, нечего им в заварушке участвовать. Мой конь недовольно каркнул, но приказ выполнил. Все произошло так быстро, с момента обнаружения засады, что отряд врага только въехал в лес. Спрятаться в лесу нам было не суждено – как-то нас отлеживают, ауры в сети перемещаются, исходя из нашего положения, и их не смущает, что мы заняли оборонительную позицию. Вот и на дороге всадники остановились вне зоны нашей видимости, что-то замышляют. Болт пропел над моей головой и впился в ствол ели, второй болт сбил с головы Кин шляпку и пригвоздил ту к земле, а еще два последующих нашли цели. Один из телохранителей захрипел и упал, сраженный в спину, второй схватился за плечо. Не осознав, что происходит, я бросился к Кин и повалил ее на землю.

– С деревьев бьют! – воскликнул Ивлус.

Точно! Вот я идиот! Всадники спешились, но на месте не остались, они вверх полезли, а я не понял! Болты продолжали свистеть, но вреда пока не причиняли. Лежа за стволом ели, прикинул траекторию полета болта – пора и зубы показать. В моем распоряжении два откатанных заклинания – таран и огненный шар. Тараном уже пользовался и видел результаты на заборе трактира, с огненным шаром или фаерболом опыт тоже имел, правда, не очень удачный. Но в лесу заклинание огня применять как-то уж слишком опасно, лучше на крайний случай оставить. Первый магический удар моего тарана повалил два дерева и ушел ввысь, целил-то я вверх. Но, на мою радость, кого-то зацепил, крики врага были тому лучшим подтверждением. За моей спиной раздались щелчки спущенных арбалетных тетив: ауры врага подобрались близко, и Кин пытается как-то скорректировать стрельбу. Черт! Отряды слишком быстро к нам приближаются – значит, на коней сели и пустились в галоп, решили в рукопашную сойтись! А вот это хуже! По дороге галопом пронеслись два всадника, не преминув возможностью выпустить в нашу сторону магические удары льда. Куски сосулек от ударов о деревья разлетелись во все стороны. Один из кусочков льда ожег мое плечо, от телохранителей и Кин отскочили, не причинив тем вреда, вокруг них полыхнул контур щита, отразив удар. А я и не знал, что у них есть такие мощные артефакты защиты. Эх, магическим защитам не уделил время, хотя Креун о них ничего сказать и не мог, а эксперименты с рунами могут дорого стоить.

Снег с ветром усилился, как и обстрел со стороны противника. Болты стали свистеть все ближе и ближе к моему укрытию. Пристреливаются. Черт, а это еще что?! За моей спиной полыхнула вспышка, а потом послышался треск и сразу за ним – крики наших воинов. Оглянулся, картина не порадовала. Еще один телохранитель графини упал, уткнувшись лицом в снег, трое других наших воинов тоже лежат неподвижно. Ивлус стоит, прижимаясь к дереву, и держится за раненое плечо, здоровой рукой отбросив арбалет и вытащив меч. Кинэллу прикрывает собой один из тройки оставшихся в живых телохранителей, тот, что был ранен в начале боя. Двое телохранителей что-то магичат с каким-то неизвестным артефактом. Вот один из них вскинул вверх прозрачный шар – переливаясь всеми цветами радуги, тот взлетел вверх на пару метров, а потом разлетелся на мелкие части, которые сформировали множество маленьких молний и устремились в сторону леса, оставляя в стволах деревьев пробитые насквозь дырки, некоторые деревья ломались и падали. Крики боли разнеслись за нашими спинами.

– Рэн, в тылу никого! – воскликнула Кин.

– Что ж вы сразу не активировали артефакт?! – обратился я к одному из телохранителей, который подошел ко мне.

– Милорд, его долго активировать, да и это был наш последний шанс. Защиты больше нет, не осталось у нас и артефактов, – ответил тот.

– Защита пуста или с ней что-то случилось? – пользуясь замешательством врага, который прекратил обстрел, спросил я его.

– Пуста, зарядить мы ее не в состоянии, – подтвердил тот.

– Отдайте артефакт графине, пусть пробует зарядить, а все оставшиеся в живых пусть возьмут под прицел дорогу, – распорядился я.

– Болтов мало, – сокрушенно покачал головой Ивлус. – Вам с графиней уходить надо, а мы их задержим.

– Да? – зло усмехнулся я. – А вас тут на погибель оставить?! Ну уж нет!

Не знаю, откуда у меня взялись силы, от злости, наверное, но три огромных фаербола, один за другим, понеслись по направлению к возможному скоплению противника. На какое-то мгновение отключился, но спустя мгновение открыл глаза и прислушался. Как минимум один удар угодил в цель, вопли врага слышны сквозь треск горящих деревьев.

– Они уходят! – воскликнула девушка.

Попытался создать сторожевую сеть и не смог – источник не дал даже крохи энергии. На какое-то время я пуст; надеюсь, скоро восстановлюсь.

– Точно? – уточнил я у Кин.

– Сам посмотри! Удаляются в сторону города, быстро удаляются, один отряд не сильно пострадал от твоего удара, а вот атаковавший нас со спины – уничтожен, да и через дорогу аур мало осталось. Кстати, ауры их изменились! С черного цвета перешли на красно-зеленоватый! – взахлеб затараторила Кин.

– Ивлус, – кивнул я старому воину, – возьми оставшихся в живых и аккуратно, не высовываясь, проверь, что на дороге.

Тот молча кивнул и, взяв с собой двух воинов, бесшумно удалился, хотя даже если бы он хотел, то его шагов в стоящем на весь лес треске, а также гомоне птиц все равно никто бы не услышал.

– Милорд, дозвольте перевязать вас, – наклонился ко мне телохранитель графини.

– Какие у нас потери? – спросил у него, смотря, как тот сноровисто перевязывает мне плечо.

– Грука и Стера потеряли, Квист ранен, – ответил тот, а потом добавил: – Про воинов графини ничего сказать не могу.

Вот ведь, как зовут телохранителей Кин, я до этого времени узнать не удосужился; ну да ладно – лучше поздно, чем никогда.

– Тебя-то как зовут? – спросил я его, когда тот закончил перевязку.

Рана была не опасной, просто сильно кожу посекло, да крови много вышло, но перебинтовать ее было необходимо. Самое интересное то, что она никак себя не проявляла, в руке небольшая слабость и все, даже не болит.

– Тринтом меня кличут, а напарника моего зовут, – он кивнул в сторону телохранителя, который рассматривал свой покореженный ударом льда арбалет, – Янгор.

Прикрыв глаза, я… задремал; вот уж чего-чего, а этого совершенно не ожидал. Сквозь дрему слышал, как вернулся Ивлус. Открыть глаза и спрашивать сил нет. Вот привели коней, Ворон внимательно меня обнюхал и горестно каркнул. Два воина стащили тела погибших в одно место, потом один остался, а второй, вскочив на коня, отправился в сторону замка Кин. Графиня давала какие-то указания и несколько раз подходила ко мне, что-то спрашивала, трогала лоб, хмурилась и возвращалась к раздаче указаний. Да что ж такое-то? Сил нет, но и уснуть не в состоянии. Напрягся и сел, встряхнул головой; слух вернулся, но в глазах еще двоится.

– Рэн, ты как? – присаживаясь на корточки возле меня, спросила Кин.

– Нормально, устал просто, – ответил ей и, оглядевшись, спросил: – Что происходит?

– Милорд, – начал докладывать Ивлус, – мы потеряли десятерых, один телохранитель и вы ранены. Бандиты, устроившие засаду, бежали, оставив на поле боя оружие и своих убитых соратников. Раненых среди них не обнаружилось, наверное, с собой взяли или добили.

– Воина куда отправили? – я погладил морду Ворона.

– В ближайшую деревню, он там мужиков организует, надо похоронить погибших да трофеи собрать, – пояснила Кин.

– Кто устроил нападение, выяснили? – задал вопрос Ивлусу.

– Нет, – он отрицательно покачал головой, – опознать никого не удалось, и при себе у них никаких бумаг не обнаружилось.

Кое-как взгромоздился на Ворона, и мы двинулись в сторону города. Налоги уплатить необходимо. К вопросу о нападавших вернулись в пути, все указывало на соседей, но вот фактов нет. Вдруг еще какая-то сила нарисовалась? Для себя этот вопрос оставил открытым, решив вернуться к нему, когда смогу спокойно проанализировать ситуацию. Сейчас же мысли путаются, не до разбирательств, на Вороне – и то еле сижу. До города добрался в полубессознательном состоянии. Вроде и в разговорах участвовал, но о чем шла речь, через мгновение вспомнить не мог. По тому, что окружающие не уточняли и не кидались ко мне с помощью, понимал, что вел себя вполне адекватно. В город нас пускать не хотели, у стражников мы вызвали нездоровый интерес. Еще бы, кучка вооруженных людей, в рваной одежде и со свежими перевязками – явные разбойники! Кинэлле пришлось достать свои верительные грамоты, после чего отношение к нам изменилось, даже дали стражника в провожатые до мэрии, где находились сборщики налогов. Налоговики нас промурыжили пару часов, документы составляли медленно и лениво, золото пересчитывали и перепроверяли несколько раз. А уж про подпись графини, которую они должны были заверить, и говорить нечего! У Кин, к концу этой экзекуции, руки были в чернилах, пальцы болели от пера, а в глазах – злость. Налоговиков не устраивал ее автограф: то нечетко, то завитушки отличаются… Девушка столько бумаги исписала, что я думал, они счет нам представят. Но нет, все закончилось; когда на дворе стало смеркаться, выдали документ об уплате и отпустили.

– И чего тянули?! – в сердцах бросил Ивлус и сплюнул на булыжную мостовую.

Его восклицание осталось без ответа, все поглядывали на меня, признав главенство. То, что наш визит к сборщикам налогов искусственно затягивали, мне объяснять без надобности, свои глаза имеются. Возвращаться в замок нельзя – понятно, на обратном пути могут поджидать сюрпризы. Но почему нас столько мурыжили? Могли бы и часа два назад отпустить, ничего бы не изменилось. Держа в поводу Ворона, размышляю и никак не могу определиться с дальнейшими действиями. Вроде все ясно: надо останавливаться на ночлег, а утром трогаться в путь. Куда – другой вопрос! Вот только девушке в замке на ближайшее время не место, слишком опасно. Пускай там Креун набирается сил и создает защиту, а мы пока побудем от замка на удалении, и чем дальше – тем лучше. Податься есть куда – хоть в мое поместье, хоть в Лиин к сестре, да и Гунера можно навестить.

– В трактир? – спросила Кин.

– Нет, – покачал я головой и запрыгнул в седло. – Не нравится мне то, что нам не оставили выбора. Может, и преувеличиваю опасность, дуя на воду, но лучше нам в городе на ночлег не останавливаться.

– Неужто обратно в замок? – изумился Ивлус.

– Тоже нет, мы направимся… – я сделал паузу, – в столицу.

Вот только путешествовать в таком виде, без припасов и на ночь глядя, не слишком приятно. Однако спорить с моим решением никто не стал, и мы отправились в путь. Темп задавал Ворон, а я его все время подгонял, стремясь как можно дальше отъехать от города. Не знаю, сколько бы продолжалась наша скачка, но уже почти в полной темноте (а луна то и дело пряталась за низкие облака) ко мне подскакал Ивлус.

– Милорд, привал нужен, – тяжело дыша, выдохнул он.

– Еще часик… – ответил я и осекся. Кинэллу в седле качало, один из телохранителей сжал зубы так, что по подбородку стекала кровь из прокушенной губы, остальные выглядели не лучше. – Ты прав, – переводя коня на шаг, вынужденно согласился я и приказал: – Ищи место для ночлега.

– Тут в стороне деревня стоит, может, там заночуем? – предложил Ивлус.

– Показывай дорогу, – уступая ему лидерство во главе нашего отрядика, сказал я и, поравнявшись с девушкой, обратился к ней: – Извини, увлекся, хотел как можно дальше от города отъехать.

– Рэн, все в порядке, – ответила Кин, сделала попытку взмахнуть рукой, но потеряла равновесие и чуть не упала.

– Если буду увлекаться, а остальным придется тяжело, то вы должны об этом прямо сказать мне! – повысил я голос, чтобы услышали все.

– Понятно, – скрывая улыбку, ответил Тринт.

– Ну, раз понятно – поехали, – скомандовал, кляня себя, что не разобрался в физическом состоянии людей.

Сам-то, как ни странно, полон сил и энергии: рана не беспокоит, сна ни в одном глазу, да и усталости не ощущаю. Откуда только силы взялись? Озадачившись этим вопросом, принялся прислушиваться к своему организму – все как обычно, ничего не болит, кушать хочется, а так – никакого дискомфорта. Интересно, а что с источником? Н-да, источник еле тлеет и заряжаться не думает. И мечтать нечего, чтобы с его помощью создать какое-то заклинание… Так, но куда же все-таки направиться? То, что я сказал в городе, не сильно мне нравится, благо дорога в нужном направлении. Но это пока, а вот доедем до развилки – и что? В столицу к Гунеру? Но тот может отсутствовать, да и не помощник он в таком деликатном деле. То, что вся эта заварушка развернулась из-за прииска, сомнений не вызывает. Графы, зная о том, что Кин не посвящена в тайны своих предков, решили делить добычу на троих; треть всяко лучше, чем четверть! Вот и пошли в ход различные уловки: не выгорело с разорением – пошли на физическое устранение. Этого простить никак нельзя: мало того, что у них план почти удался, так еще и меня волей-неволей во все втянули и чуть не оставили в лесу на веки вечные. Мстить? Хм, замки с легкостью снесу: возьму посох истинных и камня на камне не оставлю. Но ведь под мою раздачу попадут и невиновные; король, опять же, не оставит в стороне такое происшествие на его землях, это ведь не нападение разбойников на отряд с целью получения… Кстати, а как это они сумели так засаду организовать? Ведь ждали нас и подстраховались от амулетов слежения, хотя таковых в замке не числилось. Выходит… разузнал кто-то про мой подарок, позволяющий создать сторожевую сеть. В замке, а то и среди нас – предатель? И кто это может быть? Принялся перебирать имена и лица. К сожалению, общался с обитателями замка редко, да и Кин еще не захотела проверить своих подданных на лояльность.

– Кин, – шепотом обратился к девушке, – что про нападение думаешь?

– А что думать? – пожала та плечами. – Устроили засаду, хотели отобрать деньги; возможно – и за головой моей охотились.

– А как они могли узнать маршрут и время движения?

– О том, что я должна лично отвезти налог в Хребт, знали многие, а маршрут-то один.

– Допустим, – согласился с ней, – но вот организация засады наводит на мысль, что они знали о моем подарке тебе во всех деталях. Как такое возможно?! Ты кому о его свойствах рассказывала?

Девушка нахмурилась и с минуту молчала.

– Считаешь, что в замке предатель? – наконец спросила она.

– Предполагаю, – криво усмехнулся я.

– Знали ты, я, Ивлус… – Кин задумалась. – Больше вроде никому не говорила, хотя… капитана вроде бы посвятила, может, и еще кто знал.

– Телохранители? – мотнул головой в сторону воинов.

– Естественно, – пожала плечами, – они меня одну только с тобой оставляют. А так – всегда рядом, разговоры слышат.

Что ж, с этой стороны отыскать перебежчика в лагерь противника не удастся. Круг подозреваемых так широк, что подозревать в предательстве можно любого. Нечего и сомневаться, что в замке о свойствах броши-артефакта знают все. Сам виноват – такое надо в тайне держать; но я-то никому не говорил, а вот Кин… Хотя и она не распространялась направо и налево, но слухи разносятся мгновенно. А тут приехал муж графини и преподнес в подарок брошь. Что за вещь, зачем, почему? Моя личность и все, что со мной связано, вышли на первое место в разговорах обитателей замка, в этом-то сомневаться не приходится. Так как же вывести на чистую воду предателя? И кто он? Из замка не так-то просто передать сообщение, а уж встретиться с кем-то со стороны – и вовсе тяжело. Это не значит, что замок при мне никто не посещал и не покидал – крестьяне приходили и уходили; но вот обслуга за пределы его стен не выходила. Да и не думаю, что предатель занимает далекое место от графини, такого вербовать, смысла нет. Кто-то из ближайшего окружения. Бросил взгляд на Ивлуса. Может быть, он? Вряд ли, с детства же Кин знает, хотя… могла и обида копиться, а может, нашелся рычаг воздействия. Слишком я его плохо знаю. Но он переживал за состояние дел в замке, искренне боялся, что графине причинят вред. Сам отправился ко мне в поместье, хотя дорога была не для прогулки. А вдруг напрасно так думаю и предателя не существует? Нет, кто-то про брошь знает… За своими умозаключениями выпал из окружающей действительности и не чувствовал вкуса еды, которую нам предоставил староста деревни, до которой мы благополучно добрались и устраивались на ночлег. Простой крестьянский дом хоть и просторный, но имеет всего одну комнату и скудную мебель. Устроившись на кровати рядом со своей женой, я угрюмо глянул на телохранителей и пытающегося скрыть улыбку Ивлуса. И чего скалится? Неужто думает, что у меня сейчас на уме что-то кроме отдыха может быть, тем более в их присутствии? Хотя Кин-то уже уснула и во сне меня обняла, спали мы хоть и одетые, но под одним одеялом. Устал сильно, но…

– Милорд! Просыпайтесь! – донесся до меня сквозь сон встревоженный голос телохранителя.

– Чего тебе? – открывая глаза, спросил я Тринта.

– В деревню конные въехали! – шепотом ответил тот.

– Какие конные?! – вскакивая с кровати и ища глазами свой меч, воскликнул я.

Телохранители и Ивлус, сменяя друг друга, ночью несли дежурство. Выходит, не зря опасался, и неприятности не заставили себя ждать.

– Семеро верховых, галопом проследовали мимо минут десять назад, – доложил тот.

– Так может, по каким-то своим делам скачут? – предположил я, переводя взгляд с него на мирно сопевшую Кин.

– Милорд, незачем скакать через деревню – быстрее ее в объезд миновать, – не согласился со мной Тринт.

– Возвращаются! – распахивая дверь и входя в комнату, подтвердил опасения телохранителя Ивлус.

– Кин зарядила защитный амулет? – обратился к телохранителю, заглядывая внутрь своего источника и чуточку успокаиваясь, так как тот на треть заполнился магией.

– Да, зарядила, – подтвердил Тринт.

– Он у тебя, один его сможешь активировать? – уточняя это, натягиваю сапоги и беру в руки меч.

Тринт молча кивнул.

– Ивлус, остаешься с Кин. Тринт, в случае опасности активируй артефакт и постарайся уйти с графиней незамеченным, – отдал приказ и, не слушая, да и не желая ничего слышать, шагнул за дверь.

На улице стояли два телохранителя и заряжали арбалеты.

– Квист, ты как? – поинтересовался у получившего рану телохранителя.

– Стрелять могу, да и меч удержу, – ответил тот.

– Хорошо, – ответил я и вызвал в своей памяти руну огня: просто так сдаваться не собираюсь. – Пошли-ка к гостям, послушаем, с чем пожаловали. Янгор, ты иди чуть позади, если что – прикроешь Квиста.

Прятаться в доме, огороженном хлипким заборчиком, смысла нет. А против семерых аргументы отыскать сумеем и в прямом бою. Но что-то мне подсказывает – не будет никакого боя, в этом случае верховые не вели бы себя так открыто, да и численность их как-то мало соотносится с противостоявшими нам по дороге в Хребт. Выйдя за калитку, остановился и стал всматриваться в приближающихся всадников. И как это они нас так быстро отыскали? Дорога, правда, тут одна, но ведь из города много направлений выходит. Заметив нас, верховые остановились, а потом от них отделились двое и медленно поехали к нам. Ба, да это один из графов, собственной персоной!

– И что это вам, Фурэн, не спится в теплой постели? – иронично спросил я приближающегося всадника.

– Так и вы, милейший Рэн, не почиваете в объятиях своей молодой супруги, – вернул мне улыбку граф. – Кстати, с графиней все в порядке?

– А что, вы о ней так беспокоитесь? Неужели хотите заставить меня ревновать?

– Прослышал я, что на вас было совершено нападение, вот и беспокоюсь, – спешиваясь, ответил граф. – Может, помощь нужна?

Второй его спутник остался в седле, и, что неприятно, от его ауры исходила угроза. А в руках извивались энергетические потоки магии, явно какие-то артефакты на грани активации. От моей огненной атаки ему не устоять, да и графа мы в секунду положим. Но нет ли еще кого с ними? Вдруг на подходе их основные силы и они просто тянут время? И сам граф стал бы рисковать собственной шкурой, не будучи уверенным в своем превосходстве? Вряд ли. Да и нужно послушать, что он скажет.

– В помощи мы не нуждаемся, – ответил я, а потом добавил: – Если бы еще спать нам никто не мешал…

– Нам бы поговорить, один на один… – протянул граф, намекая на лишние уши.

– Хорошо, пусть сперва ваш сопровождающий артефактчик уедет, а то у него, не дай боги, артефакты от магических потоков сработают невзначай.

Фурэн, прищурившись, бросил на меня быстрый взгляд, а потом повернулся к своему спутнику.

– Подожди меня с остальными! – коротко приказал граф.

– Но, милорд… – начал тот.

– Езжай! – недовольно перебил спутника Фурэн.

– Графу ничего не угрожает, если он сам проявит благоразумие, – сказал я.

Артефактчик подозрительно осмотрел меня с ног до головы, саркастически хмыкнул и медленно направил коня к людям графа.

– Янгор, Квист – идите в дом, – не глядя на телохранителей, приказал я.

За моей спиной послышались удаляющие шаги, на деревенской дороге напротив друг друга остались мы с Фурэном, если не считать коня да верховых в отдалении, ожидающих своего графа.

– Рэн, произошло страшное недоразумение… – начал граф.

– Подожди, – перебил я его и поднял руку, – есть определенные факты, и они мне не нравятся! На мою жену совершено три нападения! В одном из них и меня могли убить! Уже не говоря о тех людях, что сложили головы! И ты называешь это недоразумением?!

– К этим происшествиям ни я, ни мои люди не имеют ни малейшего отношения! – открещиваясь от обвинений, Фурэн приложил к груди руку. – Поверь, это страшная ошибка!

– За ошибки кто-то должен заплатить!

– Мы обязательно найдем этого негодяя! Устроим ему графский суд и покараем!

Странный разговор – спонтанный, в повышенных тонах и на «ты»… и неясная ситуация. Хотя что странного? Получив по зубам, пытаются прощупать почву; уверен на все сто процентов, что графы разделились и выехали из Хребта во всех направлениях, если…

– Граф, а как вы нас отыскали? Не говорите только, что вам удача улыбнулась, – задал я вопрос, вновь переходя на официальный тон.

– Э-э-э… следопыты… да и из города ведет лишь одно направление, в котором вы могли двинуться, – невнятно ответил тот, а потом перешел в наступление: – Рэн, вы должны инициализировать графское расследование. Это преступление обязано быть раскрытым, а виновные казнены!

– Сейчас у нас есть определенные планы, но этого я так не оставлю. Кто бы ни был причастен к покушению на графиню – невзирая на титулы, понесет наказание. – Я прищурился, посмотрев на Фурэна, тот молчал. – Так вот, граф, есть еще одно дело, в котором не все так ясно. Почему-то у моей жены образовались трудности с финансами, хотя раньше замок, можно сказать, процветал. Как так?

Фурэн стал спокойно поглаживать рукой бороду, а вот его аура металась, меняя цвет: граф находится в замешательстве и что ответить – не знает. Пауза затянулась: я ждал ответа, но граф никак не мог решиться, какой вариант выбрать.

– Хозяйственные дела в графстве у каждого свои, – наконец промолвил тот. – У вашей жены замок с землями управлялся по решению суда. Вероятно, просчеты в управлении и привели к такой ситуации.

– Возможно, – с улыбкой согласился я, – а вы с друзьями хотели воспользоваться ситуацией и выкупить земли и замок. На вашем месте любой бы так поступил, за это нельзя осуждать, а вот за поддельные долговые… – взглянул на графа и не закончил фразы, предоставив тому оправдываться.

– Да, было дело, – неожиданно согласился тот с моими словами. – Мы хотели как лучше – хозяйство в запустение приходит, все разваливается…

– Клятва на крови принесена не нами, о ней никто не знает, – перебив, продолжил я. – Так?

– Выходит, все знаешь?.. – загрустил граф.

– Все знать никто не в состоянии, но что-то мне известно. И долг с вас – за все время неполучения наследства от предков графини необходимо взыскать. Сколько там она своей доли не получала? Год?

– Не боишься, что после нашего разговора вы все не доберетесь до цели своего путешествия? – положив руку на эфес меча, угрожающе спросил он.

– В лесу свое отбоялись, – рассмеялся я, – а когда подготовлены, то отпор и не такой сможем дать! И не думай – мы в любом случае сюда вернемся, и не дай боги, если вы не захотите выполнить наши требования. Раскатаю по камушку ваши замки!

– Ну-ну… – злобно прошипел он, – многие угрожали, да руки коротки…

– А я не угрожаю – предупреждаю, – широко зевнув, ответил ему. – И заметь – не требую штрафа, просто взимаю долг; ну и голову самого ретивого получить намерен.

– Жаль, не вышло разговора, – граф с досадой пнул песок под сапогом.

Он молча вскочил в седло и отправился к своим людям.

## Глава 6. Подарки на свадьбу

Во дворе дома на меня с ужасом глянул пустивший нас переночевать крестьянин. Ничего не сказал, но клацанье зубов и то, как он жался к стене сарая, подсказывало, что за себя и свою собственность он переживает. В доме царила тишина, полностью одетая Кин встретила меня на пороге с тревогой в глазах.

– Надо уходить, – сказал и принялся раздавать приказы. – Поскачем так: впереди я, за мной Кин, справа от нее Тринт, слева – Янгор; Квист и Ивлус – замыкающие.

– Рэн, может, дождемся, когда они уйдут? – кивнула девушка на окно, за которым были видны граф со своими людьми.

– Или они подкрепление получат, – не согласился с ней Ивлус.

– Седлайте коней, – приказал я. – Двое седлают, а остальные смотрят в оба. Кин, следи за аурами в сторожевой сети: если начнется движение или появится кто-то еще – сразу говори.

– Ой! – Графиня прижала ладошку к губам. – Извини, про подарок твой забыла, совсем из головы вылетело.

Ее бывший наставник осуждающе покачал головой, но ничего не сказал, а я лишь ободряюще улыбнулся и вышел на двор. За время отдыха лошади не восстановили силы, потраченные на вчерашний переход, да делать нечего. Вступать в бой с врагом (а чтобы понять: Фурэн – один из неприятелей – и к гадалке ходить незачем) в мои планы не входило. Слишком все измученные и усталые, да и результат схватки непредсказуем. У меня в запасе не так много козырей: источник не восстановился, и на сколько ударов магии его хватит – неизвестно. Защита телохранителей хоть и хороша, но против магических ударов продержится недолго. Солнце начало свой бег по небосклону, а мы галопом покинули жилище гостеприимного крестьянина. Напоследок кинул ему золотой за тот страх, что он пережил. Не знаю, чему он обрадовался больше – нежданно свалившимся деньгам или нашему отъезду.

Ворон, прижав уши, задавал скорость передвижения, он время от времени водил мордой и проверял, поспевают ли за ним его четвероногие собратья. Недовольно каркал и продолжал бег. Нападения так и не последовало, хотя опасность атаки на первых порах существовала. Люди графа стали нас преследовать, как только мы покинули деревню. Вот только сблизиться не пытались. Не хотят рисковать и атаковать столь малыми силами или ждут подмогу? Разбираться не хочется, как и проверять в действии. Прокручивая в голове разговор с графом, пришел к выводу, что в лесной атаке тот не участвовал, кто-то ему о ней рассказал, преувеличив наши возможности. Но о нападении он все же осведомлен хорошо – мимо него это никак пройти не могло, а значит, по его приказу или с его молчаливого одобрения все и произошло. Но почему у него так мало людей? Не успел собрать? Вряд ли… Есть какой-то неизвестный фактор. А может, действительно распылили силы и бросились на наши поиски во всех направлениях? Ладно, потом узнаю, в ближайшее время сюда путь все равно заказан, а там соберусь с силами и тогда предъявлю полный счет за все.

Привал устроили после того, как в сети графини не осталось и следа от аур преследователей. Те так и не решились вступить в бой. Расслабляться рано, но перевести дух необходимо, да и решить, что делать дальше. Скоро до развилки доберемся: одна дорога пойдет в сторону Лиина, другая – в столицу. К Гунеру в гости можно заскочить, или к сестре направиться. Подарками на свадьбу так и не обзавелся, а это дополнительная головная боль. Денег мне на что-то стоящее не хватит, а являться с пустыми руками… Значит, надо создать конкуренцию рыскачам и отправляться на поиски, тем более что почти не тронутое местечко, которое собирался посетить, имеется. Ловушки там мощные, потому не думаю, что за это время кто-то в лекарское поселение истинных проник и разграбил. А ведь там должен стоять домик или подвальчик, куда раненые-истинные, пришедшие на лечение, сдавали свои артефакты. Где-то и накопитель магии притаился. Вспомнив о лакомых кусочках – а мысли о них часто посещали мою голову – даже облизнулся. От артефактов, которые могли там пролежать столько веков без присмотра, у любого голова кругом пойдет, а уж у рыскача по призванию – и вовсе сна не будет. Так, решено, еду в лекарское поселение! Хм, а как с графиней и спутниками поступить? Почесал щетину на щеке. «Надо бы побриться», – мелькнула мысль, покрутил в пальцах перетянутые в хвостик волосы.

– Кин, а ты не хочешь навестить Гунера? – спросил девушку.

– Ты меня прогоняешь? – вспыхнула та.

– С чего ты так решила-то?! У меня есть одно дело, и до свадьбы сестры его необходимо закончить, – пояснил я. – А так ты погостишь у князя, там тебе ничего грозить не будет, а потом вместе с ним приедешь в Лиин, где и встретимся.

– А если князь отсутствует, что тогда? – возразила она.

Да, это скользкий момент в плане. Можно проводить Кин до столицы, а потом в лекарское поселение рвануть, но получится крюк, да и то если предположить, что Гунер дома. А иначе много времени потеряется впустую. Пришлось вместе с девушкой ехать до самого Лиина, но на развилке в сторону столицы королевства агунов я все же послал с письмом Ивлуса и в сопровождающие ему дал Квиста. Последний нуждался в отдыхе и лечении, а до дома Гунера не так и далеко, князь его быстро на ноги поставит. Скорость нашего передвижения после разделения резко возросла, раненый телохранитель и старый воин заметно замедляли наше передвижение. Время текло, дневные переходы сменялись ночлегами в деревнях, и вот наконец-то показались стены Лиина. Дорога выдалась однообразная и тяжелая – размытая весенними паводками земля и холодные ночи никого из нас не радовали. Да и хотелось потренироваться в применении магии со своим источником, но в присутствии телохранителей делать это нежелательно. Незачем им знать мои маленькие секреты, вопросов много возникнет, а давать ответы нет никакого желания. Мой источник восстановился, мне даже кажется, что он чуть подрос в размерах. Может, обман зрения (хоть и магического), но верить хочется. А вот одно меня начинало сильно тревожить: связаться с моим советником не получалось. По несколько раз в день к нему обращался, но в ответ – ни слова.

– Кин, передай сестре и Генеру, что максимум через недельку подъеду, – попросил графиню, любуясь стенами Лиина.

– Все же решил не заезжать в город? Анлуса обидится, – поправляя волосы, ответила та.

Вот ведь женщины – устала так, что в седле еле сидит, а туда же, о внешности беспокоится.

– Сестра поймет, – сомневаясь в собственных словах, отмахнулся я, – у меня к тебе еще просьба будет.

– Какая?

– Мне в свое поместье учителя для крестьян подобрать надо, обещал им. Ты не поищешь кого-нибудь? – вспомнив разговор со старостой, попросил я графиню.

– Подберу кандидатов, но решать будешь сам, – чуточку подумав, согласилась она.

– Вот и договорились! – улыбнулся я, переложив часть своих проблем на ее плечи.

Какое-то время смотрел вслед удаляющейся троице, а когда до городских ворот им осталось рукой подать, развернул Ворона и направился в сторону лекарского поселения. Теперь можно и тренировками заняться, никто ни с какими вопросами лезть не будет. Да и в компании Ворона мне путешествовать спокойнее: ни за кого отвечать не надо, сам себе хозяин… Но ошибочность этого суждения выяснилась на первом же привале. Обустройство лагеря теперь стало моей заботой – и оказалось, что сухие дрова не валяются под ногами, а их надо искать, потом разводить костер и готовить еду; а вот мою предыдущую роль – командира отряда, думающего думу, выполнял Ворон. Вот ведь незадача… хорошо хоть конь у меня умный, может в охранении постоять и предупредить, если приближается кто-нибудь с дурными намерениями, а то как отдохнуть-то? Прилег на импровизированную постель из еловых веток и в очередной раз попытался связаться с Креуном.

– Да, Рэн, – ответил советник.

– Ну наконец-то! – обрадовался я. – Уже переживать начал, что наша связь из-за твоего вселения оборвалась.

– Мы же в замке общались, не могла связь порваться. Сил у меня не хватало быть на связи, но сейчас вот резерв поднакопил, можем разговаривать. А так как энергия стабильна и имеется в обоих моих жилищах, то радиус общения возрос… – он задумался, – намного, конкретнее сказать не могу.

– Это здорово! Как там у тебя с ловушками дела обстоят? Много наставил?

– Э-э-э, еще замок под контроль не взял, – смущенно ответил тот, – рассчитывал, что дело пойдет быстрее, но… Трудно приходится, пока только подвал и первый этаж полностью контролирую. Дней через десять в замке не останется ни одного не подконтрольного мне места, вот тогда ловушками и займусь.

– Нет, так дело не пойдет! – остался я недоволен развивающейся ситуацией.

– Рэн, быстрее не смогу, все резервы на это бросил! – возразил Креун.

– В первую очередь ты должен обезопасить стену! Это твое жилище! Конечно, у тебя есть вариант возврата домой в любой момент, но прибегать к нему не хочется. Бросай подчинение замка и укрепляй стену и подступы к ней, считай это приказом.

– Есть опасность? – помолчав, спросил советник.

– Да, вероятность нападения на замок исключать нельзя. В таком случае ты должен быть готов в любой момент эвакуироваться, в бой ни с кем не вступай и свое присутствие не проявляй, – выдал ему указания и принялся рассказывать о том, что произошло после нашего отъезда.

– Тогда быстрее под контроль замок надо брать и искать шпиона! – выслушав меня и придя к таким же выводам, воскликнул Креун.

– Боюсь, что на данном этапе это ничего не даст. Ну, будем мы знать имя врага, а дальше что?

– Я бы мог…

– Ты стал настолько сильным? – перебил я. – Пойми, враг и так заинтригован твоей стеной. Как же, граф обещал создать защитный артефакт, кузню снес и выстроил стену с какими-то рунами! За стеной и всем необычным ведется наблюдение, в этом я убежден; и если что – первый удар придется именно на стену!

– Убедил, займусь защитой стены, – ответил советник.

Решив данный вопрос, чуть помолчал и озвучил еще один, заинтриговавший меня:

– Креун, никак не могу разобраться, что происходит. Рана хоть и была не глубокой, но уже затянулась, первое время после опустошения источника вовсе сил не было, а потом появились. Источник наполнялся долго, зато сейчас полон и, как мне кажется, стал больше прежнего.

– И что тут непонятного? – удивился артефакт.

– Если тебе понятно, то со мной поделись! – ответил, раздражаясь его намеком на мою тупость, а потом добавил: – Ты вот тоже никак в толк не мог взять, зачем стену защищать!

– Ладно, ладно, – примирительно сказал Креун, – твой источник заработал так, как и должен. Он теперь следит за оболочкой, в которой хранится, и контролирует свою безопасность.

– Ух ты! Выходит, мне ничего не страшно?! – От размаха открывающихся перспектив я мечтательно прикрыл глаза.

– Конечно, не страшно, – поддержал меня советник, а потом огорошил: – От болта не защитит, меч в сторону не уведет; просто регенерация происходит быстрее, но в этот момент магия недоступна!

А как бы хотелось ничего и никого не бояться – идешь один на тысячу врагов и выходишь победителем или смело лезешь в смертельную ловушку! Мечты, мечты… Таких умений и способностей никто не приобрел; может, боги и обладают ими, вот только смертные богами не становятся…

В одной из деревень прикупил провианта на несколько дней, в месте назначения с едой будут сложности, это я понял при первом посещении лекарских владений. Плана у меня как такового и нет – одни наметки. Сомнения в том, что для магии истинных целителей я стал своим, развеялись быстро. Пройдя по своему старому маршруту, от того места, где прошлый раз ночевали с Генером и его сподвижниками, пересек поле, превратившееся из цветущего рая в месиво из сырой земли и сухой травы, и оказался в нейтральной полосе. Ворон беспокойства никак не проявлял, а я попытался создать заклинание с использованием руны. Увы, руна создалась, магией заполнилась, но вместо ожидаемого фаербола вышел пшик, в прямом смысле слова. Воздух перед моим лицом хлопнул, а заклинание не сработало; с Креуном связи тоже не было. Пришлось возвращаться за барьер и связываться с советником. Тот ничего нового не сказал, лишь попросил действовать поосторожнее. В дом, в котором побывал прошлый раз, защитный барьер меня должен впустить опять. Но толку-то! Не за столовыми же приборами пришел, тем более что те не из золота сделаны. Хотя можно и еще раз его исследовать, если ничего толкового не отыщу. Выбравшись на мощенную брусчаткой дорогу, направил коня не вглубь лекарских владений, а решил разведать, где начинается этот древний тракт. Через триста метров заметил знакомую статую мишки, копию той, с которой разобрался в прошлый раз. Терять время и исследовать ловушку не стал, да и интересно понаблюдать за Вороном. Как тот себя поведет? Остановить-то его всегда успею… Указав коню направление, расслабился и предоставил ему свободу действий. Ворон медлить не стал, свернул в лес и обогнул застывшую на обочине фигуру по дуге, после чего вновь вышел на дорогу и продолжил движение. Как и в тот раз, он еще пару раз проделывал загадочные движения, хотя ничего напоминающего ловушку мне заметить не удалось. Дорога тем временем привела к развилке. Я прикинул, по какой из расходящихся дорог быстрее добраться до барьера, и двинулся по ней.

За очередным поворотом показались развалины стены, окружающей территорию, на глаз – соток в тридцать, через которую шла брусчатка, а слева и справа примыкал барьерчик, через который я беспрепятственно переходил. Да, тут разыгралось настоящее сражение, и атака производилась изнутри огороженной территории. Каменные блоки глыбами валялись по всей округе, ранее они стояли в стене, а сейчас там зияли проломы. Н-да, будто бы изнутри стену выносили; а ведь это пропускной пункт, он-то мне и нужен! Интересно, а сколько их насчитывалось? В дневнике лекаря говорилось об одном. А как бы я поступил? Хм, все зависит от количества пациентов и самих лекарей. Думаю, что один пункт оптимален. Если пациентов много, то и лекарей хватать не будет, а если мало – пункта одного хватит. Так, а чего это Ворон-то стоит? Ловушки? Да тут такая битва была, что все давно порушено! Точно, вон и знакомая морда мишки оторванная валяется. А вот и не виденная мной фигура дивной птицы, у нее явно не хватает части туловища. Браслет молчит, но конь ни в какую не хочет двигаться! Я спешился и прошел пару метров по направлению к разрушенным воротам, через которые спокойно трое верховых в ряд проедут. До проема осталось пара метров, прекрасно видно внутреннее убранство огороженной территории, два дома с проломанными стенами и… все, больше ничего.

Хотя вот угадывается колодец, слева блоки не от стены, явно еще какое-то строение имелось. А статуй-то тут раньше много стояло, сейчас все разбиты, кому-то они здорово не понравились! Так, а ногу-то я переставить не могу! Что за чертовщина?! Шаг назад – легко! Вперед – один шаг, а на второй ни в какую нога не поднимается… Что-то не то! В магическом зрении магические же потоки окружают проход и идут дальше вдоль стены, по дырам и каменным блокам – входа нет, по крайней мере, для меня. Прогулялся вдоль стены, внимательно рассматривая проломы и обломки статуй; место укреплено целителями знатно, от ловушек ничего не осталось, но для меня преграда неодолима. Хм, а вот через барьер перешел легко, Ворон последовал за мной, а я подошел к входу целительского пропускного пункта. Барьерчик пересекал П-образный каменный портал, по которому проходили энергетические потоки магии; но вот окрашены они в зеленоватый цвет, а портал и проломы в стенах имеют прозрачно-красный оттенок.

– Креун, – задумчиво позвал своего советника.

– Да, Рэн, – отозвался тот.

– Нашел вот пропускной пункт, а попасть внутрь не могу, – пожаловался артефакту, а потом рассказал, что предстало перед моими глазами.

– Мне кажется, что попасть туда ты сможешь из лекарских территорий и только через предусмотренный вход, – выслушав, сказал тот.

– А выйти? – задал я резонный вопрос.

– Через выход. Открыть путь, по которому ты войдешь – некому, а он для тебя будет закрыт. Это вход в одну сторону, дальше выход.

– Ты уверен? – уточнил я.

– Предполагаю, – уклонился он от прямого ответа. – В таких делах быть уверенным на сто процентов может только истинный маг, живший там.

И что делать? Креун толком ничего не посоветовал: так, догадки. Вскочив на Ворона, решил проверить дорогу, которая вела на территорию истинных, вернее, то, что от нее осталось, она обрывалась в метре от входа. Дальше продолжалось поле, аналогичное тому, через которое я и приходил. Тем не менее под слоем земли и травы дорога была, она отслеживалась по меньшей высоте травы и уверенному галопу Ворона. Вот только уперлась она в лес, сосны и ели на пути, и дорога никак себя не проявляет – время сделало свое дело. За время скачки я встряхнулся и вернулся ко входу уверенным, не в свои силы, а в инстинкты коня. Он-то не полезет в ловушку! Направив Ворона в проход пропускного пункта, затаил дыхание. Вот конь перешагнул барьер и вместе со мной безболезненно прошел зеленоватый поток магии. Мы внутри! И ничего страшного. Выдохнул и судорожно вздохнул, воздуха в легких не осталось, проезжал проход, забыв дышать. А вот бросил взгляд назад – и ситуация мне не понравилась: по проходу текла прозрачно-красноватая энергия – выйти не получится. В проломах – такая же, а вот в выходных воротах – ало-красная. Неужто так глупо влип и Ворон не распознал ловушку? Судорожно направил коня на выход, это главное на текущий момент – понять, смогу ли выйти и каким образом?! Уверен, что вход со стороны поля все так же доступен и войти обратно смогу в любой момент, главное – выйти! Ворон дошел до ворот и остановился.

– Ну же, вперед! – попросил я его, но тот раздраженно закаркал, а вот двигаться не собирался.

Спешившись, попытался пройти сам, но в метре от выхода переступить невидимую черту не сумел, ощущения точно такие же испытывал, когда пытался пройти с той стороны. В чем же загвоздка? Размышляя, пнул камень в сторону ворот, и тот благополучно миновал преграду. Выходит, что неживым предметам выход есть? Но и камень в какой-то степени живой, у него же есть аура! Ну не может защита, даже совершенная, так избирательно относиться к объектам!

– Ворон, – поглаживая морду коня, стал давать тому указания, – ты сейчас должен будешь выйти в эти ворота и по нашим следам прискакать ко мне. Понял?

Конь удивленно заржал, наверняка намекая на странность моей просьбы, слишком уж в его ржании слышались осуждающие нотки. Но взглянув на меня, он тем не менее решил выполнить просьбу. Потрусил к выходу, прошел его, оглянулся, саркастически каркнул и галопом унесся в сторону поля. Пять минут – и он подходит ко мне. Ворота пропустили камень, думающее живое существо, но для меня являются неприступной крепостью. Может, стену перелезть или перепрыгнуть? Пятиметровая, она не такая и неприступная на вид, но боюсь, что это слишком очевидно, и истинные об этом позаботились. Так, а что есть у Ворона и камня общего, чего нет у меня? Одежды? На коне седло и упряжь… Артефакты! У меня они есть, а у камня и Ворона – нет! Вот болван! Это же пропускной пункт, откуда истинные-больные выходили без своих амулетов и артефактов, не способные к магии! Да, магические потоки они видели, и могли ими манипулировать, но вот использовать свой источник и руны – нет! Это я на себе испытал. Самое смешное – артефактов-то у меня всего ничего: на землю отправился браслет, а следом – и перстень. Потоки магии в магическом зрении сменились на зеленоватые – ворота открыты. Облегченно выдохнул, вскочил на Ворона и спокойно выехал из пропускного пункта. В поле связался с советником и обрисовал сложившуюся ситуацию. И опять, к моему разочарованию, никакого дельного совета не получил. Бросать браслет и перстень не хочется, но они не дорогие, а вот если что-то ценное обнаружу, то как вынести-то?! Хотя делить шкуру неубитого медведя еще рано, сперва надо отыскать хранилище артефактов и надеяться, что оно не разграблено. Но в связи с тем, в каком состоянии пропускной пункт, шансов на это мало. Все же порыться в развалинах стоит. Уверенно въехал обратно, подобрал артефакты и направился к наиболее уцелевшему зданию.

Н-да, уцелело-то оно снаружи, внутри же все разгромлено, стеновые перегородки – и те снесены. Такое ощущение, что внутрь занесли спящего слона, а потом разбудили. Пробираясь между камнями и обломками досок, когда-то бывшими мебелью, примерно смог представить план расположения помещений. Несколько кабинетов и приемная, комнаты для отдыха или проживания – ничего интересного. Обрывки бумаг подсказать также ничего не могли: мало того, что читаю писанину истинных с трудом, а тут еще все порвано на мелкие фрагменты и истлело в труху. Нет, на вид вроде бы и ничего, но дотронешься до бумаги – и от нее остается пыль. Что же здесь могло происходить? Может, беседовали с пришедшими магами и составляли историю болезней, хотя возможен любой вариант: свидетелей-то, способных пролить свет на назначение этого места, не наблюдается. Выбрался из здания и устало потянулся. Время приближается к вечеру, надо позаботиться об ужине и ночлеге. Ночевать решил в полуразрушенном здании, благо крыша над головой есть, да сухие дрова под рукой. Приготовил ужин и, закутавшись в плащ, греясь у костра, задумался: как преодолеть магию выхода, который не выпускает с артефактами? Незаметно задремал и проснулся от холода. Костер давно погас, в разрушенном строении завывал ветер, а на улице шел моросящий дождик, погода испортилась окончательно. Оставаться долго в развалинах пропускного пункта не получится. Ворону пропитания практически нет, как и надежды отыскать что-либо ценное. И все же нашел!

Во втором доме, разрушенном полностью, в самой середине, сохранилось странное сооружение прямоугольной формы. Оно состояло из каменных плит, имело размеры метра по три в ширину и длину, около четырех в высоту. Посередине одной из плит установлена металлическая дверь с массивной ручкой и скважиной для ключа. Осматривая пространство вокруг этого сооружения, чувствовал, как настроение мое становилось все лучше и лучше. Это то самое, за чем я и отправился в путь! Сомнений быть не может! Потер руки и задумался. Дверь и стены имеют отметины от попыток целенаправленного взлома – царапины, вмятины, подпалины, но внутрь-то, похоже, никто так и не попал! Хм, а как я туда попаду? Если истинные маги не смогли решить такую задачу, то мне она и подавно не по зубам. Просто так сдаваться, естественно, не входит в мои планы. В магическом свете проявлений магической энергии на двери и стенах не видно: выходит, магия тут не используется. Хотя это и правильно,? целители строили этот схрон не от простых людей, а от равных себе, а уж те-то магией владели не хуже. Стены, как и дверь – на вид неприступные, но я все же начал со стены, пытаясь проверенным способом пробить в ней проход. Увы, максимум, чего добился, – неглубокой царапины на камне, да и то оставить ее смог, ударив мечом и значительно попортив собственное оружие. От других попыток на каменной плите следов и вовсе не осталось. Естественно, я обошел все это строение в надежде, что плиты могут иметь разную твердость, даже забрался на верхнюю, служившую крышей. Вдруг это просто стены и внутрь можно попасть через перекрытие? Увы, камень повсюду имел одно происхождение, и все усилия переключил на дверь. Если ее закрыли, то способ открыть обязан отыскаться! Меч на двери и царапины не оставил, осталось надеяться на замочную скважину. Отыскать ключ – и мечтать нечего, за столько веков он бесследно канул в небытие. Внимательно рассмотрев замок, не поверил своим глазам. Механизм простейший, такой можно открыть с помощью обычного перочинного ножичка! Через минуту, а может и меньше, ковыряния в замке тот щелкнул. Я с усилием потянул за ручку, дверь со скрипом стала открываться, а в лицо повеяло затхлым воздухом. Переступать порог не спешил, почему-то тянул время.

В темноте идти не хочется; сделал факел и пошел осматривать помещение. На двери мне бросился в глаза массивный засов. – И для чего он, интересно, предусмотрен? – удивился вслух. Ответ пришел через мгновение. На полу лежали человеческие кости в истлевшей одежде. Лекарь спрятался от нападавших и задвинул засов, вот враги и не смогли до него добраться. Но почему он не вышел отсюда, когда опасность миновала? Почему принял такую мученическую смерть? Или у него не было с собой ключа? Да нет, рядом с ним нашелся ключ, по размерам совпадавший со скважиной дверного замка… Передернув плечами и стараясь не смотреть на мертвеца, огляделся. Помещение изнутри оказалось меньше, чем можно предположить снаружи, но это и понятно: стены толстые, а тут еще и установлены стеллажи до самого потолка да стол со стулом. На столе – светильник, писчие принадлежности и стопка почему-то почерневших (а не приобретших от времени, как обычно, желто-коричневый цвет) листов бумаги. Странно, бумага-то с чего почернела? Дышать тяжело, воздух еще не обновился. Взяв со стола светильник, вышел и глубоко вдохнул полной грудью. Заряжая магическую лампу, задумался. Был-то я внутри не больше минуты, но вот в глаза не бросились горы артефактов, книг и золота. Неужели все впустую? Оказалось, не впустую, но и не такой уж большой улов – десяток перстней, три амулета странной формы, два меча и в пару к ним кинжалы, странный искусственный цветок. Почерневшая бумага и смерть лекаря перестали быть загадкой – стол покрывал черный угольный налет. Когда-то в схроне поднялась высокая температура, да такая, что дерево стало обугливаться. Магические артефакты пострадать не могли, а вот все живое…

Нападавшие планировали выманить лекаря, а может, и убить, этого никто не расскажет – мертвые молчат, однако обстановка говорит сама за себя. Артефакты лежат на дальнем от входа стеллаже, к каждому прикреплена бирка – наверное, с надписью, которую теперь прочесть невозможно из-за обугливания бумаги. А вот остальные стеллажи пусты, хотя там явно раньше что-то хранилось – обуглившиеся бирки ведь остались! Но вот куда подевались артефакты? Камня силы, который я рассчитывал отыскать, также не наблюдалось. То ли он не здесь хранился, то ли его успели перепрятать… Хотя здесь ему не место – нечего ему тут делать рядом с артефактами, изъятыми у больных. Перстни интереса не представляли; рассмотрев каждый, уныло вздохнул: да, за них можно выручить определенную сумму денег – пятьсот, может, тысячу золотых, не больше. Перстни-то сродни моему, с молнией. Конечно, резервы у всех разные, как и заряды, но все стандартно – молния, лед, огненный шар, удар ветра… Перебирая повторяющиеся перстни, прикинул, какие оставить себе. Файербол сам создать могу, да и остальные заклинания тоже, а украшать свои пальцы гирляндами перстней не хочется – внимание буду привлекать повышенное, да и толку-то от них… Вот если бы защитные артефакты отыскать! Распихав перстни по карманам, приступил к осмотру мечей и кинжалов. Да, сразу видно, старинная и качественная работа, не красоты ради – для боя! В одной паре в обе рукояти были вмурованы рубин и алмаз – огонь и лед, вторая пара не менее интересна: в рукоятях – изумруд и опал. Алмаз и рубин – понятно, кромка лезвий настолько острая во время активации заклинания, что легко перерубит все. А вот изумруд и опал… Такое сочетание должно дать яд, скорее всего – смертельный для противника. Да уж, что делать с такой парой оружия? Себе оставлять не хочется, дарить – тем более, а продавать – совесть замучает, что этим оружием кто-то, лишившись чести, отберет жизнь у врага; правда, если им защищаться… Ладно, будет храниться у меня, а Генер получит превосходное оружие, позволяющее резать и рубить все на свете. Э-э-э, если, конечно, будет активно заклинание – без него это просто отличный древний меч и кинжал в пару. Хм, а стоит эта пара никак не меньше трех сотен. Отличный подарок!

– Так-с, что там еще? – Я довольно потер руки и принялся изучать самую интересную находку.

Роза – ствол из хрусталя… Или? Не может быть! Вот это здорово! Полуметровый цветок, мастерски выполненный из алмазов, изумрудов, рубинов и золота! Я-то в полутьме решил, что материалы использованы не такие, думал, что-то типа окрашенного хрусталя, а тут… Бутон из тонких лепестков рубина с прожилками золота, оно впаяно в драгоценный камень! Стебель собран из алмазов, соединяющихся с ответвлениями листочков из изумрудов. Присмотревшись, обнаружил, что не все драгоценные камни сразу разглядел: в цветке использовались все знакомые мне камни; размером не так велики, как основные, но они присутствовали! Что ж это за артефакт такой?! Никогда ни о чем подобном не слышал! А какая работа! На улице он проявил все свои лучшие качества: вблизи и то сложно распознать, что цветок искусственный! Подергав один из листочков, попробовал его чуть отогнуть, приложил все силы, но результата не добился. Правда, именно на это и рассчитывал – ну не могли истинные, создав такой шедевр, не озаботиться его дальнейшей сохранностью! Гм, а что же он делает-то?! Как напитать магией цветок, да и все остальные артефакты – понятно. Перстни с наборами оружия имеют обычные для таких артефактов свойства. А вот какое заклинание выпустит на волю цветок – неизвестно. Надо советоваться с Креуном и экспериментировать в безопасном месте. Оставив все артефакты на улице, решил еще раз осмотреть хранилище, да и решить заодно, что делать с останками лекаря. Хранилище не подарило мне ничего нового: артефакты нигде не завалялись, а вот на столе, в кипе бумаг, сохранился нетронутым один листок. На нем, мелко и убористо, нанесен текст на не известном мне языке, внизу – две витиеватые подписи, одну из них скрепляет печать. Странно, все листы – в уголь, а этот как вчера написан! И ведь на вид обычный лист бумаги; осторожно подергал его в стороны – куда там, такой и нож не возьмет! Что-то на этой магической бумаге важное! О таких документах мне приходилось слышать, иногда рыскачи отыскивали подобные в поместьях истинных магов, но прочесть их никто не смог. Спрятав лист во внутренний карман камзола, я посмотрел на останки мага и передернул плечами: предстоящая работа не сулила ничего приятного. Надо отдать лекарю почести и отправить его душу на свидание с богами. Хотя в то, что его душа блуждает где-то рядом, мне не верилось, давным-давно она в чертогах богов. Вот только как и где его похоронить? Тем более что боги меня миловали, и сам я похоронные обряды не устраивал.

Оттаявшая земля позволила выкопать у стены могилку, мне же пришлось пожертвовать собственным плащом, чтобы завернуть останки истинного. На пальце у целителя поблескивал простенький перстенек со свойствами воды, трогать его не стал, а вот амулет на шее привлек мое внимание. Не мог он принадлежать лично магу – слишком топорно сделан и похож на магический ключ. Посомневавшись, снял с него амулет и положил рядом с собой. Покойного мага, вернее, то, что от него осталось, завернул в плащ и, как драгоценную ношу, отнес к вырытой могиле. Постоял над холмиком, но так и не придумал, что сказать над останками, слишком много прошло времени с его гибели, да и не знал я его. Хороший ли он был лекарь или нет? А вдруг и вовсе сошедший с ума маг, разнесший все вокруг? Все может статься, как и амулет неизвестно кому мог принадлежать… Еще раз осмотрел строения и все вокруг, ничего интересного не нашел, никаких останков, артефактов или еще чего заслуживающего внимания. Хотя вот странность: тут произошла битва не на жизнь, а на смерть, но останков нет, а ведь зверью сюда путь заказан. Кто бы ни вышел победителем из того сражения, лекари сюда уже не вернулись, но погибших в бою похоронили… Собрав все найденное и чуть поколебавшись, я заполнил магической энергией амулет и, оседлав Ворона, двинулся к выходу. Невидимая магия привычно остановила коня, я же активировал неизвестное заклинание в амулете, надеясь, что это не последняя воля мага. Ходили легенды, что истинные изготавливали для себя на крайний случай амулеты, которые при активации убивали своих создателей, уставших от жизни или попавших в безвыходную ситуацию. Такие амулеты никто никогда не держал в руках и не видел, но слухи ходили: мол, знакомый знакомого, которому рассказал друг, видевший смертельный артефакт… Так и не понял, что за заклинание высвободилось, но магическая структура в воротах сменила цвет с красного на зеленый. Фу, облегченно выдохнул. Сработало! Тронул Ворона пятками, конь никак не отреагировал.

– Давай уже, поехали! Ворота выпускают! – чуть нервно сказал коню.

Ворон удивленно каркнул и, медленно переступая копытами, двинулся вперед. Пройдя ворота, он весело заржал и рванул галопом с когда-то бывшей лекарской территории. Находиться на ней, как оказалось, не только мне неприятно. Останавливать Ворона я не стал, наши помыслы совпали. Лишь в поле, когда из-под копыт коня полетела грязь, я его осадил. Погода стала чуть налаживаться – небо по-прежнему тяжелое и хмурое, ветер пронизывающий, но хоть дождь закончился. Конь перешел на спокойный шаг, а я связался с Креуном, много вопросов накопилось.

– Говоришь, роза из различных драгоценных камней с прожилками золота? – переспросил он, выслушав мой рассказ.

– Ага, значит, тебе что-то известно! – обрадованно воскликнул я. Поведал-то ему про цветок, а вот какой именно цветок – не говорил! – Да, ты прав, это роза. Рассказывай!

– Артефакты, подобные этому, создавались великими магами, по мастерству не уступающими моему создателю. Предназначение – спокойствие и уют. При его активации невозможно причинить никакого вреда хозяевам дома; но, увы, артефакт должен привязываться к определенному месту и не действует в движении, как и не сможет защитить владельцев за пределами стен своей обители.

– Выходит, при его активации ничего не страшно? – обрадовался я.

– Не совсем, – разочаровал меня советник, – при этом невозможны ссоры, от яда и кинжала в спину спасет, но против открытой атаки он бессилен. Не хватит ему мощи – он же предупреждает хозяина и отводит удар врага, но бесконечно дарить шансы не может. Тем не менее этот артефакт необычайно ценился истинными и стоил дорого. Многие любили уют и покой, а он это предоставлял.

– Я смогу привязать его к определенному дому? – уточнил у советника.

– Да, в доме надо найти энергетический поток и поставить цветок в него; артефакт, приняв силу, будет готов к активации: хозяин просто втягивает в себя аромат цветка – и тот начинает работать.

– Какой аромат? – удивился я. – Он же искусственный!

– Не знаю… но говорили, что пахнет он незабываемо, – Креун помолчал. – Но меня не он интересует. Странно, что твои находки так немногочисленны, артефактов слишком мало. Да и магический документ странен. Что он там делал? Его надо прочесть – может, ты всего в шаге от разгадки!

– И как же его прочесть? Я вот ничего не разобрал! Почерк понять нереально, слишком мелкий, да с такими завитушками, что сам черт не разберет! – Я помолчал, а потом смущенно добавил: – Да и не силен я в языке истинных, сам знаешь…

– Знаю, – согласился Креун, – вот ты и должен пустить меня в свой разум, чтобы я прочел.

– Но тебе потребуется уйма сил! – возразил ему, помня о том, что артефакту они нужны для укрепления замка Кин.

– А тебе не интересно, что написано на листе с печатью? – вкрадчиво поинтересовался древний артефакт.

– Змий-искуситель, – пробормотал я себе под нос, – подожди, спешусь только.

– Прежде чем меня пускать, положи перед собой лист, чтобы глазами текст видеть. Я быстро прочту и удалюсь, в твоей голове буду не более мгновения, – дал мне указания советник.

К этому времени Ворон довез меня до леса. Спешившись с обрадованного коня, который отправился подкрепиться, я разложил на прошлогодней траве лист и придавил его розой и найденным оружием, пусть Креун и эти артефакты рассмотрит.

– Готов! – обратился к советнику. – Иди.

Постарался максимально открыться и пустить Креуна в свой разум. На таком расстоянии от его стены мы никогда не экспериментировали, расход энергии приличный выйдет.

– Иду, – сказал советник.

Его присутствие почувствовал не сразу, прошло примерно с минуту, расстояние сказывалось, а еще через минуту он сказал:

– Рэн, я тебя покинул, можешь вставать.

– Что в документе? – вставая и убирая найденные артефакты, спросил я.

– Роза красивая… – мечтательно протянул тот, не отвечая на вопрос. – Себе оставишь или подаришь кому?

Чем-то цветок его задел…

– Анлусе на свадьбу подарок сделаю, – сдерживая любопытство, ответил ему. Все равно ведь скажет!

– И это правильно! – радостно воскликнул советник.

– И чего это ты радуешься? – подозрительно спросил я.

– Э-э-э, боюсь, что мне невозможно будет с розой ужиться. Кто тебя тогда уму-разуму учить будет? Я не смогу ничего высказать и отстоять собственную точку зрения!

– Выходит, что с цветком все не так просто… – задумался я. – Тогда и моя воля, да и воля Генера будут подавлены, и мы подчинимся сестре. Этого допустить нельзя! И что же с тобой делать-то? – Я вытащил цветок и стал крутить его в руках.

– Цветок подавляет артефакты, к проявлениям человеческих чувств он относится спокойно. Да и хозяев может быть несколько, его можно активировать вдвоем, втроем – в таком количестве людей, сколько их смогут вдохнуть первый аромат, – успокоил меня советник. – Еще он может перенаправлять магические потоки в бытовые артефакты, при необходимости подзаряжая их энергией.

– Ну, это другое дело! – обрадовался я и спрятал цветок. Поистине великий маг его создал. – Так, ты мне зубы-то не заговаривай! Что в бумаге вычитал?!

– Рэн, в документе говорится: артефакты передаются в магическую школу для укрепления магической мощи, чтобы остановить кровопролитие. Следует краткая опись артефактов. Даже по краткому наименованию ясно, что там собирается такая мощь, что и представить невозможно. – Креун помолчал, а затем продолжил: – Указано, что лекарское поселение входит в коалицию с преподавателями школы и их учениками, они обязуются сделать все возможное для прекращения бойни среди магов. Подписали документ верховный маг школы Юлавус и лекарь-целитель Стренк. Обрати внимание: не маг-настоятель, а простой лекарь, это наверняка его дневник к нам попал…

– Похоже, у них ничего не вышло, – удрученно вставил я реплику. – Отыскать артефакты теперь не представляется возможным, а это печально.

– Не скажи, – не согласился со мной советник. – Возможно, удалось напасть на след школы магов, а там и поценнее вещи будут, чем какие-то артефакты!

– Да какой след-то?! – воскликнул я. – Ведь то, что документ подписан магом школы, нам ничего не дает!.. – Тут осекся и вкрадчиво спросил: – Ты мне весь текст озвучил? Или про что-то забыл?

– Э-э-э, – замялся Креун, – почти весь, разве что упустил одно название.

– Какое же это название? – елейным голосом спросил его я.

– Название школы – Кулавасса, по имени мага-основателя, – удрученно произнес советник.

– Знакомое название… – протянул я, не успев отчитать забывчивого артефакта. – Где-то подобное слышал. Но где? Не помню…

– Отец Генера… – намекнул мне Креун.

– Так они же из королевства Куласы! – хлопнул себя по лбу, названия схожи, но… – Думаешь, что Кулавасса и Куласа имеют одни корни?

– Уверен! Королевство взяло свое название от чего-то выдающегося. А что там было? Только школа могла дать такое название! Да и сам посуди… Мы же знаем, что родина Генера граничит с морем и горами, наверняка там и степь где-то рядом есть, а это идеальное место для обучения! Надо только отыскать, где все эти условия сойдутся, а там и до школы рукой подать, – убежденно произнес советник.

– Надо с Портрисом поговорить по этому поводу. Вдруг что-нибудь подскажет? – произнес я.

Найти магическую школу истинных – огромная удача, дело не в артефактах, которых там может и не быть, книги – вот основа всего! Хм, а когда отправиться на поиски? То, что обязательно возьмусь, в этом сомнений нет, слишком заманчива награда. Есть и определенные ограничения – после посещения Лиина необходимо вернуться в свое поместье и посмотреть, что там и как. В землях Кин долги бы отдать не мешало, уж слишком там «теплая» встреча произошла, такое оставлять безнаказанным нельзя, да и графине жить где-то надо. Вот дьявол! Про визит Вукоса совсем забыл! И когда же он пожалует с проверкой? Н-да, много неизвестного, а могут возникнуть и непредвиденные обстоятельства. Взять хотя бы тот же рейтинг претендентов – в свой визит король обязательно захочет расставить все точки над i. Что я смогу ему противопоставить? Тем более и нет у меня уверенности, что в смерти моих родителей он не виновен. Хотя и не нужна мне корона, да и Вукос чем-то симпатичен, но это по его приказу всю мою семью изгнали из королевства, лишив всех привилегий, да еще и пустив по следу убийц. А свидетелей той истории немного, даже Гунер ничего не знает. Или знает, но говорить не захотел? Последний раз виделся с ним перед памятной королевской охотой. С тех пор много воды утекло, он не раз должен был видеться с королем, и разговоры обо мне и графине стопроцентно шли. Мог он рассказать о моем происхождении? Мог; как бы он к нам с Кин ни относился, но короля обманывать – себе дороже, да еще и в присутствии артефактчиков.

До Лиина я строил и перестраивал планы на будущее, так и дорога шла быстрее, да и появилось о чем поразмыслить. Возвращался я и к найденному магическому документу. Выходит, не сумели целители и учителя магии остановить войну, раз сгинули в веках, да позволили разорить целительские земли. Думается, что вместо магической школы можно найти только руины, но есть надежда, что магические учебники отыщутся. Они не подвержены влиянию времени и любого рода воздействиям, в том числе и магическим. Это мне Креун постоянно втолковывал, объясняя, что на нерадивых учеников вроде меня книг не напасешься. Конечно, уничтожить можно все, но разрушить артефакт, специально сотворенный с защитой от повреждений, может маг не слабее создавшего его, а таких что-то не наблюдается. Ладно, будет время – поищем и книги и артефакты, сейчас задача не менее важная – свадьба сестры! Городские стены Лиина показались на горизонте, и я попросил Ворона быстрее шевелить копытами, а то его друг Мяв уже заждался!

## Глава 7. Свадьба

Уж кого-кого, а Мява никак не ожидал увидеть перед моей лавкой. Да и вообще, моя ли она теперь? «Магия света» заброшена окончательно, ни Анлуса, ни я не планировали ее дальше эксплуатировать. Или что-то изменилось? Может, и свадьбы не будет, раз Мяв удобно развалился на коврике, который, кстати говоря, когда-то висел над моей кроватью. Самое интересное, что этот огромный комок шерсти беззастенчиво дрых, вместо того чтобы охранять хозяйскую собственность, а заодно и хозяйку. Ворон запрядал ушами и покосился на меня.

«Хозяин, давай я его, а?» – отпечаталась в моем мозгу его мысль.

Отпустив поводья и подмигнув коню, стал свидетелем изумительной и трогательной сцены. Правда, чуть и сам не пострадал. Ворон подкрался к Мяву, нагнулся и уже собирался заржать или закаркать, но пес его опередил! Неожиданно вскочил и облобызал коню всю морду. Ворон так и сел на задние копыта, а я еле успел схватиться за луку седла, иначе бы искупался в луже, близняшке той, в которую когда-то в этом самом дворе уже попадал. Мяв с радостным лаем носился вокруг нас, а Ворон изумленно каркал и тряс головой.

– Ну что, уел тебя этот комок шерсти? – рассмеялся я и, похлопав Ворона по шее, спешился.

Из дома вышел и направился мне навстречу Тринт.

– Милорд, рад вас видеть в добром здравии, – поприветствовал он меня, беря за узду Ворона. Опешивший конь, еще не пришедший в себя, никак на это не отреагировал, он во все глаза смотрел на веселившуюся псину.

– Здравствуй, здравствуй, – пожал я ему руку. – Значит, в доме поселились?

– А где же еще? – удивился тот. – Ваша жена сказала, что у вас больше недвижимости в городе нет.

– А… ну да, ну да, – согласно кивнул я – как-то не задумывался о том, где разместится Кин. Ее должна была сестра принять, отношения-то у них дружеские.

Гм, графиня в этот самый момент что-то увлеченно помешивала в кастрюльке и напевала себе под нос, меня она не ожидала увидеть.

– Очень вкусно пахнет! – потирая руки, воскликнул я, присаживаясь за стол, после чего расхохотался, видя, как у Кин с грохотом выпала крышка из рук, а сама она подпрыгнула на месте. – Не соблаговолит ли уважаемая моя жена попотчевать обедом, – чуть помолчал и добавил: – А то жрать хочется!

– Рэн! – Девушка прижала ладошку ко рту, а потом облегченно выдохнула: – Слава богам, живой! – и, помолчав: – Вот только что же с тобой случилось-то? Заболел?

Она подошла и заглянула в глаза, приложила ладонь к моему лбу и озабоченно сказала:

– Надо бы тебя к лекарю или знахарке сводить! Что-то ты мне опасения внушаешь!

– Это еще с чего? – удивился я и непроизвольно ощупал лоб. – Вроде бы ни рогов, ни хвоста; руки, ноги и голова на месте, что не так?

– Думаю, Анлуса диагноз тебе поставит! – рассмеялась та. – А если серьезно, то я рада, что ты живой и невредимый.

Кин повернулась к плите и сноровисто налила в тарелку суп, после чего поставила ее передо мной со словами:

– Ешь давай!

– Вкусно, спасибо, – поблагодарил девушку после того, как отведал суп. – А почему ты не у Анлусы с Генером остановилась? Сестра тебе пожить с ними не предлагала? И почему Мяв тут, а не с ней?

– Мява она для охраны выделила, когда узнала о событиях на моих землях.

– Угу, но почему у себя не приютили, там и безопасность можно лучше обеспечить!

– Рэн, это твой дом, а я какая-никакая твоя жена. Что люди-то скажут? – девушка нахмурилась. – Анлуса меня упрашивала остановиться у них, но я посчитала это неприемлемым.

– Решила и решила, – сыто махнул рукой. – Ты мне лучше скажи – нашла учителя для моих подданных?

– Есть два варианта. – Девушка замешкалась, задумавшись. – Граф хочет развеяться…

– Какой граф? – уточнил у Кин.

– Портрис, – усмехнулась графиня, понизила голос и шепнула: – Мне кажется, что он обрадовался такому повороту, не хочет мешаться молодым.

– Ты что же, предлагала ему стать учителем моих подданных? – поразился я.

– Нет, конечно, просто он слышал, как я подыскивала учителя, и сам вызвался. Говорил, что ему у тебя ужасно понравилось, особенно представления. А вот какие такие представления, уточнять не стал, – раздраженно махнула рукой девушка, а потом с блеском в глазах спросила: – Это ведь Креун? Он что-то организовал? Кроме него, там никого не было!

– Э-э-э, – вспоминая иллюзию советника, смешался я, – он-то тебе что говорит?

– Креун? – спросила Кин и, заметив утвердительный кивок, продолжила: – Ничего не говорит! Несет всякую ерунду, что графу все в бреду привиделось! Но голос такой растерянный, как будто у кота, сожравшего миску сметаны и заловленного на месте преступления!

– Портрис был ранен, да и меня рядом в тот момент не было; что там у них происходило. – Не ведаю! – ушел я от скользкой темы. – Ты мне лучше про второго учителя скажи.

– Ты не поверишь, на что хочешь побьюсь! – озорно сверкнула Кин глазами. – Спорим?

– И не подумаю; делать мне больше нечего!.. – озадачился я.

– Ты с ним давно знаком, – продолжала наседать она. – Если догадаешься, еще тарелку супа получишь! – закончила фразу Кин и расхохоталась.

Спорить я не стал, неблагодарное это дело. Тем не менее она меня удивила – в учителя просился Бурк вместе со своей женой! Странно, он что же, хочет покинуть своего главу? Что-то тут не так… Надо бы все разузнать, да и перстни на золото поменять. Думаю, Кюлис для меня, как старого знакомого не станет сильно занижать цену. С графиней мы еще немного поговорили: свадьба должна состояться через три дня после моего приезда, так Анлуса пожелала, а Генер противиться не стал. Кинэлла же на меня надулась, за то, что ни словом не обмолвился, где путешествовал и что делал. Хоть и не такой это большой секрет, но знать ей не обязательно, тем более что собственное отношение к поискам в лекарских владениях у меня еще не оформилось. Вроде бы и с прибылью, и удачно все сложилось, но далеко не так, как хотелось. Вопросов стало больше, и только.

– Спасибо за обед, – сказал, вставая. – Пойду проведаю старых знакомых, к сестре зайду…

– Хорошо, – кивнула девушка, – буду готовиться к торжеству. До знаменательного дня осталось всего ничего. Ты сперва к Анлусе или…

– А что?

– Ну если к сестре, то ладно, я ее завтра навещу; все же звание подружки невесты обязывает.

– Нет, к Анлусе зайду, но попозже, сперва к артефактчику, потом проведаю Портриса и Бурка, разберусь с делами, а то от сестры можно и не вырваться, – объяснил свою точку зрения и поспешил на улицу: городок-то небольшой, а в том, что Генер о моем приезде уже в курсе, сомнений быть не может. С минуты на минуту придет и дай боги, чтобы один, а вот если и Анлусу обрадует, то своими проблемами заняться мне в ближайшее время не получится.

Кюлис принял меня как дорогого и важного гостя, в какой-то степени я таковым и являлся – без пяти минут ближайший родственник мэру! Вот только артефактчик встретил так радушно от чистого сердца! Обнял как родного, принялся суетиться, чтобы накрыть стол для гостя. Как я ни упирался, а отвертеться не удалось, пришлось выслушивать оды в свою честь и молиться, чтобы красноречие Кюлиса побыстрее закончилось. Он действительно успокоился, но только после того, как пара бутылок вина опустели. Мои находки он оценил всего-то в пятьсот золотых, пояснив, что перстней при штурме захвачено много и стоимость их упала. Видя, что я подрасстроился, он рассмеялся и подсластил пилюлю, достав и выложив передо мной внушительного размера кошель со словами:

– Это твоя доля!

– Какая доля? – удивился я.

– За оборону города и вырученные средства от трофеев. У тех артефактчиков, что ты завалил, прилично с собой всяких побрякушек имелось. Из их стоимости, после продажи, вычли десятую часть, она принадлежит городу, – старый артефактчик подтолкнул ко мне кошель.

– Трактирщику отдать надо, – не притрагиваясь к деньгам, ответил я, помня о том, что одного горожанина лишил дохода.

– Глава ночн… гм, мэр решил расходы возложить на город и добровольные пожертвования со своей бывшей работы, – Кюлис улыбнулся. – А трактир тот уже отстроен и приносит своему владельцу немалую прибыль; в лучшие времена у него никогда столько народа не сиживало!

– Да? – переспросил я и, так как не верить артефактчику не мог, взял кошель и взвесил его в руке. – Сколько же здесь?

– Извини, не так и много, все продать не успел, да и спроса-то особого нет, всего две тысячи двести золотых.

Угу, спроса нет, так я тебе и поверил, старый ты лис! Вон как улыбка до ушей расползлась, комиссионные-то немалые у тебя осели, правда, без твоего участия этих денег никто бы не увидел, ведь благодаря Кюлису городок сумел продержаться до моего подхода.

– Честно скажу, не в убыток себе для тебя старался, – тем временем продолжил артефактчик, – но и состояния заработать не смог, – он внимательно посмотрел на меня, как будто мысли прочел! – Ты ведь не против?

– Да нет, конечно! – успокоил его и, взяв кошель, взвесил тот в руке. – Скажи, а защитных артефактов у тебя на продажу нет?

– Интересуешься, или… – Кюлис цепко оглядел меня.

– Или… – усмехнулся я. – Боевые артефакты есть, хозяйственные, по мере сил сам сделать могу, а вот болт или стрелу от меня никто не отведет!

Естественно, у старого артефактчика нашлось десяток занятных магических вещиц. На пару из них глаз сразу лег, и я понял, что мне они жизненно необходимы. Где еще можно встретить браслет, отводящий не только болт и все летящее, но и предупреждающий владельца за миг до атаки, указывающий на яд и не пускающий в смертельные ловушки? У этого браслета есть только один недостаток – он сам не работает вместе с другими артефактами аналогичного свойства и их сбивает с работы; другими словами, я не смогу одновременно с ним носить и свой старый проверенный браслет от ловушек. Хм, носить-то можно, вот только активировать нельзя. Буду носить два браслета, а активировать их по одному!

– И сколько стоит? – стараясь выглядеть равнодушным, указал на понравившийся браслет.

Кюлис кивнул каким-то своим мыслям и положил передо мной еще один браслет, более изящный, с таким же расположением камушков. Камни меньше, огранка лучше, да и золотая оправа сделана с душой.

– Мне эти артефакты достались по случаю, у них есть существенный недостаток – жрут энергию неимоверно! Активированных хватает на час, но выдерживают не более пяти ударов, после чего приходится заряжать неделями. В бою они не спасут, а вот пущенную из-за угла стрелу отведут, на яд укажут… – Артефактчик пожевал губами, собираясь с мыслями. – За три тысячи отдам.

Понятно… Мой только что обретенный кошель плавно перешел к прежнему владельцу. Мы даже торговались-то для вида, понимая, что цена вопроса кроется в полученном мной золоте. После приобретения защитных артефактов так и хотелось их испытать – не в деле, конечно; просто определить их магическую мощь. Второй браслет приобрел для Кинэллы, слишком она беззащитная, а от удара исподтишка Креун может и не спасти. Дороговато вышло, но ничего: если прииск удастся отвоевать, то все стократ окупится. Распрощавшись с Кюлисом, решил проведать отца Генера; к сестре идти «и хочется и колется» – начнутся нравоучения, да и свободного времени для собственных дел не останется. К старому графу не дошел, Бурк меня выловил и затащил в трактир «Сизый бирюк»: мол, его Мисша хочет со мной переговорить. Отказывать своему приятелю, а его уже давно причислил к этому кругу, естественно, не стал.

В трактире все так же чинно и спокойно, как и в последнее мое посещение. «И даже знакомые личности встречаются», – усмехнулся про себя, заметив каталу Каткора, который при виде меня спал с лица и поспешил ретироваться в дальний угол. Упс, а вот и сама хозяйка… Бросил взгляд на привычно засиявшее радостью лицо Бурка при виде Мисши и ее приличного размера животика. Жена Бурка носила ребенка!

– Поздравляю, – смущенно сказал им обоим.

– Спасибо, милорд! – звонко рассмеялась хозяйка заведения и взяла супруга под локоток. – Такие вот дела, – она огладила живот и кивнула на ближайший пустующий столик, – присядем, попросить вас кое о чем хочу.

Уж чего-чего, а того, что Бурк, вечно хмурый и неразговорчивый, вскоре станет папашей – и в страшном сне присниться не могло. Потрясенный такой новостью, сел за столик. А ведь Кин должна была знать! И не предупредила! Или не знала?

– Когда графиня стала искать учителя для твоих подданных, я попросила взять в качестве учителей меня и мужа, – Мисша кивнула на Бурка.

– Но ведь… – Мысли просто разбежались, ведь Бурк – телохранитель и доверенное лицо Генера, его жена – хозяйка трактира… И все это они собираются променять на обучение крестьян в глуши?

– Рэн, читать, писать и считать мы умеем, кое-какие правила поведения знаем, многому сможем научить, – видя, что я молчу, продолжила хозяйка трактира.

– Кое-что я и в обороне смыслю, – скромно выдал Бурк.

– Подождите, подождите! – воскликнул я. – Все это хорошо, даже слишком, чтобы походить на правду! Вы только ответьте на вопрос: почему хотите променять Лиин на забытое богами поселение?

– Милорд, – Бурк посмотрел мне в глаза, – положение, в котором мы оказались, – он кивнул на живот жены, а потом обвел трактир рукой, – непростое. Главы ночной гильдии не существует, мне предлагали занять его место, но… не мое это, да и опасно слишком.

– Тебе ли говорить об опасности? – удивился я.

– Время и обстоятельства меняют людей, – твердо ответил прежде вечно хмурый и неразговорчивый Бурк, теперь строивший витиеватые, чуть ли не философские фразы. – На меня ложится огромная ноша, надо заботиться о будущем. Мэру не нужен такой помощник, могу кинуть тень на его репутацию, Мисше все время проводить в трактире – не дело, да и перспективы… – Он не закончил, просто вопросительно посмотрел на меня.

– Хм, неожиданно… – протянул я, обдумывая ситуацию. – Ну да ладно, проверенные люди всяко лучше, просто не ожидал, что бросите Генера.

– Из нас плохие ему помощники, – ответила жена Бурка. – Скоро пополнение в семействе будет, в трактире хозяйствовать не смогу, муж от своих дел отошел, надо рвать со старым.

– Хорошо, – решил я. – Заканчивайте дела в Лиине и перебирайтесь в мое поместье. Староста будет в курсе и, пока не построится для вас дом, разместит у себя. Сколько времени надо?

– Две недели, – ответил Бурк, чуть подумал и добавил: – Может, три – с трактиром и всеми делами уладить.

– Договорились, – кивнул я, вставая. – Жилье и питание – за мой счет, с вопросами оплаты определимся позже, одно скажу – в обиде не оставлю.

На этом и покинул семейную пару. Что-то мне не давало покоя; слишком неправильный разговор вышел, чего-то я не понял. Вот только чего? Вспоминая разговор и мимику своих собеседников, так и не пришел к какому-то окончательному выводу. Говорили они от души, но… была какая-то недосказанность. Есть у них еще доводы! Может, граф Портрис прольет свет на эти загадки? Увы, разговор с графом ничего не дал. Он так же просился ко мне в поместье, аргументируя тем, что засиделся без дела, да и не хочет путаться под ногами у молодых, а зная свой характер, дать им покоя не сможет. Взвесив все за и против, я решился и пообещал предоставить ему крышу над головой, обеспечив и работой. Правда, оговорился, что окончательный ответ дам после разговора с Генером; граф согласно кивнул и изъявил желание присутствовать при разговоре, в котором будет решаться вопрос дальнейшего его проживания. Больше же всего меня интересовала Куласа, вернее – территория, на которой могла в былые времена находиться школа истинных магов.

– Граф, у меня к вам есть пара вопросов, – сказал я после того, как мы договорились, что сразу после свадьбы он отправится обучать моих подданных, – они относятся к вашей родине. Ответите?

Портрис нахмурился: вероятно, воспоминания, которые невольно возникли, не доставили ему удовольствия.

– Времени прошло с тех пор много, о состоянии дел в королевстве мне мало что известно, – ответил граф, чуть подумал и добавил: – Да и до сих пор ощущаю себя в шкуре «волка» из тайного сыска, давать компромат на…

– Портрис, – я махнул рукой и улыбнулся, – меня не интересуют ни уклады, ни взаимоотношения во власти.

– И о чем ты хочешь узнать?

– Откуда пошло название королевства, есть ли связанные с этим легенды? И еще, – чуть помедлил, – есть ли такое место, где степь граничит с горами, а рядом море?

– На последний вопрос ответить легче всего! – с облегчением ответил Портрис. – Интересующие тебя места есть. – Он внимательно на меня посмотрел. – Мне кажется, что тебя интересует именно одно место, но это потом. Да и легенда есть о том, откуда пошло королевство. Тебе с чего начать?

– Естественно, с этого места!

– Недалеко от столицы находится гряда гор, граничащих с морем, пики вершин видны издалека, как с суши, так и с моря, но вот проблема – к ним невозможно подобраться, – граф хитро прищурился и замолчал.

– Как невозможно? Почему?

– Корабли, идя прямо на пики, все же оказываются далеко в стороне, как будто боги вызывают ветер, а сильнейшее течение разносит суденышки, словно щепки, в разные стороны. Из столицы пару раз отправлялись не только специальные экспедиции, но и отряды рыскачей – никто не смог достичь гор! Да и не все вернулись из степи… А ведь это головная боль в обороне королевства, вдруг оттуда нагрянет враг? Пару столетий назад на том направлении возвели укрепления и стали держать усиленный гарнизон.

Горячо, очень горячо! Все складывается: истинные позаботились о собственной безопасности и охране школы с учениками. Степь, высокие горы и пики… Куласа – там школа! Но смогу ли туда пробиться? Ведь за столько веков такой феномен обязательно вызывал нездоровый интерес, и если никто… Уйдя в глубокие раздумья, не следил за тем, что говорит граф, уловил только последнюю фразу:

– Израненный истинный маг собрал население деревни и велел заложить город, назвав его Куласа. Может, и не так, конечно, обстояло дело, но кто теперь узнает? Город он повелел назвать в честь великих магов, которые сумели остановить бойню ценой своей жизни. Истинный маг почти год боролся со своими ранениями, он бредил и держал в страхе всех жителей, иногда из его глаз вырывались молнии и всесжигающее пламя, а иногда над ним шел снег. Вот такая легенда. – Портрис замолчал.

Легенда подтвердила мои домыслы, осталось добраться до места и осмотреть все собственными глазами. А что мне, собственно, мешает? Отгуляю на свадьбе у сестры – и рвану. А долги соседям Кин?.. Да и Вукоса надо встретить честь по чести… Н-да, поход придется отложить – сперва разберусь с этими проблемками! Непроизвольно почесал щеку; «проблемки» никак не тянут на такое пренебрежительное название, самое простое – выдать сестру за Генера, а вот все остальное…

Бывшего главу ночной гильдии не узнать: исхудал, стал резок, глаза красные. Я сидел напротив сестры и ее жениха и никак не мог понять своих чувств. Анлуса радостная, да и Генер светится от счастья, ауру не обмануть, но вот его вид… Он внушает мне опасения, что-то непонятное! Моему приходу обрадовались сильно, Анлуса расчувствовалась и, прежде чем удостоить меня подзатыльником (чувствительным, надо сказать!), обняла, расцеловала, а потом уже неожиданно ударила… Потер свой затылок – не болит, конечно, но рука-то у нее лекарская, тяжелая, когда надо, а артефакт защиты я еще не активировал. Хотя мог бы и предвидеть, что прием может таким статься, сестру-то отлично знаю! Винить кроме себя некого, а впредь при Анлусе защиту активирую, мало ли еще какие прегрешения мне припомнит?

– Рэн, рассказывай! – взяв за руку Генера, попросила Анлуса, потом спохватилась и уточнила: – Обязательно поведай о том, как это ты, приехав в город утром, добрался до нас только к вечеру!

– Дела… – усмехнулся я в ответ и, демонстративно потерев затылок, добавил: – Из головы все вылетело от лечебной руки знахарки! Ну, а если серьезно… – принялся за рассказ обо всем, что со мной произошло за время, прошедшее с последней нашей встречи. Естественно, о многом умалчивая, стараясь обходить острые углы, чтобы не возникло ненужных вопросов.

– Понятно, интересная у тебя жизнь, – с завистью в голосе сказал Генер.

В его фразе слышались другие слова, типа «эх, мне бы так…», поэтому я и спросил:

– У тебя что-то не в порядке?

– Да все нормально, – вяло махнул он рукой. – Работа мэра обязывает ко многому, свободного времени остается мало.

Чуть позже, когда он ушел работать с бумагами, сестра мне рассказала, что бывший глава ночной гильдии здорово изменился. Стал серьезным и с каждым днем работает все больше и больше; она и не знает, радоваться или плакать.

– Конечно, я понимаю, что дела Лиина обязывают, но чтобы так… – Анлуса горестно вздохнула. – Не таким представлялось наше будущее.

– А как ты себе его представляла? – уточнил я.

– Тихий и уютный дом, спокойная и размеренная жизнь, рядом твердое плечо любимого, больные не шарахаются от меня, а…

– От тебя шарахаются больные? – перебил я ее мечтания.

– Пару раз произошло такое, – грустно улыбнулась Анлуса. – Приступаю к лечению, а тут посыльный от Генера; больная чуть не задохнулась от испуга.

– А каковы дальнейшие планы? – кивнул на дверь, в которую вышел мэр.

Анлуса пожала плечами и ничего не ответила.

– Пойду побеседую с ним, – вставая, сказал я.

Сестра только кивнула, а это был плохой знак, да если еще припомнить и недавний разговор с Бурком, то и вовсе… Генера застал сидящим за столом и зарывшимся в кипы бумаг и свитков; он что-то лихорадочно писал, сверяясь то с одним, то с другим документом.

– Хотя и не так давно мы знакомы, а через какое-то время и вовсе породнимся, хочу задать тебе пару вопросов. Можно? – от двери проговорил я и указал на кресло, так что мои последние слова прозвучали с двояким смыслом.

– Садись и спрашивай, – махнул мэр рукой, нехотя отодвигая от себя чернильницу.

– Что происходит? Ты сам на себя не похож! Помнится, в тебе все кипело и бурлило! Сейчас же передо мной сидит усталый и измученный человек, который лишь в редкие моменты встряхивается – и тогда я узнаю в нем прежнего Генера!

Мэр устало провел рукой по щеке, задумался и медленно проговорил:

– Рэн, ты во многом прав, но и всего не знаешь, – он кивнул в сторону бумаг. – Никогда не думал, что будет столько просьб, жалоб, разбирательств, соглашений, договоров… А если честно и откровенно, то боюсь, что долго на этом месте мне не усидеть.

– Кто-то желает занять твое место? – спросил я, мысленно прикидывая, что мы можем противопоставить врагу. Хотя это и странно – у бывшего главы ночной гильдии наверняка должны остаться связи в теневом мире.

– В открытую никто не выступит против, даже городская знать. Они первое время роптали, строили важные рожи, надувая щеки и выпячивая животы, но поняв, что на мякине меня не провести, поубавили свой пыл. Да и действую я, стараясь быть честным и справедливым, как и бывший мэр Лиина. Так что никто меня не подсиживает, – отрицательно покачал он головой. – Мне кажется, что желание короля не совпадет с моим собственным.

– Он не оценит твои заслуги?

– Оценит… – хмыкнул Генер, – так оценит, что… Сейчас королю не до какого-то далекого пограничного городка, но скоро все устаканится – и тогда… На такие должности назначаются близкие ему и заслуженные люди, не имеющие пятен на репутации, ну или хотя бы не таких заметных пятен. Мне приходилось принимать делегации от ночных гильдий из разных городов, все с поздравлениями и желанием узнать, как тут можно разжиться. В ответ их выпроваживали за стены города с указанием больше не посещать Лиин. Так что для них я – переметнувшийся глава гильдии, предатель. Награду за мою голову не назначили лишь по одной причине – боятся разгневать короля, поскольку тогда им везде придется несладко; но если меня подставят, то усидеть здесь мне не удастся, и тогда придется в спешке покидать королевство.

– А народ? Он же помнит, кто и что для него и защиты города сделал? – спросил я, хотя уже знал ответ.

– Народ помнит, но его легко можно убедить, что я действовал в своих интересах, – он криво усмехнулся. – Неужели ты думаешь, что, когда жизнь в городе наладится и все будут сыты и довольны, кто-то вступится за мэра, против которого предъявят королевское обвинение?

– Думаешь, до такого дойдет?! – поразился я.

– Уверен! – Генер слегка стукнул ладонью по столу. – Вот и приходится рвать жилы и работать, чтобы оттянуть этот момент и подготовить пути к отступлению.

– Выходит, что Бурк, Мисша и твой отец не просто так загорелись идеей отправиться в учителя? – Теперь сложить воедино все факты мне ничего не стоило – получается именно такой вывод.

– Пару недель подводил их к такому решению, а тут Кин приехала, – мэр улыбнулся. – Естественно, воспользовался таким моментом; по моим прогнозам, в ближайшем будущем мне и Анлусе ничего не грозит, но это лишь год, – он чуть помолчал, – может, два, не больше.

– А потом?

– Главное – вовремя соскочить, а на это у меня чутье развито отменно, не переживай! За отца переживаю, ему же активный образ жизни нужен, а тут он начинает чувствовать себя ненужным. Мисшу ты видел, не дело ее тут оставлять, когда все на волоске. Бурк мне, конечно, не помешал бы, но… Пара проверенных людей, на которых могу положиться, еще остались.

Ага, не переживай… Как же! Хотя в логике Генеру не откажешь, он явно все скрупулезно просчитал и сформировал четкие опасения того, что крутилось неосознанным в моей голове.

– Так может, все бросить и начать с чистого листа? – предложил я.

– Не могу, этот городок стал моей второй родиной, я многим тут обязан, – Генер устало потер виски.

Что ж, это его решение, и хоть оно мне не слишком-то по душе, но отговаривать бесполезно, да и сам поступил бы, возможно, так же. В темноте возвращаясь домой, пришел к печальному выводу, что началась какая-то неудачная полоса, полная тревожных ожиданий. В Лиине не все хорошо, в замке Кин и вовсе дела плохи, а в мое поместье скоро прибудет король. От визита Вукоса зависит очень и очень многое, если он не будет разбираться с моей кровью, то шанс на спокойное существование велик, а вот если захочет точно выяснить мое место в рейтинге – придется бежать. Во дворе собственной лавки я погладил по голове Мява, который почему-то не спешил к хозяйке, затем потрепал по холке Ворона и отправился спать. Только лежа, понял, что мой конь как-то печально меня встретил: наверное, Мяв ему какую-то подлянку устроил, то-то Ворон и расстроенный такой. Хмыкнув, сомкнул глаза, вот только заснуть мне не дала графиня, которая постучала в дверь.

– Рэн, извини, но мне необходимо с тобой поговорить. – Графиня вошла в комнату, кутаясь в одеяло. – Хотела до утра отложить разговор, но боюсь – глаз не сомкну.

– Проходи, – устало кивнул я на стул, дождался, пока Кин усядется, и спросил: – О чем хочешь поговорить?

– Что ты намерен дальше делать? – Голос графини дрогнул, и мне почудилось, что она на грани срыва.

– В каком смысле? – уставился на нее.

– Решая мои проблемы, ты рискуешь головой и ничего не просишь взамен, но когда-то предъявишь счет. Мне хотелось бы знать, смогу ли я его оплатить?

– Какой счет, какие проблемы?! – я недоумевал. – Мы с тобой – в одной лодке, и если она даст течь, вместе пойдем ко дну! Представь, не смогла ты управлять замком – ты плохая хозяйка, но и я для короля человек ненадежный, раз не помог собственной жене. И что будет? Брак он наш с тобой не утвердит, а тогда… – Хм, и что тогда, собственно? Не лишит же он меня поместья? Или лишит? Впрочем, знать мои мысли Кин не обязательно.

– Но не можешь же ты все делать безвозмездно! – воскликнула девушка.

– А я и не делаю, – глядя ей в глаза, неожиданно для себя сладко зевнул и, сдерживая повторный зевок, продолжил: – Наведем порядок в твоих землях, добычу от прииска поделим поровну. Можешь считать это платой.

– А что после свадьбы твоей сестры делать будем?

– Слушай, давай потом решим, – не выдержав, очередной раз сладко зевнул, – голова совершенно не соображает.

– Обещаешь?

– Однозначно, – кивнул и, не дожидаясь, когда девушка покинет комнату, опустил голову на подушку и мгновенно заснул.

А вот утром обещание не выполнил – Гунер приехал. Князь выглядел усталым и нервным; первое, что он сделал, – отчитал Кин за то, что она не соизволила попросить у него помощи (наши гонцы рассказали ему все, и как мне кажется, немного приукрасили, расписав события в мрачных тонах). Потом пришел посыльный от Генера, и я отправился к нему: оказывается, он хотел согласовать, как именно будет проходить свадьба. Честно говоря, я просто оторопел от того размаха, который он затеял. На все мои уговоры быть поскромнее он лишь пренебрежительно махал рукой, а потом не выдержал:

– Рэн, это огромное событие, и мне хочется, чтобы оно запомнилось на всю жизнь. Хочу рассказывать своим будущим детям о свадебной церемонии с гордостью, тем более что твоя сестра этого заслуживает!

Мне лишь осталось покачать головой: сестра может и не оценить такого рвения, она не очень-то любит все показное, хотя… здесь это идет от чистого сердца, в чем сомневаться не приходится. Больше всего меня поразило, что свадебную церемонию он запланировал на завтрашний день.

– Генер, а стоит ли так спешить? – рассматривая план торжественного шествия по улицам Лиина, спросил я. – Может, не все еще продумано? Да и мне бы с дороги отдохнуть не мешало…

– Ага, – перебил он меня, – ты опять в какую-нибудь авантюру ввяжешься – и дожидайся тебя! А мне хочется приступить к выполнению супружеского долга!

– Так вы же живете вместе, – поразился я. – Или…

– Рэн! – поморщился Генер. – Мы живем в одном доме, двери спален рядом, но ни она, ни я никогда бы не пошли на то, о чем ты сейчас хочешь сказать!

– Извини, – буркнул я и отвернулся к окну, чтобы скрыть улыбку. Зная главу ночной гильдии, а теперь мэра, в последние его слова не сильно поверил. Нет, Анлуса-то могла так поступить и не пускать своего возлюбленного в собственную спальню, а вот в контроле Генера над собственными чувствами – сильно сомневаюсь!

День прошел в бегах по организации свадьбы, вернее, вникании во все нюансы, да еще оказалось, что мне необходим наряд, который давно заказан сестрой и дожидается примерки по мне. По этому поводу немного даже поскандалил с Анлусой, но не сильно – все же понимал, что это необходимо. С Гунером удалось переговорить только утром, когда верхом направились к дому Генера.

– Рэн, должен тебя предупредить, – князь внимательно посмотрел на меня.

– О чем? – спросил я, ерзая в неудобной одежде и жалея, что не сам выбирал расцветку и фасон. Нет, новые сапоги и штаны еще ничего, но фиолетовый камзол и шляпа с тремя цветными перьями меня раздражали.

– Вукос к тебе собирается, – князь дернул щекой. – Он переменил свои взгляды и вместо обещанного «через год» планирует встретиться с тобой в ближайшее время. За два дня до ваших с Кинэллой гонцов я имел с ним беседу, на которой он просил найти тебя и предупредить, чтобы через три недели ты был в поместье.

– И с чего это он изменил решение? – всматриваясь в беспокойную ауру князя, уточнил я.

– Э-э-э… – Гунер тяжело вздохнул, помолчал, зачем-то поправил ленты, вплетенные в гриву коня. – Вероятно, он узнал о том, что кто-то проявляет настойчивый интерес к старой истории с семьей герцога Лусара.

– Вот как? И что же это за история? Наверное, короля кто-то прямо спросил о событиях почти двадцатилетней давности.

Князь нервно посмотрел на Бурка, который присоединился к нашей компании.

– Нет, не совсем все так, – покачал Гунер головой. – Кто-то рассказал Вукосу о моих расспросах, – чуть подумал, – хотя это все не важно. Ты прав в одном, у нас с ним действительно вышел нелегкий разговор, предать тебя и Кин я не мог, но и врать королю… Тем не менее не сказал ему, кто ты на самом деле.

– Угу, а король неожиданно захотел переговорить со мной сам, да еще и отправляется раньше обещанного времени в гости. Он хоть не берет с собой всю свою армию? Может, и ждать его визита не стоит?

– Он приедет со своей свитой, – коротко ответил Гунер.

Угу, меня и свита королевская раскатает в мгновение ока – видел его телохранителей; а уж артефактов у короля навалом, не сможем мы с Креуном, в случае чего, долго продержаться, не говоря уж об отражении агрессии. Тем не менее незамедлительно связался со своим советником и попросил его оставить замок Кин и заняться поместьем. Тот было уперся, но подозреваю, что просто хотел получить полную картину происходящего. Времени на споры и пререкания нет, уже дом Генера показался, рассказал, все что знаю. Креун пообещал за оставшееся время подготовить не ловушки, как я сначала подумал, а путь к отступлению. У него существует какой-то план насчет незаметного покидания земель поместья, но его надо довести до ума и разместить на пути заклинания. Какие и как он это сделает, уточнить не успел, лишь понял, что на подконтрольных землях проблем с бегством не будет. Вот только покидать обустроенное поместье совершенно не хочется, да и куда, интересно, бежать? А ведь со мной будут еще и Бурк с женой, Кин с Портрисом… Им ничего грозить не должно, но кто знает, как все повернется… Надеюсь, Креун знает, что делает, и сумеет всем помочь в случае чего.

Жених нервничает и по дороге до храма извертелся на своей лошади. На его месте оказаться совершенно не хочется, заполнивший улицы народ по такому случаю с улыбками приветствовал нашу процессию и желал жениху всяческих успехов, иногда переходя все границы приличия. Наша же процессия, сугубо мужская, состоящая из ближайших соратников мэра и его друзей, медленно продвигалась к храму, где своего жениха, в дамском окружении, ждет Анлуса. В Лиине храм я не посетил, все как-то недосуг было, да и после нашей женитьбы с Кин меня ни в один храм не тянет, как-то не по себе становится, когда вспоминаются слова богини. Неужто мне придется и в самом деле все время в бегах находиться? Да, храм в Лиине уступает в своем великолепии столичному из соседнего королевства, иконы не могут похвастаться такими богатыми окладами, нет такого великолепия, но все равно – атмосфера храма присутствует, да еще когда столько народу…

Вот в толпе образовался коридор, по которому предстоит пройти Генеру со своим свидетелем. Сглотнув и ужасно волнуясь, как будто это моя свадьба, иду вслед за женихом. Навстречу нам двинулись две женские фигуры. Впереди идет Анлуса, а позади – Кин. До девушек остается всего пару шагов – и Генер в изумлении замирает, останавливаюсь и я вместе с ним, правда, чуть не снеся последнего с ног. Слишком на девушек засмотрелся. А ведь есть на что, вернее, на кого! Такими их никогда еще не видел. Анлуса выбрала платье в цвет неба, украшенное искусно расшитыми имитациями растений из различных тканей: одно слово – знахарка! Кин же стоит в фиолетовом платье, под цвет моего камзола. Прически девушек имеют странную конструкцию: в высокую укладку вплетены белые цветы, вроде бы все одинаковые, но если присмотреться – ни одного повторяющегося элемента, за исключением красоты. Они обе так прекрасны, что невольно благодарю богиню любви за то, что она позволила назвать Кин своей женой. Так…

Тряхнул головой, отгоняя странные мысли, не забыв напомнить себе, что Кин я неровня. Вероятно, мне удалось первому взять себя в руки. Подталкиваю жениха плечом – иди! И все же действо происходит как-то дерганно. Вот Генер берет за руку сестру, а мы с Кин оказываемся за их спинами. Настоятель храма обращается к ним с речью, из которой улавливаю слова о клятве богине и… взглянув на Кин, утопаю в ее глазах. Усилием воли отвожу взгляд, а молодожены уже клянутся на шаре правды. Настоятель объявляет их мужем и женой, начинает произносить торжественную речь, а у меня в голове звучит такой знакомый голос богини любви:

«Не стоит так дословно следовать моему напутствию. Во всем есть предел! Но побегать тебе придется! – богиня смеется. – Ты на правильном пути, но вот повернешь ли ты мир на правильный путь? Не убежишь ли от своего счастья? Надеюсь… Удачи… Советовать и давать напутствия не могу, лимит исчерпан…» От таких слов, да и вообще от всего происходящего, чувствую себя оглушенным, будто меня по голове ударили. Что хотела сказать богиня? Размышляю, но ответа нет; богов, а особенно – богинь, понять сложно. Чуть задумался – а мы уже едем по улицам города за Генером и Анлусой, которых приветствует народ, не забывший, что они сделали для города, и отдающий им дань уважения. Рука Кинэллы сжимает мою ладонь, нам не мешает то, что мы едем на лошадях, я буквально чувствую стук сердца графини. Улыбки, поцелуи, приветствия – все смешалось. Праздничные гуляния на центральной площади Лиина, танцы, пляски…

Знать города преподносит подарки молодым, а ведь мои-то подарки остались в лавке! Да и как бы я их мог подарить? Такие вещи дарятся с глазу на глаз, незачем такому количеству народа знать их ценные свойства. Все наконец-то приходит в норму, начинаю осознавать все происходящее, но… растворяюсь в танце с Кин. А тут еще девушка зачем-то прикасается губами к моей щеке, и вот уже мы в моей лавке и ее комнате – целуемся и страстно обнимаемся. Да что же творится-то? Происки богини? Ведь до храма контролировал ситуацию, а вот потом… Додумать не дает Кин – она смеется и, счастливая, обнимает меня, увлекая на ложе…

## Глава 8. Поиск себя

Развалившись поперек кровати, отменно выспался, и не раскалывайся так голова – чувствовал бы себя отменно. В висках стучит, а события вчерашнего дня вспоминаются кусками. Последнее, что помню, – веселящаяся Кин и падение на кровать. Так… Даже головная боль утихла. Неужто? Не должен же был! Скрипнул зубами и приоткрыл глаза. Ух, рядом со мной лежит девушка, одета в то же платье, и не видно, что она его успела вчера снять. Ощупываю и осматриваю себя: сапоги и те на мне! И как прикажете это понимать? Выходит, мы заснули одновременно! Посторонних в комнате, да и во всем доме, не находилось, если не считать телохранителей, но они думают, что мы с девушкой не только на людях играем роль супружеской пары, но и в спальне. Сижу на кровати и всматриваюсь в безмятежное лицо графини – спит как убитая, только грудь вздымается, да жилка на шее бьется. И что же на нас вчера нашло? Чешу щетину на щеке. Может, все же богиня? На происки кого-то могущественного походит больше всего, тем более вино мы хоть и употребляли, но дозы – мизерные, да и не походило это на пьяное влечение! А если артефакт, как в замке на королевской охоте? Нет – слишком много людей рядом было, а запал я именно на Кин; да и никто рядом таких чувств друг другу не выказывал. Выходит – богиня любви, она ведь недовольна моим отношением к тому, как я распоряжаюсь ее благословением, данным при заключении брака с девушкой. Вчера она одназначный намек дала! Ладно, пусть будет богиня. Но как вышло, что мы не довели до конца ее план? Да еще вместе и, похоже, одновременно провалились в сон? Что на нас могло подействовать одинаково? Хм, а ведь мне известно это, точнее, этот…

– Креун! – с угрозой в голосе позвал своего советника.

– Проснулся? – обрадованно прозвучал голос советника. – Как себя чувствуешь?

– Не желаешь ли прояснить пару моментов? – не отвечая на его вопрос, спросил я.

– Какие моменты? – насторожился тот, но потом расслабленно сказал: – Если ты про вчерашний день, то благодарить меня не надо, ты бы поступил так же!

– И что же вчера произошло?

– До поры до времени все шло хорошо, – принялся рассказывать советник. – Я занимался инспекцией поместья, пообщался со старостой по поводу учителей – кстати, приказал возвести два дома. За работу уже принялись, дома решил установить рядом с мостом, со стороны нашего здания.

– Маркен-то что говорит? – уточнил у Креуна.

– Да что он может говорить? – В голосе артефакта мелькнуло пренебрежение. – Рад, что скоро учителя прибудут… – Он как-то замялся. – Правда, за работу я ему денег пообещал от твоего имени…

– Черт! Деньги! – С меня весь сон сошел. Деньги, которых нет, и где их взять – неизвестно… А поместье требует средств и с каждым днем все больше, учителям-то платить надо будет!

– Много не обещал, но материалы денег стоят, – принялся оправдываться Креун.

– Не оправдывайся, все правильно сделал! – С деньгами необходимо что-то решать, и как можно быстрее; впрочем, речь-то сейчас не о поместье, там ясно, что все в порядке. – Ладно, про поместье и финансовую составляющую потом поговорим; объясни, какое отношение ты имеешь к событиям вчерашнего вечера?

– Где-то после обеда с моими хозяевами – хоть ты для меня главный, но Кинэлла также моя хозяйка – стали происходить странные вещи, – пояснил Креун. – Так вот, к вам в разум пробиться не смог, вернее, вы меня просто не слышали…

– Подожди, подожди… – остановил я его. – Давай по порядку! Что за странные вещи и как ты об этом узнал?

– Так я же и говорю! Ни на один вопрос вы не отвечали, кто-то заблокировал нашу связь. Но даже не это меня насторожило, мало ли какие рядом с вами артефакты активированы; однако в ваших аурах появились болезненные всполохи. Вам грозила опасность! Перебрав массу вариантов помощи, остановился на самом простом и банальном – сне! Вот только момент подбирал долго: это же не просто взять и усыпить, необходимо и вреда не причинить! Так вот, когда вы оказались в лежачем положении… – Креун вдруг замолчал. – А почему это вы одновременно улеглись? – спросил он обескураженным голосом.

– Продолжай! – не стал отвечать я, а сам потер задумчиво щеку. Радоваться или расстраиваться вмешательству советника – еще не решил.

– А что продолжать-то? И так все ясно – вы легли, а я вас усыпил… – Голос Креуна выразил раскаяние в содеянном. – Так что произошло-то?

– Ничего особенного, – хмыкнул я, – не обращай внимания; но поступил ты, пожалуй, верно. Не хочу, чтобы кто-то решал за меня!

– Ух, – выдохнул тот, – значит, не сердишься?

– Как сказать, – я встал с кровати и подошел к окну: утро только наступило, – от одного вмешательства в мою жизнь ты меня спас, но теперь сам вмешался. Хотя – бросил взгляд на спящую девушку, – не уверен, что мне хотелось твоего вмешательства; с другой стороны, ты поступил правильно, оставив право выбора не только мне, но и Кин.

– Выходит, кто-то толкнул вас в объятия друг друга, – задумчиво произнес артефакт. – Мне кажется, что он скорее друг, нежели враг.

Отвечать ничего не стал, лишь уточнил, когда встанет девушка. Креун точного ответа не дал, неуверенно предположив, что пару часов точно проспит. Пусть спит, за это время проведаю молодых да подарки подарю, а то как-то неудобно вышло – все их поздравили, а я вроде как и нет. То, что утром ходить в гости некрасиво – подозревал, но являться с утра к молодоженам – просто глупость. Ожидая, пока ко мне спустится кто-нибудь из хозяев-новобрачных, просидел в гостиной за размышлениями. Все сводилось к тому, что где-то необходимо раздобыть денег, тогда проблем с поместьем не будет и я смогу заняться более важными делами. Деньги решил добывать на прииске Кин, там убивается сразу много «зайцев», ставятся на место местные графы, от чего зависит безопасность девушки, а с появлением золота отпадают и вопросы финансов. Наконец появились и молодожены. Выглядели они уставшими, но счастливыми, я им даже позавидовал, ведь сам бы мог сейчас находиться в таком же состоянии, если бы не Креун. Странное дело, до сих пор не решил, чей поступок мне больше по душе – богини или советника. Какой из моих подарков больше понравился, так и не понял: когда объяснил свойства розы, Анлуса нахмурилась, а Генер воскликнул:

– Рэн, это просто королевский подарок! За дом могу не переживать!

– Но тогда ты меня сможешь контролировать. – Радости в голосе у сестры не наблюдалось.

– Зато никто и ничто вам не будет угрожать, – парировал я ее слова.

Анлуса покрутила в руках артефакт, потрогала лепестки.

– Роза красивая, мне нравится, – наконец произнесла она.

– Так, сейчас подыщем ей место и активируем, – не стал я откладывать дело в долгий ящик.

Поток магической энергии отыскался мгновенно, он находился рядом, прямо посередине гостиной. Проконсультировавшись с Креуном, это место мы отвергли, слишком оно в глаза бросается. Артефакт и так привлечет к себе взгляды, если установить его тут, то может кто-нибудь позариться… Маловероятно, конечно, Генер все же мэр, да и прежде занимал пост немногим ниже, пусть и не в официальных кругах. Следующий поток обнаружился на втором этаже, рядом со стеной, на которой развешано оружие. Хм, на первый взгляд, на стене что-то не так. Ага, похоже, что мечи и кинжалы закрепили таким способом, что вынуть их из ножен теперь не так-то просто – явно по настоянию сестры! Сделав вид, что ничего не заметил, предложил исследовать их спальню, но, как и следовало ожидать, меня туда не допустили. На указанное место у стены Генер принес тумбочку и вазу. Установив розу, я задумался: а как, собственно, активировать-то ее? Хм, а ведь все просто! В магическом зрении потоки силы видоизменились, образовав два потока. Один поглощался артефактом и сразу же выходил из цветка – правда, запаха никакого не ощущалось. Может стандартную руну активации истинных использовать? Решив, что ничего не нарушу своим экспериментом, попробовал: запах – изумительный!

– Так, артефакт готов к окончательной активации, – сказал я, стараясь дышать как можно тише. Вдруг еще роза решит, что я ее для себя установил! – Подходите и вместе вдыхайте ее аромат.

Алуса взяла Генера за руку, и они молча исполнили мои указания. «А вот теперь артефакт заработал», – понял я, наблюдая, как от цветка во все стороны пошли магические потоки.

– Как он нас предупредит об опасности? – задал практичный вопрос Генер.

– Определенно сказать не могу, – я лишь пожал плечами – Креуну доверял полностью, он уверен в своих словах, но тонкости не знает.

– Рэн, какие у тебя планы? – спросила сестра, втягивая аромат артефакта и блаженно прикрыв глаза.

– Честно говоря, зашел попрощаться. Планов много, а времени мало, – усмехнулся, видя, как покраснела Анлуса: у нее помыслы наверняка приятные, недаром меня в спальню не пустили. – В поместье надо подготовиться к визиту короля, да и потом… – покрутил в воздухе рукой, – окончательного решения не принял, но после встречи с Вукосом планирую из поместья уехать, вот только куда – еще не решил.

Тут немного слукавил, просто не стал говорить, что отправлюсь в земли Кин, а как там завершу дела – то в Куласу. Вручив мужу Анлусы меч и кинжал, на что получил нахмуренный взгляд сестры и довольную улыбку Генера, покинул молодоженов. Но в свою лавку решил идти не сразу, необходимо где-то посидеть и все обдумать. В первую очередь предстояло решить, как вести себя с собственной женой, продумывать предстоящий разговор с королем еще рано, слишком там много неизвестных факторов. С Кин поведу себя как ни в чем не бывало, пусть ей все обстоятельства Креун объясняет. За идею, что девушке все объяснить должен мой советник, я ухватился при виде ссоры двух дам, которые обедали вместе с мужьями и повздорили. Так вот, общались они между собой, используя мужчин и делая вид, что собеседницы рядом не существует. Дегустируя вино, которое имеет недурной, надо сказать, букет, вызвал советника и объяснил тому свою идею. Креун от нее в восторг не пришел, принялся отказываться, говоря, что потратит кучу энергии на пустые, по его мнению, переговоры. Но я настоял. Пока советник дожидался пробуждения Кин (а она, по его словам, еще спала), я оставался в трактире. Время тянулось медленно, и через пару часов, так и не дождавшись никакого результата переговоров, отправился к Портрису. Надо разузнать подробности про Куласу, да и надоело сидеть в трактире. Хм, ведь обещал себе не накачиваться вином. Нет, конечно, я не выглядел пьяным: ноги слушаются, голова работает, настроение превосходное, проблемы на задний план сдвинулись, дамы все приятные и красивые навстречу попадаются, птички поют, одним словом – весна! Портриса застал прихорашивающимся – куда-то он собирался, но мне обрадовался.

– Рэн, отлично, что зашел! – воскликнул он, вставляя в петлицу камзола бутон розы.

– Вы куда-то собрались? – огорчился я, так как рассчитывал побеседовать с ним.

– Не то чтобы собрался… – Он лукаво посмотрел на меня, потом задумался и спросил: – Вот скажи, ваши отношениях с Кин, э-э-э… – он прищелкнул пальцами, – они ведь не переросли в тесные? – Видя мой изумленный взгляд, он поспешил продолжить: – Пойми, это не праздный интерес, я предварительно навел справки о своем «господине». – Он хихикнул, прикрыв рот ладонью, и пояснил: – В ближайшее время буду одним из твоих подданных, мне необходимо знать расклады, так уж привык, – он развел руки в стороны.

– Значит, вам известно, что наш брак с графиней – фиктивный?

– Ну, – он почесал бровь и сел в кресло, жестом попросив и меня сесть напротив, – к такому выводу пришел давно, а на днях и подтверждение получил. Не буду говорить от кого – мало ли, вдруг обижу человека. Почему спрашиваю-то – расклад привык знать. И кстати, обращайся ко мне на «ты» и не произноси мой титул, не хочу афишировать, да и как-то странно будет выглядеть, если я стану тыкать своему господину, а тот – наоборот.

– Хорошо, – кивнул я. – Ты – значит, ты.

– Рэн, – раздался в моей голове голос советника, – Кинэлле все объяснил, она восприняла новости не очень позитивно. Мне показалось, она сожалеет, что я вас вчера усыпил.

– Понятно, – ответил я, задумавшись над такими словами советника, а потом поблагодарил его: – Спасибо.

Значит, Кин сожалеет, что нам не удалось разделить постель… Н-да, дела… Эх, если бы мы не поженились – рванул бы прямо к ней. Воспоминания о вчерашнем вечере всплыли с новой силой, а ведь у меня с женским полом давным-давно ничего не было. Мне вспомнился строй девиц, которых привел устраивать ко мне староста, – сейчас бы я, наверное, не выдержал…

– Э-э-э, Рэн, тут такое дело, – смущенно проговорил граф, оторвав меня от раздумий, – завтра к тебе в поместье отправляюсь, вот и решил напоследок оторваться, тряхнув стариной. Ты как, не против?

– Ты о чем? – удивился я.

– Ну там, в поместье, такие иллюзии были, а жены у меня, как ты знаешь, нет… – Портрис смешался.

– Так ты к девицам собрался! – хлопнул себя по лбу. Конечно, вон как приоделся, а я и не догадался сразу! Хотя девицам не столь важно, что одето на посетителе, главное, чтобы звенело в кармане.

– Не совсем, – хмыкнул тот. – Не люблю ходить по всяким увеселительным заведениям, мне удобнее дома…

– Тут?! Но кто же к тебе сам-то придет?!

– Эх, молодость, молодость, многое вы не понимаете и не знаете, – покачал тот головой. – Вот скажи, какая разница, где предаваться любовным утехам – в специально отведенном для этих целей доме, где в соседних комнатах творится такое же непотребство, или у себя дома?

– Но…

– Это если у тебя есть жена, любовница и тому подобное! – перебил он меня, не дав и слова сказать. – А с хозяйкой всегда можно договориться, и к тебе девицы на дом придут. Это же удобнее!

Хм, о таком как-то никогда не задумывался, ведь не принято так поступать, тем более что там все обустроено, трактир опять же есть.

– Как ты понял, слуг в доме нет, комнат много, девиц должно прибыть пять, гхм… на выбор, так сказать. Мне больше трех не потянуть – если хочешь, то можешь к моему банкету присоединиться.

Вот уж какого-какого, а такого предложения я никак не ожидал. Так и застыл в кресле, а через минуту комната наполнилась веселыми голосами подоспевших девиц. Они принесли с собой пару корзин с едой и выпивкой, гулянье намечалось отменное. И… отказать Портрису, глядя на веселившихся девиц, не смог. В душе еще пытался оправдываться, что чуть-чуть посижу и пойду… выпью еще бокал вина… посмотрю последний танец… То ли из-за вчерашнего, то ли из-за весны или длительного воздержания, но в постели я оказался с двумя брюнетками, блондинок заграбастал Портрис. Ночью глаз мне сомкнуть не удалось, взял реванш за все время воздержания. Утром, анализируя происшедшее ночью, укрепился в подозрении, что без Креуна тут обойтись никак не могло. Неоткуда стольким силам взяться, – конечно, и девицы поили меня принесенным с собой вином, в которое могли примешать какие-нибудь травки, но… хотелось верить, что я сам – герой! Советника спрашивать ни о чем не стал. Даже если это и он устроил, то я не в обиде… К Кин влечение поубавилось, уже трезво воспринималось наше недавнее «помешательство», чуть не доведшее до… обязательств. Да, вот одна из причин, почему не хочу форсировать с ней отношения. Девушка мне сильно нравится, она даже является моей женой перед королем и… хм, богиней, хотя последняя посчитает наш брак состоявшимся только после брачной ночи. А той и не было! И так взвалил на себя много обязательств, а если еще Кин и в жены взять… Вот только не пара я ей, слишком статусы разные. Мне не нужны балы и всякие празднества, ей вроде тоже, но рты затыкать всяким графам да князьям не смогу. Сейчас-то вроде ей муж, но на деле не пойми кто. Да и не задеть никакими словами ни меня, ни ее. Кто я такой – купивший титул, и никак иначе; со мной же никто не считается! Будет Кин со мной спокойно и хорошо, какое-то время да, а потом… Пока не наберу силу, как в магическом качестве, так и в финансовом, ни о каких тесных контактах с графиней и речи быть не может. Не могу взвалить это бремя на себя: если что со мной случится, то каково ей будет? А так – может, поплачет чуток, и то ладно. Если вдруг сильно к ней потянет, то остудить себя необходимо, как вчера, например. В случае чего можно всегда найти утеху на стороне, вон к тому же Маркену обратиться… Нет, к нему не надо – не хочу, чтобы все знали. Как-то настроение стало стремительно портиться, расслабленность и удовольствие от жизни – меркнуть, а вина перед Кин – расти. Куда ни кинь, а получается, что ей изменил, да еще и в двойном размере… Н-да, как-то неправильно все вышло.

– Рэн, у тебя все в порядке? – озабоченно спросил Портрис, встретив меня в коридоре и внимательно вглядываясь в лицо.

– Нормально, – пожал плечами.

– Ага, понятно! – Он взял меня под руку и провел в кабинет. – Садись, – он кивнул на кресло, а сам заходил взад и вперед.

– Сегодня отправимся в поместье, – сказал я, а сам задумался о том, как объяснить свое отсутствие ночью. Конечно, можно и ничего не говорить, но ведь отсутствовал почти сутки… Мой советник графине ничего не говорил о моем времяпрепровождении, а вот мне придется…

– Твои чувства мне понятны: вчера тебе пришлось снять напряжение, а сейчас ты раскаиваешься. Но мне кажется, что для ваших отношений это лучший выход. Зная все, уверенно могу сказать – тебе, как минимум, надо встать на ноги. Сейчас графиня в более выгодном положении; чтобы не стать от нее зависимым в прямом и переносном смысле, надо утвердиться в королевстве, понять, что ты хочешь и можешь. Иногда жизнь заставляет нас совершать те или иные поступки, которые впоследствии выглядят неоднозначно. Самое важное – ты сам должен в них разобраться и понять. – Портрис взял паузу, которой я воспользовался:

– Но как мне поступить?

– В каком смысле? – озадачился тот, а потом серьезно сказал: – Всю ночь мы занимались тем, что позволит нам в будущем решать определенные проблемы и задачи! – Он усмехнулся. – В моих словах ты не найдешь ни капли лукавства – все истина! Ведь и для меня время от времени необходима разрядка, а в твоем поместье… придется выбираться в город, а будет это не часто. Кстати, после вашего с Анлусой лечения – ощущения, как у молодого! И если бы не то ранение при осаде города, то, возможно, я бы уже обзавелся постоянной подругой.

Интересно, а как бы на это отреагировал Генер? Хм, представил, как Портрис знакомит бывшего главу ночной гильдии с дамой и говорит, что она теперь его суженая… Правда, в такой ситуации ничего необычного нет, да и выглядит граф далеко не так, как при нашей первой встрече. Тогда-то он казался стариком, в котором еле теплилась жизнь, а теперь поднабрал вес, многие морщины расправились, в глазах огонь – пожилой, но полный силы мужчина, не иначе! Да еще и девиц себе взял больше моего!

– А почему передумал? – спросил я.

– Не хочу на закате жизни попасть в зависимость, – серьезно ответил тот. – Сына воспитал, жизнь прожил достойную, чего-то добился, но и должен кое-кому остался. Долги заплатить не в состоянии, правда, но постараюсь. – Он хищно прищурился. – Зная твои проблемы, при случае постараюсь тебе помочь, но и ты пообещай, что не оставишь без внимания мою просьбу в случае чего.

Так, а вот это уже интересно… Внимательно всмотрелся в лицо бывшего «волка»: он темнит и явно что-то важное для меня знает; ладно – об этом как-нибудь потом поговорим.

– Обещать ничего не буду, тем более не зная, о чем речь, – твердо ответил я.

– И это правильно! – улыбнулся Портрис.

Черт, он что – меня опять проверял?!

– Ладно, вернемся к твоей маленькой проблеме, – он махнул рукой, и наконец сел в кресло. – По сути, проблемы никакой и нет. Всем известно, для чего устроены дома терпимости, их даже не осуждают в обществе. Бывает, что жены не могут исполнить свой долг перед мужем по той или иной причине, и те ищут удовлетворения на стороне. Это жизнь, какой бы неприятной она ни казалась. Многие, как ты или я, могут долго терпеть, но итог будет один – мы потащим кого-нибудь в храм или заведем любовницу, а это намного хуже, чем купить снятие стресса. По сути, мы совершили сделку, вот только говорить об этом своим дамам не принято.

– Выходит?.. – поднял на него глаза.

– Ты всю ночь расспрашивал меня о моей бывшей работе, о том, как принято жить в Куласе, каковы там правила и законы. Также мы обсуждали свадьбу моего сына и твоей сестры, готовились к поездке в твое поместье… Короче – были заняты! И поверь, о нашем ночном развлечении никто не узнает.

Что ж, граф меня успокоил: хотя это всем и так известно, но в устах авторитетного человека звучит убедительно.

Следующие два часа мы с ним собирались в дорогу. Оказалось, у графа давно все готово, осталось загрузить карету, которую он одолжил у Генера, да и можно отправляться. Н-да, чемоданов и стопок с книгами набралось много – помогая кучеру привязывать и размещать поклажу, я даже взмок. Портрис от нас не отставал, вернее, время от времени хлопал себя по лбу и объявлял, что забыл очень важную вещь, после чего бежал в дом и возвращался с очередным свертком, мешком, корзиной или саквояжем. К моей лавке, которой так и не нашлось применения, мы прибыли к обеду. Оказалось, что пройдоха Креун предупредил Кин о наших сборах и скором отъезде. Девушка и Гунер уже собрались в путь, и задержались мы только, чтобы отправить к хозяйке радостного Мява. Пес полностью переиграл моего коня, даже напоследок умудрился лизнуть того в нос и с радостным лаем спрятался за хохочущую графиню. Ворон и отвлекся-то на секундочку, чтобы выразить мне свое недовольство тем, что пес не поддается на его провокации. Тут-то комок шерсти, подкравшись, взвился свечкой и лизнул его, когда конь склонил морду к моему лицу. Отослав одного из телохранителей графини с Мявом к Анлусе, мы обсудили дорогу, которая могла затянуться из-за груженой кареты. Одна надежда, что дорога не популярна и не разбита, так что застрять мы на ней не должны.

Кинэлла выбрала момент и отвела меня в сторону.

– Рэн, Креун мне все рассказал, не переживай: все понимаю и тоже не хочу плясать ни под ничью дудку, пусть даже и указания богини.

Естественно, я с ее словами согласился, но вот голос и аура ее выдали – девушка не верила собственным словам. Интересно, а мою ауру, когда ее поддержал, она прочла? Защита у нас теперь какая-никакая есть, браслет, предназначенный ей, передан, пользоваться она им умеет, а вот ауру нам никак не скрыть. Необходимо как-то научиться сдерживать свои чувства, а лучше – скрывать ауру от окружающих. Меня так увлекла эта идея, что я немедленно связался с советником и принялся обсуждать этот вопрос. Дорога теперь не покажется такой скучной и нервной, занятие себе нашел, и с магической силой поэкспериментирую, да и лишний раз по такому щекотливому вопросу с Кин общаться не буду. Магическим заклинанием спрятать ауру получилось лишь к вечеру, и то ненадолго. Креун не знал такого способа, и пришлось мне заняться изобретательством. Как только в голову приходила та или иная идея, связывался с советником и выслушивал кучу обоснований, почему это невозможно и опасно. Тем не менее парочку экспериментов провел – насылал на ауру магический ветер, но кроме упавшей в грязь шляпки Кинэллы – ничего. Подпалил себе брови огненным шаром; хотел спрятать ауру за заклинанием, не активируя руну огня, – неактивная руна ничего не дала, и попытался чуть напитать ее энергией. Хорошо еще, что крохотную долю энергии взял, да глаза в этот момент держал закрытыми. Удача улыбнулась мне после дождя и грома, который в данное время года огромная редкость – рано слишком.

– Рэн, посмотри, какая красота! – воскликнула тогда графиня.

– Какая? – вяло отреагировал я, обдумывая как скрестить ауру и заклинание холода. В тот момент мне казалось, что ничего не выйдет из моей затеи, если не отыщется магический артефакт для сокрытия аур.

– Радуга! – ответила Кин, рассматривая что-то над лесом.

Взглянув на природное явление и рассматривая лучи радуги, радостно рассмеялся – все же просто! Надо изобразить на ауре какой-нибудь рисунок, и тогда никто не поймет истинных моих чувств. Ага, вот рисовать-то с помощью магии не умею и никогда о таком не слышал. Но ведь если возможно создать из ничего огонь, да и другие заклинания, то уж изменить цвет-то…

– Что-то слышал о смешивании рун, можно раскрасить любой объект, наверное, и ауру… – задумчиво проговорил советник после моего сбивчивого объяснения. – Только, Рэн, если и удастся твоя затея, то цвет изменится не навсегда.

– Какие руны и как смешивать? – спросил я, понимая, что занятие становится все более интересным.

– Руну дня, ночи, холода и ветра. Вызываешь их вместе, насыщаешь и смешиваешь, после чего…

– Как смешивать-то?

– Э-э-э, – замялся советник, – может, разрушить одновременно? – предположил он.

Креун не знает – придется импровизировать. На этот раз не стал рисковать своими друзьями и, сказав им, что мне надо задержаться, остался на месте. Отпустив на пару сотен метров свой отрядик, спешился и взялся за дело. Первым делом вызвал руну ветра, уж он-то мне неприятностей много не доставит. Напитав руну магией, задумался; как ее разрушить? Деактивировать? Хм, но ведь она не активна! А как, собственно, я вызываю руны? Ведь сам же их и рисую в собственном воображении! Представил, что руна стала менять свои формы, превращаясь в черточки, – получилось! Пошел дальше, и из черточек получил порошок; не откладывая дело, вызвал руну огня и проделал такую же операцию с ней, а потом и с другими нужными рунами. У меня перед глазами витало четыре кучки, причем каждая имела свой цвет! Перемешав порошки, призадумался: советник-то не договорил, что дальше делать, а вызывать его снова – боюсь, не смогу удержать полученный результат. Каждая операция с последующей руной давалась с огромным трудом, предыдущую нельзя выкидывать из поля зрения – мигом исчезнет! На мне промокла от пота рубаха, настолько высоко напряжение, а на выходе-то должно получиться всего ничего – краска! И все же решился испытание провести самостоятельно. Напитал полученный порошок магией, ее ушло немного, и активировал. Хм, разноцветный клубок. Послал в него свое желание видеть фиолетовый цвет и швырнул в одиноко стоящее дерево, у которого остановился. Хорошо, что стоял в десяти метрах! Клубок врезался в ствол с громким шлепком лопнул, а во все стороны брызнул фиолетовый цвет. Дерево мгновенно в него окрасилось, даже прошлогодняя и пробивающаяся свежая трава цвет изменила. Но и на этом еще не все. Ворон, стоящий ближе меня к дереву, получив в свой бок брызнувшие фиолетовые капли, укоризненно заржал и шарахнулся за мою спину, недоуменно тряся головой и каркая. Хм, слишком много краски, решил я, осматривая сотворенное чудо. А вот отряд-то обратно спешит, это меня совершенно не порадовало. Дерево высокое, его цвет издалека виден – и как теперь объясняться? Присел на валун и, задумчиво переводя взгляд с дерева на приближающихся галопом лошадей, стал сочинять, как все произошло, но времени мало, так ничего и не придумал.

– Рэн! – спрыгивая с лошади, ко мне бросилась Кин, ее аура полыхала тревогой и болью. – Ты не ранен?! – Девушка осторожно дотронулась до моего плеча. Хм, а краска уже засохла, отметил про себя, руки графини не испачкались в том пятне, которое красовалось на моей сорочке.

– Со мной все в порядке, – успокоил графиню и махнул на дерево, – перестарался малость.

– Угу, – в унисон сказали Портрис и Гунер, обходя фиолетовый пейзаж.

– Долго простоит? – поинтересовался Портрис.

– Как ты это сотворил? – крутя в руках сорванный фиолетовый одуванчик, спросил Гунер.

– Это хоть отмывается? – дотронулась до моей щеки графиня.

– На Вороне проверим, – мотнул головой в сторону коня, который, выгнув шею, рассматривал свой бок.

Конь встрепенулся и испуганно заржал, показывая, что мои планы он не разделяет.

– В ближайшей речушке искупаю тебя, магию применять не буду, – успокоил я четвероногого друга.

– У тебя с собой какой-то артефакт? – сказал Гунер, осматриваясь по сторонам, но ничего, кроме меча и сброшенного камзола, не увидел.

– Долго объяснять, – помотал я головой. – Думаю, что дерево и трава вскоре примут свой естественный цвет, смотреть тут особо нечего – поехали.

– Ага, нечего! – усмехнулась Кин. – Ворона покрасил, сам весь в крапинку, а с деревом вообще не пойми что сотворил!

– А хочешь, и тебя покрашу? – хитро улыбнувшись, спросил я.

Глаза Кин блестели, аура спокойна, обиды и зла на меня не держит! Честно говоря, от сердца отлегло, но, бросив взгляд на задумчиво ходившего рядом Портриса, помрачнел. Он-то знает – с чем, а вернее, с кем я разговоры разговаривал минувшей ночью. Как можно быстрее из своего поместья вместе с девушкой придется удирать, а то он еще проговорится невзначай. Старый сыскарь себе такого позволить не сможет, это понятно, если не будет преследовать определенные цели, а отец Генера – ох как не прост… До сих пор не понял, зачем он в учителя крестьянам подался; в отговорку, что он не хочет мешать молодым, после последних событий верилось с большим трудом. Есть у него какая-то цель…

– А покрась! – неожиданно для меня поддержала Кин мою шутку. – Вот тут, – графиня расстегнула камзол и указала место на шелковой рубашке, обведя пальцем круг на своей груди, – нарисуй Ворона! – она кивнула на коня.

Упс, а ведь сбросить напряжение не удалось… Мой взгляд прилип к тонкому шелку, из-под которого просвечивалось кружевное белье. Черт! Ну что за мысли? Самое интересное, ничего предосудительного в действиях девушки не наблюдалось. Она недавно и вовсе без камзола в одной рубашке ехала. Правда, ехала она впереди, но… Непроизвольно сглотнул слюну: вот тянет меня к ней! Так и хочется схватить, и…

– Попробую, с силами соберусь, – отвернувшись, ответил, а сам вызвал Креуна.

– Что опять случилось? – удивился советник.

– Заклинание, или что там натворила богиня любви в моей голове, осталось?

– С чего ты так решил? – после минутной паузы, показавшейся мне вечностью, ответил советник.

– Графиня меня к себе притягивать стала словно магнит, до вчерашнего дня она мне просто нравилась, а теперь…

– Угу, до вчерашнего дня ты был весь в делах и лишал себя плотских утех, а вкусив их, ты и на ближайших женщин стал так смотреть, – ответил мне Креун, а потом добавил: – На первый взгляд в твоей и голове Кин никаких заклинаний нет. Твердо скажу, если сам побываю и осмотрюсь в твоих мыслях.

– Осматриваться в мыслях не стоит, – задумчиво ответил я. – Придумай другой способ.

– Тогда как обычно – кровь, капнешь в круге управления, и через мгновение ответ дам, есть какая-то примесь магии или нет.

В какой-то степени со словами советника вынужден согласиться – с женским полом общался давно, а события ночи напомнили о прекрасном. Но Кин… ее мне хочется не только затащить в постель, но и защищать. Так, необходимо отвлечься, а мысли лезут… Вот, она просила нарисовать ей Ворона, что ж, попробую. Наш отряд вновь начал движение в сторону поместья, но ауры сопровождающих изменились. У тройки телохранителей появились тревожные и опасливые нотки, у Ивлуса, который прибыл с Гунером, – гордость и облегчение, а вот князь и граф впали в задумчивость. Кин спокойна и довольна, один кучер кареты никаких эмоций не проявляет, мне вообще кажется, что он всю дорогу спит и ничего вокруг себя не видит. Верхом особо не поговоришь, тем более что ушей предостаточно. На свою тягу к графине решил не обращать внимания, надо еще убедиться в отсутствии постороннего влияния. Хотя вспоминая свое знакомство, да и дальнейшие отношения, кроме нее мне и смотреть-то ни на кого не хотелось. Размолвки и обиды между нами случались, но не такие уж и страшные. Иногда злился на Кин, временами ревновал к неизвестным высокородным, как в случае с соседским графом, но мысли-то так вокруг графини и вертелись. Тьфу ты! Хотел же не думать о наших отношениях…

Так, займемся красками. Да, а энергии-то из собственного источника ушло немало, четверть точно израсходовал. Стоит ли показывать свои умения такому количеству народа? Прикинул все за и против и решил, что стоит. Сперва надо поэкспериментировать; вопрос, на ком? Князь, граф, как, собственно, и графиня с телохранителями – отпадают, над старым воином шутить не хочется. Возница? Он в карете, и толку-то, своих трудов не увижу. Кто остался? А остался Ворон и, собственно, я сам. А что, коню можно на шее что-нибудь и нарисовать. Ворон учуял, о чем размышляю, и жалобно заржал, мол, хозяин, прошу – не надо. Потрепав того по шее, пообещал ничего ему не делать, но потом вспомнил лошадку Вукоса и, мысленно обращаясь к Ворону, представил ту на его шее. Рыжее на черном не очень-то будет в глаза бросаться, так что если что и не так выйдет… Краски изготовил быстро, а вот дальше задумался. Как ими рисовать-то? Не окажемся ли мы с Вороном оба окрашенными в рыжий цвет? То-то позору не оберешься! Тем не менее рискнул – представил кобылицу короля, приметил место на шее Ворона и мысленно отдал краскам приказ. Хм, от клубка отделилась маленькая капля и возникла кляксой на шее коня. Ворон вздрогнул и оглянулся на меня: то, что у него на шее, он видеть не в состоянии. А клякса стала принимать очертания кобылицы, но она не осталась статичной: гордо вскинув морду, передвигает ногами и машет хвостом. Именно такой она мне и запомнилась. Но ведь приказ-то я не такой отдавал… Или подсознание сыграло шутку?

– Рэн, о чем задумался-то? – прозвучал голос Кин.

– Да так, над просьбой твоей думаю, – встрепенулся я.

– Ну и как, – лукаво усмехнулась графиня, – успешно?

Мое магическое заклинание из красок висело в глубине сознания, но контролировать его очень сложно. В любой момент может рассыпаться, и тогда из моего источника заново черпать энергию придется. Не откладывая дело, сконцентрировался, представил букет из семи роз и отдал приказ краскам. Сам же в это время непроизвольно похлопал коня по шее, на которой гарцевала картинка.

– Какая прелесть! – воскликнула Кин, увидев кобылицу. – Ты меня научишь такие же картинки делать?

К нашему разговору прислушались все присутствующие, причем каждый старался сделать вид, что его это совершенно не интересует. Вот только аура говорит об обратном. Хм, а ведь их интерес может мне принести и дивиденды. Уж кто-нибудь из них наверняка расскажет об увиденном королю – может, за исключением Ивлуса и Портриса. Последний преследует какие-то свои, пока не понятные мне цели, Ивлус предан Кинэлле, в этом-то я совершенно уверен. А вот князь с телохранителями…

– Я использую магические потоки, с ними сложно работать, – уклончиво ответил на вопрос девушки.

– Никогда о таком не слышала! – не сводя глаз с шеи Ворона, ответила та.

– Ты еще не видела, что Рэн сотворил с твоей рубашкой! – усмехнулся Портрис.

Кин мгновенно переключилась на свою одежду. Она так водила пальцами по рисунку, что… я зажмурился и, выкинув дурные мысли из головы, немедленно занялся маскировкой собственной ауры. Зная теперь весь механизм, мне не составило труда изменить рисунок полыхающей страсти, вернее, наложить на ауру стандартно скучающий слепок с ауры возницы. Сколько продержится маскировка – неизвестно, но хоть временно буду спокоен. Но не тут-то было…

– Рэн, – обратился ко мне князь, – можно тебя на пару слов?

Мы остались с ним и пропустили отряд на десяток метров вперед.

– Что-то случилось? – спросил я Гунера.

– Ты что-то сделал со своей аурой? – Мой собеседник выглядел встревоженным. – Зачем? Но главное – как?!

Упс, выходит, князь наблюдал за моей аурой и видел все, в том числе и то, как она менялась при моем общении с Кин.

– Не изменял я ее, – медленно ответил, – просто рисунок наложил. Не хочу, чтобы ее Кин видела.

– Это я понял, но как?! Как ты это сделал?! Что вообще происходит?! Окрасить в странный цвет дерево и траву, – он принялся загибать пальцы, – нанести рисунок на собственного коня, да еще изменяющийся! Сотворить на расстоянии букет цветов! А потом еще и ауру замаскировать! О таком ничего подобного не слышал, даже сделанном с помощью артефактов! Можно с помощью артефактов скрывать ауру, но у тебя-то их нет, а уж рисовать… – Гунер возбужденно взмахнул рукой.

– Совершенствую магические потоки и подчиняю их себе. Пока получается все с трудом, но кое-что выходит, – не раскрывая истину, ответил я.

– Но как?! Это же настоящий прорыв! С такими знаниями открываются огромные перспективы!

А вот и самый опасный момент. Необходимо убедить Гунера, что пока это могу только я, никто не сможет повторить, а то шансы на благополучную встречу с королем понизятся ниже нуля. Ведь такую откровенную демонстрацию своих умений я затеял не ради хвастовства. После окрашивания дерева понял, что Вукосу об этом факте станет известно во всех подробностях, а это однозначно повлияет на результат разговора. Решив укрепить свои позиции, демонстративно и рисунок на рубашку Кин наложил.

– Пытаюсь изучать забытую магию. Информации слишком мало, часто происходят накладки, как в случае с деревом, его-то никак не планировал все окрашивать. Веришь? – До этого времени говорил, не глядя на князя, но с последние слова сказал ему в глаза.

Гунер не отвел взгляда, с минуту мы смотрели друг на друга, потом он кивнул каким-то своим мыслям.

– Магия истинных! Выходит, ты напал на след, как ее отыскать и возродить, – он не спрашивал, лишь озвучивал свои выводы. – Амулет, который был на тебе, когда мы впервые встретились, сыграл свою роль – из той борьбы ты вышел победителем и здорово изменился… Поместье когда-то принадлежало истинным… Сложнейший амулет, созданный тобой и подаренный Кин… Бой в лесу… Выходит. – Он замолчал, а потом воскликнул: – Рэн, ты уже не в начале пути! Ты маг, истинный маг!

– Нет, – не отводя от него взгляда, ответил я. – Нет, не маг, только учусь. Учусь на собственных ошибках, набивая себе шишки. Но, как ты понимаешь, свои умения передавать кому-либо не собираюсь!

– Это понятно, – махнул он рукой, – и это не главное. Главное – есть возможность возродить магию! Магию с большой буквы! Ведь это… – Он задохнулся от возбуждения, так и не закончил фразы, помолчал, а потом протянул руку и сказал: – Рэн, с этого мгновения я полностью на твоей стороне. Сделаю все, что в моих силах, чтобы ты смог изучить эту забытую науку!

Я молча пожал протянутую им руку, заручаясь его поддержкой, поскольку понимал: долг платежом красен – когда-нибудь он попросит научить его этим умениям, ведь он артефактчик и рыскач по сути, как и я, а такие люди за знание пойдут на многое. Вот только учить пока особо нечему – самому бы научиться и не подставляться под собственные заклинания! Ну да ладно, надеюсь, все получится. А поделиться частью своих знаний с союзниками и соратниками совсем не против. Главное, не переступить черту и не отдать все знания и умения, а то окажусь тогда никому не нужным. Только став истинным магом, можно ничего не опасаться, но до этого придется пройти длинный путь, понадобятся и соратники и деньги, без этих составляющих, боюсь, ничего не выйдет…

## Глава 9. События в поместье

Неделя в поместье пролетела незаметно. За это время сделано много, в том числе достроен временный дом для Портриса и очищен от краски Ворон. Коню хотелось оставить кобылицу на шее, но та исчезла сама через три дня, а первые два дня я чистил его бок от фиолетовой краски. Знал бы, что она сама сойдет, походил бы он пару дней в крапинку! Себя-то отчистил быстро: умылся – и все; странное, конечно, рисовальное заклинание вышло. У графини розы так и не пропали, а рисунок на моей ауре продержался всего-то полдня. Абсолютно по-разному изображения себя повели, и никакой логикой это не объяснялось… Дом графу, а ныне учителю, сложили из бревен, а рядом заложили каменный дом, основательный, в котором предполагалось жить учителям или любой моей обслуге. Проверка графини и меня на наличие в нас скрытых влияний богини никаких заклинаний не выявила. Кин я прямо ничего не сказал, объяснил необходимость пускания крови в круг управления для закрепления связи с Креуном. Мне почудилось, что девушка не поверила, но вида не показала. Осмотрел и прошел устроенный советником тайный путь на случай бегства. Портрис, обустроившись, приступил к обучению моих подданных, я в его учебу не углублялся: староста доволен – и ладно, а если что, то Креун сообщит. Гунер все никак не мог понять, как за столько веков мог сохраниться в таком состоянии дом, и почему бывает так, что, войдя в дверь, обратно попасть невозможно, или почему дверь, которую он не в силах открыть, мягко распахивалась передо мной или графиней? Хоть и выговаривал советнику, но убедить того не подшучивать над князем не смог. Конечно, сил у Креуна предостаточно, вот он их таким образом и тратит. Нет чтобы взять под контроль замок Кинэллы – тут он сразу на нехватку энергии жалуется! Вроде все неплохо, но скорая встреча с королем и наличие финансовых проблем заставляли поломать голову. Первое подспудно оказывало влияние на мои отношения с Кин. Как пройдет встреча? Останусь тут или пущусь в бега? За графиню не сильно волновался, ее Гунер не даст в обиду. Да и ни в чем она перед Вукосом не провинилась, а то, что наш брак еще никак не утвержден – ей в плюс. А вот деньги… Они таяли прямо на глазах, от былого благополучия осталось чуть более трехсот золотых, и как пополнить дыру в бюджете – на ум не приходило. Креун советовал отправиться в лекарское поселение и поискать там, но чутье рыскача подсказывало мне, что путного там не найти. Нет, те вещи, которые остались от моего первого посещения, стоят немалых денег, вот только слишком они массивны, чтобы их безболезненно вынести, да еще и продать с выгодой. Одному нечего и думать, а нанимать помощников – деньги нужны. Моих-то хватит, но приработок незначительный выйдет. А вот о своих дальнейших планах стоило подумать отдельно. Чего я, собственно, хочу? С этим вопросом к самому себе обращался не первый день, но сформулировать ответ не мог. Раньше намного все понятнее было. Хотел тихо и спокойно работать; ну, может, рыскать по поселениям истинных и искать артефакты. Накопил бы денег, открыл лавку артефактчика и жил бы, как мой первый учитель Брон. Да, учитель, наставник… его смерть так и осталась неотомщенной, некому толком мстить. Жена его, которая ниоткуда свалилась на мою голову и сподвигла на начало приключений, исчезла в неизвестном направлении, бросив лавку. Эту информацию мне Генер предоставил, я просил его разузнать, что же там произошло на самом деле. Но опять-таки, к смерти учителя она, может, и имела какое-то отношение, но его убили, как и многих моих собратьев, из-за вторжения захватчиков. Искать неизвестно где, да и толком непонятно – зачем, мифическую леди (а думается мне, что женой Борна она все же не являлась) бессмысленно. В этом направлении мне может помочь только счастливый случай. Раздраженно откинул лист бумаги, на котором пытался ответить себе на вопрос, чего же хочу в дальнейшем, – пустота какая-то! Нет, магом-то решил стать, это очевидно, но дальше… да и то, если…

– Рэн, ну чего ты себя мучаешь-то? – осторожно спросил Креун. – Жена твоя и вовсе извелась – уж поверь мне, ауры я читаю лучше тебя. Вы идеально подходите друг другу: мне тут пришло на ум, что богиня права в отношении вас, а я, болван, лишь помешал!

– Креун, а не рано ли? Вукос еще не озвучил решения в отношении меня. А противостоять королю…

– Нас голыми руками не взять! – гордо ответил советник. – Неизвестно еще, кто кого!

– Против десятка артефактчиков с амулетами и артефактами истинных нам не устоять. Даже посох не поможет! И тебе это хорошо известно! – отмахнулся я. – Мы же с тобой план одобрили: в случае чего – ноги в руки и бежать! Ты переберешься в замок Кин, а я, как только найду подходящее место, возведу стену, и ты туда перейдешь.

– Это так, – согласился он со мной. – Но, собственно, не об этом хотел с тобой поговорить.

– А о чем?

– У Кинэллы неплохие магические задатки – не хочешь ли обучить ее основам?

Что подразумевал советник, объяснять без надобности – сам несколько раз задумывался о том, чтобы подыскать себе напарника. А Кин… она идеальный вариант, если только со мной останется. Но сильно-то не рискую – сам знаю лишь малюсенькую часть, а ей эти знания пригодятся в любом случае. Советнику ничего не ответил, всему свое время. Нашел девушку и предложил ей прогуляться; по тому, как у нее вспыхнули глаза и полыхнула аура, догадался – она чего-то от меня ждет. Разговаривая о всякой ерунде, довел ее до магической стены – копии той, что возвел в ее замке.

– Ты хотел мне показать жилище Креуна? – В голосе Кин мелькнуло разочарование.

– Не только, – отрицательно мотнул головой. – Как ты знаешь, я не просто оперирую магическими потоками, а использую и кое-какие заклинания истинных…

– Знать не знаю, ты не говорил, но догадаться несложно. Любой, кто с тобой пообщается, начнет это подозревать. Портрис окольными путями пытался выведать, Гунер и вовсе прямо спросил, что мне известно, телохранители жарко спорят о твоих возможностях, – серьезно ответила та. – Или ты думал, что никто ничего не видит?

Н-да, вроде ничего особенного и не делал, но без артефактов это сделать никому не под силу, вот и остается только одно предположение, что овладел знанием истинных. А на самом же деле до знаний мне… ох как далеко, ведь я только в начале пути, и что будет за поворотом?..

– Честно – не очень задумывался, а напрямую со мной никто не говорил, – ответил девушке и погладил стену.

– А ты дал бы честный ответ? – удивилась она.

– Тебе?.. – повернулся к ней и погрузился в сияние глаз. – Тебе – рассказал бы.

– Рэн… – голос Кин дрогнул, – ты…

Не знаю, как и кто из нас сделал шаг навстречу друг другу, но через миг мои губы искали ее уста, а потом мы стали самозабвенно целоваться. Оторвавшись от сладких губ своей жены, заглянул ей в глаза. Девушка прерывисто дышала и дрожала, как листок на ветру; в глазах слезы, на щеках румянец.

– Кин, – тихо сказал ей, – что с тобой?

Девушка прижалась ко мне и, уткнувшись в мою грудь, прошептала:

– Боялась, что ты никогда не сделаешь этот шаг…

– Хотел после визита Вукоса, – честно признался я, гладя ее по волосам, – слишком непонятно, с какими новостями он едет.

– Если бы были плохие, то прислал вместо себя армию, – ответила та.

– Так может, он с ней и едет, или после его визита мне придется в бега удариться. Вот и не хотел, чтобы ты пострадала.

Девушка вскинула голову и посмотрела мне в глаза.

– Рэн, обещай, что не бросишь меня, что бы ни произошло.

– Клянусь, – тихо шепнул ей в ухо, – и сделаю все, чтобы ты была счастлива.

– Так значит?.. – спросила она, почему-то с улыбкой и капающими слезами из глаз.

– Что значит? – переспросил я.

– Дурачок! – Она запустила руку в мои волосы, взлахматила их, а потом схватила за руку. – Пойдем!

Кин торопилась в дом, таща меня как на буксире. Честно говоря, в голове стучали радостные молоточки и билась только одна мысль – она меня любит! О том, что я хотел с ней поговорить о магии, и думать забыл. Графиня тем временем развила огромную скорость, она не остановилась на удивленный возглас Гунера, протащила меня между отпрянувшими телохранителями, которые за секунду до того о чем-то оживленно беседовали. Взлетела на второй этаж и в своей комнате громко произнесла, обращаясь к советнику:

– Креун, сделай так, чтобы нам никто не мешал! Никого не пускай и сам не подглядывай!

– Понял! Сделаю, не беспокойтесь! – раздался в моей голове его довольный голос. Кинэлле он это тоже сказал, потому-то девушка прошептала «спасибо» под грохот захлопнувшейся двери.

Камзол она сняла с себя сама, а вот потом застеснялась, залившись краской. У меня все мысли из головы вылетели, и оставшуюся одежду через миг с нее я сорвал. А потом… потом мы стали самыми счастливыми людьми на свете. Усталые и умиротворенные, лежали в постели и молчали, осознавая произошедшее. Поглаживая девушку по волосам, любуюсь ее фигурой; теперь точно знаю – никогда ее не отпущу от себя, никому не позволю обидеть. Вот тут-то мы вдвоем и вздрогнули – голос прозвучал хотя и тихо, но совершенно неожиданно:

– Наконец-то, – говорившая была не кто иная, как богиня любви, ее присутствие не ощущалось, только голос, – объявляю вас мужем и женой.

– Твои происки? – почему-то довольная и с улыбкой на устах спросила графиня.

– Нет, это полностью заслуга вас двоих! – В голосе богини послышался смешок. – Вы все мои атаки отбили, а от притяжения двух половинок не устояли! Вы же две половинки одного целого, это видно невооруженным глазом, и не только богам! Живите счастливо! Вам же еще предстоит многое сделать на благо людей!

– Что нам предстоит? – забеспокоился я.

Ну не нравятся мне такие фразы! Ладно бы живите в мире и согласии, добра наживайте и ни о чем не беспокойтесь! Но богиня не удостоила меня ответом, в комнате воцарилась тишина.

– Рэн, мне это совсем не нравится, – передернула плечиками Кин и обняла меня.

Нет, успокоить-то ее успокоил, но дневной «отдых» затянулся еще на час, и сил после него не осталось вовсе. Однако кушать хочется. Одевшись, мы собрались перекусить, но в последний момент вспомнил кое-что и остановил девушку, которая схватилась за ручку двери.

– Подожди, надо бы одному другу спесь сбить! – Кин недоуменно посмотрела на меня, а потом рассмеялась – до нее дошел смысл.

Кивнул ей на кресло, сам вальяжно развалился в соседнем и вызвал советника. В доме Креун может практически все, и наше демонстративное поведение его должно пронять.

– Рэн, Кинэлла. – Голос Креуна прозвучал настороженно, догадывается: что-то не так.

– Скажи мне, мой самый важный и могущественный советник… – начал я, а потом взял паузу, – как же такое могло произойти?

– Рэн, все ведь нормально? – осторожно спросил тот. – Кин счастлива, твоя аура так и светится. И что произошло-то? В поместье все спокойно, ну может, обсуждают ваше поведение, но то, как вы друг на друга облизывались – ни для кого секрета не представляло давным-давно! А так – никто и не подумал вас побеспокоить и остановить!

– Да? – я усмехнулся и, разглядывая потолок, чтобы не встретиться с глазами Кин и не расхохотаться, продолжил: – А вот нас проведали, поговорили и ушли, охранный контур спокойно и незаметно пересекла одна особа, а ответственный за безопасность говорит, что все спокойно!

– Кто посетил, где? – опешил Креун. – Кин, скажи, что Рэн пошутил!

– Он не пошутил, – ответила ему графиня.

– Нельзя быть таким самоуверенным! – начал выговаривать я древнему артефакту. – Вот как мимо тебя прошла целая богиня, а ты и ухом не повел? Наверняка есть такие артефакты, против которых все твое могущество бессильно! А ведь недавно ты грозился раскатать любого, кто попытается к нам проникнуть.

– Но ведь, наверное, она с благими целями… – начал было тот.

– Не важно, – перебил его я, – с какими целями она приходила! Важно, что пришла и ушла, а ты и не в курсе!

– Рэн, Кинэлла… – Советник смешался. – Простите…

– Ладно, есть еще одна проблема, – махнул рукой, естественно, и не думая обижаться на Креуна, тем более в такой-то день!

– Какая? – хором спросили меня девушка и советник.

– Король обязательно захочет провести повторный анализ для определения рейтинга… – посмотрел на нахмурившуюся графиню, как-то женой ее называть еще не могу.

– И что же делать? – растерялась та.

– Креун, пока нет его величества, обучи Кин обращаться к источнику – и тогда проблема решится! – приказал я.

– Рэн, может, ты сам научишь? – подняла на меня глаза графиня.

– Боюсь, что он не сможет тебя обучить, – хихикнул Креун. – Ваши ауры, когда вы друг на друга смотрите, выдают совершенно другие желания; учиться вы хотите совершенно другим вещам, не связанным с магией!

– Угу, – подтвердил я, с трудом отводя глаза от Кин и поднимаясь, – пошли перекусим, а потом принимайтесь за обучение.

Через два дня пожалел, что отдал графиню в обучение Креуну. Девушка появляется на людях погруженной в себя, ни на что толком не реагирует, а уж о семейном счастье и вовсе забыла. Эх, а вот я-то помнил! Но все мои романтические намеки остались без ответа. Кин от усталости ни на что не отвечала и мгновенно засыпала мертвым сном. Да еще советник мне выговаривать начал, чтобы не оказывал на нее давления. Хм, ну да ладно, пусть учится, тем более – помню, какой учитель строгий. Пока не отыщет источник, он ей весь мозг выпьет, а потом… От воспоминаний меня передернуло: рунный алфавит – пытка! Хотя сам эту пытку выдержал и сейчас рунами могу оперировать; конечно, это капля в море от тех возможностей, какими обладали истинные маги, но ведь и они с чего-то начинали! Пока в поместье наступило затишье, разбирался с красящим заклинанием. Вроде все понятно, но розы с рубашки графини не вывел даже Креун, когда привычно обновлял хозяйское белье, возвращая его в изначальное состояние. Пытался нанести подобный букет на другую материю – неудача, даже тайком от девушки взял еще одну ее рубашку – рисунок и вовсе одной водой отстирался… Вероятно, при активации заклинания подал какую-то команду или желание, сам того не осознавая. Все же учитывать необходимо многое при работе с магией истинных. За эти дни случилось только одно происшествие – после обеда, когда девушка ушла искать свой источник, встревожился советник:

– Кто-то пытается с кем-то связаться с территории поместья! – раздался у меня в голове его озабоченный голос.

– Ты что, не можешь его высчитать? – удивился я.

– Три варианта, – угрюмо ответил тот. – Портрис, Гунер или Тринт, слишком мало времени имелось для точного определения; послание исходило от кого-то из них, они втроем рядом стояли.

– Сигнал ушел? – поинтересовался я, а сам задумался: кто бы это мог быть?

– Обижаешь, – гордо ответил Креун, – артефакт слабенький использовался, с подконтрольной мне территории и муха не вылетит, если того пожелаю!

– Что за артефакт? – поинтересовался я. – Обычный, для разговора двух артефактчиков на дальних расстояниях?

– Этого сказать не могу, – сокрушенно ответил советник. – Раньше подобных артефактов у каждого мага полно имелось, какие из них до вас дошли – неизвестно.

Про такие артефакты я слышал, но опознать бы их не смог, никогда в руках не держал. Да и в принципе они не слишком кому нужны – их необходимо активировать одновременно и обязательно находясь в магическом потоке, а такое под силу одним лишь артефактчикам.

– А понять, что в том сообщении, можно?

– Принеси артефакт и через минуту узнаешь, что за сообщение хотели отправить! Структуру послания скопировал.

– А если пойти на поиски артефакта? Он должен выделять магию, и отыскать его ты сумеешь, – предложил я и сам же ответил: – Это если вблизи нет других артефактов, да и не знаем мы, как он, собственно, работает.

– Правильно, молодец, сообразил, – согласился с моими словами советник.

Сутки ничто и никто меня не беспокоил, сигналы не уходили, Кин все также занималась, Гунер с расспросами не приставал, телохранители и Ивлус откровенно бездельничали. Все когда-то заканчивается, и события понеслись галопом с самого утра, хотя ничего не предвещало проблем – солнышко мягко светит, графиня наконец-то отыскала свой источник, и вчера вечером… мы наслаждались друг другом. Можно сказать, что я расслабился и решил поваляться в постели дольше обычного. Однако графиня отправилась в круг управления для общения с вреднохарактерным артефактом. А через минуту в дверь постучали.

– Рэн, можно? – услышал голос князя.

– Минуту! – крикнул и со вздохом принялся одеваться. Застегнул рубашку и пригласил Гунера в комнату.

– Король прибудет сегодня или завтра, – глядя в сторону, сообщил он неожиданную новость.

– С чего это ты так решил?

– Пару дней назад мы общались, – ответил тот, продолжая избегать меня взглядом.

– И каким же образом? Вукоса в поместье не было!

– Если помнишь, мы с Портрисом на охоту напросились. – Я кивнул, такое событие имело место быть на следующий день после попытки связи из поместья. С советником мы обсуждали данный вопрос, он следил за передвижениями охотников, но на какое-то время они покинули его зону видимости, вышли с территории. И охотились они все той же тройкой, про Тринта Гунер не стал говорить, возможно, не посчитал важным. – Так вот, с помощью артефакта дальнего разговора связался с Кринтом.

– Понятно, – отчаявшись поймать взгляд князя, подошел к окну. – Вукоса армия сопровождает?

– С чего ты взял?! – удивился князь – он не играл, говорил искренне, аура свидетельствовала однозначно; что ж, хоть тут скрывать ничего не пытается.

– Зачем такие сложности и тайны для связи с королем? – посмотрел на князя.

– Он меня об этом просил, – впервые Гунер посмотрел мне в глаза, твердо и не отводя взгляда. – Время определенное назначали, а с территории поместья мне что-то не позволило связаться с придворным артефактчиком. Потом время подошло на охоте…

– …организованной самим же, к тому же не забыл покинуть территорию поместья, чтобы связаться с королем, – продолжил за него я.

– Рэн, не мог я… прости… Но пойми, Вукос меня попросил, а просьбы короля… сам понимаешь; да и если бы не телохранители, неизвестно еще – выполнил бы его просьбу или нет. Но не вижу никаких проблем от вашей встречи. Ты и так в курсе, что он должен приехать, а в последнем нашем разговоре король передал тебе привет и сказал, когда ждать его с визитом.

– И что же изменилось? – удивился я. – Только не надо говорить, что он пересмотрел свое решение просто так!

– Его поразил случай с деревом, и он озадачился тем, что нет связи с территории поместья, – признался князь.

– Гунер, давай начистоту, – вплотную подошел к князю и посмотрел в глаза, – чем нам с Кинэллой грозит визит короля?!

– Рэн, – он прижал руку к груди, – честное слово – не знаю! Вукос много знает, может миловать за тяжкое преступление и казнить за мелкую провинность, но в целом он справедливый и умный.

Князь ушел, а я задумчиво смотрел в окно: утро уже не казалось мне таким мягким и безоблачным, хотя на небе не наблюдалось ни единого облачка. Приказы и указания розданы, Креун проверяет ловушки и готов к перемещению в замок, в случае, если что-то пойдет не так. Лошади сыты и подготовлены к дальнему переходу. Мои подданные крестьяне готовят еду для гостей и ломают головы над размещением королевской свиты. Хм, вот умора будет посмотреть, как высокоблагородные заночуют в их домах! Короля-то и десяток его ближайших помощников в доме размещу, а вот остальные… нет у меня столько места, самому ютиться придется. На душе тревожно, одна графиня ничего не подозревает и продолжает зубрить руны.

– Едут, – раздался в голове напряженный голос советника.

– Сколько их? – Мои пальцы сжали подоконник.

– Двадцать пять верховых, пеших нет. Артефактов много, все активные, есть боевые, защитные. – Он помолчал. – Рэн, если будет атака, против них нам придется туго: артефакты – высокого уровня, мне все не обезвредить; вернее, заглушить их работу не смогу, только уничтожить владельца, а это будет трудно. – Он помолчал, а потом добавил: – Но, возможно, с половиной-то уж справлюсь!

– Дай боги, чтобы не понадобилось затевать драку. Король пришел с миром, иначе прислал вместо себя пару полков, тогда вовсе без шансов. – Я разжал пальцы и оторвался от подоконника. – Ладно, надо встречать его величество!

Всадники приближались, мы все в сборе ожидали их перед парадным крыльцом. Портрис находился чуть позади меня и хмурился, рядом со мной стояла Кин, но витала где-то в облаках. На лице девушке, как и в ауре, читалась досада, как будто ее оторвали от важного дела и принудили выполнять ненужную и неинтересную работу. Князь и телохранители стояли позади всех. Креун все время меня зачем-то успокаивал:

– Рэн, не переживай, телохранители и князь ничего сделать не смогут, даже если и захотят! Аура короля не читается, но эмоции на лице не кровожадные, скорее – любопытство. Артефактчики чуть ли не светятся от энергии и артефактов…

– Слушай, а как ты определил, что у Вукоса на лице? – перебил я советника вопросом. – Ты же не можешь видеть нашим зрением!

– У меня свое ничуть не хуже, а если разобраться, то и лучше! – ответил он и опять принялся за рассуждения о том, кого следует выводить из строя в первую очередь…

Его комментарии раздражали, а самое главное – мы оба понимали, что разговоры бесполезны. Нет у нас сил выстоять при нападении. Вереница всадников приблизилась, я рассмотрел насупленного генерала. Как же его зовут-то? А, герцог Гонвор! А вот и капитан Зарг – осматривается по сторонам в поисках врага, который готовит покушение на его величество. Можно уже разглядеть и лицо короля, но по нему так ничего и не понятно. Кринт – придворный артефактчик – встретился со мной взглядом и подмигнул. Ух, уже легче: придворный артефактчик не скрывал своего превосходного настроения. Я чуть расслабился, пот перестал стекать между лопаток. Неожиданно между нами и королевской свитой прошествовал Ворон, который покосился вначале на меня, затем – на кобылицу короля, призывно заржал и рванул в сторону конюшни. Лошадка Вукоса встала как вкопанная, проводила взглядом моего коня и, всхрапнув, продолжила путь.

– Рэн! – не дав мне и рта раскрыть, начал Вукос. – Ну неправильно это! Не успел вступить в твое поместье, а уже хотят лошадь увести!

Король показывал свое веселье, но глаза трезво и без единой смешинки все пристально оглядывали.

– Ваше величество, – склонил голову, – приветствую вас у себя в поместье. Это великая честь…

– Брось! – коротко сказал он и пружинисто спрыгнул с лошади. – Мне эти торжественные речи поперек горла! – Король рубанул себя ладонью по шее и засмеялся.

– Тогда, – я указал на дом, – изволите с дороги отобедать?

– Можно, – благосклонно кивнул тот, – но прежде – представь мне своих спутников.

– Моя жена вам знакома, – понадобился легкий толчок в бок Кин, чтобы она отвлеклась от витаний в облаках и сделала реверанс, – князь Гунер в представлении не нуждается. Это Портрис, – кивнул в сторону графа, не озвучивая его титул, – он моим подданным школьные знания преподает. Вот, в общем-то, и все, – развел руками, – телохранителей-то представлять нет нужды?

Король махнул рукой, мол, не надо, задержался взглядом на Портрисе (тот глаза не отвел), подошел к Кинэлле, взял ее под руку и повел в дом. Только я шагнул вслед за ними, как был остановлен генералом, который поинтересовался, где размещать лошадей и людей из охранения. Пришлось, скрепя сердце, заняться рутиной. Складывалось ощущение, что меня специально дергают по любому, даже мелкому вопросу, давая королю и его приближенным ознакомиться с обстановкой. Ну вот зачем узнавать у меня простому охраннику-артефактчику, как и кто будет поить лошадей?! И к чему мне объяснять всем по нескольку раз, что в доме места на всех не хватит и им придется столоваться и ночевать, если они останутся на ночь, в домах моих подданных?! Хоть меня задевало и заставляло нервничать такое поведение королевских спутников, но не так сильно: что творится в доме и какие разговоры ведутся – я знал. Креун не умолкая пересказывал основные вопросы, заданные девушке, и время от времени переключался на разговор Гунера, которого расспрашивал Кринт. Капитан беседовал с телохранителями, выведывая у них о службе в замке Кин и событиях в лесу, когда отбивали нападение. Во всех разговорах присутствовала какая-то нелепица, что-то не давало покоя. Но что? Никак не мог сообразить. Только освободившись от своих назойливых опекунов, а иначе их назвать никак не получалось, и выслушав пару вопросов от капитана (он оставался у крыльца с телохранителями) – понял! Вопросы задавались для проформы: сопровождающим короля – ну, по крайней мере, капитану – все хорошо известно. Но что именно они знают?

– Рэн, – заметив меня, облегченно сказала Кин, – его величество задает мне вопросы, а на них у меня нет ответа.

– Ваше величество, – склонил голову перед королем, всем видом показывая смирение, – готов ответить на все вопросы.

– Ты справился с моими условиями быстрее, чем я думал, – ответил Вукос, по его голосу это воспринималось скорее упреком, нежели похвалой. – Как сумел?

– Да, в общем-то, повезло. – Я пожал плечами, а сам настороженно провожал глазами Вукоса, который расхаживал по гостиной и приглядывался к каждой детали. – Это поместье случайно отыскал, тут многое осталось в первозданном виде, но и потрудиться пришлось…

– А что тут новое? – резко обернулся он ко мне. – Мне вот кажется… – Он запнулся, а потом махнул рукой своим охранникам: – Идите, подышите на улице!

Телохранители короля переглянулись и посмотрели на Кринта, тот чуть кивнул, и пятеро артефактчиков гуськом пошли на выход.

– Кринт, Гонвор, мне хочется поговорить с графом наедине. – Вукос стал задумчиво разглядывать картину, на которой древний художник изобразил восход солнца над какой-то долиной. – Красиво, но реки и горы не узнаю – нет такого места в королевстве!

– Ваше величество, Вукос, вы уверены? – спросил генерал.

– Иди! – не оглядываясь, приказал король, а потом добавил: – Иногда вопросы решаются с глазу на глаз, и уж ты-то должен это знать и понимать!

Генерал и придворный артефактчик, а последний, похоже, поднялся в табели о рангах после нашей последней встречи – вышли, за ними молча отправилась и Кин. Девушка поняла все без слов, в голосе короля явно прослеживалось желание говорить один на один, а выводы она делать умеет.

– Рэн. – Король повернулся ко мне, на минуту о чем-то задумался, а потом, усмехнувшись, спросил: – Кровь на анализ, для составления рейтинга, сдашь?

Уж чего угодно ожидал, но никак не этого.

– А надо? – ответил вопросом на вопрос.

– Положено, – хмыкнул Вукос и поднял бровь в ожидании ответа.

И что же он так к крови-то моей прицепился? А ведь теперь ее и скопировать-то не с кого. У Кин – покажет другую картинку, не ту, что в предыдущий раз; хотя может, ей и не грозит повторное прохождение… Черт! Надо что-то отвечать.

– Мне кажется, – потерев переносицу, начал отвечать я, придумывая на ходу оправдание, – что результат снова не получится.

– Почему же? Кринт уверял, что подготовился и сумеет нейтрализовать любые магические потоки и отголоски заклинаний!

Н-да, с этой стороны – тоже клин. А если…

– Если так важно – пройду, но результат получится неожиданным, – приняв решение, твердо посмотрел на короля.

– Ладно, к этому вопросу еще вернемся. – Король чуть расслабился и сел в кресло, но мне не предложил, а садиться без спроса, нарушая субординацию, я не стал. Не до такой степени мы подошли к грани конфликта, чтобы про все условности этикета забыть. – Зачем дерево-то окрасил?

Вопросы у Вукоса совершенно неожиданные, но точные – не в бровь, а в глаз.

– Так вышло, – пожал плечами, – учился.

– Учился?.. – Король рассмеялся, но резко оборвал смех и задумался, я тоже помалкивал, прокручивая в голове разговор.

Как же странно построена беседа: король кружит, как орел над мышкой, и не знает бедная, в какой момент он спикирует. Мне привиделось почему-то такое сравнение, и я улыбнулся.

– Скажи, а если пожелаешь – меня отсюда не выпустишь? – Король посмотрел неожиданно печально и устало.

– Мне не справиться с вашими охранниками, – отрицательно помотал головой, а потом добавил: – Да и нет у меня желания занимать ваше место.

– Так… – Король постучал пальцами по столу – беседа давалась и ему не легко. – Принес бы хоть вина, что ли!

– Минуту! – Я метнулся на кухню, переводя дух.

– Рэн, давай его убьем, а ты займешь королевский трон! – неожиданно предложил Креун, когда я открывал бутылку с вином. Та, естественно, от такого предложения выпала из моих рук, и если бы не советник – разбилась, но тот подхватил ее у самого пола и плавно поставил на стол.

– Зачем? – удивился его предложению. – Да и сам говорил, что с охраной не справишься.

– Если с умом подойти, то одолею. С помощью иллюзии будем заманивать в дом по несколько человек, а тут…

– Ага, так они все и пойдут добровольно, ничего не заподозрив, – не согласился я с его планом.

– Пойдут, еще как пойдут, как бычки на веревочке! – В голосе советника послышался азарт. – Ты приказ дай и считай – уже король!

– Такого приказа не будет! – отрезал я, а потом, чуть помолчав, добавил: – Если они не начнут первыми; нам с тобой надо заниматься истинной магией, учиться, а не в интригах королевского двора увязнуть.

– Зря, – разочарованно сказал Креун, – ох, зря: перед королевской особой такие возможности открываются…

Подхватив бутылку вина, отправился к королю, бокал взял один, как-то некрасиво набиваться; конечно, это мой дом, но считаюсь-то подданным короля… Хотя присяги-то не давал – подданным его считаться не должен! Хм, а ведь точно, присяга надо мной не довлеет, ничего тут не держит… кроме Кин. Девушку не брошу, ни под каким предлогом! На кухню пришлось еще раз сходить – за бокалом для себя: Вукос попросил к нему присоединиться. Хотя пока я ходил, король проверил вино с помощью амулета от ядов – советник зорко следил за высоким гостем и незамедлительно мне докладывал. Перед домом люди собрались в группы по интересам и никаких действий не предпринимали. Кинэлла прохаживалась с Портрисом и Ивлусом, Гунер примкнул к Кринту и генералу, а остальные свитские расспрашивали телохранителей графини. Кринт с пеной у рта доказывал своим коллегам (а те недоверчиво крутили головами, не веря), что можно создать фаербол без артефакта.

А ведь объяснить все королю придется… слишком многое в моем поведение выбилось из привычного круга, вот он и приехал раньше срока. Наверняка решил поговорить лично и посмотреть на все своими глазами, а уж потом и решить, что дальше делать. Но он неплохо подстраховался, недаром с генералом приехал; где-то и пара полков стоит, команды дожидается! Но он все же рискует. Для чего? Непонятно… Я поставил бокал на стол и, повинуясь кивку короля, разлил по бокалам вино, после чего устроился в кресле напротив его величества. Последнее – моя инициатива, но тут уж куда кривая выведет – или золото в подвале, или шея в петле…

– А полки ваши как устроились? – первым спросил я.

– Какие полки? – Вукос аж вином поперхнулся!

– Да вот думаю, как вы себя защитили, что не побоялись ко мне в гости прийти? Про меня ведь вам немало нелестного понаплели?

– Хм, значит, решил взять быка за рога? – усмехнулся король. – Правильно! Наверное, если бы я сам оказался на твоем месте, так же поступил. В какой-то степени ты, конечно, прав… – Вукос пригубил вино и посмотрел на свет через бокал, затем поставил его и сказал, глядя мне в глаза: – У меня к тебе предложение.

– От которого невозможно отказаться? – спросил я и тоже, пригубив вино, поставил бокал на стол.

– Отказаться можно всегда и от всего. – Он улыбнулся каким-то своим мыслям. – Предложение даже не одно – два. Первое – принести мне присягу, второе – набрать артефактчиков и организовать школу.

Да, час от часу не легче; если первое предложение – логичное и обоснованное, от которого невозможно отказаться, ведь в любом королевстве аристократы – подданные короны, то второе… Оно ко многому обязывает и… какое-то скользкое. Набрать по королевскому указу учеников – не проблема, содержать их, учить – все решается. Но делиться своими знаниями? К этому совершенно не готов, да и знаний-то маловато. Кстати, присягать на верность никакого желания нет, из-за давнего королевского указа пострадала моя семья, а что там на самом деле произошло – для меня остается загадкой. Присягу-то принесу, а вот когда выясню все, то и будет видно – действительна она или нет. Приняв решение, сказал:

– Ваше величество, покупая у вас земли и соглашаясь на все условия, я уже косвенно присягу принес. Понимаю, что нужна официальная часть – готов в любой момент, но титул мой, как и брак с графиней, не утверждены еще…

– За этим дело не станет, – король допил вино, – на приеме во дворце объявлю. Там и присягу могу принять.

– Пусть так и будет, – согласился с ним. – У меня только просьба: отложить наш с графиней визит – небольшое недоразумение у нее в замке урегулируем, и тогда…

– Хорошо, это не горит. А второе предложение? По сути, предлагаю тебе стать могущественным и влиятельным вельможей, подчинив себе всех артефактчиков.

Точно: что-то подобное, но под другим соусом он мне уже предлагал! Но сейчас на этом месте Кринт, исполняющий при короле роль придворного мага.

– Знаний у меня нет, умения управлять людьми нет, – принялся я загибать пальцы, – да и главного нет – желания!

– Ты не желаешь власти? – почему-то расслабился Вукос.

– Я желаю знаний! – усмехнулся я и в свою очередь осушил бокал.

– Хм, знания-то у тебя есть – и такие, что не снились ни одному моему артефактчику; ну да ладно, к этому мы, может, еще вернемся. Наливай! – Король кивнул на бутылку; дождавшись, когда разолью по бокалам вино, продолжил: – Рэн, а чего ты хочешь? Чего добиваешься?

Непростой вопрос. Да и не ответить так сразу к тому же… А чего, собственно, хочу-то?

– Интересно жить, искать знания, помогать родным и близким, – начал перечислять я, а потом рассмеялся и воскликнул: – В общем – разбогатеть, а все остальное – купить!

– Правильные мечты, – согласился Вукос. – Но какими методами ты хочешь этого добиться? Поместье не сможет обеспечить тебе большой доход, я бы сказал, что оно и вовсе будет приносить убыток. Земли твоей жены не так и богаты, проблем там много, золото не польется рекой.

Он что же – и про прииск знает?! Графы ведь хранили это в строжайшем секрете! Правда, золото надо и реализовывать… Или он фигурально высказался? Черт! Как плохо, что аура скрыта, уже привык наблюдать эмоции, а тут какой-то странный и непонятный разговор.

– Ваше величество, – перекатывая вино по стенкам бокала, начал я осторожно подбирать слова, – а что вы от меня хотите? И почему так скоропалительно приехали с проверкой?

Вукос встал, жестом оставляя меня сидеть в кресле, подошел к окну и, не оглядываясь, начал говорить:

– Как понимаешь, без внимания не мог оставить твою фигуру. Ты неожиданно появился – и возникло множество вопросов; не сразу – после того как разобрался с заговорщиками. – Он помолчал. – Так вот, мало того, что ты взял в жены графиню, стоящую в иерархии неподалеку от трона… Тут можно все объяснить – так карты легли, но знания… Да, с твоей помощью я излечился от старого недуга; даже не недуга, а заговора. Хотя и тут все можно списать на случай. Потом – загадка твоего происхождения: подозрения возникли еще при проверке крови, такого результата никогда не было, и Кринт это подтвердил. Все это время я находился в цейтноте, времени на твою особу не оставалось. И в это же время ты загадочным образом находишь посох магов и побеждаешь захватчиков в Лиине! Повезло? Но управляться так с этим артефактом никто не может. Последняя капля – бой в лесу; такие заклинания использовали истинные маги. Хоть доверия люди, передавшие информацию, и не вызывают, но такое надо видеть своими глазами, а я недавно увидел. Не много ли выпало везения одному артефактчику? Соответственно, возникает вопрос: а кто ты такой, чего хочешь? Стоит ли короне тебя опасаться или же, наоборот – можно на тебя положиться? – Король отвернулся от окна и посмотрел на меня.

Так-с, Вукос решил играть в открытую, но наверняка пару тузов-то в рукаве припрятал. И считает он меня не кем иным, как истинным магом. Если задуматься и собрать все факты воедино, а их не так и мало, то действительно можно подумать все что угодно, в том числе и это.

– Думаете, я истинный маг? – прямо спросил короля.

– Такие подозрения имеются, – чуть усмехнулся тот.

– И не побоялись прийти? – удивился я. – А если у меня планы по захвату трона?

– В таком случае тебя остановить будет очень сложно. К тебе же я пришел, чтобы разложить все по полочкам. В случае моей гибели тебе тяжело будет избежать возмездия и покинуть поместье. Я не думаю, что в тебе воскрес один из истинных магов – правда, поместье намекает обратное… Мне думается, что ты стал изучать магию и продвинулся дальше всех известных мне артефактчиков, да и… – Он взял паузу, опустился в кресло и устало продолжил: – Рэн, мне многое известно. Как ты познакомился с Гунером, из-за чего женился на Кинэлле, да и кто твой отец – знаю. Он сделал неправильную ставку, из-за чего и поплатилась вся семья. Возможно, если бы повернуть время вспять, он, да и я – повели бы себя по-другому, но… А вот к его и твоих родных гибели отношения не имею: главных зачинщиков казнили, а тех, кто им помогал – нет. Тогда был молод и горяч, подмахнул указ о лишении всех привилегий и повелел убраться с территории королевства в пятидневный срок. А что это такое для семьи и малолетних детей – не подумал, через неделю поинтересовался судьбой мятежников, а мне в ответ – сгинули все без следа. Обрадовался, а трезвость после наступила, когда мимо одного пустующего замка проезжал. – Вукос говорил с насупленным лицом, слова давались ему нелегко: вспоминать такое – неприятно, да при этом еще и сознаваться в собственных ошибках… – Захотел заехать, посмотреть. Первое, что бросилось в глаза, – кукла, нарядная и дорогая, валялась в грязи, а голова у нее раздавлена колесом… Вот тогда-то и задумался о бывших подданных – не тех, кто против меня замышляли недоброе, а о детях, простых детях… Повелел разузнать их судьбы… Ллучше бы не отдавал такой приказ. – Он осушил бокал. – Узнали: семьи даже до границы не добрались – они же в опале, а лихие люди мгновенно узнали и за их деньгами пришли, никого не пощадили… Это моя ноша, и нести ее до конца дней… Вот так-то, – он посмотрел на меня.

Он ждал ответа, а что ответить? Передо мной сидит человек, который виновен в гибели моей семьи, – пусть не он отдавал приказ убивать, но к этому подвел. Молодым на троне восседал? Но это слабое оправдание – король должен просчитывать и предвидеть последствия своих указов. Раскаялся в своих действиях? Отчасти возможно; но в другое время поступил бы разве не так? Так же, а может, и хуже. Как бы высланные семьи жили в опале – без глав своих, лишенные всего? Боюсь, что плохо, очень плохо. Да это и жизнью назвать сложно! Вукос тем временем продолжил:

– Отдал тогда приказ всех повинных в гибели людей найти и уничтожить. Не знаю, всех ли отловила стража, но мне доложили – всех. Так что в смерти твоих близких остался виновным один человек – я. – Король вскинул на меня глаза, а потом жестко сказал: – Но тот давний указ не аннулирую ни при каких обстоятельствах! Герцогов Лусаров не будет в королевстве! Иначе власть потеряет силу, меня признают слабым, а до добра это не доведет. Что скажешь?

– Что произошло в то время, из-за чего все так сложилось?

Вукос кивнул и рассказал, не так много, как хотелось бы, но картина выстроилась цельной и логичной. Князь Грусев, ближайший претендент на трон в то время, решил стать первым лицом в королевстве. Он имел вес и уважение среди аристократов, собственные взгляды на жизнь и политику, и многие тянулись к нему. Попал под его обаяние и мой отец; чем тот его взял – неизвестно, но к заговорщикам он примкнул. Тайная стража разузнала все в последний момент, главарей арестовали и казнили, а тех людей, кто не успел сильно навредить короне, разжаловали и велели покинуть королевство. Конечно, Вукос многое не сказал; так, в общих чертах. Простить его невозможно, но и мстить уже никому смысла нет. Виновных в гибели семьи не отыскать, остается надежда, что они пали от мечей тайной стражи, которой был дан указ – покарать убийц семей мятежников.

– Можно ли оформить такой документ, на основании которого никогда и ни при каких обстоятельствах не смогу стать королем агунов? – спросил я.

– Отречение? – спросил Вукос, но, видя, что мне непонятно, объяснил: – Можно отречься от претензий на престол, тогда в рейтинг претендентов попадут твои дети, достигнув пятнадцати лет. Им придется пройти процедуру – она тебе знакома – определения составляющей крови по родству к королю, если не изъявят желания отказаться.

– Фамилия отца…

– В королевстве нет такой фамилии, нет таких герцогов… и не будет, – покачал головой Вукос. – На словах – мои соболезнования, граф Рэнион… Ангугрон…

– Тогда пусть будет граф Лусар! – перебил я короля и твердо посмотрел на него. – Принесу клятву верности только под этой фамилией! Если нет, то надеюсь, что пять дней у меня будет, чтобы покинуть земли королевства.

Вукос помолчал, а потом кивнул:

– Хорошо, граф, я согласен! И давай больше не будем ворошить прошлое!

Потом король надиктовал мне текст отречения, которое я подписал и заверил каплей крови. Как будто подписи недостаточно! Но кровь имеет магические свойства и вкупе с подписью является доказательством волеизъявления. Один из главных вопросов решен, остались мелочи вроде прииска и моих дальнейших планов. Эти вопросы хоть и беспокоят меня, Вукоса они не так сильно волнуют. Запечатав документ личной печатью и убрав его в карман расшитого золотом камзола, он встал, и мы вышли вместе на крыльцо.

– Господа! Мы с графом переговорили по основным вопросам, прошу вас присоединиться к нам… И не мешало бы наконец-то перекусить с дороги! – довольным голосом озвучил он итог беседы, и я заметил, что Кринт, генерал, да и Гунер перевели дыхание. Выходит, как и предполагал, они просчитывали разные варианты развития событий.

– Рэн, – прозвучал в голове встревоженный голос, – анализ разговора показал – надо бежать.

Улыбаясь во весь рот, я так и стоял, как деревенский дурачок. Креун продолжал что-то горячо доказывать, а моя голова соображать отказывалась. Единственное – советнику поверил мгновенно и без оговорок.

## Глава 10. Бегство

Продолжая улыбаться, пропускаю мимо себя гостей, придерживаю за руку Кин. Девушка споткнулась и оказалась в моих объятиях, что вызвало смешки у охраны короля. Кринт и вовсе не сдержался:

– Ах, молодость, молодость! – покачал он головой, проходя мимо нас.

А вот Портрис в дом не спешил, делая вид, что пропускает всех впереди себя, глазами показал, что хотел бы переговорить. В гостиной раздался смех Гунера, которого развеселила чья-то шутка. Вот интересно: князь ничего не подозревает или играет на стороне короля?

– Постарайся все время находиться в моей видимости, – шепнул жене и печально улыбнулся.

– Рэн… – Девушка прижала ладошку ко рту.

– Иди, – подтолкнул ее к двери. – Может, и пронесет; если что – выполняй все указания советника.

Проводив взглядом графиню, быстрым шагом подошел к Портрису.

– Граф, вы что-то хотели сказать? – спросил его, переходя на «вы» – нервы напряжены как струна, в данной ситуации непонятно, на кого можно рассчитывать.

– Мы же по-простому общались, – чуть слышно сказал Портрис, потом махнул рукой и продолжил: – Рэн, не нравится мне этот визит. Артефактчики смеются, но не искренне, напряжение в каждом жесте, и оно не пропало после слов Вукоса, наоборот – все еще больше подобрались, за исключением Кринта и Гонвора, те явно не в курсе происходящего. Это я тебе как старый сыскарь говорю.

– У тебя два пути: идти со мной или остаться в деревне. Моих подданных, да и тебя тронуть не должны…

– Рэн, – перебил меня тот, – Вукосу известно много, а уж то, что мой сын женат на твоей сестре… – Он не закончил. – Мне один путь – с тобой!

– Тогда пошли, – согласился с его словами и махнул в сторону дома. – Будь поблизости, при первом удобном случае постараемся уйти.

Граф одобрительно кивнул и пошел к дому. Я же с досадой пнул камешек и посмотрел в синее безоблачное небо. Привычный уклад рушился на глазах. Сейчас надо продумать, как взять мешок с артефактами со второго этажа и под каким-нибудь предлогом откланяться, не прощаясь, прихватив с собой Кин и Портриса. Вещи-то заранее собрал, об этом знает только Креун, он мне и посоветовал незаметно подготовиться к бегству в случае чего. Артефакты хранились под кроватью в мешке, еще один мешок ждал своего часа около брода. Брод находился в удалении от моста, и хочется верить, что о нем никто не догадывается. Еды вот только с собой не набрал, ну да ладно, лес не даст с голоду пропасть. Жаль, что Гунер мне не помощник; не пойдет он против короля ни при каком раскладе. Да и что за расклад-то – не до конца ясно. Креун привел доводы, с которыми я согласился, да и наблюдения Портриса склоняют чашу весов в сторону бегства. Вукос говорил правильные слова, даже как бы прощения попросил, престижное и высокооплачиваемое место предлагал, но он все время прощупывал мои возможности. А могу немного, в чем он и убедился (или догадался). Простив в моем лице мою семью, он признает свою ошибку, пусть давнюю, и тем самым в глазах окружающих – проявит слабость, а слабый король недолго правит. То, что моя фамилия ненастоящая – узнается, пусть не сразу, но шила в мешке не утаишь. Да и условие я выдвинул – принимать присягу под родной фамилией. Графский титул лишь вопросы вызовет, да и старая фамилия всех озадачит на время, но выводы все быстро сделают. Меня могут использовать его враги, объединившись и возведя мое имя на штандарт. Все очевидно, хотя и печально для меня. Креун же объяснил свой взгляд, он все время сканировал Вукоса, и под конец разговора у того на миг эмоции возобладали над защитой, или же советник пробил броню… Аура на миг полыхнула, и Креун мгновенно прочел злорадное торжество. Король считал в тот момент, что меня уже нет. Конечно, мы могли с советником ошибаться, как и граф, но когда трое приходят к одному выводу – это убедительно. Остались неясными всего пара моментов – когда они атакуют и в какую сторону нам податься. В Лиин вряд ли удастся проскочить, в замок жены и подавно, остается одно – Куласа, туда мне и так хочется попасть, а тут все к этому подталкивает… Вот только как быть с Портрисом и Креуном? Граф бежал из королевства, и хотя времени прошло много, но прошлое может ударить; с советником и вовсе плохо дело обстоит. У Креуна два места жительства, и находиться они в скором времени будут в ведении короны. Сомнений в этом нет никаких, как и в том, что в обоих местах перевернут каждый камешек.

– Креун, что делать-то будем? – спросил древнего артефакта. – Они же твое жилище могут разрушить.

– На это им потребуется много времени и сил, – ответил тот. – Не переживай, пара месяцев спокойного существования у меня есть, если они не решат применить посох истинных и сравнять тут все с землей. Но и тогда останется стена в замке, его-то трогать не будут, слишком это подозрительно. А за пару месяцев ты мне еще какой-нибудь вариант подберешь.

– Стену-то построить не проблема, а вот круг управления… – начал я, но вышедший на крыльцо Кринт отвлек от размышлений.

Придворный артефактчик позвал в дом, мол, без хозяина как-то неудобно им распоряжаться… Угу, это королю-то неудобно? Аура Кринта подозрительно искрилась. Или уже во всем вижу негатив? Незаметно огляделся: оставшиеся артефактчики-телохранители рассредоточились по всей территории, но вели себя беззаботно, ауры спокойные – атаки сейчас не последует, перед заварушкой всполохи ауры скрыть нереально. Хм, в доме, не считая меня и Креуна, одиннадцать человек. Пятерка артефактчиков-телохранителей не так страшна, генерала в расчет можно не принимать, Кринт способен на многое, возможности короля не велики, да и Гунер наверняка заинтриговал всех моими способностями. Как я ни боялся, но атаки не последовало; возможно, мою ауру также читали, и не пошел король на решительные действия. Расселив всех по комнатам и проводив Портриса до двери, шепнул ему, чтобы он через пару часов пробирался к конюшне, а сам отправился в свою комнату к ожидающей жене. Креун постоянно держал со мной связь, сообщая о каждом движении гостей. Уже то, что никто так и не прилег отдохнуть, подтверждало опасения. Вукос, Кринт и генерал заперлись в отведенных королю покоях, что-то обсуждая. К огромному огорчению советника, поведать о разговоре он не мог: придворный артефактчик активировал амулет тишины и узнать, о чем они переговариваются, Креун не в состоянии. А вот в двух смежных комнатах шли приготовления к бою. Артефактчики проверяли амулеты и артефакты, осматривали кинжалы и мечи. Один Гунер спокойно что-то писал. Я уже взялся за ручку двери в свою комнату, когда князь неожиданно материализовался рядом. Креун в самый последний момент предупредил, что князь странно себя ведет, и, похоже, что-то нечисто; тем не менее за пару секунд до появления Гунера, Креун воскликнул:

– Рэн, князь рядом! Берегись!

Гунер с улыбкой, как будто ничего не произошло из ряда вон выходящего, смущенно проговорил:

– Что-то твой стол не насытил мой желудок! Пойду перекушу.

Перекусить? Но его комната находится ближе к кухне, чем моя, и объяснение придумано странное…

– А тебе хотел сказать спасибо за отлично организованный прием! Специально зашел! – то ли понял он, что оправдание шито белыми нитками, то ли так и планировал.

Гунер неожиданно меня обнял и, похлопав по плечу, удалился. Я слова не успел сказать! А князь уже спускался по лестнице.

– Он тебе записку сунул! – восторженно сказал советник. – Вот ведь шельма, меня вокруг пальца обвел! И как сумел?

– Вот и разбирайся, – криво усмехнулся я, – а то: «и мышь мимо не проскочит», – а тут… эх не до этого сейчас.

– Рэн, что происходит?! – бросилась ко мне девушка, как только вошел в комнату и запер дверь на засов.

Отвечать не стал, приложил палец к губам и полез под кровать, где лежало сложенным в мешок самое ценное. Пока вытаскивал мешок, попросил советника все рассказать девушке. После того как Гунер обвел нас с Креуном вокруг пальца, говорить вслух опасаюсь. Остался самый опасный момент: надо незаметно уйти до начала атаки, а то, что она будет – сомнений не вызывало. Все ждут назначенного времени, в комнате короля разговоры стихли, просто сидят на стульях и молчат, артефактчики шуточками перекидываются, но сами – при всем снаряжении, а вот князь… Гунер спит сном младенца – ну или делает вид, что спит. В записке, которую старый лис сунул мне в карман, было всего несколько слов: бегите, найду сам, обо мне не беспокойтесь, все при встрече. Буквы плясали и лезли друг на друга, но не это интересно, а то, что исписанные листы бумаги в его комнате мирно лежали на столе. Значит, возможности артефактчиков велики, Креун утверждает, что уж мою-то комнату никто просканировать не сможет, но… Ночь стремительно надвигается; эх, жаль – нет потайного хода из моей комнаты! Вот почему истинный маг не озаботился такой мерой предосторожности? Из круга управления ход есть, его не так давно советник привел в порядок, но пробраться туда сейчас нереально, да и выходит он за территорией поместья, а значит – Ворона придется оставить здесь. План бегства из комнаты мы предусмотрели, да и что там предусматривать-то? Всего один путь – окно! Этаж всего второй, при желании можно и спрыгнуть, но уж лучше по веревке осторожно спуститься, шума меньше. Отдаю приказ Креуну заблокировать все двери и окна, подхожу к окну, дергаю за створку… Что за дела? Не открывается!

– Рэн, – веселится советник, – ты приказал заблокировать все двери и окна!

Сглотнув готовое вырваться ругательство, мысленно рявкнул:

– Это окно разблокируй!

Створка рамы без единого скрипа открылась, обдав свежим ночным ветерком. Ночи-то еще не такие и теплые! Передернул плечами и потянул веревку, предусмотрительно привязанную к ножке кровати – должна выдержать! Да если и не выдержит – не велика беда, не разобьемся. Киваю девушке – мол, давай! Сам лихорадочно привязываю еще одну веревку к мешку, об этом раньше не подумал, а как его тащить-то? Мешок довольно внушительный и не легкий, в нем книги и посох, остальные артефакты украшают наши с Кин тела, и выглядим мы как новогодние елки. Может, и не елки, но непривычно, когда на каждом пальце по перстню. Кин мягко скользнула вниз, и через минуту я присоединился к ней. Тишина… Сделав шаг по направлению к конюшне, чуть не спотыкаюсь о какое-то тело. Гости…

– Не волнуйся, он спит, – успокаивает Креун и поясняет: – Их под окнами двое дежурило, вас этим беспокоить не захотел, решил – пусть поспят.

– Так ты и в доме мог бы всех усыпить? – спросил я.

– Не смог бы, – сожалеющее ответил советник. – Их слишком много, да и защита активна. Обязательно шум бы кто-нибудь поднял, а тут всего двое…

– Понятно, – перебил его я. Артефактчик короля в этот момент всхрапнул и причмокнул губами – спит. – Сюрпризы еще будут?

– Нет, до брода никого, а вот дальше… – Креун замолчал.

Да, после брода он просматривает лишь небольшую территорию, так что там придется рассчитывать на сторожевую сеть. Портриса, как и Ивлуса, советник посчитал своими и не стал о них предупреждать, хотя и заставил меня схватиться за рукоять меча. За это невольное движение он прочел мне целую лекцию: мол, маг хватается за железки в последнюю очередь, когда резерва уже нет и он собирается покончить с собой, так как против специально обученных воинов шансов нет. Он бурчал до самой переправы, я виновато вникаю и не пытаюсь оправдаться. Что это – инстинкт или привычка? Ведь любого мог бы снести фаерболом и воздушным кулаком… Только Ворон вступил в воду, как советник забеспокоился:

– Рэн, в доме двери ломают! Может, устроить им?.. Всех не положу, слишком уж защита велика, но…

– Не воюй с ними – вдруг посчитают, что я их запер, а сам в бега? Тогда в поместье ничего искать не станут; может, и стеной не заинтересуются, – дал ему указания.

– Станут, – не согласился он, – слишком много неясного в твоем поведении. Возьмут в оборот твоих подданных – и кто-нибудь припомнит все замеченные за тобой странности. И будь уверен – обязательно найдут стену и свяжут ее с твоей персоной.

– И все же, – покачал головой, будто Креун мог увидеть мой жест, – не трогай их: чем больше непонятного – тем лучше.

Форсировав речушку, оглядел свой малочисленный отряд. Спокойный Портрис, насупленный Ивлус, нервничающая Кин, притихший Ворон… Так, а что это мой верный конь притих-то? Даже ни разу своих чувств не проявил, в смысле, не постарался облобызать. Ворон стоял смирно и чуть прижал уши. Хм, он не только не каркнул, но и не всхрапнул ни разу! Может, заболел?

– Рэн, что дальше? – спросила Кин, подъезжая ко мне.

Что-то мне показалось неправильным во всей этой картине. Но вот что? Раскинул сторожевую сеть и задумался. Так, Портрис и Ивлус тут ни при чем, что-то связано с Кин!

– Ворон! Шельмец! – тихонько шлепнул коня по шее. – Ты зачем лошадку короля увел?!

Ворон в ответ чуть слышно всхрапнул и дернул головой, а в моем мозгу отпечаталась его мысль: «Хозяин, спешить надо, а Птичка – лошадка быстрая, ее только я догнать смогу, если что». Хм, подобралась пара! Ворон и Птичка! Сердиться на своего четвероногого друга не могу, да и времени нет. А Вукос… пусть король помучается! Насколько я понял, лошадку-то он свою любил, она никого к себе не допускала, так пусть хозяин поищет ветра в поле…

– Так это лошадь короля?! – воскликнула Кинэлла одновременно с Портрисом. Если в голосе графа скользила досада, то девушка явно обрадовалась.

– Ты раскинь сеть, на всякий случай, – проигнорировав их восклицание, сказал ей. – Если увидишь кого, то немедленно дай знать. – Девушка кивнула в знак согласия, а я направил Ворона в глубь леса, в противоположную сторону от моста в свое поместье.

Сеть сворачивать не стал, но и заклинание ураганного ветра приготовил. Сперва думал использовать огненный удар, однако ночью огонь не только осветит противника, но и выдаст наше местоположение.

В поместье же разворачивались активные действия со стороны короля и артефактчиков. Двери выломали, и с активированными артефактами телохранители Вукоса вломились в нашу с Кин комнату. Нас, естественно, не застали, хотя дверь закрыта изнутри на засов, а об окне и веревке позаботился советник. Этакий ребус оставили. Вукос в сопровождении генерала и недовольного Кринта проследовал в пустую комнату. Король выгнал охрану и вперил взгляд в генерала. Креун смаковал ситуацию и пересказывал все в красках.

– И как это понять?! – король подошел к генералу. – Предлагал же не откладывать!

– Они где-то здесь, дверь закрыта, под окнами…

– Ваше величество! – В дверь просочился один из артефактчиков. – Под окном спят наши караульные – те, которым велено следить за обитателями этой комнаты!

– Как – спят? – Вукос резко повернулся к Кринту, тот спокойно пожал плечами и махнул охраннику – продолжай, мол.

– Их усыпили, – закончил артефактчик, после чего попятился и скрылся за дверью.

Хм, представляю, что сейчас ощущает король! Вместо легкого способа устранить проблему – наткнулся на непонятное! Да еще и своих людей подозревать начинает. Хотя в этом-то он быстро разберется.

– Гунера сюда! – рявкнул Вукос, а потом обратился к Кринту: – Вот объясни все же свою позицию! Ты противник радикального устранения проблемы – может, и предупредил сам?

– Ваше величество, – твердо сказал придворный артефактчик, – я тут ни при чем. Рэна мы недооценили, это очевидно, да и загадок он задал нам столько, что я за всю жизнь не сталкивался.

– Да и не вырваться им, обложили же как зверя! – вставил генерал.

Кринт стал мерить комнату шагами, не забывая подносить какой-то артефакт к стенам. Данное действие советнику не понравилось. Креун поинтересовался у меня:

– Рэн, мне кажется, что самый разумный из их компании – Кринт. Может, ему устроить сердечный приступ с летальным исходом? Я могу, никто ничего не заподозрит! Понервничал человек, с кем не бывает!

– Креун, его смерть мне не нужна, – чуть подумав, ответил ему. – Мне он плохого ничего не сделал, просто выполняет свою работу. Да и относится ко мне явно лучше, чем король.

Явившийся князь и вовсе разыграл спектакль. Он охал и хватался за сердце, умолял короля простить меня и графиню, при этом его аура замерла на месте, он явно использовал какой-то амулет, как, кстати, и Кринт, при появлении князя. Все это давало повод для размышлений, но до выводов далеко, фактов мало. Креун по этому поводу выдвинул пару теорий, но с таким же успехом и я мог бы погадать. Вукосу тем временем сообщили, что в конюшне отсутствуют четыре лошади.

– Ну так активируйте поисковые амулеты! – прорычал король.

– А вот этого им не сделать! – рассмеялся Креун.

Действительно, у артефактчиков ничего не вышло, и тут на сцену вышел генерал.

– Не обязательно надеяться на артефакты, можно и старым способом узнать, где беглецы, – проворчал Гонвор. – Земля мягкая, следы легко прочитаются.

Н-да, тут он прав, и спрятать оставленные отпечатки копыт не под силу даже Креуну. Правда, до рассвета время есть, да и пару раз мы по камням прошлись, но это слабое утешение, в запасе фора часа в три-четыре, не больше. А с учетом того, что пробираться нам в темноте, да еще в лесу, и того меньше. Надо спешить…

– Рэн, впереди люди. – Голос графини оторвал меня от размышлений и переговоров с советником.

Так, раскидываю сторожевую сеть и создаю заклинание ветра, от предыдущего и следа не осталось – отвлекся и про созданное заклинание совсем забыл, оно и схлопнулось. Да уж, распределить свое сознание на множество дел и разговоров мне никак не удается. На границе сети показались ауры, спокойные, остающиеся на одном месте, вот только они охватывали полукругом все отслеживаемое пространство на нашем пути. Земли, так любезно выделенные мне королем, взяты в кольцо из его же воинов. Надеяться на то, что у них нет боевых артефактчиков, глупо, да и по аурам тех видно. Люди располагались на удалении десятка метров друг от друга, через каждые десять человек обязательно сияла аура с примесью магии. Конечно, это могут быть командиры, у которых активированы амулеты (что скорее всего), и как таковых артефактчиков среди них нет или не много, но и простой солдат сумеет воспользоваться артефактом и доставить противнику кучу неприятностей.

– Что делать-то будем? – спросил Ивлус, вытаскивая из ножен меч.

– Да делать-то, в общем, нечего, – пожал я плечами, – пойдем на прорыв.

– Рэн, подожди минутку, – ко мне подъехал Портрис. – В бою всякое может случиться. Может кто-нибудь в плен попасть, отстать или в другую сторону податься, уводя неприятеля. Договориться надо о том, где сможем встретиться.

– Верно, – поддержал его Ивлус.

– Предлагаю посовещаться и решить, как действовать! – сказал Портрис и спешился.

Я нехотя последовал его примеру. Рядом со мной встали Кинэлла и Ивлус.

– Идем в Куласу… – начал я, а потом спросил: – А где там можно встретиться?

– В трактире, где же еще! – усмехнулся Ивлус.

– Угу, только трактиров-то там с десяток будет, – ответил граф. – У меня есть два… – он задумался, – нет, даже три варианта.

– Предлагай, – склонил я голову, продолжая наблюдать за аурами врагов, а в том, что это враги, сомнений нет.

– Трактир можно выбрать у ворот одного из въезда в город или в самом центре. Правда, у окраины заведения не шибко приличные, но зато недорогие. Можно и к одному из моих старых друзей…

– Старые друзья за такое время могли превратиться в заклятых врагов, – перебил его я, изо все сил стараясь не потерять концентрацию, а то снова придется создавать заклинание.

– Не в моем случае! – гордо выпрямился Портрис. – Если только их уж нет на свете или они сменили место жительства.

– Значит, ближайший трактир у городских ворот! – подвел я черту под разговором.

– Лучше всего северные ворота, они как раз на нашем пути будут, – предложил граф.

– Хорошо, – согласился с его предложением и посмотрел на Кин.

Девушка кивнула: мол, поняла. По ее лицу и ауре становилось понятно, что до нее только сейчас окончательно дошла вся серьезность нашего положения. Ободряюще ей улыбнулся и уже тронул Ворона, но Портрис вновь остановил меня. Граф поинтересовался нашими финансами – до Куласы еще и добраться же надо, а в пути деньги понадобятся. У нас на двоих с Кин обнаружилось восемь сотен золотых, что в принципе неплохо, я ожидал намного меньшей суммы. А вот у Ивлуса с деньгами дело обстояло хуже, он оставил их в землях Кин и с собой имел лишь два золотых, на черный день, да десяток серебряков. Конечно, на эти деньги можно исколесить не одно королевство, но если столоваться пару недель в столичном трактире, пусть и самом захудалом, то ничего от этого «состояния» не останется. Хотел ему отсыпать с сотню монет, но граф, чуть усмехнувшись, кинул ему кошель денег со словами:

– Смотри, это так, на всякий случай, потом отчитаешься!

Ивлус взвесил на руке кошель, а потом и раскрыл его, почесал затылок, высыпал на ладонь десяток золотых и вернул Портрису.

– Этого мне за глаза будет, а имея ваш кошель, я и уснуть-то не смогу, – объяснил старый воин свое решение.

Честно говоря, мне надоело терять время за этими разговорами, но деваться некуда, надо все просчитывать и ко всему готовиться. Наконец-то все приготовления и переговоры завершены. Дал последние инструкции:

– Идем как можно тише, когда до врага останется сотня метров – запрыгиваем на лошадей, устраиваю ураганный ветер – и вперед! – взял под уздцы Ворона и пошел, буркнув: – Только бы они не догадались использовать что-то типа нашей сторожевой сети…

Все шло гладко до того момента, как мы оказались в седлах. До этого ауры воинов никак себя не выдавали, а тут неожиданно в нашу сторону от них полетели молнии и огненные шары.

– Браслет активируй! – крикнул Кинэлле, а сам выпустил в сторону врага ураганный ветер.

Не дожидаясь результата атаки, как моей, так и врага, Ворон решил, что пора брать спасение в свои руки, вернее, копыта. Он призывно заржал и сделал огромный прыжок вперед. Ему вторила Птичка, которая не пожелала отставать. Благодаря резвым лошадям молнии и шары огня ударили за нашими спинами. Но в сторожевой сети ауры Портриса и Ивлуса, слава богам, не угасли, вот только они удалялись в сторону – вероятно лошади понесли, испугавшись этого светопреставления. Создаю фаербол и активирую его по направлению нашего движения – туда, где предположительно находится враг. Вал огня улетает вперед, а следом за ним галопом несемся мы на лошадях. Над головой проносится молния, позади, метрах в пяти, раздается грохот падающего камня. Мощные у них артефакты! Лихорадочно представляю руну молний, ее еще не испытывал, но по моим прикидкам, это должен быть удар не менее десятка молний. По плечу чиркает стрела. Защитный браслет-то сам не активировал! Не до этого! Швыряю заклинание молний: вперед их улетает штук пять, ударяясь в землю. Через мгновение Ворон перепрыгивает это место и уносит меня вперед, в чистое поле, не забыв радостно закаркать. Птичка не отстает от своего приятеля, но только не каркает, а как-то протяжно и красиво ржет. В ее ржании слышится превосходство победителя, она как будто говорит врагам, что связываться с нами не стоило! Тем не менее лошади, не снижая скорости, несутся дальше, стараясь увезти нас как можно дальше от засады. Конь стал замедлять бег только после того, как несся галопом минут двадцать. Вот он остановился и обернулся, Птичка через мгновение остановилась рядом и тихо заржала, как бы укоряя своего друга. Осматриваю Кин, благо светать уже начало и разглядеть ее вблизи труда не составляет. К моей радости, девушка нисколько не пострадала, по крайней мере внешне.

– Ты не ранена? – спросил ее.

– Твой подарок отлично поработал! Молния летела в меня, но изменила направление и прошла над твоей головой, – дрожащим голосом ответила графиня.

Она же просто в шоке! Вон и руки сжимают поводья лошади так, что пальцы белее снега, да и саму потряхивает. Спрыгнул с Ворона и протянул ей руку:

– Слезай! Передохнем.

– Рэн, у тебя кровь… – Кин судорожно сглотнула.

– Ерунда, – отмахнулся я, – простая царапина. Стрела вскользь прошла. Слезай давай.

– Не могу, – пожаловалась графиня, – руки не слушаются.

– Понятно. – Я потер царапину на своей щеке. – Ворон, объясни Птичке, чтобы та присела, надо графине размяться, – обратился я к своему коню в надежде, что он сумеет найти общий язык с кобылицей, которую увел у короля.

Уж не знаю, как они объяснялись, на пару карканий Ворона Птичка ответила раздраженным фырканьем, но на землю опустилась. Даже тогда пришлось разжимать у Кин каждый палец, намертво сжимавший поводья, и бережно снимать ее с седла. Ноги ее слушались плохо, и графиня не нашла ничего лучше, чем опереться на дерево, которое оказалось сухим и с громким треском переломилось. Кин мгновенно оказалась в моих объятиях, причем сами мы стояли от злополучного дерева в паре метров.

– Ух, – выдохнула, а потом рассмеялась девушка, прижимаясь ко мне, – уже от дерева шарахаемся!

– Зато подвижность вернулась, – ответил я.

– Рэн. – Она чуть отстранилась и погладила царапину на моей щеке. – Почему ты браслет не активировал? Сантиметр в сторону – и…

– Да не до того было, все мгновенно произошло, – вспомнил я недавние события, а потом забеспокоился: – Нам бы еще подальше уехать от места схватки, ускакали не так и далеко.

– Как не далеко?! – изумилась Кин. – Мы, почитай, с час неслись по полям и лесам, только ветер свистел!

– Так уж и час? – не поверил я.

– Час! Как минимум, если не больше! – подтвердила она.

Хм, по моим ощущениям – прошло не столько времени, но солнце начало показываться над горизонтом, ночь отступает, а значит, времени прошло прилично после начала нашего прорыва.

– Что ты предлагаешь? – спросил графиню, соглашаясь с ней.

– Надо привал сделать, да решить, как искать Портриса и Ивлуса.

– Хорошо, сейчас соберу хвороста, разведем костер и отдохнем немного. Лошадям тоже отдых требуется, – кивнул я и, неохотно разжав объятия, отправился к сломанному сухому дереву на предмет употребления того в будущий костер.

Пока возился с костром – обдумывал произошедшее и прикидывал наши дальнейшие действия. Правда, не забывал и поглядывать на сторожевую сеть, которую хоть и с опозданием, но раскинул. В радиусе действия сети ничего и никого подозрительного не наблюдалось. Кстати, сеть-то у меня стала больше, по прикидкам – не менее километра в радиусе, а то и поболее. Да и действие сети графини увеличилось, после того как она стала изучать руны. Уж с чем это связано – непонятно, но с магией всегда все не просто. А вот энергии в моем источнике осталось совсем ничего. Интересно, а смогу создать фаербол на остатках этой энергии? Сказано – сделано. Огненный шар создал и с его помощью разжег костер, вот только сторожевая сеть схлопнулась – источник пуст. После этого в голове мгновенно возник советник.

– Рэн! – обеспокоенно завопил тот. – Что с тобой?!

– Да все нормально, это источник пуст, – успокоил я его. – Ты лучше скажи, что в поместье? И сколько времени прошло после нашего последнего разговора?

– На последний вопрос ответить точно не могу, для меня время имеет другое свойство, – задумчиво произнес он, но потом добавил: – Однако, примерно высчитать могу. Часа два-три примерно прошло.

– Понятно, спасибо, – кивнул я. Внутренние часы графини оказались точнее моих. – Что в поместье-то?

– Дом обыскивают артефактчики, Вукос поместье покинул, но остановился недалеко от границы, иногда ее пересекает и дает всем разгон. Вообще он находится в мрачном состоянии и к нему никто не суется.

– А князь как себя ведет? – заинтересовался я поведением Гунера.

– Князь-то? – переспросил советник, а потом хмыкнул: – Обиженного из себя строит, но при мне защищать вас не сильно пытался, так – пару слов сказал, и все. Сейчас ведет беседу со старостой и убеждает того остаться на этих землях.

– С чего это он так о крестьянах-то заботится?

– Не знаю, что-то он замыслил… – Креун помолчал. – Рэн, дальше-то что? Король решения не принял, но боюсь, что проживание твое в королевстве закончено. Поместье могут уничтожить вместе со стеной…

– Ты же говорил, что ее сложно разломать, – перебил я советника.

– А ты представь: все разрушено – а стена стоит… Да ее из исследовательских целей снесут! Да и круг управления порушат. – Голос советника сник.

– Такой вариант возможен, – согласился с его мыслями. – Но мы же с тобой все это обговаривали. Уйдешь в замок, а там уже и я что-нибудь придумаю. Да, может, и не будет король все сносить, оставит как есть, ты там спокойно и продолжишь обитать.

– Посмотрим… деваться все равно некуда, – ответил он, а потом попросил рассказать о нашем прорыве. Выслушав, опечалился. – Выходит, граф от вас отбился; плохо дело.

– Еще про Ивлуса забыл, – напомнил ему.

– Он вроде неплохой человек, но возможностями никакими не располагает, – прагматично ответил советник. – В Куласе Ивлус не был, ничего и никого там не знает, а вот Портриса необходимо отыскать.

– Мы договорились с ним встретиться в королевстве, – ответил ему и задумался.

Действительно, без графа придется тяжело, да и узнать бы не мешало, что с ним и старым воином стало. Вдруг помощь нужна?

– Рэн, а проблему с королем решать как планируешь? – поинтересовался советник.

– Нет человека – нет проблем, – задумчиво ответил я.

Этот вопрос старался обходить стороной, но к нему придется возвращаться в любом случае, что очевидно. Оправдания вероломству Вукоса нет, как и нет веры в то, что он наплел мне про старые времена. Проверить его слова вряд ли когда-нибудь смогу, о свидетелях тех времен Вукос наверняка позаботился, если уж Гунер ничего толком не узнал. Князь мне не врал, когда говорил, что о тех временах информацию раздобыть не сумел, аура не врет, если только ее не замаскировать, конечно.

– И это правильно! – воскликнул Креун. – Жаль, что ты раньше так не думал. Сидели бы сейчас в поместье…

– Угу, сидели бы, как же, – не согласился с ним. – Сам же видишь, поместье в кольцо взято, Вукос все продумал, наверняка и о собственной безопасности побеспокоился. Он бы не остался со мной один на один, не имея в запасе ничего.

– Рэн, что-то ты в огонь засмотрелся, – отвлекла меня графиня, прижимаясь к спине и обнимая за шею.

– Эх, Кин, да вот размышляем с Креуном, что дальше делать, – ответил ей и кинул в костер хворостину.

– И что решили? – отстранилась от меня графиня и протянула руки к огню.

– Два варианта, – медленно начал я, – пробираться в Куласу одним или искать Портриса с Ивлусом.

– Рэн, а что потом? – Графиня не смотрела на меня, отраженные блики костра плясали на ее лице, и понять, о чем она думает, невозможно. Но вот голос-то не веселый…

– Потом? – повернулся к ней. – Кин, в моем положении обещать что-либо трудно. Одно скажу – я люблю тебя и сделаю все возможное, чтобы мы были счастливы.

Графиня всхлипнула и порывисто обняла меня. Н-да, все эти нежности меня напрягают, а тут еще и слезы, брр. Тем не менее жену не оттолкнул, а, тяжело вздохнув, начал ей нашептывать на ушко всякие ласковости. Слова давались с трудом и шли не от чистого сердца, да и обстановка не очень-то располагала к романтике.

– Прекрати, – она легонько пихнула меня в бок. – Ты мне хорошо известен, и переступать через себя не надо! А то не будешь тем, в кого я влюбилась! Просто последние события вывели меня из равновесия. Все слишком прекрасно складывалось, чтобы быть правдой.

– Но ведь могло получиться, если бы не Вукос, – печально улыбнулся ей, представив, что король остался доволен нами и покидает поместье, мы разбираемся с прииском графини, и денежный вопрос нас больше никогда не побеспокоит. Живем в свое удовольствие и изучаем магию истинных. Подучившись и скопив капиталец, чтобы не отказывать себе ни в чем, отправляемся… нет, не место там Кин! Отправляюсь в Куласу на поиски школы и знаний магов. Да, там все как-то сложно, но деньги и знания позволят открыть многие двери и решить еще не решенные загадки. Эх, а ведь могло получиться… Но правильно просчитал, что Вукос пришел не один, в смысле, не только с теми, кто приехал в поместье, и сильно сомневаюсь, что Креун смог бы что-то ему сделать. Правда, возможности советника велики, но артефакты истинных встречаются поистине могущественные. А в силах своих Вукос не сомневался, хотя вино все же проверил; ну да это понятно – береженого боги берегут.

– Но все же – что дальше? – прервала Кин мои воспоминания.

– Постараемся отыскать графа, – ответил я, приняв решение. – В Куласу всегда успеем. Да и потом, с ним же могло всякое приключиться – может, ранен или в плен попал.

На этом и порешили, жаль только, что источник мой иссяк, даже сеть пока раскинуть не получается. Доверюсь Кин, она должна засечь неприятеля, а он-то наверняка не так и далеко находится. Мысль отмщения королю за последние события и дела давно минувших дней не давала покоя. Прекрасно понимаю, что Вукоса необходимо наказать. Вот только кто тогда займет его место? Мне самому занимать? Нет уж, увольте! Надо что-то придумать, и как можно быстрее. Перебирая всех возможных кандидатов (а их, собственно, всего-то ничего, из известных мне), остановился на Гунере. Князь хоть не поддержал меня и графиню, оставшись верен короне, но своей запиской принял нашу сторону. Пусть он просто сочувствует и сделать ничего не в состоянии, но если его подтолкнуть? Хм, Гунера на трон, а он знает, что амбиций у меня королевских нет, да и обязан мне останется, и к Кин прекрасно относится…

– Креун, – позвал советника, и, когда тот отозвался, попросил: – надо князю передать сообщение. Если он забеспокоится и не скажет ничего Вукосу, то ставку делаем на него!

– Рэн! Не говори загадками! Какое сообщение, как? И что значит «делаем на него ставку»?! На кого?! Ты в своем уме?! – всполошился советник.

Ворон медленно переступал копытами, возвращаясь к недавнему месту сражения, а я объяснял древнему артефакту свой замысел. Того план устроил, за малым исключением: он не хотел видеть на троне никого, кроме меня. Уверял, что горизонты мне откроются такие, о которых прежде и не мечталось! Естественно, меня он не переубедил. Не хочу власти… пока, по крайней мере, хотя загадывать в этой жизни ничего нельзя. Жениться вот тоже не хотел, а теперь жена рядом едет! Кстати, а как бы ее защитить? Но только безопасного места нет, а со мной – хоть под каким-никаким присмотром. Конечно, это слабое утешение, но… какое есть. Да и не такой уж плохой у нас боевой арсенал имеется, защитимся, если что! Артефакты заряжены и не использовались в прорыве, так что шансы велики. Осталось отыскать князя и старого воина, но за этим дело стать не должно: наверняка их в сети заметим, если они в живых остались.

– Рэн, на территорию поместья войска вошли, – сообщил советник.

– Сколько?

– Сто человек – элита гвардии Вукоса, как понимаю; у каждого артефакт имеется, – доложил тот.

– Портриса с Ивлусом среди них нет? – забеспокоился я, хотя по времени и расстоянию от того места, где мы столкнулись, они никак в поместье быть не могут.

– Нет, – успокоил он меня.

– А что там вообще-то происходит?

– Войска расположились в деревне, короля среди них нет: значит, не все вошли в мою видимость. Генерала, как и капитана, не видно, Кринт осматривает территорию рядом с домом и сейчас заинтересовался стеной. Артефактчики короля рассредоточены по всей территории и толком ничем не занимаются. Гунер прохаживается рядом с домом и о чем-то размышляет, по ауре могу сказать, что он расстроен и зол на себя. Старосту с несколькими крестьянками в дом отправили, убираться, – обрисовал картину Креун.

– Значит, так… – начал я, а потом взял паузу: надо все взвесить… Но вариантов особых нет, стоит попытаться. – При первом возможном случае передай старосте приказ. Первое: королю и его повелениям не перечить. Думаю, он и так этого делать не собирается, но – на всякий случай… Второе – привести в дом Гунера, с ним надо поговорить.

– А стоит ли? – задал вопрос советник. – Да и зачем тебе князь?

– Да вот думаю помочь ему занять трон, – хмыкнул я, – он желание это не проявляет, так что надо его убедить. Тогда всем будет просто замечательно!

Советник помолчал, а потом рассмеялся и сказал:

– А ты хитрый! Даже мне не пришла в голову эта идея. Князя знают в королевстве, в списках претендентов он не на последнем месте. Вот только есть одна проблемка в твоих построениях! Он не на втором месте после короля!

– Это не проблема, – злорадно ухмыльнулся я. – На втором месте – ты знаешь кто! И если он отречется в пользу конкретного лица…

– Но ведь ты вроде как…

– Отречение? Хм, по крови никто и ничего понять не сможет, а подписи моей не знают: я ведь ею первый раз подписался, могу и изменить.

– Хорошо… тогда все может получиться, а в процессе ты, может, и не захочешь трон передавать. С Маркеном сейчас пообщаюсь, с помощью записок, и велю ему князя привести. С Гунером в круге управления побеседую, там-то он от меня ничего не скроет.

– Действуй!

Отдав указания советнику, сосредоточился на своем источнике: к сожалению, тот иссяк до донышка; хотя энергия и начала прибывать, но слишком медленно.

– Рэн! За тем леском, – Кин указала в сторону небольшой рощицы, – в поле, находятся воины короля! Там лагерь разбит, а в центре ауры Портриса и Ивлуса!

– В лесу никого?

– Нет! – Графиня нервно вздрогнула. – Рэн, они испытывают боль!

Кин галопом пустила Птичку в сторону леса. Ворон осуждающе заржал и рванул в погоню – догнали мы своих беглянок на опушке. Мой конь перегородил кобылице дорогу и сердито на ту закаркал, я же выговорил жене, что так поступать нельзя. Кин не стала оправдываться, просто посмотрела на меня полными слез глазами и произнесла:

– Им же больно…

– Жди меня здесь! – спешиваясь, сказал я.

– Нет…

– Да! – рыкнул на девушку. – Будешь отслеживать с помощью сети передвижения врага и мои тоже, сообщать Креуну, а тот будет на связи со мной. Понятно?!

– Хорошо, – коротко подумав, согласилась она.

– Вот и молодец, – улыбнулся ей, а потом похлопал Ворона по холке. – Ты уж за дамами присмотри, не позволяй им меня ослушаться.

– Рэн! – с обидой в голосе воскликнула Кин.

– Знаю я тебя! – улыбнулся ей в ответ. – Ну, все, пошел. Пожелай удачи, она должна понадобиться.

– Удачи… – шепнула девушка и вцепилась в поводья.

Прежде чем скрыться за деревьями, оглянулся: Ворон скалой стоял поперек дороги, преграждая Птичке путь, Кин также сидела верхом и, не отрывая взгляда, смотрела на меня. Махнув ей рукой, скрылся за деревьями; еще надо план придумать, но я не я буду, если не сделаю все возможное для освобождения графа и старого воина.

## Глава 11. Справедливость

Лесок небольшой, всего-то метров сто шириной, но кусты частые, деревца низкие, пробираться сквозь них никакого удовольствия не доставило. На лошадях и вовсе проблемно тут пройти. Все время держал связь с советником, который старался передавать слова Кин о местонахождении и передвижении аур. Общение таким образом выходило тяжелым, девушка всего пару дней назад научилась общаться с Креуном на расстоянии. Да и то все вышло неожиданно и необъяснимо: разговаривая со мной, Кин сослалась на советника, а тот ее услышал. Мы пришли к выводу, что этому способствовал круг управления в ее замке, там для Креуна графиня стала хозяйкой. Ее управляющий круг, как и стена, набрав определенную мощность, смогли полноценно заработать. Чуть позже советник подтвердил догадку. Его общение с Кин проходило через потоки, ведущие в круг управления замка, а ведь рядом находится мой круг управления! Связные потоки в замок, как мы их назвали, обходят стороной круг в поместье. А что будет, если от замка Кин окажется слишком далеко, а от моего круга – не на критичном расстоянии? Никто не знает. Может, смогут потоки прийти в мой круг, а потом к Кин? Этот вопрос – важный, ведь и со мной общение должно происходить по такому же принципу. Советник обещал подумать и разобраться с этим, по сути, все в его же ограничения упирается! Два круга – два хозяина, а он-то один! Наверняка можно каким-то образом заставить круги общаться по короткому расстоянию. Креун разобраться пока не успел, времени не хватило, а сейчас и вовсе не до этого.

Наконец лес пройден: воины короля, похоже, разбили лагерь или просто чего-то ждут. Устроили засаду и заманивают нас с графиней? Как бы то ни было, но попытаться отбить своих надо обязательно – вовек себе не прощу, если их брошу! Два костра, три шатра и десятка три лошадей пасутся, воинов не так много – двадцать один человек, что равняется взводу в армии агунов. Странно, лошадей больше, чем людей, но это можно объяснить, а вот зачем три шатра? Хотя если один для командира, второй для пленных, а третий для обычных воинов, то все сходится; правда, объяснить можно все. Однако пока не узнаю, все это – простые домыслы. Проверенные войска короля, сомнений нет; а судя по тому, что наблюдал при прорыве, – эти воины пару обычных батальонов раскатают на раз. Но их странная беспечность – смущает. Думают, что мы с Кин уже далеко? Или настолько уверены в своем превосходстве, что потеряли бдительность? Хм, от меня до них не менее полукилометра, всех подробностей не видно, стоят своим отрядом ровно посередине поля. И если получится отбить графа и старого воина, то как уходить? В поле они меня мгновенно догонят, лошади-то в любом случае нужны, хотя бы до леса доскакать. Кстати, через лес-то лошади не пройдут, придется Ворону и Птичке еще по седоку взять. Активировал свой перстень, скрывающий сущность, и медленно побрел навстречу врагу. Обычным взором меня не углядеть, но вот сухая трава под ногами выдает передвижение, да и в сторожевой сети аура появится, а брошенный магический взгляд и подавно меня разоблачит. Иду медленно и осторожно – тут не Лиин, и против меня – враг опытный и натасканный. За сто метров до лагеря стал осматривать пространство на наличие магических ловушек и вздохнул свободнее. Периметр лагеря опутывают тревожные нити: такую заденешь – и артефакт-пищалка известит своего хозяина, а в данном случае весь лагерь мгновенно узнает о вторжении чужака. Они, если мне не изменяет память, не реагируют на вес менее двадцати килограмм, и пройти сквозь них незамеченным нельзя, если только нет к привязки к артефакту. С таким мне сталкиваться еще не приходилось, но слышать – слышал. Рассматриваю нити – и вижу, что с противоположного конца лагеря их спокойно пересекают лошади, пасущиеся на границе линий. Может, вместе с лошадкой через периметр пройти? Выгорит или нет? Н-да, шанс пятьдесят на пятьдесят, если выгорит – хорошо, а нет – плохо придется. У них же явно приказ меня в плен не брать, да и сопротивляться буду. Креун помочь ничем не смог, даже совета не дал. О таких артефактах и он только слышал, что-то подобное и в его арсенале заклинаний имелось, но как обойти конкретный артефакт, он не знает. Может, внаглую вломиться и устроить удары из всех своих артефактов? Или использовать один направленный удар из посоха, и тут ничего и никого живого не останется… К сожалению, тогда и мои друзья пострадают. Так что выпускать заряды во все стороны – не подойдет. В высоту защита установлена метра на три, можно попытаться перепрыгнуть с неприятельской лошади, но во-первых – лошадь надо поймать, во-вторых – шума наделаю много. Может, как-то отвлечь? Да это их насторожит, и вся затея рухнет. Присел рядом с линией и решил попытаться изменить ее положение; не выйдет – что ж, будет бой неизвестно с каким финалом. Медленно и осторожно подвожу позаимствованный кусок из энергетического потока: даже не кусок, а так, полоску в пару сантиметров. Задумка состоит в том, чтобы зацепить и отогнуть, образовав дыру в защите. Когда до тревожной линии остается всего ничего, в голове раздается тревожный возглас советника:

– Рэн, это ловушка! Беги!

Пару мгновений борюсь с собой, чтобы по инерции не продолжить задуманное, так как смысл слов Креуна доходит с трудом.

– С чего это ты так решил? – выдохнул я и отпустил пойманную часть магического потока.

– Да Кин неожиданно как закричит, – успокоившись, ответил тот, – что вместо аур графа и Ивлуса появилась твоя, а потом и ее. Артефактчики сделали копии аур и пытаются к себе приманить спасателей. Попробовали одни ауры – не вышло, переключились на другие.

– Но смысл менять ауры? Такой методикой они ничего не добьются! А ведь я почти в их ловушку попался.

– У них есть определенный резон, – не согласился со мной советник. – Постоянно сканировать ауры никто не в состоянии, а артефактов таких нет, кроме созданного тобой.

– Может, есть? Я же создал один такой, почему же никто не в состоянии повторить мой опыт? Тем более что у истинных много чего имелось, могли и такие артефакты существовать, – возразил я.

– Все возможно, – советник не стал спорить. – Исхожу из того, что знаю. А представляется мне задумка воинов короля такой: разбивают лагерь в поле, вывешивают ауры разделившихся в бою и ждут добычу. Через какое-то время меняют ауры в надежде захватить хоть кого-то.

– Выходит, их и в лагере не такое малое количество, – обдумав и повернувшись спиной к защите лагеря, сказал я.

– Тут все равновероятно: может, столько, а может, и нет…

– Но зачем защиту-то ставить на удалении от лагеря? – уходя от опасного места, продолжал беседовать с советником.

– А это признание того, что тебя они опасаются, – усмехнулся тот.

Преодолев безболезненно большую часть дороги до леса, расслабился – и как обычно бывает, зря. Кто и как засек мое присутствие – останется тайной, может, ауру считали, может, наблюдатели засекли следы на сухостое, но из лагеря вылетели десяток верховых и устремились в мою сторону.

– Рэн, примерно два десятка всадников пытаются обогнуть лес и взять тебя в клещи! – передал слова графини Креун.

– Скажи, чтобы немедленно уходила и увела с собой Ворона! – на бегу отдал приказ советнику, прокрутив сложившуюся картину в голове.

Расстановка сил оптимизма не добавляет. Кин ждет меня, а враги на лошадях берут нас в клещи. Сам-то, может, и сумею выкрутиться, но с девушкой… а так ее отыскать всегда сумею с помощью Креуна. Графиня послушалась советника не с первого раза, стала тянуть время и уговаривать меня его устами поспешить, а там мы, мол, успеем вместе уйти от врага. Пришлось слукавить, сказав, что она уводит погоню, а я пережидаю в лесу и потом ее отыщу. До спасительного леса осталось с десяток метров, когда артефактчики стали наносить удары. Невидимость моя, слава богам, сохранилась, и били они наугад по ходу движения моей ауры. Обернулся и на мгновение замер – всадники в двадцати метрах! Руки вперед – и активирую сразу два огненных перстня; лава огня уносится в сторону конников. Не дожидаясь результата, прыгаю в сторону, уходя из-под возможного удара. Так и есть: в то место, где только что стоял, ударяют каменные глыбы и фаербол. До леса пяток метров, защитный браслет обжигает руку – удар отвел. Спотыкаюсь о кочку, падаю на траву и, перевернувшись пару раз, застываю. Смотрю на приближающихся артефактчиков короля. Вот обидно-то, до леса рукой подать, и главное – силы-то есть, а времени нет. Лихорадочно активирую все перстни, не задумываясь о том, где какое заложено заклинание, и выпускаю на волю чудовищную магическую смесь. Воздух загудел, и на врага понесся шквал ветра с огнем, водой, камнями, глыбами льда… Самое интересное, что в воздухе все они то пропадали, то проявлялись. Защита нападавших не справилась! Заклинание смело все на своем пути, как будто это не опытные и ко всему подготовленные воины, а обычные крестьяне. Люди и кони отброшены моим ударом, округа наполняется криками раненых. Медленно встаю и, прихрамывая, направляюсь в лес, в ушах звенит от криков, краем глаза замечаю слева поднимающегося воина. Он, наверное, скакал позади всех и почти не пострадал. От него устремляется молния в мою сторону. «Как же он меня увидел, ведь невидимость должна действовать…» – мимолетно мелькает мысль, а потом его заклинание встречается со мной. Браслет вновь раскалился, но смертельный удар все же отвел. Ударной волной меня поднимает над землей и швыряет в лес. Спиной проламываю в кустах просеку, по которой теперь и на лошади можно будет въехать, спиной ударяюсь о ствол какого-то дерева и без чувств падаю к его основанию.

– Рэн, Рэн, вставай, уходить надо, – увещевает меня советник.

Ему хорошо говорить, а у меня все болит и сил не осталось. Тем не менее охая, встаю, через ветви кустарников вижу – воины короля приходят в себя. Надо спешить – эти, может, и не станут меня преследовать, но других на подмогу уже наверняка созвали. Углубляюсь в лес, хотя понимаю, что если у них есть опытный следопыт, то вычислить меня труда не составит, да и по ауре… Черт! Присаживаюсь на поваленное дерево и обращаюсь к своему источнику: треть резерва заполнилась, должно хватить. Вот только под кого замаскировать ауру? Оглядываюсь и встречаюсь глазами с белкой, которая с любопытством меня осматривает. Всматриваюсь в ее ауру и старательно копирую. Интересно, как получилось? Не просматривается ли моя аура поверх наложенной на нее ауры шустрого зверька? Советник убеждает, что все вышло замечательно, Кин заметила пропажу ауры и забеспокоилась, а сопоставить пропажу моей и возникновение беличьей ауры она и додумалась. Да и белочка, разглядывающая меня, уселась на мое плечо и что-то стала попискивать. Хм, похоже, что она совсем еще маленькая. Как их там называют? Бельчата? Погладив бельчонка по шерстке, пересаживаю его (или ее?) на дерево.

– Плохой из меня попутчик, – обращаюсь к мелкому зверьку и развожу руками, – ты уж как-то сам давай. Мне поспешать надо.

Иду по лесу и прислушиваюсь к себе и окружающим шорохам. Тело хоть и побаливает, но терпимо, да и боль понемногу уходит; лес шумит как ни в чем не бывало, и криков воинов не слышно. Наконец сумел из крох источника раскинуть сеть. Воины короля остались позади, Кин в нее не попала, впереди простирается лес, переходящий из неширокой полосы в настоящий и непроходимый, с аурами зверей и без единой человеческой. К сожалению, сеть продержалась всего пару минут, все необходимое запомнить не успел, а на новую сил нет. С Креуном пока связь не поддерживал, надо восстанавливаться. Да и все уже переговорено: как только Кин окажется у какого-нибудь городка, то в ближайшей свободной от воинов деревне дождется меня. Сейчас же встретиться с ней тяжело, она ускакала за это время на несколько километров, а догонять ее по открытой местности небезопасно. Направление знаю – и ладно, в обиду она себя не даст, от бандитов отобьется; надеюсь, все образуется. Пока же принялся заряжать перстни, спасшие меня в бою – лишь с мечом и посохом в лесу находиться глупо. Так и от медведя вряд ли отмахаться смогу. Заряжая перстни, вспоминал схватку, опять возник вопрос: сколько времени она длилась? По ощущениям – секунд пять, но расстояние преодолел большое. Значит – дольше, хотя это и не принципиально, просто интересно. А вот над странным ударом, напоминающим скорее жест отчаяния, задумался. Каким-то образом я выпустил заряд из перстня невидимости, смешав его с другими заклинаниями. Только так можно объяснить, что огонь, камни и все остальное мерцали, пропадая и появляясь. От такого удара защита артефактчиков оказалась бессильна; выходит, с помощью такого перстня любую броню пробью!

Забравшись подальше в лес, устроил привал, время от времени раскидывая сеть. Источник постепенно наполняется, но надолго сеть не раскидываю, только на мгновение, посмотрел – и все; только теперь понял, как дороги магические силы и насколько истинные дорожили накопителями. Как там Кин? Справится ли? Вопросы постоянно терзают меня, но поделать в данный момент ничего не могу. С ней еще и Ворон: девушка на королевской кобылице со своенравным конем – компания дюже приметная. Необходимо спешить, но силы не беспредельны, а она ускакала далеко, да и толком не понятно, в какую сторону. Креун направление даст, но он проведет прямую воздушную черту между нами, а дороги-то может и не существовать.

– Рэн, князь в доме, – доложил советник, который занимался не только переговорами со мной и графиней, но еще и выполнял приказ по связи с Гунером. – Староста попросил его помощи в одном деликатном деле – записку прочесть, сам прикинулся неграмотным. Записка же адресована князю от твоего имени. В ней я указал, как пройти в круг управления. Вот он теперь стоит рядом с пентаграммой и размышляет.

– Хм, пришел, значит, и никому ничего не сказал? – уточнил я.

– Да, он никого в известность не поставил, сразу в подвал прошел, артефактами не пользовался и ничего странного не делал – я с него глаз не спускал, – доложил советник. – О, решился! В круг встал!

Минут пять длилось томительное ожидание, а потом Креун предложил мне переговорить с князем лично. Тот находится в круге управления, и транслировать разговор возможно напрямую в его и мою голову, сам Креун при этом проследит за возможной фальшью в разговоре.

– Князь? – мысленно обратился к Гунеру.

– Рэн? – В голосе князя послышались недоумение, растерянность и… радость. – Но как? Как такое возможно? Впрочем, не важно! С вами все в порядке? Как графиня?

– Ну, если считать, что суметь живыми унести ноги из собственного дома – это «в порядке», то да, у нас все хорошо, – ответил я со смешком.

– Рэн, до последнего момента я не догадывался, что у Вукоса на уме, – огорченно сказал Гунер. – Вы сумели прорвать кольцо артефактчиков короля? Какие-то неприятные вести тот получил и рассвирепел.

– Мы с женой вырвались, но Портриса с Ивлусом потеряли. – Поняв двусмысленность фразы, поспешил поправиться: – При прорыве артефактчики неожиданно выпустили по нам магические удары; Ворон вперед рванул, Птичка за ним, а лошади Портриса и Ивлуса в сторону шарахнулись, нас и раскидало. Их судьба мне неизвестна.

– Значит, ушли, артефактчикам похвалиться и оправдаться перед королем нечем! Кин-то как, не ранена?

– Нет, – коротко ответил, решив не говорить, что девушки рядом нет. – Но сейчас не об этом.

– Догадываюсь, – хмыкнул князь, – мстить будешь, или…

– Месть… – Я скривил губы. – Не люблю этого слова, но, боюсь, выхода мне Вукос не оставил. Не могу оставить все как есть, тут тебе надо решить, с кем же ты – со мной и графиней, или…

Князь молчал, я ждал ответа и прикидывал свои действия, если разговор не удастся. Да и если князь согласится, тоже что-то надо решать. Уходить в Куласу, как и запланировано? Сложно решать то, чего не знаешь.

– Рэн, князь не знает, на что решиться, – проинформировал советник.

– Гунер, что молчишь-то? – поторопил я князя. – Боюсь, что от этого разговора зависит не только наша участь, но жизнь всего королевства.

– Что ты имеешь в виду? – уточнил князь.

– Занимать трон в мои планы никогда не входило и не входит, но спокойное пребывание и занятие собственными делами – мечта! Чтобы она сбылась, мешают несколько факторов, и главный из них – король. Тебя знаю хорошо, а в круге упр… силы ты солгать не сможешь. Вот и предлагаю тебе трон!

– Предлагаешь… что?! – поразился тот.

– Трон, – хмыкнул я. – По крови стою первым в очереди на корону, если не станет Вукоса, то просто отрекусь в твою пользу, – спокойно объяснил ему. – Правда, тут уж как выйдет – или он, или я.

– Но у тебя же нет сил, армии, чтобы захватить и удержать власть!

– У меня есть право! Знать королевства, даже если и разделится во мнениях, большей частью останется верной закону.

– Возможно, – после минутного молчания согласился с моими словами князь. – Мало кто захочет войны, в которой не будет выгоды. Хотя многие попытаются поймать рыбку в мутной воде. Вот только Вукос навесил на себя столько активированных артефактов, что его защиту не пробьют даже все разом магические предметы воинов его охраны. Ты же один! Что ты можешь сделать?!

– Не важно, – махнул я рукой, как будто он мог меня видеть. – Ты мне лучше скажи, каковы будут твои действия? После смерти короля мне необходим человек, который подтвердит, кто я такой на самом деле. Пусть это узнает ограниченное количество людей – все равно! Тогда план удастся, и ты должен дать гарантии мне и графине, что мы сможем ничего не бояться в королевских землях.

– И какие гарантии ты хочешь получить? – усмехнулся князь. – Ведь король всегда может забрать когда-то данное слово!

Честно говоря, разговор меня вымотал очень сильно. Гунер ходил вокруг да около, никак не решаясь дать ответ. Но хоть не врал, что подтверждал и Креун. В итоге он согласился, но предварительно выуживал из меня признания, что я хочу получить взамен. Пришлось ставить условия. Первое, что придумал, – освобождение от налогов на сто лет, второе – пятьдесят тысяч золотом, если в казне есть средства, третье – неограниченный доступ к закрытой части библиотеки, и последнее, на что хватило фантазии, – найденный предками Кин прииск присоединяется к ее землям. Вроде все обговорили, а одно из главных условий чуть не упустил – спокойствие; последний пункт нашего соглашения гласил, что обязывать меня и супругу являться на придворные церемонии, будь то бал или любое празднование, траурное мероприятие или свадьба, – необязательно, захочу – сам приду! Гунер с такими условиями согласился, но в голосе сомнение слышалось.

– В чем сомневаешься-то? – спросил у него.

– Рэн, а может, ну его к чертям, эту месть и этот трон? Ты с Кин сбежал, сами живы-здоровы, что вам еще для счастья надо? Уедете в соседнее королевство, денег я вам за ваши земли передам, Вукос сам же и купит твое поместье и замок графини, чтобы вы молчали, – предложил князь.

– Нет, за все надо платить, и долг перед королем у меня большой, есть еще должок и графам, земли которых граничат с территорией Кин; будь уверен – долги отдам обязательно! – ответил ему, на чем разговор и завершился.

Древний артефакт подтвердил искренность Гунера, тот действительно встал на мою сторону, но вот лично короля свергать, конечно, не пойдет. А мне предстояло выработать план покушения на Вукоса, желательно с первой попытки. В поместье соваться смысла нет, там все под такой охраной, что иногда Креуну кажется, что он сам в гостях. Вообще же покушение на короля не становилось проблемой для заговорщиков во все времена – за редким исключением, их планы не давали сбоя. Если, конечно, до самого покушения доходило. И сейчас тоже нет проблемы, если бы Вукос решил заглянуть в дом – на территории поместья у него шансы выжить есть, а вот в доме мой древний артефакт разработал какое-то убийственное заклинание, которое не остановит ни одна защита. А я ему в этом помог, приведя свои выводы по смешиванию заклинания невидимости и боевых магических ударов. Вот только король посещать дом не собирался, оставалась одна надежда – перехватить его на дороге. Но как вычислить его маршрут и какую приготовить ловушку? Над этим-то и ломал голову последние два часа.

А вот дальше времени на размышление не осталось. Гунер вновь посетил круг управления и, связавшись со мной, поведал о планах Вукоса. Король собирается отправляться в один из своих замков, где будет дожидаться моей головы. Приказы отданы, и в королевстве меня объявили опасным мошенником и убийцей. Все данные про меня и моих сопровождающих разосланы с гонцами по всем более-менее значительным городам. Дорога в замок пролегает не так далеко от моего места пребывания, на Вороне в момент бы домчался, а вот на своих двоих придется постараться, чтобы не опоздать на неназначенную встречу.

Продумывание плана атаки на бегу по лесу к эффективному результату привести не могло. Но, слава богам, у меня образовался запас времени в пару часов. Дожидаясь свиту короля у дороги, продумал план и зарядил свои артефакты; источник восполнился к этому времени почти наполовину. Атаковать из укрытия, как какой-то бандит – не хочу, советник, правда, пытался образумить нерадивого своего хозяина, но я не изменил решения, хотя и от открытого боя отказался. Силы все же не равны, не смогу атаковать после предупреждения, у артефактчиков много магических штучек, про действие которых только догадываюсь. И вот вдали послышался топот лошадей; я огляделся по сторонам и замер, активировав перстень с невидимостью. Время замедлило свой бег, через дорогу солнце играет в водах небольшой речушки, на одиноко стоящей ели, напротив меня, деловито стучит дятел; в общем, прекрасная погода, мухи – и те ко мне потеряли всякий интерес. Мышцы все напряглись, сейчас решится многое… Тройка всадников проносится по дороге – передовой дозор. А вот и основная кавалькада, состоящая из примерно тридцати верховых. Внимательно рассматриваю колонну: король с Кринтом, генералом, капитаном и Гунером держатся в середине. Гунер едет чуть позади капитана и выглядит напряженным, а вот остальные расслаблены. Да и чего им бояться-то? Местность просматривается отлично, до леса не менее километра, в округе – ни одной живой души. Моя аура недавно изменила свое состояние, превратившись из сущности бельчонка в «портрет» лягушки, предусмотрительно пойманной и посаженной у моих ног. Поменялась она, естественно, не самостоятельно, перекрасить ее не составило никакого труда, чем проще аура – тем легче. Так, Вукос напротив меня – активирую заклинания перстней и примешиваю к ним невидимость! Два столба огня отделили короля и Кринта от остальных! А огненные стены вышли не малые! Пять метров в высоту и заканчиваются аккурат у реки! Дерево с треском горит, хорошо хоть дятел сумел увернуться! Времени мало, огонь погаснет через минуту, не больше, а моя невидимость растворилась в тот миг, когда примешалась к огню. Из-за пазухи выхватываю посох, и в три прыжка оказываюсь перед вставшей на дыбы лошадью короля. Лошадь под Кринтом гарцует, а тот что-то кричит – к чертям, не до него сейчас. Хватаю под уздцы лошадь Вукоса и осаживаю, огонь становится все меньше, и вот-вот тут окажутся телохранители короля.

– Всем назад! – срывая голос, ору в сторону артефактчиков и, поднимая над головой посох, активирую оставшиеся перстни. Ураганный ветер, каменные глыбы, ледяные стрелы и молнии полетели во все стороны. Одна из молний попадает в лошадь придворного артефактчика, и та с ржанием заваливается на бок. Вот ведь, хотел же поверх голов бить! Хм, а Кринт-то – везунчик, сумел отпрыгнуть при падении, а что опалил лицо от затухающей стены огня – ерунда, заживет!

От меня отскакивает молния, пущенная королем из перстня. Быстро он очухался, хорошо хоть защита меня не подвела. Бью наотмашь посохом, как дубинкой. До головы не достал, но в бок Вукосу приложил от души. Тот заваливается в сторону, и два его магических удара проходят впустую. Фаербол с треском влетает в и так почти догоревшее дерево, а молния уносится в небеса. Король не смог удержаться в седле и падает к моим ногам, удар посохом вышел отменный, даже мышцу потянул, хорошо хоть не выпустил из руки такой незаменимый артефакт. Лошадь короля галопом уносится в сторону: да, это не Птичка, которую просто так не пронять! Выхватываю меч и приставляю острие к горлу Вукоса. Тот, сделав движение рукой (наверняка хотел активировать еще что-то), замирает.

– Все назад! – снова ору и, криво усмехаясь, обращаюсь к Вукосу: – Какая неожиданная и приятная встреча, не находите, ваше величество?

– Чего тебе надо? – хрипит тот в ответ.

Хм, он что, время тянет? Но надо отдать ему должное, лицо не потерял!

– Да вот образовалась у меня к вам пара вопросов, – отвечаю, а сам оглядываюсь.

Огонь исчез, как будто и не было, только дерево догорает. А вот то, что Кринт притворяется лишенным чувств, – плохо. Этак он выберет удобный момент и ударит какой-нибудь пакостью, с которой защитный браслет не справится! – Кринт, ты бы встал чуть позади короля, чтобы я мог наблюдать за твоими действиями! – обратился к придворному артефактчику.

– Вот говорил же я… – пробурчал тот себе под нос и неспешно встал, после чего огляделся и медленно переместился, встав за лежащим на земле Вукосом.

Артефактчики замерли в полусотне метров от нас, готовые в любой момент броситься на помощь своему королю. Впереди них стоял бледный капитан и побагровевший генерал; князь хранит невозмутимый вид, но аура – тревожная. За кого же Гунер переживает? Мысль мелькнула и пропала, не до этого сейчас.

– Рэн, как дела? – не вовремя прозвучал вопрос Креуна.

– Нормально, меч у горла короля держу, а его охрана в отдалении стоит! – ответил ему.

– Так что ты ждешь! – воскликнул советник. – Мечом по горлу – и все дела!

– Отстань, сам разберусь, – дернул плечом, хорошо хоть – не той рукой, в которой меч.

– И чего ты ждешь? – посмотрел мне в глаза король, почти точно повторив слова Креуна.

Его аура спокойная, может, слегка досада проявляется – он и проигрывать хочет тоже достойно, как присуще людям его положения.

– Видят боги, не хотел того, что произошло! Вы меня вынудили по каким-то своим мотивам! Пришли в мой дом и меня же хотели убить, но перед этим сделали вид, что все вопросы мы уладили! Почему?

– Я встану? – спросил король. – Не хочу умирать лежа.

Прищурившись, всмотрелся в лицо короля, не забывая сканировать ауру: вроде ничего не замышляет, да и от меча у горла ему не увернуться. Кивнул, разрешая встать, и медленно стал отводить острие меча от горла, когда тот поднимался. В одном убежден на сто процентов – из этой передряги живым выберется только один из нас. Мог бы давно его отправить на встречу с богами, но это было бы простое убийство; мог бы и из засады удар нанести и не рисковать – вот только тогда стану ничем не лучше его самого и любого разбойника с большой дороги.

– Что дальше? – встав и растянув губы в улыбке, спросил Вукос.

Черт! Что ж делать-то?! Ну не могу просто так проткнуть человека мечом или убийственное заклинание в него выпустить! Вызвать его на дуэль? Смешно, на мечах он меня с закрытыми глазами прирежет. А может, воспользоваться старым кодексом артефактчиков? Когда спор решался в магической дуэли на артефактах? Мне ведь артефакты-то и без надобности, хотя есть и еще один вариант…

– Я хочу, чтобы ты отрекся от трона и признал свои прегрешения, – медленно выговорил, глядя ему в глаза.

– У меня нет и не может быть прегрешений! Короли никому не подсудны! – гордо вздернув подбородок, ответил Вукос.

– На твоей совести преступление против моей семьи, семей других благородных, которых ты уничтожил! Да, убийства ты замаскировал и отдавал лишь приказы, но ответственность – на тебе! Как стоящий вторым в списке на престол, я требую разбирательства! Мы должны уладить все споры перед подданными и ликами богов, так записано в истоках! – Хм, последнюю фразу вовсе не планировал произносить. И чего это он так в лице поменялся?

– Ты стоишь вторым на престол? – удивленно спросил Кринт. – Но ведь… анализ крови…

– Откуда ты знаешь это требование? Оно известно лишь избранным, и я думал, давно забыто… – растерялся Вукос.

Да, мне бы тоже хотелось знать, с какого перепуга у меня сорвалась фраза, да и что это за исток? Судя по лицу Вукоса, что-то я важное ляпнул. Опять, что ли, кто-то из богов за меня решать пытается? Да нет, непохоже, ничьего присутствия не ощущаю. Делаю вид, что все в порядке вещей, и начинаю искать в своей голове информацию про исток. И так и эдак прокручиваю это слово, но на ум ничего не приходит… Ладно, не до этого сейчас, позже разберусь.

– И что с этим истоком? – осторожно спросил придворный артефактчик, обращаясь то ли ко мне, то ли к королю.

Естественно, я гордо промолчал, говорить-то нечего, а вот Вукос ответил:

– Устройство королевства, незыблемые правила и его устои. Этот документ становится известен королю, наследнику престола и… второму лицу в королевстве.

– Но… – Кринт смешался, а потом спросил: – Кто же является вторым лицом?

– С этим я еще не определился, после кончины Викона никого не посвящал… – Он чуть усмехнулся. – Устои нарушил – и вот… Боги от меня отвернулись… Но да ладно, еще не вечер. Как понимаю, использовать будем те артефакты, которые при себе?

Он понимает, хм, а ведь что-то надо отвечать!

– Озвучьте записанное в истоке, чтобы все слышали! – сделав вид, что понимаю, о чем речь, предложил Вукосу, почему-то опять переходя на «вы». Наверное, уважение к королю у каждого из нас впитано с молоком матери. И все же, где же я слышал про исток? Ведь в мозгах вертится!

– «Претендент на королевский трон, стоящий не ниже второго места, имеет право вызвать на поединок своего сюзерена. Поводом для этого могут послужить непримиримые противоречия сторон. Король, в свою очередь, может отклониться от схватки, если претендент нарушил присягу и совершил действия, принеся вред короне. Поединок проводится один на один, без чьей-либо помощи со стороны. Использовать силу и разум доверенных лиц исключается, в случае обнаружения такового один из противников может аппелировать к свидетелям, наблюдающим за схваткой, и попросить тех прийти на помощь. Схватка продолжается до полного удовлетворения одной из сторон. Использовать можно только то оружие и магические артефакты, которые находились в руках или на теле при вызове. После вызова никто из приближенных к одной из персон не имеет права принести вред второй стороне, ибо это оценится как проигрыш. В случае победы претендента его претензии король полностью удовлетворяет. При несчастных случаях никакие расследования и претензии не принимаются ни к одной из сторон, и те не могут просить помощи для изменения или повторения. Проигравший претендент утрачивает право повторного вызова сюзерена на поединок, так как он лишается и рейтингового места на наследование престола», – без запинки выдал Вукос, потом чуть помолчал и добавил: – Недавно рассматривал эту возможность убрать тебя с дороги, вот и освежил в памяти книгу истока.

Н-да, эта запись, если все соответствует словам короля, дает легкую победу одному и не оставляет шансов другому. А кто в фаворе у книги истока и под кого она написана – мне стало понятно с первых фраз. Но присяги я не принимал, вторым в списке претендентов стою… стоял, ведь отречение-то подписано. Выходит, взывать к истоку не могу? Или могу, так как подпись-то не моя настоящая в отречении, но ведь она заверена кровью… Вот черт! Совсем запутался…

– Кстати, – король кинул мне к ногам свиток, – эта бумажка не имеет силы, к сожалению. Сам себя переиграл.

Ага, вот и бумага с отречением! Получается, что подпишись я своим родовым титулом – и исток мне бы не помог.

– Да что тут происходит-то?! – воскликнул Кринт. – Какой исток?! Что это такое?!

Лицо придворного артефактчика выражало крайнее изумление и негодование от всего происходящего; указав пальцем на Вукоса, он обвинительно произнес:

– Почему вдруг оказывается Рэн вторым в очереди на престол?! Ведь мы охотились за темным артефактчиком, черпающим силу в запретной магии и использующим запрещенные артефакты?! И что, в конце концов, за исток такой?

– Все слишком сложно, – покачал головой король. – Он представляет для меня угрозу, как и его отец в свое время. Объяснять ничего не хочу и не буду! А исток… – Вукос прищурился, а потом махнул рукой: – Ладно, надеюсь, это не повредит. Магическая книга, после коронации приходит к королю и дает ознакомиться с правилами и устоями управления. То, что там записано, – незыблемо и никто не в силах это изменить. В случае нарушения правил книга карает владельца… вернее, не книга – магия. Как, кто и зачем создал данный артефакт – не знаю. Знаю одно: при желании обойти там написанное – возможно; главное – точно сформулировать задачу и отдать приказ.

– Но почему о ней никто слыхом не слыхивал? – удивился Кринт, в задумчивости приглаживая спутавшиеся волосы.

– Когда-то о книге знал чуть ли не каждый, но моим предкам, занимавшим трон, это не нравилось, что вполне объяснимо. Ведь в этом артефакте прописаны обязанности короля, и при желании к ней обращались, требуя у него ответа и отчета. За многие века она забылась – где-то короли постарались, где-то время сделало свое дело… И уже мой отец правил спокойно и только соблюдал прописанное, ни один подданный не заикнулся об истоке.

– А прочесть-то ее разве каждый может? – задумчиво спросил Кринт.

– Нет, конечно! – Брови короля в изумлении взлетели, он не ожидал такого вопроса, но пояснения дал: – Исток приходит только к законному королю, он не может ее дать кому-либо прочесть, а если и сможет, то поверь мне – никогда по доброй воле на это не пойдет, – Вукос ухмыльнулся. – А все те копии книги, что ходили в народе, давным-давно уничтожены.

Теперь в голове сложилась более-менее ясная картина. Эх, подержать бы книгу в руках, точно бы все расставилось по местам… Боюсь, что даже если все задуманное мной выгорит, то этот артефакт мне не увидеть. Впрочем, не так он мне необходим, просто ради любопытства – король уже про него все рассказал; ну не все, конечно, но основное понятно. А кто и когда изобрел данный артефакт – тоже не загадка, кроме истинных – некому! А так, имея в каждом поселении людей определенные правила, которые никогда не нарушит главный представитель племени (а о королевствах тогда и подумать никто не мог), голова про соблюдение порядка у них не болела.

– Кринт, – я посмотрел на придворного артефактчика, – расскажи все охране – и не вмешивайтесь, тем более что, помогая королю, вы только усугубите его положение. Я прав? – перевел взгляд на Вукоса.

– Да, – коротко ответил он и чуть махнул рукой, как бы давая понять Кринту, чтобы тот поспешил.

Пару минут мы молча стояли, меч я убрал, и король мог свободно перемещаться, не опасаясь острия у горла. Разговаривать и что-либо спрашивать не хотелось, злость на него не проходила, а вспоминая свое детство, потерянную сестру, родителей… И как же я мог ему на миг поверить, что он не причастен к тем событиям?! А в доме он так убедительно говорил, и если бы не советник, то…

– Какие правила поединка? – решил все же уточнить я у него. – Что про это в истоке сказано?

– Вообще-то он уже начался, в тот момент, когда ты произнес фразу – вызов. Мы уже не можем просто так разойтись по своим делам, не получится., – Вукос говорил спокойно и уверенно, что-то он проанализировал и решил. – Ты, а потом я должны обратить свой взор к небесам на лики богов и произнести слово «поединок»: нас накроет купол, из которого мы, вернее – один из нас выберется после завершения схватки. А удалясь на одну сотню шагов друг от друга, можем атаковать.

Кринт тем временем переместился от группы, в которой находились основные силы короля, к той, что я пропустил вперед. Отдал им распоряжения и замер рядом с ними. Хоть и был он на приличном удалении от меня, но в его лице, да и ауре продолжала сквозить растерянность, как и у всех собравшихся на дороге, за исключением трех человек.

– Начнем? – спросил я короля.

Тот кивнул, поднял голову к небесам и произнес призыв, после чего, не глядя на меня, медленно пошел по дороге, удаляясь от меня. Ничего не оставалось, как последовать его примеру, но пойти в другую сторону. Ликов богов в небе я не увидел, но почувствовал, что потоки магии вокруг меня закрутились в какую-то карусель. Это произошло в короткий миг, потом все стало, как и прежде, вот только доступных магических потоков поблизости больше не наблюдалось. Зарядить простенький артефакт – и то возможности нет! Удивленно покрутил головой и заметил, что мы с Вукосом оказались отрезаны от магии барьером, проходящим рядом с обеими группами всадников. Он очертил своеобразный овал, от реки и до леса. И в нем только мы с противником. Из моего арсенала остались посох да защитный браслет, если не считать меч и кинжал. Хотя посох больше подойдет как дубинка, целенаправленно ударить из него заклинанием по малому, да еще и передвигающемуся объекту нереально. Хм, что ж король на мечах-то не пробует сразиться, там у него шансы велики! А, он же говорил про расстояние в сто шагов! Так, иду медленно, раздумываю, что противопоставить его величеству, надеюсь – посмертно. Кроме своего ополовиненного источника и пары заклинаний, придумать ничего не могу – нет у меня заряженных артефактов! Боя же на мечах придется избегать, Вукос наверняка знает уровень моего умения обращаться с холодным оружием, тут и думать нечего. Барьер впереди замерцал, а потом прозвучал удар в колокол. Звук исходил из того места, которое я недавно покинул. Оглядываюсь – ничего, только оскалившейся Вукос: вытаскивает меч и бежит на меня. Ясно, началось! Активирую защитный браслет, надеюсь, пару ударов он отвести еще сможет. А в меня летит молния: делаю шаг назад и лихорадочно вызываю руну огня. Молния – мимо! А король в пятидесяти шагах и выпускает фаербол и две молнии. Откуда у него, черт возьми, столько артефактов?! Хотя, может, перстни многозарядные, не рассмотрел… или он их подзаряжал во время разговора, а я мух ловил. От огненного шара уварачиваюсь, одна из молний обтекает меня – браслет отвел! А вот вторая чиркает по плечу, защитный артефакт еле справился и следующий удар может уже не отвести. Черт, а руна схлопывается, не смог зафиксировать ее в магическом зрении, вызываю ее снова, тороплюсь, в лице Вукоса заметно торжество от скорой расправы надо мной. Но, похоже, и у него не все так гладко: очередная молния – маленькая и летит медленно, увернуться от нее труда не составило. А вот моя руна насыщена из источника и отправляется к нему навстречу в виде фаербола. Вукос от неожиданности спотыкается на бегу и пытается уйти с траектории удара. Не дожидаясь результата, вызываю руны огня и молнии, лихорадочно насыщаю их, и вижу, что король уцелел: хоть и с опаленными волосами, но уже в пяти метрах и заносит меч для удара. Активирую оба заряда и посылаю навстречу врагу. Файербол (хотя что за магическое заклинание вышло не знаю: огненный шар, окруженный маленькими молниями) несется прямо на короля. Тот бьет по нему мечом, меч исчезает в сверкающем шаре огня, а потом оттуда в грудь короля бьет огромная молния. Раздается треск, запах паленого добирается до меня через мгновение, а Вукос отлетает на пару метров, и по его телу пробегают искры. Вновь звучит удар колокола. Поединок завершен. В изнеможении опускаюсь на землю, устало и печально смотрю на тело короля. И стоило так трястись за свой трон, чтобы подобным образом окончить свою жизнь? Он не этого, конечно, хотел, но справедливость в конечном итоге всегда торжествует. Хотя он просто продолжил путь своего отца, деда и, возможно, прадеда; не знаю, как они правили, но догадываюсь, раз уничтожили все копии истока и даже слухи о нем извели! Пусть не сразу, прошло несколько поколений, но чаша терпения и удача отвернется от таких людей, и зло будет наказано. А ведь источник мой опять пуст, сил нет… Закрываю глаза и ложусь на землю: необходим отдых, очень необходим… Но не до этого, надо вставать – ко мне, спешившись и что-то обсуждая, направляются генерал, князь, придворный артефактчик и капитан. Они все видели и слышали, но как поведут себя в данной ситуации?

## Глава 12. Кто кого

Стою и покачиваюсь от усталости, советнику ничего пока не говорю: он и моя жена волнуются, но раньше времени радовать новостями не хочу, все может повернуться иначе… Не доходя до меня пяти шагов, знать королевства агунов склоняет головы в полупоклоне, признавая меня властью. Вот только этого мне не надо!

– Давайте не будем спешить! – поднимаю вверх руку.

– Как же так?.. – удивленно басит Гонвор. – Старый король умер, а новый не хочет принимать поздравления и заверения в преданности?

– Вы многое слышали, как и ваши люди, но деталей не знаете. Мое настоящее имя – герцог Рэнион Лусар! – повысив голос, чтобы слышали как можно больше королевских воинов, сказал я. – Для подтверждения претендентства на трон прошу придворного артефактчика провести анализ моей крови, после чего можно дальше говорить.

– Да верим мы вам… – начал Зарг, но Кринт его перебил:

– Вы правы, Рэнион, анализ необходим в любом случае. – Он бегом потрусил к своей павшей лошади и снял седельную сумку.

Все молча наблюдали за его действиями – правда, расстояние сократили и взяли меня в живое кольцо. Всем любопытно! Никого не осаживал и недовольства не выказывал, наоборот, – поощрительно улыбался каждому, пусть видят, что скрывать мне нечего. Чем правдивее будут рассказы, тем меньше волнений произойдет в королевстве. А в свете задуманного мной, Гунеру придется несладко. Князь, кстати говоря, в задумчивости наблюдает за всей этой суматохой, и на лице, как и в ауре, радость убавляется с каждой минутой. Похоже, он все больше и больше утверждается в мысли, что восседать на троне придется ему. Ведь не стал бы будущий король так панибратски улыбаться своим воинам, которые в недалеком прошлом хоть и не по своей воле, но пытались лишить его головы. Наконец Кринт закончил возиться с анализом, который, на его удивление, получился без всяких проблем.

– Первый в королевстве! – торжественно объявил он, вздернув вверх лист с результатом.

– Король… Ваше величество… Господин… – послышались со всех сторон возгласы.

– Теперь проведи анализ у князя! – Я указал на Гунера.

– Зачем? Все ведь и так… – начал Кринт, но я его перебил:

– Проведи! Потом вопросы!

Как и ожидалось, кровь князя уступала моей, но в списки претендентов он войти обязан. Не знаю, на каком месте после всех подсчетов и пересчетов он оказался бы, но это меня не беспокоит.

– Бумагу и перо! – требую у окружения, нужное находится мгновенно.

Чуть задумавшись, начинаю быстро писать, вспоминая формулировки, что диктовал мне не так давно Вукос. Так-с, документ готов, ну как говорится, помогите мне, боги! Встаю и, прочистив горло, начинаю речь:

– Господа! – Шум мгновенно стихает, и все глаза сводятся к моему лицу. Чуть дергаю плечом – неуютно… Однако надо продолжать. – Вы все присутствовали на поединке и узнали правила. Видят боги, я не стремился занять трон, но из сложившейся ситуации выхода не нашел. Может, плохо искал, чего-то не учел, не об этом речь, – задумался на минуту, и мне почему-то вспомнились слова богини, произнесенные ею в момент заключения брака с Кин. Неужели мне предстоит всю жизнь бегать? Надеюсь, именно это отречение она подразумевала, хотя отрекаться мне приходится не в первый раз. Набрал в грудь воздуха и продолжил: – В силу того что перед собой я поставил задачи, с которыми не смогу справиться, будучи вашим королем, то от престола отрекаюсь. Тихо! – поднял руку вверх, стараясь успокоить воинов, ставших громко обсуждать такой неожиданный поворот событий. Шум чуть спал, и тогда я продолжил: – Возможно, со временем я бы справился с обязанностями и стал править не хуже предыдущих королей. Вот только есть лучший человек на эту должность, и именно в его пользу произвожу отречение, – подошел к Гунеру и, глядя в его глаза, спросил: – Князь, вы возьмете на себя бремя правления?

Князь дернул щекой и осмотрел притихшую толпу. От подготовленных воинов-артефактчиков – элиты королевской гвардии, не осталось и следа: вокруг стояли обычные люди. Хотя человек десять трезво оценивали ситуацию и не потеряли своей сноровки, среди них – генерал, капитан, придворный артефактчик и те телохранители, которые сопровождали короля в моем доме.

– Господа, мне прежде необходимо переговорить с Рэном… прошу вас. – Гунер развел руками, народ согласно кивнул, а князь показал мне в сторону, мол, отойдем.

Несколько шагов – и мы стоим под прицелом многих глаз, Гунер оборачивается и с усмешкой достает из кармана пирамидку – артефакт тишины. Из толпы доносится разочарованный вздох: конечно, столько артефактчиков приготовились выслушать нашу беседу, а тут такое разочарование…

– Рэн, я много думал и не могу принять твое предложение. Ты должен править королевством, тебя и книга признала, да и знаний для развития королевства у тебя много. Причем тех, которые никому не известны. А ведь их ты продемонстрировал перед народом, дай только до ближайшего города добраться – и такие слухи поползут… – Гунер щелкнул пальцами и улыбнулся.

– Знания… Нет у меня нормальных знаний – учусь только! А книга лишь выполнила свою магическую функцию, не более. И что-то подсказывает мне: на моем месте мог оказаться любой артефактчик из благородных. На короля она как-то настраивается, может, при коронации или еще каким способом, тут разбираться надо… По сути – она же его защищает! Если вдуматься в условия дуэли, то все за короля, а претенденту предоставлена возможность прыгнуть выше головы. Да, если он сможет с такими силами победить короля, тот не достоин носить корону и править, тем более что довел дело до дуэли, – ответил я.

– Возможно, ты прав насчет истока, – нахмурился Гунер. – Что-то в тех правилах неверно, а может, нам не все известно, но не в этом суть. Все видели, что заклинания ты использовал странные! Как в битве с королем, так и когда захватил его! А если вспомнить про твое поместье, и как там обстояло дело…

– И что? Меня причислят к какому-нибудь темному богу? – с усмешкой перебил я.

– Нет, – покачал он головой. – Посчитают, что воскрес истинный маг; ну может, и не воскрес, а вернулся из какого-то путешествия… Кстати, под это объяснение подходят и твои странный дом, своенравный конь, непонятные заклинания…

– Да пусть считают! Мне-то что?! Мы с тобой этот вопрос обговаривали, и ты согласился! А в моих планах никогда не значилось управлять королевством, взвалив на себя такую ответственность!

– Но ведь власть… – начал Гунер, но я опять перебил:

– Мне нет никакого дела до власти! Я хочу жить и заниматься любимым делом, в планах у меня на первом месте стоит… – Тут осекся, решая, что выбрать первым. – У меня есть Кин, семья, а заниматься буду магией и артефактами! И на этом давай закончим этот бессмысленный разговор, люди ждут!

Гунер не привык просто так сдаваться и минут пять приводил различные доводы, убеждая меня занять трон. Ага, нашел дурака! Погрузиться в интриги королевского двора, который воспримет новоявленного короля в штыки? Да там только и придется, что разбираться с заговорами да покушениями, управлять королевством и налаживать связи с соседними государствами. Про личную жизнь и интересы можно сразу забыть. А то, что Креун меня ранее убеждал занять место Вукоса, – очень пригодилось, на большинство доводов контраргументы мне известны. Так что нет уж, лучше останусь свободным рыскачом и займусь магией и артефактами истинных. В итоге князь вынужденно сдался.

– Ладно, но ты должен выслушать и мои условия. – Гунер пожевал губами. – Ничто не вечно, в том числе и я. Преемников у меня нет, а если ты отречешься, то неизвестно, кто взойдет на трон после меня. Я же предлагаю тебе передать мне правление. – Видя, что собираюсь вновь запротестовать, он поднял руку и быстро проговорил: – Пусть не правление, а очередь, тогда ты окажешься в списке претендентов вторым и всегда сможешь отречься и назначить приемника!

– А так разве можно? – удивился его предложению.

– Ты же почти король, твое слово – как приказ, любой совет лишь подтвердит твое решение. Никто не пойдет против, тем более ты – темная лошадка, и многим неизвестен.

Хм, выгода от такого развития событий налицо: вроде и не король, но… Да и таким образом решатся проблемы с замком Кин, вернее – с графами. Вот только почему князь хочет провернуть такую комбинацию? Явно ведь преследует собственные интересы. Что он от этого выигрывает? За трон не держится, но за королевство «болеет», опять-таки мои умения и знания захочет заполучить, а в случае чего на меня и обузу свалить – отрекаться-то не только мне суждено. Но такой же финт с передачей власти смогу и позже провернуть, если что с Гунером приключится, хотя под ударами врага буду стоять первым в списке. Ведь чтобы заполучить трон, придется убрать с дороги вначале меня и только потом – назначенного мной управленца. Да уж, задачка…

– Рэн, – прозвучал осторожный голос советника, – ты там в порядке?

– Не совсем, – ответил ему, а потом принялся рассказывать о вставших проблемах.

– Да разве же это проблемы! – воскликнул тот, выслушав. – Становись королем, отстрой во дворце стену, а пентаграмма там наверняка где-то есть! Вдвоем мы все королевство под контроль мгновенно возьмем.

– Об этом мы с тобой говорили – разговор окончен! – раздраженно бросил я ему, а потом спросил: – Что с Кин?

– В порядке, тебя дожидается. Она в городке на границе с Куласой, прикинулась пареньком, сняла номер в трактире и ждет своего брата. – Советник не выдержал и хмыкнул. – А про вторую лошадь и вовсе наплела такого, что все шито белыми нитками. Мне кажется, что ей не поверили, но деньги взяли и вопросы не задают.

– Городок как называется? – спросил я.

– Иглур – название его пошло от…

– Не сейчас, – перебил его и обратился к Гунеру: – Князь, предложение принимаю, но с оговорками, сидеть в королевстве не намерен. В управление вмешиваться не буду и никаких льгот не прошу!

– Так уж и никаких?! – хитро прищурился старый интриган.

– Никаких! – твердо подтвердил я.

– А библиотека, порядок в землях Кин, налоги? – принялся перечислять тот.

– Гм, а для этого нужны особые привилегии? – Я сделал удивленный вид, а потом со смешком сказал: – Мне казалось, что это само собой разумеющееся.

Довольный Гунер звонко захохотал, а потом мы скрепили договор рукопожатием, после чего князь промолвил деловым тоном:

– Осталось решить вопрос с книгой истока – и все в порядке!

– А что с ней решать-то? – забеспокоился я. Книга никак себя не проявляла, хотя по идее – какие-то инструкции выдать уже должна бы…

– Вот об этом и хочу поговорить, – хитрец поднял вверх указательный палец.

Как бы он таким образом меня на трон не запихнул – обеспокоился я. Ему только палец в рот положи, а он уже голову дожевывать будет! Нет, надо руки в ноги – и в Куласу! Вот только как вырваться-то от этих хитроумных придворных?! И главное – Гунер не принадлежал к особам королевского двора, значит, он не слишком силен в их играх, а вот если туда попаду я, то там меня эти акулы враз сожрут!

– Книга, как догадываюсь, к тебе не явилась и свод правил и требований не озвучила. – Князь вопросительно посмотрел на меня и дождавшись моего утвердительного кивка, продолжил: – Выходит, она вступит в действие после коронации и намертво привяжется к коронованной особе.

– И что? – подозрительно спросил я, не понимая, куда тот клонит.

– Мне бы хотелось разделить это бремя с тобой. Ты должен знать и выполнять требования истока!

– Да я не против, – махнул беспечно рукой, а внутри все так и кипело, уж на такую-то уловку он меня не поймает!

Явно замыслил умыть руки и наслаждаться жизнью. Нет, может, он и желает нам с Кин только добра, хочет видеть нас высокопоставленными особами на самой вершине власти, но нам-то этого не надо! Ну ничего, посмотрим, кто кого переиграет в итоге.

Отречение пришлось отредактировать, заменив основное слово на уступку очередности. Озвучил результаты разговора – все так же, но на этот раз криков радости не наблюдалось, люди были шокированы таким решением, и даже самые стойкие выразили удивление. В их глазах читалось недоумение: от трона чуть ли не отказались сразу два человека, а этого понять они никак не могли. Только один придворный артефактчик мгновенно распознал весь замысел: он одобрительно и уважительно покачал головой. Еще чуть-чуть – и палец бы большой кверху поднял. Однако на этом дело не закончилось, как бы мне этого ни хотелось. Оказывается, моя бумага имеет определенную силу, но утвердить ее должен совет артефактчиков, который находится в столице, и мое присутствие там вроде как обязательно. Мало того: прежде этот совет обязан провести расследование по смене власти. Из чего вытекает, что в столице мне придется задержаться. Вот только Кин, Портриса и Ивлуса бросать не думаю, и пока их не отыщу, в столицу не поеду, о чем и заявил Гунеру. Тот и глазом не моргнул, соглашаясь с моими словами, лишь вызвался сопровождать меня в поисках, аргументируя, что в данный момент я, хочу того или нет, являюсь преемником Вукоса. И как преемник должен решить, что делать с телом короля. Устроить тому пышные похороны, как это принято из века в век, или объявить предателем. Последнее в отношении человека, который довольно долго правил королевством и подданные не свернули ему шею за это время, было бы неразумно, ведь он устраивал многих, и агуны при его правлении недовольства не высказывали. Хотя прилюдно обижаться или злиться на королей не принято нигде. Тем не менее нарушать традиции я не стал, да и не известно, к чему бы это привело. Велел устроить прощание с павшим королем со всеми положенными в таком случае почестями и похоронить в его фамильном склепе.

Гонвор пошел отдавать указания воинам, чтобы слали гонцов и отменили предыдущий приказ по поимке преступников. Новый приказ, за подписями его и придворного артефактчика, предписывал в случае обнаружения тех персон оказывать им всяческую помощь и поддержку. Данный приказ просто обязан вызвать удивление, поскольку полностью противоречит предыдущему королевскому, но написан позже и печаткой королевской заверен. Представляю, как изумятся получившие за короткое время два противоположных по смыслу приказа. Живая подпись стоит многого, но с факсимильной печаткой Вукос никогда не расставался… Гунер задумчиво ходит взад и вперед, ни на кого не обращая внимания, его сразу же после моих слов стала опекать тройка телохранителей, у моей персоны также маячили фигуры воинов, зорко оглядывающихся по сторонам. Артефактчики продолжали обсуждать между собой разыгравшиеся на их глазах события, интерес ко мне не ослабел, но пара суровых взглядов на них – и все стали делать вид, что заняты исключительно своими делами. Кринт дал указания двум телохранителям, и те бросились выполнять распоряжение – тело Вукоса необходимо подвергнуть процедуре заморозки, которая позволит провести позже обряд похорон. Потом Кринт связался по артефакту связи с главой городка, где дожидалась меня жена. Он дал точные инструкции в отношении графини, вернее – герцогини, я-то как-никак – герцог! Инструкции просты – охранять и не перечить.

– Кринт, – начал я, рассматривая в его руках артефакт связи, которого прежде никогда не видел и захотел иметь у себя, – мне вот одно не ясно. Почему таких артефактов в королевстве Гройн не встречается – или они секретны? Даже в Лиине их нет! А ведь городок находится на границе…

– Рэн, да, такие артефакты редко встречаются. У нас вот есть, в Куласе; говорят, что в Стиксе имеются, но точно не знаю. – Он протянул мне прямоугольный артефакт из камня. – На, посмотри.

Отшлифованный гранитный «кирпичик» с загадочным рисунком – неизвестной мне руной, что само по себе неожиданно. В магическом зрении от артефакта уходит полоса магии и… упирается в одну из сумок придворного артефактчика. Он что же – и сейчас что-то передает? Хм, а от сумки Кринта уходят малозаметные потоки, расходящиеся во все стороны. О, один поток замыкается на Гунере, еще один вроде как идет ко мне… Выходит, что у меня вовсе и не артефакт связи!

– Кринт, а сколько всего таких артефактов? – подбрасывая на ладони камень, уточнил я, а потом добавил: – Мне бы иметь такой не помешало, да и Кинэлле тоже.

– Амулет связи приравнивается к вооружению королевства, может использоваться только для безопасности, к тому же имеет приличный расход энергии. Всего их у нас восемь штук: один должен находиться непосредственно рядом с королем, пятеро артефактов находятся в приграничных городках, один – у совета магов, и последний доверяют для особо важных заданий. Да и связи между ними нет, общаться можно только через этот, – разъяснил мне Кринт, одновременно отказав таким тактичным образом.

– Они все одинаковые? – Я со вздохом протянул «кирпичик» обратно.

– Цвет камней разный, рисунок – такой же, – ответил тот и спрятал артефакт в карман.

– Скажи, а как так получается, что связь идет от всех к одному, и почему невозможно связаться друг с другом посредством других артефактов? Или?.. – кивнул в сторону сумки, намекая, что вижу потоки. – Кстати, как называется этот артефакт?

– Называется он коротко – «артефакт связи» – или просто «связь», – усмехнулся тот. – Ты правильно заметил потоки, это лишь инструмент, а работает он через приемник-накопитель. Пойдем, покажу, ты вроде как не последнее лицо в королевстве, так что можно.

Кринт сноровисто распаковал сумку и из бархатного чехла вытащил на свет артефакт. Солнце осветило его, и во все стороны полетели искрящие преломленные лучи. Кристалл горного хрусталя играл на солнце и притягивал взгляд. Таких артефактов мне встречать не доводилось. В поперечнике сантиметров тридцать, а тяжеленный! Основание выполнено из металла, по виду похожего на серебро. По металлу нанесено рунное сплетение, иначе и не назовешь – руны перевиваются друг с другом и образуют замысловатую чеканку. В основание вставлен обработанный кусок горного хрусталя, он имеет острые грани, а на вид схож с обычной каплей… Странное решение. А какое исполнение! Грани вроде бы и острые, их много, но взгляд за них не цепляется и видит плавно скругленную каплю. Сфокусировать взгляд на одной из граней сложно – каплевидная обтекаемая форма обманывает глаз, представляя всю картину целиком, но не открывая подробностей. Тем не менее я сумел в магическом зрении рассмотреть и грани, и мощный энергетический поток, находившийся внутри капли. Два артефакта в одном! И накопитель (энергию можно не только вкладывать, но и черпать из данного артефакта, абсолютно в этом убежден), и устройство для связи! Хм, а ведь он еще и подзаряжается сам! Заметил, что «бесхозный» магический поток, витающий в воздухе, устремился внутрь артефакта.

– Без этого, – кивнул на каплю, – связные артефакты бессильны?

– Да, – подтвердил Кринт. – И общаться остальные артефакты – передающие – могут только с тем, который ты видел.

– Понятно… – протянул, а сам-то решил, что такой артефакт не будет исполнять столь примитивную роль.

Ну, не может быть все так просто! Вероятно, его так настроили или пользоваться не умеют. Недаром на передающем артефакте руна вдавлена, об заклад побьюсь, что на других руны не такие. Надо понять, как на удалении вызывать не основной «кирпичик», а тот, который необходим. Но не это меня сейчас заинтересовало, главное – возможно общаться на расстоянии с помощью рун. Да, нужен магический резерв, но источник-то есть, а значит, наладить связь с Кин возможно! Да и с другими артефактчиками можно, если они сумеют отыскать свои источники, хотя посвящать кого-либо в свои изыскания пока не собираюсь. Какие возможности-то открываются, если свободно общаться на расстоянии! Ведь и с сестрой могу, с Генером, да и того же Портриса в мгновение ока отыскал бы! Правда, это все с учетом того, что у меня получится наладить связь на удалении хотя бы с женой. В свете того, что увидел – и Креун со мной или с Кин может общаться на огромных расстояниях, перспектива не безнадежна… Встряхнул головой: разбираться и думать буду потом, сейчас есть другая глобальная задача – обвести вокруг пальца Гунера и удрать из королевства, предоставив князю расхлебывать вопросы с вхождением на трон и разбирательства с магической книгой истока.

Тронулись мы в путь небольшим отрядом. Со мной поехали Гонвор, Зарг и десяток артефактчиков, от большего сопровождения моей персоны отговорился с трудом. Гунер с Кринтом и остальные воины отправились в столицу. Лошадка мне досталось молодая и сноровистая, вот тут-то и понял, как дорог мне мой любимый Ворон. Особенно это проявлялось, когда неугомонная животина решала, что всадник отвлекся (так на самом деле и обстояло, надо же руны осваивать), и тогда она делала все, что хотела, а не то, что от нее требовалось. Лошадка частенько останавливалась подкрепиться – то молоденькой травкой, то побегами деревьев, а иногда ей взбредало в голову ломануться в лес… Только чудом ни разу не вывалился из седла! За пару часов пути вымотался страшно, а про эксперименты с магией и вовсе пришлось позабыть. С Креуном спорить – и то не в состоянии. Просто рассказал ему все и на пререкательства не повелся:

– Это окончательное решение, занимать трон я не намерен ни под каким предлогом! Спорить об этом не будем, это мое последнее слово! – Вероятно, в моем голосе древний артефакт прочел раздражение и железную твердость – он принял мое решение и не произнес ни слова о своих мечтаниях заполучить власть, только тяжкий вздох советника пронесся в моей голове.

А вот артефакт связи его заинтересовал.

– Рэн, подробнее обрисуй руны на основании, – попросил он.

Как смог, по памяти воспроизвел рисунок, вроде ничего не перепутал, недаром рассматривал и запоминал древний артефакт. И если бы не строптивая лошадка – пару экспериментов мы бы непременно провели, а так… тело ломит и пятая точка просит отдыха, а плана по обману Гунера и моих сопровождающих в голове по-прежнему нет. Хорошо хоть, что Кин не успела ускакать далеко, однако нам потребовалось два дня, чтобы добраться до городка. К концу пути меня настолько замучила моя лошадь, что я успел сорвать злость на генерале и каком-то воине. Сперва ко мне обратился артефактчик с предложением увеличить скорость передвижения (ее задавала моя кобыла), чтобы успеть до темноты прибыть в Иглур, на это я его обложил не свойственными для благородных словами. Гонвор имел неосторожность поддержать своего подчиненного, на что был послан в далекие дали. Капитан же понятливо улыбался – он один из немногих видит, что дорога дается мне с огромным трудом. А как бы пришлось кому-то другому на моем месте? Несколько дней прожито в таком напряжении, на пределе сил и нервов, что восстанавливаться придется долго. Да еще и дамокловым мечом висит возвращение в столицу на совет, а как там все повернется – известно одним богам. А последним и вовсе нет доверия, что там у них в планах насчет моей грешной персоны – неизвестно. Тем не менее в темноте мы въехали в городок, и через двадцать минут я сжимал в объятиях Кин. Креун предупредил ее – муж вот-вот появится, чтобы она не испугалась стука в дверь в такой поздний час. Чуть отстранившись и смахнув слезинку, покатившуюся по щеке, девушка сказала:

– Рэн, пообещай так никогда не делать! Ты же мог… – Она не договорила, лишь вновь прижалась ко мне.

Отвечать ничего не стал, она не маленькая, все сама понимает, обещать невыполнимое не хочу и не буду.

– Извини, ты измучился, а я к тебе с дурацкими женскими просьбами пристаю! – гладя меня по волосам, шепнула Кин.

Хм, устал – да! Но от того, что сжимаю в объятиях свою половинку, усталость куда-то улетучилась, а может, отошла на второй план, заменив все желанием обладания. Да и пусть восстанавливаться буду дольше! Пусть нет плана, сейчас абсолютно не хочется об этом задумываться. Без слов увлекаю Кин на кровать, одежда летит в разные уголки комнаты, мы не позаботились даже о том, чтобы закрыть дверь. Следующие час-два, может, больше или меньше, мы наслаждались друг другом, отодвинув на задний план все проблемы. Когда за окном стало сереть и до восхода осталось всего ничего, мы, приглушив свою страсть, лежали и молча смотрели друг на друга.

– Что дальше? – тихо произнесла Кин.

– Дальше? – погладил ее по щеке. – Дальше чуть отдохну и добьюсь того, чтобы ты запросила пощады!

– Рэн, я серьезно: что делать будем? – Девушка села на кровати и обхватила себя руками. – В столице возникнет много проблем, ты как чертик из табакерки выпрыгнул и занял трон, многим придется не по душе такой расклад.

– А кто говорит, что трон мне нужен? – удивился я, а потом усмехнулся, догадавшись. – Это тебя не Креун пытался подбить, чтобы стала королевой?

– Он расписывал все прелести и возможности королевской жизни. Власть, перспективы… много чего, – подтвердила она. – Но я-то не маленькая девочка, понимаю, что при дворе начнутся интриги – и жизни спокойной не видать.

– Спокойной жизни не обещаю, но от короны отказался, и советнику это прекрасно известно. Он решил через тебя на меня воздействовать – не вышло! – приобнял ее за плечи и шепнул: – Надо как-то поговорить, чтобы никто подслушать не мог.

– Так нас могли слышать?!

Хоть в комнате магический светильник светит в полнакала, но и в его неярком свете видно, как запылали щеки девушки. Не заостряя на этом внимания, просто пожимаю плечами. Но говорить придется через посредника – Креуна. Разговор затянулся на час, окольными фразами проверяя, точно ли передал мои слова древний артефакт, а то с него станется. Разъяснил Кин наше положение и задумался. Никакой другой план, кроме бегства, не смогла предложить и жена. Вот только бежать совершенно нет желания. Мы же не воры и не разбойники, да и неудобно как-то, а найти приемлемый выход из положения никак не могу. Выходит – надо пробовать. И все же план, вернее, наметки плана стали созревать. Встал с кровати и, отыскав одежду, облачился в нее, про себя дивясь, как мы ее разбросали. Особенно поразили собственные сапоги – один оказался под кроватью, а второй – на столике рядом с так и не открытой бутылкой вина и остывшей жареной курицей. Жена-то, узнав от Креуна о скором моем приходе, озаботилась ужином, но он так и остался невостребованным. Сейчас же голод проснулся, и я с удовольствием отломил жареную ножку и принялся ее уплетать. Бумага и перо нашлись там же, на столике, и я, взвешивая каждое слово, стал писать письмо Гунеру; второе письмо адресовал совету. Осталось дело за малым – незаметно покинуть номер и городок. Вот тут-то и пришлось поломать голову: номер наверняка прослушивается, и даже если удастся тихо удалиться, то по аурам, да и по установившейся тишине, это мгновенно вызовет подозрения. Однако выход нашелся – правда, нам пришлось с герцогиней потрудиться, выискивая в номере хоть что-то живое. Нашими трофеями стали паук и муха, они нашли приют в двух стаканах, перевернутых кверху дном на одеяле. Насекомым из ловушки не выбраться, а через пару минут мы поменялись с ними аурами, не в прямом смысле, конечно, но ауры я замаскировал. И теперь моя аура закрашена под паука, а паук имеет мою. Так что, надеюсь, наши телохранители-стражи не обеспокоятся установившейся в номере тишиной. Две наши ауры мирно отдыхают после бурной ночи, а что паук и муха отправились по своим насекомым делам – ничего подозрительного. Трактир сложен из крупных камней, они не отшлифованы и имеют приличных размеров швы в кладке – спуститься труда не составило. Короткая перебежка – и мы в конюшне. Утро раннее, конюх залихватски похрапывает, а вот Ворон при виде меня как-то невразумительно фыркнул и не поспешил проявлять свою радость; он мотнул головой и не спеша вышел из стойла.

– Да что с тобой? – погладил я его по шее. – Ожидал, что ты от радости поднимешь на ноги весь город, а ты… – Он меня расстроил.

Обиделся? Может, из-за того моего приказа – охранять Кин и не вмешиваться, когда я угодил в ловушку, пытаясь вызволить Портриса и Ивлуса? Да вроде не похоже, как-то он печально на меня смотрит, а аура радостная. Хм, ладно, потом разберусь. Сбруя лошадей нашлась рядом с храпящим конюхом, от которого за версту разило дешевым вином. Нехорошо напиваться, когда надо присматривать за лошадьми постояльцев. Куда только хозяин трактира смотрит?! Десять минут – и мы с Кин ведем под уздцы лошадей к выходу. Снимаю засов с ворот конюшни, чтобы их отворить. Еще немного, и мы умчимся от всех проблем… навстречу новым. Главное – трон перестанет довлеть надо мной, Гунеру волей-неволей придется играть по моим правилам! Отличное настроение портится: ворота конюшни открываться не желают.

– Что за чертовщина! – наваливаюсь всем телом, чтобы сдвинуть створки.

– Рэн, что случилось? – шепчет девушка.

– Понятия не имею, – задумчиво отвечаю, – когда сюда шли, с той стороны ворот никаких препятствий и замков не видел!

Кин, стоящая рядом с дверью, которая была и вовсе чуть приоткрыта при нашем проникновении в конюшню, дергает ручку.

– Дверь закрыта… – взволнованно выдыхает она и так очевидное.

Магический запор от воров? Иногда хозяева зажиточных домов используют такие артефакты: войти можно, а вот выйти… Но подобные артефакты – сложные и дорогие – в захолустном городке устанавливать такой в конюшне трактира? Осматриваю все магическим взглядом – ничего!

– Рэн, нас заперли! – нервно произносит Кин и прижимается спиной к стене.

– Вижу, – озадаченно отвечаю.

И что делать? Сломать ворота не проблема: один магический удар – и их вынесет, но шуму будет… Да и ведь кто-то постарался нас запереть! Кстати, а что там насчет аур? Раскидываю сеть. Так… пять аур окружили конюшню, а еще семь спешат из трактира – в них нет угрозы, только решительность… Интересно, а на что они решились? Кто-то меня на данном этапе переиграл… С досадой, но неслышно бью кулаком о ворота. А может, от нас с Кин решили избавиться? А что: если не Гунер, то в игру могла вступить и какая-то неизвестная сила, решив побороться за трон. Но кто? Генерал? О нем мне не так много известно, в рейтинге на трон он занимал далеко не первое место, но определенные силы у него есть. Да и амбиции должны быть, раз сумел достичь такого положения. Капитана со счетов сбрасывать также нельзя, а ведь им могли и весточку прислать… Подготавливаю магические заклинания с ударами огня и льда: если будет заварушка, то просто так им нас не получить, энергия-то в источнике самую малость до краев не достает – восстановился.

– Кин, активируй браслет защиты, – шепчу девушке.

– Ты считаешь, что это по наши души?

– Вряд ли, – пожимаю плечами, – просто лучше подготовиться заранее, мало ли что…

– Активировала, – через пару секунд ответила та. – Ты, кстати, тоже не забудь про свою защиту!

– Хорошо, – кивнул ей.

Вот и сбежали незаметно! Где-то я промах допустил… А если Гунер решил править единолично и обезопасить себя и трон от моего присутствия? Да нет, он к девушке относится как отец, да и аура его… Хотя в поместье-то он переиграл не только меня, но и Вукоса с артефактчиками! Ох, не так прост князь, как кажется.

– Пойдем, Ворон, обратно в стойло, не удастся нам с тобой сейчас поскакать, – обращаюсь к другу и, разворачивая его, веду обратно.

Ворон печально каркает и утешительно лижет мое лицо, я даже уклониться не пытаюсь – прощен. Девушка следует моему примеру и отводит Птичку. Стойла мы запирать не стали, как и расседлывать скакунов. Возвращаемся с Кин к воротам и ждем дальнейшего развития событий. Вот десяток артефактчиков заняли позиции напротив ворот конюшни, и от них подошли два человека. Дверь открылась – и перед нами предстали Гонвор и Зарг. Генерал и капитан приветливо нам улыбнулись.

– Что-то случилось? – поинтересовался Гонвор.

– Да вот, решили коней выгулять, а ворота оказались запертыми, – расстроенно покачал я головой.

– Да, нехорошо, – согласился, а может, и попенял мне капитан.

– Если хотите прокатиться, то давайте мы составим вам компанию. А без охраны отпускать вас не велено, – сказал генерал, а потом, как бы спохватившись, спросил: – Кстати, а в вашем номере-то сейчас кто?

– Откуда нам знать? Мы-то сейчас здесь! – вернув тому улыбку, ответила Кин.

– Ну да, ну да, – согласился тот с ее словами. – Предлагаю прежде позавтракать, а потом прогуляемся, – он сделал паузу, – до столицы, вас там уже заждались.

– Пошли, перекусим, – ответил я и первым покинул конюшню.

Угрозы нашим жизням от этих людей нет, в этом уверен. Не могут ауры всех давать ложную информацию. Но руны продолжал держать перед своим магическим взором – с каждым разом мне все легче и легче их контролировать, а это радует. В трактир нас сопровождало пятеро артефактчиков, не считая капитана и генерала. Еще пятеро осталось у конюшни, у них все продумано: знают, что Ворона не брошу, да и пешим нам уйти не удастся, вот и сторожат лошадей не столько от воров, сколько от нас. Ошибок же, как выяснилась, мы с Кин не совершили: за номером наши телохранители действительно присматривали, но не сканировали – так, по крайней мере, меня заверили, – а вот у конюшни дозор находился постоянно. И когда мы проникли внутрь, то они не нашли лучшего выхода, как доложить капитану, предварительно заперев нас внутри. Гонвор, кстати говоря, этому повороту событий не радовался. Еще бы, его люди сообщают младшему по званию, а тот уже решает – поставить его в известность или нет. Зарг не стал обострять ситуацию, и генералу доложил, сделав вид, что так и должно быть – младший обращается к старшему, и так по цепочке. Но на деле, артефактчики поставили капитана на ступень выше генерала, а значит, капитан имеет больший вес при дворе. Ну да это можно понять, генерал – в армии, в боях всему голова, а в придворных играх искуснее капитан. Когда же Зарг доложил генералу, то номер и конюшни просканировали, и вот тут-то их поджидал сюрприз. Телохранители говорят: они в конюшне, а мы вроде как спим в кровати, а в конюшне ничего живого, кроме пьяного конюха и лошадей, не наблюдается. Озадаченные, они поспешили все проверить, в номере нас не нашлось, хотя ауры говорили обратное, ровно до того момента, как наших пленных насекомых не выпустили из ловушек. Муха радостно взлетела, паук рванул в дальний угол, и перед изумленными взглядами Зарга и Гонвора наши с девушкой ауры растворились. В конюшне же ауры не появились, но, проникшись увиденным, военные перестали сомневаться в словах воинов. Теперь же, жуя салат, я придумывал, как отвертеться от поставленного в лоб вопроса о странном поведении наших аур. Так ничего и не сообразив, сказал:

– Не буду оправдываться и про ауры ничего не скажу. Считайте это маленьким моим секретом.

– Угу, – пробасил Гонвор, – ауры, поместье, странный поединок с Вукосом, книга истока – все секрет.

– А главное – не хочет на трон! – поднял вверх указательный палец капитан.

– Вы меня охраняете или сторожите? – задал я вопрос, проигнорировав их слова.

– А сами-то как считаете? – улыбнулся Зарг, переходя на уважительный тон. – Вы же являетесь преемником павшего короля, вся ответственность за королевство легла на ваши плечи. И то, что Гунер, возможно, взвалит на себя эту ношу, еще не факт, есть только определенные желания, но вот исполнимо ли это?!

– Угу, совет артефактчиков еще не состоялся, – поддержал его генерал. – Вот и поставьте себя на наше место. Как бы себя повели?!

Отвечать ничего не стал, от досады с грохотом отодвинул тарелку, кивнул воинам и, взяв за руку Кин, увлек ее в наш номер. Поездка, как и придуманная выездка лошадей, откладывалась. Одно из условий, поставленных князю, – найти всех своих друзей – не выполнено. Да, графиня… тьфу ты – герцогиня! Никак не могу привыкнуть к ее новому титулу; вернее, он мой, но зацикливаться на этом никакого желания нет. Так вот, жену-то отыскал, а вот графа и старого воина – нет, и думается мне, что встретить их смогу только в Куласе. Надо определиться и решить, что делать. Тянуть кота за хвост и изображать поиски друзей или отправляться в столицу, уладить там вопросы и мчаться в соседнее королевство в надежде отыскать друзей там? А может, Портрис в Лиин рванул? Там все же его сын и моя сестра, приют и защиту он всегда получит. Нет, вряд ли, граф настроен решительно, и что-то тянет его на свою родину. Мои письма Гунеру и совету лежали нетронутыми там, где их и оставил. Читали ли их генерал с капитаном, меня не интересовало, ничего в них секретного нет, хотя кое-какая информация для раздумий найдется. Ну, да боги с ними, с этими письмами, маленький посыл огненной руны – и бумага вспыхивает, не оставляя после себя никакой информации, лишь пепел…

Дорога, опять дорога и перестук копыт. На этот раз ехать удобно, и можно заняться экспериментами с магией и своим источником, вот только желания нет. Никак не могу разобраться, в каком же мы с Кинэллой статусе? Едем в окружении артефактчиков, а их магические артефакты так и «светятся» в магическом зрении, в любой момент могут выпустить на волю свои заряды. Тут никакие браслеты не спасут. Воины нас вроде охраняют, но вежливо и тактично указывают, куда и с какой скоростью ехать, ни на шаг не нарушают своего построения. Гонвор и Зарг едут рядом и пытаются шутить, развлекать нас в дороге. Но в момент, когда показался караван, как потом оказалось – купцов, подобрались и жестко отдали распоряжения охране. Двое телохранителей сорвались вперед, а их место в строю заняли Гонвор и Зарг – а артефактов-то прибавилось! Выходит, генерал умеет с ними обращаться и занял высокий командный пост не только по знакомству или из-за видения стратегии… Так вот, не знаю, что сказали встречным путникам наши телохранители, но караван в спешном порядке свернул с дороги, освобождая нам беспрепятственный проезд.

– А это-то зачем? – спросил я генерала с капитаном, присоединившихся к нам, когда вернулись телохранители.

– Безопасность, – уклончиво ответил Зарг.

– Дайте хоть артефакт связи – с Гунером есть что обсудить, да и новости узнать не мешает, – попросил я.

Гонвор молча протянул «кирпичик», активировав его, и я принялся ждать ответа, который последовал через минуту.

– Кто там? – раздался в моей голове голос князя.

– Гунер, нас арестовали или нет? – повторил я вопрос, который не раз задавал своим сопровождающим.

– В какой-то степени! – рассмеялся тот, узнав меня. – Рэн, ты уж извини, но с тобой иначе нельзя. Я отдал четкие распоряжения: когда ты воссоединишься с супругой – не спускать глаз с вас обоих.

– Ты мне не доверяешь? – с укором в голосе спросил я.

– Нет-нет, что ты – доверяю… – Он чуть помолчал. – Но тебя же тянет в другую сторону, а ты необходим в столице.

– Так уж и необходим? – недоверчиво хмыкнул я.

Как бы на меня все же корону не напялили, поставив в безвыходное положение… А то, зная князя – с него станется. Он ведь за королевство радеет и делает все, чтобы оно процветало. Вот решит, что на троне мне самое место – и… Нет, не выйдет у него ничего, не дам повесить себе такой хомут на шею, тогда все мои задумки с магией смогут воплотиться в жизнь ох как не скоро.

– Да, необходим. – Голос князя стал серьезным. – Тут кое-кому не по душе такая смена власти. И поверь: ни тебе, ни мне эти силы не рады. Расследование по твоей дуэли с королем пройдет тяжело. Кринт, слава богам, на нашей стороне, надеюсь, здравый смысл возобладает. Да и свидетелей дуэли много, факты передернуть сложно. Капитан и генерал против нас с тобой тоже ничего не имеют – может, и не являются ярыми сторонниками, но и не противники.

– Понятно. – Информация давала повод для размышлений, отнюдь не радостных. – Но основная наша договоренность – в силе?

– Если ты переживаешь насчет короны, то да, в отличие от некоторых, я свои слова на ветер не бросаю! – тонко попенял он мне.

– Ну, слово, что вернусь – я не давал, – возразил ему. – Вернее, говорил, что пока не отыщу всех, кто со мной из поместья убегал; насколько ты знаешь, Портрис и Ивлус так и не нашлись.

– Знаю, но найти-то их на нашей территории и не рассчитывал! Вы же наверняка обговорили при прорыве место встречи, и оно находится в одном из соседних королевств. Кстати, каком? Если это не огромная тайна.

– В Куласе, – признался я.

– Вот как? Значит, что-то там есть интересное для тебя… – протянул Гунер.

Нет, нельзя ему давать повод для размышлений! Этак он и дальше меня просчитывать будет, мало того, что обыграл и не дал улизнуть, так и тайн никаких не останется!

– Выходит, телохранителей нам с Кин нужно слушаться и при возможности перетянуть на свою сторону генерала и капитана? – увел я разговор со скользкой темы.

– Да, и постарайтесь ни во что не влипнуть по дороге. Любые неприятные инциденты могут обернуться против нас, – ответил он.

На этом мы и распрощались. Путь до столицы – неблизкий, в дороге всякое может случиться, а еще надо Гонвора и Зарга в союзники взять. Они люди Вукоса, а при такой смене власти не принято оставлять старых служивых, но капитан и генерал – люди чести, такими разбрасываться нельзя. И что же будет в столице? Какие такие силы настроены против нас? Ладно, поживем – увидим! На душе стало спокойнее, разговор с князем снял много вопросов, правда, и новые появились. Почувствовав улучшение моего настроения, Ворон радостно закаркал, я же улыбнулся и подмигнул жене, показывая, что все не так плохо, как кажется.

## Глава 13. Новый король агунов

Путь до столицы прошел на удивление спокойно. Пара непонятных моментов присутствовали, но я решил списать все на перестраховку своих охранников-тюремщиков. Да-да, именно тюремщиков! Туда не ходи, это не делай, тут не ложись – и вообще, герцог, шли бы вы отсюда! И так по несколько раз на дню. Нет, сильно ни во что не вмешивался. Но почему мне не понаблюдать за бойкой торговлей на базаре в небольшом городке? Или не выяснить, у кого какой артефакт? А уж чтобы с женой остаться наедине – и мечтать не приходилось. Нет, рядом-то мы спали, но каковы ночевки! На свежесрубленных еловых лапах – та еще постель, а в паре метров расположилось охранение. В деревни или города, встречавшиеся на нашем пути, генерал с капитаном заходить отказались. Туда отправлялись двое воинов, чтобы прикупить провиант, и на это время Гонвор и Зарг опять занимали их место. Встречали воинов со всей предосторожностью: навстречу им выезжал капитан с тремя артефактчиками, и минут пять о чем-то расспрашивал, только после этого те вставали в строй. Недалеко от столицы мы почему-то пару раз сворачивали с тракта и уходили по малым тропкам через лес. Объяснение, что так короче, меня не убедило: кого-то наши охранники опасаются… В целом меня это и не интересовало – оставаться в королевстве в планах уже и вовсе не стояло. Да, тут есть где поискать артефакты, здесь мое поместье, замок Кин, но… если бы не Вукос со своими претензиями, то, возможно, все бы и осталось по-старому, теперь же выход один – разобраться в столице, и пусть только ветер Ворона догоняет. Вот и ворота столицы, у которых как-то подозрительно оживленно.

– Что происходит? – спросил генерала.

– Рэн, это наши сопровождающие. Десятком безопасность в проезде через город нам никак не обеспечить, – озабоченно ответил он мне.

– А есть кого опасаться? – уточнила Кин.

– Мы получили четкие инструкции от Гунера, – пожал плечами Зарг.

Угу, инструкции они получили – об этом-то я давно догадался… А вот какие, даже тут не захотели говорить. Окруженные со всех сторон телохранителями, у которых я насчитал не менее тридцати работающих артефактов защиты, мы галопом проскакали по улицам города, разбрызгивая лужи копытами лошадей и пугая прохожих. Ворота на территорию королевского дворца распахнулись при нашем приближении, и мы, не снижая скорости, проскакали по королевскому парку и остановились у мраморного крыльца, где прохаживался Гунер. Спрыгнув с Ворона, помог спешиться Кин, хотя в этом необходимости не было – просто чуть тянул время, чтобы решить, какие вопросы задать князю первыми.

– Рад, что вы добрались без происшествий! – улыбаясь до ушей, подошел к нам князь.

– Нам что-то угрожало? – спросила его Кин.

– С такой охраной вам ничего не могло грозить. – Князь отвел взгляд и посмотрел на генерала с капитаном.

Те синхронно кивнули, а Гунер оживился и, взяв под руку Кин, повел ее во дворец, на ходу заливаясь соловьем и показывая ей то одно, то другое. Вот старый пройдоха – он все же решил подобраться ко мне через жену! Ну-ну, посмотрим, как это у него получится. Птичка тем временем тихо заржала и боднула головой в бок Ворона. Понятно, решила показать ему, где здесь что. За них можно не переживать – такие лошади себя в обиду никому не дадут. Вот черт, и злость-то сорвать не на чем! Плюнуть – и то как-то… непристойно буду выглядеть в глазах слуг, выглядывающих из окон и всех углов. Но странно: кроме князя, нас никто не встретил… Я вздохнул и отправился догонять князя и герцогиню, они уже поднялись по лестнице, ведущей во дворец, и замерли, ожидая меня. Со мной пошли Гонвор, Зарг и трое артефактчиков: даже тут не ослабили охрану! Осмотр дворца занял несколько часов. И то мы обошли его едва наполовину. А от разговора князь все время ускользает! У меня всего-то несколько вопросов, из которых главный – только один: когда, черт возьми, он нас отпустит? Гонвор от нашей компании отделился почти сразу, а вот остальные повсюду таскались за нами и с улыбками наблюдали, как Гунер обрабатывает Кин. Наконец-то он сообразил, что нам с дороги пора отдохнуть и перекусить. Довел до выделенных нам покоев и сказал:

– Обед через час, охрана вас проводит, там и переговорим.

И, не дав мне и рта раскрыть, ретировался; осталось только головой покачать. Убранство покоев достойно короля. Тут есть все, о чем можно мечтать: стеллажи с книгами, картины, удобная и дорогая мебель, широченная постель, ванная, душевая и даже мини-кухня. В апартаментах пять комнат, и только чтобы их обследовать, потребовалось полчаса, да и то осмотрели мы все поверхностно. И, к моему разочарованию, проверить тут все магическим зрением затруднительно – слишком много работающих артефактов, искажающих видение.

– Рэн, а тут здорово! – с разбегу прыгнула Кин на кровать, мгновенно ту переворошив и зарывшись в шелковое убранство.

– Неплохо, – пришлось мне признать очевидное; а потом спросил: – Ты променяла бы свободу на эту клетку?

– С тобой? – хитро прищурившись, спросила она. Рассмеялась и подпрыгнула на кровати, плашмя приземлилась и, полностью скрывшись под перепутанными простынями и одеялами, сказала: – Если с тобой – променяю! Иди ко мне!

– Нет, нет и еще раз нет! – протянув вперед руки, как бы отталкивая невидимого противника, воскликнул я. – Не забывай, мы в гостях, тут же и у стен есть глаза и уши! А ты так изумительно выглядишь в этой постели, что… – Фразы не закончил, сглотнул комок в горле и продолжил: – И потом, у нас скоро обед, опаздывать нам не следует.

Девушка выпуталась из одеял и наволочек, села на кровать и серьезно спросила:

– Что дальше-то? Мне как-то тут не по себе, все такое вычурное, без души…

– Вот за обедом и поговорим, – невольно сжал зубы. – Давай сейчас приведем себя в порядок после дороги, – предложил ей, а потом усмехнулся: – Чур, я первый в ванную!

– Рэн! – Кинэлла мгновенно подпрыгнула и оказалась около меня. – Так нечестно, – обняла меня за шею и поцеловала. – Ты же уступишь своей уставшей жене?

– Иди, – махнул рукой, – что с тобой поделаешь…

Кин упорхнула в ванную, а я присел в кресло и задумался. Все мои доводы Гунеру известны, он со всем вроде бы согласен. Так зачем все это? Для чего убеждать Кин, что тут все замечательно? Переманить ее на свою сторону ему не удалось, да и не мог не знать, что ничего из его затеи не выйдет. Или затея вовсе не в том, чтобы отдать мне трон?

– Креун, – позвал советника и, когда тот откликнулся, сказал: – Мне с тобой необходимо посоветоваться.

Мнение, отличное от моего, сейчас необходимо как воздух. Можно с Кин посовещаться, она князя хорошо знает, но в этом-то одна из проблем – нужен взгляд со стороны, не отягощенный прошлыми заслугами. А Гунер для Кин, и в какой-то степени – для меня, сделал много хорошего. Креун, не перебивая, выслушал изложение фактов; ему многое известно, да и в круге управления князь стоял…

– Рэн, ты зациклился на этом троне! – ответил он мне. – Посмотри на вещи шире!

– Да как, черт возьми! Куда ни кинь взгляд – всюду трон и королевский титул! – в сердцах ответил я ему.

– Попробуй поставить себя на место князя.

Хм, на его месте никогда бы не согласился с предложением занять королевскую должность. А он, кстати, не сильно ведь упирался, у каждого свои мотивы и цели. И что же движет Гунером? Власть? Да он от нее бегал и не хотел шумихи вокруг своего имени – точно помню и знаю! При желании давным-давно мог занять должность придворного артефактчика при Вукосе, однако не захотел, а вот от ответственных поручений не отказывался. Появляюсь я, и все у него идет наперекосяк… так, а может – не я? Может, это Кинэлла приносит в его жизнь такое разнообразие? Я появился и мог бы исчезнуть с горизонта – правда, все равно бы всплыл, но совершенно в другом статусе. Не будь нашей свадьбы, король не вызвал бы к себе непонятную парочку, про которую ему прожужжали все уши. И не открой мы глаза на происходящее вокруг него, той милости бы не получили. А вот насколько он во всем заблуждался, для меня останется загадкой. Как-то легко Вукос подавил годами зарождавшийся против него заговор: такое ощущение, что королю нужен был толчок. И этим толчком послужили мы с Кин, с которыми он решил разобраться попозже, предварительно поставив жесткие условия. Сейчас уже не сомневаюсь, что он ждал от нас не выполнения его приказов, а с точностью до наоборот; для этого и палки в колеса вставлял. А вот меня стороной обошел, наверняка не думал, что найду себе подданных, а уж обустроиться в такой короткий срок, да еще и зимой… Как же он должен был удивиться, когда ему доложили о наших успехах. Деньги в казну Кинэлла сдала, у меня все отлично. Вот и не сумел он больше ждать, решил все одним махом закончить, ведь чем дольше ждешь, тем противник становится сильнее. А меня он приписал к противникам… Если бы не мои эксперименты с покраской того дерева, то приказ на уничтожение отдал бы раньше, и тогда наши шансы на выживание стремились бы к нулю. Но необычное дерево, невнятные доклады о бое в лесу – все это заставило короля опасаться меня и внести толику сомнения: может, стоит перетянуть такого необычного артефактчика на свою сторону? Имея сильного сторонника, можно и соседям диктовать свои условия. Вот только при нашем разговоре он понял, что сторонником его не буду, да и не так много силы имею – учусь только. Так, а что же князь? Хм, а Гунер, пожалуй, хочет видеть во мне союзника и от трона отказываться не собирается. Воздействовал он на Кин по другим, вполне понятным мотивам – привязать нас к себе покрепче. Она для него многое значит… На этом месте мои размышления прервала герцогиня. Девушка вышла с мокрыми распущенными по плечам волосами, вся такая свежая, с игривой улыбкой на устах, что я… поспешил под душ. Необходимо немного охладиться! Выйдя из ванны, пожалел, что тут нет Креуна, с его способностями освежать белье – долгая дорога дает о себе знать… Не успели мы с Кин обмолвиться парой фраз, как заявился капитан и пригласил нас отобедать.

Огромный стол ломился от всевозможных блюд и яств, тут и там высились запыленные бутылки с вином (пыль от долгого хранения в винном погребе говорила о возрасте напитка и его цене). Такой обильной пищи вдесятером за неделю не осилить, а стула-то только три. Ни генерала, ни капитана, ни даже придворного артефактчика – Кринта за стол не пригласили. Их вообще в зале не наблюдалось. Зарг довел нас до дверей и, сказав, что Гунер придет с минуты на минуту, ушел. В зале находились пятеро артефактчиков, изображавших статуи у дверей, – охрана.

– Это какой-то королевский прием! – шепнула мне на ухо Кин, но не рассчитала акустики просторного зала, и ее слова гулко пронеслись по нему.

– Что вы! Это просто дружеский обед! – улыбаясь добродушной улыбкой, сказал Гунер, вошедший в зал через дальнюю от нас дверь. – Присаживайтесь, – он указал на предназначенные для нас стулья.

Князь сел во главе стола, Кин расположилась слева от него, а мне пришлось обогнуть Гунера со спины, и в этот момент я ощутил на себе взгляды напрягшихся охранников. Интересно, кто здесь кого (и от кого) охраняет-то? Всего в зале имелось три двери, одна из которых замаскированно сливалась со стеной и, по всей вероятности, служила для прохода слуг из кухни. У окон росли цветы, их вазоны так искусно сливались с интерьером, что я сперва подумал, что цветы – искусственные, слишком уж красивые. Опустившись на стул, вопросительно посмотрел на князя; тот взгляд понял, улыбнулся и сказал:

– Обо всем потом поговорим, сейчас просто обед друзей, которые не виделись долгое время.

Что ж, обед так обед, тем более что при герцогине вести переговоры не хочется. А в том, что князь хочет что-то предложить, сомнений нет.

– Рэн, – голос советника застал меня врасплох, чуть вином не поперхнулся, – тут Бурк с женой пожаловали. Что с ними делать и где размещать?

– Так временный дом для Портриса построен же? – удивился я такому странному вопросу. – Вы что там, со старостой сами ничего решить не в состоянии?

– Кстати, насчет Маркена, ты… вернее, мы, ему денег за строительство задолжали. Новые дома для учителей не строят – золота нет. Да и что после делать, они не знают.

– Пусть размещает Бурка в доме графа, а я потом что-нибудь придумаю, – ответил ему, а потом спохватился: – Сколько мы там должны-то?

– Триста, – коротко ответил тот.

– Сколько?!! – Вином все же поперхнулся. – Да за эти деньги… – Фразы не закончил, возмущению предела нет.

– Ты сам настаивал на быстроте и качественных материалах. Так вот, камни, доски и все необходимое привезли, работники так же есть – простаивают. А в стоимость включено все: постройка, материалы, еда… – Советник помолчал. – Рэн, они все могут назад увезти, нам это встанет в сотню, но…

– Да понял я, – бюджет, а вернее, его отсутствие, вводит в уныние. – Денег у тебя нет, за материалы и то не рассчитаться. А ведь еще и Бурку платить…

– За материалы мы деньги найдем, вернее, Маркен выразил желание их купить, если ты не объявишься. Он это говорил бригадиру каменщиков, вот и порешили они ждать тебя два дня еще.

– Передай старосте, что гонца с четырьмя сотнями золота пришлю. Но чтобы таких трат больше не было! Уж по крайней мере без моего ведома, – вынужденно согласился я.

Дома-то мне пока без надобности, но что будет завтра – не известно. А так – крестьянам обещал, можно сказать, слово дал. А какой хозяин, если слово не держит? Не будет к такому уважения, разбегутся от него все подданные, а по возвращении обратно жить как-то надо… Хоть и красив замок Кин, но жить мы будем в моем поместье! Девушке еще ничего не говорил, но считаю, что она не будет против. У меня и магию изучать легче, и Лиин близко, да и до столицы не так далеко.

– Рэн, ты что-то нахмурился? – поинтересовался Гунер. – Еда не по вкусу?

– Все замечательно… пока, – ответил, а сам решил, что у Кин возьму десяток золотых.

Жене в замке деньги понадобятся, а сам и не на такую сумму проживу. Хм, когда же это решил Кин отправить в замок? Ни о чем таком раньше не думал, но не тащить же ее на поиски неизвестно чего! Моя герцогиня за время обеда не вымолвила ни слова, да и мы с Гунером не очень активно беседовали, важных дел не касались, все больше о погоде да лошадях.

– Рэн, предлагаю тебе посетить бывший кабинет короля, – откладывая вилку в сторону и глядя мне в глаза, сказал князь.

Наконец-то пытка с обедом и неизвестностью закончилась, сейчас все станет ясно! Молча киваю и поднимаюсь из-за стола.

– А я?! – напротив меня встает Кин и напряженно смотрит на меня.

– Кинэлла, мы переговорим с Рэнионом, а он потом тебе наш разговор перескажет! – жестко и с властностью в голосе отвечает ей князь.

У меня аж мурашки по спине от его тона пробежали. Вот умеют же сильные мира сего так ответить, что ослушаться невозможно! Мне такому никогда не научиться, хотя… про «никогда» не уверен. А вот в глазах Кин мелькнула молния, девушке такой тон пришелся не по вкусу. Она молча встала, склонила голову, а потом резко повернулась и пошла к двери. Распахнула ее, а Гунер крикнул:

– Зарг! Головой за герцогиню отвечаешь!

Кин не остановилась и не обернулась, так и вышла, а в зал заглянул капитан, кивнул и скрылся. Вот оно как, дел-то у капитана, оказывается, не было, никуда он не уходил, у дверей ждал. Исходя из этого – князь ему полностью доверяет, а Зарг на его стороне, и… А вот что именно «и» – так и не додумал, слишком мало данных. Князь провел меня в кабинет короля. Да, видно, это помещение Вукос использовал исключительно для работы, здесь нет ничего бросающего в глаза, все по-деловому и только необходимое. Сейчас, правда, в кабинете царил легкий беспорядок: свитки, листы с подписями и печатями, карты, какие-то записки – все переворошено.

– Вот тут и зарождались планы стратегии Вукоса. – Князь обвел руками помещение. – Я бегло просмотрел документы – ничего необычного.

– И что, никаких артефактов? – удивился я.

– Светильники и сохранение тишины – считай, ничего. – Князь опустился в одно из двух кресел, стоящих у стены, и кивнул мне на свободное.

За стол он не сел, решил вести разговор на равных, а не как старший с младшим. Честно говоря, за столом ему не так удобно было бы, вначале необходимо порядок навести, но долго ли смахнуть бумаги? Присев, я еще раз огляделся и прошелся по кабинету магическим взглядом. Действительно, потоки магии спокойны, а заклинания исходят от светильника и пирамидки, стоящей на полу у окна. Пирамидка, конечно, интересная, со своего места вижу, что на ней руны начертаны, да и размерчик у нее необычный, почти до подоконника достает! А это мне по пояс примерно, о ее весе и подумать-то страшно, как и о том, что она наверняка способна выполнять не только заклинание тишины. Артефакты таких размеров не создавались для столь примитивного, в общем-то, заклинания. Хотя такой исполин может и весь дворец от подслушивания защитить… Эх, повозиться бы с ним!

– Да, в королевской сокровищнице интересные артефактики встречаются, – заметив мой взгляд, сказал этот искуситель.

– Угу, истинные маги большими умельцами слыли, разные магические штучки из их рук вышли, – не поддался я.

– Возможно, ты сможешь их когда-нибудь рассмотреть, – ответил Гунер, чуть помолчал и добавил: – Рэн, груз королевской ответственности ты решил взвалить на меня, я согласился. Может, при мне останешься – подучишься и возьмешь правление в свои руки?

– Э-э-э…

– Подожди! Дай договорить! – перебил меня Гунер. – Мне много лет, стар уже, править смогу от силы лет десять, не более, а вот преемника у меня нет. Кин мне как дочь, ну а ты… – Он не договорил, отвел взгляд и тихо закончил: – Мне хотелось бы иметь такого сына.

– Спасибо, лестно услышать такие слова. Вот только власть мне не по душе, у меня другие интересы, – отрицательно мотнул головой.

– Да, твой ответ заранее просчитывался. Да и Кинэлле не по нраву становиться королевой – вижу… Жаль… Но, возможно, вы оба правы. – Князь почесал пальцем переносицу и тут-то я увидел, насколько он устал.

Гунер расслабился, на миг утратил контроль, и аура выдала, что он находится на грани духовного и физического истощения. Мне стало жаль старого артефактчика, а в магическом зрении он выглядел именно так. Однако из-за сострадания лезть в петлю я не собирался. Да и, в конце концов, что мне до этого королевства! Вроде как тут моя родина, но она меня маленьким мальчиком так ударила, что лишила всего, и только благодаря состраданию Брона сумел уцелеть. А ведь мой наставник сумел мне привить любовь к королевству, только… соседнему. По сути, моя родина – королевство Гройн, а не королевство агунов.

– Ладно, – продолжил князь, – давай решим, что ты получишь взамен трона.

Предварительно мы обговаривали этот вопрос, но… в то время еще толком уверенности не существовало, что трон станет вакантным. Теперь же время пришло обговорить все еще раз, и уже не на расстоянии, а смотря друг другу в глаза. И мы это понимаем оба.

– Ничего не надо, – ответил я, а потом добавил: – Может, только доступ в закрытые библиотеки да помощь в наведении порядка в землях Кин.

– И все? – вопросительно посмотрел он на меня.

– Больше ничего не надо, – твердо ответил я.

Попадать в зависимость от будущего короля не хочется. А то, что князь займет трон, – сомнений нет. Пока ни одного достойного кандидата не видел, а право крови именно мне дает выбор.

– Эх, – вздохнул Гунер, ему мой ответ пришелся не по душе, хочет меня в зависимости держать. – Воля твоя… Может, деньги нужны?

Отрицательно мотнул головой. Деньги всегда нужны, но, надеюсь, прииск Кин решит финансовые проблемы, да и у самого голова на плечах есть.

– Скоро совет артефактчиков, буквально через пару часов. Там обсуждение дуэли и утверждение права первого по крови произойдет, – глядя в сторону, поделился информацией князь.

– И кто входит в совет? – поинтересовался я. – Да и какие у него права, что он может?

– Совет артефактчиков – орган королевской власти, когда сам король не может управлять государством по тем или иным причинам. Как таковой власти при короле не имеет, призван облегчать правление, но на моей памяти собирался лет десять назад. Тогда Вукос подумывал объявить войну соседу, совета просил. – Гунер усмехнулся, наверняка что-то вспомнил. – На сегодня в совет входят пять человек: генерал, придворный артефактчик и два князя – старейшины.

– Но ведь из генерала артефактчик-то аховый! – поразился я.

– При чем тут умения? – вскинул бровь князь. – Старейшины и вовсе из рядовых солдат вышли, что-то важное они для отца Вукоса сделали, что тот их в верхушку аристократии королевства возвел. А вот что они сделали – тайна за семью печатями! Ни слухов, ни домыслов, ни фактов – никаких сведений! Говорили, что в совете они в былые времена выглядели как вороны в стае лебедей – ни манер, ни умений, но с течением времени пообтесались, сейчас и вовсе уважаемые люди, за ум и прозорливость. Ты с ними поаккуратнее, к ним Гонвор и Кринт прислушиваются. Решение совета может оспорить только король или вовсе не принимать его во внимание… – Гунер осуждающе покачал головой. – Мой-то голос, при голосовании, – наш, а вот…

– Но почему в совете всего пять человек? Городской совет какого-нибудь городка и того больше!

– А в этом ты виноват! – рассмеялся князь.

– Как это? – вытаращил я на него глаза, таким обвинением он меня ошарашил.

– А ты вспомни о недавнем подавлении заговора. Кто Вукосу сведения в руки дал? Молчишь?! Вот то-то! – Гунер потер руки. – Это шутка, конечно, но в какой-то степени ты причастен. А так – до недавнего времени в совет входили двенадцать человек, двое умерли, а пятеро жизни лишились после раскрытия заговора. Вот и осталось нас всего-ничего, а когда-то и двадцать человек заседали, споры стояли! – Князь причмокнул губами, вспоминая дела давно минувших дней.

Он встал и подошел к шкафу, достал с какой-то полки бутылку вина и два бокала, поставил на стол, разлил вино и, пододвинув мне один бокал, сказал:

– Что-то я нервничаю перед заседанием совета… Давай?

Видно, и правда много зависит от бывших солдат, ставших князьями, раз Гунер так волнуется. Когда он озвучил, кто входит в совет – я расслабился, считая, что дело-то плевое, а тут, выходит, не все так просто. Прошел примерно час нервного ожидания, и с каждой минутой Гунер становился все озабоченнее и раздражительнее. Он пытался скрыть свое состояние от меня, но аура… ее контролировать сложно, нет-нет, да и прорвутся всполохи. Наконец он встал и кивнул на дверь:

– Пора!

В сопровождении пятерки артефактчиков мы прошли по коридору и… спустились в подвал. Ну никак не ожидал, что совет может собираться в подвале! Хотя надо отдать должное интерьеру – ничто не напоминает, что мы находимся под землей, только лишь окон нет, а вообще убранство такое, что может посоперничать и с виденным на верхних этажах.

– Почему подвал? – шепнул Гунеру.

– С древности так повелось, когда-то тут и королевские апартаменты находились. Думаю, это для безопасности сделано, – шепнул мне он в ответ.

А нас уже ждали; в зале стоит длинный стол, за которым может разместиться с полсотни человек, но сейчас заняты только четыре места. Во главе стола – украшенное позолотой кресло, на спинке которого вышита корона – место короля. Сейчас король, по вполне понятным причинам, не сможет присутствовать на совете. Хм, а вот артефактчиков в зале слишком много… Беглым взглядом насчитал двадцать человек, большинство уже в возрасте – опытные, матерые; с такими сталкиваться мне не приходилось. На Кринте и Портрисе взгляд задерживать не стал, больше интересуют два старика, которые, в свою очередь, внимательно меня разглядывают. И это бывшие простые воины? Да не смешите меня! В каждой черточке видна благородная кровь, в каждом жесте! Одеты со вкусом и дорого, в глазах – ум и жесткость, ауры ровные и ничего постороннему не говорящие. По правую руку от трона сидит крепко сбитый старик, сила его чувствуется не только в мышцах, но и волевом взгляде. Седые волосы сплетены в косичку, перекинутую через плечо, которую он в задумчивости теребит. Второй старик – точная копия сидящего напротив, только косичка чуть короче да старый шрам на щеке.

– А капитан где? – осматриваясь по сторонам и нахмурившись, спросил Гунер.

– А что ему тут делать? – не отрывая от меня взгляда, вопросом на вопрос ответил один из стариков.

– Несет службу, дворец охраняет, – объяснил второй и добавил: – Ну а мы тут со своей охраной. Ты не бойся, люди опытные, проверенные, в случае чего молчать будут.

Гунер скрипнул зубами – такого он точно не ждал, но затем взял себя в руки и произнес, пожав плечами:

– Капитан – один из очевидцев произошедшего… Ну да ладно, позвольте вам представить: герцог Лусар Рэнион. – Князь указал на меня рукой, а я чуть склонил голову в приветствии, после чего резко вздернул подбородок.

– С генералом и придворным артефактчиком, как и с князем, уже имею честь быть знакомым. А с вами, господа… – сказал я и вопросительно посмотрел на одного, а потом на второго старика.

– Парень-то зубастый, – усмехнулся тот старик, что со шрамом.

– Поглядим… – задумчиво протянул второй.

– Господа старейшие советники, – поспешил вмешаться Гунер и представил мне стариков: – Князь Агунир, – почтительным жестом он указал на старика со шрамом, после чего назвал и второго: – князь Ринуга.

Хм, имена-то явно вымышленные! Выходит, нет у них родовитых предков, действительно из солдат пробились наверх. Уже одно это заслуживает глубочайшего уважения! Пробиться и удержаться не каждому по силам, а старики не просты: вот и охрана при них, и ведут себя свободно… Н-да, что-то недопонимаю. Не мог Вукос оставить у себя под носом такую силу, если только они ему не преданы до кончиков пальцев. Тогда моя участь незавидна, месть с их стороны последует обязательно, как бы на Кин не откликнулось. За себя-то нисколько не переживаю – в разных переделках побывать успел, а вот жена…

– Скажите, герцог, – обратился ко мне Агунир, и шрам на его лице дернулся, – за что вы убили Вукоса Первого, короля агунов?

Вопрос задан официальным тоном, в зале как холодок пробежал, напрягся Гунер, подобрались охранники-артефактчики, Кринт прищурился, генерал отвернулся. От моих слов зависит все.

– Я его не убивал, – ответил ему и твердо взглянул в глаза.

– Король пал от вашей руки! – обвиняюще ткнул в меня пальцем князь Ринуга.

– Хм, странные вопросы и обвинения, – хмыкнул я и, чуть подумав, сел рядом с Кринтом.

Думал о том, какое выбрать место. Решил, что садиться на королевское – верх наглости, и устроился на ближайшем свободном. Показалось, что своим поступком вызвал удивление у всех присутствующих. Да и боги с ними, что они подумают, а стоять перед ними и отчитываться в том, чего не совершал – не намерен!

– Все знают, что состоялась дуэль по правилам истока. Поединок прошел честно, повезло мне. – Я пожал плечами.

– На дуэль вызывают только по серьезному преступлению! Какое преступление совершил Вукос? Мы жили под его правлением долгий срок, никаких нареканий на его действия не поступало. Законы он соблюдал, о подданных заботился… И вот – появляется какой-то человек и ставит точку в спокойствии королевства! В любые времена человека, посягнувшего на благополучие страны… – Старик со шрамом выразительно посмотрел на меня, а потом добавил: – Такого человека, независимо от занимаемого положения, ждет незавидная участь.

А вот это уже интереснее: старики решили обвинить меня не в убийстве, а развале королевства. Да, их понять можно, а главное – все действительно так и есть. Подданные, потеряв короля, заволнуются, верхушка аристократии засуетится… Так и до войны за трон недалеко.

– Всем присутствующим известны моя история и трагедия моей семьи, – начал я, подбирая слова. – Наверное, необходимо освежить в памяти все события, и если кому что-то еще не известно…

– Подожди, – остановил меня старый князь со шрамом.

Он полез в карман и выставил на стол знакомую пирамидку тишины, потом кивнул Гунеру:

– Ты-то что стоишь? Присаживайся, а охране знать ни к чему о наших разговорах.

Гунер сел возле меня, старый князь активировал артефакт, после чего я стал излагать известные мне факты. Говорить пришлось много и долго, меня не перебивали и не задавали вопросов. Рассказал им о том, как мне удалось спастись, как рос, какими путями судьба вновь закинула в родное королевство. Многое, не относящееся к делу, пропускал. Обошел стороной знакомство с Гунером, вскользь упомянул о женитьбе на Кин, подробно остановился на встрече с сестрой. Про поместье выразился всего двумя словами: мол, нашел – и все. Встречу с Вукосом на королевской охоте описал подробно, сделав упор на наших договоренностях. Наконец рассказал о визите короля и о его предложении, а потом – о вероломной попытке моего убийства. Про дуэль ограничился парой фраз, там не присутствовали только старики, но им и так все известно в подробностях.

– Вот так, – закончил я.

За столом повисла тишина, вопросы мне задавать никто не спешил. Да и кто их будет задавать, кроме старых князей? Гунер все и так доподлинно знал, Гонвор и Кринт многому были свидетелями.

– И что дальше? – задумчиво спросил князь Агунир и посмотрел на своего старого товарища.

Тот мотнул головой и забарабанил пальцами по столу, что-то решая.

– Считаю, состоялась дуэль, убийства никто не совершал и подлости ни со стороны Вукоса, ни со стороны герцога не нахожу, – озвучил он принятое решение. – Голосуем. Кто за? – Он вытянул указательный палец и направил его вверх.

Гунер незамедлительно повторил его жест, отчетливо вздохнув с облегчением. Гонвор и Кринт также поддержали, а вот князь Ринуга медлил. Он задумчиво почесал переносицу, внимательно посмотрел на меня и сказал:

– Герцог, по данному вопросу от моего голоса уже ничего не зависит, но будем считать, что решение в вашу пользу принято единогласно. – И он вытянул указательный палец вверх.

Сказать, что у меня отлегло от сердца – неправильно, я нисколько не переживал, здравый смысл обязан побеждать. А тут другого пути у них в любом случае нет, если не хотят получить грызню за трон, что в любом случае скажется на подданных королевства. Но неприятен сам факт разбирательства. После голосования слово взял придворный артефактчик и рассказал про рейтинги и очередность трононаследия. Он предоставил результаты анализа моей крови, а потом заявил, что править королевством я не хочу. Вот тут-то произошло неожиданное: меня решили исключить из обсуждения под тем предлогом, что в совете не состою, а следовательно, в дальнейшем заседании принимать участия не имею права. Мне пришлось отсесть чуть дальше, за контур энергетического потока артефакта тишины. Обсуждение продолжилось без моего участия, мне оставалось наблюдать за их жестами, так как мимику артефакт преображал, чтобы заинтересованное лицо не прочитало по губам.

– Креун, – позвал я советника, понаблюдав с минутку за бурно размахивающим руками генералом.

– Что? – отозвался тот.

– Есть способ обойти артефакт тишины?

– Если видел руны, нанесенные на грани, – можно.

– Да не видел я никаких рун! Грани пирамидки черные, там ничего не нанесено, – ответил, припомнив, что, когда старый князь выставил пирамидку, он ее любовно погладил. Тогда следил за его пальцами и руны обязательно бы заметил.

– Они там есть, – убежденно ответил Креун. – Ты или их не разглядел, или они замаскированы. Найдешь руны – подключишься.

– Как?

– Рэн, ты меня пугаешь, – озабоченно ответил тот, но все же пояснил: – Это же просто: активировал и направил на контур тишины.

Ну-да, как обычно; просто или элементарно! От него редко что-то другое услышишь. А как узнать нужные руны? Артефакт-то в руки мне никто не давал и давать не собирается, тем более что он сейчас в работе. Мне что – встать и попросить его рассмотреть?! Хотя… рассмотреть-то можно попытаться. Недаром есть руна зрения, которую я применять еще не пробовал. А она-то могла не раз пригодиться! Глядишь, и избежал бы ловушки артефактчиков, когда бросился выручать Портриса и Ивлуса; правда, вряд ли, там же шатры стояли – не увидев друзей, решил бы, что они в одном из шатров… Ладно, насыщаем руну, активируем и… Ух ты, как все четко видно! Ага, проглядывает руна воздуха, а вот другие грани не видны… Так, фокусирую взгляд на перстне князя со шрамом, рука его лежит как раз напротив нужной мне грани, в камне перстня она должна отразиться. Есть! Руна… воздуха. Еще одна? Хм, странно. Неужто и третья руна такая же? Их что, все три активировать придется? С последней руной пришлось помучиться, но и ее увидел в отражении запонки на манжете Кринта – руна воды. Странный наборчик. Так, руны перед моим магическим взглядом, активирую и направляю на контур. Прислушиваюсь – ничего; тишина и только сопение охраны отчетливо слышно! А за столом страсти накаляются, Гунер что-то доказывает, а генерал и один из старых князей с ним не соглашаются. Вот черт! Что же неправильно сделал-то?! Только один вариант – последовательность, ее никак не высчитать, только перебором. Со второй попытки получилось, вот только к этому времени страсти за столом стихли, и я услышал лишь окончание фразы, после чего наступила тишина. Гунер, вероятно подводя итоги, заканчивал свою мысль:

– …он нам необходим, напал на след магии истинных. Мы обязаны, во благо королевства, его контролировать!

Так-так, о ком, собственно, речь? Не обо мне ли? А больше не о ком! И меня контролировать?! Н-да… Дайте только из дворца выбраться – и только вы меня и видели! Первые эмоции улеглись, и я сумел трезво оценить обстановку. А ведь смогут при желании контролировать-то, у меня тут поместье, замок жены с землями. Не заметил, как увяз и корни пустил. Что-ж делать-то? Так задумался, что очнулся лишь от прикосновения Гунера к своему плечу.

– Рэн! Очнись! Мы обсудили сложившуюся ситуацию!

– А?! – вопросительно уставился на него.

– Сейчас проведем коронацию, – пояснил он мне, отчего я невольно напрягся. – Да не волнуйся ты так! Меня короновать будем.

– Ух, – выдохнул я, – тогда ладно. А что решили-то?

– Ты должен написать документ о передаче очереди князю Гунеру, – сказал Кринт.

– Хм, но тогда кто будет в очереди второй? – чувствуя подвох, спросил я.

– Ты и будешь! – ответил Гунер, а потом пояснил: – Все права и обязанности я получу в полной мере, занять мое место без моего на то согласия ты не сможешь, а в случае моей гибели опять окажешься первым претендентом. Даже если представить невозможное, что у меня появится наследник, то и он не сможет претендовать на трон. В реестре очередности все останется на своих местах, за тем лишь исключением, что номер первый – не на троне.

– Давайте бумагу и перо – напишу требуемое, вы только диктуйте, – ответил ему, чуть помолчал и добавил: – Сначала озвучьте, что должен написать, а то мало ли…

Придворный артефактчик положил передо мной писчие принадлежности и лист пергамента, озвучил текст. Взвешивая каждое слово и пытаясь понять, нет ли где подвоха, пришел к выводу, что пока все чисто; написал, расписался и, как обычно, заверил кровью. Крин вместе с писчими принадлежностями не забыл и об остро наточенном ноже. Отдал Кринту документ о передаче престола в распоряжение князя Гунера. Придворный артефактчик внимательно с ним ознакомился и в свою очередь передал Гунеру, тот с этим документом сел в кресло во главе стола. Кринт вышел из зала, но через минуту вернулся, неся шкатулку, можно даже сказать – сундучок. Приличных таких размеров сундучок из драгоценного дерева, с вырезанными завитками и финтифлюшками – ручная работа! Поставил его на стол и выложил перед Гунером сверток из кожи, развернул, и предстала… пентаграмма. Честно говоря, глазам своим не поверил, но в это время мы все окружили князя, я стоял в метре и знакомые линии узнал бы и с закрытыми глазами, а вот связку рун расшифровать никак не получается, не могу взгляд сфокусировать, расплываются они, хоть тресни! А ведь это не стареющий материал, выглядит новым, а создан-то в древности! Такое никто сейчас не в состоянии повторить – еще один артефакт истинных. Четыре алмаза заканчивают переплетение дорожек пентаграммы из золотых нитей в углах, в центре вшит рубин. Тем временем Гунер положил ладонь левой руки на рубин и, прикрыв глаза, сказал:

– Я, князь Гунер, замещающий первого претендента на трон, даю свое согласие и изъявляю желание стать королем агунов. – Он выдохнул и поднял глаза на Кринта, тот кивнул.

Гунер положил пергамент с моей передачей прав на престол рядом с ладонью. Не глядя протянул руку, в которую придворный артефактчик вложил нож, которым пару минут назад я колол себе палец. Гунер перевернул левую руку, провел ножом по ладони, на которой мгновенно выступила кровь из пореза, после чего перевернул ладонь на драгоценный камень. Через секунду пентаграмма и рука Гунера скрылись в поднявшемся из древнего артефакта дыму. Огня нет, запаха не чувствуется, дым просто окутывает пентаграмму и скрывает руку князя до локтя. По сжатым и скрипящим зубам, каплям пота, стекающим по лицу Гунера, не сложно догадаться, что процедура – не из приятных. В дыму мелькает огненная вспышка, дым пропадает, а рядом с рукой лежит книга, на которой написано всего одно слово – «Исток».

– Ваше величество, – склоняет в поклоне голову Кринт.

– Мой король, – Гонвор прикладывает руку к сердцу.

По залу проходит шепот охранников-артефактчиков: «Гунер Первый!» Только старые князья да я никак не себя не проявляем. Поздравлять Гунера смысла не вижу, а у старых князей свои резоны. Новоиспеченный король берет в руки книгу истока, открывает ее и погружается в чтение. Мы молча ждем, пробежав глазами лист, который для меня (и думаю, всех окружающих) девственно чист, захлопывает книгу и встает, обводит всех глазами и произносит:

– Господа, надеюсь, я буду править мудро и справедливо. – Он поворачивается ко мне. – Рэнион, благодарю за оказанную честь. Хочу, чтобы ты и все присутствующие знали: по первому твоему слову с радостью передам тебе бремя правления.

– Ваше величество, – стараюсь скрыть улыбку, – поздравляю вас! Дай вам боги долгих лет правления!

Гонвор не выдержал и хмыкнул, а потом захохотал, Кринт отвернулся, стараясь сдержать смех, в глазах Агунира и Ринуга пляшут озорные чертята. Гунер улыбнулся и сам рассмеялся:

– Рэн, ты себе не изменяешь! – Он кивнул Кринту, глазами показывая на артефакт коронации: – Унеси, пока в нем нет необходимости, хотя… – он задумался, – погоди минутку. Есть еще один вопрос; в совете артефактчиков осталось совсем смешное количество участников, предлагаю ввести в него новых людей!

– Это правильно, давно надо было, но Вукос не соглашался, – поддержал инициативу новоиспеченного монарха князь Агунир.

А вот дальнейшее предложение его величества мне пришлось не по душе. Он мало того что захотел видеть в совете меня, так еще и решил «разбавить» сугубо мужское общество дамой! Женщина не может претендовать на трон, но ни в одних документах нет ограничения на то, что она не может занимать еще какие-либо должности в королевстве. Угу, документов-то нет, но такого никогда не было! Просто реформаторская идея возникла у только что заступившего на трон короля! Но не это вызвало мое негодование. Боги с ним, пусть кто угодно занимает место в совете артефактчиков, но… Кин? Она же моя жена! Вот же старый прохиндей! Но на тот период времени я этого еще не ведал и не подозревал о коварных планах Гунера Первого, шкала настроения показывала не просто «Отлично», а «Лучше не бывает»!

## Глава 14. Рыскач – свобода!

Книга истока приняла нового короля, который пытался убедить меня войти в совет артефактчиков. Мы с Гунером находились теперь уже в его королевском кабинете и он пытался втолковать мне все прелести должности в совете. Мол, и охрана положена по статусу и любой из аристократии агунов обязан подчиняться. Ну любой – не любой, а против силы не поспоришь, особенно когда рядом десяток артефактчиков с различными магическими штучками и есть возможность давать распоряжение именем короля. Недовольные указом советника могут оспорить решение, но не сразу и только у короля или совета. На памяти Гунера такого ни разу не случалось. Нет, оспаривали, конечно, но решения-то никто не отменял, своих всегда поддерживают; правда, и перегибов не происходило. Конечно, это все прекрасно, но мне не надо. Вроде ушел от одной ответственности, а он все равно пытается, чтобы принимал участие в управлении королевством. Ага, сейчас! Разбежался! Да, налоги и охрана – вещь прекрасная, но… Я – рыскач, сам себе хозяин! И так с этими королевскими играми не занимаюсь любимым делом, так и квалификацию потерять в одночасье можно! Гунер понял, что убедить меня не выйдет, раздраженно махнул бокалом с вином, которое не замедлило выплеснуться и оставить пятно на столе.

– Не желаешь войти в совет, ладно, боги с тобой! – Он посмотрел на опустевший бокал, зачем-то потрогал мокрое пятно на столе и продолжил: – Кинэлла за вас двоих отдуваться будет.

– Что?!

– Ну, она, в отличие от тебя, согласие дала, – буднично и не обращая внимания на мою реакцию, ответил тот.

– Но когда? – расстроенно выдохнул я.

– Сразу после голосования, – мило улыбнулся Гунер. – У меня бумага заготовлена была, Кринту отдал, а тот передал Заргу, когда ходил за артефактом коронования, а последний – автограф у твоей жены взял. – Король вытащил из кармана сложенный лист бумаги, прочитал, поставил размашистую подпись.

– Можно посмотреть? – хмуро поинтересовался я, хорошее настроение улетучилось, и наступала пора окунуться в интриги, которые мне поперек горла.

Гунер молча протянул лист о назначении герцогини Лусар членом совета артефактчиков, с коим данная особа ознакомлена и согласна, о чем свидетельствует ее подпись.

– И какие у нее теперь обязанности? – спросил сквозь зубы, сдерживая негодование.

– Да, в общем-то, невеликие. – Король убрал документ в ящик стола. – Будет участвовать в заседаниях совета, возрождать свой замок…

– А из королевства уехать может?

– Конечно! – беспечно махнул тот рукой, покосился на меня и добавил: – Но на заседания совета обязана являться, за отсутствие без уважительной причины член совета уплачивает штраф в размере сотой доли от своего имущества. Рэн, да ты не волнуйся! Вон, вина выпей. – Гунер достал бутылку вина и фужер, плеснул туда напиток и протянул мне. – Что-то ты с лица спал.

Спадешь тут! Все планы коту под хвост! Или думает, что сумел меня привязать? Нет уж…

– Вот молодец, – дождавшись, когда я осушил бокал, сказал король. – И каковы твои планы?

– Возрождать замок жены! – ответил ему и встал. – Ваше величество, разрешите идти, с женой переговорить необходимость возникла.

– Иди, иди, – махнул тот рукой, а когда я взялся за ручку двери, сказал: – Официальная коронация, как и представление меня королевскому двору – завтра. Надеюсь вас с женой лицезреть на этом событии!

Я скрипнул зубами и, не оглядываясь, вышел. Осторожно, чтобы со всей силы не бухнуть дверью, закрыл ее и поспешил в наши апартаменты. Внутри все кипит, а к жене накопилось куча вопросов! Быстрый шаг по коридорам дворца чуть охладил мой настрой, а настроение улучшилось. Или он думает, что при жене буду? Ха, не на того напал! Но о чем же Кин думала?! Ох уж эти женщины, зла на них не хватает…

Жена сидела перед зеркалом и укладывала волосы в затейливую прическу. При виде меня ее глаза радостно блеснули. Кинэлла резко встала и бросилась мне на шею.

– Что-то ты долго, заждалась уже, – шепнула она мне на ухо.

Взяв девушку за плечи, мягко отстранил ее от себя.

– Ты в курсе? – внимательно посмотрел на нее.

– Да, Зарг приходил, рассказал, – ответила та, а потом рассмеялась: – Здорово, теперь король у нас – Гунер Первый. При его правлении жизнь наладится.

– А до этого плохо жилось? – спросил я и отошел к окну.

День клонился к закату, а во дворе королевского дворца носились слуги и готовились к торжеству. За одну ночь им предстоит многое сделать. Кин подошла и прижалась к моей спине.

– Неплохо, просто неуверенность в завтрашнем дне была, постоянно в тревоге, – ответила она.

– И поэтому ты решила войти в совет артефактчиков? – прищурился я.

– Королевой мне становиться не хочется, да и ты не планировал занимать трон. А войдя в состав совета, мы станем влиятельными людьми королевства. Последние деньги считать не будет надобности!

Вот никогда не замечал за ней такой меркантильности! Что это с ней? Может, Гунер опоил чем?

– Ты серьезно? – обернулся к ней в надежде увидеть, что девушка просто шутит.

– Конечно! – Она тряхнула головой. – После коронации возьмем воинов и поедем в замок – соседи нам с тобой задолжали! Всех одним ударом положим! Можем даже не присутствовать, направим отряд – и все! Сила теперь на нашей стороне!

С соседями разобраться необходимо, но не таким же путем! Считай, жар загребем чужими руками, графы не смогут даже подумать, чтобы сопротивляться артефактчикам короля. Выглядеть в собственных глазах и для окружающих захватчиком и палачом не хочу, но так произойдет, если своим новым статусом кто-то из нас воспользуется. Нет, если бы на нас снова напали, а у нас в охране… Н-да, дураков нет, графам уже все известно, а если еще нет, то скоро станет. Слухи – они как огонь в сухом лесу, распространяются мгновенно.

– Не замечал за тобой такой кровожадности, – покачал головой.

– Рэн, ну чем ты недоволен-то?! – Кин нервно заходила по комнате. – Я… мы с тобой ходили по лезвию ножа с самого знакомства! В любой момент могли жизни или свободы лишиться! Теперь же к нам повернулась удача, так надо воспользоваться ею в полной мере!

– И принести горе тем, с кем когда-то твои предки проливали кровь?

– Это слишком давние события, – поморщилась девушка, а потом добавила: – И заметь, не мы первые начали эту войну!

– Но стоит ли ее продолжать?! Наказать необходимо – согласен! Оставлять и прощать такое нельзя, но… – задумался на мгновение, подбирая слова, а потом спохватился: – Ты не уводи меня в сторону! Почему не посоветовалась, прежде чем подписать документ о вхождении в совет?!

– А тебя это сильно задело? – Жена сверкнула глазами и скрестила на груди руки. – И почему ты не хочешь войти в совет артефактчиков короля?

– Да, меня задело! – зашипел я, выходя из себя. – Ты пытаешься променять свободу на золотую клетку! Или ты этого хочешь? Конечно, – махнул рукой, – всегда будешь со своим любимым Гунером! Как же – он ведь король, не даст в обиду! А там, глядишь, и фавориткой станешь!

– Рэн, ты о чем?! – воскликнула Кинэлла. – Что ты несешь? Какая фаворитка? Королевой становиться не захотела, ты же спрашивал!

– Да, спрашивал, но и говорил, что королем не буду ни за какие коврижки! И ты это уже знала! А тут… – Я аж задохнулся. – Короче! Выбирай – или ты со мной, или…

Минуту стоим и гневно стараемся переглядеть друг друга. Никто из нас не хочет уступать.

– Завтра коронация, там все обсудим, – произносит Кин.

Так, ясно; она не уступит, и теперь меня попытаются заставить плясать под дудку не только короля, но и его советницы! Ведь все, кто входит в совет артефактчиков, по статусу еще и помощники короля, с большими правами. А Гунер-то каков? Когда-то я спрашивал его, почему он фиктивно не возьмет в жены Кин, но тогда ситуация складывалась не в его пользу. Хоть и был доверенным лицом Вукоса, но первую скрипку при дворе не он играл. А может, не хотел фиктивного брака? Вон сколько внимания ей уделил, когда мы приехали, прямо расстилался перед ней, показывая дворец. Я-то, дурак, думал, что он ее подбивает, чтобы самому трон не занимать, а он… И документ уже подготовил, и что-то такое капитану сказал, от чего Кинэлла документ мгновенно подмахнула.

– Завтра, значит? – переспрашиваю ее.

– Да! – выдыхает она.

– Значит, решила остаться? – задаю вопрос, а сам, не дожидаясь ответа, кипя от раздирающего душу гнева, обхожу ее по дуге и направляюсь к двери.

– Ты куда?! Не будь дураком! – кричит она мне вдогонку, а я с удовольствием шваркаю дверь наружу, вылетаю в коридор и от души хлопаю дверью.

Ноги моей больше не будет в этом чертовом дворце! А Кин-то какова?! Такая милая, красивая, просто лапушка, а внутри-то?! Как добежал до конюшни – не знаю, дорогу-то мне никто не показывал, или я спрашивал у кого – не помню. Может, карканье Ворона услышал – преданный друг почувствовал мое состояние и то каркал, то ржал, зовя меня. Пять минут – и конь оседлан, еще пять – и мы мчимся по улицам столицы, распугивая немногочисленный вечерний люд. У ворот меня пытались остановить, но шар огня, запущенный под ноги стражникам, а следом – молния, ударившая в ворота, такое желание у них отбили. Они простые служивые, и хоть магические артефакты в их распоряжении есть, но связываться с дурно настроенным артефактчиком, который плюется огнем и молнии швыряет, желания нет. Ворота распахнулись, я припал к шее Ворона, пуская того в галоп. Только свист ветра, летящего в лицо, да топот копыт – свобода! Свобода от условностей и церемоний, от лжи и предательства, интриг и подхалимства. Верно говорят, что сколько волка не корми… а рыскача в клетку не сажай, он на волю сквозь решетки все равно пролезет. А я-то – рыскач! Меня не удержать. Привстаю на стременах и ору во все горло:

– РЫСКАЧ!!! СВОБОДА!!!

Да, бешеная скачка и ветер остужают мою голову, через час пускаю Ворона неторопливой рысью. О Кин запрещаю себе думать, так же как и о Гунере – знать их не хочу. Мысли так или иначе возвращаются к этим двум… людям, а мозг подсовывает картинки прошлого.

– Рэн, ты где? Что случилось? – возникает в моей голове встревоженный голос советника.

– Креун, а ты мог бы меня предать? – спрашиваю его.

– Хозяин… Рэн, ты же знаешь, что нет. Хотя… – древний артефакт берет паузу, – если вернется или воскреснет создавший меня маг… но это нереально. Да и то, предать тебя не смогу, он подавил бы мою личность, как и большинство живущих на планете, если бы у него стояла такая цель.

– Спасибо, – благодарю советника, а сам задираю голову в небо – красиво, даже откуда-то взявшийся мелкий дождик не портит картины. Утираю лицо от водяных капелек и спрашиваю: – Что там в поместье-то?

– Денег ждут, – бурчит недовольно Креун.

Да, деньги, деньги… Все упирается в них. Весь тот блеск дворца и придворная жизнь в ее отражении, даже Кин соврати… Черт! Обещал же себе не вспоминать ее! Так, а деньги-то у меня есть! Произвожу досмотр личных вещей и обнаруживаю крупную сумму денег – четыреста пятьдесят золотых. Хм, откуда полсотни взялось? Когда удирали из поместья, если память не отказывает, у нас с Кин нашлось порядка восьми сотен, их мы разделили поровну. Получается, что у меня завалялось полсотни? Н-да, нехорошо. Ну да ладно, все хорошо, а некоторым… дамам эти несчастные полсотни никакой роли не сыграют!

– Везу уже, – ответил, а сам осмотрелся, в какую сторону направить Ворона, чтобы быстрее добраться до поместья; так и не определившись, спросил: – Мы в верном направлении двигаемся?

– Теоретически – да, – хмыкнул Креун, после маленькой заминки. – Тебе надо вернуться на пару километров назад, там развилка, вот на ней и выбрать дорогу в противоположную сторону.

– Ясно, – ответил, разворачивая Ворона.

– Рэн, что произошло-то? Кин сама не своя, наговорила черт-те что, ничего не понял!

– И не надо: считай, что у тебя хозяйки больше нет!

Пару мгновений советник молчал, а потом осторожно напомнил:

– Э-э-э, но она может со мной связываться, приказывать…

– Приказывать тебе могу только я! Да и то, – усмехаюсь, – ты не всегда готов выполнять мои распоряжения. А уж… хозяйкины и вовсе должен со мной согласовывать. Теперь же считай, что ее указания можно игнорировать.

– Это приказ?

– Просьба, – тихо ответил я, а потом, вздохнув и взяв себя в руки, рассказал Креуну о прошедших событиях и поведении девушки во дворце.

– Но, Рэн, это нормально… – начал было он.

– Нормально что? – мгновенно завелся я. – Что она за спиной мужа стала принимать такие решения? Да это до какой же степени она меня не уважает?! А про любовь я и вовсе молчу! Как своего дорогого Гунера увидела – растаяла вся! И закончим на этом, больше о ней слышать не хочу!

– Но…

– Все! Ни слова больше! – резко выкрикнул я и добавил: – Пожалуйста, – чуть помолчал и тихо прошептал: – Что было – то было, что умерло – забыто.

До поместья не один день пути, а ведь меня Портрис и Ивлус дожидаются, наверное. Эх, долго им ждать придется, но ничего, не маленькие, должны понимать, что к чему. Да и слухи про нового короля агунов в Куласу быстро доберутся – соседнее королевство как-никак. Как бы только отец Генера не решил, что меня ждать теперь не следует, и не отправился назад… И хоть я пытался себя убедить, что вспоминать о Кин не следует, но все время возвращался к нашему последнему разговору. Вспоминал во всех подробностях и ничего не мог с собой поделать, одно дело – днем в пути, когда мысли возвращались к ней, здесь сразу находил отвлечение, повторял руны, а потом тренировался в их использовании. Вычерпывал свой источник до дна и тогда, валясь от усталости, падал на шею Ворону, который не обращал внимания ни на что, продолжая везти хозяина вперед. Ночевал там, где заставали меня сумерки: рядом деревня – отлично, просился на постой к крестьянам; лес – хорошо, рубил ветки – и ночлег готов. Но и ночью покоя не находил – сны… от них никуда не деться и не сбежать. К концу третьего дня подъехал к принадлежавшим мне землям.

– Хм, а они мне принадлежат? – осматривая окрестности, вслух спросил сам себя.

Вукос мне их передал с определенными условиями; и указ о передаче – за его подписью, как и требования, при каких обстоятельствах они станут моими. Теперь король – другой, а он никаких указов и распоряжений мне не давал, как и я ему не присягнул на подданство. При желании Гунер может лишить меня поместья, или придется самому от него отказаться, если условия будут неприемлемыми. Тут два варианта: Гунер делает вид, что все нормально, или пытается принудить меня принять его волю. Что он выберет? Хочется думать и надеяться, что наши отношения не пострадают, но… маловероятно. Вера в людей, а особенно – королей, у меня пошатнулась. Боюсь, он изберет жесткую тактику, и тогда придется все бросить. В какой уже раз-то?! И опять будь неладна эта всемогущая власть, которая не считается с обычными людьми! Я вроде как и герцог, но без герцогства и своего сюзерена; правда, за женой закреплены родовые земли и замок. Ладно, своим принципам не уступлю, а каковы будут действия нового короля – посмотрю, исходя из этого и действовать стану.

– Стой! – донеслось из кустарника, за которым начинался лес.

– Стою! – ответил я и усмехнулся.

Голос остановившего меня принадлежал не взрослому мужику, а явно подростку, которого отец решил вместо себя в дозор послать. А что? Хозяина нет, худшее, что могло произойти, случилось, теперь моим подданным и не ясно, кем являюсь. То ли опальным графом, то ли… черт его знает. Вроде сбежал, но приказы как-то староста получает. Еще немного – и ночь настанет, а паренек никак себя не проявляет. Ворон деловито заржал: мол, чего встали-то?

– И дальше что? – спросил я.

– У меня лук! – голосом, пустившим от испуга петуха, ответил мне дозорный.

– А у меня меч! – рассмеялся, а потом серьезно спросил: – Ты один, что ли?

– Нет! Нас много!

– Ага, – кивнул, – согласен, много. Но справиться с таким дозором за секунду могу, у тебя стрела мимо пойдет, а больше ты зарядить лук не сумеешь. Да и не поднимется у тебя рука против господина… Слушай, ты мне клятву-то приносил? – деланно озаботился, чтобы успокоить дозорного, у которого уже зуб на зуб от страха не попадал. – Если не приносил, то ведь и стрельнуть можешь!

– А почему я должен был вам клятву приносить? – спросил он, а потом воскликнул: – Ой, мамка! Это ж господин наш!

Вслед за возгласом послышался треск кустов: мой собеседник, как лось, помчался в сторону деревни – узнал.

– Рэн! – в моей голове раздался радостный возглас Креуна. – Наконец-то!

– И что такого произошло? – удивился я. – Ты же знал, что скоро буду.

– Дорога, – промямлил тот, а потом вздохнул: – Рэн, не терзай ты себя так – все образуется!

– Никто себя не терзает, – усмехнулся я, рассматривая за кустами брошенный лук и стрелы. – Ох, и попадет кому-то!

– Кому попадет? Ты о чем? – встревожился советник.

– Да так, – махнул рукой. – Меня тут дозорный встретил, пускать не хотел.

– А, это тот, чья аура сейчас в полном смятении несется к деревне! – понял тот.

– Угу, – подтвердил я. – Вот только он лук и стрелы зря бросил. Может, заехать? Заступиться?

– Еще чего! Пусть его уму-разуму поучат – мало того, что господина не узнал, так еще и оружие бросил, – не поддержал меня Креун.

– Но отправлять в дозор одного пацана – не дело. Что он может врагу противопоставить?

– А я на что? – обиделся древний артефакт.

– Но про тебя-то никто не знает, – покачал я головой, как будто он мог меня видеть.

– Смотри, как хочешь, – сказал он, а потом спросил: – Что дальше делать будешь? Мне по-прежнему требуется запасное жилище. Неизвестно, как кости лягут, – Кин в курсе всего, а Гунер может попытаться наложить лапу на твои достижения.

Креун окольными путями давал понять, что боится, как бы новый король не захотел им завладеть. Но Кинэлла не настолько наивна, чтобы раскрывать все тайны. Хотя о многом новый король и так знает. Пара наводящих вопросов – и останется только дожать девушку, чтобы добиться всей правды, и тогда… А что тогда?

– Он может тебя подчинить? – Я даже Ворона остановил, ответ очень важен.

– Нет, подчинить меня нельзя. Служить буду только при определенных условиях, а он под них не подпадает. – Креун взял паузу, а потом добавил: – Пока не подпадает.

– Как это? Или ты пытаешься сказать, что пока у тебя есть хозяин, то служить никому, кроме него, не можешь?

– Да, примерно так. У Гунера есть частица крови истинного мага, как и у большинства благородных. Если он встанет в пентаграмму и пустит себе кровь, то… Однажды я принял допуск, что в крови моего хозяина может находиться небольшая составляющая от создавшего меня, и теперь… Правда, – он усмехнулся, – встать в пентаграмму, ему или кому-то другому, будет не просто, не позволю. И тогда мое жилище, как и твое… – Креун не закончил мысль – и так все понятно.

Н-да, чего опасались с Вукосом, к тому приходим с Генером: те же страхи. Надеяться на честность и правдивость нового короля хочется, конечно, но… Он же король, новый статус испортить его может.

– Запасное место обитания тебе в любом случае необходимо, – согласился с его доводами. – Одно вроде как есть, но по понятным причинам надежды на него нет.

– Рэн, а давай ты к власти поближе будешь? Подумаешь, совет артефактчиков! Это же не трон, королевством управлять нет нужды, а так – и власть, и деньги, – мягко стал намекать советник взять отступного. – Ведь ты же хочешь иметь деньги и влияние?

– Хочу ли стать богатым и влиятельным? – переспросил советника и, ни секунды не задумываясь, ответил: – Да! Вернее, нет!

– Э-э-э, а как это? – удивился тот.

– Деньги – лишь инструмент, чтобы жить и ни в чем себе не отказывать. Однако, без чего-то можно обойтись, что-то не стоит внимания, а власть… власть мне даром не нужна, но от уважения я бы не отказался, – пояснил ему.

– Но как возможно уважение без власти? – озадачился Креун.

– Хм, как бы объяснить-то… – Раздумывая, минутку помолчал, вдали замаячила деревенька, хоть и ночь опускалась на землю, да и приличное расстояние еще, но суета между домов просматривалась. – Чего это они, что происходит?

– Не отвлекайся, они готовятся господина встречать, – ответил советник, а потом съехидничал: – Сам бы мог догадаться, ауры – они не врут, – чуть помолчал и добавил: – Крестьянские – точно!

Опять он прав, а я не додумался посмотреть магическим взглядом! Ауры моих подданных сияют радостью – вероятно, дозорный добрался и рассказал, что хозяин вернулся. Н-да, а ведь ненадолго, максимум на день, и опять в дорогу надо: Портриса отыскать необходимо; надеюсь, с ним и старым воином Ивлусом ничего не стряслось.

– Рэн, что там про власть и уважение? – нетерпеливо напомнил советник.

– Ну, смотри: я вот тебя уважаю, моего наставника полгорода уважали, а ведь ни у тебя, ни у него власти как таковой не было.

– А, это как твои подданные тебя уважают! Стоп, но власть к ним ты применить можешь… – Советник смешался.

– Не очень-то и могу, – улыбнулся я, вспоминая бумагу, которую подписал с крестьянами. – Ты про договор не забывай, у нас там права и обязанности каждой из сторон расписаны. Мы необходимы друг другу; если и уважают, то за другое…

– Тебя есть за что уважать, слово свое ни разу не нарушил, справедлив и не совершаешь глупости. – Креун помолчал. – Выходит, хочешь стать таким, но не имея власти. Мне думается, что такое невозможно, к сожалению.

– Посмотрим, – пожал плечами. – Пока не до этого, забот слишком много.

Ворон въехал в деревню: лаяли перепуганные собаки, им вторили встревоженным мычанием коровы. Вот какой переполох навел! Навстречу мне спешил староста. Он нес над головой факел, в отблесках которого его лицо выглядело озабоченным, а вот в ауре присутствовали радостные блики. Позади Маркена держались мужики, а за ними бабы, оружия ни у кого в руках не наблюдалось; в отличие от старосты, остальной народ выражал ликование не только улыбками на лице, но и радостными криками.

– Господин, – староста склонил голову.

– Доброй ночи, – поприветствовал я, сразу повысив голос. – Что это вы меня встречать такой толпой вышли?

– Дык это… – Маркен оглянулся назад и, кажется мне, погрозил кому-то кулаком. – Соскучали, давно не видели.

– Угу, так соскучились, что в дозорах никого нет, – осуждающе покачал головой. – Впрочем, за безопасность деревни отвечаешь ты, тебе виднее.

Маркен сник, а из толпы донесся недовольный ропот, направленный на главного в их деревне. Одна из баб даже что-то нелестное ему выкрикнула, но быстро прикрыла рот ладошкой, когда Маркен зло стрельнул в ее сторону глазами. Мужики же недовольства не высказали, они смущенно переминались с ноги на ногу, чувствуя себя неуютно, и абсолютно уверен, что без их участия тут не обошлось.

– Так ить врагов-то нет, – растерянно ответил он. – Да и брать у нас особо нечего, а от армии мы защититься не в состоянии.

– От армии и не надо, но мало ли какой лихой люд пожалует, – нахмурился я.

Говорить им, что на моих землях бандитам ничего не светит, – не стал, иначе совсем расслабятся. А вот советник сожалеет, что в «гости» никто не захаживает, он свои ловушки проверить толком не может, на животных я запретил, а больше не на ком. Не на своих же подданных! Хотя у него такое предложение как-то звучало: исключительно ради общей безопасности можно кем-то и пожертвовать, но это давно было.

– Исправимся, – в раскаянии склонил голову староста, но в ауре этого не наблюдаю.

– Ладно – вам жить, – махнул я рукой и спешился. – Так, давайте-ка вы все расходитесь по домам, время позднее, ребятишек спать укладывайте, да животных успокойте, – обратился я к крестьянам, но видя, что мое указание решил исполнить и Маркен, усмехнулся: – Ты-то куда? Пойдем, до моста проводишь, да расскажешь, что тут и как.

А что и как – староста толком не знал, вместе со всеми терялся в догадках, что же произошло при королевском визите. Явно что-то не заладилось, но королевские артефактчики считали ниже своего достоинства общаться с крестьянами, и тем приходилось только догадываться по обрывкам фраз, да если кто чего случайно увидел… На следующий день, когда я в бега с друзьями пустился, артефактчики вместе с разгневанными высокородными гостями разбили лагерь перед лесом. Для крестьян такое поведение уже выходило за рамки понимания. Зачем уходить из поместья, где много места и есть все удобства? Конечно, сразу стали припоминаться странности моего поведения, которым и люди короля интересовались, но крестьяне на вопросы не отвечали и повели себя предсказуемо – видеть не видели, слышать не слышали, а то как бы самим такая осведомленность боком не вышла. Так никому ничего и не сказали, а вскорости и войска покинули мои земли. Складно, ой складно рассказал! Ни о чем ведь не спросил, акцент на мои странности и то, что они их заметили, вскользь сделал – молодец, хитрец.

– Ну а сам-то как думаешь? – спросил я его.

– О чем? – сделал он круглые глаза.

– Да, совсем забыл! – хлопнул себя по лбу. – Король-то у нас теперь не Вукос Первый, а Гунер Первый.

– А-а-а, ой, а это… как это? – староста выглядел потрясенным такой новостью, как будто его дубиной оходили.

– Дуэль у короля состоялась, он в ней пал. Князь Гунер, сейчас уже король, взял управление королевством в свои руки.

– Значит, князь на дуэли…

– Не князь, – усмехнулся я. – Сейчас уже не важно, что и как произошло, просто прими к сведению.

– Опасаться нам теперь нечего, – успокоившись, то ли спросил, то ли утвердительно сказал он.

– Вас никто не тронет, а меня здесь не будет. В дорогу завтра двинусь, дела кое-какие есть. Денег, сколько смогу, оставлю, а вот в ближайшее время на мою помощь рассчитывать не стоит, – немного прояснил я ситуацию и погладил по морде Ворона, который заметил в моем голосе печаль.

Осматривая то, чего добился и как обустроились мои люди, почувствовал, как тоска сжала сердце. Уходить от всего этого в неизвестность, в который уже раз, не хотелось. Может, Кин в чем-то и права – осесть своей семьей и посвятить себя заботе о близких и любимому делу? Но не так же! Мне опять вспомнился голос и интонации девушки, когда она объявила, что входит в совет артефактчиков при короле.

– А через записки передавать ничего другого нельзя? – задумчиво спросил староста.

– Через записки? – Эта мысль у меня давно сформулировалась, не про записки, конечно, про передачу предметов на расстояние. – И куда передавать?

– Так это… – Он чуть замешкался, а потом взглянул мне в глаза. – Записки-то, те, которые для меня предназначались, вы на расстоянии передавали, а такие артефакты громоздкие, ваши же просто со стола брал.

– Поднос… – развел я руками.

– Последняя на столе лежала, поднос ни при чем! – показал он мне свою наблюдательность, но на его слова внимания я как бы не обратил, а сказал:

– Завтра уеду, докладывать и получать указания будешь так же… по запискам. Насчет чего-то другого пока сказать ничего не могу. – Я почесал щетину. Н-да, надо бы побриться, а то еще пару дней – и на старика похож буду. – Вот, возьми, – протянул ему кошель с деньгами. – Тут четыреста золотых, на них доведи до ума постройку, закупи книги ученикам, ну и на всякий пожарный. С учителями вопрос решу, должны остаться.

Маркен в пояс поклонился.

– Не сомневайтесь, все сделаю.

Я молча кивнул и вскочил на Ворона: спать хочется ужасно, тело ноет, а душа болит. Ну да ничего, время – лекарь, все пройдет. Галопом промчался по мосту и, не заезжая к семейству Бурков, через минуту остановился у крыльца своего дома. Бурка и Мисшу не разбудили, слава богам, ночные события, рассказывать же им все перипетии нет никакого желания, все завтра! Сейчас – спать. Нет, сначала кушать, а потом спать. Хм, но кушать-то надо чистым, а не угвазданным дальней дорогой. Придется мыться, кушать и только потом ложиться. Боги! Дел-то еще сколько…

Как же хорошо на чистой мягкой постели, а главное – на своей! Никто не будит, нет никаких проблем, впереди – приятная и размеренная жизнь. Хм, сел на кровати и стряхнул остатки сна. Ну и приснится же такое! Хотя надо отдать должное – спать в собственной постели намного удобнее, чем на ложе из свежесрубленных веток. Присел на кровати и потянулся, глаза скосились на соседнюю подушку, как бы надеясь увидеть девушку. Н-да, что-то расслабился… Встал и подошел к зеркалу: отражение показало небритого и уставшего от всего человека, которому на вид лет эдак…

– Это мы еще посмотрим! – пригрозил своему отражению и пошел приводить себя в порядок.

Душ, бритва, чистая одежда (благодаря моему советнику) – и я совсем другой человек! Еще бы живот набить, и можно отправляться навстречу новому и необычному. К завтраку пришел Бурк. Узнав новости, задумался, а потом, почесав лоб, спросил:

– Что нам делать? Мисше рожать скоро, а тут… – Он обвел рукой помещение и фразы не закончил; впрочем, и так все понятно.

– Учить крестьян. Вы хоть и пришли не за этим, но поделать сейчас ничего нельзя, гарантий никаких не дам. Единственное, что могу тебе обещать, – как обустроюсь в безопасном месте, переправлю вас к себе, – чувствуя себя неловко, ответил я.

– Рэн, а может, нам назад в Лиин податься? – спросил бывший телохранитель Генера.

Посмотрел на его ауру: да уж, в таком смятении его никогда не видел. Даже когда в захваченный Лиин въезжали, он и то хладнокровнее держался.

– Не думаю, что Гунер начнет мстить всем подряд, тем более – тебе. Мне кажется, что никому тут ничто не угрожает, если и стоит опасаться, то только того, что у этих земель сменится владелец. – Я нахмурился, проигрывая в голове разные варианты: в какой-то степени это действительно так. Меня хотят заставить служить интересам королевства, а у меня-то они собственные. – Сам же знаешь, что Генер в любой момент ждет своей отставки, и рядом с ним будет небезопасно Мисше и малышу. Да и в дорогу вам сейчас не пуститься…

– Это верно, – кивнул он головой, – в дорогу не пуститься… Постарайся решить свои проблемы быстрее, хочется спокойствия.

Хм, и этот словами Кин заговорил. Что ж это такое-то?! Неужто и сам таким стану? Возможно, я и есть такой, но каждый спокойствие и размеренную жизнь понимает по-своему. Что мне надо – заниматься любимым делом, и чтобы меня никто не трогал. А как тут заняться-то, когда навязывают чужую волю! Распрощавшись с Бурком и постаравшись уверить того, что все будет хорошо, призадумался. Вроде бы и в дорогу пора, но, анализируя разговоры с Бурком и Маркеном, почувствовал: что-то упускаю, хотел сделать – и забыл. Но что? Раз за разом прокручивая в голове разговоры – вспомнил!

– Креун, – позвал советника, – есть одно важное дело.

– Какое? – заинтересовался тот.

– Вот ты перемещаешь вещи по дому, записки пишешь. Так?

– Да, это могу, – подтвердил он очевидный факт и, не выдержав, спросил: – И что с того?

– Неплохо бы и мне перемещать предметы на расстоянии, – обронил я и стал дожидаться реакции советника.

Креун молчал целую минуту, что-то обдумывал наконец заговорил:

– Рэн, это сложно, и потребует много сил и времени. Однако ты прав – данное умение может помочь в трудную минуту, хотя есть и оговорки. – Он замолчал.

– Какие оговорки? – поинтересовался я.

– Сейчас существует перемещение предметов? – не отвечая, задал он вопрос.

– Мне известен только один подобный артефакт, но он не подходит, – покачал я головой.

– Какой артефакт? Давай подробности! – воодушевился Креун.

– Как они устроены, никто из артефактчиков так и не понял. Существуют шкатулки-близнецы, с их помощью можно передать послание на любое расстояние при условии, что заряд в шкатулках присутствует, – ответил я.

Эти шкатулки – относительная редкость, и поиски «близнецов» интересны. Однажды такую шкатулку прикупил Брон у какого-то рыскача. В ней не осталось ни капли энергии: мой наставник, вместе со мной, зарядил ее, а потом написал и положил внутрь письмо, в надежде, что ее «близнец» – в нужных руках. Его радости не было предела, когда письмо ушло. Там весь фокус в том, что шкатулка-близнец должна иметь энергию, чтобы принять послание. Списавшись таким образом с ее владельцем, Брон на неделю уехал, а вернулся с внушительным кошелем золотых. Данные артефакты пользуются спросом в королевской канцелярии, чтобы раздавать указания или обмениваться документами. Заряжать их не так хлопотно, в обслуге они не прихотливы, но заряд берут внушительный.

– Что-то подобное у истинных существовало, называлось «посланники любви». Их изобрел один влюбленный, который хотел общаться со своей избранницей, но на амулет связи золота не насобирал. Кстати, на этом он сделал себе состояние, – рассмеялся Креун. – Но ты прав – не очень-то полезная вещь.

– А полезную-то знаешь? – подпустив в голос побольше ехидства, спросил я.

– Знаю! – повелся древний артефакт. – Правда, из ниоткуда там вещи взять нельзя, это одна из начальных ступеней магии, она истинными использовалась в качестве расчета за свои покупки.

– Это как? Как можно использовать перемещение и рассчитываться… – не договорил и осекся – дошло! – Они золото перемещали?

– Золото? – презрительно хмыкнул советник. – Рэн, золото у истинных хоть и ценилось, но не более, чем у вас медь! Запомнил бы уже, что ли! Но в основном ты прав. Свои сокровищницы они помещали в пентаграмму перемещения, а начертав ее копию, могли заполучить любой предмет, который находится в сокровищнице.

– И соответственно могли что-то переместить в сокровищницу! – обрадовался я, а потом озадачился: – А где же у твоего хозяина такая пентаграмма и сокровищница находились? – И вкрадчиво спросил: – Может, там что осталось? В хозяйстве-то все может сгодиться!

– Не осталось, да и пентаграммы не сыскать… Правда, если порыться в паре метров от конюшни… – Креуну разговор доставляет искреннее удовольствие, в голосе – ехидное веселье. – Не раз тебе говорил, что сил у меня хватило поддерживать в порядке один дом. И то, вспомни, в каком состоянии ты его нашел! Сокровищница у моего создателя располагалась отдельно, уж зачем он так обустроил – его дело, меня не спрашивал. С того времени там ничего не сохранилось, при желании могу пару каменных блоков с остатками пентаграммы перемещения найти, но на это уйдет много энергии, а толку никакого не будет. Пентаграмму он нанес на каменном полу, блоки которого разрушены.

– А что он с ее помощью перемещал? – Меня полностью захватила идея освоить это умение – в жизни обязательно пригодится!

– Да откуда мне знать-то? – удивился советник. – Не забывай: создатель со мной не советовался, сам все решал, а мне только приказывал.

А потом он стал учить меня нанесению пентаграммы. Да, столько линий, связей и всевозможных рун… Пачка листов исчерчена неправильными рисунками: то тут, то там дрогнет рука и соединит не те линии, или руны не туда нарисую… Через три часа пентаграмма на листе одобрена советником, и мне предстояло ее заучить… О том, чтобы таскать с собой шпаргалку, Креун и слушать не пожелал: естественно, на этом и я не слишком настаивал, понимая, что такая информация не должна храниться нигде, кроме головы. И еще пару часов – на заучивание: такими темпами не отправлюсь в Куласу не только сегодня, но и завтра.

– Что ж, начертать ты можешь ее по памяти – хорошо, – скупо похвалил меня советник. – Запомни, пентаграмму перемещения наносят в обязательном порядке на объект с аурой: чем устойчивее аура, тем менее вероятен сбой.

– А ее что – и на воду можно наносить? – подколол я советника.

– Конечно! Рэн, о чем ты?! – удивился тот. – Даже в русле бурной реки! Рисуешь огнем – и все! Главное – исходная пентаграмма перемещения! Она должна находиться в устойчивой среде, для этого и наносят ее на твердую и не реагирующую на природные явления поверхность.

Для тренировки выбрал место за домом, на одном из каменных блоков, который когда-то использовался для какого-то строения. Какого именно, узнавать у советника не стал. Ну его! Опять начнет ехидничать и поучать, ведь наверняка рассказывал, для каких целей тут камни лежат; их, конечно, всего-то пять штук, но размер приличный и обработаны идеально. А вот пентаграмму нанес мелом, его потом стер, и никаких следов – идеально для обучения. С рисунком провозился долго, время обеда прошло, на что деликатно начал намекать желудок, но я решил не поддаваться чревоугодию, а сперва закончить начатое дело. И все же не удержался, половину кувшина с молоком опорожнил, пока нес его в круг своего рисунка. Поставил в центр пентаграммы и уточнил у Креуна:

– Теперь рисую такую же, а потом что?

– Руны напитай вначале магической энергией! А потом седлай коня, отскачи подальше и, нанеся пентаграмму перемещения на что-либо, не забыв напитать энергией, пошли импульсный образ желаемого объекта в свою временную пентаграмму, – ворчливым голосом напутствовал меня советник.

Он прав – на моих землях, в его вотчине, такой эксперимент ненадежен, всегда может остаться сомнение, что он мне помог, да и расстояние тут – всего ничего. Отдохнувший Ворон мигом пролетел мои земли и разочарованно остановился, когда я его осадил.

– Ничего, скоро в дорогу, набегаешься еще, – успокоил коня, потрепав по гриве.

Он в знак признательности попытался меня «отблагодарить» своим языком, но на этот раз такой поворот событий я предвидел и сумел увернуться.

– Иди, погуляй пока, – рассмеялся я.

Ворон обиженно закаркал, но повторять поползновения не стал, сошел с дороги и, пощипывая травку, косился в мою сторону, наблюдая, как его хозяин что-то рисует в пыли. Со стороны выглядит наверняка странно, не хватало еще своим подданным на глаза попасться – решат, что с головой у их господина совсем плохо. Рисунок вышел корявым, но ничего: если все получится с первого раза, то долго он красоваться тут не будет. Напитываю нарисованные руны, и в пентаграмму – мысль о кувшине с молоком. Бах! Из воздуха вылетает кувшин и приземляется в центр моего рисунка, попутно облив меня с ног до головы молоком. Трясу головой и с удивлением смотрю на кувшин, который стоит вверх ногами. Хм, где-то кто-то ошибся… Ворон радостно ржет и слизывает с моей головы молоко. Похлопывая коня по шее, еще раз осматриваю руны и линии – все верно! Нарисовал так, как рассказывал советник… Или он решил позабавиться? Ставлю кувшин как положено и отправляю назад. То, что мокрый и не совсем гладко прошел эксперимент, – пустяки. Главное-то – классное умение, и в хозяйстве пригодится однозначно, все предметы перемещать можно, а с сыпучими и жидкими грузами что-нибудь придумаю, или ошибку найдем. Креуна озадачил результатом, чтобы тот разобрался, а еще спросил:

– Скажи, а животных или людей так перемещать можно?

– Возможно, но сил у меня хватит, чтобы переместить кошку, не больше. А свои возможности можешь сам рассчитать! Почему-то при перемещении живых и подвижных организмов расходуется просто неприличное количество магии. А за кувшин прости – моя вина, пентаграммы все же имеют небольшое отличие, в центре основной круг не должен замыкаться, – под конец речи повинился он. – Растормошить тебя хотел, а то ты не радостный какой-то.

– Слушай, а ведь из таких пентаграмм, – задумчиво осматривая рисунок, воскликнул я, – раньше можно было и у соседнего мага что-нибудь увести!

– Они все индивидуальны, все эти линии – не более чем атрибутика, главное – руны, центр и импульс!

– И ты меня столько времени заставлял ее зубрить! – сделал вид, что обиделся на советника.

– Пойми, они должны точно повторять друг друга, иначе ничего не выйдет.

– Но ведь они не две капли воды! Не могу и не умею так рисовать! – возразил я ему.

– Главное – схема, и потом, все же получилось!

Да, с этим не поспоришь, вот только ехать в дом мимо деревни как-то стыдно. Хозяин – и вдруг весь мокрый от молока… Уж его-то крестьянский глаз сразу определит. Ничего, Ворона в галоп – может, никто ничего и не заметит. В доме принял ванну, покушал и… решил переночевать; надо перед дорогой отдохнуть, а то день насыщенный выдался. Действительно, только голову на подушку положил, даже все проанализировать не сумел – сон сморил.

## Глава 15. Гильдия рыскачей

Утром разобрался с оставшимися делами: дал указания старосте, навестил семейство Бурков и заверил Мисшу, что их не забуду и, как только все наладится, дам знать. Пришлось Мисше пообещать вернуться или помочь перевезти их к себе. Женщина дала понять – рядом со мной она чувствует уверенность в своей безопасности. Странно, как на меня можно делать ставку? Почти без всего, да еще практически в бегах. Я так прямо и спросил, на что она лишь улыбнулась и заявила, что виной всему женская интуиция. Что-то она недоговаривает, а может, не хочет оказаться рядом с бывшим главой ночной гильдии. У того ситуация не лучше, в любой момент может все вернуться на круги своя, и опять придется опасаться за жизнь мужа… Потом я принялся за работу, стал рисовать пентаграмму перемещения, а после нанесения мелом на каменный пол в подвале дома насытил руну огня энергией и стал эти линии плавить. Н-да, плавить камень магией – нечто, да еще в собственном доме в полуметре от круга управления! На всякий случай держал перед магическим взором активную руну воды, чтобы в любой момент выплеснуть воду. А главное-то: мой советник отказался участвовать в этом деле!

– Рэн, ты должен сам нанести линии.

– Креун, но в доме ты это можешь сделать, мне в дорогу надо, время уходит, – пытался убедить упрямого артефакта.

– Нет, так ты запомнишь каждую линию, и проблем с повтором рисунка не возникнет, – уперся тот рогом.

На все заверения, что вызубрю каждую линию, самый мелкий завиток, он громко молчал, изображая тяжелым дыханием свое недовольство. Хотя дышит-то магической энергией! А тут изображает сопение – что медведь в берлоге… Так и убедил меня, вернее, просто делать ничего не стал, пришлось мне самому.

Так, огонь углубился в камень где-то на сантиметр… Я смахнул с себя пот: в подвале температура резко подскочила, а древнейший артефакт и не думает сделать климат попрохладнее. Еще полсантиметра – рубашку на мне от пота можно выжимать уже, как в сауне побывал! Активировав руну воды, заливаю огонь. Хм, немного перестарался, пар столбом в подвале да воды по щиколотку, и удрученный вздох в голове.

– Рэн, в следующий раз – аккуратнее с водой, – просит советник, и уровень воды падает на глазах, еще миг – и пол сухой.

Вот как он это сделал? Ни пара, ни влажности, ни воды на полу – ничего! А ведь вода просто так не исчезает… Выйдя из подвала, отправился в очередной раз принимать душ, а советник занялся восстановлением одежды. Потом он проверил, как я смогу по памяти восстановить рисунок пентаграммы перемещения, попутно заставив изобразить и круг силы. Слава богам, справился с первой попытки, мой вредина-учитель остался доволен и даже чуточку похвалил.

В последний раз оглянулся на поместье: жаль покидать его, многое с ним связано. Ну да ничего не поделаешь – необходимо, и жажда к новому тянет. Конечно, и тут мог бы научиться разным хитростям – у советника-то не один десяток заклинаний хитросплетенными рунами запрятан где-то глубоко в его каменных мозгах. Если бы не королевские интриги… Жаль, жаль… Но спешить необходимо, и не только потому, что король Гунер сюда пришлет кого-нибудь, а то и заявится собственной персоной. Мысль о том, как там Портрис, покоя не дает, и главное – школа истинных. Как пробиться в то место – мыслей пока нет, но не впервой – надеюсь, удача и боги не отступятся. Да и приличный козырь имеется, пентаграмма перемещения или, как назвал ее Креун, – магическое хранилище, а я укоротил до просто хранилища. Так вот – данное умение вместе с моим советником позволит мне не задумываться по крайней мере о еде и питье. Маркен обязан приносить в дом продукты, а уж Креуну переправить их в центр хранилища не составит никаких хлопот. Да и я сам в данном случае отлично устроился – тот же посох истинных пока со мной, заряжен под завязку, а израсходуется энергия – в хранилище его, пусть Креун заряжает! Конечно, артефакт не сможет зарядить его мгновенно, слишком много магии тот берет; но ведь зарядит, в отличие от меня! Настроение от посещения поместья и встречи с семейством Бурков, со своими подданными, да еще от освоения столь полезного умения немного улучшилось. Проблемы с Гунером и Кин отошли на задний план. Да, девушку вспоминаю, но той первоначальной злости на нее нет, лишь обида и непонимание. Ничего, время лечит.

– Давай, Ворон, до вечера нам с тобой надо преодолеть большое расстояние! – погладил я коня по гриве.

Нет, конечно, знаю, что тот умеет быстро переставлять копыта, но так-то спешить не требуется! Ворон, услышав мою просьбу и радостно каркнув, сорвался в такой бег, что и слова сказать не получалось, лишь вцепился в его гриву и первые минуты думал лишь о том, как бы не свалиться. Потом чуть освоился и попытался урезонить «взбесившегося» скакуна, однако воздух забивает открытый рот и звуки издаю непонятные самому себе, а мельтешение деревьев сливается в одну линию, голова начинает кружиться. Но Ворону порезвиться даю, первые впечатления от дикого темпа прошли, стараюсь не смотреть по сторонам, вдаль гляжу, слезы ветер из глаз выбивает, но терпимо… Почувствовав, что сил не осталось, обнимаю шею коня, прижимаюсь к его уху и шепчу:

– Стой… Остановись.

Слава богам, цел! Ворон выполнил приказ, правда, недовольно заржав. Спешиваюсь и стою покачиваясь, перед глазами все плывет и кружится. Пара минут – и все в порядке, Ворон пританцовывает вокруг меня, требуя продолжения дикой скачки.

– Ну уж нет! – говорю и глажу его по морде. – Еще понять нужно, где мы по твоей воле оказались!

Связавшись с советником, чуть успокоился: направление Ворон выбрал верное, но до соседнего королевства еще скакать и скакать. Неторопливой рысью мой конь двигается по тракту, но дорога, ранее широкая, сейчас не пользуется популярностью, местами пробиваются травы, даже встречаются деревца. Всезнающий советник по этому поводу ничего сказать не мог, а как на нее Ворона занесло – тому одному ведомо. Кое-где на дороге проглядывали отпечатки обуви и колеи от телег. Дорогой пользовались, но не часто. Как-то неуютно ощущать себя на большой, но пустой дороге. Раскинул сеть – никого, живность в расчет, естественно, не беру. Наконец в сети показались две ауры, которых я нагонял, дорога тем временем углубилась в лес, а за очередным поворотом увидел телегу, груженную бревнами. У возницы и его спутника в аурах мелькнуло удивление, но угрозы они не представляют. Похоже, встретить они тут никого не ожидали, странно…

– Здравствуйте, – поздоровался, нагнав телегу и рассматривая двух мужиков.

На лицо похожи, один старше, второй моложе – явно отец с сыном.

– Здравствуйте… – старший чуть помедлил, но добавил: – Господин.

Младший, правивший лошадью, промолчал, за что получил от отца локтем в бок, после чего и он поспешил поздороваться.

– Почему дорога в таком состоянии? – спросил их.

– Так ить, ездить-то теперь некому. Раньше по ней караваны, да в гости друг к другу графья с князьями ездили. А как на них мор напал, то, кроме нас, почитай, тута никого и не встретишь, – ответил старший и зорко стрельнул в мою сторону, оценивая одежду и коня.

– А вы-то сами кто? – продолжил спрашивать я.

– Мы-то? – Мужик посмотрел на меня, потом перевел взгляд на сына. – Мы крестьяне, на свободных землях живем. Вот строиться решили, надоть сына женить.

Аура у мужика просигнализировала о лжи. Что-то он мне не захотел правду говорить. Хм, разбираться с его враньем желания нет. Врет, и боги с ним, мне до их дел интереса нет. Может, бревна у кого украли, а может, еще что. Взгляд зацепились за их руки. Н-да, как-то на крестьян они не тянут, нет тех специфичных мозолей, больше на руки дворян похожи. Кто же они? Впрочем, меня трогать не пытаются, а мне не до разгадывания их тайн. Да и вариантов не много, на рыскачей не тянут, как и на благородных, скрывающихся от «милости» королевской власти; значит – лихие люди. А что, место глухое, самое то для бандитской базы.

– В Куласу эта дорога выведет? – спросил я, решив не показывать, что их легенда меня не устроила.

– Вывести не выведет, но направление верное, – изумленно проговорил молодой, неожиданно открывший рот, а то я уж решил, что он немой.

Старший на него зыркнул, но ничего не сказал; на этом я распрощался со странной парочкой и дал команду Ворону ускорить бег. За первым же поворотом одна из аур от телеги отделилась и рванула в лес. По тому, как пролегает дорога, выходило, что он пытается меня опередить. Хм, никаких угроз не чувствуется, людей пока нет, посмотрим, что дальше произойдет. Заставил Ворона замедлить темп и принялся перебирать заклинания, чтобы при встрече с неизвестным врагом не оплошать. Воздушный кулак и активация защитного браслета – с лихвой хватит для лихого люда. Улыбнулся, настроение стало подниматься, хочется драчки, чтобы выпустить пар. Убивать желания нет, но проучить надо. То, что на меня будет устроено нападение, не сомневаюсь. Вон как аура молодого по лесу петляет, да и телега быстрее поехала, похоже, от груза-то своего избавились, скинув прямо на дорогу. Ага, а вот и подкрепление у молодого бандита появилось! Аур стало с десяток, но они не двинулись мне навстречу – наоборот, заспешили прочь. Может, и нет у них в отношении меня никаких дурных мыслей? Хотя телега за это время расстояние даже сократила, и это если учесть, что тащит ее измученная лошадь. Ничего не понимаю! Ворон же, озадаченный моим поведением, закаркал, как бы предлагая ускорить наше передвижение.

– Спешить не будем, – похлопывая его по боку и озираясь, ответил я.

Так и продолжили неторопливо двигаться по тракту, но каждый подозрительный участок сканировал магическим взглядом. Пока никаких ловушек он не выявил. Такая дорога расслабляет, я и успокоился, а за очередным поворотом Ворон запнулся, а перед моим лицом оказалось летящее с огромной скоростью бревно. Браслет на руке нагрелся и дернулся, но движение бревна не замедлил и не изменил, уклониться не осталось времени, я лишь успел зажмуриться и почувствовал удар. Меня как пушинку вышибло из седла, полет для моего сознания прошел смутно, последнее, что помню – боль во всем теле от приземления. На этом сознание отключилось.

Очнулся от тряски, боли в голове, к которой незамедлительно добавилась и остальная, во всем теле. На голове мешок из-под овса – душно. Странно, но паники нет, хотя что-то подобное со мной уже происходило, и тогда закончилось хорошо. Теперь же, поскольку меня не отправили к богам сразу, за дальнейший исход тоже не беспокоюсь – наоборот, интересно, что впереди ждет. Что там у нас с источником? Хм, почти пуст. Неужели настолько серьезные повреждения мне нанесли, что организм потратил весь внутренний резерв на восстановление? Это не очень-то радостная новость, а вот то, что сзади слышится раздраженное карканье, – радует! С Вороном все в порядке: он, вероятно, сдался на милость победителя. А как хорошо-то! Птички так и заливаются; если бы не тряска и связанные руки…

– Бать, может, его… того? Зачем тащим-то, он и так скоро концы отдаст, – донесся до моего слуха голос недавнего знакомого, который перед этим наматывал круги по лесу, словно заяц.

– Болван! У него нашлись интересные вещички, а главное-то нам неизвестно! – Голос второго говорившего также знаком, да и прав я оказался в своих догадках – отец и сын это. Хотя от такого знания мое положение ничем не лучше, но приятно – не ошибся.

– Да видел я те артефакты, ну и что? Мало ли по каким он делам мимо проезжал? Может, бежал от кого, – ответил сын отцу.

– Может, – чуть помедлив, ответил тот. – А возможно, и по нашу душу явился, выпытывать и вынюхивать.

– Тем более тогда…

– Идиот! – Раздался звук затрещины.

– Батя, за что?!

– Думай, всегда думай! – раздраженно пояснил отец свои действия. – С чего он тут нарисовался-то? Навел кто-то! А вот кто, мы и постараемся узнать.

– Понял! Он все скажет!

– Конечно, скажет, – баритоном расхохотался Батя. – А если и ошибаюсь, то не велико горе. Куш взяли небольшой, но и то дело.

Так-с, а ведь меня пытаются водить за нос. Никакие они не разбойники! В аурах – любопытность и… все; это уверенные в своих силах люди, они не нуждаются в моих деньгах и артефактах. Кстати, они знают, что я очнулся, и весь этот спектакль разыгрывают специально. Похоже, меня не били, иначе Ворон бы себя так спокойно не стал вести, да и плохих людей он за версту чует. Хм, однако, дал связать хозяина и одеть на его голову мешок! Отец с сыном замолчали… Ждут моей реакции?

– Хотя бы мешок сняли, – произнес я и на всякий случай вызвал руну огня.

Да, источник на исходе, но один-то удар смогу произвести – возможно, не такой мощный, чтобы причинить сильный вред, но…

С моей головы сдернули мешок, и у горла оказался мой же меч. Осторожничают, руки у меня связаны, от бревна порядком досталось, а два здоровых мужика, имеющих оружие, бдительности не теряют. Из такого положения выпутаться с помощью магии – и мечтать нельзя. Нет, если владеть всеми приемами, то мне понадобилось бы пара мгновений… Телега остановилась, и мы пару минут играли в молчанку.

– И что я такого сделал? – не выдержал и первым нарушил тишину.

– Да, в общем-то, ничего, – пожал плечами старший мужик.

– Бать, лицо… – молодой кивнул на меня.

– Цыц, вижу, – ответил тот.

– И что с моим лицом? – забеспокоился я.

– Да ничего, мил человек, – кашлянул Батя. – Ни синяка, ни крови, странно… – Он обернулся к молодому и, нахмурив брови, спросил: – Точно у него артефактов не осталось?

– Да нет у меня артефактов, вы все выгребли, – усмехнулся я и попросил: – Руки бы развязали, затекли.

– Развяжи, – мотнул головой старший молодому.

– Бать…

– Развяжи! – гаркнул тот и наморщил лоб.

Веревки, перерезанные ножом, упали к моим ногам, и я принялся растирать затекшие руки, не обращая внимания на острие меча у моего горла.

– Так за что меня так? – перефразировал я свой вопрос, не глядя на мужиков.

– Ты бы сперва представился, – протянул старший, усиленно размышляя и хмурясь.

– Рэном меня кличут, – хмыкнул я.

– А ты уверен в своих силах, паря, – констатировал мужик. – С чего это? Мы вот тебя обобрали, к богам на свидание отправить можем… Или ты тут не один?

– В отличие от вас – один, – улыбнулся я.

Силы возвращались, боль утихла, одно расстройство – внутренний источник пополнялся медленнее, чем мне хотелось. Надо тянуть время.

– Бать, он время тянет! – воскликнул молодой, как будто прочитал мои мысли.

– Да? – удивился тот, неожиданно подобравшись. – Давай поскорее. – Он оглядел меня с прищуром и спросил: – Зачем ты здесь?

– Мимо проезжал, – пожал я плечами.

– Чтец, ответы проверяешь? – посмотрел Батя на молодого, тот кивнул.

Старший чуть задумался, а потом стал задавать мне короткие вопросы, после каждого смотря на Чтеца. А мне становилось все интереснее и интереснее, молодой разбойник, а пока я окрестил их так, проверял мои ответы на правдивость. По ауре, что ли? Но активированных артефактов или амулетов у них нет, а его аура спокойна. Неужели столкнулся с одним из читающих мысли? Но они когда-то встречались один на тысячу, а то и десять тысяч, и служили королям, получая баснословные деньги, а сейчас их встретить и вовсе сложно. У Вукоса подобного человека не имелось, иначе он вел бы себя не так. В свое время таких людей признали опасными и повсеместно от них избавлялись: артефакты справляются не хуже, но, в отличие от людей, говорить и выдавать тайны не могут.

– Чем занимаешься? – прозвучал очередной вопрос.

– Рыскач я, – коротко ответил.

– Что-то недоговаривает, – помотал головой Чтец.

– На рыскача-одиночку ты не похож, – согласился с ним старший разбойник. – Да и бумаг у тебя нет, что входишь в какой-то отряд.

– Мне кажется, что бумаг нет не только у меня, – кивнул я на острие меча, которое по-прежнему находилось в опасной близости от моего горла.

Повисла пауза; меня они убивать почему-то не хотят. Может, не все ответы получили? Огляделся вокруг: телега стоит на обочине дороги, Ворон привязан к телеге на длинном поводу, всюду лес, а с тракта мы куда-то свернули, дорожка не такая широкая, на лесную похожа, но, в отличие от предыдущей, пользуется большей популярностью – наезжена. Сорваться в бега? Хм, впереди сеть показывает пять аур, позади еще три. Прорываться с боем? Можно рискнуть, а можно и посмотреть, что дальше произойдет, интересно же. Правда, любопытство и кошку погубило, как говорится, но…

Через пятнадцать минут в сторожевой сети наметилось движение. Подошли три ауры из леса и двинулись к нам. За это время мне задали множество вопросов, на которые решил давать обтекаемые ответы и говорить как можно больше, чтобы затруднить работу Чтецу. В принципе врать не приходилось, лишь обходить сложные и острые вопросы. Три всадника, в богатых и дорогих одеждах, издали бросались в глаза. Богато урашенное оружие, шелка, украшения, породистые лошади – аристократы, вернее… аристократки. Переводя глаза с одного на другое хмурое дамское лицо, я был просто в прострации – близнецы, хм, тройняшки! Женщинам на вид лет двадцать пять – тридцать, не больше. И опять вопрос – с кем же я столкнулся-то?

– Батя, что тут? – задала вопрос красавица из тройки.

Хоть и сидели они на лошадях, но ростом не маленькие, фигурки не хуже, может, самую малость, чем у Кин, брюнетки с черными глазами и красивыми личиками. Прямо в моем вкусе! Эх, не будь женат… А может, уже Кин расторгла наш брак?

– Креун, – позвал я, – надо узнать кое-что.

– Узнать? Все, что в моих силах! – обрадовался советник.

– Кин не разорвала еще наш с ней брак? – не отрывая глаз от брюнеток, спросил я.

– Нет, конечно! С чего это ты такой вопрос задаешь? – ответил тот.

– Да так, решил уточнить. Может, уже и не женат, а знать не знаю. Ты вот что: если она разорвет наши отношения, дай знать, – попросил советника.

– Без проблем, – ответил тот. – Но на то, что Кинэлла тебя бросит, не рассчитывай.

Воспоминание о жене вернуло плохое настроение, но и красота девиц померкла.

– Да вот, госпожа Игш… – Он деланно закашлялся, стараясь скрыть вырвавшееся имя. – По тракту ехал, потом на дерево налетел, там-то мы его и подобрали.

– Подойди и расскажи все, как произошло! – приказала она ему.

Батя соскочил с телеги, подбежал к своей госпоже и что-то стал рассказывать, косясь в мою сторону, а потом на своем лице стал изображать, как догадываюсь, полученные мной травмы. Выслушав его, госпожа махнула рукой на телегу, куда поспешил забраться мой недавний знакомый.

Хм, ауры у девушек разные: одна любопытством аж светится, вторая добро излучает, а вот третья… у главной – тревогу и опасность. А артефактов на них много навешано, чувствуется, что не самоделки, а мощные и опасные.

– В поселок его, – поразмыслив, приказала она.

– Глаза ему завязать? – уточнил Батя.

– Если отпустим – дорогу найдет, а решим оставить… – Она скривила губы и потрогала себя за шею. – Пусть так едет. – Она махнула рукой и, развернув лошадь, пустила ту в галоп.

Две оставшиеся девушки смерили меня оценивающим взглядом, после чего неспешно направили лошадей следом. Слишком похожи девушки, чтобы родители не общие были. Так, верховодит старшая, остальные хоть и слушаются, но с характером. Черт! А у телеги-то нарисовались еще пятеро! С удивлением стал разглядывать воинов, окруживших телегу. Это что – почетный эскорт? Хм, вероятно, караул. В отличие от двух пленителей, воины во всеоружии и увешаны артефактами. У одного знакомый браслет – защита, но браслет не мой, да и перстнями сверкают, что новогодняя елка игрушками. А это только те артефакты, что на всеобщее обозрение выставлены. Так, а как они подобрались-то? В сети ауры их не видел! Оп, и сейчас сеть показывает, что, кроме меня, двух мужиков и лошадей, рядом никого нет. После, наверное, десятого раза изучения охранников магическим взглядом сумел их ауры разглядеть. Какой-то или какие-то артефакты обесцвечивали ауры у людей, лишь фон оставался, и все. О подобном я не слышал никогда, однако как все просто! А я мучился и перекрашивал свою ауру, а всего-то надо убрать краски или сделать ее прозрачной. Желание поэкспериментировать – аж пальцы заломило, но пока нельзя. Хм, а кого, собственно, бояться-то? Дорогу, если что, Ворон запомнит, источник на треть заполнился, на пару огненных ударов да цепи молнии хватит. Погружаюсь в себя и начинаю искать прозрачный цвет. Н-да, как же понять, что цвет подобрал? Ауру не перекрасишь, сразу подозрения возникнут, а другие предметы он не скрывает… А вот и остановка: телега замерла на краю лесной поляны, на ней стояли несколько деревьев, между которыми находились дома и строения. Дома изготовлены из бревен, что в какой-то степени подтверждало легенду моих возниц, в центре поляны возвышался дом на целых три этажа. Дом красив, признал я, у строителей и хозяина есть вкус.

– Слезай, – тряхнул меня за плечо Батя. – Тебя проводят, а нам с Чтецом – за бревнами, обратно. – Он тяжело вздохнул: – Почитай, целый день из-за тебя потеряли.

– Спасибо, что подвезли! – рассмеялся я, спрыгивая, и, заметив, что они собираются тронуться, вцепившись в борт телеги, сказал: – Вещички-то мои вернуть не забыли?

– Парень ты веселый, – Чтец усмехнулся, отвязывая Ворона. – Вернем, не волнуйся, но не сейчас – позже, а там, глядишь, они тебе и не понадобятся. Держи. – Он передал мне повод моего коня.

Отпустив борт телеги, погладил морду верного друга, который тихо заржал. Странно, любовь свою проявлять не стал, видно, сильно удивлен всем происходящим. Я кинул прощальный взгляд на свой меч у Чтеца. Жалко, но больше жаль артефактов, не так они мне легко достались, да и без денег тяжко придется. Вроде и золота у меня не так много, но… Возницы, отъехав от меня пару метров, остановили свою телегу около воина, с усмешкой передали ему мое добро, и Батя, лихо свистнув, пришпорил лошадку. Та рванула в галоп с неожиданной для своего внешнего вида скоростью. Ворон от удивления даже каркнул, он такой прыти никак не ожидал. Впереди стоящий охранник кивнул, приглашая следовать за ним. Мысль вскочить на коня и попытаться удрать мелькнула на миг, но ее сменило любопытство. Очень интересно, что в том красивом маленьком замке. Увы, надежды рассмотреть его изнутри не оправдались, мы дошли до ближайшего дома, там охранник кивнул на коновязь у крыльца, а потом сопроводил меня внутрь.

В доме, на полках снизу до потолка, стоят корзины с яблоками, аромат витает в воздухе и давит на желудок. Но до сбора урожая еще ой как далеко, однако плоды выглядят свежими и аппетитными… Странный овощной склад; и зачем же меня сюда привели?

– Присаживайся, – заставил меня вздрогнуть голос, прозвучавший от окна.

Свет падает в оконный проем, оставляя говорившего человека в тени, он сидит в углу за столиком, и ко всему прочему, его еще и корзины скрывают.

Стоявший позади воин чуть подтолкнул меня в плечо и жестом показал на табуретку у столика. Противиться смысла не вижу, сажусь и пытаюсь рассмотреть собеседника. Видно плохо: кроме пары украшений и бороды с заплетенной в нее посередине косичкой разглядеть ничего не могу. Борода не длинная, с ладонь, да и косичка такой же длины. Глаза постепенно привыкают к освещению, и черты лица собеседника прорисовываются. Волевое, жесткое лицо, со сталью в глазах – опасный тип. А вот возраст определить так и не могу, не молод, но и на старика не тянет. Меня в это время изучает не менее внимательно.

– Когда входишь в дом – принято представляться, – произносит он и откусывает яблоко, неизвестно когда оказавшееся в его руке. – Кто ты?

– Тому, кто не по своей воле пришел, обычно объявляют, за что и кто имеет к нему претензии, – не желаю давать малейшую слабину.

– В какой-то степени ты прав, – задумчиво подкидывая яблоко, отвечает он. – Имя мое тебе ничего не даст, да слукавить могу, но не вижу причин. Мои люди называют меня – Вур.

– Рэн, – назвался я.

– Ты забрел не в то место, и самое главное – не пойму, как сумел. – Вур положил яблоко на стол и достал кинжал.

– Интересное оружие, старинное, как вижу, может плеваться холодом и ядом, – озвучил я свои наблюдения.

– Правильно, – удивился тот, а потом направил на меня лезвие. – Как ты преодолел защиту?

– Да какую защиту?! – возмутился я. – Коня пустил во весь опор, а сам задумался! Притормозил – твои люди. Они ведь твои?

– Мои, – слегка растерянно кивнул тот. – Странно, ты не врешь… Но артефакты отвлечения и забвения пройти без специальных амулетов и посвящения нельзя – с ума сведут!

– Хм. – Я задумался. Получается, что они окружили свой лагерь артефактами, чтобы никто их не побеспокоил. И до недавнего времени гостей не было, вот почему так удивились мужики на дороге. Интересно, зачем им такая защита, от кого? И как я смог обойти артефакты, ничего же не почувствовал! Или…

– Скакал мой конь на пределе своих сил, защиту мог миновать в мгновение… Другого объяснения нет.

– Допустим, – кивнул тот, соглашаясь. – Мне сказали, что ты рыскач. Это правда?

– Да, ищу забытые поселения истинных магов, достаю оттуда артефакты – продаю. На жизнь хватает, – решил я придерживаться основной легенды, что в принципе соответствует действительности.

В этот момент в дверь вошла девушка, с которой говорил на дороге.

– Вур, это при нем нашли. – Не глядя на меня, она положила на стол мои перстни, браслет и кошель. – Еще у него на шее амулет управления истинного.

Опа! Они в курсе про амулет, но снимать его не стали. Побоялись, что отправлюсь к богам?

– И как давно носишь амулет? – скривился Вур в презрительной улыбке.

– Месяц, – ответил, хотя так и подмывало назвать реальный срок.

– Не жилец… – хмыкнула девушка и зло стрельнула глазами.

– О том, что он сумел проникнуть на территорию, охраняемую твоими людьми, – потом поговорим! – Ничего хорошего голос Вура девушке не предвещал. – Иди!

Та молча развернулась и вышла, не забыв от души шваркнуть дверью.

– Может, отпустите меня? – спросил я без всякой надежды на положительный ответ.

– Не могу, – покачал Вур головой. – Ты слишком многое узнал и увидел.

– Да что увидел-то?! – воскликнул я. – Какой-то поселок в лесу и живущих тут людей? Что в этом такого? На королевских землях можно свободно жить!

– Можно, но… – Он задумался, а потом резко встал. – Ты рыскач, в этом нет сомнений. Так вот, у тебя один вариант – остаться с нами, тогда все поймешь.

– С кем с вами-то? – начал заводиться я, игра в угадайку надоела. У меня и так есть неотложные дела, но не озвучивать же их первому встречному!

– Ты что-нибудь про гильдию рыскачей слышал? – неожиданно спросил он.

Гильдия рыскачей… Ходили в народе слухи, но никто никаких доказательств не приводил. Говорили, что в нее входят самые удачливые рыскачи: они, если захотят, в легкую захватят любое королевство. Самые мощные и редкие артефакты в их распоряжении (иногда в продаже появлялось слишком много диковинных артефактов, и мгновенно расходился слух, что гильдия избавилась от излишка своих запасов). Естественно, артефактчики, в том числе мой наставник, этому не радовались – цены при этом мгновенно опускались, а восстанавливались с трудом. Такие события на моей памяти происходили всего два раза, но этого хватало, чтобы поставить лавку Брона на грань разорения. Бывало, что кто-то по пьяни заикался, что сталкивался с гильдией, но толком ничего сказать не мог – только мычал, но на это никто внимания не обращал: перебрал человек, с кем не бывает… Правда, когда двое не сильно пьяных рыскачей одновременно начинают мычать – это загадка… Но и это – лишь слухи, и фактов до сего дня у меня не имелось. Теперь же собственными глазами увидел поселение гильдии. Почему они выбрали это место? Оно не хуже и не лучше многих… Вот как же Ворона сюда занесло? Или стечение обстоятельств? В последнее верится с трудом…

– Слухи ходят, но… – Я развел руками, а потом спросил: – А зачем вам нужен непроверенный человек-одиночка?

– А нам никто не нужен, – глаза Вура сузились. – Раз к нам попал, то выбора нет. А проверить тебя успеем: поживешь в поселке с годик – поймем, кто такой.

– Нет у меня столько времени – дела, – отрицательно мотнул головой.

– А тебя никто не спрашивает. – На его лице появилась холодная маска. – Сюда один вход, и выхода нет. Сегодня посидишь здесь, а завтра амулетик тебе повесим – и все.

– Что за амулет? – спокойно спросил я, а у самого по спине холодок пробежал. Жить и подчиняться чужой воле – желания нет. Может, с Креуном и придумаем что, но… время, на все требуется время, а Портрис-то ждет… надеюсь.

– Амулет молчания и подчинения, его две недели поносишь – и можешь снимать. Никому ничего не скажешь, не сможешь, ну это перестраховка, жить-то здесь будешь, займешься сбором припасов или строительством – потом определю. – Он пошел к двери, кивнув охранникам.

Один воин сгреб со стола мои вещи и, усмехнувшись, вытащил из кошеля золотой и бросил мне со словами:

– Считай это задатком! Господин Вур платит хорошо, главное – не ослушайся никого. – Он заржал и поспешил за своими товарищами.

Золотой закрутился по полу, дверь за воинами закрылась, через пять минут и окна закрыли снаружи ставнями. Остался один в яблочном домике. И ведь ни свечей, ни ламп – темно как ночью. На ощупь отыскал корзину, взял яблоко и, не ощущая вкуса, стал есть. Сомнений в том, что необходимо бежать, нет. Оставаться и интересоваться дальнейшими действиями гильдии рыскачей не хочется, своя шкура мне дорога, а быть рабом… Ведь именно им мне предлагается стать на неопределенное время, помочь никто не сможет, да и некому. Против такой скрытой силы не выстоит ни одно королевство, да и не пойдет тот же Гунер ради меня на такой риск. А как бежать? Дом закрыт, снаружи наверняка охрана… Так, ну это проверить легко. В магической сети слишком много аур, поселок немаленький, домов на сорок, точное количество подсчитать не успел, но, судя по количеству людей, жилищ для них построено не один десяток. А ведь здесь не все – кто в поиске, кто на заготовках… Ладно, не об этом сейчас. Меня стерегут трое охранников, а вот Ворона рядом нет – плохо. Коня не брошу, а как его отыскать, хотя… сперва необходимо выбраться. Представляю руну огня и вливаю в нее капельку энергии из источника, активирую, но не бросаю. Отлично! Шарик огня, зависнув на уровне моих глаз, осветил комнату; при свете как-то уютнее, да и осмотреться можно. Увы, никаких лазеек не нашел; и не надеялся, но убедиться надо. За это время мой светильник потускнел и через минуту погас, вновь меня окружила тьма. Нащупываю стул и сажусь, необходимо подумать. Прикидывая различные варианты прорыва, остановился на самом опасном, но на первый взгляд – действенным. Ну, дождусь ночи, и что? Выйти из домика тихо не выйдет, охрана получит подкрепление, и на этом все закончится. Попытаться взять в заложники кого-то из бойцов – не вариант, нужен главный, а его захватить при охране сложно. Он и сам-то, чувствуется, не подарок, и в открытом бою с ним не справлюсь, себе врать смысла нет. Вур намного старше и опытнее. Остается тот самый последний вариант: изумить, испугать и пообещать… Получится? Посмотрим, что-то обязано сработать.

– Креун, – позвал советника.

– Что-то случилось? – насторожился тот.

– Можно и так сказать. – Настроение почему-то стало радостным. – Ты мне лучше скажи, что у нас из съестного есть.

– Проголодался? – В голосе советника мелькнуло сомнение в моем здравом уме.

– Типа того, – усмехнулся я. – Готовь припасы, сейчас нарисую пентаграмму и скажу, что мне надо, будешь поштучно отправлять.

При свете чертить пентаграмму не стал, решил проверить, что получится в потемках. Правда, золотой отыскал при помощи шарика света, в который залил совсем крохотную каплю энергии из источника, его как раз хватило, чтобы найти монету. В центре комнаты начертил пентаграмму, затем подсветил еще одним шариком – проверил. Потом ее активировал и стал принимать заказанное у Креуна. Первое, что получил, – лампа, потом все остальное. Энергии в источнике вновь осталось чуть больше четверти, до утра должен немного восстановиться, с такой-то пищей! Во рту слюнки, а я тяну и медленно сервирую стол на одну персону: бутылка вина, фужер, легкие закуски – на завтра. Сейчас же: жареный кусок лосятины с вареными клубнями картофеля, теплый хлеб, жбан молока. Наелся от пуза и… прямо за столом уснул. Проснулся от чувства опасности, как оказалось – в нужный момент. К дому подходят пять аур, из них две знакомые – Вур и девушка. Черт! Пентаграмма! Царапины на полу бросаются в глаза – ну тут ничего не исправишь, если только линий добавить да руны сделать неузнаваемыми. Десяток быстрых чирканий – и пентаграмма превращается в кучу линий. Только и успел за стол сесть.

– Сейчас повесим амулет и пойдем… – Вур не заканчивает фразы, застывая на пороге.

– Проходите, проходите, – приветливо улыбаясь «гостям», машу им посохом истинных магов. – Вы же не хотите, чтобы этот артефакт проявил себя во всей своей мощи?

Вур делает несколько шагов, оглядывается, но растерянность недолго держится на его лице. Рассмеявшись, он садится на стул напротив меня, на своих сопровождающих, застывших на пороге с разной мимикой на лицах, внимания не обращает. А стоило бы! Девушка от удивления распахнула рот, у двух охранников глаза вот-вот лопнут от удивления. Третий охранник, оставшийся за их спинами и ничего не видящий и не понимающий, суетится и пытается заглянуть через их головы. Он не нашел ничего лучшего, как подпрыгивать, но усмотреть ничего не в состоянии.

– Пусть они на улице подышат, – махнул в сторону людей Вура.

– Охрана – вон! Игша, останься. – Он вопросительно посмотрел на меня.

– Я один, ты один, – развел я руками, возражая.

– На улице подождите, – вынужденно согласился Вур.

Что ж – первая маленькая победа осталась за мной; хотя она ни о чем не говорит, но оптимизм внушает. Осматривая демонстративно выставленную мной на столе снедь и кидая острые взгляды на посох, он еле держал себя в руках, аура пылала любопытством.

– Мне никак не улыбается оставаться в вашем поселении, – сказал я, когда за девушкой закрылась дверь, и мы остались с глазу на глаз.

– Ты что-то хочешь предложить? – осторожно спросил тот.

– Ага! – улыбнулся ему широкой улыбкой. – Вы мне отдаете мои вещи, я сажусь на коня и покидаю ваши гостеприимные владения.

– Гм, – он кашлянул, – у нас не принято гостей отпускать просто так.

– Угу, для этого надо им в рабстве пару лет побыть, – согласился я с его словами, а потом резко сказал: – Ты знаешь, что у меня в руках, знаешь о том, что этого, – махнул рукой на стол, – не наблюдалось. Догадываешься, что посохом истинных владеть умею! И пытаешься меня задержать?! – Пока говорил, вызвал руну огня и, капнув в нее из источника, активировал.

Огненный шарик завис перед моим лицом, попытался его сдвинуть чуть ниже посылом мысли – получилось. Забыв о своем собеседнике, сосредоточился на шарике, тот послушно стал выполнять мои команды. Заставил того отлететь к входной двери, зависнуть под потолком, а потом вернуться – все вышло! Выходит, заклинаниями можно управлять на расстоянии собственной мыслью, хотя так и должно быть, если разобраться. Энергия-то – моя, как и созданная руна! Но почему же с большими шарами, да и остальными заклинаниями не получалось? Правда, и свечу не сразу научился зажигать, а ведь принцип-то по сути, один. Что в первом, что во втором случае результат получается на основе посыла мысли; конечно, в нее входит и посыл энергии из источника, без этого точно ничего не получится. Ага, а если посыл слабее заклинания, то тот же фаербол и не подумает подчиняться, энергии в посыле не хватит! А что…

– Это как? – прервал мои размышления Вур.

– Да так… – неопределенно ответил я. – Ты мне лучше скажи… – чуть задумался, – зачем все это? Рыскачи – уважаемые люди, добычу у них никто не отбирает…

– А кто такие рыскачи? – неожиданно спросил он меня и, не дав ответить, продолжил: – Есть одиночки, есть отряды, семей у них нет, своего угла нет. Об этом мало кто задумывается, но, по сути, они такие же люди, как и все. Им хочется тепла, уюта, чтобы было куда и к кому вернуться. Вот и объединились мы в гильдию, здесь у многих жены, ребятишки. К себе мы принимаем далеко не всех, про нашу гильдию мало кто знает. Но у всех рыскачей одна дорога – к нам. Нет, бывает, что человек так и не узнает о нашем существовании, и, закончив с рыскачеством, оседает где-то, как правило – открывает лавку и становится обычным артефактчиком. Но все они вышли из рыскачей… – Он взял паузу, обдумывая. – Хотя уже не все. Кому-то по наследству передают лавку, и в скором времени из артефактчика он превращается в обычного торговца. Вот только доживают до этого дня не все. Сам знаешь, ловушки истинных не всегда можно пройти.

– А ты, значит, глава гильдии? – задал я вопрос.

– Когда-то давно на этих землях стоял замок молодого князя, получившего титул за услуги короне. Князь этот вышел из рыскачей, человек был правильный и честный. Он возглавлял отряд искателей артефактов истинных, а там все построено на честности и доверии. И вот король решил завладеть артефактами, которые принадлежали всему отряду. Замок разрушили, но никого и ничего не нашли, должники князю сообщили раньше, чем подошли войска, он сумел увести в леса своих подданных. Большинство ушло искать лучшей доли, кто-то остался с князем. Жизнь продолжалась, стали налаживаться связи и отстраиваться жилища, сперва временные, потом постоянные. Много труда в дома не вкладывали – в любой момент могли опять все потерять. Князь вновь стал искать артефакты, но он уже имел обязательства перед своими людьми, необходимость о них заботиться и охранять. Артефактов осталось мало, перед отделением основных сил князь каждому дал долю. Время шло, сокровищница пополнялась, усиливалось влияние при королевских дворах, но где расположена гильдия – никто не знает… – Вур криво усмехнулся и поправился: – До этого времени не знал.

– А князь этот… – Я чуть наклонил голову и посмотрел на него, не закончив.

– Нет, его давно уже нет, – он покачал головой, – но ты недалек от истины – он приходился мне отцом, и теперь на моих плечах лежит забота обо всех здесь живущих.

История, рассказанная главой, не потрясла меня: обычное дело – сильный у слабого пытается отнять приглянувшуюся вещь. Пусть тут и выступают главными персонажами бывшие рыскачи, поверившие на слово королю, – суть не в этом. Главное – сильные мира сего понимают разговор только с позиции силы, и каждый из них хочет стать еще сильнее. Но как жить? Плыть по течению? Долго не проплывешь – сожрут и не подавятся. Стать на голову их сильнее? Да, но как?

– Что-то ты загрустил… – протянул Вур, внимательно вглядываясь в мое лицо.

– Да так… – отмахнулся я. – Выходит, ты – князь, – вновь задумался и прикоснулся к бокалу.

Горло бы промочить, но фужер – один, а кружка из-под молока, запрятанная в ящике с яблоками, как-то не изысканно будет смотреться. Но не предложить князю – значит обидеть его, а иметь такого врага не хочется. Хотя неизвестно, как дальше пойдет разговор и к чему мы придем. Эх, надо было два бокала ночью перемещать! Встал и под удивленным взглядом Вура отыскал среди яблок кружку, плеснул вина в нее и бокал, его пододвинул князю, а сам отхлебнул из кружки. Хм, и где же Креун находит такое вино? Явно из старых запасов, надо потрясти этого хитрого артефакта! Правда, он показывал в подвале свою кладовку с продуктами, там, если не изменяет мне память – пара стоек с бутылками есть. Он что, действует по принципу «самое ценное – на видном месте»? Впрочем, что для него выстоянное вино – та же вода…

– Хорошее вино, – пригубив, удивился князь.

– Что ж, князь, позволь и мне представиться, – поставил на стол кружку. – Герцог Рэн, не буду…

– Вот это неожиданность! – Вур аж на стуле подпрыгнул. – Ты герцог Лусар?!

– Э-э-э, не ожидал, что моя персона – такая известная, – удивился я.

Князь, не обращая на меня внимания, зашагал по комнате. Ага, просчитывает информацию и волнуется, прямо как я. Вот Вур остановился, посмотрел на меня и сказал:

– Герцог, что ты тут делаешь?

– В плен попал, хотят рабом сделать! – хмыкнул я.

– Давай без шуток, – попросил князь и сел за стол. – Мне многое известно про тебя: и что ты поставил королем Гунера, а сам отказался; и что королевские артефактчики от твоих действий и артефактов в полном изумлении и восторге, а новый король хотел привязать тебя к трону крепкими путами. Или что-то произошло и коронация не состоялась? Но никаких донесений из столицы не приходило, а такое бы мне сообщили.

– Я отказался от его предложений, – коротко ответил, а потом добавил: – У меня дела.

– Дела… – протянул глава рыскачей, – да такие, что король не смог удержать… А ты опасный человек, – он кивнул на посох, – не это имею в виду – тот шарик, что ты запускал. Нет таких артефактов; да, теперь и я верю тем рассказам, о твоих огненных шарах и про Лиин – верю… – Глава гильдии задумался, но не надолго, его глаза полыхнули азартом, и он прошептал: – Забытая магия истинных?

Он первым из всех озвучил данное предположение, но я-то понимаю, что тот же Гунер, да и Портрис давно догадались. На вопрос отвечать не стал, а князь, кивая себе, глазами зацепился за свежие царапины на полу.

– Ты можешь построить портал? – ахает он и дергает себя за косичку.

– Портал? – заинтересовался я. – А что это такое? Никогда не слышал.

– Хм, – князь задумчиво пригладил волосы. – Ты не врешь… Портал дает возможность перемещаться на любые расстояния.

– Ага, построил и решил остаться здесь! – усмехнулся князю.

– Да, не сходится, – согласился тот. – Но откуда у тебя взялось все это?

– У каждого есть маленькие тайны, – покачал я головой. – Впрочем, мы засиделись, не проводишь ли меня до границ своих владений?

– Ты дашь слово, что об этом месте никто не узнает? – нахмурился тот. – Даже под угрозой, – он кивнул на посох, – никто отсюда просто так не уйдет.

– Даю слово, что без твоего разрешения никому никогда не расскажу и не покажу, – глядя ему в глаза, ответил я.

– Хорошо, – кивнул Вур и поднялся, – пошли.

Не объясняя причин, Вур потребовал доставить мои вещи и привести коня. Вещи принесли, а вот кто привел коня или кого привел конь – вопрос остался открытым. Конюх, или кто тут у них по лошадиной части, волочился по земле, не выпуская поводьев, а Ворон бодро спешил ко мне, на ходу негодующе каркая. Остановившись рядом, заржал и поднял копыто, конюха как ветром сдуло: похоже, он познакомился не только с копытом моего коня, но и крепость зубов на себе испытал: убегая, держался за плечо, на нем проступало пятно крови. Провожать меня Вур поехал не один, охрану и Игшу взял с собой: девушка оказалась его дочерью, как и две другие, виденные мной ранее. Охрана следовала позади, а от дочери князь скрывать ничего не стал. Ну, это его дела, у меня и без этого хлопот хватает. То, что глава рыскачей согласился меня отпустить, – прекрасно, вот только напряжение не покидало. Не верю никому после последних событий. Однако магическая сеть никого не фиксирует, а блеклые ауры для меня теперь – не проблема, но сосредоточенность требуется большая. На выезде из леса в сети отобразились три ауры, но меня Вур предупредил, дозорные там, и вообще, после моего проникновения они пересмотрят систему защиты. На мой взгляд, она и так идеальна, но… хозяин – господин.

– Рэн, – сказал на прощание князь, – в любой момент приходи, примем.

– Как-нибудь сам, но… спасибо, – ответил я.

Дочь князя так ничего и не поняла, мы вели разговор на понятном только нам с князем языке. Он, раз за разом, возвращался к не дающему ему покоя вопросу – магии истинных, а я молчал или уходил от ответов. Игше такое поведение не нравилось, она косилась на посох истинных в моей руке, наверняка просчитывала варианты, как бы меня обезвредить. Заметил, что и знаки отцу подавала не раз, но тот ее жесты проигнорировал. Честно говоря, против поселка применить посох не смог бы – дети провожали нашу процессию, но без боя не сдался бы. Посох же служил больше декоративным атрибутом и показывал серьезность моих намерений.

– Нас еще никто и никогда так не унижал! – не выдержала девушка. – Когда-нибудь мы встретимся на узенькой дорожке! – Ее глаза пылали гневом, она поняла, что глава рыскачей не ведет двойной игры и собирается отпустить меня.

– Дочь! – рявкнул Вур. – Потом все поймешь, а сейчас извинись!

– И не подумаю! – наотрез отказалась она.

– Извинись… – прошипел князь… нет, не князь – глава гильдии.

Его глаза сузились, на скулах заходили желваки, аура полыхнула гневом. Похоже, в таком состоянии он страшен, и девушка с этим сталкивалась.

– Отец, – примирительно начала она. – Я никогда с ним не встречалась…

– Встречалась, – перебил ее князь и сразу же расстроенно сплюнул.

Он не хотел этого говорить – вырвалось.

– Встречались?! – одновременно воскликнули я и девушка, неприязненно взглянув друг на друга.

– Извинись, – не глядя на нас, произнес он.

Хоть гнев и утих, но аура его пылала, и дочь не стала рисковать. Тем более, что ее слова меня не убедили: если уже с первого взгляда неприязнь, то… Так, но он сказал, что мы встречались, значит, и взгляд ее – не первый. Интересно, а какова была наша первая встреча? И главное – где и когда?

– Князь. – Ворон почувствовал мое напряжение и принялся гарцевать и каркать, как бы высматривая врага. Пришлось похлопать его по холке, успокаивая. – Вур, ни тебя, ни твоей дочери не помню! Как понимать твои слова?

– Не все время мы проводим в поселке, – ответил тот. – Когда-то мы были вхожи в дом герцогов Лусаров. Это отдельный и длинный разговор, хотя и печальный… Жаль, что ничего тогда не смог поделать. – Он тяжело вздохнул. – Приезжай – расскажу, или давай вернемся…

– Не могу, – сожалеюще покачал головой. – И так слишком задержался, ждут меня.

– Удачи, – протянул мне руку князь.

– Спасибо, – пожал я ее и, кивнув дочери князя, пустил Ворона в галоп.

Действительно, время уходит сквозь пальцы, а ведь Портрису в своей родной столице не сладко, он же вроде в опале, а прошлое не всегда отпускает от себя…

## Глава 16. Подарок портрису

После расставания с главой рыскачей и его дочерью дал порезвиться Ворону. Отпустил поводья и позволил ему полную свободу действий, он не обманул моих ожиданий и показал все, на что способен. Летел так, что до этого, могло показаться, шел со скоростью пешехода. На этот раз сеть раскинута постоянно, вот только следить за иногда появляющимися и остающимися позади аурами сложно. Правда, когда дорога пролегала через лес, конь сбрасывал скорость и, фыркая, прял ушами: в том, что его хозяина захватили в плен, он чувствовал свою вину и старался исправиться, чутко выискивая признаки опасности. Привалы для отдыха я устраивал в чистом поле, чтобы никто не замеченным не смог подобраться. На них-то и размышлял о нашей встрече с Вуром. Он задал много загадок и поставил на то, что я не сдержу любопытства. Хм, он чем-то похож на Генера, но тот, хоть и был главой ночной гильдии, все же мягче. Этот князь – жесткий человек, жестоким назвать его не могу – не знаю, но вот твердость… С другой стороны, он отвечает за многое и многих, а это обязывает. Не завидую ему, очень тяжкая ноша. Интерес у меня и так имелся, чтобы посетить их вновь с визитом, а после его слов о том, что он уже встречался со мной и даже его дочь меня раньше видела… Объяснять себе ничего не надо – вернусь. Когда – не знаю, но навещу их и все выведаю.

Дорога до Куласы заняла несколько дней; если бы не Ворон и наша сумасшедшая гонка, то потребовалось бы намного больше времени, даже и представить сложно сколько. К посту на границе королевства подъезжаю с опасением, косясь на стражников и артефактчиков. Какое у них на мой счет распоряжение? Ведь узнали: сержант, услышав мое полное имя, а скрывать ничего не собираюсь, подобрался и рванул за начальством. Что произойдет – попытаются задержать? Готов к любым поворотам, за пазухой – посох истинных, перед глазами – три руны. Одновременно большее количество пока не могу контролировать, боевые руны необходимо запитывать большим количеством энергии из источника. Это хоть и происходит мгновенно, но упускать их из магического зрения нельзя. В магической сети ауры пограничников спокойные, но они опытные бойцы и не с таким сталкивались. Вот и капитан: сейчас все встанет на места, он уважительно кивнул и… протянул мне мои верительные документы. Хм, Гунер на шаг меня опережает и просчитывает.

– Ваша светлость, мы не ждали вас так скоро, – сказал капитан.

– Спешу, – ответил я, изучая документы.

Они выписаны на мое настоящее, полное имя, подтверждена и собственность – поместье и земля, а также освобождение от налогов. Есть и еще бумаги, в которых я значусь графом, – титул, которым наградил меня Гунер. Ох и давно же это было, хотя и произошло недавно! Да, князь… тьфу ты, король предусмотрел разные варианты и предоставил мне выбор. А вот про земли Кин и ее саму – ни слова. Почему?

– Если пожелаете, можем выделить вам охрану или документ о неприкосновенности, что являетесь послом королевства, – сказал он.

– Капитан, – взглянул на него, – от кого такое распоряжение?

– Король Гунер Первый дал на ваш счет исчерпывающие инструкции всем пограничным постам, – подобострастно ответил он.

– Ясно, – уважительно покачал я головой, признавая прозорливость Гунера. – Нет, ничего не надо, сам справлюсь.

Шлагбаум, по кивку капитана, поднялся, но осторожности я не теряю – знаю, на что способен новый король. Странно, неужели нет подвоха? Пересекаю границу – все в порядке. На другой стороне с меня взяли десять медных монет за въезд – якобы пошлина. Ага, по красному лицу и перегару изо рта сержанта ясно – моей пошлине найдется достойное применение. Ну и боги с ним, не велики деньги, а катить на него бочку, не зная законов и правил, – глупо.

На первом же привале я нарисовал на земле пентаграмму перемещения и отправил в поместье посох истинных. Такой артефакт вызовет много вопросов, если его кто-нибудь углядит, а этого мне не надо. В случае чего в любой момент могу его обратно получить, к тому же его мощь не слишком-то и нужна. Пентаграмма на земле Креуна удивила, никто так еще не делал, а мне понравилось: после завершения стер ногой линии – и никаких следов. Мои фаерболы да молнии на основе рун – слабее посоха, конечно, но действуют точнее, вернее, ими легче и быстрее управлять, а воевать против армий не собираюсь. Решил переговорить с советником по поводу портала.

– Что за портал перемещения использовали истинные? Он чем-то похож на пентаграмму перемещения? – задал я ему вопросы.

– Общее, конечно, есть, как и с кругом управления – и здесь, и там – пентаграмма, – пояснил Креун. – Вот только на этом все сходство и заканчивается. Руны другие, энергии потребляется во сто крат больше. Служили порталы для переброски из одного места в другое, с их помощью перебрасывались, как правило, громоздкие вещи.

– А люди могли перемещаться?

– Могли, как люди, так и маги, но стоимость… – Креун помолчал, а потом продолжил: – Сколько брали за перемещение, мне не известно, но без острой необходимости предпочитали добираться своим ходом. Портал, в отличие от заклинания перемещения, не требует на другой стороне ничего. Но настроить выход из него на необходимую местность мог далеко не каждый маг.

– Но тогда можно перебрасывать войска на нужную местность, и врага бы мгновенно уничтожили! А война-то продолжалась… – прикинув возможности портала, произнес я.

– Его очень легко схлопнуть…

– Что сделать? – не совсем понял я. – Неужели портал может схлопнуться, как обычная руна, на которой потерялась концентрация?

– Нет, когда переход настроен, ему ничего не угрожает с этой стороны, а вот с той… Слабенький маг имел возможность отвести потоки энергии от образовавшегося выхода – и портал схлопывался, а сильный истинный мог и переназначить его выход.

– А сейчас порталы существуют? Что они из себя представляют?

– Как я и говорил, это пентаграмма, но нанесенная на каменную поверхность, в рунах вмурованы накопители энергии, диаметр порталов колебался от пяти до тридцати метров. Отличие между ними существовало в накопительных емкостях магической энергии. Как догадываешься, накопители представляли собой драгоценные камни; думается, что найди кто портал – драгоценности достанет, а значит, и портал разрушит.

Понятно, почему про порталы ничего не слышал: слишком много времени прошло с тех пор, как они работали, а людям-то нужны драгоценности – все по камушку разобрали, но накопители вытащили. Да и если бы отыскалось такое сооружение – сам бы его разграбил. Как пользоваться и настраивать сложный артефакт, Креун не имел никакого понятия, нет у него таких данных: знает, что сложно, хлопотно, и все…

Ворон шел неторопливой рысью, а я размышлял о магии и прикидывал свои дальнейшие шаги. Главное – отыскать Портриса и Ивлуса; последнего отправлю к Кинэлле, а как поступить с графом?.. О том, чтобы тащить его с собой на поиски школы истинных, и речи быть не может – боюсь, не дойдем вместе, да и коня в такое путешествие не хочу брать. Пойду налегке, пешочком, так и надежнее, и есть определенный маневр; конечно, скорость передвижения не та получится, но Ворон в степи… Покупать же специальную лошадку – денег мало, а жить-то надо, и пора начать экономить. На мне еще поместье, а оно требует средств, боюсь, что получения прибыли с него не дождаться, если не выгорит моя затея со школой истинных, то остро встанет вопрос денег. Хотя не в первый раз: отыщу какое-нибудь забытое или не разграбленное поместье истинных и пополню свою казну. Правда, оглядываясь далеко назад, когда сидел в лавке и рассматривал принесенные рыскачами артефакты, думал, что стоит выйти из города, и то тут, то там станут отыскиваться замки и дома истинных. Увы, даже у границы большинство таких домов, не говоря уже о замках, разграблено и обыскано до меня, а многие и обжиты. Никто не стал дожидаться, пока начинающий рыскач и артефактчик погреет руки. Но и богов гневить нельзя – мне на пути удача улыбалась частенько, а по сути-то, сумел отыскать только дом с советником да схрон в лесу, мимо которого проехало за это время множество народа, – повезло. А так – лекарское поселение показал Генер, правда, до меня там никто не поживился, и что прошел ловушки – заслуга моя, Ворона и советника. Хм, на крайний случай вернусь в лекарское поселение, там точно осталось чем поживиться. Дорога, ночевки пролетели молниеносно, за это время отточил удар молнией и фаерболом, вроде бы можно хвастаться, но главным достижением стала защита. Теперь могу создать стену из воздуха и ветра, против нее бессильны любые удары. Это заклинание – полностью моя придумка, используются всего две руны – ветра и воздуха, активируются и смешиваются. Стена стоит, а если дать ей команду, то врага смести может. Честно говоря, не все изобрел сам, взял за основу удар воздухом, «воздушный кулак». Один недостаток выявился сразу: стена не передвигалась за своим создателем и не могла ликвидировать угрозу со всех сторон, да и держать ее магическим зрением необходимо. В сравнении с защитным браслетом – ерунда, но на крайний случай может и жизнь спасти. Да и останавливаться на достигнутом не собираюсь, усовершенствую – и получится персональная защита, которую не прошибить ничем! Что добавить в заклинание и как, пока не решил, но пробовать попробую, дай только время, но его-то пока и нет. А на дороге стало людно. Торговые караваны, разъезды стражи на каждом углу, магией не позанимаешься. Такого количества людей на одной дороге никогда не встречал, попадались даже заторы, когда телеги цепляли борта друг друга и поклажа вываливалась на дорогу; ругань возниц и спешащих людей разносилась далеко. Мне лавировать среди этого потока несложно, Ворон своим карканьем распугивал народ, а иногда и по обочине приходилось объезжать. На телеге или в карете времени на преодоление небольшого расстояния от границы потребовалось бы намного больше. И куда они все исчезают? На границе нет такого скопления! Впереди замаячили стены столицы Куласы – добрался.

В город вливался постоянный поток, а ворота-то каковы! По сравнению с виденными в других городах – просто монстры! Тут в ряд только в одну сторону три телеги въезжают, и столько же обратно. Я даже Ворона от удивления осадил. А как же оборона?! Наверное, сказал это вслух, потому что проезжающий мимо купец на лошадке, зорко приглядывающий за своими товарами, которые везли, как я понял, нанятые возницы, усмехнувшись, обронил:

– Впервые в Куласе? Можешь не отвечать – вижу. А обороной правит золото! Никто не обнажит меч на королевство. Отсюда разъезжаются заморские купцы, а местные отправляют караваны в соседние королевства. – Хотел еще что-то сказать, но один из мешков с его товаром упал на землю, и, разразившись проклятиями, он рванул к вознице.

Я озадаченно потер щеку. Н-да, знал, что мир многогранен, но никогда об этом не задумывался. Что по существу знаю о соседних королевствах? А ничего! Рос в родном Сакте, готовился перенять лавку у наставника, выслушивал рассказы рыскачей, но ни о чем не задумывался. Жизнь текла налаженная и, можно сказать, однообразная. Что-то про Куласу слышал, что-то о других королевствах: где-то за морем есть еще земли, на которых свои уклады и законы. Но конкретно-то не знаю ничего! Та же Кин знает больше моего, ее учили, ей положено по статусу… Еще одна песчинка в корзину того, какие мы с ней разные и что подчеркивает – мы не пара. Так, надо заняться своим образованием не только в магической области, хорошо бы еще и географию, и историю выучить. Для этого нужен учитель, а где его взять? Раньше рассчитывал на Гунера, сейчас же… Может, Портрис? Он много знает, но надо ли, чтобы узнал обо мне такие подробности? Эх, ведь настаивал Брон на учебе, вдалбливал мне, что в жизни пригодится. Но куда там, про артефакты и как они устроены, слушать я мог часами, а заведи он разговор о границах королевства, политике – засыпал с открытыми глазами. После нескольких занятий наставник махнул рукой, расписавшись в своей беспомощности и бестолковости ученика. Если бы можно было вернуть время вспять, то не стал бы так себя вести и перенял у него не только опыт работы с артефактами. Пообещав себе, что при первом же случае восполню свой пробел в знаниях, въехал в ворота города. У стражника узнал, где находится ближайший трактир и точно ли это северные ворота. Получил подтверждение и по взмаху руки уставился на длиннющее здание, которое стражник именовал трактиром. Оно находится прямо напротив ворот, имеет три входа, три этажа и чем-то похоже на дворец: но проще, конечно.

Поручив Ворона мальчишке-слуге, чтобы тот почистил и определил его в конюшню, искренне удивился размеру оплаты – пять серебряных монет, приличная сумма. Торговаться не стал, но поежился: Куласа – город не дешевый, с первого взгляда понятно. Трактир наполовину свободный, но с его размерами… И ведь это первый трактир на моем пути, если и в остальных столько народу, то какие же размеры имеет город?! Внутри данное заведение разбито на несколько залов: большой, средний, малый и игральный. Большой – для аристократии и богатых купцов, средний – для народа попроще, в малом столуются все подряд, игровой – для веселого времяпрепровождения, со всеми положенными атрибутами, в нем можно перекинуться в карты, попытать судьбу в кости. Самое интересное, что в большой зал просто так войти нельзя, плата за вход – два серебряных. А в игровой и любой другой – без проблем. По здравому размышлению искать потерявшихся решил в среднем зале. И не ошибся, буквально с первого взгляда увидел Ивлуса. Он сидел за столиком у окна и скучал. Перед ним стояла бутылка вина и полупустой фужер, похоже, старый воин спит с открытыми глазами.

– Привет! – сказал я, присаживаясь за столик; Ивлус чуть со стула не упал.

– Рэн! – обрадованно воскликнул он. – Мы уж и не ждали, завтра отправляться назад собирались. Ты один, без Кинэллы?

– Один, – коротко ответил я и в свою очередь спросил: – А Портрис где?

– Да он все по каким-то делам бегает, – махнул он рукой, призывая подавальщика. – Господину, – Ивлус строго посмотрел на молоденького слугу, – вина, жаркое из кабанятины в винном соусе с… этим, как там его… – Он щелкнул пальцами.

– Лимонным соком? – подсказав, слуга почтительно поклонился.

– Да! Точно, соком, – хлопнул ладонью по столу старый воин, пребывающий в прекрасном настроении. – И товарищу моему сообщите, что у нас гость долгожданный объявился.

– Будет сделано, – вновь отвесил поклон слуга и, бросив на меня оценивающий взгляд, удалился.

– Мы тут не один день провели, Портрис не захотел экономить, вот и приходится соответствовать, – как бы извиняюще проговорил старый воин, боясь встретиться со мной взглядом.

– Да ладно, – махнул я рукой. – За кого себя выдавали-то?

– За купцов, Портрис – главный (кстати, он просил называть себя на людях Трисом), я – его помощник, а ждали мы своего делового партнера, чтобы заключить сделку по покупке ткани для королевского двора агунов, – пояснил Ивлус.

Мы взяли вынужденную паузу у нашего столика слуги засуетились. Да, граф денег явно не экономил, раз тут все так перед его помощником стелятся. А я-то думал, что он, бедненький, сидит в номере и носа высунуть боится! Утрирую, конечно, – зная графа и его бесстрашие, уверен, что он ничего и никого бояться не будет, – но осторожность-то куда подевалась? Хм, а вот и он, собственной персоной! Камзол бархатный, сапожки – не просто из морской змеи, а еще и с ценными камушками на пряжках; знакомо – не стареющие и не промокающие, да они стоят о-го-го, подобные в моей лавке в Сакте не смогли найти покупателя, а эти подороже будут. Поприветствовав друг друга, принялись обмениваться новостями. Их дорога, после нашего вынужденного расставания, прошла гладко, сняли номер в трактире и стали меня дожидаться. В ауре Портриса проблески расстройства не очень соотносятся со словами, но вида не подаю, захочет – скажет. А вот Ивлус невозмутим, как внешне, так и аура его спокойна, – считает, что все превосходно. Узнав пару дней назад, что трон занял Гунер, а король пал на дуэли, не чаяли меня увидеть. Вызвавший на поединок Вукоса сильнейший артефактчик, непонятно как оказавшийся подле него, явился увешанным с головы до ног артефактами, парализовавшими королевскую охрану, и за минуту разделался с королем. Слухи, как обычно, распространяются мгновенно, но вместе с этим обрастают небылицами, превращаясь в откровенную ложь. Чтобы развеять домыслы, начинаю медленно и взвешивая каждое слово рассказывать обо всем, что произошло на самом деле. Ивлус то и дело вскрикивает и порывается что-то сказать, но Портрис его осаживает. Наконец я дохожу до момента расставания с Кин и завершаю повествование тем, что из своего поместья добираюсь до Куласы и оказываюсь здесь. Озадаченный Портрис массирует виски, его аура выражает озабоченность – старый воин явно раздосадован.

– У каждого поступка есть определенные причины, – нахмурившись, произнес Ивлус. – Никогда не поверю, что Кин… графиня… вернее, ваша жена, которая безмерно в вас влюблена, сделала этот шаг без какой-то на то причины.

– Ты думаешь? – поколебал он мою уверенность.

– Убежден! – грохнул по столу кулаком старый воин, а потом, виновато оглянувшись, сказал: – Простите, слишком это для меня сильное потрясение.

– Да чего уж там, – махнул я рукой.

Слова старого воина заставили призадуматься: он знает девушку не хуже моего, а может, даже и лучше, чего уж греха таить. Сцена нашего расставания вновь встала перед глазами: Кин, сжав зубы, выговаривает, что приняла решение и менять его не намерена. Помотав головой, отгоняя видение, все же решаюсь поговорить с Креуном.

– Чего звал-то? – задал тот вопрос.

– А ты и не рад, что ли? – спросил я, в душе удивляясь такому приему. Советник явно раздосадован, как будто я отвлек его от чего-то важного.

– У тебя что-то срочное? – спросил тот, но после незаметной паузы все же пояснил: – Энергии уходит много на наше общение, слишком расстояние большое.

– С Кин-то общаешься? – поспешил задать вопрос.

– А что? – насторожился тот, но спохватившись, слишком уж спокойно добавил: – Как-то пару раз говорили.

– И как там она?

– Да вроде ничего, – ответил тот.

Так… явно что-то от меня скрывает! Неужто мои подозрения оправдались, и она спуталась с Гунером?

– Что у нее нового, как с должностью справляется? – скрипя зубами, поинтересовался у своего древнего артефакта.

– Э-э-э, да вроде ничего… – промямлил тот.

– Креун, говори все как есть! – приказал я.

– Рэн, не могу! – взмолился он. – Слово дал!

– Какое слово, кому? Что, черт возьми, у тебя там происходит?!

– Помнишь, ты говорил, чтобы я не упоминал девушку в разговоре с тобой? – напомнил мне советник и, не дождавшись ответа, продолжил: – Как ты понимаешь, мы с ней общались, так вот, она взяла с меня слово, что ничего тебе о ее судьбе рассказывать не буду. Извини, но не могу. Ой, энергия на исходе, надо копить! Давай, если не срочный разговор и ничего серьезного у тебя не случилось, отложим наше общение? – попросил тот.

– Давай… – в растерянности протянул я и не успел закончить, как связь прервалась.

Странно-то все как… В задумчивости допил бокал вина. Взглянул на Портриса, но тот молчал и, поймав мой взгляд, лишь неопределенно пожал плечами. Ну да, он-то мне никаким образом тут не поможет. Ну и ладно, не хочет Кин, чтобы я знал о ее судьбе, – пусть сама разбирается, чай не маленькая! Да и желающих помочь у нее хоть отбавляй – если не сам король, то уж его придворные «облизывают» ее с ног до головы! Еще бы, королевская протеже, первая дама в совете артефактчиков, герцогиня, а муж… неизвестно где. У-у-у, больно-то как! Затряс рукой, из пореза на ладони обильно вытекает кровь; и как это я так за лезвие столового ножа сильно схватился?

– Мне кажется, Ивлус может спокойно отправляться в замок или к Кинэлле, – задумчиво сказал Портрис.

– Да, ему ничто не угрожает, – согласился я с его словами.

Старый воин заметно расстроился, но с нашими словами вынужденно согласился. Портрис выдал ему на дорогу денег и поблагодарил за помощь и участие. Мне наградить его нечем, просто пожал ему руку и от души выразил признательность. Конечно, не очень-то красиво мы с ним поступили, но другого пути нет. Он человек Кин, всегда ей верен останется, а как все сложится – одним богам известно. Глядя в удаляющуюся от нас спину Ивлуса, я признался графу:

– Тяжело расставаться с друзьями.

– Нет, – не согласился тот со мной. – Расставаться с друзьями не тяжело, горько узнавать, что названный друг тебя предал и продал…

В голосе Портриса прозвучала такая горечь, что я вздрогнул и внимательно взглянул на старого графа. Лицо того потемнело и осунулось, с тех пор как мы расстались, а ведь не должен он так выглядеть – ведь в трактире они устроили себе настоящий отдых, а узнав про смену власти в королевстве, из которого бежали, другие на их месте непременно воспряли бы духом. Ивлус, кстати, не выглядел так, а значит, что-то Портриса гнетет.

– Что-то случилось? – осведомился у своего старшего товарища. – И почему Ивлус просил называть тебя Трисом?

– Мы с сыном из Куласы с шумом уходили, – начал он рассказ, чуть помолчал и, пригладив свои отросшие седые волосы, продолжил: – Меня обвинили в укрывательстве преступников, контрабанде и подлоге. До последнего момента не знал и не догадывался, что против меня замышляют. Только постучавшаяся стража в количестве тридцати человек насторожила: сам понимаешь, при моей работе опасаться можно многого, вот и работали магические артефакты круглые сутки, обеспечивая защиту. Стражу могли подкупить, обмануть, такие прецеденты уже имели место. Я активировал кое-какие сюрпризы и пошел «встречать» гостей. А у тех королевский указ: арестовать, а при попытке сопротивления – убить, вещи конфисковать, ну и так далее. Сделав вид, что верю бумагам, тем временем активирую ловушки: стражники падают и не могут ни ногой, ни рукой пошевелить – парализовало их временно. Схватили мы с сыном самое ценное – и в бега; вернее, на дно легли, здесь же, недалеко; хотел во всем разобраться. – Портрис пригубил вино, чтобы смочить пересохшее горло, и продолжил: – Силы и действия противника не сумел рассчитать, переиграл он меня. Пятерых убийц подослал, тогда-то меня и ранили; Генер принял решение бежать, ситуация безвыходная сложилась. А теперь узнаю, что приютивший меня друг и коллега просто захотел на мое место. – Он замолк и развел руками.

– Значит, перед ним стояла определенная цель. Не думаю, что он пустился на такой шаг ради должности, – озвучил я свои выводы.

– Ты прав, – криво усмехнулся старик. – Но смысл этой истории в ином. Мы же дружили с детства, родители наши дружили, а он… – удрученно произнес старик (а в этот момент он выглядел старше, чем когда мы встретились в первый раз). – Думал у него остановиться, в последний момент решил сюрприз устроить, а потом узнал, какой он стал пост занимать, с купцами поговорил…

– И кто он теперь?

– О, очень важная персона. Глава по принесению таможенных сборов с морских перевозок, отвечающий за границу на море. Он после моего отстранения по должности взлетел: собрал документы, что я занимался покрывательством контрабандистов, показал, как наладить службу – его и стали продвигать.

– Хм, наказать надо, – задумчиво потер я щетину на щеке. – Как говорят: недруг моего друга – мой враг.

– Рэн, боюсь, мы не сможем, – покачал тот головой. – Его дом охраняется не хуже королевского дворца. Прогуливался я мимо: не войти, да и если войти, то что искать-то? Документы? В них все аферы! Но чтобы их просто вынести, нужно не менее десяти человек, а груз не позволит им сопротивляться! Пара же бумажек никому ничего не докажет, необходимо всю цепочку предоставить.

– Мне хотелось бы взглянуть на этот особняк, – обдумывая мелькнувшую мысль, проговорил я.

Граф попытался меня отговорить, но не смог, и уже через час мы прогуливались мимо каменного забора в два человеческих роста вокруг особняка недруга. Работающих артефактов – множество, а вот людей на территории моей сетью почти не зафиксировано – всего-то семь человек. Особняк, похоже, простаивает без своего хозяина – слуги одни и еще собаки. Вот они-то и заставили меня озадачиться. Артефакты обману – не проблема, они на ауру рассчитаны, а вот собачек… По их лаю чувствуется, что это не собачки для дамских утех, а сторожа – им аура безразлична, главное – запахи, которые подделать невозможно. Хотя и ауру, исходящую от объекта, они чувствовать обязаны, но запах – прежде всего…

– Собаки всегда по территории бегают? – спросил я графа.

– Всегда, их никогда не запирают – хозяев они не трогают, как и слуг.

– А как же друзья, торговцы, посыльные? Они-то как в дом попадают, не познакомившись с данными четвероногими сторожами?

– От ворот идет дорожка до самого крыльца, туда псам не добраться, но дорожка просматривается из дома, ее обязаны держать в поле зрения как минимум двое охранников, – пояснил тот.

Портрис пытался выведать мою задумку, но я молчал. Может и не получиться: сперва в дом надо попасть, найти документы, а уж потом… И все же как преодолеть барьер из сторожевых псов? Напугать? Своим визгом переполох устроят… Н-да, задачка. Рискнуть и перекрасив ауру, попытаться? Хм, посмотрим, что выйдет, уйти-то всегда успею. Отправляю графа в трактир, а сам продолжаю прогуливаться вдоль забора. Портрис ушел неохотно, но после моей просьбы подготовить меня в поход в странные земли сдался. Раздумываю, какой бы аурой закрасить свою, останавливаюсь на варианте самого злобного пса в поместье. Он выделяется в моей магической сети особой аурой, силен – вожак среди собачек. Отхожу от особняка в подворотню на темной улочке, тут нет артефактов, от дома мое укрытие не прослеживается, принимаюсь за воплощение своего плана. Расчет на то, что никто внимания не обратит на лишнего пса, если вообще артефакты такую ауру засекут. Ауру сделал на загляденье, добавив в нее немного силы и злобы. Со мной ни один пес не сравнится! Бросился бегом к забору, подпрыгнул, ухватившись за его край, подтянулся и перемахнул на ту сторону. Ободранные руки жгут, не обращаю на них внимания и жду. Две собаки размером с маленького теленка выскакивают из-за деревьев и осаживаются на задние лапы. Их аура отражает замешательство: нос и глаза говорят им одно, а инстинкт – обратное. Неуверенно машут хвостами: похоже, моя взяла! Третий пес, побелее первых двух, вальяжно присоединяется к ним, скалит пасть, показывая белоснежные клыки, такими он мне шею вмиг перегрызет! Скалю и я свои зубы, добавляя мазок силы в ауру. Вожак псов начинает глухо рычать, из пасти капает слюна, в сумерках видно плохо, но его глаза начинают гореть решимостью; у меня мороз пробегает по коже, хочется сорваться и оказаться за стеной или там, где он меня не сумеет достать. Собрав волю в кулак, стою не двигаясь, вызываю руну холода, морожу вокруг себя воздух, посылаю его в направлении вожака. Два первых пса вжались в землю и тихо поскуливают, холод достигает вожака – и рык застревает у того в горле; робкое движение хвостом… Все, он сдался! Сдал мне лидерство без боя! Шумно выдыхаю последний воздух из легких, и дышать-то забыл. Подхожу к псам уверенно, а у самого пот по спине и руки чуть потряхивает, а перед магическим зрением – две руны огня. Треплю вожака по лобастой голове и углубляюсь в глубь территории. Вот и дом; залезаю на подоконник, окно чуть приоткрыто, с оглушительным скрипом отворяю его и прислушиваюсь, не бежит ли на скрип стража, – тихо. Меняю рисунок своей ауры на обесцвеченную, которую наблюдал у гильдии рыскачей, теперь меня в магической сети отследить сложно! Кстати, необходимо самому продумать, как видеть такие ауры, чтобы сюрпризов больше никто не преподнес. Собаки мгновенно заходятся неистовым лаем, но меня им не достать, а на обратный путь вновь для них в вожака превращусь. Спрыгиваю внутрь дома, осталось дело за малым – найти кабинет и бумаги.

В доме тихо и темно, ауры охранников спокойны и беспечны, а до того, что собачки лают, им дела нет, привыкли доверять артефактам. Ну, да их можно понять – может, собаки кошку гоняют или меж собой дерутся… Подвешиваю магический шарик огня над головой – светильником побудет! Осматриваю помещение – столовая. Ну, тут-то никаких документов точно нет, мне нужно рабочее место хозяина этого дома. Найти кабинет труда не составило, а вот с замком пришлось повозиться. Дверь массивная, заперта на два ключа, магический и обычный, открыть такую, не оставив следов, невозможно. Недолго думая пускаю в ход кинжал: замки разворотил, но открыл, хоть и провозился долго. Разочарованно застыл на пороге – сокровищница, а я-то рассчитывал на кабинет. Не оправдались надежды на его быстрое обнаружение… Велико желание прихватить с собой пару драгоценностей, а уж оторвать взгляд от сундука, в котором наверняка золотые монеты, и вовсе с трудом смог. В конце концов сумел подавить в себе эту минутную слабость. Я же не вор! А взять есть что: на полках посуда и статуэтки из золота, между полками пространство заполнено драгоценным оружием, на полу пять больших сундуков и один поменьше, в котором и хранят обычно золотой запас. И как раньше не додумался, что кабинет без окон никто не сделает? Стены-то глухие, зря только время потерял. Где может находиться кабинет? Рядом со спальней, но тут вместо него сокровищница, обитателю особняка она дороже любых бумаг. Наивный: золото правит миром, а получают его те, кто владеет властью или информацией. Этот человек владеет и тем и другим, но на первое место у него вышло золото, так легко все потерять. А может, драгоценности достались ему не потом и кровью? В этом сомнений нет, Портрис не стал бы мне врать. Вот поэтому владелец и сделал ставку не на то. Кабинет нашелся в конце коридора, за обычной дверью, даже не запертой. Обстановка богатая, драгоценностей и здесь хватает, но папки с бумагами в шкафу стоят дороже, они стоят жизни! Старый граф опять оказался прав – унести документы невозможно не только за один раз, но, боюсь, и десять ходок не позволят очистить кабинет от бумаг. На это я и не рассчитывал; сворачиваю ковер и рисую на полу пентаграмму перемещения. Минута – и готово! Здорово наловчился – спасибо Креуну, что заставлял меня тренироваться. В круг пентаграммы сваливаю кипы бумаг, стараюсь соблюсти очередность, беря папки последовательно, но, боюсь, все равно будет путаница. А, пусть Портрис с подарком сам разбирается!

– Креун, – зову советника, когда все бумаги свалены на пентаграмму в огромную кучу.

– Да, Рэн, – мгновенно откликнулся тот.

– Как силы, говорить можешь? – ехидно осведомляюсь у него.

– Сил полно! Тратить некуда, – весело отвечает тот.

– Ну-ну, – хмыкаю, убеждаясь, что предыдущий разговор он прервал по причине общения с Кин. Другого объяснения быть не может! – Мне тут передать тебе на пару часов кое-какие бумаги надо. Ты их не убирай никуда, через час, может два, заберу.

– Хорошо, перемещай.

Документы отправил, а вот что делать с пентаграммой на полу? Устроить небольшой пожар? На ум ничего не пришло и, встав у двери, послал пару фаерболов, после того, как рисунок выгорел, залил все водой. В источнике не много энергии осталось, да и ладно, дело сделано, осталось малость – до трактира добраться. А с этим возникли проблемы: вероятно, пока занимался уничтожением следов, охрана поняла – что-то не так. Хм, тут сложно не понять, артефакты-то должны следить за безопасностью дома, да и дым опять же… Ноги в руки – и дергаюсь к лестнице, не в окно же прыгать, третий этаж все же. Черт! По лестнице поднимаются двое; вваливаюсь в первую попавшуюся дверь, должны не заметить. Шаги протопали мимо, а я на цыпочках спускаюсь по лестнице. Сзади крики – те двое добрались до кабинета и сообразили, что к чему. Охранники попались умные, как назло, другие бы с минуту пялились. О скрытности можно позабыть, бегу на первый этаж и воздушным кулаком выношу окно вместе с рамой. Во дворе визг псов, кого-то задело, запрыгиваю на подоконник и посылаю в темноту два огненных шара. Собаки с визгом бросаются в разные стороны, похоже, ослепил их. Спрыгиваю и несусь к забору, благо он рядом, сзади сердитый рык и быстрый шелест лап по траве – догоняют. Разворачиваюсь: высунув язык, меня нагоняет вожак, в свете подожженных двумя фаерболами деревьев успеваю разглядеть пса: черный как ночь, с белым пятном на лбу, мощный, глаза горят ненавистью. Начнет прыжок – выпущу молнию. Пса жаль, он выполняет свою работу, но ощущать остроту его клыков на своей шее желания нет. Будто прочитав мои мысли, он тормозит всеми четырьмя лапами, взрыхляя землю. Мгновение смотрим друг другу в глаза, затем пес отворачивается и с лаем бросается в сторону, уводя от меня свою стаю, которая спешит на помощь вожаку. Умный песик! В два прыжка преодолеваю стену, короткий бег, в темноту подворотни – все, можно дух перевести!

В трактире мне предоставляют апартаменты рядом с Портрисом. Хоть и устал, но спать не лег, лишь душ принял – дорога, да и последние часы не способствовали чистоте. Граф на мой стук в дверь отреагировал мгновенно, не спал, волновался.

– Рэн, слава богам! – Он выдохнул. – Живой и невредимый…

– Да что со мной будет-то? – Я махнул рукой, проходя в комнату и принимаясь сворачивать ковер.

Граф так и застыл у двери, наблюдая за моими действиями, и, только после того как я стал чертить мелом (вот раньше бы позаботился – и не пришлось бы пожар устраивать!) пентаграмму, он закрыл дверь на засов, подбежал к окну и задернул шторы. Соображает! Закончив рисовать, встаю и потягиваюсь.

– Все, сейчас получишь свои бумаги, – говорю графу, но в последний момент останавливаюсь. – Завтра смогу отправиться в закрытую от экспедиций землю?

– Хоть сейчас, – задумчиво рассматривая линии на полу, говорит граф. – С охраной договоренность есть, но припасы-то ты не подготовил…

– Да, кое-что купить придется, – соглашаюсь с ним.

– Ворона с собой возьмешь? – ставит меня в тупик этим вопросом Портрис.

Как-то об этом не задумывался, но… Без этого коня себя уже и не представляю, но, как граф рассказывал, там степь, ловушки, а конечная цель неизвестно где находится, может, и в горах, Ворон вряд ли пройдет.

– Нет, пожалуй, не возьму, – ответил я, а потом попросил: – Присмотришь за ним?

– Присмотрю, – кивнул тот.

– Креун, забираю обратно то, что отправлял, – обратился к советнику.

– Забирай! – откликнулся тот.

Насыщаю пентаграмму перемещения, импульс в центр – и гора документов занимает неприлично большое пространство в комнате.

– Все, я спать, – широко зевнув, иду к двери, отпираю ее и оглядываюсь. Портрис стоит с отвисшей челюстью и не мигая смотрит на кучу документов. – Граф!

– А, что? – встрепенулся тот.

– Ты мои каракули с пола сотри, когда с бумагами разберешься, – ухмыльнулся и закрыл дверь; Портрису есть над чем поработать!

Утром, отдохнувший, спустился вниз и позавтракал, вернее – совместил полдник и обед, так как время перевалило за полдень. Слуга поинтересовался, куда подевался мой компаньон: мол, он впервые завтрак пропустил. Успокоив слугу словами, что денежный клиент скоро появится, наелся от пуза и пошел к графу. Портрис отворил дверь после того, как убедился в моей личности. Граф предстал передо мной с всклокоченными волосами, красными от недосыпа глазами, в которых горел азарт. Ну да, он в своей стихии.

– Рэн, тут такие дела наворотили! Каждый третий руки замарал! – выдохнул он.

– Ты пойди, перекуси и пару часов отдохни, – не разделяя его воодушевления, проговорил я, рассматривая разложенные по всему полу большой комнаты бумаги. Рисунок мой он стер, не забыл.

– Успею, – отмахнулся он. – Тут все обдумать нужно, как и к кому с этой информацией обратиться.

– Сам смотри, только слугам покажись, а то они беспокоятся, что их любимый постоялец не дает им на себе заработать!

– Хорошо, – согласился тот. – Ты тут бумаги посторожи, а я сейчас.

Не дожидаясь моего согласия, как был всклокочен, так и выскочил в коридор. Мне осталось только головой осуждающе покачать. Граф отсутствовал пять минут, не больше. Явился с корзинкой провизии, которую один человек и за неделю не съест. Вероятно, он не собирается покидать этой комнаты до тех пор, пока не разберется с бумагами.

– Рэн, предлагаю тебе стать начальником тайного сыска Куласы, – жуя булочку, неожиданно выдал он.

Я с подозрением посмотрел на него: уж не повлияли ли эти документы на его способность мыслить? Нет, вроде и аура нормальная, признаков сумасшествия не наблюдается, странно…

– Не волнуйся, я свой ум не потерял, – хмыкнул Портрис, а потом пояснил: – С этими документами такой гнойник в королевстве вскроется, за эти сведения такие места получить можно… – Он закатил на миг глаза, а потом принялся убеждать: – Ты идеально подходишь для этой работы, там и интересно, загадки в каждом деле, на месте не посидеть! А с твоими возможностями…

– Граф, – перебил я его, – мне это не интересно. Да и не для этого в Куласу шел; если бы захотел высокой должности и беспроблемного существования – остался бы в соседнем королевстве.

– Рэн, прости, – поднял он руки, – голову вскружило от возможности вернуться победителем…

Я лишь покачал головой и отправился совершать покупки, которые могут пригодиться в пути. Много брать смысла нет, пропитание Креун переправит; если возникнет потребность с инструментами – тоже. Артефакты там вряд ли помогут, только на свой источник надеюсь. А вот одежду надо прикупить, желательно покрепче и поудобнее. Купил, потратив почти все деньги, зато в моем распоряжении появились плащ, плед (спать-то надо), новые сапоги и… Все, осталось около десяти золотых. Конечно, плащ, плед и сапожки – замечательные, с артефактами нестарения, сапоги не пробить ничем, плащ не пропустит и капли влаги, а завернувшись в плед, не замерзнешь в самый злой мороз. По дороге зашел к Ворону, поговорить и дать указания напоследок. Мало ли что. Конь ситуацию понял, выслушал, лишь один раз протестующе заржал, когда велел ему, если не вернусь, отправляться к Анлусе, в этом должен Портрис посодействовать. Вернулся в номер, забрал оружие и наполнил три фляги, одну – вином, две – водой, да взял немного еды. Не по каждой же мелочи в свое поместье обращаться! Зашел к Портрису, тот с головой зарылся в документы, потребовалось пару минут, чтобы оторвать его от этого занятия. Когда смысл до него дошел, он взял лист бумаги и что-то стал писать. Затем протянул мне записку со словами:

– За южными воротами, в километре от них, стоит стена; не пропустишь, она огораживает периметр странных земель, как их тут прозвали. Ее патрулируют постоянно, там найдешь лейтенанта Иракса, с ним насчет тебя договоренность. Обычно он в сторожевой башне находится, рядом с Куласой она одна, увидишь сразу. Отдашь записку, он проводит через стену.

– А обратно как? – спросил я.

– Никто из этих земель не возвращался, так что пропустят, не переживай, амулетами ауру проверят да расспросами замучают, – сказал Портрис, с печалью смотря мне в глаза.

Он думает, что видит меня в последний раз, прощается! Посмотрим, что там за ловушки, – с советником уже многое проходили, дай боги, и тут меня удача не бросит. Да и приз-то какой? Школа истинных! Там забытые знания и умения! Пройду, обязательно найду школу; главное, чтобы она от минувшей войны не сильно пострадала.

– Не переживай – вернусь, – пожал ему руку, но он не отпустил мою, другой порывисто обнял и прошептал:

– Удачи тебе…

– Спасибо, – разжимая объятия, поблагодарил я, а потом кивнул на документы: – Пусть тебе она тоже сопутствует.

Он кивнул и судорожно сглотнул, а я развернулся и вышел из комнаты. Успеть бы найти лейтенанта до темноты, до его башни еще топать и топать, а то привык на Вороне: раз – и на месте, а тут придется своими двоими… Ничего, путь через всю столицу, хоть рассмотрю ее как следует.

## Глава 17. Школа истинных

Столицу так и не рассмотрел. У входа в трактир, завидев собравшегося в путь человека, ко мне подскочил возница.

– Господин – пешком? Далеко идти, может, за пару серебряных монет с кармф… комрф… – Он запнулся, а потом медленно и старательно проговорил: – с комфортомпрокатиться желаете?

Тащиться пешком, с оружием и наплечным мешком, и в самом деле не прельщает.

– До южных ворот сколько? – уточнил у возницы, осматривая его экипаж, напоминающий телегу, только укороченную и с непонятным навесом. До кареты этому средству передвижения ой как далеко, но зато повозка – маневренная и легкая.

– Пять серебряных, – мгновенно ответил возница, но взгляд его метнулся в сторону.

– За три довезешь?

– Садитесь, господин, мигом домчу! – расцвел в улыбке тот.

«Вот ведь… опять продешевил», – ругнулся про себя, забираясь в повозку. Действительно, минут двадцать – и тряска закончилась; не уверен – может, лучше бы и пешком прошелся, на жесткой лавке – комфорта никакого. В следующий раз и бесплатно не поеду! Рассчитавшись с возницей, отправился к воротам, стражники интереса ко мне не проявили, как и ко всем, кто в это время выбирается из города; их внимание сосредоточилось на потоке прибывающих в город, что и понятно – за выход денег-то не берут…

К моему удивлению, лейтенант оказался седым, тучным и пожилым. Рассчитывал встретить молодого бравого воина, а вместо него передо мной предстал, заметно под хмельком, старик. Он, шевеля губами, прочел записку и махнул мне рукой, показывая на вход в его башню, хотя назвать это строение башней можно только с большой натяжкой: высота – всего ничего, не более семи метров над стеной-забором.

– И зачем тут башня? – не удержался я от вопроса, поднимаясь за лейтенантом по лестнице.

– Чтобы пресекать любителей поискать приключения на свои задницы, – ответил он, оглянулся, окинул меня взглядом, насупился и, больше ни слова не говоря, продолжил восхождение.

В самой башне обустроены две комнаты: кабинет, совмещенный со спальным местом, и кухня. Всюду царит беспорядок, пройти мимо пустых бутылок представляется сложной задачей, старик этим себя не утруждает, пинает тару ногами и подходит к окну. Следую за ним и останавливаюсь чуть позади, еще раз осматриваюсь. Да, бойниц в башне нет и не было; это строение не имеет ничего общего с оборонительным сооружением.

– Ты хоть раз видел те земли? – спрашивает он меня, указав в окно.

– Нет.

– Так полюбуйся и подумай еще раз. – Он кивнул в окно, а сам пристроился за столом, щедро плеснув себе в стакан вина.

Открывшийся вид меня впечатлил. По ту сторону забора лежала степь, но не так уж и вдалеке виднелись островки деревьев. Как могут расти в степи ели и осины? А нагромождение камней в отдалении слева? Мысленно передав своему советнику, что наблюдаю из окна, дожидаюсь, что тот ответит.

– Полигон! – воскликнул Креун.

– Что? – удивился я. – Странное слово.

– Это место для проведения тренировок, – пояснил он. – Ты на правильном пути!

Старик откинул пустую бутылку и, поднявшись, вытащил из шкафа пыльный фужер и еще одну бутылку. Протер фужер, налил в него вина, не забыв наполнить и свой.

– Садись, – кивнул он мне на стул. – Туда ночью пойдешь, время еще есть.

– Почему ночью? – поинтересовался я, присаживаясь за стол и осторожно нюхая вино.

– Нечего всем знать, что еще один смертник выискался, – бросил тот и пригубил из фужера.

– А много уходило на ту сторону?

– За, почитай, сорок лет – много, да никто не вернулся. Хотели даже приговоренных к смерти туда отправлять, но король посчитал это слишком жестоким приговором.

Мы молча выпили. Старик не спрашивал меня ни о чем: кто я такой, откуда и что забыл на той стороне. Бутылка вскоре опустела (кстати, вино оказалось не таким и плохим), но разговор не клеился. Поставив на пол пустую бутылку, из которой он выпил больше двух третей, Иракс спросил:

– Сам-то откуда?

– Уроженец королевства агунов, но рос в Гройне.

– Почти сосед, – усмехнулся он. Хоть и выпил много, но на вид не пьяный, а если предположить, что это не первая бутылка, то старик крепкий. – Последнее время все больше из-за моря пытаются на ту сторону проникнуть. Придут в город, посмотрят – и бегом через забор. Большую половину-то мы отлавливать успеваем, штраф берем, – он кивнул на бутылки, – но не всем так везет.

– А что, за морем ничего подобного нет? – спросил я.

– Не знаю, может, и есть, мне никто не докладывал. – Он помолчал. – Хотя наверняка есть, королевств много, люди разные. Купцы вот недавно на базаре байки рассказывали, что в южных странах появился артефактчик, который без амулетов и артефактов может молниями швыряться.

– И где это королевство? – осведомился я.

– А оно называется империей, почитай, весь южный материк объединяет. – Он удивленно поднял брови. – Ничего про империю не слышал, что ли?

Я отрицательно помотал головой.

– Н-да, – протянул он разочарованно, – но то, что на нашем-то материке девять королевств, – это хотя бы ты знаешь?

К своему стыду – и этого не знаю, но сделал неопределенный жест, который понять можно двояко, слишком стыдно.

– Хорошо, что хоть это знаешь, – удовлетворенно кивнул он, приняв мой жест за утвердительный. – Про моря, которые отделяют огромные куски суши друг от друга, ты слышал, но что таких земель пять – не в курсе?

– Пять материков – и на каждом расположены королевства? – уточнил я, впитывая в себя новые знания.

– Да, пять, про точное количество королевств говорить не буду – не знаю, – признался он. – Но на южном материке, с недавних пор, королевства стали объединяться, или одно завоевывает все остальные, не знаю. – Он пожал плечами. – Так вот, в этой империи и встречаются такие артефактчики! Боюсь, они всех захватить могут, если захотят.

– А острова? На них тоже ведь народ живет… – задумчиво уточнил я.

– Живет, – согласился со мной он. – Но чтобы более двух королевств на одном острове – про такое не слышал, земли-то мало.

– Земли мало, а как же выживают?

– На островах строят самые лучшие корабли. – Он причмокнул губами. – Быстрые, большие…

– Но из чего строят-то? – воскликнул я. – Им на всех леса не хватит!

– Хватит, там его не на одну тысячу лет хватит. Дерево растет быстро, год – и можно пускать в дело. – Он потянулся. – Ну, если не передумал, то пора.

– Не передумал, – вставая, сказал я.

– О-хо-хо… – поднялся и он из-за стола.

Лейтенант вытащил из шкафа, откуда недавно и бутылку доставал, веревочную лестницу, закрепил ее под подоконником и кивнул мне:

– Вот так и выйдешь; учти, если захочешь вернуться назад, придется штраф заплатить, в казну – пятьдесят золотых, мне же можно поменьше, а учитывая, что за тебя Портрис просил, – десяти монет хватит.

Вероятно, не я один таким образом покидал эту башню. Лестницы хватило ровно до песка на той стороне.

– Понял, – согласился с его словами.

– Полезай тогда!

Спуск по веревочной лестнице занял минуту. Первое, что сделал, – удостоверился в том, что могу общаться с Креуном. От этого много зависит: ведь припасы-то мои – у него, а в этом месте всего можно ожидать, ведь те же магические потоки ведут себя не как обычно – тут они передвигаются, меняя направление. И вот я на пути к разгадке: хочется верить, что найду новые знания. Но сейчас не до размышлений – идти тяжело, а до утра необходимо добраться до виденных из окна башни деревьев, там меня со стены видно не будет, можно отдохнуть да осмотреться. Ветерок слабый, а цепочку моих следов уже почти всю замел, как будто ничего не нарушало покой песка. Да, ночная прохлада, ноги вязнут, ветер песок в лицо швыряет… Ух, впереди три дерева и зеленая травка, этакий оазис посреди пустыни, и таких оазисов хватает. К утру успел добраться до намеченной цели, глаза слипаются. Успел лишь завернуться в плащ да активировать защитный браслет; теперь – спать. Проснулся от… холода! И это посреди пустыни? Под утро песок не успел остыть, а тут… От такой несуразицы даже спать расхотелось. Встал и осмотрелся: дуб, осина и ель – такой оазис дал мне приют, размеры его небольшие, по сравнению с морем песка, всего-то примерно пять на пять метров. Подхожу к границе травы и песка: такое ощущение, что кто-то провел четкую линию, которую не может перейти ни песок, ни трава. Кстати, ни побегов, ни цветов на моей полянке нет – только земля, трава и три дерева. Вроде все и живое, а создается впечатление, что мертвое. Брр, зябко; сделал шаг на песок – жара. Вернулся в «свой» оазис и осмотрелся. Башня, с которой вчера отправился в путь, чуть видна, а впереди в хаотичном порядке раскиданы такие же островки, но заинтересовали меня каменные глыбы, валяющиеся на полпути к ближайшему. Сперва надо подкрепиться. Связь с советником работает, и вскоре у меня появляются продукты и… молоко. Вот ведь, вроде импульс с вином в нарисованную на земле пентаграмму направлял. Кстати, там, где чертил линии, уже ничего нет, и травка даже не примята.

– Креун, твои проделки? – спрашиваю советника.

– Рэн, ты о чем? – наигранно удивляется тот.

– Хотел вина, а получил молоко!

– Ты хотел кувшин, жидкости в степи необходимо много, а вино жажду не утолит, – ответил тот.

Ну, поспорить с этим сложно. Перекусил, надел плащ и отправился дальше. До россыпи камней проковылял пару часов. Камни как камни, вроде с первого взгляда ничего необычного, но чем дольше смотрю, тем больше мелких деталей вижу, которые вызывают вопросы. Пара камней оплавлены, несколько перекручены, как будто кто-то их стирал, а потом отжимал… И опять контур: песок четко огибает камни, а на их поверхности нет ни одной песчинки. Такое ощущение, что кто-то отдал приказ песку! Температура на камнях такая же, как и в степи, а вот пара бурых пятен – похожа на кровь. Когда пятна тут появились и от чего? Может, звери забрели? Но тут странно, птичек и тех нет… Какие, к черту, звери! А что, если раненый человек решил на камнях устроить себе привал? Бред! Смысла нет – на песке не менее комфортно, а тут на камни и еще забраться надо… В магической сети – ничего и никого, в магическом зрении также ничего подозрительного. Долго у камней не задержался, пошел к оазису, пора передохнуть. Чем ближе подходил, тем нереальнее становилась картина: у трех сосен стволы неестественно изогнуты под разными углами, сухая трава вперемешку с цветущими растениями наводила на мысль, что это создал человек. Но зачем? Впрочем, ответ давно лежит на поверхности: ученики школы истинных оттачивали тут свое мастерство. О, в этом оазисе полно комаров размером с мою ладонь! Как за столько веков тут все осталось нетронутым? Тем же комарам ведь питание нужно, да и растения как-то не умерли, но и не размножились… Да, магии на этом полигоне витает много, такое ощущение, что она слита в один огромный поток, а я – внутри него.

– Креун, если насекомое или растение созданы истинными, то каков его срок жизни? – задал вопрос советнику.

– Если есть магическая подпитка… – Он не закончил фразы.

Ну да, глупый вопрос; стоя на границе песка и травы, рассматриваю комаров. Заходить на территорию оазиса мне расхотелось совершенно: хоть они и магические насекомые, но жала-то самые что ни на есть настоящие! Может, они не станут кусаться? Отдохнуть-то необходимо… Делаю шаг, комарики как ни в чем не бывало кружат у цветов и в тени сосен. Может, пронесет? Не пронесло! Пройдя пару шагов внутрь, вижу, что комары начали смещаться, беря меня в кольцо. Пару прыжков назад, и в безопасности наблюдаю, стоя на песке, как насекомые ударились о невидимую стену и возвращаются на свои позиции. Понаблюдав за ними с пару минут, удивился – они раз за разом, синхронно повторяли одни и те же движения. Хм, а может, это иллюзия? Потрогал траву, сорвал пучок и растер в руке. Нет, не иллюзия. До следующего оазиса добирался пару часов, вымотался и проголодался, запасы воды и вина таяли на глазах. Пентаграмму перемещения на песке нарисовать невозможно, попытки делал: нарисую круг, пару линий – и все песком засыпает, надо снова рисовать. Что-то поход начинает напрягать…

– Рэн, что-то моя связь с тобой начинает теряться, тебя слы… хоро… А меня ты… не… ть! – раздался обеспокоенный голос советника. Его голос звучал тихо, несколько слов я и вовсе не расслышал.

– Как такое возможно? – удивился, застыв на месте.

– Там у тебя магические потоки не очень сильные?

– Энергии много, такого нигде не встречал, – подтвердил его догадку.

– Она забивает нашу связь, – резюмировал Креун.

– Если стою на месте и не двигаюсь, то слышу тебя хорошо!

– Угу, боюсь, что, пока не пройдешь место, насыщенное магической энергией, связь такой будет, но может и вовсе прерваться.

– Пентаграмма перемещения не перестанет работать?

– Думаю, ей это не помеха. – В его голосе уверенности не чувствуется. – Может, вернешься?

Идти назад? Да ни за что! Пусть до следующего островка – пара часов пути, но никаких ловушек и опасностей, кроме яркого солнца и горячего песка, нет; дойду, а там посмотрю. Конечно, советника не обмануть, да и самого себя тоже, любопытство снедает изнутри, ведь следующий искусственный островок не будет похож на этот, в чем абсолютно уверен. Бреду по песку, установил себе цель дойти до виднеющихся впереди деревьев, на губах и зубах песок, чем дальше углубляюсь в пустыню, тем ветер сильнее, иногда обдает меня песком как брызгами. Да, судорожно глотаю, брызги – хорошо, сейчас бы и последние деньги за стакан воды отдал, но нет тут никого, никто не предложит водицы испить. Но это пока ничего и никого – а как же те экспедиции и просто любопытствующие? Почему никто не вернулся? Вот и островок: не оглядываясь, валюсь на траву, прохлада… вернее, не так жарко, как за невидимой границей. Полежав пять минут, пытаюсь связаться со своим советником; увы, тот молчит. Ладно, черчу пентаграмму, импульс – и кувшин молока у меня. Эх, лучше бы воды… Жадно припадаю к краю кувшина и делаю большой глоток, потом еще один и еще, остановиться не могу. В кувшине остается молока на дне, а живот переполняется, отставляю кувшин и валюсь на траву, и только тогда начинаю осматриваться: такие же размеры, дуб, липа и ясень – три дерева растут прямо и смотрятся красиво. У дуба установлена каменная скамейка, почему-то на трех ножках. Трава и цветы, и даже чирикает какая-то птичка в ветвях ясеня.

Перемещаю из своего поместья еду – надо подкрепиться, да и Креун перестанет беспокоиться. Отдохнул, осмотрел островок – ничего опасного не нашел. И все же что стало с людьми, отправившимися в эти земли? Пока ничего страшного на своем пути не встретил, но и ничьих следов, если не считать бурых пятен на камнях, не обнаружил. Всмотрелся в даль: до следующего островка далековато, а зная, как передвигаться в песках, понимаю, что идти придется долго, нужны запасы воды. Креун же передает только молоко, пришлось написать ему записку и отправить, только тогда получил пару бутылок вина и бочонок воды. Хм, мог бы и наоборот отправить, хотя вино мне не так и нужно, вода – вот одно из главных условий выживания. К бочонку приделаны наплечные ремни, но тащить на своей спине десять килограмм – тяжело… Но деваться некуда: дождавшись вечера, а ночью идти не так тяжко, отправился в путь. На полпути к островку углядел за ним темную полосу – лес! Скоро мои мучения закончатся. Эх, рано радовался, на островке передохнуть не удалось: пять волков скалили зубы и явно радовались моему приближению. Воевать с ними у меня желания не возникло, кто его знает, на что способны эти существа, сотканные из магии. После того как увидел комаров, пришел к выводу, что тут все соткано из энергии и магии, и мои выводы подтвердились, каким бы глупым это ни казалось… скамейкой: каменная, она создана из цельного куска, а вот про четвертую ножку истинный маг позабыл, может, ему не хватило внимая или энергии – теперь не узнать.

Свободно сидеть на ней не представлялось возможным; конечно, если найти равновесие, то можно, но расслабиться – никак. Огибаю островок с волками и направляюсь в сторону леса. Теперь, в рассветных лучах, отчетливо вижу полосу леса, за которым высятся скалы: мне даже кажется, что до лица долетает свежий воздух, хотя еще идти и идти, а воздух в таких раскаленных песках свежим никогда не будет. Сапоги загребают песок, бочонок на спине уже не отягощает – нет там воды, лишь на дне что-то плещется. До леса остается не менее километра, и… из него что-то движется! Замираю на месте: в магическом зрении происходят и вовсе непонятные вещи – энергетические потоки закручиваются в воронки и отдаляются от меня. До боли в глазах всматриваюсь в фигуры… людей, да, из леса вышли люди, но вот кто они? Живые или… Выдохнул – живые вроде бы, слава богам! С живыми можно договориться или… не договориться, главное – можно! Да и не так их много, всего девять фигур насчитал. А вот если бы навстречу вышли магические охранники, вроде тех же каменных медведей, виденных мной в лекарском поселении, шансов уцелеть у меня осталось бы не много. Но аура людей не проста, ох, не проста! И двигаются слишком синхронно, как бы заранее отрепетировали все свои действия. Не нравится мне это! Останавливаюсь и жду развития событий. Люди встают в круг, поднимают вверх руки, и эти действия мне тоже совсем не нравятся. Ставлю впереди себя воздушную стену и жду. Вовремя! Песок волной несется в мою сторону от этих странных людей. Волна метра три в высоту, а стена у меня чуть выше моего роста – засыплет! Лихорадочно возвожу еще одну, поверх первой, ох, коряво получилось, но большего сделать не успеваю, волна бьет в мои стены, на меня обрушивается шквал раскаленного песка, между стенами щель в полметра осталась, в эту-то дыру и бьет песок, проникая за шиворот, забивая глаза. На мгновение теряю контроль, моя воздушная защита рушится, но и волна заканчивается. Стою по пояс в песке в образовавшейся воронке. Кое-как вылезаю и взбираюсь на образовавшийся вал, по пути отплевываясь и отряхиваясь от песка.

Связаться с советником пытаюсь на самой верхушке вала, увы; слышит ли он меня – неизвестно, но я его не слышу. Странно, люди стоят на том же месте и не двигаются. Что же происходит-то? Так, чем-то меня их аура озадачила, смотрю магическим зрением: над каждым человеком – скопление мощного потока энергии. Но такое нереально! Ни у кого не встречал ничего подобного. Ложусь спиной на песок и задумываюсь; неужели люди – артефакты? Другого объяснения просто нет. Как и кто из них подобное сотворил, мне не узнать никогда, могу только догадываться. Стоп! А одежда, вся эта атрибутика, далеко, конечно, но видно, что вещи не трухлявые точно, хотя… может, на них одежда с артефактами нестарения? Если их создали истинные, то и такое могли предусмотреть…

Попробуем поговорить с позиции силы. Создаю фаербол и направляю в их сторону – ничего, как стояли, так и стоят, правда, мой огненный шар прошел чуть выше, но они даже не дернулись. Посылаю молнию. Черт! Недолет. Но никакого ответа нет – люди, или кто они там, так же стоят в круге и ничего не предпринимают. А что это за рябь по песку пошла? Медленно, но уверенно песок ползет в мою сторону, на этот раз волны нет, просто перекатывается – и все. С интересом наблюдаю, хотя возможно, надо бежать изо всех сил. Когда до меня шуршащему песку остается десяток метров, бросаю перед ним бочонок из-под воды. Зыбь доходит до бочонка, и тот мгновенно проваливается, да так, что и намека о нем нет. Бежать! Разворачиваюсь и бегу в сторону, надеясь обойти это заклинание. Увы, я в кольце, понимаю это тогда, когда вижу, что шуршащий песок приближается со всех сторон. Его не перепрыгнуть, линия шириной не менее семи метров. Что-то под ложечкой засосало, Кин вспомнилась, Анлуса…

Стою посреди песка и пытаюсь собраться с мыслями. Надо бороться! Но как? Как одолеть зыбучий песок? Тут не за что ухватиться, некому прийти на помощь, а стену на его пути не поставить. Идиот! Радостно смеюсь охрипшим ртом и создаю воздушную стену, но не в высоту, а над поверхностью песка. Забираюсь на нее и с замиранием сердца смотрю на приближающуюся рябь. Она накатывает со всех сторон и вот смыкается под моими ногами, но я-то не на ней оказываюсь, а над ней! Хоть расходуется мой источник, но спускаться не спешу, достаю недопитую бутылку с вином и, опорожнив ее в себя, кидаю на песок – лежит! Ух, спрыгиваю, как-то непривычно висеть над землей, пусть и всего в паре сантиметров. Честно говоря, меня достали местные жители – я к ним, можно сказать, в гости, а они вот как гостей встречают! Опять волна песка! Да что ж это такое-то?! На этот раз две воздушные стены встали впритык друг к другу, на меня и песчинки не упало. Вот что значит тренировка! Ладно, пора заканчивать; решив сберечь запас в собственном источнике, вытягиваю руку и активирую перстень огня. Сейчас… Так, что за чертовщина? Перстень не выпустил шар, молния также не вылетела – нет энергии; кто-то или что-то ее высосали! Остался лишь источник, а он наполовину пуст. И зарядить артефакты не могу: в воздухе есть большое количество потоков магии, но дотянуться до них невозможно. Остается два варианта: или вперед, или назад. Выбираю первый, бегу что есть сил к лесу, но не прямо, а чуть наискосок, чтобы миновать охранников этой земли. В лесу чуть передохну и решу, что дальше…

На бегу боковым зрением замечаю, что девятка странных личностей уходит. Неужели?! Рано радовался: из леса, прямо напротив меня, выходят их «близнецы». Та же девятка людей-артефактов, но теперь до них гораздо ближе. Но как же так? Или они защищают определенные участки периметра? Метнулся в сторону… Хм, эти остались, а старые вернулись, но их можно уже рассмотреть получше: песочного цвета плащи, серые шляпы, блестящие сапоги и никакого оружия! А у меня-то меч на боку. Волна! Привычно пережидаю ее за воздушной стеной, рябь – на стене, а расстояние-то сократил! До странных людей десять метров! Выхватываю меч и намереваюсь снести ближайшему голову. И вдруг они начинают разворачиваться ко мне спинами и двигаются в сторону леса, только первый из шеренги произносит:

– Ученик, ты преодолел защиту полигона! Доложи учителю – зачтено!

– Что преодолел? – изумленно спрашиваю, но отвечать мне никто не собирается, охранники уходят, соседние тоже.

Хм, а стою-то на твердой поверхности – вроде и песок, но не проваливается; такое ощущение, что его намочили и спрессовали. Иду вслед за защитниками полигона, те чуть углубились в лес, повернулись лицом к пустыне и замерли. То, что издали принял я за людей, – песок, собранный в человеческую форму и облаченный в одежды, а ауру дают артефакты, заложенные в одежды, да и в самих… Кого? Слуг артефактов? Пусть будет «охранников». Над каждым – небольшой поток энергии. Захожу за спину ближайшему и пытаюсь дотронуться до плаща, но в паре сантиметров от него палец упирается в защитную оболочку. Теперь и магическим зрением вижу окутывающую охранника сферу. Поднимаю с земли палку и пытаюсь нажать посильнее, результат тот же, но поток магии чуть увеличился, вливаясь в песочного человека, – защита работает. Мои молнии и огненные шары вряд ли причинили бы им урон, а вот меч мог и пробить, хотя не факт. Прошел вдоль леса – на расстоянии пары сотен метров одна и та же картина: охранники стоят лицом к пустыне, они недвижимы и молчаливы, выполняют только одну заложенную в них функцию и, думаю, используют одни и те же приемы. Неужели здесь и нашли свое пристанище все любители приключений, не пробившись в лес? Возможно, их артефакты не действовали, как и мои, а укрыться от волн песка и мертвой песочной зыби сложно, если не сказать – нереально. Магические потоки стали доступны, первым делом заряжаю артефакты.

– Креун? – обращаюсь к советнику в надежде услышать ответ.

– Рэн, ты как? – слышу вопрос и радуюсь, не тому, что его голос озабочен, а самому факту восстановления связи. Одному без подсказок и моральной поддержки – тяжко.

– Нормально, – начинаю пересказывать все, что произошло, а сам рисую пентаграмму перемещения, необходимо подкрепиться.

Советник про песчаных охранников мне ничего не поведал – не знает. Я же решил устроить отдых и, перекусив, свернулся калачиком, укрылся пледом и заснул. Проспал до следующего утра, сон никто не потревожил, хотя и существовала опасность, что какой-нибудь зверь найдет меня спящим и мною позавтракает или поужинает, – обошлось. Утром еще раз посетил молчаливых песочных охранников. Стоят, молчат, лишь тонкой струйкой вливается в них энергетический поток.

– Как с такой силой можно проиграть войну? – задал вопрос.

– С какой? – уточнил советник.

Оказывается, сам того не ведая, не только озвучил свои мысли вслух, но и к нему обратился… Последнее меня встревожило: то ли он читать мои мысли может, то ли контролировать себя необходимо.

– Рэн, не переживай, – ответил Креун на мой прямо поставленный вопрос. – Ты же просил совета, а ответить на него могу только я. Вот ко мне и обратился.

Не очень-то он меня убедил, но его объяснение принял, впрочем, ничего другого не осталось.

– Так как истинные умудрились войну проиграть? – вновь спросил я его.

– Охранники эти – не более чем обычные артефакты, так, по крайней мере, мне кажется. У них ограничены возможности; да, по численности их много, но толку от этого… Вот ты преодолел такой путь – и что? Они даже не смогли понять, что ты не ученик. – Он чуть помолчал, а потом усмехнулся: – Хотя в какой-то степени ты таковым являешься. Изучаешь магию истинных и, можно сказать – учишься.

– Все равно не понимаю! – покачал я головой и направился в глубь леса. – Они столько веков стоят, им ничего не сделалось, а их создателей нет давным-давно.

Через лес пришлось продираться: выручила неизнашиваемая одежда, а то вышел бы из него в лохмотьях; однако получил лишь пару царапин на лбу от хлестнувшей ветки. Не знаю, может, лес когда-то был ухоженным, но сейчас… завалы, сухостой, непроходимые кусты. Преодолевая очередной ельник, в котором расстояние между деревьями – всего ничего, вываливаюсь из леса. Первое, что бросается в глаза – каменная голова медведя. Встаю и осматриваюсь: долина у подножия горы, остовы строений, разбитые и оплавленные камни, и на этом фоне – обгоревший замок. Окна зияют черными дырами, ни одного целого стекла, стены – в подпалинах. Выходит, не сбылись мои надежды – война истинных не прошла мимо этого места. Замок… зачарованный, не свожу с него взгляда. Когда-то тут учились, смеялись, хулиганили, а теперь все пошло прахом. Кто и зачем этого добивался? Что стало с ним самим, и хотел ли он такого конца? Иду к замку и понимаю, что до этого здания не рукой подать. От разбитых строений он стоит на удалении не менее полукилометра. Останавливаюсь у большого каменного блока и прихожу к выводу, что торопиться не стоит, осмотрю вначале тут все, а потом и замок навещу. Понемногу складывается картина разыгравшейся трагедии. Атаковали с флангов, не из леса, но и не со стороны замка. Удары наносились мощные – три дома, вернее, то, что от них осталось, стоят с проломленными внутрь стенами. Вообще, высоких домов два, у них имелось не менее двух этажей, может, и больше, но крыши нет, и сделать точное заключение невозможно. Прямоугольное здание – конюшню – опознал по нестареющей сбруе, висящей на стене; самое интересное – выглядит как новая! Внутри конюшни все дерево в труху превратилось, а сбруя зацепилась за выступ камня и висит. Кстати, наиболее уцелевшее здание в долине – кузня; да, стен у нее почти не осталось, как и нет крыши, но наковальня в идеальном состоянии. Хм, а зачем истинным кузня? Этот вопрос мгновенно задал Креуну.

– Рэн, неужели ты считаешь, что все артефакты истинные маги создавали из воздуха? – иронично спросил тот и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Истинные владели магией, могли с помощью нее многое, но и обычной работы не сторонились. Как создать меч с разными свойствами или сделать… ну допустим, обычную шкатулку с секретом? Или…

– Да понял уже, не ворчи, – махнул я рукой, как будто он мог меня видеть.

В одном из домов покрутил уцелевшие писчие перья, их где-то с десяток сохранилось, там же нашлись и несколько книг. К сожалению, к магическим наукам никакого отношения не имеющие, хоть и зачарованные: обычное развлекательное чтиво для дам. Но больше всего меня заинтересовали небольшие квадратики плотной бумаги с цифрами. Голову ломал долго, но в итоге вновь обратился к советнику.

– Данные бирки вешали на товар, они означали стоимость той или иной вещи, – разъяснил тот.

– А торговаться? – удивился я.

– Не принят у истинных такой метод торговли, все в итоге имеет цену, тем более какие-то стандартные вещи. Вот за сложные артефакты цена не могла быть постоянной и стандартной.

– Она что, скакала вверх-вниз? – осматривая лавку, уточнил я. Да, точно – лавка с товарами для нужд учеников, только такой вывод напрашивается.

– Нет, цена не прыгала туда-сюда, хотя исключения всегда случаются. Представь, изобрел ты артефакт, которого ни у кого нет, решил продать. Какую стоимость озвучишь?

– В зависимости от его свойств…

– Вот ты, среди равных себе по силам, построил что-то, до чего никто раньше тебя не смог додуматься. Сколько запросишь?

– Много, очень много.

– Правильно! Вот продал ты свою вещичку, а завтра таких штучек появилось огромное множество! Скопировали с твоей, вновь изобрели – не важно. Что с ценой будет?

– Понизится, – буркнул я, советник просто озвучил прописные истины, показывая, что и истинным они были не чужды.

Осталось обследовать четыре разрушенных здания; большие строения оставляю на потом и подхожу к квадратному, с угадывающимися по углам шпилями, наверняка и в центре шпиль стоял, но крыша в этом месте отсутствует. Да и ближе оно ко мне, два двухэтажных здания стоят по краям долины, между которыми и находятся все уже осмотренные строения. Труха, разруха; ничего интересного не нахожу в осматриваемом здании, но стекол много, пара фужеров и стаканов уцелели, наверное, тут трактир располагался. А что, лавка есть, значит, и трактир, или как там его называли, должен присутствовать. Наконец дошло дело и до больших зданий. В первом меня ждало полное разочарование – внутри все выжжено, и только каменные блоки валяются да полуразрушенный остов коробки, установить назначение невозможно. Второе здание уцелело лучше. Внутри хоть и царит разруха, везде пыль и труха, но хоть сохранилась планировка: видно, ударили не так мощно. Странная планировка: наверх ведет каменная лестница, а слева и справа от нее – два коридора, ведущих в глубь здания. Иду по правому, сапоги утопают в пыли, под ногами то и дело хрустит стекло, когда-то установленное в окнах. По ходу коридора расположены двери в комнаты, в помещениях мало что сохранилось, но попадаются и целые вазы, фужеры, какие-то склянки и бутылки. В одной из комнат нахожу книгу, увы, прочесть ничего не могу, только дотронулся – рассыпалась в труху. Но о предназначении данного здания догадываюсь – похоже на гостиницу или, что более вероятно, место, где проживали ученики. На втором этаже, в одной из комнат, на стене висит свадебное платье, все в пыли, но и сейчас видно – красивое. Аккуратно прикасаюсь к воздушному материалу, вековая пыль падает на сапоги, а в руках, переливаясь всеми цветами радуги, проявляется материал. Да, красота! Отряхиваю платье, не боясь его повредить: если за столько веков с ним ничего не произошло, то и сейчас выдержит, ведь нестареющее оно, чего, к сожалению, не скажешь о хозяйке. Пыль чуть улеглась, и в моих руках оказывается платье из материала, какого я никогда не видел: под разным углом взгляда он имеет свой оттенок – от перламутрово-розового и белоснежного до темно-фиолетового и черного. Представляю девушку в таком наряде, почему-то перед глазами Кин… Да, ведь ученица строила планы, ждала возлюбленного, а тут…

Настроения никакого, что-то это платье меня расстроило. Аккуратно убираю его в свою сумку и иду дальше. Беглый осмотр не приносит результатов, на таких местах искать нужно долго и нудно, но что-нибудь да осталось. Не могли артефакты просто так исчезнуть, а в том, что я – первый человек, который после истинных оказался здесь – сомнений никаких. Ровный и толстый слой пыли свидетельствует об этом. Придется здорово потрудиться в поисках, перелопачивая тонны ветхой трухи, но этим займусь позже. Из дома направляюсь к стоящему в отдалении зданию, все тяну время, надеюсь, что самый лакомый кусок ждет меня в замке. Ведь куда-то сюда перекочевали артефакты из лекарского схрона, их только отыскать надо! Пекарня, а это именно она, почти не тронута ни временем, ни врагом, напавшим на школу. Да, дерево сгнило, ткань и вовсе исчезла, но каменные жернова и печи для выпечки целы. Искать тут особо нечего; осмотрелся и отправился к школе истинных.

Школа возвышается над разбитыми строениями своими тремя башнями – две по бокам и одна, самая большая – в центре. Замок в четыре этажа, если не считать башен. Ветер, гуляющий в окнах, жалобно завывает, делая унылую картину вокруг еще печальнее. Да, здание когда-то имело красивый вид, да и вообще, если представить, что тут все цело и нет этой разрухи… Внизу молодой лесок, за ним полигон, который наверняка просматривается из центральной башни в школе-замке, строения у подножия замка – целые, и на дорогах нет зарослей травы – идиллия, от которой ничего не осталось. А когда наступает рассвет и выходит из-за горы солнце… Мм, представляю, какая картина. Стоп, чего-то не хватает… Оглядываюсь и осматриваю долину. Воды не хватает, ее нигде нет! Странно… Присматриваюсь и вижу широкий петляющий ров, огибающий долину и уходящий в сторону леса, – похоже, река текла здесь в древние времена, а теперь ее русло пересохло. А может, при битве что-то изменило течение воды, впрочем, что произошло тут когда-то – уже не важно, былого не вернуть и не исправить.

Хм, а дверь-то, ведущая в замок, уцелела и закрыта. Осматриваю ее: лакированная, из красного дерева, и ни одной царапинки! Неужели дверь укрепили? Да нет, тут же битва была, а она в ней обязательно бы пострадала, вход все же. Значит… остался в живых артефакт-хозяйственник, типа моего советника! Толкаю дверь и захожу внутрь: везде разруха, а в центре – круг управления, на котором нет ни единой пылинки, вот только и энергии в нем почти нет, да и руны не активны. Пробую связаться с Креуном – увы, тот меня не слышит… Странно, недавно общались без проблем. В задумчивости поглаживаю щеку и обхожу круг управления. А он ли это? Прямо в холле? Да, холл по размеру сравним с центральной площадью маленького городка. Странно… Решил осмотреться повнимательней, прежде чем ступить в круг. Внимание то и дело возвращается в центр холла, но сдерживаю себя и обхожу первый этаж замка. Когда-то тут стояла мебель или что-то подобное, уцелели три лестницы, ведущие на верхние этажи и… все, ни комнат, ни столовой тут нет и не было. Но где же питались ученики? А вот пройти на второй этаж я не в состоянии: знакомая защита – такая же, как на песчаном охраннике, не пускает наверх. Хм, мне показывают, что я тут гость и не могу просто так свободно передвигаться. А на лестницах-то пыль, никто не убирает и не следит за помещением – может, незачем, а возможно – и сил нет. Остается только один способ – встать в центр круга и попытаться связаться с местным хранителем. Уверен, что он существует, слишком вид двери и круга выбивается из увиденного. Встаю в круг, ничего не происходит – ни магии, ни голоса в голове. Рун не семь, как на моем круге управления в поместье, а четыре, да и руны-то простые: вода, земля, огонь и воздух; правда, линиями они связаны между собой, а в центре – что-то непонятное. Попробовать активировать руны? А другого ничего не остается, активирую. Руны слабо засветились, причем каждая своим цветом. Так как руна воздуха оказалась за спиной, оглянулся – интересно, какой у нее цвет, огонь – красным, земля – черным, вода – синим, а вот воздух – белесой дымкой.

– Ты ученик? – раздался в холле скрипучий голос.

У меня мурашки забегали по спине, а ноги дрогнули, в голосе почувствовались дикая усталость и боль.

– Я рыскач, – тихо ответил невидимому собеседнику. – А ты кто?

– Нет такого слова, – не заметив моего вопроса, ответил голос. – Хотя время идет, я вообще удивлен, что кто-то уцелел. Кто же ты и зачем пришел?

– Искал…

– Сейчас посмотрим. – Он перебил меня, а ноги я перестал ощущать, они словно прилипли к полу. Давящая боль накатила на виски. – Странно, у тебя неплохая блокировка стоит. – Впервые в голосе собеседника появилась заинтересованность. – Ну да ничего, немножко голова поболит и пройдет…

Он что-то еще говорил, но боль с такой силой сдавила мои виски, что из глаз непроизвольно потекли слезы, а смысл сказанного просто не добирался до сознания. Уже не только ноги, все тело будто не принадлежит мне, моргнуть – и то не в состоянии. Наконец боль стала утихать.

– Вот, я же говорил, что ты ученик! Зачем отказывался? – проскрипел голос.

– Какой еще ученик?

– Способный, – безразлично ответил тот. – Ты пришел за знаниями, прошел долгий путь, многое изучил самостоятельно, но поверхностно и как-то отрывочно, что ж, тут знаний много. Вот только учителей нет, а я… я могу теперь спокойно уйти, есть на кого оставить школу… – Голос замолчал.

Это он что, хочет меня вместо себя оставить? И куда это он собрался?

– Мои создатели ушли, их давно уже нет, слишком долго я жил и ждал, чего – и сам не знаю. Наверное, выполнял последнюю волю, чтобы не пропали прахом их старания и не развеялись знания, – ответил он, прочитав мои мысли. – Ты не переживай, вместо себя твоего советника оставлю, он еще молод и любопытен…

– Это он-то молод?! – воскликнул я.

– По сравнению со мной – сопляк. – В голосе впервые послышался смешок. – Ему передам навыки и умения, хоть и не полноценный из него выйдет учитель, но другого предложить не могу. А ты, – он чуть задумался, – ты должен пообещать, что сделаешь все от тебя зависящее, но восстановишь школу.

– Но как? Как я ее восстановлю-то?! Тут все в разрухе!

– Это мне не интересно, да и не здания имею в виду. После того как сам обучишься основам, ты возглавишь школу и восстановишь обучение в ней. Планете нужны маги, а не недоучки, использующие старые артефакты.

– А если не соглашусь? – спросил я.

Вот ведь! Все время старался избежать ответственности и заниматься любимым делом, а тут…

– У тебя нет выбора, – равнодушно ответил голос. – К тому же ты давно уже согласился, просто сам еще этого не знаешь, но я-то вижу… Пройденным тобой путем и не каждый истинный мог бы похвалиться, а ты… ты уже приступил к обучению в школе, пусть и неосознанно, но уже прошел первый шаг обучения, причем успешно. Когда все взвесишь и разложишь по полочкам – поймешь, но не сейчас. В данное время у нас другие дела. Поднимайся по центральной лестнице в башню.

– Но защит…

– Ты уже тут хозяин, хотя и не полновластный пока, – перебил он меня. – Защита снята.

Ко мне вернулась подвижность, я вышел из круга, руны погасли, и появилось желание бежать. Потирая щетину, взвесил все за и против. Территория ничейная, она вроде как принадлежит Куласе, но добраться сюда никто не в состоянии. Мне предложено возглавить школу – огромная…

– Иди уже! – раздраженно проскрипел голос. – Потом все обдумаешь, а у меня времени нет.

– Так может, у тебя энергии нет? Возможно, смогу чем-то помочь? – предложил я, вспомнив состояние стены своего советника.

– Зубы не заговаривай! Помочь мне может только одно – покой, а его ты мне дать не в состоянии, если не поспешишь и будешь меня злить, то… – Он не договорил, позади меня заискрилась шаровая молния, потрескивая, она недвусмысленно намекала, в какую сторону направиться.

Вздохнув, стал подниматься по лестнице: все такие же пыль и труха, даже перил – и тех нет. Вот и башня, при входе в которую установлены статуи медведей. Хм, на вид целые и невредимые, как бы они меня не поджарили или в объятиях кости не переломали!

– Они уже знают хозяина – иди!

– Ты хоть бы представился – обо мне все узнал, а сам… некультурно, – попенял я невидимому собеседнику.

– Школьный дух, хранитель, судья, экзаменатор… У меня много имен, можешь считать, кем захочешь, мне все равно…

Пройдя мимо статуй, которые склонили свои каменные головы в почтительном приветствии, чем заставили меня вздрогнуть, прошел в пыльный небольшой холл, в котором имелись три двери. Необходимости объяснять, какая нужна мне, нет – такая же, как на входе, новая и чистая, лишь габаритами меньше. Вхожу в нее и оказываюсь в кабинете. Тут все разительно отличается от увиденного ранее! Все в идеальном порядке, запаха пыли – и того не ощущается! И книги, книги в шкафах… просто море книг! На полу мягкий пушистый ковер, под овальным потолком фигурная люстра, на окне шторы, а само стекло – матовое и темное, массивный стол с писчими принадлежностями, по паре кресел и стульев, небольшой диванчик у стены, на полке у окна – какие-то склянки и пузырьки.

– Сядь за стол, – командует голос, и, дождавшись, когда я выполню указание, продолжает: – Выдвини ящик стола наполовину, его верх совместится с потайной кнопкой – нажми!

Проделал все, как он велел, шкаф у стены медленно сдвинулся, открывая замаскированную дверь.

– Иди! Чего ждешь?! – поторопил меня хранитель.

Комната пуста, вот только стены, пол и потолок исчерчены рунами, в центре пола можно различить круг управления. Не задавая вопросов, встаю в круг.

– Вызывай своего советника! – требует голос.

Рассказываю Креуну, с которым наладилась связь, все, что происходит. Под конец монолога предоставляю ему право выбора: может и не приходить. Однако советник не бросил меня, и его разум появляется в комнате управления. Как это стало возможным, понял позже: оказалось, что эта комната является своеобразным входом в стену знаний, а все знания сосредоточены в самом здании школы. Увы, расчет на то, что мне сейчас передадут знания, не оправдался, хранитель школы лишь начал учить Креуна навыкам управления школой.

– За такой срок передать все знания невозможно, – проскрипел голос через час интенсивного общения, в течение которого я мог уловить лишь отрывочные звуки, уж слишком велика скорость их общения.

Зная, с какой скоростью Креун может обрабатывать знания, поразился таким объемам, а хранитель продолжил:

– Вам обоим предстоит многому учиться, будут ошибки и успехи, разочарования от неудач и радости от побед, где-то все пройдет легко, а что-то не получится. Но надо добиваться, тогда все удастся! Чтобы не возникло искушений применить артефакты моих хозяев, не понимая их сути, я уничтожил их все, слишком они опасны. Добивайтесь своим разумом, создавайте! А сейчас… – он помолчал, – мне пора, я ухожу к своим создателям, и меня никто не в силах остановить. Это решение я принял давно, ждал лишь наследника. Рэнион, теперь ты – ученик и директор школы истинной магии, а твой советник – ее хранитель и дух. – Он сделал паузу и обратился ко мне. Как ему это удалось – непонятно, но Креун эти слова не слышит, точно знаю. – Рэн, ты уже прошел обучение первого шага и, можно сказать, переступил на второй шаг школы. Не дай никому сбить тебя с пути, удачи тебе. – Хранитель вновь подключил к разговору советника: – Надеюсь, вы не разочаруете меня… – Он замолчал.

– Хранитель?.. – робко спросил я.

– Он не ответит, – печально сказал Креун в моей голове. – Ушел туда, откуда никто никогда еще не возвращался…

## Эпилог

Сколько проспал, выйдя из комнаты управления, не узнаю никогда. Креун на мой вопрос о времени ответить не смог – разбирается с оставленным наследством, мой желудок намекает на неделю, а дождь, льющий на улице и образовавший огромные лужи, косвенно это подтверждает. Общаться с Креуном стало трудно, он все время занят и часто отвечает невпопад, приходится повторять вопросы. Советника можно понять – все его возможности брошены на изучение знаний, которых множество, и лежат они в различных сферах. Но и приятные моменты нашлись – нет необходимости чертить пентаграмму перемещения: стоит только достучаться до советника – и тот материализует еду в то место, куда укажу. За пару часов продолжавшегося дождя осваиваюсь в кабинете. Первое, что сделал, – наелся, а потом приступил к сортировке и просмотру книг. Увы, многие книги не смог даже открыть… Ладно, основы знаний есть, а главное – есть сами знания! Пусть они записаны в книгах и в комнате управления, но изучить-то их возможно! А не этого ли я и добивался все время? Правда, пришлось взять на себя обязательство восстановить школу… У-у-у, тяжко придется, потребуются деньги, связи во власти… Опять власть… Эх, горестно вздыхаю, но без этого никуда не деться, если только не забиться в какой-нибудь уголок и тихонько заниматься рутинной работой. В этом есть определенная прелесть, но вот желания у меня такого точно нет! Тем более возможности имею, упускать их – просто верх глупости. За окном проглянуло солнышко, решил выйти на свежий воздух и осмотреться.

– Рэн, пошел бы, погулял вокруг замка! – угадав мое желание, сказал советник.

– Что это ты меня гонишь? – усмехнулся я и поинтересовался: – Что-то скрыть решил?

– Если хочешь, то можешь поучаствовать! – рассмеялся тот. – Собираюсь производить уборку вверенного мне замка, до остальных развалин дело дойдет не скоро, но хоть тут порядок наведу.

– Кстати, а те строения, что лежат в руинах, можно восстановить?

– Смотря как; если нанять пару сотен человек, то…

– Ты сам можешь восстановить? – перебил я его.

– Рэн, – тяжело вздохнул советник, – пока своих возможностей не знаю, со вчерашними и в замке бы ничего не смог сделать; надо разбираться, но произойдет это не скоро, слишком много вопросов, – серьезно ответил он.

– Песочными стражами управлять можешь? – уточнил у него тревожащий меня вопрос.

– И песочными, и водными… – задумчиво ответил Креун, вероятно, переключившись на какой-то другой вопрос, занявший все его внимание. – Да и ты ими управлять сможешь, они тебе должны подчиняться. Так, начинаю уборку…

В холле что-то заскрежетало, и я поспешил покинуть замок, на бегу заметив, что позади меня поднимается столбом вековая пыль: Креун не стал откладывать в долгий ящик свои обязанности и приступил к ним, «закатав рукава». Решив все осмыслить и еще раз осмотреть окрестности, я обогнул замок и, к своему удивлению, – увидел дорогу через скалы. Она шла вверх и пропадала из виду. Дойдя до ее верхней точки, после которой дорога петляла и уходила вниз, увидел море. Ну да, к морю же выход должен иметься!

Пройдя полпути до моря, на очередном изгибе дороги увидел конечную точку: внизу располагался древний пирс, вернее, то, что от него осталось. Большая каменная площадка, где швартовались корабли, с которых принимали грузы и пассажиров. Никаких строений нет, просто площадка, время беспощадно все стерло, лишь камень да дорога остались. Интересного там найти ничего невозможно… Я сел на край скалы и стал смотреть в голубую синь. Цвет моря мгновенно вернул воспоминания о Кин, в глубине души поднялись тоска и боль. Если и теперь она не переменит ко мне отношения и останется при королевском дворе… Ну уж нет, я далеко не тот, кем вышел из родного Сакта, где вырос; за свою любовь поборюсь! Теперь у меня есть место, где можно жить и ни от кого не зависеть, где я смогу обеспечить безопасность всем, кто мне дорог! Правда, чтобы жить, желательно еще иметь и кусок хлеба, а не только знания; но думаю, что и с этим справлюсь. Осталось немного подучиться – и все обязательно наладится…