# Разное счастье нам выпадает

Александра Черчень

Жизнь – это игра. С кем-то она играет в карты, с некоторыми – в кости, а с юной Александрой, незаконнорожденной дочерью Императора, она решила сыграть в шахматы. По-крупному. Многочисленные кланы жаждут видеть на престоле пешку. Совет Хранителей – королеву. Как юной принцессе отличить искренность от фальши, а любовь от политической игры? Как не сгореть в огне рыжей осени из детства и стоит ли далеко убегать ото льда, вдруг вспыхнувшего синим пламенем?

Фигуры на поле расставлены. Принцессе определена роль пешки. Так ли это?

Ну что, в бой?

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

## Пролог

> Вновь на битву зовет Железный престол,

> Боль, смерть, власть – это его игра.

> Саруман. Игра Престолов

Просторную комнату в резиденции Хранителей Изначальной Империи освещали только горящий камин и несколько светильников, которые так и не могли до конца разогнать полумрак. В гостиной царило молчание, но находящиеся тут семь Хранителей настолько хорошо друг друга знали, что тишина не была напряженной. Только были слышны в атмосфере едва ощутимые нотки недовольства и ожидания.

Может, тому виной было нервное покачивание ногой сидящей на подоконнике темноволосой, кудрявой девушки, единственной представительницы прекрасного пола среди присутствующих? Или неодобрительный взгляд строгого мужчины в очках, который тот бросал на своего коллегу со странной прической, что-то увлеченно записывающего? Последний поправил упавшие на глаза волосы, и в свете камина в медной гриве волос золотом блеснули тонкие косички.

Двери распахнулись, и в помещение стремительно вошел высокий блондин с колючим, неприятным взглядом. Он вскользь оглядел присутствующих, кивнул и прошел к креслу.

– Все в сборе. – Вошедший облокотился на спинку кресла и посмотрел на мужчину с косичками: – Мидьяр, буду весьма благодарен, если ты оторвешься от своего, несомненно, интереснейшего занятия и уделишь мне немного внимания.

Рыжеволосый едва заметно вздрогнул и с улыбкой повернулся к новоприбывшему:

– Прошу меня простить, – наконец разглядев собеседника, озадаченно вскинул бровь, – лорд Хор.

– Я не люблю беседовать с масками, – искоса бросил взгляд на блондина мужчина в очках. – Буду признателен, если ты примешь это во внимание, Лирвейн.

– Как скажешь, Асгард, – кивнул тот и чуть повел рукой. Воздух задрожал, поплыл, и вот вместо коротко стриженного Хора возник смуглый сероглазый мужчина. Он отбросил за спину белоснежную косу и продолжил: – Причина встречи нам всем известна. Можно сказать, подводим итоги той ситуации, в которой оказались благодаря пока неизвестной мне особе.

Судя по угрожающему тону, ничего хорошего от знакомства с беловолосым вышеупомянутой «особе» ожидать не стоило.

– Предлагаю обсудить самую важную на данный момент тему, – поправил очки Асгард. – Ты получил доступ к списку наследования?

– Да. Он только сегодня проявился, – поморщился Лирвейн. – К нашему счастью, есть еще один Проводник.

– Загадочное «но»? – вскинул медную бровь Мидьяр.

– Верно, – отрывисто кивнул блондин. – Женщина, бастард, и при всем этом ни разу не выезжавшая за пределы имения. Шикарная кандидатура на роль правительницы!

– Она – Проводник, – задумчиво проговорил рыжий. – И это главное. Кстати, какова реакция света на столь «чудную» новость?

По бледным губам Лирвейна пробежала неприятная улыбка, и блондин ответил:

– Лично мне реакция аристократов доставила немалое удовольствие. Столица сейчас как старая и грязная комната, в которой внезапно включили свет. Судорожно бегают тараканы. Ведь о бастарде с даром ничего не было известно. А тут обнародуется список наследников, а в нем первым номером неизвестная девица, которая даже при дворе не была ни разу.

– Какое оскорбление для цвета Изначальной Империи! – довольно прищурил синие глаза Мидьяр.

– Но оскорбление оскорблением, а упускать шанс воспитать девушку в нужном ключе, раз уж убить не успели, Кланы не хотят. – Лирвейн налил в высокий бокал рубиновое вино. – Кстати, интересно, а почему до того, как был обнародован этот список, о девушке даже мы не знали? – Беловолосый ответа от коллег не дождался и вернулся к прежней теме: – Пока же Алые и Синие едва не передрались за право подобрать ей окружение и учителей. Я уже не говорю о тех амбициозных господах, которые наверняка захотят осчастливить девушку своей персоной, а себя – престолом.

– Таких всегда хватало, – скептически бросил Асгард.

– Правда, и Синих, и Алых, и якобы ненавязчивых Белых очень элегантно провела Ровена. – Лир нехорошо ухмыльнулся и бокалом отсалютовал Хранительнице. – Умудрилась добиться от Александра подписи под указом о том, что раз его дочь незнакома со своим Даром, то обучать ее всему, что должна уметь юная наследница, обязан Совет Хранителей.

Все повернулись к беспечно болтающей ногами кудрявой девушке. Та только невинно улыбнулась и сверкнула темными глазами. Похоже, делиться подробностями Ровена не собиралась.

– Это, кстати, еще одно подтверждение того, что он практически выжил из ума, – досадливо поморщился блондин. – В здравом рассудке до него не дошли бы никакие доводы. Особенно если там замешана его драгоценная Лилит и ее змееглазый братец.

– Пламенеющие… – тихо рассмеялся Мидьяр. – Колоритные персонажи.

– Свои антипатии вполне можете обсудить позднее. Что-нибудь прояснилось по вопросу смерти наследников? – негромко спросила темноволосая девушка, чуть склонив голову набок.

– Аэрлис, поясни, – кивнул серьезному зеленоглазому брюнету Лирвейн.

– Яд, – коротко ответил тот. – Синтетический яд. Не местный. С крайне любопытными свойствами. Обычный человек станет быстро физически слабеть, маг умрет в семидесяти случаях из ста, а вот Проводник или Хранитель… Шансов нет. Вообще. Как и противоядия.

– Интересно. Действие отравы зависит от концентрации силы в организме? – задумчиво водила пальчиком по запотевшему стеклу брюнетка.

– Да, Ровена, – кивнул Аэрлис. – Императора мы вытащили потому, что его отторгли стихии, теперь он марионетка, а это и нужно Алому Клану…

– Ведь фаворитка-то именно из этого Клана и с претензиями на трон, – продолжил мысль брюнета Лирвейн. – Это был бы не первый случай, когда удачливая пассия перекочевала из постели правителя на престол.

– Интриганы! На что они рассчитывают? Ведь сейчас у Императора вероятность рождения ребенка с нужным Даром мизерная. – Выражая свое отношение к ситуации в целом и Алому Клану в частности, Аэрлис хлопнул ладонью по столу.

– А зачем им наследник с Даром? – вскинул бровь Лирвейн. – Если будет обычный, то отпадет нужда в Совете Хранителей. Ведь пока есть Проводник, мы его поддержка и гарант власти. – Блондин помолчал, но вскоре продолжил: – А вот проблему Императора, возможно, знали и дозу яда дали небольшую. Хранители же ничего не могут сделать напрямую, – со вздохом провел рукой по волосам Лирвейн. – И не так давно нам тонко намекнули, что раз мы Источники, то должны исполнять только свои прямые обязанности и не участвовать в делах Империи.

– Вернемся к проблеме, – спустил коллег с небес на землю Аэрлис. – Что с принцессой?

– Александра вир Толлиман, теперь уже наследница Изначальной Империи, – вздохнул Лирвейн.

– И где это чудо находится? – полюбопытствовал Асгард и поправил сползшие очки.

– На задворках, – поморщился Лирвейн. – И кому-то придется за ней отправиться, потому как, если Алые уведут ее из поместья, выцарапать принцессу из их цепких лап почти не представляется возможным. Это если они захотят ее оставить в живых… А вот если убьют и эту наследницу, о покое можно забыть. Смена вековых устоев – это дело чрезвычайно кровавое. В такой ситуации и Совет не сможет ничего сделать, ведь без Проводника мы не нужны. Страна может прекратить свое существование в том виде, в каком она есть сейчас. Этого допускать нельзя. Мы клялись в верности Империи.

– Ну что ж… Инициатива наказуема, – рассмеялся Мидьяр. – Тебе и карты в руки! Раз предложил, то сам и поедешь.

## Глава 1. О вреде подслушивания

> – Не ходи туда! Там тебя ждут одни неприятности!

> – Ну как же мне не ходить? Они же ждут!

> М/ф «Котенок по имени Гав»

Погода была прекрасная. Принцесса, впрочем, вопреки известной песенке, не такая уж и ужасная. Вот только именно в этот момент поведение моего высочества было далеким от образцового, и если бы меня сейчас увидела наставница, мало бы не показалось.

Но любопытство, как выяснилось, все же порок! Хотя в данном случае скорее не любопытство, а инстинкт самосохранения. Именно он увлекал меня сейчас между колючими зарослями кустарника у дома к распахнутым окнам гостиной. Кусты приникали к дому весьма плотно, и потому временами под ними приходилось едва ли не проползать. Что, естественно, не добавляло прелести принцессе вообще и платью в частности. Вспомнила о своем высоком роде, достоинстве и постаралась ползти аккуратнее. Вряд ли помогло, но зато честно приложила все усилия.

Разговор, который я так стремилась услышать, вызывал у меня немалый интерес. Потому как до сих пор еще не было случаев, когда наставница от одной карточки с именем посетителя бледнела и едва ли не бегом неслась в нижнюю гостиную. Стало быть, причина для такого поведения весомая. Потому узнала, в какой именно комнате наставница приняла визитера, и все же решила поиграть в шпионов. Тем более окно было настолько заманчиво открыто…

Судя по переполоху, загадочный визитер прибыл из дворца. Но до проверки поместья и того обстоятельства, что «ценный бастард» еще не помер, оставалось еще месяца два… Ведь невзирая на обстоятельства рождения, я все же принцесса. Даже с фамильным Даром, из-за которого меня вообще признали и даже в список наследования включили. И «выгодному вложению» в моем лице уже двадцать лет, а им до сих пор не распорядились по назначению. Потому приезд неизвестного вызывает нехорошее подозрение, что меня все же решили выдать замуж. И это весьма прискорбно. Ибо не хочется.

Вот наконец и вожделенное окно. Я, чуть дыша, прислонилась к теплому камню и приготовилась внимать.

– Я не могу отправиться с вами! – раздался резкий голос наставницы Амалии прямо возле окна, и я вздрогнула от неожиданности.

– А вам, собственно, и не предлагают, – негромко ответил ей холодный мужской голос. – Мне нужна только принцесса.

– И вы правда рассчитываете, что я отпущу с вами молодую девушку без должного сопровождения?

– В моем обществе ей ничего не угрожает, леди, – с иронией ответил ее собеседник.

Вот. Так и знала, что ничего хорошего не услышу. Меня хотят забрать, притом без опекунши. Стало быть, эти права переходят к кому-то другому. Логичнее всего – к мужу.

– Я не позволю, чтобы девушка ехала в этот гадюшник одна! – взвилась наставница, которая никогда не отличалась спокойным нравом. Все же гены сказываются. Фейри в роду всегда накладывают отпечаток на потомков.

– Вы забываетесь, – морозом прошлось по коже.

– Вовсе нет, – вкрадчиво проговорила Амалия. – Или вы и вправду рассчитывали, что можете вот так приехать и забрать ту, которая стала мне дочерью? Отказаться от положенного благородной даме сопровождения? А я вам только вослед платочком помашу? Да, в конце концов, это против всех правил и приличий!

Все интереснее…

С правой стороны послышался легкий шум. Я испуганно вскинулась и начала пятиться, но наткнулась на что-то спиной. Оно пошевелилось. Почему не завопила от неожиданности, сама не понимаю. Подавила страх, медленно обернулась и разглядела такую же перепуганную подругу. Видимо, из-за темно-зеленого платья и густого кустарника перед окном она меня сразу не заметила. Мы дружно повернулись к источнику шелеста и увидели, как в листьях скрывается черный хвост нашего кота.

– Что ты тут делаешь? – чуть слышно спросила у Мариоль.

– То же, что и ты. – Девушка выразительно глянула на открытые ставни.

Я только вздохнула, и мы, не сговариваясь, подобрались поближе.

Спор в комнате набирал обороты.

– Ладно. – В холодном голосе мужчины появилась тень недовольства. – Что вы предлагаете?

– Мою дочь, леди Мариоль, – тут же ответила Амалия. – Девочки росли вместе, и Александре при дворе пригодится ее поддержка.

– Леди Мариоль, – иронично протянул незнакомец, – недостаточно знатна. Еще и титуловали вас, леди, насколько я помню, не так давно и за какие-то совсем сомнительные заслуги.

Искоса посмотрела на Маришку. Судя по недобро прищуренным темным глазам, мужчина уже вызывал у нее стойкую неприязнь. Впрочем, если учесть, как он отзывался о роде подруги…

Что это вообще за человек, если он позволяет себе такое поведение?

Происходящее мне все больше не нравилось.

– Вы намекаете, что моя дочь не совсем подходящая компания для ее высочества? – Теперь уже в голосе воспитательницы царили северные льды. – Как странно. Все двадцать лет она вполне годилась в компаньонки, а сейчас уже нет?

– Леди! – на полтона повысил голос прибывший. – Мне не доставляет никакого удовольствия спор с вами, потому я уступлю.

Вдруг раздался шорох гардин, мы подняли головы и поймали злой взгляд Амалии, которая только поджала губы и с громким стуком захлопнула ставни.

Мы с подругой несколько секунд ошеломленно смотрели друг на друга. Потом Мари дрожащим голосом произнесла:

– Ну, поползли?

– Ага, – кивнула в ответ. – Как мы… попались-то!

Минут через десять, после того как привели себя в относительный порядок, мы осторожно прошли в дом через заднюю дверь. Впрочем, незамеченными подняться к себе не удалось. Уже во второй зале столкнулись с куда-то спешащей хмурой Амалией.

– А вот и мои образцовые благородные дамы, – «ласково» начала она. – Но на эту тему побеседуем позднее, сейчас быстро переодеваться! Мари, помоги Але.

– Да, мама, – склонила голову подруга.

– Кто это был? – окликнула я наставницу.

– Хранитель, – немного помедлив, ответила она и быстро вышла из залы.

Путь до своих комнат я проделала совершенно машинально, благодаря тянувшей за руку Мариоль.

Ой как все невесело.

Вряд ли решать дело с моим замужеством приехал бы лично Хранитель. Значит, все еще хуже, чем думалось. Настолько, что просто не хватает фантазии вообразить, зачем я им понадобилась.

Хранители… Зверь редкий, в природе встречается только в количестве восьми штук. В хозяйстве чрезвычайно полезный, потому как каждый из них имеет почти неограниченный доступ к своей стихии. Сила просыпается в переселенцах из других миров, и магами им быть до этого вовсе не обязательно.

За Хранителями стихий очень долго охотились имперские Кланы, ведь один такой со всех сторон примечательный индивид стоит десятка сильных волшебников. Но потом случилось так, что кто-то из них встретился с моим предком. Измиру вир Толлиману хотелось жить долго, счастливо и желательно на троне. А так как из всех достоинств у него был только дар Проводника и высокий род, то престол достойнейшему виделся только в сладких снах.

Но потом обнаружилось, что Проводник может брать энергию не только из окружающей среды, но и у Хранителей непосредственно. Из-за чего умный родоначальник императорской династии заключил с ними договор, согласно которому они возводили его на престол и клялись в верности Изначальной Империи. Вир Толлиман же обещался холить и лелеять Хранителей сам и потомкам завещать.

Кланы, конечно, таким раскладом были чрезвычайно недовольны, ведь Император в далекоидущие планы не входил. Власть быстро, даже не попрощавшись, уплывала из их цепких лап. Но сделать ничего не могли. Измиром был доволен народ, который нарек молодого реформатора Миром. С воцарением на троне Проводника в страну пришла стабильность. Он уравновешивал энергетический фон, отдавая энергию, и Империя процветала. Нет ни засух, ни неурожаев и, соответственно, недовольства населения.

Размышляя таким образом, я наконец добралась до комнаты. Я немного пришла в себя и теперь наблюдала за бегающей по комнате подругой.

Мариоль поправила выбившуюся из прически черную прядку и недовольно фыркнула:

– Что стоишь? Если не ошибаюсь, тебя сейчас этому Хранителю представлять будут. Снимай платье. Принцессу из тебя делать станем.

– Я, конечно, не против, но, может, без фанатизма? – с опаской проговорила, наблюдая за приближением подружки, которая несла пыточный корсет.

– Надо, Аля, надо, – критически оглядела меня Мариоль.

– Ладно, – встала перед зеркалом, отдавая себя на растерзание Мари. Дело свое она знает, так что можно расслабиться и подумать.

Итак, что мы имеем? А ничего! У нас Хранитель в количестве одной штуки и перепуганная наставница, а ведь этого за ней ранее не замечалось. Вернее, дело даже не в ее эмоциях, а в том, что она позволила их увидеть. И еще то, что она с ним спорила… Фейри в роду Лиоталь были поколений пять назад, и теперь их наследие сказывалось только в легком характере и чуть более порывистом поведении. Но в любом случае Амалия не юная девушка, чтобы настолько утратить контроль над эмоциями.

Мари слишком сильно потянула за прядь, когда укладывала волосы, и я поморщилась от боли. Потом из прически выскользнула плохо закрепленная русая косичка и упала на глаза, впрочем, девушка сразу же подцепила ее и приколола обратно. Поймала в зеркале ободряющий взгляд подруги и улыбнулась ей в ответ. Потом вновь вернулась к своим невеселым раздумьям.

И еще… Не стал бы Хранитель ездить за мной самолично, если бы ее высочество принцессу-бастарда Александру вир Толлиман просто выдавали замуж.

Вывод: подождем полчаса и сами все узнаем. Глупо строить предположения.

– Готово, – тихо сказала Мариоль, и я вздрогнула от неожиданности.

Поднялась, осмотрела отражение, разгладила ладонью голубой атлас платья и удовлетворенно кивнула. Сероглазая девушка в зазеркалье выглядела соответственно своему статусу и положению. Все как нужно. Я готова.

– Спасибо, – благодарно улыбнулась подруге.

Мари редко бралась за меня лично, все же не служанка, но если она это делала, то в результате можно было не сомневаться.

– Не за что, – серьезно ответила она. – Иди. Уже пора.

Согласно кивнула и, получив ободряющую улыбку в напутствие, вышла из комнаты.

Когда лакеи распахнули передо мной двери гостиной, в животе поселился холодок страха и волнения. Почувствовала, как подрагивают пальцы, и крепко сжала веер. Легкая боль от врезавшихся в кожу пластинок помогла прийти в себя. Я выдохнула, расправила плечи и решительно зашла.

В комнате была гробовая тишина, и мои шаги по голубому мрамору пола прозвучали просто оглушительно громко.

Наставница стояла около каминной полки и вертела в тонких пальцах одну из фарфоровых фигурок. Видимо, сильно волнуется.

– Вы так же необязательны, как и ваш отец, – раздался холодный голос за спиной. – Но он имеет право на такое поведение. С вашей же стороны это неосмотрительно. Тем не менее благодарю, что вы все-таки удостоили меня аудиенции. После получаса ожидания.

Правда? Ой как грубо, нетерпеливый господин Хранитель. Ведь это он?

Вопросительно посмотрела на Амалию, и та чуть кивнула, подтверждая мою догадку. Я едва заметно улыбнулась и развернулась к нежданному визитеру.

Высокий мужчина стоял возле большого окна. Я скользнула любопытным взором по свободному синему официальному одеянию, белой маске и распущенным белоснежным волосам, которые в солнечных лучах искрились свежевыпавшим снегом.

Хранителей в лицо никто не знал. Видимо, и им хотелось иногда жить спокойно, не боясь, что какие-нибудь охотники за «ценной шкуркой» вмешаются. Ведь у всех есть частная жизнь и, возможно, даже семьи. Кому захочется рисковать близкими людьми?

– Прошу меня простить, – присела в реверансе и прямо посмотрела на мужчину. – Приветствую, Хранитель. Что привело вас в этот дом?

Поднялась и внимательно посмотрела на стоящего напротив волшебника. Все же маска создает жутковатое впечатление…

– Я принес вам дурные вести, леди Александра. Вся правящая семья, за исключением Императора, погибла.

– Искренне сожалею о смерти столь достойных людей, – медленно произнесла я. Никаких особых чувств по поводу кончины Императрицы и наследников я не ощущала, так как никогда их не видела. Да и ссылкой, скорее всего, была обязана именно ныне покойной жене отца.

– Я здесь, чтобы сопроводить вас во дворец.

– Зачем? – вопросительно вскинула бровь. – Разве там требуется мое присутствие?

– Ваш отец болен. Вы единственная оставшаяся наследница его крови. Нужной крови… – Он отошел от окон и вышел на середину комнаты. – А ваше образование в этом качестве оставляет желать лучшего. Вернее, оно практически отсутствует. Теперь позвольте откланяться. Мы выезжаем завтра утром. Извольте быть готовой и не заставляйте себя ждать.

Еще один поклон. Хранитель развернулся и удалился из гостиной.

Теперь мне не было необходимости «держать марку», и потому я опустилась в кресло, пытаясь прийти в себя, потом посмотрела на Амалию.

– Наверное, надо подготовить все к отъезду, – растерянно проговорила я, пытаясь собраться с мыслями.

– Конечно, – кивнула в ответ Амалия.

– Особенно не усердствуй. Вещей минимум.

Я слабо улыбнулась наставнице и вышла.

В голове был полный раздрай, мысли беспорядочно скакали с одного на другое. Об эмоциональном состоянии можно скромно промолчать. С минуту стояла в холле, тупо глядя в одну точку, потом встряхнула головой и быстро пошла в свою комнату переодеваться. Все же не люблю я эти парадные платья. Неудобные.

Спустя полчаса появилось нестерпимое желание прокатиться верхом. Не стала противиться, и вот уже через десять минут сижу в седле Метели – лошади рыжей масти, – направляясь прочь со двора. Краем глаза на террасе дома заметила что-то белое, но, когда повернулась, там уже никого не было. Только чуть слышно хлопнули балконные двери.

Верховая езда всегда прочищала мозги, но не в этот раз. Застоявшаяся лошадь постоянно натягивала повод, и я все же дала ей волю. Некоторое время мы носились по полям, и ветер срывал с ресниц непонятно почему выступившие слезы. Теперь я уже не сдерживала горячую кобылу и подгоняла ее каблуками, впрочем, ей только это и надо было.

Поля сменились лесной дорогой, но скорость меньше не стала. Казалось, затормозить сейчас – как сердце остановить. Так что я временами уклонялась от слишком низко нависающих веток и мчалась дальше, полностью доверив выбор пути своей рыжей кобылке. До онемения сильно сжимала поводья и цеплялась за луку седла, чтобы не вылететь в бешеной скачке.

Пульс стучал в висках, глаза обжигало полыхавшее закатным огнем солнце. Вылетевшая на луг Метель вдруг споткнулась, благоразумно замедлила бег и перешла на плавную рысь. Осознав свою глупость, заставила ее перейти на шаг, а потом и вовсе остановила. Привязала поводья к ветвям старой ивы, немного отошла и обессиленно опустилась на колени у корней дерева.

Что же я творю? Так и шею свернуть недолго. Права Амалия, – «отчаянно глупая девочка».

Всегда знала, что моя беззаботная юность не вечна и рано или поздно об императорском отпрыске все же вспомнят.

Но даже в самых страшных снах я не могла представить себя на троне.

Это невозможно! Я не хочу!

Но он приехал. За мной приехал.

Амалия… мама. Ты останешься здесь, и, возможно, мы никогда больше не встретимся.

Слезы опять полились ручьем. Всхлипнула и уронила лицо в ладони.

Все. Все кончено! Привычный мир уже рухнул. Так всегда – первое время еще остается впечатление, что все не так фатально. Что все не так уж сильно изменилось. Но потом иллюзия распадается. И на этих обломках былой жизни надо строить новое. Сильное. Чтобы выстояло…

Я никогда не была при дворе, но и дурой не являлась. Хватало ума понять, что никто бастарда с распростертыми объятиями не встретит.

Истерика понемногу сходила на нет, пришли усталость и опустошение. Потому, когда на плечи легли теплые руки и ко мне прижалась Мари, я никак не отреагировала.

– Ну и что ты плачешь? – тихо прошептала подруга мне на ухо. – Ускакала еще так далеко. Я едва нашла…

– Уже знаешь? – грустно взглянула на девушку.

– Да. – Мариоль задумчиво смотрела на далекие горы, где догорающий закат окрашивал снежные пики во все оттенки золота и пурпура. Ветерок играл с волнистыми темными прядями подруги, которые выбились из косы.

– Если хочешь, я оставлю тебя здесь, – вытерла мокрые щеки и внимательно на нее посмотрела. – Придумаем что-нибудь.

– Мы с тобой вместе росли, и всякое бывало. Даже дрались иногда. Но именно ты настояла на том, чтобы я официально считалась твоей дамой и, соответственно, получала за это жалованье. И на моем обучении тоже. Была рядом в трудные моменты. Ты не бросала меня. – Мари подняла карие глаза, в которых на секунду мелькнул отблеск багрового солнца. – Так почему же думаешь, что я откажусь от всего, что нас связывало? Ведь не хуже тебя понимаю, что нас ждет в столице. – Подруга улыбнулась и несильно дернула меня за косу. – Ничего. Мы с тобой как те две лягушки. Будем дрыгать лапками, глядишь, масло получится!

– Ты, как всегда, оптимистка, – через силу улыбнулась в ответ.

Мы поднялись с травы и направились к лошадям. Пока Мариоль, тихо ругаясь на сильно затянутый узел, отвязывала своего Ветерка, я проверила ногу Метели.

С кобылой было все в порядке, но я все равно ласково провела по рыжей гриве и тихо извинилась. Лошадь фыркнула мне в волосы, показывая, что она думает о некоторых торопыгах, чьи выкрутасы едва не стоили здоровья честной кобыле.

Наконец Мари все же справилась со своей проблемой, и мы сели в седла.

Медленно возвращались обратно к поместью, и я снова ушла в невеселые мысли.

– Аля, хватит кукситься! И вообще я тебя не узнаю! – возмущенно воскликнула Мари.

– Прости, – встряхнула головой я. – Просто… мыслей много.

– Тебе пока обдумывать нечего, – рассердилась подруга. – Информации практически ноль. Ты просто себя накручиваешь и жалеешь. А ну перестань! Не разочаровывай меня, твое высочество!

Я отвела глаза, так как она была полностью права. Но Мари продолжать не стала, а задорно встряхнула головой и радостно выкрикнула:

– Тебе надо отвлечься. Так что наперегонки до дома! Кто последний, тот идет ночью к послу за маской! – и, дав коню шенкелей, унеслась вперед, оставив меня абсолютно обалдевшую от поворота событий.

К сожалению, такие споры у нас были довольно серьезными, и мне пришлось мчаться за этой бесовкой. Маришка чуть придержала Ветерка, подождала, пока я с ней поравняюсь, а потом снова пришпорила. Скачка была бешеной, проигрывать не хотелось.

Но в итоге я все же проиграла.

– Мариоль, ты с ума сошла! Какая ночь? Какой посол? Какая, ко всем неизвестным богам, маска? – возмущалась я, услышав, что задумала подружка. А эта зараза улыбнулась и, ничего не ответив, слезла с Ветерка. Перекинула повод и пошла к конюшне.

Мне ничего не оставалось, как последовать за подругой. Мари зашла в «лошадиный дом», как мы в детстве именовали конюшню, и стала расседлывать коня. Потом развернулась и сказала:

– Ночь – на твой выбор. Посол – тот ледышка, что был сегодня. Маска… Аль, ну не заставляй меня сомневаться в твоих умственных способностях. Ты ведь прекрасно все поняла. – Эта поганка довольно улыбнулась и скоренько вымелась за дверь. Потом хитрая мордочка снова нарисовалась в дверном проеме и напомнила: – Ты обещала. Не отвертишься!

Отказаться я и правда не могла. Не знаю, какая блажь мне тогда стукнула в голову, но мы с Мариоль в свое время дали слово, что будем выполнять условия наших пари. О чем уже не раз пожалела. Впрочем… Все же это было весело! При нашей однообразной жизни и деятельной натуре подружки неудивительно, что мы стали и в таком находить плюсы.

Я улыбнулась, вспомнив несколько особо забавных случаев. Правда, нам и попадало за них, если Амалия узнавала. Один раз она даже выпороть нас не погнушалась. Меня за идею, Маришку за исполнение.

Дело было так. В тот раз мы соревновались, кажется, в плавании. Мари никогда не умела сразу признать свои слабые стороны. А плавала она заметно хуже меня.

После проигрыша драгоценной подружки я еще долго думала, чем бы ее «порадовать». Вдруг, пинком распахнув несколько заржавевшие двери разума, явилась идея разнообразить нашу скучную деревенскую жизнь явлением не кого-нибудь, а Ириды, богини Темного Пламени и Мести. Причем организовать это эксклюзивное представление не всем достопочтенным жителям, а избранной группе народа. Если точнее – шайке местных хулиганов, так как они давно задирали девушек.

Ириду в народе уважали и побаивались. Скорее, впрочем, второе. Кстати, она, в отличие от остальных богов, частенько путешествовала в смертном обличье. И если судить по легендам, исключительно для того, чтобы в очередной раз обмануться в мужчине и устроить ему в конце темную. Короче говоря, дама была странная. С мужчинами ей не везло, но в остальном… До раскрытия своего инкогнито она успела отметиться практически везде – от эпических битв до магических трактатов. Талантливая барышня. Но тем не менее все, чью душу мучило желание поквитаться с обидчиками, обращались к этой эксцентричной особе. Именно из-за этого наш выбор пал на нее.

Так что мы, две юные идиотки, посоветовавшись с самыми доверенными приятельницами, решили проучить парней. В то время как раз был праздник стихий, что было нам на руку. Праздник проводился в середине лета, и это была совершенно замечательная штука – костры, песни, пляски, купания и конечно же поиски мифического цветка, который указывает владельцу путь к кладам.

Подопытных у нас было пятеро. Девушек мы предупредили, чтобы не поднимали крик, если хулиганы станут оказывать знаки внимания, а потихоньку увлекали наших баранов в лесок. Что те пойдут, мы не сомневались. Для страховки я послала на праздник пару лакеев из дома и уговорила помочь нам братьев некоторых девушек. Они должны были незаметно сопровождать каждую пару до нужного места. Во избежание неприятных ситуаций.

А на всякий случай, чтобы наши козлы комолые добрались до места, парней мы нарядили в костюмы нечисти, которая в эту ночь якобы бегает по лесам и весям. Слава стихиям, первый этап прошел гладко. В то время как наши девушки с кокетливым хихиканьем просили кавалеров немного потерпеть до одного романтического места, где такому замечательному парню и отдаться не жалко, мы завершали последние приготовления. Я еще раз проверила, ровным ли кругом лежит темная ткань, пропитанная честно украденным спиртом.

На круглую поляну почти одновременно вывалились наши «голубки». В тот же миг она озарилась ярким огнем – я послала искры на проспиртованную ткань. В центре огненного круга на величественном троне сидела Мариоль. Выглядела она в полном соответствии с образом. Длинные темные волосы были распущены, тонкую фигуру облегало черное с багровыми бликами платье. У ее ног в одеянии цвета пламени сидела я. Волосы, наоборот, убрала наверх, обнажив шею и плечи. Ирида никогда не появлялась без сестры – Искры. Ведь и огню, и мести нужно начало. Под потрясенными взглядами Мариша медленно встала и вопросила:

– Я вижу, вы привели жертвы, о мои верные дщери!

Девушки, побросав кавалеров, метнулись к кругу и, упав на колени, горячо заверили «богиню», что жертвы привели и готовы служить далее.

– Великолепно! Из вас получатся замечательные жрицы, когда вы прольете кровь этих неверных на мой алтарь! Ничего большего эти бесчестные люди не заслуживают, – царственно взмахнула рукой Мари.

Пламя очень вовремя взметнулось еще выше, услужливо осветив большой камень на краю поляны. Мужички отчетливо побледнели. Весь хмель, похоже, уже выветрился.

– О, слуги мои верные! – вдруг взвыла Мариша, причем так, что и я испугалась. – Тащите же их на алтарь!

Услышав наши дальнейшие планы, «жертвы» мигом разморозились и попытались сделать ноги. Не тут-то было! Из леса мигом высыпала наша нечисть и принялась ловить немного пришедших в себя парней. Пару минут мы понаблюдали за увлекательными догонялками по всему периметру поляны. Потом, когда нечистики уже практически скрутили «жертвенных баранов», я подала незаметный знак, и им позволили вырваться. «Нечисть» выждала полминуты и с улюлюканьем понеслась следом. Закреплять результат, так сказать.

Мы с девушками переглянулись и дружно рассмеялись. Но тут со стороны «алтаря» раздался очень спокойный и очень злой голос:

– Веселимся, значит… Развлекаемся в меру сил, значит.

Узнала голос Амалии и подавила порыв закопаться поглубже в землю или удрать вслед за «баранами» и «нечистью».

Посмотрела на подружку и поняла, что ее обуревают аналогичные чувства. Над головой раздался уже крик наставницы:

– А ну вставайте, идиотки! Дуры… да не то что круглые, а кубические! Где ваш здравый смысл был? Там же, где инстинкт самосохранения? – Повернулась к деревенским. – Брысь отсюда! С вами отдельный разговор будет.

Девушкам не понадобилось повторять дважды, и они бросили нас на произвол разъяренной Амалии Лиоталь.

Ругалась она долго. Потом очень просто и доходчиво объяснила, чем могла бы закончиться наша авантюра, если бы хоть что-нибудь пошло не по плану.

Вот тогда меня и выпороли первый и единственный раз в жизни.


Я покачала головой, вспомнив, какими мы росли безбашенными оптимистками, и пошла в дом.

На ужине Хранитель не присутствовал, чем изрядно меня расстроил. Очень уж интересно было, как он собирается есть в маске. К сожалению или к счастью, никто мое любопытство удовлетворять не рвался.

Вечер мы провели в покоях Амалии. Вспоминали прошлое, разговаривали и старались не думать о будущем. К сожалению, от слов или даже действий оно не изменится…

Я сидела на ковре у ног Амалии и медленно расчесывала длинные волосы Мариоль, которая находилась передо мной. Сквозь пальцы скользили шелковистые пряди цвета горького шоколада. Я приподняла тяжелую массу и залюбовалась мелькнувшими в ней багровыми отблесками горящего камина.

Подруга нервно крутила в руках неизменный блокнот, который постоянно таскала с собой. Творческая натура фейри иногда проявлялась неожиданным образом. Мариоль увлекалась химией вообще и любыми биологическими экспериментами в частности. Правда, сейчас она просто сжимала книжицу в побелевших пальцах. Как за соломинку прошлой жизни хваталась…

Амалия сидела в кресле-качалке с книгой, но, судя по отсутствующему взгляду, не сознавала ни строчки из прочитанного.

Как забавно… Это наш последний семейный вечер, а проводим мы его так, будто ничего не изменилось сегодня. Как будто завтра мы не уезжаем.

Но нам хорошо, и это главное. А молчание… Если мы сейчас начнем говорить, то все, несомненно, закончится плачем. Я и так с трудом держу себя в руках. Да и карие очи подруги уже не раз за сегодняшний вечер застилала пелена слез.

Над головой раздался глухой хлопок закрывшейся книги, я подняла глаза и вопросительно посмотрела на наставницу. Та слабо улыбнулась в ответ и сказала:

– Что-то у нас совсем похоронное настроение… Аля, где твоя гитара?

– Там же, где и всегда, – со вздохом ответила ей. – У меня в комнате.

– Я принесу. – Подруга плавно поднялась с пола и быстро вышла из гостиной.

Я отложила в сторону расческу и повернулась к той, что заменила мне мать. Обняла ее за ноги и положила голову на колени. Почувствовала тонкие пальцы на голове. Женщина распустила шелковую ленту, стягивающую мои волосы, и та плавно сползла на пол…

Ощутив такие знакомые и родные прикосновения, я почувствовала, как по щекам побежали горячие слезы, и сильно прикусила губу, чтобы сдержать всхлип. Незаметно подняла руку, вытерла лицо и попыталась успокоить дыхание. Такой вечер грех омрачать истерикой.

В тишине раздался тихий стук двери и легкие шаги приближающейся подруги. Подняла взгляд на Амалию и заметила чуть покрасневшие глаза и бледные губы. В темном взоре мамы Мариоль было непонятное загнанное, обреченное выражение.

Отстранилась от наставницы, пересела в кресло и приняла от Мариоль свой инструмент.

Коснулась пальцами струн, пробежалась по ладам и осталась довольна настройкой. Вопросительно посмотрела на Мари и Амалию.

Те взгляд истолковали верно, подруга несколько секунд подумала.

– Спой что-нибудь на извечную тему! – попросила Мари.

Я согласно кивнула, минуту посидела, глядя перед собой отсутствующим взглядом, пытаясь найти в уголках памяти то, что мне сегодня захотелось бы сыграть.

Мне вспомнилась одна мелодия. Песня о любви. Да и под настроение она подходит. Да, вот эта…

Струны отозвались мягким перебором, и я привычно прикрыла глаза, погружаясь в мелодию…

И, рожденная чужими стихами, перед глазами встает история. Любви, отношений, жизни.

Случайный взгляд из-под смущенно опущенных ресниц, лукавая улыбка, грация движений. И все… Кто-то второй пропадает. И в этот миг кончаются слова и начинается любовь.

Весна не длится вечно. За ней приходит жаркое, томное лето, которое сменяет осень. Пора карнавала и увядания. Последней пляски жизни.

А потом зима. И снова то же самое… Но во взгляде из-под опущенных ресниц уже не лукавство прячется. Вот так кончается любовь и начинаются уже совсем другие слова.

Когда стихли последние звуки, Мари задумчиво проговорила:

– Что-то тебя совсем на непонятное сегодня тянет.

– Ну как получается, – попыталась улыбнуться я.

Некоторое время стояла тишина. Потом Амалия вдруг спросила:

– Почему ты выбрала именно ее?

Я ненадолго задумалась…

– Наверное, потому, что я с ней согласна, – наконец ответила.

– А что есть для тебя любовь, Аля? – задала новый неожиданный вопрос наставница, внимательно глядя на меня.

– Не знаю. Но я думала на эту тему. По моему мнению, это дружба, уважение, поддержка, взаимопонимание и химия тела, конечно, – перечислила я, глядя на вытягивающиеся лица окружающих.

– Ты любовь на составляющие разобрала? – первая пришла в себя Мари.

– А почему нет? – спокойно отозвалась я, задумчиво перебирая струны. – Ведь это все верно. По мне, так если нет хоть чего-нибудь из вышеперечисленного – счастья в отношениях не будет.

– Да, все так… – Мама Мари разгладила на коленях юбку, секунду подумала и опустилась на пол рядом с дочерью. – Но все же любовь – это волшебство. И если этой искры не появилось…

– Я не могу судить, – пожала плечами в ответ. – К сожалению или, скорее, к счастью, я пока этого чувства не испытывала.

– Если бы не обрывала все свои привязанности в зачаточном состоянии, то узнала бы его сама, – заметила Мари.

– Обрывала потому, что, даже если бы я полюбила, никто не позволил бы мне быть с любимым человеком, – ответила ей. – Так зачем себя напрасно мучить?

Внезапно Амалия тихо рассмеялась:

– Отстань от нее, Мари! Она и не смогла бы влюбиться в этих мужчин. Они слабее. А при таком раскладе возможно только возникновение материнского инстинкта. – Амалия ласково посмотрела на меня. – Спой что-нибудь классическое.

Я прикрыла глаза и провела по струнам рукой…

Поздним вечером, после расслабляющей ванны с лавандой, я вертелась в постели, не в силах уснуть. Не помогали ни пересчет скачущих через забор барашков, ни прочие бредовые премудрости. Потому выдохнула и решительно сползла с кровати. Если не спится, надо хотя бы провести время с пользой для ума. Так что наведаюсь-ка я в библиотеку. Можно будет или там почитать, или книги в спальню взять…

Я накинула на сорочку халат и влезла в пушистые домашние тапочки. Так как в темноте идти не дело, прихватила с тумбочки светящуюся сферу.

Путь в библиотеку был хорошо знаком, потому как это было наше с Мари любимое место в доме. Там уютно и пахнет книгами и древностью. А ведь это так притягательно… Библиотека семейства Лиоталь могла похвастаться поистине редкими экземплярами.

Тихо отворила дверь и проскользнула в комнату. Сделав несколько шагов, почувствовала, что ступила на ковер. На миг замерла и все-таки решила не отказывать себе в привычном удовольствии. Скинула тапочки и ступила босыми ногами на мягкий, шелковистый ворс. По губам помимо воли расплылась блаженная улыбка, и я немного покачалась с пятки на носок. Все же хороший, дорогой ковер имеет свои прелести.

В голову ненавязчиво постучала дельная мысль и доверительно намекнула, что у этого позднего визита в обитель знаний есть свои причины. Была вынуждена согласиться с этой редкой гостьей, а потому вздохнула и направилась к стеллажам.

Немного приподняла сферу, чтобы видеть названия на корешках книг, и медленно двинулась вдоль полки.

Что сегодня почитать?

Остановилась возле книг по истории и задумчиво провела пальцами по прохладным корешкам. Императоры, Хранители, Кланы… Взять? Стоило бы…

Кивнула своим мыслям, вытащила первую книгу и потянулась было за второй, как вдруг в тиши библиотеки раздался мягкий баритон:

– Доброй ночи, леди.

От неожиданности дернулась. Вторая книга выскользнула из пальцев и сильно ударила меня по руке, из-за чего я выронила как первый томик, так и светящуюся сферу. Они с глухим стуком упали на пол. Шарик мигнул и погас. Комната погрузилась во тьму.

– Как неаккуратно. – В темноте раздался тихий смешок и еле слышный шорох одежды, потом мягкие шаги.

– Вы кто? – Я сильно сжала руки и старалась не дрожать, хотя в животе прочно поселился холодок страха.

– Леди, – снова протянул красивый голос, как бархатом пройдясь по коже. – Какая вы… несообразительная. Догадки?

– Это не место для игр! – твердо ответила, всматриваясь во тьму. Но бесполезно, даже силуэта не видно. Только мягкие шаги то в одной стороне, то в другой. Словно издевается! – Не время. И вы выбрали неверный объект.

– Спорно, – тихо фыркнул мужчина. – Место – везде, где удобно. Время… Всегда, когда хочется. Зачем отказывать себе в такой малости, как желание? Вы… Вы заинтриговали. Только что. Я думал, что тут будет скучно. Даже не знаю, радоваться или огорчаться тому, что ошибся.

– Не понимаю… – растерянно отозвалась я.

– Ну же, леди Александра. – В голосе ночного собеседника послышалась улыбка. – У вас не так много гостей.

Поток воздуха от движения рядом коснулся разгоряченного лица, и я вздрогнула. Гости. Это может быть только…

– Однако меня поражает ваша реакция. – В голосе невидимого гостя слышались непонятные нотки. Не то одобрения, не то удивления. – Вернее, ее отсутствие. Поразительное самообладание, леди!

– А чем мне поможет истерика, господин Хранитель? – спокойно спросила в ответ. – Кстати, не ожидала вас тут встретить в такой час и в таком амплуа.

Поведение мужчины мне и правда казалось очень странным. Если учесть, как он вел себя днем…

В комнате раздались резкие хлопки, а потом одновременно вспыхнули два светлячка под потолком, осветив стоящего напротив меня мужчину.

– Браво, леди! – Он выпрямился и оглядел меня. – С третьей подсказки и на пятой минуте.

Чего мне стоило не вздрогнуть, знал, наверное, только сам Создатель. Когда наконец привыкла к свету, то разглядела так напугавшего меня гостя. Дневного Хранителя в стоящем напротив мужчине напоминали только снежно-белые волосы, сейчас заплетенные в небрежную косу. Одет он был крайне строго. В черно-белой гамме, которую немного разбавляла такая маленькая деталь, как домашние тапки веселого голубого цвета. Вместо маски на нем был легкий морок, не позволяющий запомнить черты лица.

– Добрый вечер, – спокойно кивнула я в ответ и наклонилась за упавшими книгами.

– Чего я вам пожелал еще пять минут назад, – иронично произнес мужчина.

Я поджала губы, но ничего не ответила. Подняла томики и уже потянулась за откатившимся шариком-светиком, как его перехватили изящные смуглые пальцы. Украдкой поморщилась, но протестовать не стала и поднялась.

Хранитель покрутил магическую штучку в руках, слегка встряхнул и легонько на него подул. В сфере сначала несмело, но потом все более уверенно затрепетал огонек светлячка.

– Пожалуйста, леди.

В мою ладонь плавно скользнул согретый теплом чужих рук шарик.

– Благодарю. – Я сжала сферу, прижала к груди книги и стала медленно отступать к выходу. – До завтра…

Вопросительная пауза была воспринята верно, и с легким поклоном блондин представился:

– Лирвейн Ниорд. Хранитель Воды.

– Очень приятно, – по возможности искренно заверила его и, скомканно попрощавшись, вылетела за двери.

Интересно, смех мне почудился или нет?

## Глава 2. Прошлое и будущее: грань

> Мотылек к огоньку,

> Ключик к замку,

> Черное – к белому,

> Разделенное – к целому!

> Саруман. Последнее испытание – испытание Огнем

Утро началось с дикого грохота где-то неподалеку. Затем последовала не менее дикая ругань, которая приоткрыла завесу тайны над многими неизвестными ранее аспектами размножения.

Моя персона ранним утром не отличается мирным, добрым нравом, и нецензурные вопли из коридора добродушия не добавляли. В конце концов, это приличный дом, а не портовая таверна! Вдобавок, как только слетел сон, мигом нагрянули воспоминания о вчерашнем дне и невеселые мысли о грядущем. Так что изрядно злая незапланированной побудкой, я накинула висящий на спинке стула теплый халат и вылетела за дверь.

Чуть далее по коридору наблюдалась забавная картина. И она стоила того, чтобы описать ее более детально.

Итак, место действия: небольшой участок коридора и парадная лестница.

Главные роли исполняют: два дюжих лакея, большущий черный кот Чучундрик, четыре ведра с горячей водой и наш управляющий – сэр Хьюгорт Мальвинский.

Если я правильно поняла, дело было так. Через некоторое время господа (то есть мы) должны были поднимать свои сиятельные пятые точки с кроватей. И им нужна была теплая вода для умывания, которую и несли наши лакеи. И вот когда они проходили мимо парадной лестницы, к ним под ноги выбежал Чуча. Причем настолько удачно, что один потерял равновесие и сбил другого. Ведра весело попрыгали вниз по парадной лестнице (грохот), по пути окатив невесть как оказавшегося там в такую рань управляющего (ругань). И так как вода была горячей, эмоции сэра Хьюгорта вполне можно было понять.

Я не стала дожидаться того, чтобы меня заметили, и зашла обратно в спальню. Там посмотрела в зеркало и порадовалась, что не позволила себя увидеть. Потому что потрепанные, заспанные и босые девицы никакого уважения не вызывают, будь они хоть трижды принцессами. Ложиться обратно уже не имело смысла. Так что я решила переодеться и собрать тот минимум, необходимый лично мне, а не Александре вир Толлиман, наследнице трона Изначальной Империи. Я – наследница. Никогда не думала, что жизнь совершит такой поворот. Не представляю, что мне предстоит. Но страшно. Мне очень страшно.

Так! Хватит мандражировать! Не буду думать об этом! С проблемами надо разбираться по мере их поступления. Пока мне надо благополучно выехать из имения. А для начала – собрать вещи.

Подошла к шкафу и, встав на цыпочки, вытащила вместительную сумку. Покидала туда несколько пар штанов и рубашек, куртку и смену белья. Потом аккуратно положила простенький, но изящный кошелечек с украшениями. Все, что у меня есть от моей настоящей матери. О ней я знала крайне мало. Практически ничего, как ни странно. После сбегала к комоду в другом углу комнаты и достала несколько мешочков с травами. Тоже пригодятся. Загадочное «вдруг», как правило, не минует своим присутствием. Тем более такой дуэт, как мы с Маришкой.

Потом нашла простенькое платье, в которое вполне можно было облачиться своими силами. Переоделась. Расчесала и заплела волосы в косу. Покрутилась перед зеркалом и осталась довольна своим внешним видом. Теперь можно и на люди показаться, как раз до завтрака полчаса осталось. Успею найти Амалию и провести ревизию жизненно необходимого, с ее точки зрения, в дороге. Много вещей мне не надо. Тем более в стольном граде гардероб придется полностью обновлять. Так что тащить платья мало смысла.

Прошла в гардеробную, где, судя по всему, должен находиться багаж. Матушка оказалась в своем репертуаре. В центре комнаты стояли два огроменных сундука и один средненький. Открыла один из них и удостоверилась, что наши с наставницей понятия о слове «минимум» очень разнятся. Так что все оставшееся время я потратила на то, чтобы разобрать вещи.

Все отложенное мною в дорогу вполне уместилось в том самом небольшом сундучке. Мне много не надо. Несколько платьев, пара амазонок, куртка, плащи и необходимые всякой девушке мелочи. Попрыгав на крышке для вящей утрамбовки моего «приданого», я с трудом закрыла этот ящик. Выпрямилась. Довольно оглядела поле битвы и, развернувшись, отправилась в столовую.

Путь мой был труден и тернист. Особенно на парадной лестнице. Там я порадовала свидетеля в лице рано поднятой и потому очень недовольной Маришки тем, что, поскользнувшись на еще влажных ступенях, едва не украсила пол внизу своей высокородной персоной. Слава богам и стихиям, успела ухватиться за перила. Далее с ними уже не расставалась.

Когда я оказалась внизу, то отпустила спасителей моего достоинства и подошла к подруге.

– Не волнуйся, твое высочество. Не одна ты этим утром почувствовала магнетизм пола и тягу к перилам, – не преминула она меня поприветствовать подобающим образом.

– Рада, что моя верная дама и здесь оказалась первопроходцем, – не менее ехидно ответствовала я. – Пошли завтракать.

И направилась к дверям в столовую.

Зайдя, поняла, что мы, как всегда, последние. Амалия и Хранитель уже были там. Матушка расставляла цветы в вазе, а водник-подводник сидел в кресле в углу комнаты и листал какую-то книгу.

– Доброе утро, леди Александра. – От «ледышки» опять веяло арктическим холодом. – Знаете, есть такая замечательная фраза: «Точность – вежливость королей».

Больше эта сволочь ничего не добавила, отрешенно глядя сквозь меня. Ситуация начинала потихоньку раздражать. Медленно, но верно. В прищуренных глазах Маришки читались аналогичные мысли.

– А еще такая: «Король и есть закон», – отозвалась я. Потом нацепила любезную улыбку и, пока Лирвейн не успел вставить следующую колкость, а матушка взвыть о недостойном поведении, сладким голосом пропела: – Ах, какое прекрасное утро! Надеюсь, все хорошо спали. Уважаемый Хранитель, позвольте представить вам мою подругу и компаньонку – леди Мариоль. – Мари присела в реверансе и расплылась в обворожительно-крокодильей улыбке. – Она будет меня сопровождать.

Хранитель встал с кресла и, оставив книгу на столе, подошел к нам. Поклонился мне, поцеловал Мари руку:

– Рад знакомству, леди Мариоль.

В этот момент Амалия позвала за стол.


Закончился завтрак без эксцессов. Быстрее всех справился Хранитель.

– Часа для того, чтобы закончить сборы, вам хватит? – Мы с Мари переглянулись и ответили утвердительно. – Великолепно! В таком случае, через час я жду вас. – Он вышел из комнаты.

Мы некоторое время молчали. Затем женщина подошла ко мне и Мари и крепко нас обняла.

Наставница коротко выдохнула и, выпустив нас из объятий, произнесла:

– Вам пора, девочки мои. – С тоской посмотрев нам в глаза, добавила: – Понимаю, что мы можем не увидеться. Поэтому хочу сделать вам маленький подарок. Я почти не рассказывала вам о своем прошлом, да и сейчас особо распространяться не буду. Раньше я была волшебницей. Достаточно сильной и амбициозной, чтобы хотеть большего, чем имела. Больше знаний, больше силы, больше денег, больше власти. Впрочем, эти понятия практически синонимы. Но во время одного из… экспериментов все пошло несколько не так, как планировалось. Я перегорела. Потеряла Дар. Не буду рассказывать, чего мне стоило после этого пойти дальше. Но не так давно способности начали возвращаться. И так как я никогда не бросала теоретических изысканий, то составила очень интересное плетение, которое вам точно пригодится. По сути, оно состоит в том, чтобы в критических ситуациях активировать резервные силы организма. В сложные моменты вы будете быстрее соображать, двигаться и прочее. Ненамного. Но часто и это спасает жизнь.

Амалия отошла от нас на шаг и, закрыв глаза, встряхнула кистями рук. Потом стала медленно светиться. Постепенно сияние начало от нее отлетать, концентрируясь в две небольшие сферы. Я прикрыла глаза и опустилась на уровень лент, где можно было видеть визуальное отображение энергии. Собственно, именно тут маги и работают. Отсюда плетение Амалии выглядело не менее впечатляюще. Матушка ловила воплощения сразу четырех стихий: Огня, Воды, Стали и Тьмы. Потом распыляла их на нити и пропускала через себя, наделяя чем-то еще. Женщина резко распахнула сияющие холодным голубым светом глаза. Сферы в тот же миг метнулись к нам и, ударившись о грудь, взорвались, осыпав голубоватыми искорками. Больно не было, только немного щекотно.

Амалия сразу осела в стоящее позади нее кресло. Было видно, что волшебство отняло у нее практически все силы.

– Как вы? – бросилась я к ней. Обеспокоенная подруга опустилась рядом и тоже взяла ее за руку.

– Все в порядке, дорогие. – Амалия слабо улыбнулась. – Вам пора. Идите. Мне нечего добавить к тому, что я говорила все эти годы. Вы обе знаете, как дороги мне. Так что бегите, мои котята, – потрепала нас по голове. – Хотя какие котята… Красивые юные кошки. Поезжайте! Желаю вам не растратить в странствиях ваши девять жизней. Идите же! – прикрикнула она на нас.

– Мама… – дрожащим голосом произнесла подруга, и я решила оставить их наедине.

Тихо прикрыв за собой дверь, вышла из гостиной и направилась в свою комнату переодеться.

Мне нужна была помощь, потому я поймала горничную, которая попалась прямо рядом с дверью. К слову, дорожный костюм был предметом моей гордости. Хотя бы потому, что, во-первых, был очень удобным, а во-вторых, аналогов у него не было. Если не считать костюм Мари, конечно.

По внешнему виду это была стандартная амазонка, но под отстегивающейся юбкой находились штаны. Так что костюм был удобен как для верховой езды в мужском седле, так и для убегания по пересеченной местности от неблагонадежных индивидуумов. В юбке особо не побегаешь.

Закончив одеваться, отпустила девушку. Затем решила сходить в библиотеку. Ведь дорога предстоит длинная, а потому не помешает взять что-нибудь почитать.

Хранилище знаний у нас, как и у любой уважающей себя дворянской семьи, довольно внушительное. Я распахнула тяжелые, резные двери из темного дерева и зашла в комнату. Приглушенный свет пробивался через золотисто-коричневые шторы, стены были отделаны светлыми ореховыми панелями. Книги стояли на стеллажах, уходящих под потолок. У дальней стены под окнами стоял большой письменный стол, на котором обитали большой подсвечник и глобус. А также мелочи в виде пресс-папье, письменных принадлежностей и некоторых книг. Взяла в руки один из томиков, которые отложила раньше. Это был модный приключенческий роман с юмором. Говорят, довольно неплохой. Что ж, возьмем его. И надо что-то серьезнее подобрать.

Заметила на противоположном конце стола толстую темно-зеленую книгу. Взяла ее в руки и прочитала название: «Стихии и способы работы с ними». Да, она мне незнакома. Что неудивительно, так как в нашей библиотеке вообще не было книг по магии. Если бы не события получасовой давности, то я бы не знала, что и думать. Но в свете того, кем оказалась Амалия и куда я еду… Скорее всего, это еще один подарок матушки. Признаться, очень нужный.

Вот только я не совсем понимаю, почему меня вообще ничему не учили. Ведь мой Дар, якобы спящий, от этого не менее ценный. Якобы…

Мне тогда было лет двенадцать. В очередной раз поссорившись с Маришкой, я убежала в лес и там нашла умирающего молодого мужчину. Он был сильно изранен. Когда я с опаской подошла и спросила: «Могу ли я чем-нибудь вам помочь?» – он улыбнулся и ответил, что вряд ли. Но попросил посидеть с ним. Сказал, что не хочет умирать в одиночестве. Мне не особо хотелось, чтобы кто-то отходил в мир иной на моих руках. Но желание умирающего – закон. Поэтому села рядом и взяла его за руку. Парня тряхнуло. Он уставился на меня ошалевшими глазами и сказал, что панихида отменяется, если позволю воспользоваться спящей во мне магией. Я была настолько растеряна, что ответила согласием.

Надо сказать, что обмен магией без лишних потерь и с наибольшей ее усваиваемостью – это достаточно интимный процесс. Проще всего через поцелуй. И вот это мне, двенадцатилетней, пытался объяснить бедолага. Естественно, услышав, в чем заключается моя роль, я едва не сделала ноги. Парень успел меня поймать и убеждал, что поцелуем это не будет ни в коем разе.

– Ведь искусственное дыхание поцелуями не считается, верно? – аргументировал он.

Убедил меня кратковременный обморок несчастного. Я поняла, что либо выпендриваюсь дальше и скоро спасать будет некого, либо соглашаюсь. Приведя его в чувство, обрадовала парня положительным ответом.

– Тогда слушай, – задыхаясь, начал говорить он. – Прижмись губами ко мне и дай добро на обмен.

– Как?

– Адресуй вглубь себя фразу: «Оковы снимаю, делюсь добровольно».

Я послушно подползла к нему поближе. По наитию взяла его за руки и, закрыв глаза, прикоснулась к нему губами. Затем послала внутрь себя заветную фразу. Ничего не изменилось. Тогда я приоткрыла губы, чтобы спросить, почему ничего не происходит. А он внезапно дунул мне в рот.

Это был не обычный воздух. Это был теплый сладковатый поток неизвестного нечто. Оно прокатилось по гортани и в солнечном сплетении окутало внезапно почувствованную мной искру силы. Я интуитивно поняла, что надо делать дальше. Выдохнула в ответ его силу, многократно усиленную моей. Отстранилась.

Прерывистое с хрипами дыхание исчезло, и вообще, даже на вид ему стало лучше.

Что с ним делать дальше, я не знала, но подумала, что в имение его лучше не тащить.


Мужчина провел чуть больше недели в наших владениях в одной из естественных пещер.

Я как могла часто убегала в лес. Он рассказывал мне о разных странах, народах и обычаях. Правда, своего имени так и не назвал. Так что я смело обозвала его Рыжиком. С полным на то основанием.

Сейчас я даже лица его не вспомню, разве только то, что особо симпатичным оно не было. Только волосы. Медные, отдающие красным. Длинные, густые и невероятно красивые. Когда он спросил, что бы я хотела получить за помощь, я попросила прядь на память. Аргументируя тем, что вряд ли где еще такие увижу. Он, рассмеявшись, согласился, поведав, что такой цвет является отличительной чертой мужчин их семьи.

Я вообще любила его волосы. Особенно расчесывать. Через несколько дней, увидев, какими голодными глазами я слежу за этим процессом в исполнении Рыжа, он встал и, усадив меня на валун с заботливо накинутым на него одеялом, опустился на землю у моих ног. Передал через плечо расческу.

– Бери-бери. А то у меня такое ощущение, что ты их повыдергиваешь сейчас. – Запрокинув голову, хитро усмехнулся. – Ты не поверишь, но они мне дороги. И даже ради такой очаровательной дамы я не готов ими пожертвовать.

Я робко улыбнулась в ответ и, запустив пальцы одной руки в его гриву, начала аккуратно расчесывать. На ощупь его волосы были ничуть не хуже, чем на вид. Гладкие и, как ни странно, немного теплые. Блаженствовала я минут, наверное, семь. Впрочем, судя по полуприкрытым глазам Рыжа, не была в этом одинока. После отдала ему расческу и присела рядом.

– Аль… – тихо окликнул он меня. – Знаешь, у нашего… мм… рода позволение расчесать волосы – это признак доверия. Значит, мы не боимся повернуться к этому человеку спиной.

Минуту я сидела неподвижно, ничего не предпринимая. Потом решительно стащила ленту с косы. И, откинув ее за спину, повернулась к парню тылом. Почувствовала прикосновения чутких пальцев. Он осторожно расплетал мне волосы. Затем не менее бережно разбирал их расческой. Следом аккуратно заплел. Протянул мне ладонь, в которую я без вопросов вложила ленточку, и перетянул косу.

Через неделю он мне сообщил:

– Не приходи завтра, девочка. Мне пора. Я и так чересчур задержался. – После чего взял нож и расческу, подал их мне и с улыбкой сказал: – Ты просила. Выбирай.

Мы примостились на любимом месте. Расчесав медное великолепие, я привычно запустила туда пальцы и, выудив из гривы прядь, осторожно ее отрезала. Нож был странный. Весь в незнакомых символах.

Непонятно чем довольный Рыж повернулся ко мне. Забрал нож с расческой и, указав на мои волосы, спросил:

– Позволишь?

– Что именно? – настороженно осведомилась я.

– Все! – с дьявольским смешком ответил этот бессовестный. – Расчесать и взять прядь на память, конечно!

– Зачем тебе?

– На память, сказано же. Что ж ты недоверчивая такая?

Не знаю почему, но предвкушение на его лице мне не понравилось. Но что такого? Ведь он позволил взять свою.

– Ла-адно… – протянула я, разворачиваясь спиной.

Ничего страшного или неожиданного не случилось. Все как обычно, за исключением того, что в этот раз мне немного обкорнали шевелюру.

– Ну вот, а ты боялась. – Меня обняли и нежно выдохнули на ушко: – Глупый ребенок. Доверчивый…

От неожиданности подпрыгнула, и рыжий гад получил от меня в челюсть. Да-а-а… Затылок страшное оружие.

Вырвавшись из его рук, отползла подальше.

– Ну и зачем? И что это вообще было, драгоценный?!

Свои слова и действия Рыж никак не пояснил. Сразу после «стрижки» он выпроводил меня домой.

На следующий день в пещере уже не было и следа того, что она некоторое время была обитаема. С тех пор я ни разу его не видела. На память осталась длинная медная прядь, которую так и не выкинула за эти годы. И что самое странное… Обычные волосы с годами перестают быть «живыми», а эти… будто вчера срезала. Они даже по-прежнему немного теплые.


Погруженная в мысли и воспоминания, вышла из библиотеки. Прошла обратно в свою комнату и уложила выбранные книги в собранную сумку.

Послышался звук открываемой двери. Искоса бросив взгляд, увидела, как ко мне подходит Мариоль. Подруга молча встала рядом, и мы некоторое время стояли, просто глядя в окно. Потом я, настроившись на рабочий лад, решительно произнесла:

– Нам пора! Ты уже все собрала? – Она взглядом указала мне на небольшую сумку у входа. – Ну и замечательно. Уже наверняка ждут. В последние два дня у нас появилась нехорошая привычка опаздывать. Если Хранитель опять появится раньше, то не смолчит. Я тоже. А дорога длинная, и ссориться не стоит.

– Да он наверняка за минуту до нас на завтрак явился! – возмущенно ответила подруга. – А устроил такое, будто минимум час ждал. Что он вообще к тебе прицепился? – Маришка вдруг ехидно улыбнулась: – А вот в том, что дорога длинная, ты права. Как насчет того, чтобы сделать ее еще и веселой?

Я с сомнением посмотрела на подругу.

– Тут твои обычные штучки не прокатят, не тот уровень. Да и реально ли? Все-таки Хранитель.

– Ой, будто это только мои! Напомнить, кто автор большинства? – Меня ткнули пальцем в грудь. – Не строй из себя овцу! А по поводу ледышки… Кто мешает попробовать? Попрактикуемся. У тебя тот еще террариум при дворе. А ведь надо каким-то образом заставить их принять тебя как Императрицу. Уважать заставить. Конечно, большинство наших шуток – это детский лепет, но если удастся на чем-нибудь поймать Хранителя, то у тебя появится союзник.

– Ага. Или враг. С нашими методами второй вариант более вероятен, – скептически глянула на Мари. – Я вообще не понимаю, почему за мной приехала такая важная птица. Будто у него дел мало.

– Непонятно, – согласилась со мной Мари. – И почему практически нет эскорта, тоже неясно.

В процессе разговора мы вышли из дома. Во дворе уже стояла карета, но Лирвейна еще не было. Это утешало, так как не хотелось портить себе и так не радужный настрой конфликтом.

Около кареты седлали лошадей двое мужчин весьма внушительного вида. Их оружие тоже вызывало уважение. У одного меч, арбалет и пояс с ножами. У другого – сабля и лук.

– Мало того что эскорт практически отсутствует, так и тот, что есть, скорее на разбойничий дуэт смахивает. Аль, ты уверена, что нас во дворец повезут?

На этой оптимистичной ноте дуэт разбойников превратился в трио. Из-за угла вышла симпатичная светло-рыженькая девушка лет двадцати пяти. Девушка весело спросила своих приятелей:

– Ну что? Наши мамзельки еще не выползли?

Похоже, нас они до сих пор не заметили.

– Нет пока. Ждем, – ответил молодой брюнет. – Благоро-о-одные дамочки, чего ты от них ожидаешь, Лиссу?

Я искоса глянула на Мари. Эпитеты в наш адрес не только мне показались нелестными. Поэтому, спускаясь с крыльца, я холодно произнесла:

– Не волнуйтесь. Мамзельки уже здесь. – Дождавшись реакции в виде растерянности и смятения на лице Лиссу и двух мужчин, добавила: – Теперь давайте знакомиться. Я – леди Александра, это моя подруга – леди Мариоль.

– Доброе утро, барышни. Простите моих подопечных за длинный язык, – первым совершил ответный жест старший мечник. На вид ему было где-то около сорока лет. Он вызывал доверие. Спокойное, уверенное лицо, серьезные зеленые глаза, короткие темные волосы. – Мы будем сопровождать и охранять вас на пути в столицу. Я – Гиз.

Следующим поклонился второй наемник. Интересный мужчина средних лет.

– Присоединяюсь к Гизу. Тоже смиренно прошу прощения. Я – Армирин, – задорно сверкнул синими глазами и склонил черноволосую голову.

М-да… Судя по поведению, типичный бабник. А если учесть пламенный взгляд, которым он сразу ощупал подругу, то держись, Маришка!

Последней представилась девушка.

– Здравствуйте. Меня зовут Лиссу, – подняла на нас голубые глаза. – Я волшебница и лекарь в этом отряде.

За спиной хлопнула входная дверь и послышались быстрые шаги. К нам приблизился Хранитель.

– Все уже в сборе. Отлично! По лошадям и каретам! Нам надо спешить. – Он помог мне забраться в наш транспорт, а Мариоль поддержал Армирин.

Закрыла дверцу и увидела из окна, как Лирвейн поспешно подошел к своей лошади, забрал у рыжеволосой Лиссу повод и легко взлетел в седло. Против воли залюбовалась, и, признаться, было чем. Снежные волосы убраны в высокий хвост, широкие плечи обтянуты обычной кожаной курткой, черные штаны и высокие сапоги облегали сильные ноги. Лицо конечно же было не разглядеть, но тем не менее… Судя по мечтательному взгляду целительницы, она разделяла мое понимание прекрасного.

Я зацепилась взглядом за странную штучку на поясе блондина, несколько секунд вспоминала, что же это такое, а потом взглянула на Хранителя с нескрываемым уважением.

Гизора… Необычное оружие и очень редкое. Эта прелесть представляла собой трехметровую прочнейшую нить с нанизанными на нее костяными бусинами. Бусинки были не простые, а с секретом. При приведении оружия в боевой режим из ее граней выдвигались тонкие лезвия. А дабы нить не ранила хозяина, ее зачаровывали так, чтобы лезвия при приближении руки бойца уходили обратно в бусины. Так что стоило это удовольствие очень прилично. Как и услуги ее обладателя. Гизора довольно сложна в обращении, соответственно, мастеров, ею владеющих, было немного.

Остальная команда уселась на лошадей. Потом возникла заминка.

И тут меня осенило. Вопрос: кто у нас кучер? Ведь остальные уже верхом. И если карета наша, то и кучер должен быть наш. А кандидатура на эту роль только одна. Вообще у нас их две. Старик Силентий и его непутевый внучек Винки. Старичку уже не до дальних дорог. А это значит…

Я выскочила из кареты злая, как Ирида, которую в очередной раз мужик обманул. Никак не отреагировав на оклики, быстрым шагом подошла к маленькому домику за конюшней и пинком распахнула дверь. Узрела блондинистого свинтуса, который сладко спал в обнимку с какой-то девицей, и зарычала. Недолго думая, схватила ведро с холодной водой, стоявшее у входа, и опрокинула его на сладкую парочку. Вопль был громкий. Девушка только тоненько визжала, но ее вокальные данные абсолютно терялись на фоне богатырского голоса парня.

Продрав глаза и увидев злую меня, он мигом заткнулся. А потом в его глазах мелькнула искра разума. Разум породил мысль. Та, в свою очередь, оформилась в догадку.

Винки выпроводил девушку и тоскливо спросил:

– Проспал?

– Чудеса логического мышления! – рявкнула на него я.

– Ваш вашество, – пробормотал парень, отводя глаза. – Простите! Сейчас буду.

– Карета стоит и ждет! Все уже верхом! А мне опять за тебя краснеть? Ты всех подвел!

– Не ругайтесь так… Еще и словами непонятными.

– Ты слуга в моем доме! Тебе раньше все сходило с рук исключительно из-за твоего деда. Но сегодня ты перегнул палку. У тебя две минуты! – Хлопнув дверью, вышла на улицу и пошла обратно к команде, Хранителю и Мариоль.

Что-то совсем мы Вина распустили… Да, росли вместе, но субординацию все равно надо соблюдать. Не говоря уже об элементарной ответственности по отношению к порученной работе.

По пути меня догнал Винки. В полной тишине под недоумевающими взглядами я проследовала к Мари. Как только Вин занял свое место, наша процессия тронулась.

## Глава 3. Дорога: шаг первый

> Дела шли хорошо, но неизвестно куда.

Маришка уже минуты три не могла успокоиться.

– Ой-ей! Ты бы видела их лица! Когда ты злющая унеслась, они просто недоумевали. Но когда из-за конюшни раздались грохот, дикие вопли, а потом оттуда вылетела девица с вытаращенными глазами и в мокром одеяле, высокая компания уже пребывала в глубочайшем шоке. Заключительным аккордом было появление «ранимой и тонко чувствующей» леди и идущего следом, как телок на веревочке, здоровенного бугая. Александра, в такие моменты я горжусь, что ты моя подруга.

– А в остальное время, получается, не гордишься? – иронично спросила у Мари и поправила прическу.

– Почему? Просто ты обычно очень сдержанная.

– Ну надо же кому-то тормозить тебя иногда?

– Да ты что? Сама хороша! Одно явление Ириды вспомнить! А остальные твои авантюры? Кто у нас по лесам непонятно что и кого собирает? – возмущалась Маришка.

– Ты о чем? – Я отвела глаза и посмотрела в окно в поисках того, на что можно переключить внимание подружки.

– Как о чем? Ладно, если это просто живность какая. Но когда ты мужиков незнакомых там находишь, это уже не очень хорошо. Тем более настолько опасных и… жутких. – Мариоль зябко поежилась и, поймав мой недоуменный взгляд, пояснила: – Я один раз проследила за тобой. Когда ты ушла, этот рыжий меня поймал. Даже не знаю как… Только что в двадцати саженях был – и через несколько секунд уже за горло держал. Глаза у него страшные были, – зябко поежилась Маришка.

– Но… Как? Когда? Почему ты мне ничего не сказала?

– Ты бы тоже не распространялась на моем месте, – покосилась на меня подруга.

– В любом случае это было восемь лет назад. Много воды утекло. С тех пор он не появлялся. – Я неосознанно прижала ладонью карман, в котором находились два кошелечка. Один с деньгами, а другой с ценными для меня вещами. Во втором также находилась прядь волос Рыжа.

– Я бы на твоем месте не расслаблялась. Такие личности навсегда не пропадают. Тем более мы выползаем из своей раковины. Говорил он правильно. Оружием наверняка тоже владеет замечательно. Не простого рода твой знакомец, принцесса. И не забывай, кто ты… Практически Императрица.

– Успокойся, Мари, – отрезала я. – Мы вообще до столицы можем не доехать. Ты забываешь о том, что на троне меня мало кто желает видеть. Да, я первая в списке наследования, но только благодаря Дару. Если меня не станет, Кланы некоторое время повыясняют отношения, но все же поделят сферы влияния, и на престол взойдет человек без силы.

– Получается, единственная надежда на заступничество Совета Хранителей, – нахмурилась Мариоль.

– Да, – кивнула я. – Им не выгодна моя смерть. Если уберут Императора… или Императрицу, то надобность в Совете отпадет, а на них очень у многих имеется нехилый зуб. Некоторые считают, что страна нерационально использует переселенцев. Хранители не дают их переловить, посадить под замок и спокойненько выжимать полезную информацию. Да и не только это… Они во многих областях Кланам костью в горле стоят.

– Понятно, – прикусила губу подруга. – Если не станет Совета, то полетят многовековые устои страны. Новый правитель – это всегда перемены. Но если не будет Хранителей, то во главе государства встанет обычный человек. Никто не знает, как все обернется…

– Верно, – кивнула я и досадливо поморщилась. – Сама знаешь, у нас и так идет ярко выраженное расслоение общества. Вдобавок отец в последние годы пренебрегал своими обязанностями. Как политическими, так и обязанностями Проводника стихий. Поэтому в стране сложная ситуация. Все на грани. В провинциях начинается голод, продажность чиновников даже у воров вызывает восхищение, а беспредел со стороны знати все растет. – Я устало потерла виски и откинулась на спинку сиденья. – Распустились. Забыли, как дед их прижимал. Вот это был Император! Как он мог воспитать такого слабого наследника?

Тут возле окошка раздался смешок, и негромкий голос с ироничными нотками проговорил:

– Какое у леди нелестное мнение о венценосном родителе…

Я вздрогнула и резко повернулась к окну, но успела заметить только широкую спину и белоснежную косу Хранителя, который уже вновь пропал из вида.

– Ну и слух, – поежилась Мариоль.

– И вообще на диво вездесущий тип, – со вздохом согласилась с подругой.

На этом разговор завершился, и спустя некоторое время нас одолела сонливость. Мы с Мари решили все-таки вздремнуть, так как дружно пришли к выводу, что во дворце спать если и придется, то вполглаза.

Подумали и растянулись каждая на своем сиденье. Я прикрыла глаза и занялась любимым занятием. Перед отходом ко сну всегда хорошо думается.

Что мы имеем? Разберем ситуацию на плюсы и минусы. Потом попытаемся составить приблизительный план действий. Планирование вообще хорошая штука, даже если вспомнить торговлю. Одна из главных аксиом: «Один час планирования продлевает жизнь вашего дела на неделю». Будем надеяться, просто жизнь тоже продлевает!

Итак, общая ситуация. Я – наследница. Если все пройдет хорошо (то бишь похорон со мною в главной роли не будет), значит, через год меня коронуют.

Плюсы:

Смогу стабилизировать ситуацию в стране.

Замуж, конечно, выходить все равно придется, но теперь можно выбрать супруга самой. Навязать, конечно, могут попытаться, но раньше я даже трепыхаться не могла. Выбор, скорее всего, будет небольшой, но это в любом случае лучше, чем было раньше.

Развитие. Все же учиться придется многому.

Динамика в жизни. Думаю, тоже можно отнести к плюсам. Что-что, а скучать мне не придется.

Минусы:

Помереть могу. Первый и самый главный минус. Так как если он случится, то на все плюсы мне уже будет плевать с высокой колокольни.

Убить могут и Маришку. Вот этого допускать нельзя.

Интриги. Могут сделать марионеткой. Опоят чем-нибудь – и все. И как минимум выдадут замуж за кого-нибудь всем удобного.

Вывод: четыре на три. Во-о-от! Так держать.

Теперь план действий. В данный момент я в дороге и особо ничего сделать не могу. Но у меня есть с собой книга, подкинутая Амалией, и Хранитель Воды под боком. И от последнего надо получить как можно больше полезного.

Также надо заняться самообразованием. Ехать и просиживать юбки с моей стороны верх глупости. Не та ситуация.

Под эти мысли я задремала. Несколько раз открывала глаза, но под мерное покачивание кареты засыпала дальше.

Окончательно разбудил меня поток холодного воздуха, скользнувший по лицу. Возле открытой дверцы стоял Хранитель.

Потом мне в руки впихнули небольшую корзинку и сообщили, что в ней наш обед. Также порадовали тем, что ночевать сегодня будем под открытым небом.

После этого дверь невежливо захлопнулась, и через минуту мы тронулись дальше.

– М-да… – протянула подруга. – Верх галантности.

– Да ладно. Я уже привыкла, – махнула рукой я.

Следующий час мы неторопливо расправлялись с содержимым корзинки. Но, несмотря на все поистине героические усилия, полностью одолеть ее не получилось.

Постепенно начинало темнеть, и пришлось сделать вывод, что день мы провели крайне непродуктивно. Половину проспали, другую половину болтали на отвлеченные темы. Я даже книги не доставала.

Карета остановилась. Не дожидаясь активистов нам в помощь, самостоятельно выползли из нее. По-другому сие действие было не назвать, потому как после дня преимущественно в сидячем положении тело ужасно ныло. О том, как я себя стану чувствовать завтра, даже думать не хотелось. Может, лошадей прикупить в ближайшем населенном пункте? Негромко озвучила эту дельную мысль. Мари ее одобрила.

Ночь прошла благополучно, хоть и спать на жестком лапнике было неудобно.

Следующим утром, сидя в карете, я достала свою сумку и стала копаться в ней в поисках книг.

По идее, надо бы заняться магией, у меня и так весь вчерашний день потерян. Но, честно говоря, совсем этого не хотелось. Потому с тоской поглядела на зеленую книжку и отложила ее в сторону. Что там еще есть? «История». Кланы… Никогда не любила эту тягомотину. Может, проще Хранителя напрямую спросить, с кем мне придется столкнуться? Так и сделаем, наверное.

Взяла в руки другую, критически оглядела красочную обложку с говорящим названием: «Приключения попаданки». На мое сиденье пересела Мари и полюбопытствовала, на что я тут смотрю с таким кислым видом. Продемонстрировала ей томик. Мариоль захихикала, потянулась к своей сумке и вытащила оттуда книжки. Верхней ожидаемо оказались «Яды и противоядия», Мари была неравнодушна именно к этой отрасли химии. Правда, на ком она тестирует растворы, я не спрашивала и не собираюсь. Увлечение подруги контролировала ее мать, так что волноваться было не о чем.

Вторая книга, взятая Мариоль, была аналогом моей «Попаданки», а вот третья заставила меня нервно захихикать. «Правила придворного этикета». Я ошалело уставилась на брюнетку.

– Не смотри на меня так! Это мама! Интересно, на что намек…

– Намек на то, чтобы мы не смели опозориться при дворе, – вздохнула я.

– М-да… – Подруга повертела в руках томик и отправила его обратно в сумку. – Потом полистаем.

Шанс потрясти Хранителя по поводу Кланов выпал тем же вечером. Хотя после того, что он устроил в библиотеке, я не горела желанием с ним сближаться, вариантов особо не было. Так что пришлось идти на диалог с этим непонятным эксцентриком. А кто он еще? То ироничный на грани издевательства, то холодный как лед.

Лирвейн особняком сидел около костра, листал какую-то папку и время от времени делал пометки в блокноте. Когда подошла, он поднял на меня серые глаза и вопросительно изогнул белую бровь:

– Чем обязан?

– Я бы хотела прояснить некоторые вопросы, – потеребила кончик косы и нерешительно взглянула на него.

– Присядьте. – Мужчина отложил бумаги и подвинулся, освободив место рядом с собой. – Слушаю вас, леди.

– Я бы хотела знать, с кем мне предстоит столкнуться при дворе. И вообще политическую обстановку.

– Да… – Он кивнул и перевел задумчивый взгляд на огонь, а потом вновь посмотрел на меня. – Мое упущение. Значит, вас интересуют Кланы…

– Скорее самые политически активные их представители, – уточнила я. – Ну и все, что вы пожелаете рассказать.

– Восемь Кланов, – задумчиво протянул Лирвейн. – Четыре из них – это титаны большой политики: Алые, Синие, Белые и Серебряные.

– Слышала, что их родоначальниками являются элементали стихий, – осторожно проговорила я.

– Ве-э-эрно, – протянул мужчина, все так же глядя на огонь. Тени и блики плясали по его лицу, делая черты более резкими и хищными, а в грозовых глазах янтарем сверкали отблески пламени. – Именно поэтому они главенствующие. Начнем с Алых. Самая сильная наша головная боль на сегодняшний день. Глава Алых – Мелькиор Золотоносный. Свое имя полностью оправдывает. Гениальный финансист. При нем Клан достиг тех высот, которые занимает сейчас.

– Любопытный тип.

– Еще какой, – согласно кивнул мужчина. – Есть дочь – Лилит. Фаворитка твоего отца. Опасная зубастая пиранья. Но наибольший интерес представляет его сын, Евгран Пламенеющий. – Мужчина поджал губы, судя по всему, к упомянутому Алому он относился не очень хорошо. – Пять лет назад занял должность главы службы безопасности своего Клана. По странному совпадению именно с того времени в императорской семье и начало твориться неладное. Нервы мотает всем без исключения, от своего семейства до конкурентов. – Лирвейн потер подбородок, усмехнулся и словно нехотя признал: – Потрясающе талантливый, изворотливый рыжий змей.

– Невесело, – проговорила я.

– Еще как, – согласно кивнул головой мужчина. – Поехали дальше. Синий Клан. Глава там… – Хранитель только досадливо поморщился. – Можно даже не упоминать. Ничтожество. Точнее слова не подберешь. А вот его супруга… По сути, именно она там хозяйка, сильная и волевая женщина. Ингрид Вьюжная. Холодная, умная, расчетливая. Клан держит в ежовых рукавицах. Но у нее есть фаворит, который имеет на Вьюжную большое влияние. Адис Вермен… Скользкий тип.

Мужчина замолчал, задумчиво глядя в огонь.

– Понятно, – протянула я, чтобы хоть как-то заполнить паузу.

Хранитель Воды покосился на меня, едва заметно улыбнулся и продолжал:

– Белые. Хитрые, изворотливые мерзавцы. Короче, весьма полезные индивидуумы, если их пристроить на нужное место, – прищурил серые глаза мужчина и поправил выбившуюся белоснежную прядь. – Превосходные менталисты, да и вообще специализируются на магии разума. Глава Хелкор Сияющий. Ваш министр, кстати. Ведает торговыми и дорожно-транспортными направлениями. Как видите, второе у нас в хорошем состоянии только потому, что необходимо для нормальной работы первого. Еще этот Белый, судя по всему, часто путает государственную казну со своим карманом. Но поймать поганца еще не удавалось, да и ваш батюшка не особенно старался, надо признать. А тем, кто пытался, карт-бланш на действия не давал.

– М-да… Работы будет много. Отец уделял интересам своей державы прискорбно мало времени, – подвела итог разговору и грустно вздохнула.

– К сожалению, леди, – вздохнул блондин. – Продолжим. Итак, Серебряные. Обитают на севере, граничат с землями дроу. С темными ладят неплохо, но постоянно соревнуются за сферы влияния. Крепко держат в своих цепких лапах горную промышленность и выпускать не собираются. Богаты и влиятельны. Сильно при дворе не светятся, но, что называется, держат нос по ветру. Также этот Клан курирует здравоохранение и образование. Возможно, именно поэтому половина страны еще не вымерла от какой-нибудь эпидемии, а уровень интеллекта населения не стремится к нулю, и люди ориентированы не только на примитивные инстинкты. Глава…

Закончить Хранитель не успел, так как его позвал один из наших сопровождающих. Лирвейн извинился и откланялся.

Мариоль принесла мне чай и снова куда-то убежала. Несколько минут я просто грела озябшие пальцы о горячую кружку.

Ну что, подведем итоги.

На финансах у меня большой и толстой попой сидят Белые, которых периодически пытаются подвинуть Серебряные, подмявшие под себя практически всю тяжелую промышленность страны. В прибрежных владениях Синих большая часть портов и, соответственно, флот, где на ключевых постах наверняка расставлены нужные им фигуры. М-да… Невесело.

Еще не стоит забывать про Алых, во владениях которых практически все плодородные земли юга.

Получается, Империей уже не один год правят Кланы, а Император у нас существует в качестве декорации. Но, надо признать, с задачей в принципе справляются, так что надо подумать, как стимулировать их деятельность дальше.

На этом мои размышления опять прервали известием, что ужин готов.

После него мы уже легли спать.


Следующие два дня ничем кардинально не отличались от прошедших. Но на утро третьего мы подъехали к обещанному городку с поэтичным названием Верхние Незабудки.

В городе мы решили не задерживаться. Хранитель по традиции свалил в неизвестном направлении, что наверняка было к лучшему. Когда Гиз с Лиссу отправились за припасами, мы под охраной в лице Армирина решили погулять по городу.

Во время прогулки выяснилось, что цены в этом городишке иначе как обдираловкой не назовешь. Вряд ли за те пару месяцев, что мы никуда не выбирались, инфляция успела сделать такой скачок. Хорошо, что мне ничего не приглянулось до такой степени, чтобы выкладывать за эти вещи такие дикие суммы. И все-таки интересно, почему тут так дорого… Незабудки не так уж далеко от нашего имения, и вряд ли цены так сильно различаются. Неужели местные власти вертят денежным курсом как хотят?

Вспомнив про основную цель прогулки, мы разузнали, где можно приобрести лошадей. Как выяснилось, нам повезло. Сегодня был воскресный день, и потому, в числе прочих, на продажу привезли лошадей местной и, судя по отзывам, очень неплохой конюшни, которая специализировалась на селекции пород. Если не ошибаюсь, моя Метель родом именно оттуда.

Придя на место, мы начали гулять между рядов, присматривая себе лошадок. Армирин смотрел на это косо, но протестовать не решался. Заметив вывеску с названием «Филанделинские лошади», пошли в ее сторону.

Выбор оказался очень хорош. Вот только был один минус. Стоили коняшки очень и очень прилично. Деньги у меня были, но на двух лошадей уйдет большая часть сбережений, а это плохо. Вывод: будем торговаться! Только есть одна проблема. Невзирая на то что женщина у нас практически полноправный член общества, прекрасный пол как знаток лошадей не воспринимается. Тем более выглядим мы как благородные. То есть цену наверняка накрутили еще и поэтому. Тут за спиной раздался знакомый и крайне недовольный голос:

– Уважаемые леди, позвольте полюбопытствовать – что вы тут делаете? – Кто еще мог явиться в самый неподходящий момент? Гулял же невесть где, так и гулял бы дальше!

Но Хранитель, к сожалению, уже тут. А я все еще совершенно непочтительным образом стою к нему спиной. Хотя… В том, что он пришел, есть свои положительные стороны. Он выглядит достаточно серьезно и внушительно.

Ну-с… Раз, два, три! Грудь вперед, плечи назад, расплываемся в приторно-сладкой улыбке. Леди Александра вир Толлиман, встречайте. Правда, на этот раз мы немного повеселимся. Все в пределах приличий, что вы!

Резво развернулась и с радостным восклицанием бросилась к опешившему Хранителю:

– Ах, дорогой! – Квадратные глаза что у Лирвейна, что у Армирина. У Мари только слегка округлились. Она более привычная, ага. – Как удачно, что ты нас нашел! Тут такая проблема, такая проблема! Мы все в раздумьях!

Все это проговорила, уже успев повиснуть на локте, надув губки и невинно заглядывая в глаза. Судя по первому едва заметному порыву, ему уже хотелось вырваться и сбежать. По лицу блондина прошла тень удивления, которая сменилась настороженностью. Но игру он принял.

– Какая проблема так потрясла умы прекрасных леди? – ехидно спросил этот… Ах так?

– Да вот, лошадок хотим купить и никак не определимся, кто лучше. Кого посоветуешь выбрать? – прочирикала и хитро сверкнула на него глазками.

Вот тебе! За «высокомерную и невоспитанную», а также за испорченный завтрак.

– Прошу нас извинить. Мне надо перемолвиться с леди парой слов тет-а-тет, – и крепко взяв меня, даже мяукнуть не успевшую, за локоть, потащил в сторону от Мариоль с Армирином и чудных филанделинов. Отошли мы недалеко, ровно настолько, чтобы не стоять в толпе. Там меня резко развернули спиной к стене (хоть не впечатали) и вкрадчиво спросили:

– Александра, что за глупый цирк вы устроили? И какие лошади, вы с ума сошли?

– Ни в коем разе, – тут же скинула маску легкомысленной дурочки.

– Тогда как вы объясните свои действия? – возмущенно продолжил мужчина.

– Я хочу купить лошадь, что непонятного? И отпустите вы меня наконец! – попыталась отвоевать обратно все еще сжимаемый Лирвейном локоть. Не получилось…

– Зачем? – удивленно посмотрел он на меня. – Чем вам не нравится путешествие в карете?

– Не то чтобы не нравится, но целыми днями находиться в замкнутом пространстве утомляет. – Я пристально посмотрела на него. – Представьте себя на моем месте.

– Невозможно! Вы будете нас тормозить! В женских седлах быстро и далеко не уедешь, – категорично ответствовал Хранитель.

– Мы поедем в мужских.

– Не может быть и речи. Это неприлично.

– Да кто, кроме вас и команды, это увидит! – возмущенно ответила я.

– Значит, принцесса у нас без комплексов? И на мнение людей ей плевать?

– Не утрируйте! Лиссу едет верхом, и это воспринимается вами нормально. Почему нам нельзя?

– Лиссу волшебница и может за себя постоять.

– Лирвейн… – посмотрела в серьезные серые глаза. – У нас два варианта. Или вы помогаете мне купить лошадей и до столицы я слушаюсь вас беспрекословно. Или я все равно покупаю их сама и…

Хранитель, отпустив мой локоть, ударил кулаком о стену. Причем так, что посыпались кусочки штукатурки.

– Хорошо, – выдохнул он и провел рукой по волосам. – Я понял вашу позицию. Но это не снимает вопроса о… странности вашего поведения.

– Я хотела, чтобы вы помогли мне сторговать лошадь.

– А почему просили таким… эксцентричным методом?

– Ну-у… Продавец накручивает цену, потому что я женщина, – проникновенный взгляд. – Вы мне были очень нужны.

Он окинул меня злым взглядом и потянул обратно, схватив за многострадальный локоть.

Там с ледяным спокойствием выбрал нам двух кобыл. Рыжую с более темными гривой и хвостом и гнедую с белыми «чулочками». Когда продавец назвал цену (кстати, меньшую, чем говорил мне), блондин умудрился сбить ее еще на четверть. Все-таки я не прогадала, что обратилась к нему. Вот только опрометчиво данное обещание…

Я полезла в сумку за деньгами. Но, достав и направившись к продавцу, увидела, что тот уже пересчитывает монеты, полученные от Лирвейна. Рассудив, что ему не хочется, чтобы дама расплачивалась за купленных им лошадей, решила отдать деньги позже. В это время как раз вернулись Мари и Армирин. Последний тащил на себе седла, попоны, уздечки.

Так что, нагруженные покупками, мы направились обратно. Часа через полтора, завершив все дела и оседлав купленных лошадей, выехали из города.

Я наблюдала за Лирвейном. Длинная белая коса очень завлекательно покачивалась. Туда-сюда, туда-сюда. Уже в который раз подавила абсолютно детское желание за эту косу дернуть и посмотреть, что будет. М-да… Спасибо «Попаданке». Здравствуй, деградация личности!


В середине дня мы решили немного проехаться галопом. Через час, отплевываясь от пыли и волос, я достала из сумки платок и, повязав его на голову, устранила вторую проблему. С первой, к сожалению, справиться было невозможно. А ближе к вечеру поняла, что хочу две вещи: смыть с себя дорожную грязь и упасть на что-нибудь мягкое. Пятая точка и бедра ныли. Зверски. О завтрашнем утре старалась не думать. Зачем? Изменить уже ничего не смогу, а страдать на эту тему раньше времени не вижу смысла. У меня вообще страусиная политика жизни. Я, как и эта большая птица жаркого континента, решаю проблемы по мере их поступления. И как правило, тогда, когда отвертеться не получается. То есть либо ты выныриваешь из песка, либо тебя жрут.


Уже темнело, когда мы приехали на место предполагаемой стоянки. Спешившись, расседлали и обтерли своих лошадей. Хранитель опять куда-то ушел. Винки и Армирин отправились за дровами и лапником, а Гиз с Лиссу занялись разборкой вещей. Мариоль стала им помогать. Я краем уха услышала, что неподалеку имеется озеро. Уточнив его местоположение, подхватила сумку и, решительно отказавшись от сопровождения, направилась в указанную сторону. Купаться. Также проигнорировала невнятные вопли о том, что в данный конкретный момент мне туда ходить не рекомендуется. Немного поплутав по колючим зарослям малины, вышла на берег озерка. Вид на мгновение заставил меня замереть в восхищении.

Последние лучи заходящего солнца вызолотили поверхность воды. Они заливали теплым янтарным светом и весь бережок, и сосновый лес за моей спиной. Вдохнула полной грудью вечерний воздух и мечтательно улыбнулась закатному небу. Давно не было так хорошо и спокойно. Прекрасное озеро, пение птиц, теплый ветер. Восхитительно. Вода после жаркого дня отчаянно манила к себе, и я не стала сопротивляться.

Кинула на песок сумку. Быстро разделась до рубашки и расплела косу. Запустила пальцы в волосы и немного помассировала голову. Хор-р-рошо-то как!

Стала постепенно заходить в воду. Кожа покрылась мурашками, а вершинки груди натянули ткань сорочки. Когда вода достигла середины бедра, нырнула. Сначала меня обожгло холодом. Вынырнув, скорее поплыла вперед. Надо разогнать кровь, согреться. Через минуту прохлада практически не ощущалась, а вода нежно гладила тело. Я плавала, ныряла и брызгалась, как ребенок. Смех летел над озером. Уже хотела плыть обратно к берегу, когда в двух метрах от меня кто-то вынырнул на поверхность. До такой степени испугалась, что с коротким вскриком ушла под воду. Там быстро развернулась и, не выныривая, рванула к берегу.

Но меня сразу поймали за талию и потащили наверх. Я билась в руках этого неведомого, пытаясь вырваться. Вынырнув, мне удалось освободить руки. Одной схватила длинные волосы напавшего на меня мужчины и, намотав их на кулак, до предела оттянула назад. Второй рукой ухватила его за горло, сжав кадык. Из-за моих волос, упавших на глаза, не могла ничего толком разглядеть. Так что склонила голову и тихо прошипела:

– Быс-с-стро отпус-с-стил!

Хватка на талии ослабла. Послышался тихий хрипловатый голос:

– Александра… Это я. Отцепись. – Мне с глаз откинули волосы. Я ошалело уставилась в серые глаза Лирвейна. Быстро отпустила его горло и ослабила хватку волос. Попыталась вырваться из его рук, но меня не пустили. – Успокойся! – рыкнул он. – Ты и так уже подвигов наделала.

Тут, когда испуг схлынул, осознала, что нахожусь посреди озера практически обнаженная (почти прозрачная из-за воды сорочка не в счет) в руках тоже полуголого мужчины. В лучшем случае полуголого…

Притом одной рукой обнимаю Лира за шею, запутавшись пальцами в волосах, а другая лежит у него на груди. Сам Хранитель обеими руками обхватил меня за талию, плотно прижав к себе. Под ладонью сильными толчками билось его сердце. Почему-то сердечный ритм Хранителя становился все более частым. Вдруг осознала, что меня обнимает обладатель того самого тела, на которое тайком заглядывалась последние несколько дней. И обуревали меня два прямо противоположных желания. Одна часть хотела провести ладонью по крепкой груди и прильнуть еще сильнее, а другая отчаянно желала сделать ноги.

Послушалась голоса разума. Осторожно оттолкнула Хранителя, давая понять, что меня можно отпустить. Он послушался.

– Доплывешь сама? – отрывисто спросил Лирвейн, глядя странно потемневшими глазами куда-то поверх меня. Кивнула в ответ. – Отлично. Поговорим на берегу.

И, нырнув, скрылся под темной водой. Я неторопливо поплыла. Когда была метрах в тридцати, Хранитель вынырнул практически у суши. Место было, видимо, глубокое, так как вода доходила ему до пояса. Постояв несколько секунд, стал выходить. Тут мне пришлось нырнуть, чтобы остудить покрасневшие щеки. Он все-таки был обнажен.

Вынырнула я спиной к берегу. Минуту подождав, развернулась. Слава стихиям, штаны он уже надел. Но торс все равно впечатлял. Та-а-ак! О чем я думаю? Не подобает. Да и вообще, благородным девушкам до свадьбы даже видеть полуголого мужчину не полагается. А я его и пощупать успела…

Место, где он оставил одежду, было не так далеко от меня, но неудивительно, что я не заметила его вещей. Похоже, они очень удачно пристроились за небольшой кочкой. Нащупав ногами дно, направилась к своим вещам. В отличие от целомудренной меня, этот блондинистый гад и не подумал отвернуться. В такой ситуации не оставалось ничего, кроме моей обычной тактики. Взгляд вперед, плечи назад, и вперед! Вышла из воды, подхватила сумку и одежду и все так же гордо удалилась в кусты. Переодеваться.

Там перевела дух и посмотрела на свою сорочку. Захотелось громко выругаться. Мои предположения оказались верны. Простора воображению она оставляла мало. Шикарно! Просто замечательно. Через неполную неделю засветиться в таком виде перед возможным будущим наставником. Так только я могла. Хватило же удачи!

Как теперь ему в глаза смотреть?

Тихо ругаясь разными нехорошими словами, стягивала с себя мокрую одежду, вытиралась и переодевалась в чистые штаны и рубашку. Волосы сначала нужно высушить и расчесать, так что не стала их трогать. Нарочито медленно складывала амазонку и полотенце. Идти обратно не хотелось совершенно. Но оттягивать неизбежное дальше было нельзя. Так что опять взвалила на себя свою поклажу, откинула назад волосы и, выдохнув, направилась к Хранителю.

Мужчина уже одетый стоял у воды. Услышав шаги, обернулся и уставился на меня своими светлыми глазами. С каждым мгновением мне становилось все более неуютно.

– Зачем ты меня схватил? – все-таки не выдержала первой.

– Потому что не успел я вынырнуть, как ты испугалась и скрылась под водой. Не одного хорошего пловца сгубил внезапный шок, – парировал Хранитель. – И вообще, что ты тут делаешь? Тем более одна! Совсем голова отказала? – раздраженно говорил блондин. – А если бы это был не я?

– Да кто это еще мог быть? – независимо сложила руки на груди. – На озере никого не было видно. – И себе под нос: – Кто же знал, что у нас тут амфибии водятся…

– Как ты меня назвала?! – Стоявший до этого вполоборота водник резко развернулся и зло посмотрел на меня.

Ой…

Глядя на блондина, я отчетливо поняла, что он крайне недоволен. Хотя кого я утешаю… Хранитель явно в бешенстве.

– Ну не простейшим же. И не инфузорией или одноклеточным, – отступая, проговорила одну из самых фееричных глупостей, которую породил мой разум.

Медленно пятясь от злющего Лирвейна, наткнулась на кусты. Воздух дрожал от невесть откуда взявшейся силы. На «амфибию» смотреть избегала. И правильно, потому что, когда он оказался в полутора метрах, была вынуждена поднять глаза. Сказать, что ошеломлена, – это значит ничего не сказать. «Вуаль» практически разлетелась под напором его силы. Да и вообще было такое ощущение, будто мы находимся в толще воды. Глаза Лирвейна полыхали голубым светом, на коже вспыхивали искры энергии, а белые волосы ореолом окружали голову. Одежда то льнула к телу, обрисовывая мускулы, то вздувалась пузырями. Тут я почувствовала ласковое обволакивание незнакомой силы. Она играла с волосами и одеждой. Со мной. Так же, как и с Хранителем. Нежно гладила щеки, игриво проводила по спине и щекотала ладони.

Лирвейн медленно выдохнул и прикрыл глаза. Игры стихии прекратились. Она вернулась к хозяину. Но пока не в него. Кожу сразу обдало вечерним холодком, и уже ветер запутался в волосах.

– Уходи. Немедленно, – отрывисто сказал Хранитель, отходя к воде. Он медленно опустился на песок и погрузил ладони в воду.

Расплетенные разыгравшейся стихией волосы мужчины волной окутали плечи и, потоком хлынув вниз, скрыли лицо.

Тут у меня, вопреки всем странным обстоятельствам данного момента, опять проснулось мое давнее желание. Жутко захотелось себе прядь волос. Вот такой фетиш. М-да… Ничему меня жизнь не учит! Но, ей-богу, там было что хотеть. Днем просто белые, в свете взошедшей луны они были серебряными.

Дав себе мысленный пинок, развернулась и побежала к лагерю.


Лирвейн медленно приручал свою самую верную подругу и возлюбленную – Воду. Ласкал, нашептывал, какая она прекрасная и текучая, податливая и бурная, прозрачная в ручьях и таинственная в темных омутах, ласковая и нежная в теплых течениях, обжигающая холодом в северных морях. Она слушала. Медленно плыла вокруг, все сужая обороты. Растекалась по коже, проникала внутрь. Наполняла еще одним воплощением себя. Покоем. Абсолютная противоположность того, как она вела себя вначале. Так всегда. Стихии как женщины, их тоже нужно покорять и завоевывать. Зато потом они льнут, даря силу и, как следствие, уверенность. Окончательно приручив свою подругу, Хранитель опустился на песок. Подумал секунду и вовсе лег на спину.

– Ну вот. Напугал девчонку, – сообщил звездному небу. Оно на заявление никак не прореагировало. – Хотя, с другой стороны, ей надо привыкать. Не у меня одного такие заскоки. Взять хоть Мидьяра, да и Ровена в этом плане тоже хороша… – Взяв горсть песка, медленно пропустил его сквозь пальцы, наблюдая за падением песчинок обратно. – Жить-то на первых порах ей у нас придется. Так что на Хранителей после Единения насмотрится еще.

Поднялся и пошел обратно – к костру, теплу и команде. Зайдя под деревья, резко остановился и, несильно ударив кулаком по сосне, прошипел: «Сорочка еще эта… И обостренные реакции организма после Единения. Что ж ее именно в это время купаться понесло?»

## Глава 4. Дорога: шаг второй

> Путь возникает под ногами идущего.

Утром мы вопреки обыкновению не сорвались в путь с рассветом, а решили немного отдохнуть.

Так что сейчас Гиз с Армирином тренировались где-то на соседней поляне. Лиссу колдовала над обедом, а Мари что-то сосредоточенно чертила в блокноте. Опять формулы, наверное…

– Леди Александра! – послышался приятный баритон Лирвейна. Оглянувшись, смело встретила взгляд приближающегося ко мне Хранителя. – Я бы хотел с вами поговорить.

– Конечно, – кивнула в ответ, стараясь не краснеть. Все же самообладание самообладанием, но снова встретиться с ним взглядом и даже не смутиться я была не в силах.

Мы отошли на край поляны, и я присела на бревнышко. Хранитель опустился рядом.

– Начну сразу. Неужели никто не говорил, что нельзя провоцировать мага после Единения? Тем более Хранителя. Ведь мы стихию не сразу запираем. И пока она имеет над нами власть, мы, можно сказать, неуравновешенны. На все реагируем. То, что в обычном состоянии вызвало бы, в худшем случае, легкое недовольство, в этом воспринимается гораздо более остро. Чему вас только учили?

– Меня не учили, – прервала я мужчину.

Тот подавился очередной фразой про прискорбное отсутствие элементарных знаний и удивленно посмотрел на меня.

– Как… Совсем ничего не знаете?

– Совсем не знаю. Вообще.

Хранитель подскочил с нашей импровизированной лавки и начал нервно мерить шагами площадку перед бревном. Остановился и полуутвердительно спросил:

– Но Дар не спит? Вода вчера это ощутила и приняла тебя как Посредника.

Тут я отвела глаза и тщательно подумала над ответом. О Рыжем говорить не хотела, да и рассказывать о своих, пусть даже скромных, возможностях считала излишним.

– Дар пробужден, но я практически ничего не умею. Да и слабый он… – тщательно подбирала слова, стараясь не сболтнуть лишнего.

Хранитель прекратил мельтешить перед глазами и вернулся на нашу импровизированную скамейку. Вытянул длинные ноги и, подумав минуту, произнес:

– Значит, вам придется давать гораздо больший объем информации, чем я думал. Как с остальными науками? – Поймав мой вопрошающий взгляд, Лирвейн уточнил: – Физика, химия, высшая математика и биология. Это основные.

– Общеобразовательный уровень. И учителя особо… хм… не усердствовали.

Новость Хранителя не обрадовала. Ну что поделаешь…

Он провел рукой по волосам, растрепав низкий хвост, посмотрел на садящееся за лес солнце и протянул:

– Значит, так… С завтрашнего дня начнем обучение. По два часа на магию общего направления и два на целительство. Я поговорю с Лиссу. – Оторвал взгляд от небесного светила и посмотрел на меня. – Надеюсь, возражений нет? Так как манкировать этим не получится.

Смотря в прозрачные серые глаза, медленно покачала головой.

– Отлично. – Хранитель немного сдвинулся в мою сторону и откинулся на ствол дерева, который был у него за спиной. – Сегодня я вам объясню подоплеку вчерашних событий. Во-первых, вам же говорили, чтобы вы не шли на озеро?

– Я не расслышала тогда.

– Тем не менее. Значит, так… – Лирвейн ненадолго замолчал, потом со вздохом продолжал: – Я, как и любой Хранитель, должен время от времени сливаться со своим источником. Особенно если идет большой расход сил. Вы же не думаете, что отсутствием эксцессов в пути мы обязаны исключительно госпоже удаче? – иронично поинтересовался блондин, отвечая на не высказанный мною вопрос. – Вернемся к нашей теме. Итак, в момент Единения мы берем чистую энергию с волей и желаниями. Нужно время, чтобы преобразовать ее в свою.

– То есть от момента Единения до полной адаптации силы нельзя колдовать? – решила уточнить.

– Почему? Можно. Просто до полного усвоения энергии возникает эффект легкого… опьянения. Наверное, это самый подходящий термин, – задумчиво почесал нос Хранитель. – С мага падают некие внутренние запреты. То есть он делает то, что хочется, не принимая или не желая принимать в расчет возможные последствия.

Мы недолго помолчали. О чем думал Лирвейн, не знаю, но я просто сидела, пытаясь ухватить за хвост вопрос, который никак не хотел ловиться. Получилось.

– А как брать энергию?

– Если у Хранителей, то при физическом, тактильном контакте. Если из окружающей среды, то везде, где найдете, – улыбнулся он.

– А как технически выглядят обязанности Проводника?

Хранитель удивленно вскинул белую бровь, потом тихо рассмеялся.

– Постоянно выпускаю из вида ваше невежество в этом вопросе. Уникальность человека с таким Даром состоит не в том, что вы можете отдавать свою силу в энергетическую оболочку планеты, это сумеет любой маг, а в том, что вы в силах работать со всеми стихиями. Даже одновременно. Вы не сгорите. Да и потенциал гораздо больше, чем у любого волшебника. Проводник в расцвете сил и знаний стоит десятка архимагов.

– А Хранитель? – задала каверзный вопрос я.

– Тоже, – хмыкнул Лирвейн. – Но мы ограничены одной стихией и небольшими возможностями в общей магии.

– Ясно. Спасибо за информацию. – Я встала с бревнышка, давая понять, что мы закругляем разговор. – Предлагаю начать занятия завтра утром. Часов в десять.

– Это будет оптимальный вариант, – согласился со мной мужчина.

В легкой задумчивости я медленно пошла к костру, оставив Лирвейна за спиной, потом встряхнула головой, отогнав от себя мысли, но пообещала к ним вернуться.

Около костра Мари демонстрировала свои познания в кулинарной области, Армирин что-то рассказывал, причем, судя по благосклонному виду подруги, это было ей интересно, Гиз полировал и так идеальный меч, а Лиссу сидела в стороне, закрыв глаза и запустив пальцы в траву. Медитировала.

Переключив зрение, я наблюдала, как целительница аккуратно манипулирует зелеными лентами. Хм… Это не совсем медитация, она сплетает их, распутывает, даже крутит вокруг своей оси. Интересно… К ней подошел Хранитель и, подключившись, вплел серую ленту Стали. Видимо, не хватало только этой детали, так как сила сразу сплелась в какую-то замысловатую фигурку и уже не пыталась никуда удрать. Волшебница распахнула голубые глаза и, увидев сидящего напротив Хранителя, покраснела и поблагодарила его за помощь. Наблюдать за ними почему-то было неприятно, и продолжать смотреть я не стала.

После мы поужинали и расползлись по постелям. Я снова решила поразмышлять над ситуацией, так как в ней появились новые константы, которые необходимо было учесть. Итак, по новым, не вызывающим оптимизма данным, даже если я благополучно доберусь до дворца, там меня ждет развеселый аттракцион под названием «обуздай стихию», причем сие удовольствие мне предстоит испытать аж восемь раз. Но ничего! Как говорится, не рискуя, мы рискуем в сто раз больше, в моей ситуации это и вправду так. Если сложу лапки, пойду ко дну, а делать это, пока не освою стихии Воды или Ветра, крайне нежелательно.

С завтрашнего дня начнутся занятия с Хранителем и целительницей. Нужно извлечь из этого максимум. В конце концов, я благодаря Амалии никогда не знала проблем, и жить было легко и весело. А теперь нужно будет мозги поднапрячь и побегать.

Вздохнув, перевернулась на живот и, слегка прогнувшись в пояснице, потянулась. Из леса тянуло прохладой и запахом хвои. Пели птицы, где-то куковала кукушка. Было искушение задать ей извечный вопрос, но я его подавила. Не стоит в таком важном деле, как продолжительность жизни, полагаться на мнение этой ветреной птицы.

Я перевернулась и снова стала думать свою нерадостную думу. Во всем этом есть еще одна немаловажная деталь. Если мне удастся стать полноценным (и, главное, живым!) Проводником и, как следствие, Императрицей, смогу ли я править? Ведь если учитывать положение в стране, кровь проливать придется. Смена правителя никогда не проходила абсолютно гладко. Недовольство надо давить в зародыше, причем как можно жестче, дабы другим неповадно было. А что я… Обычная полудеревенская девушка. Только что Дар да нужная наследственность есть. Смогу ли… быть жестокой?

Вдруг позади раздался негромкий голос:

– Почему не спите, принцесса? – Повернувшись, посмотрела на сидящего у огня Лира. Он подкинул в пламя полешко. – Завтра предстоит трудный участок пути, вам надо отдохнуть.

– Думаю, – невесело улыбнулась мужчине.

– Не надо, – посоветовал Хранитель. – Если позволяет ситуация, думать нужно на свежую голову.

– В том-то и дело… – Села и, запустив руку в волосы, несильно потянула. – Ситуация не позволяет терять время.

– Александра, – Хранитель повернулся ко мне, – все, что вы сейчас можете сделать полезного, – это выспаться. Поверьте, в дальнейшем вам такая возможность выпадать станет крайне редко.

В его словах есть резон. Сейчас я только извожу себя думами, не в силах что-либо сделать.

– Воспользуюсь вашим советом, – опустилась обратно на импровизированную постель. – Спокойной ночи, Лирвейн.

– Хороших снов, леди, – негромко откликнулся он.


Утром меня разбудила Лиссу, и, на скорую руку позавтракав, мы тронулись в путь. Выехав из леса, мы пересекли небольшую возвышенность и оказались в низине. Туман все еще стелился по земле пушистым одеялом, которое пока не собиралось рассеиваться. Ветер забирался под одежду прохладными пальцами, заставляя жалеть, что не надела лишнюю кофту.

Над горизонтом уже цвел яркими красками рассвет, в воздухе кружил сладкий запах поздних цветов. Конец лета… Через месяц лиственные деревья сменят наряды, и только хвойные останутся в зеленых платьях.

Незаметно наступило время занятий.

По обоюдному согласию, мы решили расположиться в карете. Лирвейн вдруг пристально на меня уставился. Смотрел, наверное, с минуту, причем с каждым мгновением я чувствовала себя все более неуютно.

– А теперь начистоту, леди, – наконец произнес Хранитель. – На вашей ауре есть следы использования силы, так что не надо пудрить мне мозги. Лучше расскажите, что вы умеете. Надо знать, от чего отталкиваться.

– Немного, – осторожно начала, тщательно подбирая слова. – Могу видеть энергетические ленты, огонь на уровне искр.

Хранитель довольно улыбнулся и, откинувшись на мягкую спинку сиденья, продолжал:

– Уже хорошо. Так что сейчас займемся азами защиты. Как физической, так и ментальной. Начну с основ. Что такое магия? Это воздействие нашего мозга на окружающую реальность. Что есть мир вокруг нас? Это энергия, волны, колебания, резонансы и так далее. Как вы знаете, основная масса людей использует свой мозг от силы на семь – двенадцать процентов. Вот где сила магов! – Он провел пальцем по лбу. – И если мы не используем открывшиеся возможности, то сходим с ума. Так что истина «ученье – свет» приобретает совершенно иную окраску. Потому как неученье для нас – безумие. Сейчас вы станете активно использовать свой потенциал, в связи с этим начнется преобразование разума, и потому в организме будет выделяться большее количество гормонов. Поэтому не удивляйтесь некоторым… хм… нетипичным для себя реакциям.

– К примеру? – настороженно спросила я.

– Разное, – почему-то отвел взгляд Хранитель.

– Гормоны, говорите… То есть адреналин и прочие прелести? Склонность к риску, перепады настроения и обостренные реакции тела?

Лирвейн согласно кивнул головой, подтверждая мои выводы. Захотелось выругаться, хоть это и не подобает девушке.

– Пока вы не будете работать напрямую со стихиями как Проводник, это не будет так сильно выражаться. Да и продлится не так уж долго, – задумчиво продолжал мужчина.

– Сколько? – почти прошипела. – Сколько длится перестройка мозга и нервной системы?

– Когда вы инициировались?

– Почти восемь лет назад.

– Не самостоятельно, так ведь? – чуть прищурил серые глаза Лир. – Кто помог?

Тут настала пора удивляться мне.

– Откуда вы знаете?

– Дело в том, что доброжелатель отчасти запечатал силу обратно. Все это время вы могли пользоваться лишь небольшой ее частью. – Хранитель не сводил с меня глаз. Такая ситуация, может, и польстила бы мне, но в другой обстановке. Наше занятие с каждой минутой все больше напоминало допрос. – Очень хорошо, что это произошло. Потому как неконтролируемый Проводник может натворить много бед. – Лир одарил меня еще одним замораживающим взглядом. – Так кто, леди?

– Давайте не будем лезть туда, куда нас не пускают, – с намеком произнесла я. Откинула косу за спину и как можно более очаровательно улыбнулась. М-да… Не подействовало. Ледыш-ш-шка!

– Как скажет прекрасная леди. – Тон Хранителя был ровным, но в серах глазах на мгновение сверкнула искра насмешки.

– Так сколько времени нужно на приведение в норму моего состояния? – вернула его к очень животрепещущей для меня теме.

– Обычно от года до полутора, – «обрадовал» меня блондин. – Но, учитывая обстоятельства, я думаю, у вас впереди сложные только полгода.

– Все равно звучит не оптимистично.

– Кто ж спорит, – пожал плечами Лирвейн. – Давайте вернемся туда, откуда начали.

Следующие полтора часа в меня старались вбить основы плетения кружева заклинаний. В те моменты я особенно жалела, что считала вязание крючком ерундистикой и не захотела освоить сию науку, когда предлагали. Сейчас было бы легче. Стоит признать, что учителем Хранитель оказался хорошим. Понятно объяснял, показывал и повторял, если я не понимала. Но тем не менее по окончании урока чувствовала себя как выжатый лимон, с которого вдобавок срезали цедру.

После небольшого перерыва и обеда за меня взялась Лиссу. Оказалось, что главное – это уловить принцип действий. К концу занятия я уже вполне могла заживлять мелкие царапины, синяки, снимать усталость в мышцах и притуплять болевые ощущения. Основное, что надо было знать в целительстве, – это строение тела человека и причину тех или иных реакций. К примеру, чтобы убрать царапины и синяки, нужно ускорить регенерацию и обновление клеток, чтобы снять мышечную боль, надо рассосать молочную кислоту, скопившуюся в непривычных к таким нагрузкам тканях, ну а с болью вообще просто – нужно притупить чувствительность нервных окончаний.

Как оказалось, магия – это та отрасль науки, в которой не разберешься без хотя бы минимальных знаний в остальных.

За занятиями, отдыхом от них и разными думами пролетел день. Ближе к вечеру, когда солнце уже касалось деревьев, мы наконец увидели деревню, раскинувшуюся на берегу довольно большого озера.

Деревенька была очень приятная, чистенькая и, похоже, довольно зажиточная. Люди в ней тоже были очень приветливы. Судя по всему, у них как раз набирал обороты какой-то праздник, потому как жители были уже изрядно навеселе. Вспомнив, какое сегодня число, я поняла, что не ошиблась. Яблочный Спас.

Из прошлого общения с деревенскими жителями сделала вывод, что отвертеться от участия нам не удастся. Песни, пляски, костры и сидр рекой. Как давно мы не веселились от души! И ведь еще долго не придется… Так, о грустном не будем!

Расположились мы в неплохом трактире.

Схватив за руку Мариоль, я утащила ее в выделенную нам комнату.

– Дорогая подруга! – торжественно начала я. – Как тебе уже известно, в деревне праздник, и мне кажется глупостью в это время киснуть в комнатах.

– И каких активных действий ты от меня ожидаешь? – иронично вскинула темную бровь подруга.

– Хранитель. Если не захочет, то все нам обломается.

– А вот тут я тебе не помощник, дорогая моя, – развела руками Мариоль. – И вообще инициатива наказуема. А сейчас извини, мне кое-что закончить внизу надо.

С этими словами Маришка быстренько выскочила за дверь, оставляя меня наедине с моим, несомненно, блистательным интеллектом обдумывать план убеждения противного блондина.

Не поняла… Лирвейна мне, что ли, уговаривать? Не хочу! Чтоб тебя, подруженька!.. И как прикажете его агитировать?

Если честно, то первое, что подумалось, было: «А оно мне надо?», но отступать поздно. И никого, кроме себя, винить нельзя.

Так, что мы имеем? У нас есть Хранитель Воды в количестве одной штуки и невезучая принцесса, которой не помешало бы контролировать свой длинный язык. Ну или хотя бы думать, что и где говорит. Яблочный Спас. Деревенский праздник, справляется в поле, где люди провожают лето и встречают художницу-осень, которая меньше чем через месяц уже раскрасит все вокруг, не жалея палитры и ярких красок. Как же хочется попасть на праздник…

Подойдя к окну, задумчиво потеребила кончик косы, затем прислонилась лбом к прохладному стеклу. Вдруг раздался негромкий стук, и, отворив дверь, в комнату вошел Хранитель. В отличие от меня, все еще грязной и пыльной с дороги, блондин уже успел переодеться и освежиться. Убранные в высокий хвост волосы опять сверкали снежной белизной, а глаза арктическим льдом. Одет он был только в рубашку с расстегнутым воротником и серые штаны. Лирвейн закрыл дверь и, скрестив руки на широкой груди, прислонился к стене прямо напротив меня. И молчал.

Через полминуты мне стало неуютно, через две откровенно боязно. Ну правда! Заходит, не говорит ни слова и при этом мерит таким взглядом, что мне сразу захотелось на солнце! Нет, ну правда, ледышка!

– Уважаемый Хранитель, чем я обязана счастью вас лицезреть? – не иначе как от испуга высокомерно и официально начала я.

Лир вскинул белую бровь и несколько удивленно ответил:

– Леди Мариоль сообщила, что вы хотели меня видеть.

Вот же! У меня нет цензурных слов! Чем эта поганка думала? Я еще не готова с ним говорить.

Что делать? В голове гуляет и спотыкается эхо в поисках мыслительной деятельности.

А что, если… Попытка не пытка!

– Моя подруга действовала несколько преждевременно. Но в любом случае я хотела с вами обсудить одно дело.

Прошла к креслу и плавно в него опустилась, потом жестом пригласила Хранителя занять второе. Лирвейн не стал отказываться и устроился напротив меня.

– Я вас внимательно слушаю.

– Насколько я знаю, мы все равно собирались тут остановиться, тем более что уже вечер и необходимого для прохождения перевала снаряжения нам в данный момент не приобрести, – осторожно начала, внимательно наблюдая за Хранителем.

– Вы правы, леди, – благосклонно кивнул мужчина и снова замолчал, видимо не желая упрощать мне задачу.

– Нас пригласили поучаствовать в празднике, – немного слукавила «леди». – Я склонна согласиться.

Хранитель потер подбородок, задумчиво глядя на меня.

– Как понимаю, вы меня ставите в известность? – Холодно сверкнули прозрачные глаза.

– Нет. Лирвейн, извините, не хотела вас задеть.

Встала, медленно подошла к стене и провела пальцем по висящей на ней картине. Очень живой картине. Пронизанный солнцем лес, залитая полуденным солнцем полянка и маленькая, улыбающаяся во весь рот рыженькая девочка с венком на кудрявой головке. От картины веяло спокойствием, безмятежностью и… счастьем.

На несколько мгновений и мне стало теплее.

– Но поймите и вы. Возможно, это последний праздник в моей жизни. И я хочу им насладиться. Взять все от этой ночи. – Я медленно повернула голову и чуть заметно вздрогнула. Хранитель уже не сидел кресле, а в полутора метрах от меня опирался на стену, задумчиво пропуская сквозь пальцы прядь из своего хвоста.

– Несмотря на то что путешествуем мы инкогнито, опасность все равно есть, а вы и так пренебрегли многими мерами безопасности, когда настояли на поездке верхом.

– Но ничего не произошло! – воскликнула и резко повернулась к Хранителю.

– Леди, ничего не случилось, потому что я контролирую ситуацию, – жестко ответил Лирвейн. – Если к нам кто-то приблизится ближе чем на сто метров, я это почувствую и буду готов.

– Ну так что вам мешает так же поступить сейчас?

– То, что рядом с вами будет уйма народу, – несколько раздраженно произнес мужчина. – Думайте вашей прелестной головкой и не заставляйте меня сомневаться в наличии там серого вещества!

Задохнулась от возмущения, но сдержала рвущуюся фразу. Та-ак, держим себя в руках, делаем глубокий вдох. Ссориться нельзя… Нельзя, я сказала!

Потом Лир, кивнув своим мыслям, отлепился от стенки и пошел к двери. Уже взявшись за ручку, повернулся и, окинув меня, замершую в растерянности, непонятным взглядом, негромко проговорил:

– Хорошо, но не переусердствуй, Александра. И рядом постоянно должен быть кто-то из отряда.

И вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Я несколько секунд непонимающе смотрела на безучастное дерево и вдруг почувствовала, что ноги меня не держат. Не сопротивляясь притяжению земли, сползла на пол, обессиленно прикрыв глаза. Тяжело мне это далось, однако…

Но вариантов нет. Одно то, что он согласился, уже достижение. Правда, почему-то у меня стойкое ощущение, что вовсе не мои аргументы заставили его принять такое решение.

Ладно, мотивацию этого непонятного мужчины мне все равно не понять.

Сделала над собой усилие, встала и, на ходу избавляясь от одежды, направилась в ванную комнату. Открыв дверку и увидев исходящую паром горячую воду, мой организм мигом забыл об усталости и рванул к вожделенной водичке. Стянув все еще остававшееся на мне белье, я осторожно ступила на подножку и с блаженным вздохом погрузилась в ванну.

Все-таки насколько чудесно после практически недельной дороги наконец смыть с себя грязь и пыль! Я ведь и не купалась почти… Озеро не считается! Я там только… хм… плавала. Вспомнив великолепное сложение Хранителя, покраснела и помотала беспутной головушкой, вытрясая из нее ненужные мысли. Нет, ну нашла о чем думать!

Встав из теплой водички, я взяла приготовленный по моей просьбе тазик с холодной водой и, зажмурив глаза, вылила его на себя. Завизжав от избытка эмоций, встряхнула волосами и, довольная, собралась вылезать из лохани. В тот момент, когда я одной ногой уже стояла на полу, дверь с грохотом распахнулась, и на пороге возник Хранитель с мечом в одной руке и странным синим шаром в другой. Полуголый, с всклоченными волосами и горящим голубым светом глазами. Быстро окинув взглядом комнатку, он сосредоточил внимание на моей голой персоне. На лице появилось ошеломленное выражение, а глаза перестали полыхать, вернувшись к своему природному цвету. Правда, серую радужку быстро поглощал черный зрачок.

Реакция у меня оказалась еще быстрее, чем у Хранителя. Повторно поразив своим чудным вокалом окружающих, швырнула в блондина тазиком, который все еще держала в руке. Лирвейн машинально от него увернулся, все еще не отрывая от меня странного взгляда. Огляделась в поисках того, чем можно прикрыться, и, не обнаружив, пожалела, что так неосмотрительно отправила в полет тазик. Потому как я – даже не знаю, как назваться, чтобы мозговую активность не переоценить, – не взяла с собой полотенца! Лирвейн все еще изображал в дверях статую. Так что, гордо встряхнув головой – продуманно, кстати, хоть грудь прикрою! – окончательно выползла из ванны и холодно поинтересовалась:

– Многоуважаемый Хранитель, чем обязана счастью повторно лицезреть вашу персону в такой… хм… нестандартной ситуации? – Красноречиво обвела рукой комнату и его в дверях. На себя показывать не стала, он и так догадается, что я не в церемониальном наряде!

Лирвейн уже пришел в себя и, опустив меч и не спускаясь взглядом ниже лица, проговорил:

– Вы закричали. Первая пришедшая мне в голову мысль была о том, что произошло нападение, поэтому, не теряя времени, я рванул сюда.

Да вижу я, вижу, что ты времени не терял! Лир с образцово бесстрастным лицом и ледяными глазами едва не по стойке «смирно» стоял на прежнем месте. Тут в коридоре раздался грохот и дверь комнаты стала открываться. Судя по встревоженным голосам, это были Гиз и Армирин. Хранитель быстро захлопнул дверь ванной, почему-то оставшись внутри, крикнул в ответ на вопросы ребят, что все в порядке и они могут расходиться.

Я красноречиво вздернула бровь и продолжала все тем же великосветским тоном:

– Не могу ли я обратиться к вам с маленькой просьбой?

– Буду рад оказаться вам полезным, – в том же стиле ответил мне Лир.

– Буду весьма признательна, если вы возьмете на себя труд подать мне полотенце, находящееся в комнате на кровати, – улыбнулась и сложила руки на груди.

Хранитель молча вышел. Через десяток секунд меня облагодетельствовали полотенцем. Быстро схватив, я тут же в него закуталась, благо размеры позволяли. Потом прислонилась спиной к двери. Возникло сильное желание постучаться об нее головой. Потом медленно сползла вниз.

Заколдованные полы в этой гостинице, что ли? Так и тянут!

По ту сторону раздалось злое шипение и удар кулака о стену. М-да… Еще и звукоизоляция тут не то что хромает – на костылях с трудом передвигается!

Только убедившись, что входная дверь закрылась за Хранителем, вышла из ванной.

Подошла к кровати и совершенно по-детски с размаху на нее плюхнулась. Затем свернулась в компактный клубочек и спрятала в ладонях горящие щеки. Создатель, почему? Почему со мной? Что я сделала? Я безропотно (ну почти) приняла изменения в своей жизни, готова все сделать, чтобы жертвы моих близких не пошли прахом. Ведь если сломаюсь, то Мариоль не будет в безопасности, а коли и подруга ненадолго переживет меня, то для Амалии это будет огромным ударом. Так ладно это! От долга не сбежишь…

Но почему я постоянно предстаю перед Хранителем в самом неприглядном виде? Ладно бы просто кто-то из команды. Помучилась бы и забыла, но с ним-то мне работать и сосуществовать в одном замке придется! Кто бы знал, чего мне стоило сохранить сейчас хотя бы видимость достоинства! Ну почему!

Глаза защипало, в груди внезапно развязался тугой узел, и вместе со слезами из меня уходила все напряженность последней недели. Вся нервозность от дороги и конфликтов с Лирвейном, напряженность от неопределенного будущего.

Внезапно распахнулась дверь, и через несколько секунд меня обняли знакомые с детства руки. Мари заставила меня сесть, и я, не выдержав, уткнулась ей лицом в плечо, зарыдав еще отчаяннее. Подруга осторожно гладила меня по волосам, тихо приговаривая:

– Вот и хорошо, милая, вот и замечательно… А я-то все ждала, когда ты сорвешься. Слишком уж спокойно восприняла все то, что случилось дома. Тебе надо было поплакать. Вот видишь… Легче же становится, правда?

Судорожно кивнула, пытаясь унять слезы. Понемногу получалось, но из груди все равно вырывались всхлипы.

Мариоль заставила меня переодеться в сорочку и уложила в постель с наказом немного поспать. Я попыталась сказать, что сейчас не время, но Мари в категоричной форме отмела все возражения.

– Так, – положение «руки в боки», а это значит, что с подругой сейчас лучше не спорить. – Я сама обо всем позабочусь и разбужу тебя через час.

Не слушая моих нерешительных протестов, девушка быстро выскочила за дверь.

Уснула я на удивление быстро.


Когда встала, то почувствовала себя бодрой и отдохнувшей, хотя спала меньше часа. Умывшись, вернулась в комнату и едва не села на подготовленное Маришкой платье. Сама подруга в голубом наряде уже стояла у окна, в задумчивости водя пальцами по стеклу. Услышав мои шаги, Мариоль повернулась и, окинув мою свеженькую и готовую к новым свершениям персону довольным взглядом, указала на кровать, на которую я как раз собиралась присесть. Слава Создателю, не успела и наряд не помяла.

Платьице было очень простым, из украшений только вышивка по вороту и манжетам, но это в нем и очаровывало. Светло-зеленое, с четкими линиями и прямым силуэтом. И хоть убейся, я не помнила, чтобы его с собой брала!

С благодарностью посмотрев на подругу, начала переодеваться. Расчет оказался верным. Сидело оно просто замечательно, только было несколько тесновато в груди и потому немного более, чем мне бы хотелось, ее подчеркивало.

Затем села причесываться, но через минуту Мари отобрала расческу и взяла этот титанический труд в свои руки. После того как подруга заплела аккуратную косу, она потащила меня из комнаты.

Внизу в большой зале, видимо, для особых клиентов, потому как для такого праздника тут было мало людей, наша команда уже была в полном сборе, ждали только Лирвейна. Я начала рассматривать своих преобразившихся спутников. Гиз ничем, кроме чистой одежды, от себя обычного не отличался. Лиссу принарядилась. По-прежнему в брючном костюме, но с длинным серебристым камзолом, который она держала в руках. Армирин же сейчас блистал всеми гранями, при этом так выразительно посматривая на мою подругу, что я дала себе зарок не спускать с бессовестного бабника глаз.

За спиной раздались торопливые шаги, и к нам, извинившись за опоздание, присоединился Хранитель. Как ни странно, он не стал надевать личину, оставшись практически в естественном виде, только «вуаль» все так же скрывала его черты. Присмотревшись к силовому полю вокруг него, я поняла, почему Лирвейн не стал заморачиваться. Его окутывала какая-то дымка с очень хитрыми свойствами. Ох и накру-у-учено! Нет, ну какая интересная штука! С трудом подавила в себе желание обежать вокруг блондина, чтобы подробнее изучить плетение. Народ не поймет, целительница и Мариоль и так уже странно косятся. М-да… Я слишком пристально на него смотрела, хотя, надо признать, и так было на что полюбоваться.

Белая свободная рубашка, прекрасно сидящий жилет и штаны прямого покроя, заправленные в высокие сапоги. Хм, а ему в них жарко не будет?

– В принципе можете выдвигаться, – негромко сказал Лир. – Я подойду несколько позже. Что-нибудь известно о планирующихся мероприятиях? Где, как и так далее.

Армирин очаровательно улыбнулся и, поправив челку, ответил:

– Да, я расспросил работников. Все будет проходить в поле, рядом с лесом за деревней.

Я кинула взгляд в угол помещения, где с момента нашего появления стояла какая-то девица, не сводя с парня влюбленного взора. Вот прохвост! И когда очаровать успел?

Хранитель согласно кивнул. Выйдя из трактира, мы разошлись в разные стороны. Я шла, с интересом разглядывая дома. Тут были всякие: и старые, сложенные из потемневших от времени бревен, с неширокими окнами, резными наличниками, с деревянными петушками на крышах, и совсем новые – с рыжей черепицей на крышах, обшитые обрезной доской. Эта деревня находилась недалеко от дороги, ведущей в столицу. Так как был более удобный путь, тракт не был основным, но отнюдь не являлся заброшенным. Также через это озеро в высокогорье ходила на нерест достаточно редкая и вкусная красная рыба. Красной она называлась не только по цвету мяса, но и по имени провинции, где мы, собственно, находились в данный момент.

Климат в этой части Империи был достаточно мягким, но из-за близости гор и озера тут было несколько более прохладно, чем у нас.

Пока я смотрела по сторонам и предавалась раздумьям, Армирин кратенько поведал нам программу сегодняшнего вечера. Мои предположения оказались верны: костры, песни, хороводы.

Несмотря на уже отчетливые звуки праздника неподалеку, мы все никак не могли выйти к полю. Все улочки, которые, по идее, должны были нас к нему вывести, кончались тупиками. Так что, немного поплутав по переулкам и решительно забраковав Армирина как проводника, мы с Маришей не выдержали. Не слушая воплей мужской части нашей команды, спросили у первого же прохожего, в каком направлении нам надо двигаться.

Мужик уставился на нас непонимающим взглядом и многозначительно выдал:

– Дык…

Мы с Мариоль стояли, ожидая какого-то развития событий, но, когда его не последовало, подруга повторила:

– Уважаемый, подскажите, где сейчас празднуют. Нам сказали, что в поле за деревней, но мы, похоже, не сориентировались.

Опять выжидательная пауза. За спиной, наблюдая столь «содержательный» диалог, начинали потихоньку смеяться Лиссу и Армирин. Но Мари не сдавалась.

– Яблочный Спас, праздник, песни, пляски! – Подруга сделала неопределенное движение телом, которое, по всей видимости, долженствовало изображать те самые пляски и заставило негромкое подхихикивание за спиной перерасти в откровенный смех. Да и я с трудом сдерживала улыбку.

– Чаво? – выдала жертва алкогольной зависимости с отчетливыми следами деградации мозга на лице. – Куды вам?

Судя по лицу Мариоль, ей уже никуда не хотелось идти, но было большое желание кого-нибудь послать. Тут я решила вмешаться.

– Мужик, а мужик, – задумчиво произнесла я, – а где тут у вас пьют?

– А-а-а-а! – на лице селянина проявилось понимание вопроса и полная готовность отвечать. – Сразу и молвили бы. Значитца, так, девка, слушай сюды. – На бородатой физиономии расцвела улыбка, и теперь уже мне захотелось рассказать данному индивиду обо всех свойствах (а вернее, их отсутствии) его мозга. – Вы всего чуток не дошли. Поле почти туточки, до конца улицы дойдете, по правой стороне будет желтый дом Федьки-кузнеца, свернете и увидите. Только осторожно, там собака шибко злая.

И, неопределенно махнув рукой, мужик удалился в противоположную сторону.

Мы с Мариоль развернулись к веселящимся спутникам. Армирин попробовал выпрямиться и состроить гордо-обиженную физиономию, но не преуспел – губы упрямо расплывались в улыбке.

– Ну что, пошли! – и снова расхохотался, посмотрев на наши недовольные лица. – Долго вы политес разводили, Мариоль. Вот леди Александра сразу и по существу!

Смерив ребят выразительным взглядом, мы фыркнули и направились в указанном направлении. Еще немного побродив и выяснив, что мужик, вдобавок ко всему, еще и путал право и лево, так как желтый дом стоял по левой стороне, мы наконец добрались до места назначения. В поле стояло множество столов с разнообразной снедью, в отдалении уже полыхали костры с веселящейся рядом с ними молодежью. Всюду слышался веселый заливистый смех и песенные напевы.

Я заметила, что к нам приближается Хранитель в сопровождении незнакомого человека. Мужчина представился старостой деревни и предложил проследовать к его столу. Разумеется, отказываться мы не стали.

Там он представил нам сидящих за столом: семью, доверенных лиц, а также местную ведунью, статную, немолодую уже женщину со следами былой красы на скуластом лице, и заезжего барда. Почему-то, увидев последнего, Лирвейн ощутимо напрягся и даже слегка тряхнул головой, словно отказываясь верить своим глазам. Бард с развеселыми, даже какими-то шальными синими глазами обаятельно улыбнулся, отсалютовал нам своим кубком и представился Ярром. Засмотревшись на менестреля, едва не села мимо стула. Но дала себе мысленный подзатыльник и сосредоточила свое внимание на богатом столе. Чего тут только не было! Пироги, утки, гуси с яблоками. Печеные яблоки, моченые и так далее. Фаршированная – конечно, яблоками – рыба. Ну и, конечно, кувшины с сидром и запотевшие бутыли с самогоном. Куда же без них?

По правую руку от меня сидела Мариоль, по левую опустился Хранитель. Ужин протекал в мирной, дружелюбной обстановке. Мужчины общались между собой, и принимать активное участие в разговоре не было необходимости. Так что, расправившись со своей едой, я налила кружку сидра и с удовольствием ее выпила. Почти… Отвлекшийся от разговора Лирвейн бросил на меня рассеянный взгляд и вдруг выхватил кружку, понюхал и спросил, отставив ее в сторону:

– Целая была? – Получив утвердительный ответ от еще ничего не понимающей меня, он осведомился: – Леди, какое действие алкоголь оказывает на организм? В данном случае на ваш, и так не особенно устойчивый.

Хотела только ответить, что в таких количествах практически никакого, но вспомнила наш недавний разговор. Про гормональный дисбаланс и прочее.

– Неужели… Насколько более острая восприимчивость? – тихо спросила и нервно прикусила губу.

– А неизвестно! – негромко рассмеялся Лирвейн. – Поживем – увидим.

И отвернулся от меня, продолжая прерванный разговор со старостой. Озадаченно уставилась на белоснежный затылок. Не поняла… А как же потеря контроля и моя опасность для социума? Хм… ну ладно. Вернулась к трапезе, но уже выбирала безалкогольные напитки, ощущая внимание Хранителя каждый раз, когда тянулась к кружке.

Где-то через полчасика окончательно стемнело, мне надоело сидеть за столом, и я выразила желание размять ноги. Лирвейн тотчас же начал подниматься. Так… Но я не хочу с ним идти! Ни расслабиться, ни повеселиться! О чем, недолго думая, и сообщила Хранителю. М-да… Судя по всему, в голову уже немного ударило…

Лирвейн уже привычно схватил меня за локоть и утащил от остальных. Наконец остановился и, серьезно посмотрев на меня, спросил:

– Вы же понимаете, что без охраны нельзя?

– Тоже мне проблема, – передернула плечами. – Возьму Лиссу.

– Не пойдет, – отверг мое предложение блондин. – Лиссу, конечно, неплохой воин, но не более того. В первую очередь она – целитель. Да и не заметил я сегодня у нее оружия, максимум небольшой нож спрятан где-нибудь.

– До этого она на роль охраны вполне годилась, – возмутилась и всплеснула руками. – Вы оставляли ее у нас, когда ночевали в гостинице.

– А вы что, предпочли бы видеть меня в вашей спальне? – ехидно отозвался Лирвейн и, пока я пребывала в полном шоке от такой формулировки, продолжил: – Я подумал, что это будет не совсем удобно.

– Вот уж точно, – ошеломленно произнесла я.

– Тем более тогда это было необязательно. Я находился в соседней комнате и узнал бы, если бы кто-то задержался у вашей двери больше чем на пять секунд. – Поймав мой вопросительный взгляд, мужчина пояснил: – Сеть. Потом научу плести эту связку. Сегодня она не поможет: слишком много людей вокруг.

– По поводу оружия… Вы тоже им не обвешаны, – фыркнула, не желая сдаваться.

– У меня нет в этом необходимости, – холодно ответил мужчина.

– Тогда возьму Армирина.

Лирвейн на минуту задумался, потом указал в толпе на уже практически увешанного девушками брюнета.

– Вам так хочется испортить человеку праздник? – Повернулся ко мне лицом и спросил напрямую: – Леди, вы имеете что-то лично против моей кандидатуры?

Я даже несколько опешила. Ага, так я тебе и ответила на этот вопрос! Как вы себе это представляете? «Многоуважаемый Хранитель, я не горю желанием лицезреть вашу персону чаще необходимого, так как вы уже два раза видели меня в несколько неприличном виде». Не-э-эт! Я так никогда не скажу!

Нерешительно на него посмотрела и нервно прикусила губу, напряженно размышляя над ответом. Сказать правду не получится… И что мне остается?

– Нет, ничего такого, – пробормотала и попыталась непринужденно улыбнуться.

Хранитель почувствовал мое напряжение, но ничего не сказал. Тут подбежала Мариоль и утащила меня к огню. Лирвейн пошел следом за нами.

Этот костер был немного в стороне от остальных, и за ним сидели, глядя на пляску огня, всего два человека. Ведунья и бард. Ярр осторожно перебирал струны гитары, а ведьма мерными движениями разбирала длинные пряди. Я удивилась, увидев инструмент, – такие, за небольшим исключением, были только у переселенцев.

Гиза и Лиссу не было. Как пояснила Мари, они ушли к другому солнцу этой ночи.

Дождавшись, когда мы опустимся на скамьи, бард улыбнулся и предложил для нас спеть. Кто же откажется от такого?

Голос у Ярра оказался потрясающий. Низкий, глубокий, немного хрипловатый. Из категории тех, которые называют бархатными.

Я прикрыла глаза и позволила очарованию музыки увлечь за собой. Песни тоже были абсолютно потрясающие. Они погружали в себя, в свой мир, заставляли летать, если бард этого хотел, и погружали в отчаяние, когда на то было его желание. В тот момент я поняла значение выражения «музыкальный гений». Ярр виртуозно играл нашими эмоциями, меняя тематику и настроение исполняемого, как перчатки.


Через некоторое время музыкант сделал паузу и, окинув нас внимательным взглядом, спросил:

– Может, кто из вас захочет спеть? – Остановил взгляд на мне и вкрадчиво проговорил: – Леди? Не окажете ли нам честь?

У меня был очень большой соблазн отказаться, но, посмотрев в синие глаза и прочитав в них вызов, не могла на него не ответить. Взяла протянутую гитару и провела рукой по струнам, мысленно перебирая песни. Из глубин памяти всплыла одна, и мне захотелось ее исполнить.

Еще несколько минут помучилась, подбирая аккорды, и наконец, оставшись относительно довольной результатом, запела.

Песня была о неизбывном и вечном одиночестве творца – поэта, музыканта. О вечном одиночестве сердца, которое ищет и не находит друга. О том, что ни корона, ни земная слава не заполнят пустоты в душе. О счастье спеть на два голоса с таким же, как ты…

Стихли звуки гитарного боя, и Ярр, внимательно посмотрев мне в глаза, вдруг спросил:

– Так на престол не хочется?

Мое ошеломление было настолько полным и глубоким, что не находилось слов. Совсем не ожидала такое услышать, тем более от этого человека, так что моя реакция была вполне объяснимой. Кинув встревоженный взгляд на Лирвейна, увидела, что на лице Хранителя нет ни следа волнения, а потому несколько успокоилась. Блондин потянулся всем телом и произнес:

– Ну что, Мидьяр… наигрался? – и, откинув с лица выбившуюся прядь, продолжал: – Даже неожиданно быстро закруглился… Сам представишься?

– Рад вас приветствовать должным образом, ваше высочество! – Бард легко вскочил с лавки и, бережно положив на нее гитару, шутовски мне поклонился: – Мидьяр, Хранитель Грез, к вашим услугам.

## Глава 5. Иногда все не так, как кажется

> Выражение, которое вы носите на лице, куда важнее одежд, которые вы надеваете на себя.

Резко проведя рукой, Хранитель Грез сорвал с себя личину музыканта. Теперь напротив меня стоял высокий, худощавый молодой мужчина с типичной для этих магов «вуалью», затеняющей лицо, и абсолютно дикой прической и расцветкой волос. На голове мужчины была просто тьма мелких косичек, в черной гриве встречались даже зелененькие и фиолетовые.

Пока мы с Мари в полном ступоре от происходящего сидели на лавочке, бард опустился подле Лира. Хранитель Воды повернулся к нему и, потеребив кончик косы, осведомился:

– И каким же образом тебя, Искусник, занесло в эти края?

– Как каким? Мимо проходил! – воскликнул Мидьяр, задорно тряхнув копной косичек. – Знал ваш примерный маршрут, да и тебя отследить проблемой не является.

– Я в курсе, – недовольно поморщился блондин. – Раз ты тут, предлагаю завтра отправиться телепортом.

– Если об этом зашел разговор, – решила вступить в разговор я, – то почему вы не перенесли нас сразу из имения?

Лирвейн откинулся на ствол дерева и, окинув меня прохладным взглядом, пояснил:

– Во-первых, потому, что, по нашим сведениям, ваше высочество изволили болеть и телепортацию могли перенести очень тяжело. Во-вторых, что вам известно о пространственной магии?

Опять? Да сколько можно! Я же его просто спросила, а он опять экзаменует.

– Немного, – бросила на Хранителя не менее холодный взор и поведала свои скудные знания: – Расщепление объекта переноса на молекулы и перемещение в указанные координаты.

– Технически это так, – согласно хмыкнул Лирвейн. – Но функции мага не заключаются в этом. Волшебник должен создать матрицу заклинания. Учесть все константы, переменные и выстроить переход. Если все сделано верно, то на выходе мы будем иметь то же, что и на входе. Если нет… – Хранитель почесал нос и пакостно улыбнулся, позволив мне самой додумывать, что получится из подопытного. – Вам до телепортации еще расти и расти. Ваших знаний в точных науках для этого катастрофически не хватает. Учиться и учиться. С таким скудным научным багажом вообще в магию соваться пока не надо бы… – Последовал тяжелый вздох, видимо призванный изображать всю скорбь Хранителя по поводу моих умственных способностей и разочарование от того, что ему приходится со мной возиться.

Грррр! Кто же спорит? Но ты мог бы и мягче это высказать, белобрысый поганец! Ну ладно… Поиграем.

– Вы так и не изволили просветить, почему мы не отправились телепортом из имения, когда стало ясно, что хрупкий девичий организм сможет это пережить, – сладким голосом пропело мое высочество. – Ведь научного багажа многоуважаемого Хранителя хватает для таких сложных манипуляций с пространством, так ведь?

Глядя на то, как подобрался мужчина, почти пожалела о своем опрометчивом экспромте. Почти…

Такое ощущение, что еще немного, и вывести этого ледяного блондина из равновесия станет для меня идеей фикс. А ведь это не есть хорошо.

– Если бы леди не изволила меня перебивать, то она, без сомнения, услышала бы эту важную для нее информацию, – ожег меня холодом Лир. – Продолжаю. Так как маг проходит в телепорт последним, он не может обезопасить тех, кого провел до этого. По ту сторону вы были бы абсолютно беззащитны. В саму столицу перенестись невозможно, да и переход на такие дальние расстояния осуществляется не за две секунды. Вдобавок ко всему, есть такая вещь, как энергетическое поле планеты. Перемещение в нем самого мага по созданному им каналу не вызывает большого резонанса. А вот если он проводит кого-нибудь еще, а тем более человека без Дара, то колебания идут такие, что проще на общей частоте послать сигнал, что во столько-то и там-то можно ожидать прибытия наследной принцессы Изначальной Империи. Подходи кто хочет и бери тепленькой… – Хранитель резко подался вперед, и я с трудом подавила порыв отшатнуться. – Вам так хочется оказаться в цепких лапах Кланов?

Взяла себя и свою трусость, заодно с рефлексами, в руки, состроив очередное каменное лицо, и продолжила:

– Насколько я понимаю, господин Мидьяр и подстрахует нас с той стороны?

– Вы абсолютно правы! – включился Хранитель Грез. – Портал построит Лир, а я, пройдя первым, сглажу колебания пространства и обеспечу вам безопасность по прибытии.

– Гасить резонансы одно из свойств именно вашей стихии? – полуутвердительно произнесла я.

– Чудеса логического анализа, – запрокинув голову и любуясь звездным небом, задумчиво проговорил Лирвейн.

Так… Не поняла. Что это вообще за явление? То из него и слова лишнего не выжать, то вот что выкидывает!

– Знала, что вы оцените, – холодно ответствовала блондину.

Мидьяр и Мариоль наблюдали за нашим обменом «любезностями» с нездоровым интересом. Искусник хмыкнул и внимательно посмотрел на Хранителя Воды. Лирвейн взгляд приятеля перехватил и, улыбнувшись, сказал:

– Потом выскажешь свое мнение. Сейчас не время и не место.

– Кстати, а почему не наблюдается никакой реакции народа на ваше триумфальное появление? – подала голос Мари.

Хм… И правда.

– Они нас не видят, я прикрыл всю нашу группу мороком. Для селян мы все еще просто поем у костра, – ответил Мидьяр.

– А если кто-то близко решит подойти? – встряла я.

– Не решат, – усмехнулся Мидьяр, – я же не зря Хранитель Грез, такие плетения… Впрочем, вам пока не понять, так что расслабьтесь, принцесса.

Ах расслабиться? Может, еще сидеть и не вякать? Советчики! Зачем при каждом удобном случае тыкать носом в мое невежество? Что Лирвейн, что этот… новоприбывший. Я такого крайне не люблю! Да, мало знаю, но это не моя вина, я ведь хочу учиться!

Эмоции наплывали волной, в душе медленно разгорался гнев, и меня начало мелко потряхивать от сдерживаемых с трудом чувств.

«Расслабьтесь!» – попробовала уже расслабиться, так последний вечер испортили! Надо было ему явиться на этот праздник! И нет бы сразу прийти представиться, так мы барда изображаем. «Не хотите ли спеть?» «Неужели так на престол не хочется?» Напугал до полусмерти, гад! Чувствуя, что нахожусь на грани, поднялась с лавки и отрывисто произнесла:

– Не буду мешать взаимодействию столь блестящих интеллектов и пойду праздновать дальше!

Полюбовавшись на удивленные лица «интеллектуалов» и взглядом остановив начавшую было подниматься Мари, резко развернулась, не позволив Лиру меня перехватить, и бросилась прочь от костра.

Естественно, к народу я не пошла. Меня все еще трясло, и дрожь не унималась, как ни старалась дышать ровно и успокоиться. Так что быстро пошла к лесу. Если все правильно помню, то через метров тридцать за ним должно быть озеро, а остудиться мне сейчас крайне необходимо. Ускорив шаг, практически вбежала под сень деревьев. Там меня и скрутило. В груди жгло, а между кончиками пальцев стали искрить разряды.

Прильнув к ближайшему дереву, как к родному, начала медленно сползать вниз, но сделала над собой усилие и встала.

Думай, Аля, думай! Это сила пробудилась. Как тогда с Водой у Лира, но это Огонь. А у меня никакого опыта по взаимодействию со стихией. Если спущу поводья, то весь лес спалю и сама не уцелею! Надо к воде… Это близко. Давай! Шаг. Еще один. Вот какая я у себя умница. Дышим глубоко, размеренно… И идем.


– Твой же передовой отряд! – выругался Лирвейн.

– Что с ней? – поинтересовался Мидьяр.

– Сидр, магия, все вместе, – пожал плечами Хранитель Воды. – Прости, Ярр, мне некогда, побудь пока с леди Мариоль, – и быстро пошел вслед за Алей.

Девушка, вопреки своему заявлению, бежала не к кострам селян, а подальше в темноту, в сторону леса, видимо не разбирая уже дороги. «Плохо, не уследил, – думал Лир, – но кто же знал, что ее действительно так сорвет с полчашки сидра?» Сам он уже и не помнил, когда последний раз на него влиял алкоголь. А еще эта адаптация организма. Он не говорил об этом, но такие вспышки эмоций были чреваты неконтролируемым выбросом энергии. Следовательно, в таком состоянии девушка опасна как для окружающих, так и для самой себя. И что делать? Нельзя допустить, чтобы с единственной наследницей что-то случилось, да и, если она подожжет лес, неприятностей не оберешься.

Лир кинул сеть. Да, кончики пальцев у принцессы уже искрились. Дар этот пробужденный… странно, и ведь огненный! Огненный… Об этом надо подумать. Но не сейчас. Лир догнал и крепко обхватил девушку руками, обволакивая ее коконом из своей магии. Вовремя. От неожиданности и так хрупкий самоконтроль ослаб еще больше, и ладони принцессы полыхнули алым светом. Лира от ожогов и лес от возгорания спас только предусмотрительно поставленный купол.

– Тише, Александра, это я, – прошептал на ухо раньше, чем она попыталась вырваться.

– Отпусти немедленно! Слышать тебя не желаю, а видеть – тем более! – прошипела девушка, рванувшись из рук Хранителя.

Бесполезно. Он сильнее.

– Сейчас, – голос его звучал тихо и ласково, словно он приручал пугливую лошадь, – обещай только, что никуда не убежишь.

– Пошел вон, почему я должна тебе что-то обещать и вообще тебя слушаться? – Принцессу явно несло. Хранитель попытался коснуться девушки своей магией, но на ней стояла природная защита. Он не мог на нее воздействовать, пока она не расслабится, пока не впустит магию сама, а значит, придется уговаривать.

– Ты ничего не должна, просто в лесу темно, а у костра Мариоль, ты оставила ее одну. Мы сейчас пойдем ее искать, да? – Голос Хранителя продолжал звучать тихо и успокаивающе. Он нес что попало, лишь бы отвлечь девушку. Проще, конечно, было бы вылить на нее ушат холодной воды, но искры на кончиках пальцев его останавливали. Имя подруги, казалось, немного привело девушку в чувство.

– Пусти, – сказала она, но уже спокойнее.

– Вот так, – улыбнулся Лир, ослабляя хватку, – дыши глубже, ты справишься. Это все алкоголь, твои эмоции не имеют значения…

И тут же понял, что совершил ошибку. Девушка опять рванулась прочь.

– Не имеют значения! – закричала она. – Да, для тебя точно не имеют значения, ты вообще, похоже, забыл, что такое эмоции, ледышка! Холодный, надменный, высокомерный! В тебе хоть что-нибудь от нормального человека осталось?

Лирвейн несколько побледнел и сжал кулаки, по всей видимости призывая себя успокоиться.

Девушка опять рванулась, и на этот раз мужчина ее отпустил. Почти. Тут же схватил за руку и резко дернул, прижав к себе, затем обхватил одной рукой за талию, а другую запустил в густую гриву волос.

– Ну зачем же так агрессивно? – Голос Хранителя внезапно стал несколько хрипловатым и мурлыкающим. – Высокомерный, холодный и так далее… Ты же меня совсем не знаешь, а так резко отзываешься…

От такой резкой смены поведения девушка несколько притихла, прислушиваясь к бархатным переливам голоса блондина.

Между тем руки Хранителя пришли в движение, скользнув пальцами по изгибу девичьей шейки. Услышав удивленный вздох, он удовлетворенно рассмеялся. Вторая рука легонько пробежалась по изгибу спины и скользнула на поясницу, отчего принцесса вообще присмирела, как мышь под веником, и сделала неуверенную попытку отстраниться.

– Ну куда же так быстро? – промурлыкал мужчина, проведя носом по виску девушки. – Я тут старательно вам доказываю, что я не холодный и не высокомерный, а ты решительно отказываешься выслушать мои доводы!

От такого заявления Александра удвоила попытки сделать ноги.

Но между пальцами принцессы опять начали проскакивать разряды, отчего Хранитель встревоженно покачал головой и решил, что дальше отвлекать и убалтывать нет резона.

Снова погладив нежную кожу, мужчина осторожно обхватил шейку ладонью и сильно нажал на несколько точек. Девушка резко вскинула голову, впервые за все время посмотрев ему в глаза, и, удивленно охнув, осела. Огни силы тоже погасли. Лирвейн перехватил принцессу поудобнее и, закатив глаза к звездному небу, вопросил:

– Ну вот за что мне это наказание, а?

«Наказание» уже сладко спало, уткнувшись носом в плечо Лирвейна и двумя руками обхватив косу Хранителя, как любимую игрушку. Причем волосы, судя по всему, девушка отпускать не собиралась. Посмотрев на эту картину, мужчина негромко рассмеялся и легко понес обратно свою морально тяжелую ношу.

Проходя мимо костра, попросил Ярра собрать всех в гостинице. Незаметно пробравшись в комнату принцессы, он уложил девушку на кровать прямо в платье. Не хватало ему еще смущать ее переодеванием, хотя, ввиду отключки девушки, скорее себя. Вообще-то, с учетом обстоятельств, она еще неплохо держалась.

Но потом возникла небольшая заминка с освобождением косы. Принцесса цепко ухватилась за нее ручонками и отпускать не хотела ни в какую. Попытался разжать пальчики, но девушка начала ворочаться, и эту затею пришлось оставить.

Хранитель представил реакцию Али на ситуацию: ночь, комната, постель, Лирвейн. Содрогнулся и удвоил осторожные попытки высвободить шевелюру. Спустя минуту это мероприятие таки увенчалось успехом, и, накрыв недовольно застонавшую Алю одеялом, Лир поскорее убрался из комнаты.


Проснулась я с тяжелой головой и провалами в памяти. Последнее обстоятельство обнаружилось моим полусонным организмом на пути к ванной. Добравшись до умывальника, уныло оглядела в зеркале свою помятую персону и сделала неутешительный вывод, что праздник, судя по всему, прошел продуктивно. Потому как не имею ни малейшего понятия, как оказалась в своей комнате. Последнее, что я помнила, как во мне вспыхнул огонь и как пришел Лирвейн. Дальше пусто. Начав умываться, с удивлением заметила запутавшиеся между пальцев длинные белые волосы. Взяв один, оценила белизну, длину и испытала огромное желание грохнуться в обморок. Потому как вопрос о его владельце даже не стоял. С ужасом пыталась вспомнить, при каких обстоятельствах я могла бы попытаться проредить шевелюру Хранителя Воды.

Обстоятельства вспоминаться не желали ни в какую! Подавила порыв постучаться буйной головушкой о что-нибудь твердое.

Услышала, что в комнату кто-то зашел, и поспешила вернуться.

Там обнаружилась бодренькая и свеженькая Мари, которая, завидев мою потрепанную особу, весело рассмеялась.

– Ну как погуляли, ваше высочество?

Глядя на ее сияющую физиономию, прилива оптимизма я все равно не ощутила.

– Отвратительно! – плюхнувшись рядом с подругой на кровать, со стоном схватилась за голову. – Ничего не помню…

– А зря-а! – картинно закатила глазки подруга. – Тебя обратно Хранитель на руках тащил, между прочим! Кстати, что вы там натворили в лесу, если он тебя в таком состоянии оттуда вынес?

Услышав такие «замечательные» новости, вообще в осадок выпала. Итак, что мы имеем? Я убежала в лес, за мной пошел Лирвейн, обратно меня вынесли в бессознательном состоянии, а утром белые волосы в руках!

Мало ли какие могут быть причины? Может, у Хранителя куриная слепота или еще что-нибудь в этом роде. Вдруг он упал, а я его поймала? За волосы, ага…

Если он продолжал вести себя в том же ключе, то я, ввиду обостренных реакций и проснувшейся силы, могла натворить о-очень многое.

– Кстати, – продолжала подруга, вволю полюбовавшись на мою скорбную физиономию. – Лирвейн передал тебе настойку.

Кинула небольшую бутылочку из зеленоватого стекла.

– Сказал: пить по колпачку три раза в день до еды.

Ой… А зачем?

С ужасом покосилась на бутылек и, убедившись, что страшной пасти с зубами в три ряда на нем не наблюдается, осторожно взяла его в руки. Открутила крышечку и понюхала содержимое. Слабо пахло мятой, пустырником и валерьяной. М-да… Без комментариев.

На столе стоял наполовину полный стакан с водой, в нем и развела настойку. Быстро выпила. Немного горьковато, конечно, но когда что-либо полезное у нас было однозначно приятным?

Переодевшись, мы с Мари спустились вниз завтракать. Первые минут десять избегала лишний раз смотреть на Хранителей, да и на команду тоже. Но, отметив безукоризненную вежливость и тактичность окружающих, поняла, что напоминать о вчерашнем позоре мне никто не собирается. Успокоилась и смело спросила о наших дальнейших планах. Мидьяр щелкнул пальцами, и воздух вокруг нас на секунду засеребрился. Осознав, что появилась возможность сравнить «почерк» магов разных стихий, решила ее не упускать и привычно нырнула в астрал. Там увидела плетение Хранителя Грез и несколько ошалела от его сложности и красоты.

Если вязь заклинаний Лирвейна отличалась простотой и элегантностью, то Ярр как крючком их плел. Безумно сложно и красиво. И это всего лишь звуконепроницаемый полог. Любопытно, как он умудряется выплетать такие сложные конструкции за такое мизерно короткое время? Или у него уже есть шаблоны? Очень интересно!

– Приблизительный план действий таков, – начал Искусник. – Мы выезжаем из деревни, находим местечко поглуше и вчетвером перемещаемся ближе к стольному граду. От места переноса до нашей резиденции примерно час пешего ходу. Принцесса и ее дама не имеют ничего против небольшой прогулки?

Мы с Мари дружно заверили Мидьяра, что такая перспектива нас только радует.

– А как быть с Винки и багажом? – вспомнила подруга нашего непутевого конюха.

– Они поедут кружным путем, – подал голос Лирвейн. – Через неделю доберутся. Кстати, советую вашего человека отправить обратно, как только он исполнит свою миссию, – продолжал Хранитель, посмотрев мне в глаза. – Для его же блага.

Я медленно кивнула в ответ.

Покончив с завтраком и сборами, неспешно выехали из деревни. Час спустя мы свернули с основного тракта на лесную дорогу и углубились в сосновый бор. Через некоторое время была найдена полянка, которая отвечала взыскательному вкусу Хранителей.

Мы спешились, и мужчины ушли заниматься предварительной подготовкой перехода. Я стояла и гладила свою лошадь. Вот же… Старалась ведь не привязываться, даже имени не дала, знала, что временно это, а все равно сложно расставаться. На прощание чмокнула кобылку в белую звездочку, подхватила сумку и решительно направилась в сторону спорящих о чем-то магов. При моем приближении они прекратили препираться, видимо, пришли к какому-то консенсусу.

Мидьяр подхватил нас с Мари под локотки и оттащил метра на три прочь от Лира, пробормотав нечто непонятное о завихрениях пространства и полярности стихий.

Хранитель Воды прикрыл глаза и начал неторопливо выплетать заклинание. Я собиралась, по обыкновению, полюбоваться на это с уровня лент, но там меня буквально ослепило непонятным свечением. Глаза обожгло болью, и я, застонав, начала опускаться на колени. Выплыть из астрала тоже не получалось.

– Идиотка малолетняя! – Щеку обожгло легким ударом, именно это болевое ощущение физического тела выдернуло меня из губящего света. – Кто же тебя лезть просил? Сгоришь ведь, глупая!

На ноющие глаза опустилась прохладная ладонь, и неприятные ощущения тотчас же прошли. Несмело приоткрыв глаза, увидела склонившихся надо мной Мидьяра и Мариоль.

– Ты головой думаешь? Лир из-за тебя чуть построение портала не бросил! – Увидев, что я очухалась, Хранитель Грез помог мне подняться. – Ты хоть понимаешь, чем это грозит?

– Извините, – растерянно пролепетала я. – Мне не говорили, что это опасно для меня или для Лирвейна.

– Да кто же знал, что у тебя хватит мозгов полезть в чужую сетку! – раздраженно прищурил темно-синие глаза Искусник. – Так! Никуда не соваться и без команды даже с места не двигаться! Все ясно?

Не дожидаясь ответа, мужчина быстро пошел к застывшему в центре полянки Лиру. Хранитель Воды медленно развел сцепленные прежде руки, и напротив него стало медленно разрастаться голубоватое марево. Когда оно достигло двух метров в диаметре, туда нырнул Мидьяр. Через минуту Лирвейн открыл полыхающие синим светом глаза и кивнул на портал.

Не заставив себя ждать, мы быстро прошли в переход. Странное ощущение. Как будто паришь, но без ветра. Полет закончился так же неожиданно, как и начался. Вышли в ухоженном лесу. Невысокая травка, стройные деревья, никаких валяющихся веток и прочего естественного мусора.

– Прибыли! Замечательно. – К нам подошел снова сияющий Ярр, как будто и не было никаких неприятных моментов по ту сторону. – Нам вот по этой тропинке.

– А как же… – показала на все еще колыхающееся за спиной марево.

– Догонит, – невозмутимо ответил Хранитель. Потом заметил наши увесистые сумки и, досадливо поморщившись, взмахом ладони испарил их.

– А… – начала было Мари.

– Потом отдам! – отмахнулся Искусник.

Быстрым шагом направился по тропке, потянув нас за собой. Через полчаса тропинки сменились каменными дорожками, и вокруг стали видны следы вмешательства рук садовников. Клумбы, подстриженный кустарник, маленькие фонтанчики. Меня поразило обилие разнообразных цветов. Все на диво гармонично вписывалось в окружающую местность. Композиции из цветов тоже были разные. Сначала попадались небольшие клумбочки, обложенные гранитными камнями или известняком. В них цвели скромные лесные цветы, но в этом и была их прелесть и утонченность. Потом стали попадаться коридоры из кустарников и фонтаны.

Спустя еще десять минут нас догнал Лирвейн. Выглядел он несколько более утомленным, чем обычно.

На подходах к замку Мидьяр окончательно скинул с себя личину музыканта, и я совершенно невежливо на него уставилась. По моим вчерашним воспоминаниям, в шевелюре Хранителя Грез преобладал черный цвет с небольшими вкраплениями зеленого и фиолетового. Сегодня же косички Мидьяра играли на солнце всеми оттенками красного и золотого. Колер одежды теперь представлял из себя мешанину цветов с доминирующими красным и янтарным.

Посмотрев на подругу, обнаружила на ее личике ту же степень удивления, которая, вероятно, отражалась и на моем. Покосившись на наши ошеломленные персоны, бард весело хихикнул и пошел вперед. Следом двинулся Лирвейн, тихо прошипев: «Позер неисправимый». С Хранителя Воды тоже на глазах сползала маскировка. Волосы снова стали снежными, а одежда белой.

Насколько я поняла, идем мы отнюдь не к парадному входу. Хотя наверняка в данный момент это самое верное решение. Уставшие и запыленные, в дорожной одежде, мы с Мариоль на высокородных леди отнюдь не походили.

Задний дворик оказался очень миленьким. Вымощенный камнем, окруженный плодовыми деревьями, с фонтанчиком в виде девушки с кувшином в центре. Похоже, это место отдыха обитателей замка.

Пройдя дворик насквозь, вошли в замок через неприметную дверцу. Вероятно, она была еще и замаскирована, так как, пока не подошли практически вплотную, ее не было видно.

Мы с почетным эскортом в лице Хранителей Воды и Грез двигались по коридору. Выглядели мужчины весьма колоритно. Практически снежный, казалось, даже смуглая кожа стала светлее, в белом одеянии Лирвейн и в противовес ему Мидьяр, с разноцветными волосами и в одежде цвета янтаря. Невольно подумалось, что даже черный не был бы тут более полярным. Мы подошли к массивным дверям. Расторопные лакеи немедленно их отворили. Зайдя, оказались в просторной, светлой комнате, отделанной в зеленых тонах. Вдруг раздался удивленный вскрик Маришки:

– Чуча? Но как…

Оглянувшись, я заметила вальяжно раскинувшегося на диване в углу огромного черного кота. На нашего Чучундрика он и вправду был похож. Те же ненормальные размеры, зеленые глазищи и презрительный прищур на хитрой усатой морде. К слову, Чуча был любовью всей Маришкиной жизни. К сожалению, не взаимной. Все попытки подруги завоевать благосклонность главного мужчины нашего дома неизменно терпели крах. Насколько знаю, подруга очень переживала из-за того, что Чуча в имении остался без ее присмотра. Впрочем, у всех свои винтики в голове. У Мариши – кот. Ничего не поделаешь.

И тут произошла неожиданность. Причем такая, что даже я не знала, как реагировать. Без понятия, что нашло на Мари, но та с воплем:

– Я так рада тебя видеть! – бросилась к несчастному, но пока не догадывающемуся о том, насколько он попал, коту.

На выразительной морде усатого промелькнуло недоумение, быстро сменившееся ужасом. Чернявая любовь подруги честно попыталась убраться с траектории ее падения. Но кот не успел. Мариоль оказалась быстрее. Я могу гордиться подругой! Та с размаху приземлилась на диван и, не теряя ни секунды, попыталась схватить кота в объятия. Что было весьма затруднительно ввиду немалого размера тушки и ее активного сопротивления.

– Кис-кис-кис, мой хороший… – ворковала подруга, пытаясь подобраться ближе к ошалевшей от такого внимания животинке.

Животинка, судя по когтям и ощеренной пасти, хорошей себя отнюдь не мнила.

Тут кот совершил фатальную тактическую ошибку. Позволил загнать себя в угол. Совершив блестящий бросок, Мари таки схватила котявого в охапку.

Прижимаясь спиной к подлокотнику, кот напрочь игнорировал все попытки Маришки успокоить свою «мохнатую прелесть». В зеленых глазищах застыли недоумение и паника. Он бросал отчаянные взгляды мне за спину. Обернувшись, я впала еще в больший ступор. Оба Хранителя беззвучно, но очень искренне ржали. По-другому это не назвать. Ярр уже сидел на полу, а Лирвейн доблестно цеплялся за косяк.

Со стороны дивана раздались шипение кота и ругательства Мариоль. После этого – душераздирающий мяв. Я поспешно повернулась. И застала живописный эпизод, в котором Мари, потеряв равновесие, падает на непонятно как оказавшегося на полу кота. В тот же момент сверкнула яркая вспышка, и, открыв глаза, я увидела подругу, лежащую на каком-то незнакомом и непонятно как тут оказавшемся обнаженном мужчине. Относительно сдержанный смех за спиной перерос в громовой хохот.

Мариоль, увидев, на ком она так комфортно разлеглась, попыталась вскочить, что у нее практически получилось, но, запутавшись в платье, подруга упала обратно. Причем, судя по короткому вскрику парня, на что-то жизненно важное.

Вторая попытка увенчалась успехом. Мари подлетела ко мне. Мужчина, с трудом поднявшись, начаровал себе темный плащ, в который и закутался. Повернулся к нам. Зло сверкнул зелеными глазами на развеселый дуэт у двери, затем отбросил за спину длинные черные волосы и рявкнул:

– А ну хорош веселиться! На вас бы я посмотрел в такой ситуации!

– Хорошо. Прости, Аэрлис, – первым пришел в себя Лир.

Тут решила подать голос Мариоль:

– Не понимаю. Кто это? Что тут вообще происходит? – в конце фразы подруга сорвалась на крик.

Тут же подал голос Мидьяр.

– Ну-у-у… Это Хранитель Тьмы. Аэрлис. Собственно, мы хотели позже вам его представить. – Мидьяр снова засмеялся. – И как-то более официально, что ли… – Искусник легко поднялся с пола и, подойдя, поцеловал подруге руку. – Леди Мариоль, позвольте мне выразить свое искреннее восхищение! – Хранитель согнулся в галантном поклоне, метнув на хмурого Аэрлиса веселый взгляд.

– Приятно познакомиться. – Вспомнив о приличиях, я присела в неглубоком реверансе. Мари, недовольно поджав губы, последовала моему примеру.

– Взаимно, леди, – отвесил поклон зеленоглазый Хранитель. И так посмотрел на опустившую голову Мариоль, что я поняла: унижение своего кошачьего достоинства он ей припомнит. И, боюсь, не раз. Если первое впечатление верно, Тьма из той породы, чей девиз «Отомщу, забуду и еще раз отомщу». Весело мы прибыли. Оптимистичнее некуда. Да и в том взгляде, которым он меня окинул, почтения было маловато. Но в открытую не хамит, и ладно. Уважать пока и правда особо не за что, да и вообще его реакция вполне объяснима.

– Полагаю, дамы желают отдохнуть с дороги, – утвердительно произнес невозмутимый Искусник. Поражаюсь тому, как быстро меняется его настроение. Да и внешность… м-да. Нужно, кстати, при случае полюбопытствовать, как это вообще возможно. Хотя мы ведь можем лечить… Это ускорение или изменение естественных процессов в организме. От чего зависит цвет волос? От пигмента. Получается, Хранитель вмешивается в структуру ДНК. Куда ж я попала… Правду говорили, возможности этих магов практически безграничны.

Пока я плавала в размышлениях, подруга, приметившая мое состояние, ответила за нас обеих.

– Вы правы, – согласно улыбнулась Мариоль, все еще избегая смотреть на Аэрлиса. – Будем весьма благодарны, если нас проводят в выделенные покои.

– Какие комнаты свободны? – обратился Ярр к Аэрлису.

– У нас ремонт, – развел руками Тьма. – Ожидали вашего приезда только через неделю и потому не готовы. В данный момент пригодны для обитания только голубые комнаты.

– А зеленые? – вдруг ухмыльнулся Хранитель Грез, чуть прищурив синие глаза.

– Но там… – возмущенно начал Лис.

– Свой сундук с реактивами вытащишь позже. У нас вообще не замок, а дурдом! Везде валяются зелья, краски, кисти, холсты, книги, механические игрушки Стали и документы, которые потом некоторые ищут, судорожно бегая по всему имению!

– Ага! А также инструменты и разноцветные тряпки, – ехидно добавил Лирвейн.

– Не трогай святое! – демонстративно обиделся Мидьяр.

Мы с Мари в полном ступоре наблюдали за этим обменом любезностями. Вот тебе и величественные. Да и с Лирвейном что-то не то творится. Холодность испаряется на глазах. Конечно, по сравнению с этими двумя Лир весьма уравновешенный, но если провести параллели с его прошлым поведением, то разница очень заметна.

Хранители наконец определились с тем, куда нас поселить, и Мидьяр, развернувшись, направился к дверям, жестом позвав за собой. Торопливо распрощавшись с Лирвейном и Аэрлисом, мы побежали его догонять.

За планировку и оформление резиденции архитектора и дизайнеров стоило бы убить. Медленно. Все, несомненно, очень красиво, но запутано как невесть что! За те пять минут, которые мы шли до наших покоев, свернули такое количество раз, что я устала считать. При этом часть коридоров была построена по лучевой схеме, а другие разве что змеей не вились. Судя по всему, в планировке была какая-то система, но я пока, к сожалению, не могла ее уловить. Назначение могло быть только одно. В таком здании держать внутреннюю оборону – одно удовольствие. Столько арок, коридоров, простенков, анфилад, лесенок, что можно только было позавидовать фантазии того, кто творил чертеж этого здания. И ведь относительно недавно, судя по всему… Человек, должно быть, незаурядного ума и разносторонне развитая личность. Если, конечно, это не коллективное творчество. Но в любом случае изучать замок будет крайне любопытно! Судя по горящему взору подруги, ее мысли текли в том же направлении. Встретившись глазами, мы проказливо улыбнулись и немного ускорили шаг, догоняя Хранителя.

Пройдя еще пару коридоров, мы оказались в небольшом зале, отделанном темно-синим мрамором со светлыми прожилками. В нем имелось четыре двустворчатых двери светлого дерева.

– Ну вот, барышни, тут вы и будете пока жить! – Встав посреди зала, Мидьяр крутанулся вокруг своей оси и, раскинув руки, повернулся к нам лицом. Синие глаза задорно сверкали, на губах сияла проказливая улыбка. Ладони показывали как раз на две стоящие друг против друга двери. – Примерно через час обед, за вами кто-нибудь зайдет. Пока отдыхайте и приводите себя в порядок.

На этой ноте бард попытался откланяться, но уже на выходе его настиг наш с Мариоль возмущенный вопль:

– А вещи?!

– Едва не забыл, – хлопнул себя по лбу Ярр. Потом, покосившись на наши скептические гримасы и рассмеявшись, признал: – Ну забыл, забыл.

Щелкнув пальцами, маг материализовал все наши сумки и, отсалютовав, быстренько скрылся. Причем так быстро, что я даже не успела к нему пристать с вопросом: «А собственно, как?»

## Глава 6. Игра с Советом: раунд первый

> Пессимист видит трудность в любой возможности; оптимист – видит возможность в любой трудности.

> Уинстон Черчилль

Не сговариваясь, мы с Маришкой пошли в одну комнату. Ею оказалась та самая зеленая, из которой Аэрлису и надлежало забрать сундучок с реактивами. Когда Мариоль заметила сундук, то сразу же навострилась в него залезть. Но я ухватила подругу за платье и немного прочистила мозги: «Вспомни, где мы, да и неизвестно, что там может лежать». Ведь если там что-то опасное, то останутся от моей незадачливой первой дамы, которая всего лишь стремилась к новым знаниям, рожки да ножки. А это… не эстетично. Если уж умирать, то красиво и с музыкой!

Эта комната, судя по всему, была гостиной. За двумя дверями обнаружились спальня и кабинет. Утащив сумку в спальню, вернулась в гостиную и, подвинув уже растекшуюся по дивану Мариоль, спросила:

– Мариш… Я отвернулась и не видела все подробности твоей охоты за «мохнатой прелестью», – хихикнула, лукаво поглядывая на подружку. – Так почему кот так орал-то?

Возмущенно засопевшая на первой фразе Мари, заслышав вторую, покраснела и отвела глаза.

– Та-а-ак! – мигом взбодрилась я. – А ну рассказывай!

– Да ничего такого, – соврала подруженька, честно глядя мне в глаза.

– Дорогая, кого ты пытаешься обмануть? – вкрадчиво поинтересовалась я. – Я же как облупленную тебя знаю.

После такой реакции просто обязана из нее все вытрясти!

– Ты сама все видела! – вспылила Мариоль. – Как зашла и кота этого увидела, так у меня в голове перемкнуло. Чученька, и все! Я так скучала, а он вырываться! Ну и схватила… за то, что под руку подвернулось, – уже почти прошептала Мари, но потом опять повысила голос: – Я что, виновата, что под руку хвост подвернулся!

– Что-о-о?! – Я распласталась по дивану в бессильном хохоте. – Ой, не могу! Недаром он вопил! – Посмотрев на недовольную мордашку подруги, снова рассмеялась: – Да, Мариша, уж попала так попала!

Мариоль, судя по сердитым взглядам, моего искреннего веселья не разделяла.

– Тебе смешно? – возмущенно прошипела брюнетка. – Ты представь, как я себя чувствую!

– Извини, милая. – Я тотчас успокоилась. – Не хотела тебя обидеть. Кстати, какие впечатления от замка и Хранителей? Мы так и не успели поговорить.

– В последнее время это вообще редко удается, – подтвердила подруга. – А впечатления… Неоднозначные, скажем так. Замок, несомненно, интересный, а вот Источники… Не такими представляла их, если честно. Один Мидьяр чего стоит.

– Допустим, с Ярром все относительно понятно, – провела пальцем по лбу и предположила: – Грезы… Возможно, это просто свойства стихии. Да и бард он. Творческая личность, как ни крути, а они все немного сумасшедшие.

– Не будем делать преждевременных выводов, – ободряюще улыбнулась Маришка. – Мы только приехали и толком незнакомы со здешними обитателями. А нам с ними работать, и желательно продуктивно. Поэтому их надо аккуратненько изучить и подстраиваться под удобную для Хранителей манеру поведения и общения.

– Тут наверняка должна быть библиотека, – протянула я задумчиво. – И гораздо более богатая, чем дома.

– Нужно найти и порыться, – согласилась Мари.

– И за обедом осторожненько вызнать дальнейшие планы. – Глянув на настенные часы, я потрясенно охнула: – Мы с тобой полчаса уже треплемся! Скоро придут, а мы даже не умылись.

– О! Тогда я пошла к себе. – Подскочив с дивана, подруга взяла свою сумку и вышла из комнаты.

Проводив ее взглядом, отправилась на поиски ванной комнаты. Она оказалась в спальне за незаметной маленькой дверцей. Вернее, сначала я попала в гардеробную, а уже оттуда в ванную. Там у меня возникла небольшая проблема. Похоже, техническое оснащение замка очень сильно опережало известные мне механизмы. С горем пополам я таки в них разобралась, правда предварительно умудрившись сначала обжечься, а потом окатить себя ледяной водой. Памятуя о предыдущих событиях, сдержалась и не стала демонстрировать свои вокальные данные.

Выползла из ванны злая и недовольная. Потом обнаружила отсутствие полотенца и похвалила себя в очередной раз. Пришлось рыться в гардеробе. Полотенец не отыскала, но простыня тоже неплохо. Завернулась в нее и отправилась в спальню потрошить сумку на предмет чего надеть.

Тут меня удача тоже не ждала. Единственное оказавшееся там платье было в настолько непрезентабельном виде, что даже у себя в комнате, где никто не видит, ходить страшно. То, в чем приехала, – пыльное и грязное. Вытащив относительно чистые рубашку и штаны, критически их оглядела. М-да… Ну ладно, как говорится, на безрыбье… и так далее. Порылась еще, нашла симпатичную жилеточку с интересной вышивкой и укомплектовала ею наряд.

Переодевшись, решила разобрать вещи. На самом дне сумки обнаружился мешочек с наиболее ценными для меня вещами. Закинув сумку на антресоль в гардеробе, я вернулась обратно и села на кровать. Ослабила шнуровку на горловине мешочка, высыпала его содержимое на изумрудное покрывало. Тут было немного. Мамины украшения и кошелечек с прядью волос. Даже не знаю, почему взяла ее с собой… и храню именно здесь. Пропустила сквозь пальцы скромные бусы из мелкого жемчуга, взяла в руки простенькие серебряные сережки и колечко. Мама. Мне так жаль… Если бы ты только знала, насколько обидно, что мы никогда не встретимся.

Ты была из небогатой, практически угасшей ветви Синего Клана. И казалось, что судьба повернулась к тебе лицом, когда ты попала во дворец и стала личной служанкой Императрицы-матери.

Интересно, ты любила моего отца или просто не посмела отказать Императору? А ведь в ту пору его супруга тоже носила ребенка…

Потрясла головой, отгоняя грустные мысли, и положила украшения обратно.

Нерешительно прикоснулась к кошельку с волосами. Открыла. Медленно достала длинную рыжую прядь. Все еще сияет. Я держала ее на вытянутой руке, и она завораживающе сверкала в лучах солнца. Положила на кровать и невольно залюбовалась: медное на зеленом. Красиво.

Внезапно раздался звук открываемой входной двери, легкие шаги и негромкий голос Мари, зовущей меня по имени. Я быстро спрятала компромат, поднялась с кровати и пошла встречать подругу.

Мариоль стояла у окна. Одета была примерно так же, как и я, видимо, состояние ее гардероба от моего в лучшую сторону не отличалось.

– Да уж… Раскрасавицы! – Мы критически оглядели друг друга и улыбнулись. – Принцесса Изначальной Империи и ее первая дама.

– Первая, потому как в данный момент единственная, – хихикнула Маришка. – А вообще, ты права… Наемники краше выглядят.

– Ну что поделаешь, – пожала плечами, немного приподнимая штору для лучшего обзора парка за окном. – В любом случае это не официальный прием и не королевский дворец. Держать лицо, конечно, надо, но за каждым жестом сегодня следить необязательно.

– Не скажи… – задумчиво протянула Мариоль. – Хотя Хранители – это не придворные крокодилы, своя мотивация у них тоже имеется. А мы сейчас, как котята в воде…

– Но непременно научимся плавать! – твердым тоном перебила подругу.

На этом оптимистичном заключении раздался стук в дверь. За ней оказался лакей, который с поклоном предложил нам проследовать в столовую.

Следуя за невозмутимым слугой, вовсю разглядывала интерьеры замка. Когда нас вел Мидьяр, старалась не особо крутить головой по сторонам. А сейчас, кроме Мариоль, свидетелей моего любопытства не было, потому ничего не препятствовало его удовлетворению.

Проходя через анфилады комнат, опять поразилась фантазии архитектора. Он умудрялся сочетать такие различные стили, что я просто диву давалась. Причем все настолько плавно и органично перетекало из одного в другое, что оставалось только уважительно поклониться неведомому мастеру. Роскошь Востока и строгость Запада, дерево и металл, дворцовая лепнина в комнатах с кучей безделушек и аскетичная строгость почти пустынных оружейных залов.

Невероятно красиво.

Залюбовавшись убранством резиденции, не заметила, как дошли, и практически налетела на лакея. Вошли и оказались в большой столовой, отделанной в синей гамме, лишь белая мебель и распахнутые огромные светлые окна с легкими голубыми занавесями разбавляли чернильную густоту цвета.

Комната разделялась на две зоны: в одной был обеденный сектор, в другой – стояли пара кресел вокруг небольшого столика и маленький диванчик. Первое, что мне бросилось в глаза, – это сидящий на подоконнике Мидьяр, который что-то писал в тетради, мурлыкая себе под нос непонятный мотивчик. На диване, листая какую-то книгу, развалился Хранитель Тьмы. Около стола находился незнакомый светловолосый мужчина. Он в задумчивости водил карандашом по бумаге. Расфокусированный взгляд в пространство, наморщенный лоб. Но потом лицо осветилось догадкой, и мужчина стал с бешеной скоростью что-то чертить. Лирвейна в зале не наблюдалось.

На наше появление хоть как-то прореагировал только Аэрлис. Печально покосился на книгу, с которой ему, судя по всему, не хотелось расставаться по такой малозначительной причине, как наше появление, но затем все-таки встал и поклоном нас поприветствовал. А вот потом возникла небольшая пауза. Ни Ярр, ни незнакомец отвлекаться от своих занятий не планировали, да и сомнительно, что вообще заметили наше появление.

Лис подождал полминуты, резко хлопнул в ладоши, и я почувствовала дрожь лент силы. Только тогда увлекшиеся маги подняли головы.

– Леди, прошу простить мою невежливость! – Мидьяр легко соскочил с подоконника и согнулся в галантном полупоклоне. – Несколько увлекся.

– Тоже приношу свои извинения, – раздался позади тихий голос незнакомого мага. – Позвольте представиться: Асгард, Хранитель Стали.

Развернулась и коротким поклоном ответила на приветствие Оружейника. Хранитель оказался почти одного роста с Лирвейном и тоже светловолосым, но на этом сходство заканчивалось. Волосы были не белоснежными, как у Хранителя Воды, а какими-то светло-стальными, что ли. В одежде мужчины превалировал темный цвет, и было нашито множество кармашков, из которых торчали разнообразные предметы, часто непонятного мне назначения. На носу красовались круглые очки, которые хоть и придавали ему несколько более серьезный вид, но смотрелись довольно забавно. Короче, выглядел не менее чудаковато, чем Искусник, но несколько по-другому.

Чувствую, что-что, а скучно нам тут не будет… Один Мидьяр тот еще шалопай, да и ученый вроде Стали тоже по рассеянности много натворить может. Да и при первом взгляде на Аэрлиса стало ясно, что хитрость и пакостность натуры имеют место.

Вышеупомянутый шалопай, обаятельно улыбаясь во весь рот, предложил нам проследовать за стол.

Судя по всему, в этом доме придерживались правила «за едой о делах не говорят». Но, надо признать, поглощать пищу тишина отнюдь не мешала. Повар у Хранителей был бесподобный.

А вот Лирвейн так и не появился.

По окончании обеда нам предложили пройти в гостиную. Как понимаю, именно сейчас и начнется серьезный разговор.

Зайдя в уже знакомую зеленую комнату, мы рассредоточились по диванчикам, креслам и пуфикам. Мари обошла печально знакомый диван по широкой дуге и на Хранителя Тьмы смотреть избегала.

Мы с Мариоль разместились в креслах и выжидательно посмотрели на мужчин. Напротив опустился Мидьяр и, отбросив за спину гриву косичек, подарил нам еще одну сияющую улыбку. Внезапно обратила внимание на места дислокации Хранителей. Ярр – напротив, Аэрлис стоял у окон, а Асгард замер у дверей. Как интересно… Вот тебе и шалопаи с чудаками. Как грамотно все отходы перекрыли, и, судя по всему, абсолютно рефлекторно. Впрочем, чего я ожидала? Первое впечатление не всегда верное, особенно если речь идет о Хранителях. Интересно, а сколько этим «мальчикам» лет? Похоже, Совет тот еще паноптикум. Знакомясь с его представителями, все больше в этом убеждаюсь.

На этом этапе раздумья пришлось отложить и обратиться в слух, так как Хранители наконец решили поведать свои планы на мою скромную персону.

– Начну издалека, – медленно проговорил Мидьяр, откинувшись на спинку дивана. С лица Хранителя настолько быстро испарилось легкомысленное выражение, что я даже не успела поймать этот момент. – Вы в курсе, зачем и почему вы тут, принцесса?

– Я знаю только то, что мне рассказал Хранитель Воды, – начала осторожно говорить, обдумывая каждое слово и интонацию. – Правящая семья погибла почти в полном составе. Отец не дееспособен, а я единственная оставшаяся наследница с нужными свойствами.

– Абсолютно верно, – вступил Асгард. – Остальное мы собирались рассказать на месте. Объем информации варьировался бы в зависимости от того, какой окажется сиятельная леди. Вы… не разочаровали. – Почти незаметная улыбка скользнула по губам Оружейника.

И почему мне так слабо верится, что сейчас раскроют все карты? Выводы о том, что я из себя представляю, за время моего пребывания в замке они сделать не могли… Полагаю, Лирвейн поделился наблюдениями? Очередная проверка? Ну что ж… С этими прожженными политиканами мне не сравниться, вдобавок играть приходится на их поле и по их правилам. Но и я хотела бы показать себя с лучшей стороны.

– Рада, что произвела положительное впечатление.

Аккуратненько, осторожненько, не торопимся и думаем над каждым словом.

– Лир сказал, что у вас большие пробелы в знаниях, но похвальная тяга к развитию интеллекта, – продолжал Сталь. – Последнее хорошо, так как без нужного уровня просто не справитесь со стихиями. Они или сомнут вас, или отторгнут.

– Бывает и такое?

– Конечно. Именно поэтому наследников готовят с детства, – заметив промелькнувший в моих глазах вопрос, ответил Асгард. – Но даже после Единения собственным развитием пренебрегать нельзя, даже принятого Проводника стихии могут отвергнуть. Император обречен на самосовершенствование.

– Это случилось с отцом? – тихо спросила и внимательно посмотрела в карие глаза мужчины.

– Вы и вправду сообразительны, – усмехнулся Оружейник. – Да, правителя отторгли стихии.

– Именно этим обусловлено то, что он не может исцелить тело, и чем дальше, тем больше теряет разум, – полуутвердительно произнесла, переведя взгляд на Искусника. Заметив мое внимание, маг слегка склонил голову и принял эстафету «просвети принцессу» у Аса.

– Итак, самые важные на данный момент для вас области – это точные науки, по вполне понятным причинам. А также естественные науки – биология, анатомия и входящие в них подразделы, – продолжал Мидьяр.

Я смотрела на Хранителя и в который раз поражалась происшедшим переменам, почти неуловимым, но все же. Синие глаза приобрели глубину полночного неба, и ни одна из золотых звездочек смеха не нарушала его бархатного совершенства. Казалось, даже алые с золотом волосы потускнели, придавая мужчине серьезности.

– Ядами, противоядиями, а также распознаванием веществ мы тоже займемся вплотную, – вновь вмешался Аэрлис. Похоже, все упомянутое – это его специализация.

Последовала небольшая пауза, видимо, дающая мне возможность усвоить информацию. Потом снова вступил Асгард:

– Также придется уделить внимание тренировкам, физическая форма будущей Императрицы должна быть безукоризненна. – Так… И на что это намек? Я, конечно, не Мариоль, но браковать рано. – И, на мой взгляд, вам не помешало бы пройти стажировку в некоторых департаментах, естественно, в интересных вам направлениях. Дабы изучить работу ваших госучреждений изнутри и к моменту вступления на престол иметь представление об их деятельности. – Сталь опять стоял вполоборота ко мне. Я заметила, что этот мужчина редко смотрит в глаза. Наверное, правильно делает. Его темный взгляд начисто разрушает тот образ рассеянного ученого, который он создал.

Снова пауза. «Психологи, чтоб им», – подумала с некоторым раздражением. Потом нужно будет разложить все по полочкам.

На третий такт снова вступил Аэрлис.

– В департаментах же изучите политический расклад сил в Империи на данный момент. – Тьма окинул Мариоль темным малахитовым взором и с явным удовольствием добавил: – Позволю себе заметить, что вашей первой даме тоже не помешает поднять уровень своего образования.

Глаза Мари сузились, но свое недовольство она показала только этим. Я в какой-то мере ее понимала. Совет хороший, но то, как Аэрлис его подал, подругу, похоже, разозлило. Напряженные отношения между моей дамой и одним из Хранителей… Только этого мне не хватало! Будто мало того, что я сама с Лирвейном не всегда вела себя достойно.

– Со всем вышесказанным согласна, но как вы собираетесь это организовать? – задала вполне закономерный вопрос. – Сменить внешность, допустим, не проблема, но как быть с тем, что я, как наследница, должна находиться в королевском дворце? Вряд ли там одобрят программу моего времяпровождения. И когда мы отправляемся туда, кстати?

– Отправляемся примерно через неделю, когда прибудет карета. Вас перенесли отчасти потому, что времени у нас прискорбно мало, а работы много. – Нас еще раз скептически оглядели. Потом Аэрлис продолжил: – В пути же этот дефицитный материал расходовался крайне нерационально.

– Также можно придерживаться легенды о слабом здоровье ее высочества, – склонил голову в мою сторону Мидьяр. – Это даст ту самую свободу действий. Совсем идеальным вариантом было бы, если бы леди Мариоль согласилась принять облик принцессы и время от времени заменять ее во дворце.

– Допустим, – осторожно ответила Мари. – Но первая дама все равно нужна.

– Девушку для этого мы найдем, – покровительственно улыбнулся Сталь.

– А почему сразу не на роль принцессы? – задала закономерный вопрос.

– Потому что подруга – это наиболее близкий вам человек. Она знает ваши привычки и повадки. Если поставить чужого, то по вашем возвращении разница в поведении будет видна.

– Мы все обдумаем, – дружно ответили мы с Мариоль.

– Вот и отлично, – снова весело улыбнулся Ярр. В глазах волшебника опять задорно кружились золотые искры, а волосы сияли чистым золотом и пурпуром в лучах солнечного света. – Также подумайте, в какие департаменты вам хотелось бы попасть. – Волшебник встал, давая понять, что разговор окончен. – Вас проводят в ваши комнаты. Кстати, не хотели бы осмотреть замок? – Мы дружно заверили, что очень этого желаем. – Замечательно! В таком случае через некоторое время за вами кто-нибудь зайдет.

Мы вышли из гостиной. За дверями оказался уже знакомый лакей, который осведомился, куда нас проводить. Поразмыслив, решила, что день солнечный и торчать в помещении не очень хорошая мысль.

Пока мы шли по коридорам, начала замечать определенную систему. Похоже, коридоры, построенные по лучевой схеме, являлись центральными. Спросила, на сколько секторов делится особняк, и получила ответ – восемь. Все верно. Так наиболее удобно. И символично.

Пришли в уже знакомый внутренний дворик, где нас с поклоном оставили. Устроившись возле фонтана на красивой кованой лавочке под персиковым деревом, мы минут десять молчали, думая каждая о своем. Еще и за это я ценила Мариоль. Ведь есть много людей, с кем можно поговорить. Темы найдутся. А вот те, с кем комфортно молчать… Редкие, очень редкие. Мне пока только подруга и ее мама встретились. С ними хорошо даже молчать.

О делах сейчас не размышляла принципиально. Последний час был очень напряженным. Надо хоть немного расслабиться. Постоянно находиться в нервном напряжении просто-напросто вредно, а если учитывать озвученные Хранителями перспективы и мои собственные умозаключения, у меня найдется на что потратить эти с таким трудом восстанавливающиеся клетки.

Так что пока я, зажмурив глаза, грелась на солнышке, изредка приподнимая ресницы и окидывая взглядом окружающую обстановку. Минут через пятнадцать Мариоль подала голос:

– Что ты обо всем этом думаешь?

– Все вполне ожидаемо, – пожала плечами в ответ. – Вот только предложение стажироваться меня несколько удивило.

– Еще бы! – хмыкнула Мари. – Есть мысли, куда именно пойдешь?

– Стоит взять службу безопасности и департамент по работе с переселенцами. Думаю, пары направлений мне пока хватит, – задумчиво протянула и откинулась на спинку лавочки. – Если учитывать основную нагрузку, то и этого, возможно, будет много.

– С переселенцами все понятно, ты всегда этим интересовалась, но зачем тебе СБ? – Маришка удивленно за меня взглянула. – Работа у них достаточно грязная. Это тебе надо?

– Просто хочу лучше изучить свои государственные структуры. Начну с нее. Во-первых, потому, что мне нужно знать, на кого работают безопасники. На Империю, Кланы или Хранителей. Во-вторых, там можно будет получить наиболее полную и интересную информацию по нашей головной боли. – Поймав недоуменный взгляд подруги, пояснила: – Четыре титана – Кланы, чтоб им… Я там, можно сказать, с обзорной экскурсией буду и с нелицеприятными сторонами их работы соприкасаться не стану. А переселенцы… Просто хочу. Мне интересно!

– Все с тобой понятно, – улыбнулась Мариоль. – А что ты думаешь по поводу того, что мне придется тебя заменять?

– Думаю, что на эту тему говорить пока рано. У нас неделя до визита в королевский дворец, и, кроме одного разговора с Хранителями, мы ничего не имеем, – пожала плечами. – Притом проливать свет на окружающие нас обстоятельства они не особенно торопились.

– Вот уж точно, – вздохнула подруга. – Только еще больше все запутали.

– В любом случае у нас пока отдых, – решила побыть оптимисткой моя скромная персона. – Сегодня, во всяком случае, как минимум экскурсия в развлекательной программе имеется. А там посмотрим.

– Ага, – с томными потягушечками ответила Мари.

В этот момент, нарушая нашу умиротворенную идиллию, с грохотом распахнулась калитка, и во дворик влетел Мидьяр. Мы аж подпрыгнули от неожиданности при таком фееричном появлении. Встрепанный и явно куда-то спешащий Хранитель на всех парах рванул к нам. Я уж было подумывала убраться с траектории движения, когда волшебник затормозил и радостно выдал:

– Милые дамы, вынужден вас покинуть, как и Асгард. Лис в какой-то лаборатории, и его не дозовешься, так что вами займется Кин. – Искусник ткнул пальцем в невозмутимого лакея. – Мы ненадолго, но скоро вернется Лирвейн, так что скучать вы не будете. Удачи, до скорого! – Так же быстро, как и появился, бард свинтил в неизвестном направлении, оставив нас с Маришкой в некоторой прострации.

– Дамам что-нибудь угодно? – с каменной физиономией спросил Кин.

– Дамам угодно, чтобы ты разморозился, – внезапно выдала Мари.

– Решительно невозможно. – Ни один мускул не дрогнул. Истукан. – Я могу еще чем-либо быть полезным прекрасным леди?

– Экскурсией, – решительно встала с лавки и твердо посмотрела в темные глаза слуги. – Расскажите нам историю этого замка.

– Все, что мне дозволено знать, – немного непонятно отозвался мужчина. – Прошу вас, дамы, следуйте за мной.

Мешкать не стали и направились за ним на выход. Следующие три часа прошли достаточно увлекательно и продуктивно. Увлекательно – потому как рассказчиком Кин оказался отменным, а продуктивно – потому что с его помощью мы худо-бедно могли теперь ориентироваться в этом огромном доме. В связи с этим даже немного порадовалась, что Мидьяра унесло по каким-то делам и нами занимался слуга. Почему-то уверена, что маршрут движения Хранителя Грез был бы беспорядочным. Вероятно, через полчаса блужданий в его обществе даже по сторонам света сориентироваться не смогли бы.

А еще мы все-таки узнали, где библиотека.

По окончании бродилок нам предложили поужинать. Получив согласие от наших проголодавшихся особ, лакей обрадовал тем, что кушать придется в одиночестве, так как хозяева упылили на неопределенное время, но, если дамы желают, он может принести ужин в наши апартаменты. Дамы не возражали.

Пока закусывали, у нас уже настолько слипались глаза, что было не до разговоров. Оно и понятно, день получился очень насыщенный событиями и информацией. Голова даже пухнет. Так что, разделавшись с принесенными вкусняшками, мы пожелали друг другу спокойной ночи и расползлись по постелям.


Утро началось… В общем, просто началось. В виде исключения проснулась я сама, и в теплой, мягкой постели, а не на жестком лапнике, окоченев за ночь от холода. С наслаждением потянулась и прищурила глаза, спасаясь от яркого солнечного света. Шторы были задернуты, но через небольшую щель пробивался один шаловливый лучик, который и заставлял меня недовольно жмуриться. Перевернулась на спину, с наслаждением потянулась, и в голове скользнула ленивая мысль, что никакое шелковое белье не сравнится с нежностью натурального хлопка. Постельное было именно из этого материала.

Сделала над собой небольшое усилие, сползла с постели и, подойдя к окнам, распахнула шторы. В спальню хлынул солнечный свет, заставляя комнату засиять новыми красками. В который раз убедилась в возможностях нашего светила творить чудеса в окружающем мире.

Судя по всему, было раннее утро. И так как окна комнаты находились на восточной стороне замка, мне повезло быть обласканной солнышком. Это чудесно. Каждое утро бы так вставать. Залезла на подоконник, отодвинула щеколды и открыла окно. К теплу солнца прибавился ветер, тут же ласково погладивший кожу, донеслись запахи травы, листвы и цветов. Где-то щебетали птицы.

Напевая, едва ли не вприпрыжку направилась в ванную. Утренний душ окончательно взбодрил мой все еще немного сонный организм, а настроение было отличным еще с момента пробуждения. После водных процедур в халате выползла в гостиную. Там обнаружились завтрак и записка, что в гардеробной я смогу найти свежее платье. С любопытством, чуть не обнюхивая, навернула вокруг столика пару кругов, но обнаружила только обрывки какого-то плетения, судя по всему разрушившегося при моем приближении. Так и не сумев определить его природу, со вздохом сожаления принялась за еду. Покушав, переоделась и решительно вышла из своих апартаментов.

Благодаря вчерашней экскурсии я теперь немного ориентировалась в замке. Побродила по пустынным коридорам и пришла к выводу, что мне хочется на улицу. А конкретнее – в лес. Прикинув, что территория Хранителей должна быть безопасной и что ничего плохого не случится, если я немного погуляю по лесной части парка, решительно направилась к выходу.

Быстро миновав окультуренную часть зеленой зоны имения, подошла к сосновому бору. Вступив под сень деревьев, подбежала к ближайшему хвойному исполину. Обхватила руками мощный ствол и прижалась к нему щекой. Прикрыла глаза, вдыхая свежий утренний воздух с легким ароматом хвои и нагретой солнцем смолы, негромко рассмеялась, ощущая на лице теплые прикосновения ласкового солнышка. Хорошо-то как… И как мало для этого иногда надо. Давно не чувствовала такой звенящей энергии в теле.

Мне тут же стала неприятно оттягивать голову тяжелая толстая коса и жать обувь. Воровато оглядевшись, стянула ленточку, расплела волосы и растрепала густые пряди. Потом сбросила туфельки и слегка ослабила шнуровку платья. Вот в таком немного расхристанном виде и направилась дальше. Хвойный ковер чуточку колол босые ноги, но это было даже приятно. Заставляло чувствовать себя… собой. Живой, нормальной, немного рассеянной, мечтательной девушкой. Которая может встать в шесть утра и сбежать гулять в лес. Которая может упасть, потому что засмотрелась ночью на звезды. Которой не надо думать о том, что она принцесса и в перспективе – Императрица. Если выживет. Если это не последнее ее лето…

Встряхнула головой, отгоняя неприятные мысли, и медленно пошла дальше. Сосновый бор постепенно перетек в березовую рощу, и ножки теперь нежно ласкала травка. Я и забыла, как это приятно. Рассмеялась, подобрала подол и бегом рванула вперед. Вылетев на залитую солнцем полянку, закружилась и, не удержав равновесие, с веселым хихиканьем плюхнулась на траву. На глаза упали волосы; когда я уже собралась немного поваляться, раздался вежливый голос:

– Доброго утра, леди Александра.

Испуганно вскинулась и нашла глазами источник звука. Сразу захотелось испариться. Причем немедленно.

Ливрейн… Что ты тут в такую рань забыл?!

Вслух это, конечно, не выдала, хоть и очень хотелось. Уныло разглядывала зеленую травку и желанием снова поднимать глаза на Лира не горела. Но вечно так продолжаться не могло.

Встала, отряхнула платье и оглянулась в поисках туфель, которые растеряла, пока кружилась. Туфли обнаруживаться не желали. Я выдохнула и, откинув волосы назад, приступила к привычному для моих встреч с Хранителем Воды занятию. Надо опять держать хорошую мину при плохой игре.

Но первый же более внимательный взгляд на нарушителя моего спокойствия согнал с лица дежурную улыбку. Лирвейн был без какой-либо маски или «вуали». С открытым лицом. И задумчиво вертел в руках мою туфельку.

У мага оказалась скорее интересная, чем красивая, внешность. Высокий лоб, изящно изогнутые белые брови, большие светло-серые глаза, прямой и немного длинноватый нос с легкой горбинкой, красивые губы. Белоснежные волосы были распущены, облаком окутывая плечи растянувшегося на покрывале мужчины, и спускались на страницы лежащей рядом книги. Хранитель плавным движением перетек в сидячее положение и, не отрывая от меня светлых глаз, сказал:

– Как понимаю, это ваше. – Продемонстрировав туфлю и получив немного нервный кивок, он встал, подошел ко мне, подняв по дороге вторую, и опустил обувь на траву у моих ног.

Я быстро обулась и опять во все глаза уставилась на мага. Хранитель был в свободных штанах и рубашке навыпуск. И тоже босиком. Короче говоря, вид имел до неприличия домашний и безопасный.

Волшебник так внимательно меня разглядывал, как будто впервые видел. От встрепанной макушки и криво сидящего платья до носков туфелек. Проследив за его взглядом, заметила распустившуюся шнуровку ослабленного корсажа и судорожно схватилась за ленты. Приведя наряд в порядок, подняла на него растерянные глаза. Мужчина ничего не говорил, только по-прежнему на меня смотрел все с тем же непонятным выражением. Внезапно шагнул ближе, и теперь его вполне можно было коснуться рукой. В который раз поразилась тому, насколько он высокий, я была ему всего лишь по плечо. Хранитель немного наклонил голову, улыбнулся и протянул ко мне ладонь. Не знаю почему, но я зажмурилась. Раздался негромкий смех, и за ним последовало легкое прикосновение к волосам.

– Откройте глазки, леди, – тихо попросил волшебник. Распахнула глаза, борясь с желанием подхватить подол и удрать со всех ног. От этой солнечной поляны, этого снежного и холодного обычно мужчины, его непонятного поведения и тепла. От себя. От желания шагнуть навстречу.

Задумчивые серые глаза уже не обжигали холодом, как раньше.

– Запуталась, – показал сосновую иголку и вложил ее в мою ладошку. Скользкая хвоя не удержалась в пальцах и упала на землю. Я проследила за полетом иголки, предпочитая смотреть куда угодно, но только не на непонятного сегодня Хранителя.

Когда все-таки рискнула поднять глаза, то увидела, что Лирвейн сворачивает принесенное покрывало и поднимает книгу. Потом он взглянул на меня и уже нейтральным голосом произнес:

– Вам стоит вернуться, принцесса.

Вот это уже знакомый и практически родной Хранитель! Высокомерный, надменный и так далее. Какое счастье! Все же иметь дело со знакомой манерой поведения гораздо проще и спокойнее.

Кивнув, направилась следом за блондином по еле заметной тропке. И невольно поймала себя на мысли, что тот, новый, Лирвейн мне… понравился.

Шли мы другой дорогой. Тут преобладали лиственные деревья, особенно много было дубов. Настоящими исполинами они поднимались к небу. Даже представить страшно, сколько им лет.

Вдруг Лирвейн остановился и посмотрел вверх, словно пытаясь что-то разобрать в переплетении ветвей. Потом хитро улыбнулся и, знаком попросив меня вести себя тихо, прикрыл глаза и сделал какой-то пасс. Наверху раздался треск и невнятные ругательства, потом нам под ноги свалилось что-то зеленое-зеленое. С немалым удивлением я опознала по гриве косичек Ярра. Сверху на Искусника спланировали листы бумаги. Поймав один, я все равно не смогла почти ничего разобрать: почерк у этой творческой натуры оказался ужасный. Оторвавшись от листка, с немым изумлением разглядывала Хранителя Грез. Сегодня его косички были насыщенного темно-зеленого цвета, да и одежда играла всеми оттенками зелени. М-да… Ор-р-ригинальный тип!

Мидьяр вскочил на ноги и возмущенно проговорил:

– Лир, ты что? Это давно не смешно! Я когда-нибудь с твоего любимого дерева тебе на голову свалюсь, но уже специально! – отряхнул одежду, наконец заметил меня и, расплывшись в очаровательной улыбке, почтительно поклонился и галантно поцеловал ручку. – Рад встретить таким прекрасным утром столь очаровательную леди. Вы тоже любите ранние прогулки, прекраснейшая?

Вскинула брови, немного удивляясь такому обращению.

– Манера общения огненных драконов крайне заразительна, – заметив мой несколько удивленный взгляд, пояснил со смехом Ярр. – Я некоторое время жил в Огненной Долине.

Драконы. Интересно…

Но удовлетворить любопытство мне не дали, Мидьяр со свойственной ему легкостью переключился, мгновенно став серьезным.

– Леди, прошу прощения за спешку, но времени, к сожалению, у нас крайне мало. Вы определились с местами стажировки?

– Да, – кивнула в ответ. – Думаю, для начала стоит взять департамент по работе с переселенцами и департамент Безопасности и Порядка.

Здесь Лир немного притормозил и, с любопытством глянув на меня, поинтересовался:

– Зачем вам последний?

– Интересно, – мило улыбнулась я.

– Отлично, – снова засиял Мидьяр. Все-таки смена его настроений происходит с потрясающей быстротой.

– Хорошо, мы подумаем, кому вас поручить, – с некоторой обреченностью произнес Лирвейн.

– Как это кому? – наигранно удивился Искусник, потом хитро оглядел приятеля и насмешливо сказал: – Лорду Хору конечно же!

– Что? – ошарашенно переспросил Лир. – Ты издеваешься? Это нецелесообразно и неудобно.

– А мне кажется, что Хор наилучшая кандидатура, – с видимым удовольствием продолжал Хранитель Грез. – Более надежного человека сложно представить.

Я заинтересованно крутила головой, переводя взгляд с очень довольного и прямо-таки лучившегося удовольствием от совершенной пакости Ярра на недовольно сверлившего взглядом друга Лирвейна. Как они оба за этого неведомого Лорда Хора радеют…

– Мстишь? – устало спросил Лир. Бард согласно кивнул головой, расплываясь в улыбке. – Это мелочно.

– Но мне приятно!

– Хорош-шо! – зло прошипел Лир. – Завтра отведешь ее в департамент.

Не прощаясь, маг быстрым шагом направился в сторону дома. Я проводила Хранителя Воды озадаченным взглядом и вопросительно взглянула на довольного Мидьяра.

– Прошу, принцесса. – С галантным полупоклоном мужчина пропустил меня вперед.

Дойдя до резиденции, мы раскланялись и направились каждый в свои апартаменты. Пройдя в гостиную, застала там беспокойно меряющую шагами комнату Мариоль. Увидев меня, подруга быстро подошла и порывисто обняла. Отстранившись, заглянула в глаза и сердито проговорила:

– У тебя совесть есть? Представь, что я испытала, когда пришла, а тебя нет? Во всем дворце искала. Встретила Мидьяра, он сказал, что ты где-то тут и он тебя приведет, – сумбурно говорила подруга. – Как хорошо, что нашел…

– Стоп, – озадаченно уставилась на нее, вспоминая, при каких обстоятельствах нам встретился Искусник. – Ничего не понимаю…

Рассказала Мари о недавних событиях, но и она дельных идей не имела. Одно было ясно точно. Не знаю, насколько опасны остальные, но с Ярром ссориться нельзя ни в коем случае.

Спустя полчаса в двери постучал Кин и пригласил нас на завтрак. В уже знакомой столовой сидели все Хранители, с которыми я была знакома на данный момент.

Между мужчинами ощутимо витало напряжение. Особенно недовольным выглядел Лирвейн. Увидев дам, мужчины почтительно встали, и Мидьяр с Асгардом отодвинули нам стулья.

После завтрака мы прошли в общую гостиную, и меня посетило чувство дежавю. Все практически так же, как и вчера. Мидьяр опять лучился улыбкой, Асгард изображал невозмутимого истукана, лишь иногда поправляя очки. Оглянулась в поисках Хранителя Тьмы и заметила Аэрлиса в виде кота, который грелся в лучах теплого утреннего солнышка на подоконнике и с иронией посматривал то на меня, то на Лирвейна.

Бросила насмешливый взгляд на подругу и нахмурилась. Маришка опять следила за кошарой хищным взглядом и попыталась встать. Одернула ее, возвращая в реальность. Взгляды присутствующих немедленно переключились на Мариоль и Аэрлиса. Кот с опаской отодвинул пушистый зад подальше от нас и произнес:

– Еще раз тронешь, познакомлю с когтями. – Аэрлис продемонстрировал свое главное кошачье оружие, запустив когти в подоконник. Голос у него в этом образе оказался почти как в человеческом, чуть более низким и рокочущим, но с мурлыкающими переливами. Правда, интонации ничего хорошего Мари, рискнувшей единожды дернуть его за хвост, не обещали.

Подруга фыркнула, отвернулась и обратилась к остальным:

– Мы вас внимательно слушаем.

Начал разговор Хранитель Воды:

– У нас примерно неделя. За это время нужно создать вам легенду, – легкий поклон в мою сторону и, обратившись к Маришке: – А вам подобрать компаньонку. По первому пункту есть какие-то мысли у нашего уважаемого Хранителя Грез. Излагай, Мидьяр.

– Лорд Хор, из рода мелкопоместных дворян. Мы выдадим тебя за его племянницу, которая вбила себе в голову, что хочет работать в департаменте. А чтобы девчонка не натворила глупостей, любящий дядюшка принимает ее под свое крылышко. Этим мы объясним, почему такая важная фигура вообще тобой занимается.

– А можно вопрос? – смущенно кашлянула и, дождавшись благосклонного кивка, продолжала: – А какую должность этот лорд занимает?

– Заместитель главы департамента Безопасности и Порядка, – негромко ответил Аэрлис и, кинув на Лира озорной взгляд, добавил: – Кстати, раз такое дело, думаю, принцессе уместнее жить в особняке Хора.

– Решительно невозможно, – отрезал Хранитель.

– А мне кажется, что это самый наилучший выход, – радостно присоединился к коллеге Мидьяр.

– Я тоже считаю, что это наиболее удобно, – сказал свое слово Асгард.

Тут уже не выдержала я.

– Есть такая совсе-э-эм маленькая проблема. – На меня устремились непонимающие взгляды мужчин. – Я девушка, а он мужчина. Это неприлично. И знает ли он о том, кто я?

– Успокойтесь, леди, – процедил Лирвейн. – Он знает, кто вы, и покушаться на вашу девичью честь не будет.

– О да! – хором протянули Ярр с Лисом и рассмеялись. Лир кинул на них совсем уж злой взгляд и прошипел:

– Так! Энтузиасты! Аэрлис, мне кажется, обучением леди Мариоль следует заняться именно тебе. – Кот мигом прекратил веселиться и, вздыбив шерсть, попытался что-то возразить. Но опять вмешался Асгард. Очень резко вмешался:

– Прекратили балаган! Ведете себя как мальчишки! – Обвел тяжелым взглядом коллег. – Некоторым из вас стоит вспомнить, кому вы приносили клятву вассалитета, и прекратить ставить свой комфорт выше интересов державы. А другим хоть иногда вести себя соответственно возрасту и опыту. – Мужчина перевел взгляд на нас с Мариоль. – Леди Александра будет под видом родственницы лорда Хора проживать в его доме, и уверяю, вам не грозит никакая опасность. Леди Мариоль, мое мнение не последняя инстанция, но считаю, что уместнее всего будет посвятить оставшееся время до приезда отряда самообразованию. Здесь присутствующие будут активно вам помогать. Не так ли, джентльмены? – Асгард тяжелым взглядом внимательно посмотрел на коллег и, дождавшись их согласия, продолжал: – Наследнице тоже не стоит забывать истину, что ученье – свет. Департаментом по работе с переселенцами займемся несколько позже, после того как вы немного освоитесь. У меня все.

На этом маг поклонился и вышел из комнаты.

После ухода Оружейника воцарилась тишина. Лирвейн откланялся первый, сообщив, что у него накопилось много дел за время отсутствия. В гостиной остались только мы, а также Хранители Тьмы и Грез. Мидьяр задумчиво посмотрел вслед Лиру, и по его физиономии медленно расплылась довольная улыбка. Развернулся ко мне и радостно произнес:

– Леди! Как вы смотрите на то, чтобы не терять времени и не ждать следующего дня? – Я вопросительно вскинула брови, и Хранитель пояснил: – Можно уже сегодня представить вас лорду Хору. В любом случае первый день на новом месте, как правило, проходит в изучении обстановки. Чем раньше начнете, тем лучше.

Аэрлис задумчиво посмотрел на Искусника и насмешливо фыркнул:

– Все-таки ты однажды доиграешься!

– Не имею ничего против, – спокойно ответила Искуснику. – Все равно у нас на этот день пока не было никаких планов.

– Вот и замечательно! – просиял шебутной Хранитель. Галантно подав мне руку, помог подняться из кресла. – Тогда, думаю, стоит собрать необходимые вещи. Вы достаточно длительное время проведете в гостях у лорда.

С этими словами он потащил меня к двери. Я беспомощно оглянулась на растерянную подругу и удивленного кота. Потом Тьма окликнул моего провожатого:

– Ярр, а как же… – Он выразительно скосил зеленые глазища на Мириоль.

– Ты и займешься, – не оборачиваясь, ответил его экстравагантный коллега.

– Но я никак не могу! – вздыбил шерсть Хранитель Тьмы. – У меня сегодня важный эксперимент.

– Ну ты давно жаловался, что тебе рук не хватает в лаборатории, – остановившись, с улыбкой ответил Мидьяр. И, подмигнув, добавил: – Считай, что появилась ассистентка.

– Но!.. – хором воскликнули обреченные на общество друг друга ребята. Окончание фразы не слышала, так как Ярр уже утащил меня из комнаты.

Мы быстро шли по коридорам замка. Когда немного отошли от гостиной, Хранитель отпустил мое запястье.

Я шла, задумчиво разглядывая Мидьяра, и размышляла.

Какой необычный человек… Сколько в нем граней? Никого более парадоксального в жизни не встречала. С виду беспечный шалопай, но глаза… временами выдают. Выдают возраст, опыт, силу. Взять хотя бы его поведение, когда я нечаянно полезла в плетение Лирвейна при телепортации. Жесткий, уверенный мужчина. А в следующую минуту снова беспечный балагур. Да еще его игры с расцветкой волос. Я покосилась на косички веселенького зеленого цвета и передернула плечами. Оригинально, конечно, но очень уж чуждо для моего взора.

Мы подошли к высоким дверям, и, распахнув их, Хранитель приглашающе повел рукой:

– Леди, позвольте вам показать мою рабочую студию. Тут мы и наложим на вас чары.

Ответила улыбкой и, сделав реверанс, сказала:

– Почту за честь.

Рассмеявшись, он поцеловал мне руку и с поклоном пропустил вперед.

Вошла и с трудом совладала с удивлением. Надо признать, комната полностью соответствовала своему хозяину. Большая, светлая, просторная. Огромные распахнутые окна с легкими занавесями. Часть стекол в них были витражными и создавали причудливую цветовую феерию на полу. Много синих подушек с затейливой вышивкой, беспорядочно разбросанных по комнате. Спускающиеся с потолка легкие полупрозрачные ткани разных цветов. Ширмы с причудливыми рисунками. Ветер свободно влетал, играя с газовыми драпировками и качая музыку ветра, в ответ на его игры издававшую едва слышный звон.

И много зеркал. Очень много.

На одной стене висели разные музыкальные инструменты. Там же стоял небольшой столик с какими-то бумагами; присмотревшись, поняла, что это ноты.

На другой стене висела большая коллекция оружия, а на дальней был стеллаж с какими-то непонятными предметами. Подойдя поближе, поняла, что это разнообразные минералы и окаменелости. Смирив свое любопытство, развернулась к Хранителю, который с улыбкой за мной наблюдал.

– Это мое небольшое увлечение. – Откинув назад зеленые косички, мужчина посерьезнел. – Предлагаю начать.

Искусник хлопнул в ладоши, заставив занавеси взметнуться к потолку и там замереть. Часть стены трансформировалась в огромное зеркало, Мидьяр развернул меня спиной и тихо попросил закрыть глаза.

По коже прошелся теплый ветер, волосы сами собой расплелись из высокой прически, и порыв воздуха взметнул их вверх. Все закончилось так же внезапно, как и началось. Я открыла глаза. Из зазеркалья на меня смотрела смутно знакомая девушка. Ярр поменял внешность совсем немного. Подкорректировал черты лица, немного изменил разрез глаз и сделал волосы светлее. В итоге на меня смотрела симпатичная блондиночка с большими голубыми глазами. Рост и фигуру Хранитель изменять не стал.

– Устраивает? – спросил Искусник. Я еще немного покрутилась перед зеркалом и решительно кивнула. – Вот и замечательно! Сейчас идите к себе и захватите все лично для вас нужное. О вещах не беспокойтесь. Как закончите, выходите в холл.

Согласно кивнула и направилась к себе. Там собрала все ту же сумку, с которой приехала, и отправилась в назначенное Мидьяром место. Волшебник уже был там. Увидев меня, он улыбнулся и, распахнув одну из дверей, жестом пригласил меня за собой. Мы прошли пару коридоров и оказались у красивой мраморной лестницы, которая вела вниз. По мере спуска светлее не становилось. К концу лестницы Хранителю пришлось взять меня под локоть, потому что я уже один раз оступилась. Закончив спуск, мы остановились, затем Ярр хлопнул в ладоши и произнес несколько непонятных слов. Вокруг взметнулся вихрь разноцветных искр, их становилось все больше и больше, они взлетали вверх и кружили под потолком, мягким светом освещая огромный зал. В нем веяло древностью и… силой. Тут часто творились сильные чары, и стены впитывали в себя излишки. Из-за энергетической насыщенности они мягко переливались всеми цветами радуги. В центре было небольшое возвышение. К нему мы и направились. Когда Хранитель взошел на каменный постамент, зал на мгновение полыхнул лилово-фиолетовым светом. Подав мне руку, Мидьяр помог подняться. Как только мои ноги коснулись мраморной плиты, последовали восемь вспышек света.

– Зал принял тебя, – тихо сказал Ярр. – Это хорошо. Значит, ты сможешь.

– Это так важно? – негромко спросила я.

– Это первое, что возвели Хранители и Император. Зал перемещений. У него есть свои ресурсы, и потому телепортироваться из него можно в любое место практически без энергетических затрат. – Искусник встал в центр, и перед ним вырос округлый столбик. Положив на него руку, Ярр закрыл глаза. Напротив него вспыхнуло изображение. Присмотревшись, поняла, что это карта Изначальной Империи. Открыв глаза, Искусник отметил на карте пару точек. Между ними появилась тонкая светящаяся линия, потом очертания зала смазались, и через мгновение мы оказались в пустой комнате.

## Глава 7. О пользе родственных связей и вреде неожиданных встреч

> Никогда не делайте зла назло! Гадости должны идти от души.

Хранитель осмотрелся, довольно кивнул и, посмотрев на мое удивленное лицо, пояснил:

– Вот это, собственно, и была телепортация. Немного не такая, как обычно, но зато быстро и просто. Мы находимся в одном из подвальных помещений департамента.

Открыв дверь, Мидьяр галантно пропустил меня вперед. Мы оказались в самом обыкновенном для любой государственной структуры коридоре.

Немного поплутав по закоулкам и пройдя пару лестниц, мы вышли на верхние, более роскошно отделанные уровни департамента. На глаза время от времени попадались куда-то бегущие озабоченные люди. Некоторые из них выглядели нервными и даже напуганными. Причем последние не производили впечатления работников низшего звена этой структуры.

Чем ближе мы подходили к кабинетам начальства, тем нервознее были работники. Для секретариата, преимущественно состоящего из прекрасной половины человечества, стояла просто противоестественная тишина.

Я с некоторым опасением оглядывалась и уже начала задумываться о причинах такого поведения окружающих. Наконец мы поднялись на третий этаж здания. Тут уже были просторные коридоры, отделанные красным мрамором, ковровые дорожки и развесистые растения в больших кадках.

В большой приемной стояла все та же гробовая тишина и гнетущая атмосфера. Тут сидели пять человек, которые нервно сжимали в руках папки и бумаги. Ярр оглянулся и уверенно направился к невозмутимой девушке – секретарю.

– Что стряслось? Все как пришибленные ходят! – Она только вздохнула и выразительно показала глазами на двери кабинета. Мидьяр удивленно вскинул брови: – Так лютует?

– Как с цепи сорвался, – тихо пожаловалась девушка. – Второй день уже тирания процветает. На ковер по очереди начальников отделов вызывает. Те от него ни живы ни мертвы выходят. Сегодня утром промчался по административному корпусу… Девчонки практически в истерике. Назвал крашеными курицами без мозгов, которые только и умеют, что глазки строить. Потом к боевикам зашел. Там тоже нехилый разнос устроил.

– Ясно. Мы к нему. Кстати, познакомься – Альена, племянница вашего тирана. – Секретарша с удивлением меня осмотрела и приветливо улыбнулась. Я вернула ей улыбку. – Мы пошли.

Попрощавшись, Ярр направился к дверям кабинета «тирана», не обращая внимания на восклицания девушки, что там сейчас идет очередной разнос и потому соваться не рекомендуется. Уже подходя к двери, услышала негромкий, но очень раздраженный голос. Ярр ободряюще подмигнул и тихонько открыл дверь. Теперь можно было расслышать разговор, а вернее, монолог, происходящий в кабинете.

– Уважаемый, почему, стоило мне уехать только на пару недель, и по возвращении у главы финансового отдела не сходятся декларации? – практически шипел высокий, светловолосый, коротко стриженный мужчина, стоящий у окна к нам спиной. – И на что вы умудрились спустить месячный бюджет? Заявленного в документах нового снаряжения я у боевых команд не увидел. Значит, так… У вас есть остаток дня на то, чтобы снаряжение волшебным образом обнаружилось на складах, а финансовый вопрос был решен. – Мужчина резко развернулся и рявкнул на стоящего напротив человека: – Вам все ясно?!

– Так точно, – поклонился его собеседник. – Разрешите идти?

– Идите, – уже более спокойным тоном ответил лорд Хор. Финансист поспешил удалиться, а начальник обратил свой грозный взгляд на нас. Увидев Ярра, он удивленно вскинул брови, но, как только заметил меня, на его лице отразилось сначала безграничное удивление, потом понимание и, наконец, злость. Меня тотчас же посетило желание куда-нибудь сбежать. Ох… Ну здравствуй, «дядюшка». Вот и познакомились. Похоже, «племянницу» ты не ждал.

Лорд Хор вышел из-за стола и медленно двинулся в нашу сторону. Это был крупный мужчина с резкими чертами лица и темными глазами. По-своему привлекательный, но впечатление он производил жуткое.

– Рада приветствовать лорда Хора. – Подавив в себе желание отступить за Хранителя Грез, я склонилась в вежливом поклоне.

– Взаимно, леди. – Мужчине ничего не оставалось, как повторить мой маневр, при этом кинув на Искусника вопросительный взгляд.

– Альена, – любезно подсказал Искусник, с любопытством наблюдая за встречей «родных». Интересно, мне кажется или «родственничек» не рассчитывал меня сегодня увидеть?

– Свой долг я выполнил, – подал голос Мидьяр. – Девушку привел и теперь вынужден вас покинуть. Дела, дела…

Наскоро распрощавшись и ободряюще подмигнув, Хранитель бросил меня на произвол «тирана».

Лорд Хор смотрел все тем же непонятным взглядом, в котором смешались досада, раздражение и покорность судьбе. От взгляда мужчины мне было очень неуютно, но деваться некуда. Так что я распрямила плечи и смело встретила новую опасность для моих хрупких нервов. Если учитывать, что мне с ним бок о бок работать и жить в одном доме, надо каким-то пока неведомым образом находить общий язык.

– Ну что ж, леди… – Лорд Хор вернулся на свое рабочее место и жестом предложил мне занять кресло напротив. Дождавшись, пока сяду, блондин продолжал: – Я рассчитывал, что вы прибудете завтра. Но раз так сложились обстоятельства, через пару часов могу закончить рабочий день. А вы пока можете прогуляться по департаменту или посидеть тут.

– Предпочту вас дождаться, – медленно ответила я.

– Как будет угодно, леди, – согласно кивнул головой безопасник. – Но предупреждаю сразу: в данный момент у нас идет глобальный разнос. И ничего особо приятного вы тут не увидите.

Я заверила лорда Хора, что моя нежная психика не пострадает.

Мне показали небольшую комнату рядом с кабинетом. Она успешно совмещала в себе функции кухни, библиотеки и, похоже, временами спальни. Рядом была ванная комната с необходимым минимумом для того, кто проводит на работе львиную долю времени.

Предупреждения безопасника имели под собой основания. К нему время от времени заходили работники и уходили после как минимум десятиминутного разноса в весьма подавленном состоянии, но с четкими инструкциями для дальнейших действий. Причем, надо отдать Хору должное, по пустякам он не придирался. Правда, в таком случае возникает вопрос: что творится в департаменте, если после двухнедельного отсутствия заместителя тут такой бардак?

Пара часов незаметно растянулась на пять. Я коротала их, наблюдая за лордом Хором и читая книги. Благо их тут было немало.

Время обеда давно миновало, уже постепенно подходила пора ужина. Но лорд Хор закругляться пока не торопился и, похоже, вообще забыл о моем присутствии. Иногда в кабинет забегала секретарша и, оставив на столе очередную папку с документами, быстро уходила. Хор плотно обосновался в кресле, лишь иногда поднимаясь, чтобы немного размяться. Но, судя по отстраненному лицу, его голова в перерыве не участвовала.

Так как кушать уже очень хотелось, взяла на себя смелость немного похозяйничать на кухне. Попив чайку и заморив червячка бутербродиками, задумчиво посмотрела на погруженного в дела Хора. Судя по его наморщенному лбу, в бумагах снова что-то не сходилось и кого-то опять позовут на ковер. Похоже, лорд Хор принадлежал к породе трудоголиков – пока не начнет валиться с ног, работать не прекратит. Так что, сделав крепкий кофе и бутерброды, я осторожно поставила чашку и тарелочку на стол. Мужчина вздрогнул и недоуменно посмотрел на меня.

– Вам нужно поесть, да и кофе не помешает, – тихо сказала я и вернулась в свое кресло к книге.

Лод Хор устало потер виски, погрел руки о горячую чашку и негромко ответил:

– Спасибо, леди. – Взглянул на часы, на циферблате которых стрелки уже стремились к восьми, и грустно рассмеялся: – Прошу прощения. Я опять забылся.

– Ничего страшного, – мягко улыбнулась в ответ.

– Вы наверняка голодны. – Я покачала головой и показала на свою полупустую чашку. – Это не еда. Собирайтесь. – Лорд Хор поднялся и вышел в подсобное помещение. Раздался шум воды и фырканье. Через минуту он появился с влажными волосами, посвежевший и с моей сумкой в руках.

– Предлагаю нормально поужинать, раз уж обед вы по моей вине пропустили.

Ничего против такой программы я не имела.

На выходе из департамента лорд Хор представил меня охране и внес мои данные в обережный круг, чтобы я могла спокойно приходить и уходить, минуя долгую и нудную систему проверки.

Мы вышли на улицу. Так как я впервые была в столице, то старалась не слишком крутить головой по сторонам, но любопытство все равно было очень сильно. Улочка, судя по всему, была довольно тихая. Как пояснил лорд Хор, вышли мы не из центрального входа, а из служебного. И соответственно, попали не на основной проспект. Пройдя пару кварталов, мы подошли к какой-то таверне и, недолго думая, зашли туда. Заведение оказалось на уровне. Спокойная обстановка, живая музыка, безукоризненное обслуживание. Впрочем, если судить по ценам, иначе и быть не могло. Дорогое местечко.

Во время ужина лорд Хор чуть не засыпал за столом. Так что затягивать трапезу я не стала и, быстро доев, изъявила готовность двигаться дальше. Когда мы вышли, оказалось, что уже почти стемнело. Сейчас часов девять-десять вечера. А Лиман – это южный город. Белых ночей тут нет.

Еще через квартал мы вышли на тихую улочку, на которой стояли довольно внушительные особнячки с приличными земельными участками. Дом Хора оказался по сравнению со своими соседями довольно скромным.

Толкнув еле слышно скрипнувшую калитку, мужчина предложил войти. Но стоило сделать пару шагов, как навстречу с рыком метнулись две светлые тени. Только отрывистая команда за моей спиной заставила собак остановиться.

– Знакомьтесь, Аля. – Лорд Хор обошел меня и ласково потрепал зверюг по головам. – Надеюсь, вы ничего не имеете против такого обращения? По официальной версии мы с вами родственники. – Он заставил меня подойти к собакам и дать себя обнюхать. – Это мои самые верные спутницы, Миша и Рива.

Псины настороженно наблюдали за мной. Я отвечала им тем же. Потом обратила внимание на прозвучавшие имена.

– Миша? Девочка? – удивленно спросила я.

– Так получилось. – Мне показалось или он несколько смутился? – Идемте, леди.

По мере нашего продвижения по дорожке к дому по саду один за другим загорались «светлячки», заливающие своим мягким светом деревья, особняк из красного кирпича и площадку перед домом.

Когда до дверей оставалось всего несколько шагов, их распахнул высокий, худой старик и замер в поклоне. Пройдя и дождавшись, пока дворецкий закроет двери, Хор решил меня представить.

– Это моя племянница, леди Альена, – и передал слуге мою сумку. – Отнесите в любые свободные покои.

– Как скажете, – поклонился старик.

На этом хозяин дома откланялся и исчез в одном из полутемных коридоров. Я же последовала за дворецким.

Шли мы недолго. Зайдя в отведенные мне покои, я сразу же занялась поисками ванной комнаты. Приняв душ, вернулась в спальню, сразу потушила свет и забралась в постель. Дело к полуночи, а я рано встала и не так давно плотно покушала, да и день был не из легких и весьма насыщенным на события.

Но сейчас я устала. Подумаю обо всем завтра.


Проснулась утром. Судя по еле слышным шагам прислуги и тихим голосам, все равно скоро вставать. Поэтому я поднялась и пошла в ванную. После прохладного душа провела ревизию гардероба и поняла, что Ярр не солгал. Там висела разнообразная одежда, и, что странно, моего размера. Выбрав практичный брючный костюм, переоделась и отправилась бродить по дому. Надо хоть планировку узнать, чтобы не плутать потом.

Блуждая по дому, я составила свое впечатление об этом особняке. Он был… безликий. Типовой. Таких сотни. По сравнению с той же резиденцией Хранителей, где все носило отпечаток индивидуальности своих хозяев, этот дом был вдвойне более блеклым. Наверняка не ошибусь, если скажу, что домом в полном смысле этого слова он для Железного Лорда не является. Перевалочный пункт. Но некоторые комнаты все-таки несли печать того, что в них иногда бывают не только слуги с метелками для пыли.

Железный Лорд… Я слышала это прозвище от работников департамента. А ведь оно очень подходит лорду Хору. В первую очередь оно говорит о его работоспособности. Но я не совсем понимаю, зачем он так пашет. Всего-то и дела – подобрать толковых замов. Или не попадаются? Сомнительно. Ладно! Это не мое дело, и если начну совать сюда свой любопытный нос, наверняка по нему получу. Да и вообще своих проблем хватает.

Вспомнила о собственном фронте работ и несколько приуныла. Почему, когда смотришь на всю задачу целиком, она кажется настолько неподъемной? Но жить сегодняшним днем для меня не вариант. Хотя почему? Просто делать все, что должно, но дышать при этом полной грудью! Пока могу. Пока не подрезали крылья и не заперли в душной клетке. Ведь если я упаду духом, то даже это время не смогу прожить… для себя. Причем так, чтобы помнили. Не как наследницу престола, а как человека. Александру или Альену? Без разницы! Но я буду дышать. Пока могу! Пока кислород не перекрыли.

Резко развернувшись, направилась в мельком виденную мною вчера библиотеку. Я знала это свое состояние «все могу». И если себя сейчас чем-нибудь не занять, то запросто могу натворить много глупостей. Что в моем положении крайне нежелательно.

Распахнула двери предполагаемого хранилища знаний и ошеломленно замерла на входе. Я ошиблась. Это была оружейная. Причем не парадная для гостей, где можно щегольнуть выставочными экземплярами, в реальном бою от которых толку, как правило, мало. А хозяйская, совмещенная с тренировочным залом. И в ней в данный момент спарринг шел полным ходом. Здесь сражались Хор и двое незнакомых мужчин.

Сначала я немного испугалась, но, увидев, что клинки у них для учебных поединков, несколько успокоилась. Но понаблюдать мне не дали. Услышав звук открывшейся двери, бой мигом остановили. Противники Железного Лорда с поклоном удалились, и тот, накинув полотенце на шею, повернулся. Оглядев смущенную меня, насмешливо вскинул бровь и произнес:

– Доброе утро, дорогая племянница. – Покраснев, я отвела глаза от мощной мужской груди, покрытой бисеринками пота. – Чем обязан?

– Я несколько заплутала, – как можно более невозмутимо ответила я. Судя по иронично скривленным губам безопасника, мои попытки не опускаться взглядом ниже его подбородка не остались незамеченными. Но как тут не смотреть! Такое тело! Сравнить, правда, особо не с кем. Я пока только Хранителя немного изучить успела… Вспомнила сценку на озере, покраснела еще больше и, скомканно попрощавшись, вылетела из оружейной. Причем этот белобрысый отчетливо фыркнул мне вслед. Кажется, я начинаю не любить блондинов. Сильно так не любить.

Следующие же наобум открытые мною двери оказались вожделенной библиотекой.

Влетев в просторную комнату, я даже не стала ее рассматривать. Сразу же скинув туфли, с ногами забралась на ближайший подоконник, спрятавшись за гардиной. Головушка немного прояснилась, и теперь мне очень хотелось обо что-нибудь ею стукнуться. Вот какого… я на него пялилась? Мужиков полуголых не видела, что ли? Ну допустим, практически не видела. Но это не причина! Так. Стоп. Что там Лирвейн говорил? Обостренные реакции тела? Точно! Объяснение найдено, и можно вздохнуть спокойно. Ура!

Логически обосновав свое нетипичное поведение, я успокоилась и даже сползла с подоконника. Теперь можно и осмотреться.

Библиотека… как библиотека. Небольшой зал, отделанный светлым мрамором, со стеллажами книг, уходящими до потолка, огромными окнами и большим ковром в центре. На ковре стол и несколько кресел вокруг. Пройдясь вдоль полок, я осталась довольна весьма обширным выбором. Полистала пару книг. Как раз взяла третью, когда двери со стуком распахнулись, и в зал стремительно вошел «дядюшка». Уже в полном рабочем облачении. Несмотря на лето, Хор был весь в черном и застегнутым на все пуговицы в прямом и переносном смысле этих слов.

– Еще раз доброе утро, леди, – приветствовал меня блондин. – Предлагаю за завтраком обсудить планы на ближайшее время и согласовать графики.

– Ничего не имею против.

– Великолепно. Через полчаса жду вас в столовой. – Развернувшись, мужчина быстро вышел из комнаты.

М-да… Резвый тип.

Отправившись к себе в комнату, во второй раз за два дня распаковала свою сумку. И опять из нее под конец выпал мешочек с прядью волос. Что-то часто он мне на глаза попадается в последнее время, к чему бы это?

Отогнав ненужные сейчас мысли, я положила предмет моих волнений в тумбочку и пошла завтракать.

По всей видимости, столовую мне надлежало находить самостоятельно, но, к счастью, это не являлось такой уж непосильной задачей. Спустившись на первый этаж, я обнаружила искомое помещение самым простым и действенным методом. Методом научного тыка. Согласно теории вероятности, остаться с носом я просто не могла.

В комнате уже был мой новый родственничек, который нетерпеливо крутил в руке вилку. Поймав недовольный взгляд, я тут же вспомнила выражение «один удар – четыре дырки», и мне как-то совсем не захотелось его проверять на себе.

– Рад, что вы хоть и с опозданием, но почтили меня своим присутствием, – холодно произнес лорд Хор. – На будущее – я очень не люблю терять время, леди.

Что-то мне это напоминает. Еще один поборник пунктуальности?

– Дядя, насколько вы близко знаете Хранителя Воды? – недолго думая, задала я всплывший у меня вопрос.

Холодность с физиономии Лорда испарилась так же быстро, как влага в пустыне, уступив место настороженности.

– В связи с чем у вас возник такой вопрос?

– Вы чем-то похожи. В поведении, интонациях… – на минутку задумавшись, максимально честно ответила я.

– Леди наблюдательна, – с непонятным выражением сказал безопасник.

Я заняла свое место, и мы принялись завтракать. Прислуживал все тот же старик. Либо это самое доверенное в доме лицо, либо слуг мало. Я склонялась ко второму варианту. О причинах можно задуматься позднее.

Изредка ловила на себе задумчивые взгляды Железного Лорда. Когда дело дошло до чая, Хор решил обсудить наши дальнейшие планы.

– Насколько я знаю, вашу деятельность в департаменте нужно будет направлять мне. Вас интересует информация, так? – Я согласно кивнула. – Тогда самым оптимальным вариантом будет сделать вас моим личным помощником. Так сможете вникать во все дела и немного осмотритесь внутри моей структуры. Также советую наладить контакт со смотрительницей Императорской библиотеки. Причем для начала как Альена, – внимательно посмотрел на меня Хор. – Тут придется самой. Ни я, ни Мидьяр в этом не помощники. Особенно Мидьяр. – Последнюю фразу безопасник произнес с каким-то мстительным удовлетворением.

– Хорошо. – Отставив пустую чашку, я поднялась из-за стола, показывая, что готова к дальнейшей работе.

Хор с готовностью последовал моему примеру, и мы наконец направились на работу.

Я иду на работу… Финиш.

По дороге мне зачитали краткий курс по выживанию в департаменте Безопасности и Порядка. В принципе ничего сложного. Не соваться без надобности на склады и к боевым командам. Да и вообще вести себя осмотрительно. Также мне тонко намекнули на то, что я сейчас под защитой его имени и чтобы не смела это самое имя позорить недостойными выходками.

Интересно, как он себе это представляет?

Прибыв на место, Хор приказал секретарше ввести меня в курс дела и выдать его рабочий график на сегодня.


День прошел суматошно, и у меня уже пухла голова от всевозможной информации. И сплетен. Леслава – секретарша Хора – оказалась на удивление говорливым созданием. В шесть вечера меня вызвал к себе «дядюшка» и отправил домой с напутствием, чтобы к восьми была готова к новым подвигам и свершениям. В библиотеке.

Даже не попытавшись узнать подробности, я послушно побрела в особняк безопасника.

Там приняла душ, поужинала и, отчаянно зевая, отправилась в общество книг. Зайдя в библиотеку, не глядя, схватила с полки какой-то томик и опустилась в кресло. Там меня и сморило.

Спала, судя по всему, не очень долго. Как правило, самый бодрящий сон тот, что длится минут десять – двадцать. Я потянулась, сладко зевнула, прикрыв рот ладошкой, и наконец открыла глаза.

Напротив, чуть склонив голову набок и с любопытством за мною наблюдая, сидел Лирвейн. Весь такой беленький, бодренький, свеженький… прямо неприятно.

– Доброго вечера, леди.

– И вам того же. – На большее меня не хватило.

Что он тут делает?

– Надеюсь, вы не забыли про занятия магией? – невинно осведомился снежный блондин.

Да как тебе сказать… Не то чтобы совсем.

– Ни в коем разе. – Правильно, врем и не краснеем.

– Вот и отлично, – мигом стал серьезным Лир. – Советую сходить умыться, чтобы проснуться окончательно.

Решив советом не пренебрегать, я пошла к себе.

Вернувшись, обнаружила Хранителя стоящим у книжного стеллажа и добавляющим очередной том к нехилой стопке, уже имеющейся у него в руках.

Проводила взглядом третью по счету книгу и удивленно посмотрела на Лирвейна. Тот с вежливой улыбкой подтвердил, что вся макулатура предназначается мне. А потом предложил расположиться за столом и приступить к занятию. На столике кроме всего необходимого для обучения находились графин с водой и пара плиток шоколада. Хм… спасибо.

Через два часа я практически выползла из библиотеки, несмотря на шоколад, регулярные перерывы и педагогический «талант» Лирвейна. Он обладал поистине мозговыносительным даром! Вдобавок меня изрядно шатало под тяжестью трех талмудов, в которых, по словам моего учителя, находилась весьма важная для меня информация. Ее надлежало усвоить как можно скорее.

– Леди!

Я остановилась, подавив в себе желание обернуться с раздраженным «что?!».

Послышались быстрые шаги, и, догнав меня, Хранитель добавил к трем имеющимся булыжникам четвертый. Меня еще немного согнуло под тяжестью, и я посмотрела на Лирвейна отнюдь не ласковым взглядом. Отступив, блондин скептически оглядел получившуюся конструкцию, фыркнул и одной рукой забрал у меня книги, а другой, подхватив под локоть, потащил по направлению к моей комнате. Около дверей вручил нелегкий груз знаний и, прохладно пожелав доброй ночи, откланялся.

Войдя в комнату, сгрузила книги на столик, уныло их оглядела и приняла судьбоносное для моего уставшего организма решение. Душ, ужин, перерыв – и снова садимся грызть гранит науки. Слишком много я себе слабины дала. Даже в дороге, вместо того чтобы заниматься чем-нибудь полезным, читала «Попаданку».

Так что вечер и большая часть ночи прошли… продуктивно. Так продуктивно, что утром меня минут пять не могла добудиться горничная. Когда я таки встала и выползла к завтраку, удостоилась от Хора очень удивленного взгляда. Он нахмурился и полуутвердительно произнес:

– Всю ночь читала?

– Нет. – Я опустилась на стул, без всякого аппетита взирая на стоящий передо мной завтрак.

Недоверчиво оглядев мою помятую, с кругами под глазами, усталую персону, Хор проговорил:

– Я понимаю, что у вас много работы и материала, который нужно изучить. Но если работать на износ и не беречь силы, вы просто не выдержите такого темпа.

– Кто бы говорил, – еле слышно пробормотала в ответ.

Впрочем, судя по прищуренным темно-серым глазам, он меня расслышал.

Завтрак продолжался в молчании.

К его концу мое состояние, к сожалению, не улучшилось.

Но, мужественно поднявшись, я гордо выпрямилась и наигранно радостно известила Хора, что готова к труду и обороне!

Мужчина вскинул белую бровь и насмешливо ответил:

– С такими тружениками и защитниками наша страна была бы обречена на завоевание. – Потом встал и уже серьезно заметил: – Значит, так, леди. Сейчас семь утра. Вы отправляетесь спать. Но к часу дня чтобы были в департаменте. И в дальнейшем старайтесь трезво оценивать свои силы.

Поклонившись, Хор вышел из гостиной.

Мне ничего не оставалось, кроме как отправиться наверх, досыпать.

Проснувшись, я сладко потянулась и скосила взгляд на часы. Увиденного на подлом циферблате хватило для того, чтобы с меня моментально слетела сонливость. Скатившись с кровати, я рванула одеваться.

По-быстрому заплела косу и поспешила на выход.


Я на всех парусах неслась по коридору департамента в полной уверенности, что уже катастрофически опаздываю. Но, зная характер Хора, даже в этом случае усугублять положение лишней минутой, потраченной его склочной милостью на ожидание моей недостойной персоны, не стоит. У-у-у-у, противный!

Вот с такими мстительными мыслями я на полном ходу выруливаю из-за угла и с размаху впечатываюсь в чье-то тело. По инерции мы летим дальше, и нас встречает одна из ниш особняка отнюдь не ласковыми объятиями. В мозгу со скоростью света проносится мысль, что со мной сотворят сначала вредный безопасник, а потом не более положительный Лирвейн, если тот ему пожалуется. Поэтому я, не обеспокоившись состоянием сшибленного мною мужчины и даже не взглянув на него, наскоро пробормотала извинения и сделала попытку помчаться дальше.

Тормознули меня достаточно грубым способом. Я бы даже сказала, очень грубым. За волосы! Этот самоубийца схватил меня за кончик косы! Да не просто схватил, он на себя ее дернул! Я в очередной раз встретилась спиной с твердой поверхностью, но на сей раз это была сильная мужская грудь.

– Какие невежливые барышни пошли! – Далее этот… накрутил косу на руку, обхватил другой рукой за талию, и над ухом раздался негромкий неторопливый голос: – Несутся, сбивают, толком не извиняются и даже на потерпевшего не смотрят.

Ладно, в чем-то он прав. Но времени нет!

– Приношу достопочтенному господину свои искренние извинения и выказываю надежду, что данное происшествие не оказало никакого негативного воздействия на его моральное и физическое здравие! – бодрой скороговоркой отрапортовала я. – Также прошу уважаемого войти в положение опаздывающего стажера и отпустить его, дабы уже его моральное здравие не оказалось под угрозой.

– Какие образованные девушки пошли! – неподдельно восхитился мужчина. – Но хочу вас разочаровать. Вопрос о моральном здравии все еще остается открытым. Своим фееричным появлением вы настолько меня потрясли, что я не могу этого так просто оставить, – с наигранным сожалением закончил незнакомец.

– Какие же варианты разрешения конфликта может предложить сиятельный лорд? – устало продолжала разговор все в том же стиле, в котором мы начали. Все равно не отпустит, трепыхаться смысла нет. А к Хору уже опоздала окончательно.

– Сразу к делу! – одобрил мою оперативность мужчина. – Но я предпочту выслушать юную леди.

Ну и долго в увиливание играть будем? Ситуация медленно, но верно начинала выводить из себя. Чего он вообще в меня вцепился?

– У юной леди напрочь отказывает фантазия в вашем присутствии, – едко ответила, старательно подавляя в себе порыв дернуть локтем назад. Абсолютно случайно конечно же.

– Оу… – За спиной раздался выдох, и несколько сдавленным голосом сиятельный, уважаемый и так далее продолжал: – Мне, несомненно, очень лестна такая высокая оценка моей притягательности, но неразрешенный вопрос с повестки дня это не снимает. – Еще один выдох. Он что, пытается не смеяться? Ах ты! Ну ладно…

– Мысли милостивого господаря, к сожалению, ушли отнюдь не в те края, которые имелись в виду, – с фальшивым сожалением заметила я. – Как вы можете заметить, в данный конкретный момент вы затащили в нишу в здании департамента Безопасности юную леди из приличной семьи, – наставительным тоном говорила «барышня». – Вдобавок ко всему, я уже два раза вам сказала, что опаздываю. И если честно, особых повреждений у вас не вижу. Разве что наглость прогрессирует. И отпустите меня, в самом деле! В конце концов, это просто неприлично!

– Желание дамы закон для джентльмена. – С этими словами он немного ослабил тиски своих рук, но только для того, чтобы поменяться местами. Теперь я была прижата к стене, а «потерпевший» нависал надо мной. Комфорта это, разумеется, не прибавило.

Раздраженно фыркнув, закатила глаза к безучастному потолку, перевела взгляд на мужчину и уже хотела устроить ему жесткую отповедь по поводу его неподобающего поведения. Но осеклась, так как мой ошеломленный взор сначала наткнулся на медные волосы подозрительно знакомого оттенка, а потом на ярко-зеленые глаза с золотистыми искорками смеха. Нет… не может быть!

– Такое положение более устраивает леди? – насмешливо осведомился мужчина, скривив тонкие губы. Да кто это такой? Я попыталась вырваться, но меня не пустили.

Вдруг со стороны одной из дверей раздался знакомый голос с напряженными нотками:

– Леди, вы заставляете себя ждать, но это, допустим, неудивительно. Правда, в такой компрометирующей ситуации застаю вас впервые. – Повернув голову, встретилась взглядом со злющими стальными глазами Хора. Безопасник перевел взор на рыжеволосого и сквозь зубы проговорил: – Я думал, мы с вами уже все обсудили и у вас более нет причин для задержки в моей вотчине. И отпустите стажера, наконец! Это уже ни в какие рамки не идет, Пламенеющий!

По губам рыжеволосого скользнула улыбка. Он нехотя меня отпустил и развернулся к Хору.

Я взглянула еще раз на Хора и машинально отодвинулась за спину рыжего мужчины. Уж очень у Железного Лорда взгляд был… убийственный. Мой тактический маневр не остался незамеченным. Серые глаза Хора все больше темнели от гнева, и он тихо, но от этого не менее жутко произнес:

– Дорогая племянница, не будете ли вы столь любезны ко мне подойти?

Мне ничего не оставалось, как засунуть внезапно проснувшийся страх перед «дядюшкой» куда подальше и подчиниться.

Вот теперь понимаю его подчиненных. Я бы тоже в полуобмороке от него выползала после такого взгляда и тона.

Встала рядом с безопасником и наконец решилась поднять глаза. Пламенеющий с любопытством наблюдал за общением «родственничков», я же старалась не слишком коситься на Евграна. Да и вообще внутреннее состояние наиболее полно можно было выразить фразой: «Так вот ты какой, северный олень!» В моем случае – Евгран Пламенеющий.

Ошеломлена я была не только из-за подозрительной схожести цветовой гаммы шевелюры Алого с одним небезызвестным типом, но и оттого, что я умудрилась столкнуться с тем, кого видеть пока не особо горела желанием. И как столкнулась!

Поймав мой изучающий взгляд, рыжеволосый поганец незаметно подмигнул и отвесил почти незаметный поклон Хору. Чуть растягивая слова, произнес:

– Прошу прощения, что задержал вашу племянницу, лорд. – Тут он немного прищурил глаза и с явным удовольствием добавил: – Но мы, к сожалению, еще не пришли к консенсусу.

– В связи с чем возникло разногласие? – процедил мой «дядюшка».

– Сущий пустяк, – расплылся в подозрительно довольной улыбке Алый. – Леди сбила меня с ног и… – Тут он закатал рукав и показал на легкую красноту на руке, которая вскоре обещала стать слабым синячком. – И нанесла некоторый ущерб моему здоровью.

Мы с Хором в немом изумлении уставились на «тяжкие повреждения». Потом на лице лорда проступило понимание и злость. Рыжий заметил эмоции блондина, расплылся в крокодильей улыбке и с видимым удовольствием продолжил:

– Если я правильно помню вашу родословную, эта девушка никак не может быть выше меня по роду. – По его довольной роже читалось, что в ответе он не сомневался. Хор не ответил, но Евграну этого и не требовалось. – Значит, меру наказания определяю я.

– На штраф, естественно, не согласишься? – прошипел безопасник, прожигая Алого яростным взором. А тому хоть бы хны.

До меня же медленно начинало доходить, что я влипла.

Судя по довольному лицу Пламенеющего и злому – Хора, они тоже это прекрасно понимали.

Кто я там по легенде? Мелкопоместная дворянка. Желтый Клан. Один из самых слабых. И умудрилась «изувечить» наследника Алого Клана. И степень моего наказания он определяет сам. Вправе потребовать практически все. В пределах приличий, конечно, но тем не менее… И остается открытым вопрос: на кой это ему вообще надо?

Я снова окинула мужчину изучающим взглядом.

Если Хор был аккуратным блондином в данный момент в бело-голубой одежде, то Пламенеющий сейчас был в бордовом. И копна длинных медных волос, которые были небрежно стянуты в хвост и спускались по спине до… хм… поясницы. Впрочем, легкий беспорядок на голове придавал ему определенный шарм. Неужели это он? Рыж…

Внимательно оглядела рыжеволосого и поймала его неожиданно серьезный, острый, изучающий взгляд. Впрочем, малахитовый взор тотчас же стал безмятежным. Потом мужчина подошел ко мне и поцеловал руку. Отошел, взглянул на меня и негромко сказал:

– Жду вас завтра в обеденный час возле главного фонтана в центральном парке. Для начала составите мне компанию на прогулке. И… – Тут мужчина оглядел мои непрезентабельные штаны и рубашку с жилетом и, небрежно махнув рукой, добавил: – Поприличней оденьтесь, что ли. Лорд Хор, экономить на такой очаровательной девушке – последнее дело.

Провозгласив сию феноменальную пакость, Пламенеющий быстро закруглился и откланялся.

Я взглянула на Хора. Безопасник изволил злиться, его напряженная поза и сжатые кулаки ясно говорили об этом. Недаром с этим рыжим дела иметь не желают.

Оказавшись в кабинете, Железный Лорд тут же зарылся в какие-то бумаги, а я прямиком отправилась в подсобку. Сварила две чашки кофе, поставила одну на стол к расстроенному начальству и села в облюбованное мною раньше кресло.

Заметила, что во время моего отсутствия лорд Хор достал откуда-то ножик и теперь напряженно вертел его в пальцах. Откинулся на спинку кресла, вздохнул, одной рукой взъерошил короткие волосы и устало улыбнулся.

– Опять этот рыжий гад меня обошел, – взглянул на меня. – Понимаешь, чем тебе грозит его пристальное внимание? Вообще знаешь, кто это?

– Как поняла, Евгран Пламенеющий. Наследник Алого Клана и глава их спецслужбы.

– Верно, – глубокомысленно поднял палец вверх Хор. – Мой коллега и моя сильная головная боль в течение последних пяти лет. Терпеть его не могу. Но потрясающе умный и талантливый интриган, нужно признать.

– Странные у вас взаимоотношения, – задумчиво произнесла я.

– Мы еще до того, как заняли свои должности, знакомы были, – немного разоткровенничался блондин. – Со времен обучения.

– Конфликтовать еще тогда начали? – осторожно спросила я.

– Это никогда нельзя было назвать конфликтом в полном смысле этого слова, – задумчиво произнес Хор. – Мы были лучшими студентами на своем потоке. Скорее, это было соперничество, которое со временем вышло на новый уровень. Ненависти тоже нет. Она губительна для представителей нашей профессии. Впрочем, как и любовь, – грустно улыбнулся мужчина.

– Забавно, – чуть слышно произнесла я. – И теперь вы главы противоборствующих структур.

– Жизнь порой ведет нас весьма странными дорогами, – ответил безопасник.

В дверь постучали, и вошла секретарша с какими-то бумагами. Та хрупкая атмосфера доверительности, что была в кабинете, развеялась с ее приходом. Когда девушка вышла, в мужчине напротив уже было не угадать того человека, с которым я разговаривала минуту назад. В кресле сидел Железный Лорд, заместитель начальника департамента Порядка и Безопасности. Доверенное лицо Совета Хранителей Изначальной Империи.

– Значит, так, леди. – Стальные глаза смотрели прямо и уверенно. Той легкой растерянности, что была заметна после ухода Евграна, теперь не было и в помине. – Сейчас середина дня. Завтра в обед у вас встреча с Пламенеющим. Так что сейчас вы идете домой. – Лорд протянул мне одну из лежащих на столе папок. – Тут все материалы по Алому Клану в целом, и вашему визави в частности. Остаток дня посвящаете изучению этой информации и занятиям магией.

– Хорошо, – спокойно ответила я.

– Сама не ходите. – Лорд Хор выдвинул ящик стола и достал оттуда металлическую бляшку, похожую на монету. – Отдайте это телепортистам, они вас перенесут ко мне домой.

Перечить, разумеется, не стала.

Вышла из кабинета, аккуратно закрыла дверь и подошла к Леславе. Секретарша Хора приветственно улыбнулась и предложила выпить чаю. Только собралась ответить, как за дверьми кабинета раздался удар.

Встревоженно нахмурилась и хотела вернуться, но девушка поймала меня за рукав со словами:

– Не стоит. Он опять в фантом кинжалы бросает. – Я изумленно округлила глаза. Девушка хихикнула и шепотом стала рассказывать: – Я только на работу устроилась тогда. К нему Пламенеющий приходил, что-то они опять не поделили. Так я после этого в кабинет захожу – и у меня чуть бумаги из рук не выпали! Наш серьезный, уравновешенный и так далее Железный Лорд развалился в кресле с бокалом «Стихии» – жуткое пойло, кстати. Ноги на столе, напротив уже измочаленный до полуразвеяния фантом. Евграна Пламенеющего только по рыжим волосам и опознала. Вся стенка напротив ножами утыкана! – Я вспомнила кинжал, который Хор вертел в руках перед моим уходом. Нервно сглотнула. – Он частенько так развлекается. Лю-у-убит коллегу.

– М-да… – ошарашенно пробормотала я. – А с виду такой спокойный. Они с Евграном постоянно так? Как кошка с собакой?

– Он? Спокойный? – рассмеялась девушка. – Разве что внешне. Там такой вулкан страстей, сдерживает себя просто. Всем по-разному удобно. Ему удобно так. Тому же Ярру комфортнее, что его считают беспечным музыкантом. Хотя скалиться он умеет не хуже, чем Хор или Пламенеющий.

Я задумчиво посмотрела на собеседницу. Вот тебе и сплетница. Опять забываю, где я. Тут нет простых людей. Неизвестно, что за плечами у той же всегда улыбчивой Леславы, не стоило выпускать из вида, что она первый помощник заместителя главы одной из самых мощных структур нашей страны. Чувствую себя глупым, несмышленым ребенком…

Леслава убежала разливать чай, вернулась с двумя чашками и продолжила рассказ:

– Евгран… Они друг друга стоят. Похоже, в студенческие годы были весьма близки, иначе не пили бы они сейчас вместе временами. – Девушка опять рассмеялась, пододвинула ко мне тарелочку с печеньем. – Тут не так давно одного резидента ловили. Так как задача была общего порядка, то участвовали все структуры нашего направления. А этого поганца, который у техников чертежи какого-то секретного оружия стащил, месяц отловить не могли! В столице такой кордон поставили, что не просочишься. Они так обозлились, что сами к командам подключились. А он их в городе за нос, как котят, водил. В итоге отловили гада Серебряные. После задержания резидента нам не отдали. Алым, впрочем, тоже. Хор по кабинету мечется, такое ощущение, что от грубой ругани его только мое присутствие и удерживало. Тут заваливается этот Алый. С бутылкой. – Картина вырисовываться никак не хотела. Оказывается, у меня слабое воображение. Леслава же продолжала повествование: – Я на это дело посмотрела и ушла домой. Но, судя по состоянию кабинета на следующее утро, пьянка была продуктивной. Даже, возможно, с дракой…

В молчаливом шоке я допила чай и отправилась к телепортистам. Там выданную монетку придирчиво осмотрели со всех сторон и разве что не надкусили, но все же перенесли в особняк Хора.

После обеда я взяла папку и пошла в свою комнату. Так как кроме документов несла еще чашку с чаем и тарелочку с булочками, дверь пришлось открывать спиной. Хорошо, что распахивалась она вовнутрь. Зайдя в гостиную, развернулась… и чуть не выронила от неожиданности кружку. На широком подоконнике сидел Мидьяр и беспечно болтал ногами. Косички волшебника опять сверкали всеми оттенками золота и меди. Он увидел меня, улыбнулся своей солнечной улыбкой и весело спросил:

– Как я слышал, тебя можно поздравить! – Я удивленно вскинула бровь, и Искусник пояснил: – На третий день своего пребывания в столице ты умудрилась вляпаться по самое «не могу»!

– И в чем это выражается? – осторожно спросила я. Нет, конечно, сама понимаю, но его видение картины наверняка более полное.

– В том, что ты умудрилась не просто попасться на глаза, но и заинтриговать одного из самых любопытных людей, которых я знаю. – Мужчина спрыгнул с подоконника, подошел ко мне и забрал из рук чашку и тарелочку. Поставил на стол. Опустился в кресло и задумчиво протянул: – Евгран Пламенеющий. Казалось бы, просто марионетка в руках своего отца. Но эта «темная лошадка» даст фору любому прожженному интригану. Даже Хора на виражах не раз обходил, что уже внушает уважение.

– И… какого ему от меня надо?

– А вот этого не знаю. – Ярр опять был предельно серьезен. – Но то, что тебе нельзя было высовываться: это факт. Как ты вообще его зацепила?

Я вздохнула и пересказала Мидьяру наш недолгий диалог с Пламенеющим.

Мужчина внимательно выслушал и только насмешливо фыркнул:

– Теперь все ясно. И я даже понимаю Пламенеющего. – Хранитель поймал мой недоуменный взгляд и пояснил: – Я бы тоже так просто такую девушку не отпустил.

– Ярр, ты, конечно, извини, но понимания проблемы твои запутанные объяснения не принесли. Особенно непонятен последний пункт.

– Хор и Евгран в ярко выраженном противостоянии. – Мидьяр скривил губы, но все же начал объяснять. – И ни один, ни другой не упустят возможности подложить коллеге свинью. А тут просто-таки идеальная ситуация. Племянница конкурента! Если учесть, что помимо всего прочего эта рыжая сволочь еще и привлекательный мужчина, то сделай выводы, какие у него на тебя могут быть планы. Как говорится, совместит приятное с полезным. То, что ты оказалась язвительной малышкой с зубками, только добавляет пикантности и интереса к их очередной игре.

Я ошеломленно смотрела на Ярра. Тот полюбовался выражением моего лица и рассмеялся:

– Не паникуй! Никто тебя в одиночку на встречу с ним не отправит.

– За мной что, постоянно следят? – Не очень приятная информация, хоть и понимаю, что это необходимо.

– При встрече с Пламенеющим будут, – согласно кивнул Хранитель. – Но постоянной слежки нет. Нет необходимости. – В ответ на мой вопросительный взгляд мужчина пояснил: – Лир защитный полог на тебя надеть успел. С сигналкой. Стоит кому-нибудь покуситься на твою драгоценную персону, как он тут же узнает.

– М-да… Я за себя рада, – рассеянно пробормотала в ответ. – А когда он успел-то?

– Без понятия, – беспечно пожал плечами Искусник. – Но когда я вас встретил в лесу недалеко от резиденции, защита уже была. До этого нет. Делай выводы.

– Понятно.

– Ничего тебе не понятно! – рассмеялся Хранитель Грез. Потом встал, потрепал меня по макушке. – Собственно, зашел сказать, что у нас тут собирается маленький совет.

– У вас? – не поняла я.

– Ребята уже внизу должны быть. Тебе нужно присутствовать. Как виновнице торжества, так сказать.

– Э-э-э… Хранители? – не поверилось мне.

– Ага, – радостно кивнул Ярр.

– А в каком составе?

Ну любопытно! Я пока только четырех Хранителей видела.

– Все в том же, – улыбнулся мужчина. – В столичном округе только мы. Остальные без крайней надобности не появляются. Своих дел очень много.

– Понятно, – пробормотала я и с тоской поглядела на чашку с чаем. Видимо, не судьба… Грустно. – Пошли?

Волшебник согласно кивнул, слез с подоконника и направился следом за мной к двери.

Мы спустились в одну из гостиных и увидели, что там уже находится Асгард. Лирвейна пока не было.

– А где наш айсберг? – полюбопытствовал Искусник, опять устраиваясь на подоконнике. Тяга у него к таким насестам, что ли?

– Не пришел еще. Работа. Аэрлиса сегодня не будет, – отозвался стоящий ко мне спиной Ас. Мужчина задумчиво рассматривал морской пейзаж на картине. Развернулся к нам. – Доброго вечера, леди.

– Здравствуйте, – негромко отозвалась я.

Тут со стуком распахнулись двери, и в комнату вошел немного запыхавшийся Лирвейн. Я, несмотря на неподходящую ситуацию и окружение, невольно залюбовалась. Во-первых, он был злой. Любые эмоции на физиономии его длинноносой светлости расцениваются как маленькое чудо. Во-вторых… ему это шло. И блестящие от гнева глаза, и недовольно поджатые губы, и некоторый беспорядок на голове. В-третьих, Лир был в черном. Что уже было необычно. Белые волосы волной спускались по спине, что еще больше подчеркивало всю чуждость облика Хранителя. Водолазка облегала сильную грудь и плечи, а штаны… М-да. Гормоны! Молча-а-ать! Нашли на кого заглядываться!

Я пинками выгнала из головы ненужные мысли и приготовилась к разносу. Если учесть все события сегодняшнего дня, ни для чего другого такая высокая компания собраться не могла.

Мужчины рассредоточились по комнате, и начался первый акт представления.

Асгард, не торопясь переносить свое внимание с картины на меня, медленно проговорил:

– Леди, будьте так добры, изложите мне возможные последствия того, что ваше инкогнито будет раскрыто Пламенеющим.

Я на минуту замерла. Сказать, если честно, было нечего.

– Хочу напомнить уважаемым господам, – обвела я тяжелым взглядом Хранителей, – что моим увлечением в деревне не было изучение интриг Кланов и императорского двора. Более того, за ту неполную неделю, что здесь нахожусь, я еще не успела этой, несомненно полезной, информацией обзавестись. Потому буду благодарна, если вы не станете лишний раз указывать на мое невежество и тратить такой дефицитный материал, как время, на выяснение заранее известных ответов.

Асгард медленно повернулся ко мне. Поправил очки и склонился в коротком поклоне.

– Прошу прощения, ваше высочество. – Темные глаза внимательно меня изучали, потом Оружейник обратился к Хранителю Воды: – Лирвейн, будь добр…

Судя по недовольному фырканью, мужчина отнюдь не желал таковым являться, но все же пояснил:

– Самый простой и очевидный вариант: менталистов и психотропные средства еще никто не отменял. Опоить наследницу, и можно даже не доводить дело до коронации. Просто выдать замуж за удобного человека, получить наследника и… избавиться от последней представительницы императорской семьи. Ребенка воспитать в нужном ключе. Вариант номер два. Банально убить. Вариант номер три… – Тут Лирвейн пристально взглянул мне в глаза и почти шепотом закончил: – Не торопиться. Выждать. Вызнать, кто наиболее дорог принцессе. Ради чьих жизней она будет делать то, что ей скажут.

У меня по спине бежали мурашки, на лбу выступил холодный пот, я сжала руки, дабы не выдать себя дрожью пальцев. Мари… Амалия… Нет!

На плечи легли чьи-то горячие ладони, и по телу, расслабляя и успокаивая, прокатилась теплая волна. На рукав упала золотая косичка. Даже оборачиваться не надо.

– Спасибо, Мидьяр, – негромко сказала я. Голос снова подчинялся.

– Не за что, – тихо отозвались позади. – Надеюсь, ты поняла. По-другому было нельзя, Александра.

– Я поняла.

– Предлагаю перейти от стадии описания всей сложности нашего положения к инструкциям по поведению, – снова подал голос Асгард, с любопытством посматривая на нас с Ярром. – Есть возможность послать другого человека под вашим обликом. Конечно, небольшая вероятность того, что он распознает подмену, есть, но она мизерная.

Я минуту подумала и осторожно ответила:

– Лучше не надо. Я пойду сама. Если уж судьба так распорядилась, не будем пренебрегать возможностью изучить неприятеля. Ведь в дальнейшем мне придется частенько встречаться с ним и на политической арене. Так что первое знакомство в виде Альены наиболее оптимальный вариант.

– Это ваше решение, леди, – качнул головой Ас. – Но мы подстрахуем.

– Тогда тебе при встрече придется думать над каждым словом и жестом, – начал Мидьяр. – Вести себя по возможности отстраненно и сдержанно. Есть вероятность, что он тогда потеряет интерес. И конечно, постараться как можно скорее завершить встречу. – Здесь серьезность Искусника закончилась, он стремительно обошел мой диванчик и с размаху плюхнулся на соседний. На губах заиграла проказливая улыбка, и маг весело выдал: – Короче говоря, побольше молчи, поменьше слушай ту лапшу, что он станет вешать на твои очаровательные ушки. И не язви, Создателя ради! Держись на расстоянии вытянутой руки, не ближе. Если совсем ситуация из-под контроля выйдет, кричи. Спасем!

В некотором шоке от формулировки и содержания совета, я широко распахнутыми глазами смотрела на Искусника. Тот опять рассмеялся. Похоже, вгонять меня в ступор и наслаждаться произведенным эффектом волшебнику понравилось.

Асгард недовольно покачал головой и спросил у своего эксцентричного коллеги:

– В общем и целом я с тобой, конечно, согласен, но можешь ты хоть иногда не изображать шута?

– Это моя суть – менять маски, – неожиданно серьезно ответил Мидьяр. – Тебе ли это объяснять, Ас?

Темноглазый Хранитель отвел глаза. Но тут в разговор вступил Лир:

– Как и Ас, я в принципе согласен с Ярром.

– Вот и замечательно, – устало согласилась я. День был сложным. Да и разговоры с Хранителями мне легко не даются. Еще бы, трое сильных, здоровенных мужиков и одна маленькая я. Неуютно.

– Завтра вечером после занятий Лирвейн перенесет тебя в резиденцию, – раздался голос Искусника. – Через три дня прибывает карета, а послезавтра мы идем в мой департамент.

– Твой?

– Я там работаю, – невозмутимо ответил Хранитель. – Начальник одного из отделов. Ведаю, собственно, своим направлением. Творческий народ и маги иллюзий среди переселенцев.

– Все ясно, – вздохнула я и потерла виски. – Как все сложно. Знала, что будет нелегко, но на такое количество новой информации, впечатлений и проблем я не рассчитывала. Дома все было гораздо проще. Как там Мариоль?

– Соскучилась по подруге?

– Да, – кивнула я. – А это странно? Она самый близкий мне человек.

– Нет, – задумчиво произнес Ярр. – В общем-то это не странно, просто мы все отвыкли позволять себе… чувствовать. На привязанностях так легко играть…

В комнате повисло молчание. Я осмысливала сказанные им слова, а Ярр расфокусированным взглядом смотрел перед собой. Потом маг стряхнул на минуту завладевшее им оцепенение, тряхнул косичками цвета красного золота и весело сказал:

– Насколько я знаю, Мариоль чувствует себя просто отлично. В отличие от нервной системы Лиса…

Я непонимающе посмотрела на волшебников. Лир еле заметно улыбался, Ярр явно старался не смеяться, а Асгард, как всегда, поражал своей невозмутимой физиономией. Только темные глаза из-под круглых очков насмешливо сверкали.

– Думаю, на сегодня все, – спокойно сказал Асгард. – Удачного вам завершения дня, леди.

Пожелала Хранителям того же и задумчиво проводила взглядом исчезнувших в телепорте Асгарда и Хранителя Грез. Что же там подружка натворить успела?

Лирвейн дождался ухода коллег и начал строить свой портал. Перед тем как исчезнуть в сияющей дымке, блондин обернулся и холодно сказал:

– Хочу вам напомнить, что занятия на сегодня не отменяются.

Меня посетило маленькое и скромное желание кинуть ему что-нибудь вслед. Смирила такой недостойный порыв и отправилась в свои апартаменты.

Зашла и посмотрела на папки и учебники на столе.

Ручки тянулись к информации о Пламенеющем, но я себя одернула. Работы много, а времени мало. Если Лирвейн придет в то же время, что и вчера, то у меня всего часа три на подготовку. А встреча с Евграном завтра. То есть, по сути, вполне могу все просмотреть после занятий с Лиром.

И есть еще один аргумент… Если не буду готова к занятию, он мне весь мозг своим занудством вынесет. Нервы мне дороже!

Так что еще раз с сожалением покосилась на папки и решительно принялась за учебу. Впрочем, магия вскоре настолько увлекла, что я потеряла счет времени. Для удобства перебралась на ковер и сбросила обувь. Увлеклась разбором сложного плетения, которое легко вчера выплетал Лир, но мне оно никак не желало поддаваться. Не заметила, как пролетело время, и в реальность меня вернули холодные брызги воды, которые мгновенно вывели меня из транса.

В кресле напротив сидел Лирвейн. Все в той же темной одежде, которая слишком хорошо, на мой взгляд, подчеркивала достоинства фигуры волшебника. Я встряхнула головой, отгоняя ненужные мысли. Что-то они подозрительно часто стали посещать мою голову…

Его длинноносая милость снова был без «вуали» и изволил злиться. И более всего он опять подходил под определение «ледышка». Очень злая ледышка. Серые глаза нехорошо прищурены, губы поджаты, в руках папка с информацией о Пламенеющем.

Большого выбора кандидатур на роль «доброго человека», который окатил меня водой, особо не было. Вот же поганец блондинистый!

– Добрый вечер, леди, – кивнул мне Лир, продолжая сверлить нехорошим взглядом. – Вы опять изволили опоздать. Прискорбное отсутствие пунктуальности и, что еще более неприятно, – полное отсутствие инстинкта самосохранения.

То ли от долгой работы с энергией, то ли оттого, что его придирки меня окончательно достали, я и не подумала сдерживаться.

Встала с ковра, забралась на маленький диванчик. С ногами. Получила странное моральное удовольствие от искры недовольства в глазах Лирвейна. Демонстративно оглядела ногти и скучающим голосом ответила:

– Хочу заметить, что вы не сказали точного времени. – То, что я вздумала огрызаться, Хранителю явно не понравилось. С любопытством посмотрела на него и поинтересовалась: – С чем связано ваше последнее заявление и что вы делаете в моей комнате?

Это гостиная, конечно, но легонько щелкнуть по носу этого поборника приличий не помешает.

– Так не в спальне же, леди, – язвительно ответил «поборник».

Ах так?

Лениво сползла с дивана и направилась к столику с графином воды. Налила бокал, пригубила и медленно ответила:

– Тем не менее… Я девушка благородных кровей. А тут… Мужчина! Практически в будуаре. Теперь, как честный человек, вы просто обязаны… – До конца фразу довести не смогла из-за того, что еще в середине начала давиться смехом, а портить впечатление не хотелось. Но, судя по округлившимся глазам блондинчика, он явно понял, к чему я клоню. Не выдержала такого зрелища и все-таки расхохоталась. Уж очень комично выглядел шокированный Лирвейн. М-да…с магией переусердствовала. Несет меня основательно. В обычном состоянии никогда бы не стала так себя с ним вести. Моего искреннего веселья Хранитель Воды не разделил, более того, разозлился еще больше. – Отчего такой недовольный? – Судя по глазам Лира, стадия «злость» медленно, но верно переходила в разряд «ярость». – Ты мне так чудненько лошадок сторговал тогда… дорогой!

Он вскочил с кресла, быстро подошел ко мне и процедил:

– Не смешно! Я вам что говорил? Не экспериментировать самой! Сколько часов провели в трансе? Судя по неадекватности поведения, не менее двух! Почему тебя и на пару часов оставить одну нельзя? То напьешься, то переколдуешь, то с Пламенеющим столкнешься!

Не разделяя серьезности мужчины, я и не думала успокаиваться.

– Опаньки, эмоции! – неподдельно обрадовалась и ткнула Хранителя пальчиком в грудь. – Оттаял!

– Да с чего ты вообще взяла, что я замороженный? – прошипел Лир.

– Ты на себя со стороны посмотрел бы, – уже относительно спокойно ответила мужчине.

– А ведь тебе потом будет за это стыдно, – неожиданно успокоился блондин.

– Конечно, – легко согласилась я. – Но это будет потом.

– Безусловно, – невозмутимо подтвердил Хранитель. – Тогда продолжим. Какого… ты с Пламенеющим в коридоре обнималась?

Спокойствие мое как ветром сдуло.

– Ты там был, что ли? – огрызнулась я. – Торопилась, а он меня за косу схватил! Давай я тебя за волосы схвачу и на руку их намотаю! Посмотрим, куда ты после этого денешься!

– Да как ты со мной вообще разговариваешь? – запоздало возмутился волшебник.

– А ты? – вернула подачу.

Маг озадаченно замолчал. Ответить, видимо, было нечего.

Но тут Лирвейн опять расплылся в пакостной улыбке.

– Вообще-то мне по причине того, что и так часто тут бываю, поручили подтянуть твою физическую форму. – Я даже улыбаться перестала, а волшебник продолжал: – И признаться, этому, мягко говоря, не обрадовался. Тогда… – Во время многозначительной паузы до меня начал доходить смысл очередной подлянки судьбы. – Но теперь думаю, что, возможно, удастся в процессе тренировок хоть лишнюю дурь выбить!

## Глава 8. О новых масках старых знакомых

> Ум начинается там, где кончается здравый смысл.

> Клод Гельвеций

Я поднялась утром странно бодрой, но с весьма беспокойными мыслями о сегодняшней деловой программе.

Встреча с персонажем из детства, надо признать, весьма пугала. Особенно в свете того, кем он является. И кто я.

Вспомнила того молодого мужчину, которого я знала, и сильного хищника, с которым столкнулась вчера. Поняла, что партия будет не из легких.

Подойдя к гардеробу, скептически оглядела открывшийся выбор. Помня слова Ярра, одеваться надо было максимально скромно, чтобы наряд был мне не к лицу и одновременно достойным моего статуса при лорде Хоре. Задачка та еще.

Оглядела себя в зеркало и поняла, что в таком случае надо что-то делать с грудью. Потому что третий размер украсит любую девушку. А нам этого не надо. Злорадно хихикая, я откопала бандаж и перетянула грудную клетку. Затем надела простые штаны, рубашку и жилет. С удовольствием полюбовалась на свою плоскую фигуру и вышла из комнаты.

Уже спускаясь по лестнице вниз, я нахмурилась и недовольно поморщилась. Очень не нравится собственный настрой. Как на развлечение иду, и никак не настроиться на серьезный лад. Неужели последствия занятий все еще сказываются? Это плохо.

В гостиной был только «дядюшка». Лорд Хор сидел в кресле у окна с чашкой кофе и листал сегодняшнюю газету. Для довершения образа скучающего аристократа не хватало только трубки или сигары. Мужчина мельком взглянул на меня поверх газеты, пожелал доброго утра и вновь уткнулся в нее. Но не прошло и секунды, как снова поднял взгляд и, нахмурившись, оглядел меня. Видимо, не мог понять, что же не так в образе его «племянницы». Потом его взор остановился на моей груди, и белые брови изумленно поползли вверх. К чести Хора, он все-таки не прокомментировал увиденное. К моей чести, я удержалась от желания дать ему в наглый глаз, который постоянно косился на мою рубашку.

Нет, все-таки с магией надо осторожнее.

Я вспомнила вчерашний инцидент с Лирвейном и подавила желание со стоном уронить буйную головушку на сцепленные руки. Как теперь с ним общаться?

Решив разбираться с проблемами по мере их поступления (Евгран у нас в обед, а Лир – вечером), я взяла себя в руки и, закончив завтрак, поднялась в свою комнату.

Там плюхнулась в кресло, подтянула к себе папочку с материалами о Рыже.

М-да… Негусто. Тридцать пять лет. Родился, учился, пока не женился. Маг. Огненная стихия. Потенциал неизвестен. Но заявленному во всех документах магистру третьей степени явно не соответствует. По специализации – телепортист. Отлично владеет холодным оружием. Опять же исключительно по слухам. С отличием закончил столичную Академию.

В основном материалы были по работе его спецслужбы. Надо признать, не особо утешительные данные. Особой грязи в сухих отчетах не было, но можно легко понять, что кроется за фразами типа: «Заняв свою должность, заменил большую часть штата. Найти большинство бывших агентов не представляется возможным».

Прикрыв папочку, я задумалась.

Новости были неутешительными. Как это ни прискорбно, но я все еще воспринимала этого мужчину как того молодого человека, которого некогда спасла. Который рассказывал мне сказки и интересные истории, учил азам магии и контроля, расчесывал волосы… И принять то, что он превратился в жестокого хищника, было сложно.

Я отдавала себе отчет, что мало кто из моего окружения не обладает зубами в три ряда. Тот же Хор уж точно не уступает Евграну в богатстве биографии. Да и Хранители… те еще фрукты.

Но его я знала другим. И мне немного грустно, что моего солнечного Рыжика превратили в такое…

Я встряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Прошло восемь лет. Мы все меняемся. В ту пору он был юнцом, только-только окончившим Академию. Кстати, интересно, как он вообще оказался в районе нашего поместья, да еще в таком плохом состоянии? До земель Алого Клана далековато. И главное, кто же тебя тогда едва не убил, Рыжий?

Поглядев на часы, я поняла, что у меня остается часа полтора до выхода, и решила немного позаниматься магией.

Время пролетело незаметно. Научилась ставить элементарную ментальную защиту. И в процессе занятия в голове появилась пара идеек на тему, как сделать такой щит незаметным для других волшебников. Надо потом обдумать.

Я встала и потянулась, затем пошла в ванную. Умылась и стояла перед зеркалом, наблюдая, как капли воды стекают по бледному, незнакомому лицу. Альена… Плохо ты что-то выглядишь.

Выходя из дома, огляделась в поисках обещанного Ярром эскорта, но никого не заметила. Впрочем, этого и не положено. Они профессионалы.

Я медленно шла по городу к центральному парку и пыталась выстроить наиболее безопасную линию поведения. Идей не было. Вот же… Хранители! Я, между прочим, их принцесса, и если рыжий приятель детства меня прибьет по-тихому, они тоже малой кровью не обойдутся. А никаких инструкций и прочего. Как будто на прогулку иду!

Короче, меня уже немного потряхивало от нервов. Ноги брели все более и более неохотно, но фонтан неумолимо приближался, как и час встречи. Наконец я дошла и опустилась на его бортик. Чтобы немного отвлечься, решила осмотреть главный парк и фонтан. Все-таки один из самых красивых в стране. Драконы при моем прадеде ставили. В знак дружбы народов.

Правда, особой дружбы не получилось. Драгоценный папа еще в первые годы своего правления умудрился с ними конкретно рассориться, и эти и так закрытые народы почти полностью перекрыли свои границы. Впрочем, желающих попасть в Огненную Долину и Ледяной Предел и раньше было не очень много.

Фонтан представлял собой скульптурную композицию из горного хрусталя и янтаря, которая изображала пару, навечно застывшую в танце. Хрустально-ледяная девушка и янтарно-огненный мужчина. Если не ошибаюсь, с этими двумя у драконов была связана какая-то легенда, но эпос крылатых я знала плохо.

Внезапно послышался какой-то шум, и я отвлеклась от созерцания. По площадке, заливисто хохоча, бежала встрепанная, черноволосая, смуглая девушка в яркой цветастой одежде. Судя по внешности и наряду, она принадлежала к народу ромийцев. Кочевые люди без родины. Вечно в пути. Проследив за траекторией ее движения, я поняла, что ромийка ловит маленькую козочку. Подивилась, как ее вообще сюда с козой пустили. К моему удивлению, скотинка вдруг изменила направление бега и метнулась ко мне. Не знаю почему, но машинально ее поймала за белую шерсть и перехватила поудобнее за черный кожаный ошейник.

Подбежавшая девушка плюхнулась рядом на бортик фонтана и попыталась отдышаться. Потом немного успокоила дыхание, улыбнулась и скороговоркой проговорила:

– Ой, спасибо! Я уже минут пять за ней гонялась и все никак поймать не могла! – Темные глаза ромийки задорно сверкнули из-под кудрявой челки, а при улыбке на щечках появились ямочки. Внимание девушки переключилось на козочку. Она схватила ее за маленький рожок, притянула ее к себе и начала выговаривать: – Мика, ты бессовестная скотина! – Коза, судя по всему, вникать в страдания хозяйки не считала нужным. Девушка снова переключилась на меня. – Еще раз спасибо! Меня, кстати, Рови зовут!

Она протянула мне руку, и я неуверенно пожала небольшую смуглую ладошку.

– Не за что, – ответила улыбкой. – Очень приятно. А я – Альена.

– Взаимно, – рассмеялась ромийка. – А ты гуляешь тут в первый раз, да? Хочешь, покажу все! Хорошо эти места знаю!

– Нет, к сожалению, – погрустнела я. – Человека жду.

– А что так печально? – поинтересовалась смугляночка.

– Это штраф, – скривилась я. – Я сбила с ног высокородного, а он потребовал прогулку и обед в моем обществе. Для начала…

– Вот гад, – возмутилась девушка. – Знаю я их! Сначала обеды и прогулки, а потом ужины и ночевки!

Я грустно вздохнула. От такого описания ситуации стало вдвойне себя, несчастную, жалко. Но долго предаваться меланхолии было нельзя, поэтому встряхнула головой, отгоняя от себя грустные мысли, и наигранно весело ответила:

– Надеюсь, что до этого не дойдет, – посмотрела на солнце и поняла, что до назначенного часа остается всего ничего.

Ромийка тоже засобиралась. Быстро попрощалась, схватила свою козочку за ошейник и откланялась. Я проводила взглядом скрывшуюся в толпе изящную фигурку.

Через пять минут стало понятно, что пунктуальностью Евгран явно не страдает. Разве что ее отсутствием.

Уходить так сразу было глупо, и от нечего делать я начала внимательно разглядывать деревья, клумбы, красивые кованые лавочки и людей, гуляющих в парке. Как они одеты, какие мысли отражаются на их лицах, чем живут, чем дышат.

Парк был центральным, это было заметно по публике. Сравнив свою одежду с элегантными нарядами прогуливающихся дам, поняла, что очень рада тому, что не приходится затягиваться в такие пыточные средства. Судя по полуобморочному состоянию девушек и их неестественно тонким талиям, в моде опять были очень тугие корсеты.

Скользя ленивым взором по людям и природе, я наткнулась на рыжеволосого мужчину, который нагло развалился на лавочке по другую сторону фонтана и пристально меня разглядывал.

Так… Не поняла. Это как же получается? Я тут уже минут пятнадцать его «опаздывающего» жду, а он все это время в десятке метров от меня в тенечке у воды прохлаждается?

В душе медленно начинало зарождаться раздражение, но я отвернулась от рыжего поганца и прикрыла глаза. Вдох – выдох. Правильно. Успокоилась? Вот и отлично! Все-таки разбираться сегодня с ментальными воздействиями и щитами не стоило. Еще после вчерашнего не отошла.

Немного подумала и решила поиграть по правилам Алого безопасника. С тем же энтузиазмом глазела по сторонам и даже смотрела в его сторону, но при этом якобы в упор не видела. Когда в очередной раз посмотрела в сторону лавочки, на ней уже никого не было. Недоумевающе огляделась по сторонам. Хм… И куда делся?

Рядом на бортик фонтана кто-то опустился, и, повернув голову, получила возможность лицезреть Рыжа.

Надо признать, что выглядел мужчина просто великолепно. День был солнечный, и потому его волосы искрились медью и красным золотом. В зеленых глазах то и дело вспыхивали золотистые искорки смеха. Темно-зеленый костюм очень ему шел, придавая зеленым глазам всю глубину цвета и идеально контрастируя с медными волосами. На груди висел довольно крупный серебряный медальон. Увидев его, подавила в себе желание податься вперед и получше разглядеть.

В свои незабвенные двенадцать я потеряла очень похожую вещичку во время одного из своих приходов к Рыжику.

Вдруг задумалась: почему так сразу опознала в нем моего давнего приятеля? Уж не знаю отчего, но не возникло даже и тени сомнения. Может, из-за восхитительных волос? Заглядевшись на шевелюру Евграна, поймала себя на желании стянуть с его хвоста ленту и запустить пальчики в медное великолепие. Как это ни странно, я в мельчайших подробностях помнила свои ощущения от соприкосновения с его волосами. Теперь, когда я увидела медальон, была практически уверена в том, что это он. Открыть бы еще побрякушку… Внутри должна быть гравировка с моим именем.

– Леди Альена? – От негромкого голоса я выплыла из своих размышлений.

– Доброго вам дня, лорд.

Так. И что дальше? Я настороженно смотрела на мужчину, который не менее внимательно разглядывал меня.

Как себя вести? И почему я все время до встречи занималась всякой ерундой, а не думала над линией поведения с этим змеем зеленоглазым?

– Извините, что заставил вас ждать.

– Это было весьма невежливо с вашей стороны, – ответила, немного сузила глаза и весомо добавила: – Особенно если учесть, что вы все же появились вовремя, но по неизвестной мне причине наблюдали со стороны.

– Видите ли, леди, – задумчиво произнес мужчина. – Если честно, и сам не могу понять, почему вынудил вас прийти. Я занятой и весьма прагматичный человек, а ради этой встречи пришлось отменить несколько других. Это мне невыгодно. Да и вообще сплошная ерунда получается, – провел рукой по волосам Рыж. – Вот наблюдал за вами и думал: «Какого… мне это надо?» – Тут он обаятельно улыбнулся. – И конечно, мне была любопытна ваша реакция на эту ситуацию.

Вот же! Любопытно ему. Как Мидьяр и предупреждал, вот она, первая партия лапши на уши. Следующим заходом что? Он меня увидел и думать не мог ни о чем?

– Если вы сами не понимаете, зачем вам это надо, то предлагаю разойтись сразу, – прохладно ответила и поджала губы. – У меня тоже очень много дел. Я не так давно приехала в столицу и стажируюсь в департаменте дяди. Естественно, он не особенно желает видеть меня на службе в такой структуре и прилагает все усилия, чтобы у плямянницы пропало желание там работать. Приходится поглощать большие объемы информации, чтобы быть хоть немного на уровне. Это отнимает очень много времени и сил. Поэтому тратить такой драгоценный ресурс на бесперспективную трату времени я бы не хотела.

Да, это резко. Но изображать дурочку уже глупо. Я еще при первом знакомстве себя ею не позиционировала. Так что теперь тем более поздно.

По губам рыжеволосого визави скользнула ленивая улыбка. Он скосил на меня зеленые глаза и тихо сказал:

– Как понимаю, дядюшка провел инструктаж? – Я согласно кивнула. Смысла отпираться не было. Все вполне логично. Правда, инструктаж проводил не «дядюшка», а один занятный тип с оригинальной прической, но сути это не меняет. – Леди, – тут Рыж посмотрел прямо и серьезно, – я догадываюсь, что вы могли обо мне услышать. Но то, что сейчас было сказано, имеет под собой почву. Поверьте, я слишком занятой человек для того, чтобы тратить время на мелкие пакости. Вы мне и в самом деле понравились.

Мужчина проникновенно посмотрел в глаза. Я отвела взгляд и сдержала ироничную улыбку. Хм… я должна растаять от этого заявления? Ага, сейчас!

– А вы мне нет, – так же прямо ответила ему. – Из-за вас я опоздала и весь день пошел наперекосяк. Вдобавок испортились отношения с Хором, который и так не горел желанием меня брать в свое ведомство.

– Кстати, что вы там забыли? – полюбопытствовал Евгран.

– Позволю отметить, что вас данный факт никоим образом не касается, – холодно ответила мужчине, поднялась с бортика фонтана и отошла на несколько шагов от моего собеседника. – Если мы с вами все выяснили и поняли, что никакой пользы от встречи не будет, то позвольте откланяться.

Рыж быстро встал и сделал шаг ко мне, а я рефлекторно отступила назад. Он улыбнулся и спросил:

– Альена, вы понимаете, что такой манерой поведения еще больше разжигаете мой интерес?

– Это ваши проблемы, – спокойно ответила и поправила выбившуюся из прически прядку. – В любом случае я не настолько искусна в лицемерии, чтобы долго носить маску легкомысленной дурочки. И не настолько безнравственна, чтобы идти на все ради ее подтверждения.

С минуту он просто молча смотрел на меня. Я спокойно стояла под его изучающим взглядом, хотя один Создатель знает, чего стоило «сохранить лицо». Потом мужчина неожиданно поклонился. Еле заметно. Только обозначив это движение, но все же.

– Вынужден признать, что такая открытость мне импонирует. – Евгран выпрямился и откинул рассыпавшиеся по плечам медные волосы за спину. – Всегда ценил искренность во всех ее проявлениях.

– Это значит, что мы пришли к консенсусу? – сухо спросила я.

– Несомненно, леди, – согласно хмыкнул мужчина. – Мы продолжаем прогулку.

Удивленно вскинула брови и недоуменно поглядела на Евграна:

– Мне показалось…

– Вам показалось, леди, – довольно улыбнулся Рыж. – Как уже пояснил, существует достаточно мало людей, с кем интересно… играть. Неужели вы думаете, что я так просто отпущу прелестную девушку, которая меня настолько заинтриговала?

– С Железным Лордом играйте! – медленно проговорила, пытаясь не сорваться на раздраженное шипение. Игрушку нашел!

– Ваш дядя великолепный противник, – улыбнулся Евгран. – Но всем временами хочется новизны.

М-да… откровенен дальше некуда. Бьет прямо в лоб и наблюдает за реакцией.

Задумчиво смотрела на мужчину, пытаясь придумать, как выпутаться из той паутины, в которую так неосмотрительно угодила. И кроме самой себя, винить некого. Сама повела разговор именно так, а Рыжий с готовностью принял выбранную манеру общения.

На данный момент я уже ничего не смогу сделать. Значит, переходим к следующему этапу.

– В таком случае, предлагаю не терять времени. Вы настояли на прогулке и совместном обеде.

Он запрокинул голову и рассмеялся.

– Девушка, ваши попытки шипеть чрезвычайно забавны!

– Рада, что повеселила, – сухо ответила и неодобрительно посмотрела на него.

– Не сердитесь, – неожиданно по-доброму улыбнулся мужчина. – Но вы правы. Давайте для начала погуляем по парку, а потом пойдем обедать.

– Как скажете, – склонилась в коротком поклоне и, проигнорировав предложенную руку, пошла вперед по аллее. Рыж весело фыркнул, быстро меня догнал и пошел рядом.

Мы молчали. Я не смотрела на своего спутника и не чувствовала на себе его взгляда. Мы просто неторопливо шли. Не знаю, о чем думал мой приятель детства, но я пыталась проанализировать ситуацию и понять, что ему может быть нужно.

Впрочем, как раз это тайной и не являлось. Он сам все напрямую сказал. Правда, в то обстоятельство, что его рыжая светлость откажется подложить коллеге свинку в виде соблазненной племянницы, все равно не верилось. Да и сам факт, что Хор никак не может воспрепятствовать общению «племянницы» с конкурентом, наверняка греет Евграну душу.

И все это только из-за мелкого морального удовлетворения? Сомнительно…

Да и его слова о том, что я ему понравилась. Если это правда, я влипла еще больше, чем мы все думали. Потому что одно дело спортивный азарт, игра, и совсем другое личный интерес. Такой человек пойдет по головам к своей цели. И не важно, что это: власть, деньги или женщина.

Девочку, которая его спасла, он узнать во мне не должен. Я по-другому выгляжу, да и вообще восемь лет уже прошло. Правда, факт наличия у него медальончика меня несколько настораживает. Конечно, скорее всего, просто похожий, но все же…

Погруженная в свои мысли, я споткнулась и едва не упала. От встречи с камнем спас Евгран, поймавший меня за локоть.

Мы остановились, и, не отпуская руку, мужчина с минуту внимательно смотрел на меня, потом протянул ладонь и пропустил сквозь пальцы выбившуюся из косы прядь волос.

– Ты рассеянна. – Я непонимающе посмотрела на мужчину. – О чем задумалась, Аля?

От шока и легкого испуга у меня расширились глаза. Как? Он не мог понять!

Рыжий внимательно смотрел и наблюдал за реакцией, а я прилагала все усилия, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица.

Так… Для начала пойдем по самому легкому пути.

– Я не припомню, чтобы давала вам разрешение называть меня таким именем. Оно для моих близких, а вы к таковым не принадлежите. – Вырвав локоть из его ладони, я на пару шагов отошла от мужчины. Подавила желание независимо сложить руки на груди. Чем меньше жестов и эмоций, тем лучше.

– Я поторопился, леди Альена, – чуть качнул головой рыжеволосый хитрец. – Прошу принять мои извинения.

– Извинения принимаются, – холодновато ответила и двинулась дальше по тропинке.

Немного огляделась и поняла, что мы находимся в дальней части парка. Людей тут крайне мало. Только какая-то пара шла от нас в двухстах метрах. Прищурила глаза и повернулась к моему спутнику.

– Евгран Пламенеющий, позвольте полюбопытствовать, как мы оказались в этой части парка?

Он невинно пожал плечами:

– Вы задумались и шли. Я всего лишь следовал за прекраснейшей! – Хм, он тоже с драконами переобщался?

Я покачала головой, осуждающе взглянула на мужчину, развернулась и пошла обратно.

– Леди, – догнал меня смеющийся голос Рыжа. – Если вы хотите поскорее попасть в центральную часть парка, лучше всего пойти прямо и через некоторое время свернуть налево.

Остановилась, вздохнула, но вернулась к своему рыжеволосому спутнику. Он с легким полупоклоном пропустил меня вперед, видимо предлагая выбирать дорогу. Издевается…

Следующий час прошел относительно гладко. Рыж прилагал все усилия для того, чтобы быть максимально очаровательным, и пытался хоть немного меня разговорить. И надо признать, дело сдвинулось с мертвой точки. На расспросы о себе не отвечала принципиально, но на отвлеченные темы мы очень интересно пообщались.

С образованным человеком всегда приятно вести беседу, а Евгран кроме того что умные вещи рассказывал, так еще и подавал их под пикантным соусом из иронии и легкого ехидства. Отчетливо ощущалось, что мужчина прожженный циник и прагматик. Но так было даже интереснее.

Он был разносторонне развитой личностью. Наверняка его познания в литературе, музыке, астрологии и многих других областях, которые мы успели обсудить, не были очень глубокими и обширными. Но Рыжий был превосходным аналитиком и, имея на руках два и два, вполне удачно вычислял, что в сумме будет четыре. Да и лет ему уже… Не мальчик. Закончил столичную Академию, принадлежит к одному из самых влиятельных родов Империи.

Порода сквозила не только в каждой черте резкого, не очень красивого, но интересного лица и мощной фигуры, но и в речи, пластике тела. Он не был совершенен, но именно этим и пленял.

Евгран заметил мой изучающий взгляд и хитро подмигнул:

– Нравлюсь?

– Эту тему я еще вначале осветила, – тихо рассмеялась я.

– Так когда это было? – воскликнул Рыж, прилагая все усилия, чтобы не расплыться в улыбке.

– Не так уж и давно, – улыбнулась я.

Мужчина рассмеялся.

Все-таки от моего друга что-то осталось. Это радует. Было бы очень обидно, если большая политика полностью убила того молодого человека, которого я некогда знала.

– Вы опять уходите в себя, леди?

– А? – очнулась я. – Нет, простите.

– Если не секрет, что так неудержимо влечет к себе ваши мысли? О чем вы думаете, драгоценная?

– Не секрет, – задумчиво ответила я. – Я думала о том, что время неудержимо меняет людей. И как приятно находить в уже абсолютно чуждом, казалось бы, человеке то, что ценилось тобой ранее.

Он на минуту задумался, а потом медленно ответил:

– Но разве не огорчают и те изменения, часто далеко не лучшие, неизбежно происходящие за время разлуки? Они ведь становятся так заметны…

– Огорчают ли? – повторила я. – Смотря как ты относишься к человеку, ситуации и жизни в целом. Нормальный здравомыслящий человек понимает, что изменения неизбежны.

– Но все равно огорчается, когда видит старого знакомого, который изменился к худшему, – тихо проговорил мужчина, задумчиво глядя вдаль. Мысли его, судя по всему, витали достаточно далеко отсюда.

– Нет однозначных понятий, – ответила я, искоса взглянув на погрустневшего спутника. – Нет хороших и плохих, есть те, кто себя такими видит. И ведет соответственно. В любом, на вид самом положительном человеке могут бурлить темные чувства и желания. То же самое и с другой стороной медали…

– Вы так спокойно рассуждаете об этом, Альена… – Евгран резко остановился, схватил меня за локоть и развернул к себе. – Сколько тебе лет, девочка? Двадцать? Меньше? Тебе нужно на балах блистать и мужа искать, при этом не засоряя мозг ненужными мыслями и, соответственно, выводами. – Он остановился и заглянул мне в глаза. – А ты? Куда лезешь? И чем твой дядя думает? Хоть представляешь, чем в департаментах занимаются? – Мужчина неожиданно замолк и тихо продолжал: – Вернее, чем там женщины занимаются? И что с ними делают, если ловят?

Я с усилием отвела взгляд от прозрачно-зеленых глаз Рыжа. Медленно прошла вперед. Остановилась. Повернулась к так и не сдвинувшемуся с места мужчине.

– Вы зря волнуетесь, тот или та, кто вас давно не видел, не разочаруется. Если при занимаемой вами должности вы еще не разучились сопереживать, значит, все хорошо. Просто не показывайте темные стороны натуры. Они есть у всех. И если бы каждый их демонстрировал, мы жили бы в другой стране, в другом обществе… да и мир, возможно, стал бы иным.

Договорила и неторопливо пошла дальше. Через неполную минуту он меня снова догнал.

Мы наконец-то вышли на оживленные дорожки парка. Суета окружающего мира развеяла то состояние задумчивости, в которое мы оба впали после малопонятного даже для нас самих диалога. Вот только… Интересно, о ком он так переживает?

Снова разговорились.

С ним было… странно. Мы могли долго молчать, а потом внезапно начать обсуждать какую-нибудь тему. Чтобы минут через десять так же быстро свести на нет разговор. Также я вспомнила о том, что совершаю, с точки зрения Хранителей, Хора и, что самое примечательное, со своей собственной, большую ошибку. Мало того что я только подогрела интерес Пламенеющего к Альене, так и мне было с ним… хорошо. А это плохо.

Пока утопала в нерадостных мыслях, мы дошли до небольшого пятачка, где толпились люди. Я вынырнула из невеселых размышлений и навострила ушки. Слышался ритмичный бой бубна и чуть слышные позвякивания. Мы с Евграном переглянулись и, согласно кивнув, подошли поближе.

В центре площадки танцевала девушка – ромийка Рови. Она плавно скользила босиком по камням, окутанная разноцветным одеянием, как облаком. В руках сжимала небольшой бубен, а многочисленные браслеты на руках и ногах едва слышно звенели от любого резкого движения. Девушка то неторопливо перетекала с места на место, то срывалась в вихре танца, заставляя невольных зрителей, затаив дыхание, следить за ветреной танцовщицей.

Я залюбовалась. Не только грацией движений и красотой этого чуждого танца, но и самой девушкой. Кудрявые волосы пушистой волной рассыпались по плечам и груди, смуглая кожа блестела от бисеринок пота, глаза закрыты, и лишь изредка из-под густых ресниц сверкал темный взгляд. И удовольствие. В каждом жесте. Она отдавала себя танцу, в котором не было ни капли эротичности, но он зачаровывал всех. Она жила в нем. Дышала им.

Наконец последний рывок, резкий перезвон браслетов – и девушка обессиленно оседает на мостовую.

Люди не аплодируют. Это кажется кощунством. Некоторые просто кланяются юной танцовщице и уходят, а некоторые кидают в шляпу монеты. Видимо, кто сколько может. Там были и золото и медь.

Девушка не поднималась с колен до тех пор, пока не отошел последний зритель. Как будто своим уходом они возвращали ей силы двигаться.

Мы с Рыжем стояли немного в стороне. Посмотрела на Евграна и увидела его полный безграничного удивления взгляд, направленный на Рови. Потом удивление переросло в какое-то странное предвкушение и, я бы даже сказала, злорадство.

Решила не обращать на странности Рыжего внимания и, улыбаясь, пошла к недавней знакомой.

Девушка как раз собирала реквизит, и, когда я ее окликнула, она испуганно вскинулась, но увидела меня и заметно расслабилась.

– Привет, – с улыбкой приветствовала меня ромийка. – Ты уже избавилась от своего благородного козла?

– Не совсем, – весело рассмеялась я. – А куда ты свою живность деть успела?

– Домой отправила, – хихикнула девушка. – Так ты еще не свободна? Жаль. А где этот… копытный, кстати?

В это время Рыжий, обошедший нас по широкой дуге, как раз приблизился сзади к ней, склонился и негромко проговорил:

– Благородный копытный козел находится здесь. – Девушка испуганно подскочила и обернулась. Евгран полюбовался на перепуганное личико Рови и с видимым удовольствием продолжал: – Рад вас приветствовать, леди Ро. Пусть и в такой… несколько странной обстановке.

Девушка, однако, быстро взяла себя в руки и, невзирая на неподходящий наряд, сделала безупречный реверанс, гордо выпрямилась и ответила:

– Не могу ответить вам тем же, Евгран Пламенеющий! И не припоминаю, чтобы кто-то давал вам право так ко мне обращаться.

– Я уже во второй раз за сегодняшний день допустил эту ошибку. – Мужчина улыбнулся и отвесил элегантный поклон. – Прошу меня простить, леди Ровена, госпожа управляющая императорским садом. – Я с изумлением уставилась на «девушку-простушку». Та, с тщательно скрываемой яростью, осматривала стоящего напротив Евграна. На лице Пламенеющего прямо-таки цвела довольная улыбка. – Позвольте отметить, леди, что у вас чрезвычайно интересные увлечения. Я покорен вашим танцем.

Девушка сузила глаза, на смуглых щеках проступил еле заметный румянец.

– Надеюсь, вам хватит такта держать эту информацию при себе?

– Даже не знаю, милая барышня, – тихо рассмеялся Рыж, с удовольствием наблюдая за рассерженной девушкой. – Меня переполняют эмоции и желание поделиться впечатлениями.

– А я еще недоумевала, кто может за мизерную провинность потребовать у девушки ее время! – зашипела Ровена. – Можно было прикинуть, у кого для этого достаточно бесстыдства и беспринципности, и все стало бы ясно! – Девушка раздраженно швырнула на землю сумку и неожиданно усталым голосом спросила: – Чего вы хотите, Пламенеющий?

– О чем вы, леди?

– Не прикидывайтесь, это не игра. Для меня, во всяком случае.

– Еще не знаю, – мигом отбросил маску веселого балагура Рыжий. – Так что предпочту оставить услугу.

– Ничего противозаконного или безнравственного, – тут же уточнила брюнетка.

– Все в пределах моральных и нравственных принципов. – Рыжеволосый спокойно выдержал подозрительный взгляд девушки. Та несколько успокоилась, нагнулась за брошенной в сердцах сумкой и потому не слышала ма-аленькое такое уточнение: – Моих.

Я осуждающе покосилась на мужчину, тот, заметив взгляд, только улыбнулся и одними губами шепнул: «Не беспокойся». Пожала плечами и переключила внимание на черноволосую леди управляющую. Она наконец собрала высыпавшиеся из сумки вещи и выпрямилась.

Тут Евгран достал из нагрудного кармана часы, посмотрел на циферблат и беспокойно нахмурился. Затем поклонился мне и сказал:

– Леди, вынужден принести свои извинения, но обед на сегодня отменяется. Часы в вашем обществе летят незаметно, и я уже исчерпал лимит личного времени на сегодня. – Он почтительно поцеловал мне руку и хитро сверкнул зелеными глазами. – Так что с нетерпением жду нашей следующей встречи.

– Как это следующей? – удивилась я. – Вы сказали – прогулка и обед. Не моя вина, что пообедать мы не имеем возможности.

– Я сказал для начала прогулка и обед. – Рыж скрестил руки на груди, с любопытством наблюдая за тем, как я заливаюсь гневной краской. – А теперь прошу меня простить – вынужден вас покинуть.

Евгран окинул нас с Ровеной напоследок веселым взглядом и откланялся. Мы с девушкой проводили исчезнувшую в толпе широкую спину Алого разъяренными взглядами.

– Мер-р-рзавец! – прошипела ромийка.

– Согласна, – с легкими восхищением выдохнула я.

Это же надо было! И меня к стенке припер, и от садовницы услуги добился. Продуктивно у лорда Пламенеющего «личное время» проходит.

– Тебе куда? – обреченно спросила Ровена.

– К западному выходу, – не более оптимистично ответила я. От западного было ближе всего к департаменту «дядюшки».

– И мне в ту сторону, – откликнулась девушка. – Пошли?

– Пошли, – согласно кивнула в ответ.

## Глава 9. Теплый лед, холодное пламя

> Главная трагедия в жизни – прекращение борьбы.

> Н. А. Островский

По моим прикидкам, идти до выхода из парка совсем недалеко.

Пять минут прошли в легкой и ни к чему не обязывающей беседе ни о чем. Судя по несколько отстраненному виду, девушка мыслями была явно далеко отсюда, но въевшиеся в плоть и кровь правила этикета помогали поддерживать разговор даже в таком состоянии. Мне тоже было о чем поразмыслить, и отвечала я благодаря все тому же чудному навыку.

Показались западные ворота, и я невольно залюбовалась этим произведением искусства. Огромные, кованые, фигурные и очень красивые. Есть же мастера! Металл поет под руками!

Но потом я увидела опиравшегося на одну из створок Мидьяра. Не сразу узнала. Косички были иссиня-черные. К чему бы это? Подойдя ближе, разглядела то мрачное выражение глаз, которое видела, когда полезла в плетение Лира и едва не сгорела. Он зол. Очень сильно. Но на что? Неужели из-за меня?

Озадаченно замедлила шаг, с легким испугом глядя на надвигающегося волшебника. Скосила глаза на Ровену и в очередной раз удивилась. Девушка наблюдала за приближением Хранителя с плохо скрытым опасением и виной… Они знакомы? Но в каком качестве?

Мидьяр наконец подошел, окинул нас с Ровеной злым взглядом, схватил под локти и потащил за собой обратно в глубь парка.

Я шла не сопротивляясь, с любопытством поглядывая на такую же покорную Ровену. Она с тем же изумлением смотрела на меня.

Наконец, уйдя подальше от людей, он нас отпустил и построил портал. Движением головы велел Ровене зайти первой. Я прошла следом.

Мы оказались в гостиной особняка лорда Хора. У окна стоял чем-то очень недовольный Лирвейн. Опять в черном.

Ровена увидела Хранителя Воды, еще больше перепугалась и осторожно опустилась на краешек дивана.

– Из-за чего меня в очередной раз оторвали от дел? Что ты опять натворила? – устало поинтересовался Лир у брюнетки.

Совсем ничего не понимаю.

Из портала вынырнул Ярр. Все же в копне косичек проскальзывают зеленые и фиолетовые. Не отступил от своего стиля.

– Танцевать она пошла! – рыкнул Искусник. – Как обычно, даже не поставила никого в известность. И попалась Пламенеющему. Как будто мало того, что наша принцесса начудила!

– А я-то что? – недоуменно спросила.

– Что?! – задохнулся от возмущения Хранитель Грез. – Тебе как сказали себя вести? Скромно и незаметно. Так зачем ты с ним в дискуссию полезла? Он много старше и опытнее тебя! Ты, несомненно, умненькая и интересная девушка, но теперь это аукнется нам такими последствиями!

– Так… А теперь давай медленнее и по пунктам, – отозвался Лирвейн.

– Хорошо, – внезапно успокоился Мидьяр. – Тебе с кого начать? С Али или Ро?

– С Александры, – коротко ответил ледяной Хранитель.

– Пожалуйста. – Ярр опустился в кресло. – Итак, наша уважаемая леди первым делом высказала Евграну, что от встречи не в восторге и перспективы дальнейшего общения с его рыжей светлостью ее совсем не радуют. Причем высказала в такой форме, что он только еще больше заинтересовался. После впечатление несколько сгладилось, и они вполне миролюбиво поговорили. Я уже было возрадовался, что неприятности на сегодня закончились. Так ведь нет!

Ярр вскочил и нервно заходил по комнате, то и дело бросая на виновато потупившуюся Ро разъяренные взгляды.

– И что дальше? – поинтересовался Лир, с каким-то оттенком злорадства наблюдая за выведенным из равновесия коллегой. Правда, потом он посмотрел на меня. Тут же появилось недостойное принцессы желание спрятаться. Где-нибудь. Хоть под диван! Какой жуткий тип. Эти светлые глаза так вообще брр… Не завидую я его будущей жене.

– Дальше? – Мидьяр опять опустился в кресло. – Дальше я чуть с ветки не свалился. Как раз на другое дерево перепрыгивал. Смотрю вперед и вижу Ровену. В ее любимом ромийском наряде. И танцующей! – Волшебник повернулся к смуглянке и зарычал: – Я сколько раз тебе предлагал? Если хочешь танцевать – просто присоединяйся к моей группе. Да и сольную карьеру не проблема сделать.

– А я столько же раз отвечала, что не могу так! – вскинулась девушка. – Я не всегда хочу танцевать! А по заказу так вообще не получается. Ноги как замирают. Но если у меня есть желание, я не могу думать ни о чем другом, пока не станцую!

– Зачем ты вообще туда пошла?

– И это тоже объясняла, – повернулась к Ярру Ровена. – Мне нужен зритель.

– Тогда последний, маленький, но от этого не менее животрепещущий вопрос, – свистящим шепотом произнес Искусник. – Почему ты была без личины?

Даже я подпрыгнула от такого рыка, но Ро ничего, только побледнела. Видно, не первый раз уже. Привычная.

– Я забыла, – почти прошептала девушка. – Извините меня.

– Хр-р-ранительница Света! – взвился Мидьяр. – Да что это за наказание такое? Как тебя Совет вообще выбрал? Никого более неподходящего я не знаю!

– Я что, виновата в этом? Это свойства расы. Как и у тебя, впрочем. Но тебя почему-то в разгильдяйстве никто не обвиняет. И только из-за того, что твоя стихия Грезы!

– Так, я немного не понял, – вмешался Лирвейн. – Получается, Пламенеющий увидел ее танцующую в парке в этом виде? – Лир указал на девушку и, дождавшись согласного кивка от Ярра, разъяренно зашипел и ударил кулаком по подлокотнику. Судя по всему, Лир хотел высказать свое отношение к ситуации более красочно, но наше присутствие его сдержало. – И что дальше?

– Дальше он потребовал за молчание услугу. И она согласилась! Также настоял на повторной встрече с Александрой.

– Какую именно услугу?

– В том-то и дело. Она согласилась, не разобрав это предварительно по пунктам.

Лир окинул нас с Ровеной негодующим взглядом и несколько раз демонстративно хлопнул в ладоши.

– Аплодисменты вам, дамы! Лучше провести этот день вы просто не могли! Леди, – беловолосый Хранитель перевел на меня грозный взгляд, – как вы могли согласиться?

– Как?! – взвилась я. Мандраж после встречи с Рыжем и шок от поведения Хранителей перерос в злость. – Да что я могла сделать? – закатила глаза и передразнила рыжего поганца: – «Я сказал для начала прогулка и обед». Что я могла ему ответить?

Лирвейн сузил глаза и тихо произнес:

– Вы – будущая Императрица. Если станете идти на поводу у любого достаточно наглого лорда, то зачем мы вообще с вами возимся?

Вся моя злость мигом переросла в жгучую обиду. Поднялась, расправила плечи и вскинула голову. Глаза начало щипать. Только бы не заплакать.

– Хочу отметить, что это не мое решение. И вас ничто не заставляет мною заниматься, кроме вашего желания удержать свои позиции. – Я не смотрела на присутствующих в комнате. Глядела чуть выше головы Лирвейна. Смотреть на него не было сил. Не выдержу. – А теперь, с вашего позволения – или без него, – я удалюсь.

– Александра… – немного удивленно и даже с несколько вопросительной интонацией произнес Мидьяр.

Я развернулась на каблуках и вышла. Аккуратно придержала дверь. Чтобы не стукнула. Я сдержанна и спокойна.

Неторопливо прошла по коридору и лестнице, вежливо приветствовала попавшегося по пути старика-слугу.

Дышала неглубоко и размеренно, пытаясь удержать в себе эмоции.

Выдержка закончилась в каком-то коридоре на втором этаже. Просто внезапно подкосились ноги. Я обессиленно сползла вниз и уронила лицо в ладони. Почувствовала влагу на пальцах и сильно прикусила губу, чтобы не скатиться в позорные рыдания.

Меня начинало бить крупной дрожью. Частью сознания я понимала, что должна подняться и хотя бы дойти до своей комнаты. Даже сделала попытку встать. Но сил не было. Ни моральных, ни физических. Хотелось свернуться в клубочек и исчезнуть. Чтобы не было мыслей и раздирающей грудь боли и обиды. Во время последнего срыва рядом со мной была Мариоль. Одно ее присутствие помогало ощутить, что я не одна. Но теперь рядом никого не было. Я одна. Совсем. Никто не придет. Не поможет. Не утешит. Не прижмет к себе и не соврет, что все будет хорошо.

За что мне все это? Что я плохого сделала? Я не хотела на престол. И не хочу. Но есть такое понятие, как долг.

У меня кардинально переменилась жизнь. И меня… пугают эти перемены. Эти непонятные люди, события, места. Эти призраки прошлого.

Хранители. Замораживающе-ледяной Лирвейн, безумно яркий Мидьяр, холодно отстраненный Асгард, непонятный Аэрлис. Ровену я пока совсем не знаю.

Рыжий. За ту неделю, что его знала в детстве, я успела настолько сильно прикипеть к нему душой, что это не ушло до конца даже через восемь лет.

Лорд Хор, департамент. Столько событий… Встреча с Евграном.

Мари нет рядом.

Мысли беспорядочно скакали с одного на другое, а слезы теперь лились сплошным потоком. Я прикусила палец, когда поняла, что не могу сдерживаться и всхлипывания все равно прорываются.

Неподалеку послышались шаги, но не было сил что-то предпринять. Я просто обхватила колени руками и постаралась сдержать рыдания. Может, и не заметят. Да и это наверняка слуги. Какое им дело?

Но шаги приблизились. На секунду стало тихо, а потом послышался легкий шорох одежды и кто-то сел рядом.

– Прости, – раздался негромкий голос. – Я был неправ. Вернее, я не должен был так говорить.

Осторожно подняла голову и посмотрела на сидящего рядом мужчину. Одна нога вытянута и перегораживает почти весь небольшой коридорчик, другая согнута в колене, и на нем расслабленно лежит рука с длинными, сильными, изящными аристократическими пальцами. Светловолосая голова расслабленно откинута на стену, серые глаза полуприкрыты.

– В том-то и ирония, – еле слышно прошептала в ответ, – что ты прав. И я это понимаю.

– Тогда почему плачешь? – По волосам еле ощутимо провели рукой.

– Потому что слишком много всего свалилось. И слишком неожиданно. И я представляю, сколько всего мне еще предстоит, – говорила короткими отрывистыми фразами, постоянно переводя дыхание. – И от этого становится жутко. Я боюсь. Боюсь не справиться. Или справиться слишком дорогой ценой. Потерять себя.

– Все мы теряем себя в играх большой политики, – еле слышно произнес Лирвейн. – Или запираем так далеко, что потом сами забываем, за какой дверью и где находится ключ.

– Тогда скажи мне… – Подняла глаза и посмотрела на блондина. Тот задумчиво глядел прямо перед собой. – Оно этого стоит? То, что мы получаем в итоге, стоит потери себя?

– Ты забываешь об одной вещи, девочка. – Лир поднял на меня пронзительно-серые глаза, горько улыбнулся. – У нас нет выбора. У тебя нет сейчас – у нас не было тогда. Сила и власть не спрашивают своих избранников. Их не волнует, как нам придется искорежить свою сущность, чтобы выжить. – От каждого тихого слова, что камнем ложилось мне на душу, я погружалась все в большую и большую прострацию.

– Но я не хочу. – Мой тихий шепот вряд ли можно было расслышать, но Лирвейн понял.

Меня неожиданно подхватили на руки и перетащили к себе на колени. Машинально вцепилась в рубашку мужчины и обессиленно прислонилась к сильной груди Хранителя. Так нужна точка опоры. Хоть такая. Временная.

– Запри это, маленькая. Запри далеко в сердце свою истинную суть. – Проникновенный шепот рядом с ухом вызывал непонятные пока чувства, а слова заставляли сгибаться плечи все сильнее. И расправить их снова казалось для меня непосильным делом. – Надень маску. Поверь, иначе никак. Меняй их. Сбрасывай вместе со всей грязью, что неизбежно на них окажется. Играй. Не принимай близко к сердцу. Иначе никак, поверь. Если ты хочешь сохранить для тех, кто тебе дорог, себя настоящую.

По щекам опять покатились слезы. Меня начало бить крупной дрожью, и теперь я даже не пыталась подавить рыдания. Это была панихида.

Я оплакивала ту наивную девочку, которая уже начинала умирать. А так не хотелось! Но мы неизбежно меняемся. Что-то умирает, но на этом месте всегда появляется новое. Хранитель с тихим вздохом поднялся и куда-то меня понес. Меня не интересовало ни направление, ни точка назначения. Я цеплялась за широкие плечи блондина, как будто за последний островок стабильности в этом безумном мире.

Меня опустили на постель и осторожно накрыли покрывалом. Лирвейн хотел уйти, но я вцепилась в его руку и, резко подавшись вперед, обняла.

– Не уходи, пожалуйста!

Он ошеломленно замер, но потом осторожно погладил меня по волосам и положил обратно на постель.

Впервые за все время этого странного разговора я отважилась посмотреть на него прямо. Волшебник сидел на постели и задумчиво разглядывал меня. Светлые волосы были растрепаны, на лице немного растерянное выражение. Я судорожно вцепилась в его пальцы и не могла найти в себе сил их отпустить. Мне было все равно, что это тот самый человек, который и довел меня до такого состояния. Что это Хранитель Воды, который меня выводил из себя все это время. Сейчас он просто был… Был рядом. Его странно видеть таким. Близким и теплым.

Я не знаю, что увидел Лирвейн в моих глазах, но только он тихо вздохнул и откинулся на спинку кровати. Хотя руку так и не забрал.

Слезы меня окончательно измучили, и я скоро уплыла в мир сновидений.

Когда проснулась, за окном уже стемнело. Лирвейна рядом не было. Надо признаться, я весьма удивлена приоткрывшейся новой гранью характера этого человека. Сегодня день открытий. Евгран, Лирвейн, да и Мидьяр тоже преподносят сюрпризы.

Я села на постели, обхватила руками колени и попыталась привести свои мысли в порядок. Все еще немного сонное состояние не прибавляло ясности мышления, но мне хотелось как можно скорее закончить с этим.

Блондин прав. Если я буду вести себя таким же образом, долго это не продлится. Если не изменюсь сама – меня сломают. Соберут остатки некогда целостной личности в послушную марионетку и посадят на престол. И никакие Хранители мне не помогут. Да и что я знаю о них самих и их истинных целях? Правильно. Прискорбно мало.

Я медленно сползла с кровати и прошла в ванную. Через десять минут вышла оттуда полностью проснувшаяся, посвежевшая и даже с некоторым зарядом веселой злости.

Поиграем, господа Хранители и придворные? Я постараюсь сделать так, чтобы нам всем было интересно.

Через три дня меня представят ко двору. Знакомство с отцом. Дней через десять – бал в честь моего прибытия.

Отец… Я досадливо скривилась. Ели честно, видеться с ним мне не особенно хотелось. Но тут ничего не попишешь. Необходимость.

Завтра насыщенный и интересный день – я уже немного изучила Мидьяра. Переселенческий департамент. Интересно, что я там узнаю нового и полезного?

На глаза мне попался лист бумаги, который лежал на столике. Я подошла, стряхнула с бумаги перо, взяла в руки лист. На нем четким, крупным, красивым почерком было выведено:

«Занятия на сегодня отменяются. Отдыхайте, леди.

Завтра утром первая тренировка. Не засиживайтесь за книгами.

Лирвейн».

Вот как! То есть своим сиятельным обществом я вас сегодня не порадую, отдыхайте. И почитать не забудьте. Хорошо.

Но я выспалась и чувствую жажду деятельности! Хора поискать, что ли? Может, что интересное расскажет?

Сказано – сделано.

Вышла из комнаты и направилась вниз. Уже в полутемном холле до меня с изрядным опозданием дошла одна дельная мысль. А собственно, где искать «дядюшку»? И будет ли он рад компании «племянницы»? О какая я! Как сейчас выяснилось, не только беда не приходит одна. Хорошие мысли тоже парами передвигаются.

Все же решила не искать дополнительных неприятностей на свою многострадальную пятую точку и отправиться в библиотеку. Заодно подберу дополнительную литературу.

На улице уже окончательно стемнело, а лампы в доме никто зажигать не торопился. Во всяком случае, горел их необходимый минимум, для того чтобы во всех подробностях не изучить лицом неровности пола.

Тени и блики редких светильников делали дом… живым. Если днем он был холодным и неприветливым, то сейчас – уютным. И даже полумрак не пугал. Хотя я девушка достаточно нервная.

Распахнула тяжелые двери библиотеки – и замерла на пороге. Вот уж кого я не ожидала застать тут в этот час. Лирвейн…

Мужчина, вытянув ноги, спал в кресле у зажженного камина с книгой в руках. Судя по всему, хотел что-то почитать, но был настолько уставший, что вырубился прямо в кресле.

Не знаю, почему я не ушла.

Осторожно прикрыла дверь, сняла туфли и, босая, на цыпочках, крадучись и чувствуя себя не самой умной девушкой, подошла к креслу.

Он опять был в черном. Даже плащ темным пятном лежал на светлом ковре. Странно. Так резко поменял цветовые предпочтения? Или это как-то связано с его непонятной работой? Если Мидьяр служит в переселенческом, то почему бы и Лиру не занимать какой-нибудь выгодный для Совета пост? Об этом надо потом поразмыслить.

Кстати, интересно, а как Ярр умудряется работать в департаменте под своим именем и со своей внешностью? Ведь имя редкое.

Я подошла совсем близко к мужчине и невольно залюбовалась.

Блики пламени плясали по расслабленному во сне смуглому лицу, волосы в свете камина казались отлитыми из белого золота и так и манили до них дотронуться.

Странный человек. Очень жесткий. И бьет больнее всех. Но все его слова и действия направлены на те самые незакрытые бреши в моей броне. Если их обнаружит кто-то, настроенный менее миролюбиво…

Так что это легкие уколы, которые только обозначают слабые места. Он действует четко, быстро и, к сожалению, без анестезии. Но Кланы тем более со мной миндальничать не станут.

Как там говорится? «Каждый человек появляется в нашей жизни именно тогда и именно с тем уроком, который нам необходим в данный момент». Как верно.

Мужчина тихо вздохнул и слегка пошевелился. Я настороженно замерла. Представлять его реакцию на то, что я тут за ним наблюдаю, не хотелось. Достаточно вспомнить свою, при последнем аналогичном эпизоде. Даже я была недовольна тем, что он застал меня в уязвимом положении. Что уж говорить об этом гордом человеке. И человеке ли? Он ведь переселенец. Интересно, к какой расе принадлежит?

В любом случае надо закругляться с разглядываниями и размышлениями. Я уже хотела уходить, когда в голову пришла весьма глупая мысль.

Ночи-то холодные.

Нерешительно покосилась на плащ. Встряхнула головой и подняла тяжелую бархатную ткань. Он сегодня достаточно много для меня сделал. Никто не заставлял Хранителя приводить меня в чувство. И тем более оставаться, когда я этого просила. А еще… У него теплые руки. У этого ледяного блондина – теплые руки. И… ласковые.

Я, почти не дыша, на цыпочках приблизилась к спящему. Осторожно накрыла его. Когда уже хотела отпускать мягкую ткань, меня схватили за руку, а глаза мужчины неожиданно распахнулись и вспыхнули синим светом. Даже ойкнуть не успела, как меня с размаху уронили на пол и плотно прижали тяжелым телом. Когда же почувствовала у горла холодную сталь, то замерла без движения, стараясь даже дышать через раз. Ярко-синие глаза, напротив, постепенно снова становились светло-серыми. Вместе с прежним цветом в них медленно возвращалось узнавание. Нож исчез так же незаметно, как и появился, а меня быстро подняли с пола.

– Вас никто не учил, что нельзя так делать?

– А вас не учили, что, перед тем как набрасываться, надо хоть глазки приоткрыть и посмотреть, кого именно прирезать собираешься?

Меня била легкая дрожь запоздалого страха, и несла я непонятно что. Хотя почему непонятно? Сейчас что в голове, то и на языке. Слова предварительную обработку мыслительной деятельностью пройти не успевают.

– Если бы я не проверил, мы бы уже лишились нашей драгоценной наследницы! – рассерженно прошипел мужчина.

– Ах, какая досада! Быть прибитой собственным Хранителем незадолго до коронации!

– Вы сначала стихии подчините, а потом и говорите, Императрица!

– Стоп, – немного тормознула я. – Может, не будем ссориться? Хоть сейчас.

Лирвейн озадаченно замолчал и внимательно посмотрел на меня.

– Мы и не ссоримся вроде… – задумчиво произнес мужчина. – Во всяком случае, я бы это так не назвал.

– Как бы вы это ни назвали, мне кажется, что стоит прекратить. Это ни нам не полезно, ни общему делу, – с улыбкой произнесла я. – Что вы тут делаете, кстати? Да еще в такой час.

– Я? – удивленно осведомился мужчина. Пропустил сквозь пальцы длинную белую прядь, бросил взгляд в висящее напротив зеркало и ответил: – Задержался. Тем более Хора сегодня не будет, и меня просили приглядеть за вами, принцесса. Да и занятия утром.

– Ясно… – протянула в ответ.

На этом разговор как-то затих. Решила не делать попыток его реанимировать, выбрала несколько книг и откланялась. Лирвейн проводил меня задумчивым взглядом.


Толком почитать так и не смогла. Дела давно минувших дней, как и опыт моих царственных, но, к сожалению, покойных предков, совершенно не хотели откладываться в голове. Такое бывает. Ну не лезет информация, хоть ты тресни! Так что я со вздохом отложила тяжелый талмуд и решила выбраться на крышу дома. Ветер немного прочистит мозги. Дом «дядюшки» стоял хоть и не в центре города, но на возвышенности. Отсюда должен открываться очень интересный вид. Кивнула своим мыслям, подхватила с кресла теплую шаль и вышла за дверь.

Выбралась на площадку на крыше и на мгновение замерла. Тут было темно, ветрено и холодно. Кожа мигом покрылась мурашками, а из головы выветрились остатки того тумана, что еще в ней обретались. Я поежилась. Да… Домашнее платье и шаль, пусть и теплая, – маловато для начала осени. Дни еще теплые, но ночи напоминают о том, что лето закончилось и на престол медленно восходит золотая красавица осень, чтобы через несколько месяцев уступить его своей величественной сестрице – зиме.

Я подошла к краю и оперлась о перила. Город у моих ног весь пылал огнями. У моих ног… Лиман. Южная жемчужина Изначальной Империи. Древний город. Есть легенды, что, если Императора не примет его столица, долго ему на престоле не удержаться. Как ты примешь меня?

Ночь мягким бархатом окутывала город, ветер разносил запахи цветов и дождя. Ночью столица снова начинала жить. Как и в любом городе, тут было и другое измерение. Нелегальный мир. Интересно, а как тут с преступностью? Вернее, кто стоит во главе? И можно ли на этом как-то сыграть? Уф… Опять о ерунде думаю. У меня сейчас такая игра предстоит с Кланами и Советом, что не до преступных элементов. Хотя не удивлюсь, если и эта вотчина поделена Кланами.

Создатель, насколько все сложно! Я тут всего несколько дней, а уже устала. А ведь это только начало. Надо завтра с Мидьяром поговорить по поводу успокоительных. Никогда не была особо спокойной и сдержанной, а тут еще дополнительные факторы в виде различных стрессов и магии, которая выводит меня из равновесия. Вообще началось мое пребывание в столице и правда крайне «весело». Успела и с Евграном плодотворно пообщаться. Да уж, плодотворно… Вопрос только – для кого? Еще и с Лирвейном сцепиться умудрилась.

Мой рыжий приятель детства. Как ты изменился. Но черты того, кого я знала, все равно проскальзывают. Впрочем, я пристрастна. Тебе в то время было двадцать семь. Вполне зрелая личность. Мне двенадцать. Ты себя вел со мною, как с маленькой девочкой, которой, вдобавок, обязан жизнью. Что-то мне подсказывает, что в то время ты умел скалиться ненамного хуже, чем сейчас.

Ледяной Хранитель, правда, удивил. Не такой уж и замороженный, получается? Я поймала себя на расплывающейся по губам улыбке и тихо хихикнула.

Лирвейн. Холодный блондин с невыносимым характером, острым, язвительным языком и неимоверно бесящим меня занудством. Все же насколько интересный народ в Совете у нас обитает! Знакомство с еще одной представительницей этой славной братии только подтвердило сложившееся мнение. Сумасшедшие. Каждый по-своему. Как и все мы.

Если мир сходит с ума, надо следовать его примеру. Будем подстраиваться под обстоятельства. Но решила прямо сейчас не начинать, а всего лишь глубоко вздохнула, поплотнее укуталась в шаль и отправилась спать.

Утро началось рано. Крайне рано. В шесть. Сонная горничная с трудом растормошила, известила о том, что меня ждут в тренировочном зале, и благополучно удалилась. Видимо, досыпать. От души позавидовала девушке и поплелась в душ.

Выползла оттуда несколько более свеженькая, чем была, но не особо благодушно настроенная. Откопала в шкафу старые, но удобные свободные штаны, мужскую рубашку и майку. Нашла на нижней полке тренировочную обувь.

Вышла из комнаты и отправилась в оружейную, где, кажется, и находился тренировочный зал. Признаться, была несколько растеряна. Мне больше двадцати лет. Несколько старовата для того, чтобы учиться махать мечами или чем-то подобным. Да и не особо мне этого хотелось, если честно.

Прошла на середину комнаты и в нерешительности остановилась. Лир стоял на противоположном конце зала и задумчиво смотрел в распахнутое окно. Потом оторвался от созерцания прекрасного и наконец повернулся ко мне.

– Доброе утро, леди, – чуть заметно склонил голову в приветственном поклоне Хранитель.

– Доброе, – несколько настороженно ответила я.

– Предлагаю немного откорректировать нашу программу. Позаниматься в резиденции и на прилегающих к ней территориях, – невозмутимо произнес мужчина. – Так как мы все равно собирались туда переноситься, думаю, это будет удобнее. Да и возможностей там больше.

Последнюю фразу Хранитель произнес скорее для себя, чем для меня.

– Не имею ничего против, – согласилась с ним. – Учителем являетесь вы. Вам решать, где и как наиболее удобно.

– Вот и замечательно, – чуть заметно улыбнулся блондин, быстро создал телепорт и жестом пригласил войти.

Когда я появилась из голубоватой дымки, то оказалась в парке, недалеко от резиденции. Через несколько секунд рядом со мной очутился Лирвейн.

Хранитель огляделся, удовлетворенно кивнул, указал мне на лес впереди и внезапно рявкнул:

– Бегом – марш! На той стороне полигон, буду ждать тебя там. И не вздумай халтурить! – С этими словами блондин отступил в незаметно созданный портал за его спиной и эффектно испарился.

Я в шоке смотрела на то место, где только что находился Хранитель. Это что было?

М-да… Посмотрела вперед и решила особо не усердствовать. До леса метров пятьсот, по нему еще идти. Пробегу последние метры перед полигоном. А сейчас просто пойду быстрым шагом. Что-то мне подсказывает, что устать за сегодня еще успею.

Но не успела неторопливо пройти и десятка метров, как что-то внезапно сильно меня подтолкнуло, и из воздуха раздался злорадный голос Лира:

– Я же сказал, не сачковать! Плюс один круг на плацу!

Пока я в шоке стояла на месте, меня как следует пихнули еще раз и щедро посулили усложненную полосу препятствий.

В результате к месту назначения я подбиралась изрядно злая, грязная и со стоящими дыбом волосами. Последними двумя «радостями» была обязана тому, что, когда, уставшая, остановилась в лесу немного отдохнуть и никак не отреагировала на словесные замечания Хранителя, меня пронзил слабый разряд тока. От неожиданности свалилась в едва ли не единственную лужу на весь в общем-то сухой лес.

Так что когда выползла на поляну за леском и углядела там сидящего на бревне белого и чистого, как снег, и неимоверно довольного блондина, с трудом подавила в себе желание поведать ему весь свой немногочисленный запас ругательств.

Удержала себя от страстного желания рухнуть вниз и обняться с травкой. Выпрямилась, надела на лицо самое надменное выражение из возможных и холодно осведомилась:

– И что дальше? – Выражение долго не продержалось. Гнев все же вырвался наружу, и я зло прошипела: – И главное, что вы себе позволяете?

– Я провожу у вас занятия физической культурой, – злорадно произнес мужчина. – Как, собственно, мне и поручили. К тому же недавние события показали, что у вашего высочества крайне деятельная натура и остается слишком много сил. Даже с вашей загрузкой все равно в неприятности умудряетесь вляпываться!

– Да это не занятия! Это издевательства какие-то!

– Ни в коей мере! – нарочито искренне заверил меня Хранитель. – Если хотите, могу ознакомить с программой любого специализированного учебного заведения. Ничего невозможного я от вас не требую.

– А что же пример сами не показываете?

– Да без проблем! – неожиданно легко согласился блондин. Я насторожилась. – Добро пожаловать на следующий этап! Полоса препятствий.

Мне широким жестом продемонстрировали простор для деятельности. Нервно сглотнула и неуверенно посмотрела на своего мучителя.

– Это все мне?

– Самое лучшее! – порадовал меня негодник. – Вам угодно, чтобы я шел впереди? Или на параллельной полосе?

– На параллельной, – сухо согласилась я.

– Как будет угодно, леди.

Уже спустя неполные десять минут пожалела, что вообще в это ввязалась. Мне почему-то досталась самая «грязная» полоса. Или просто Лир шел поверху. Мне такие чудеса эквилибристики пока были недоступны, и приходилось большую часть трассы проползать под сетками и свистящими над головой предметами.

На бревне с качающимися мешками застопорилась конкретно. Потому как я их боялась. Свистели очень быстро и даже на вид были тяже-о-олые.

Кинула взгляд в сторону и подавила в себе желание сплюнуть. Лирвейн уже стоял на той стороне своего бревнышка и с демонстративно скучающим видом дожидался меня. Так что я попросила у Создателя удачи и смело ринулась вперед.

Ну что сказать… Препятствие миновала. Правда, не сразу, меня пару раз сшибло. Так что свой сложный путь продолжала уже изрядно помятая.

Потом была сетка и колючая проволока, под которыми нужно было проползти. Уж не знаю почему, но на стороне Лира этого не было. Потому я получила сомнительное удовольствие наблюдать, как блондин быстро забирается по канату на неширокую балку, быстро по ней пробегает и легко спрыгивает с высоты двух с половиной метров.

Белая одежда сверкала все той же кристальной чистотой и теперь просто-таки мозолила глаза.

Заключительным аккордом свалилась в яму с водой, которую должна была перейти по неширокому брусу. Брус оказался скользким. Так что когда выбралась из этого пруда и наткнулась взглядом на отвратительно чистого, белого, довольного Лирвейна, я прониклась к нему самыми искренними и сильными чувствами. Негативными.

Мужчина высушил на мне одежду, но чистоты это ей, к сожалению, не прибавило. Вдоволь насладившись моим недовольным видом и попытками испепелить его взглядом, белобрысый поганец решил порадовать известием, что мы возвращаемся в резиденцию на завтрак. Новость немного примирила с действительностью, и я навострила стопы в сторону особняка.

– До леса – бегом, потом шагом! – догнал меня голос водника.

Помереть, что ли?

Бегать в лесу всегда более сложно. Так что это меня добило. Я не то что шла шагом оставшееся расстояние, я практически ползла. И думала конечно же.

Почему он стал так себя вести? Нетипично для него. Он эмоционален. И это странно.

Ладно, о причинах такого поведения Лирвейна подумаю потом. Но как он надо мной поиздевался! Вот же сволочь блондинистая! Не хотел учить, но его приперли к стенке коллеги. Вот теперь и отыгрывается на мне, подходя к задаче с максимальным рвением.


В особняке меня почти сбила с ног Маришка. Я даже сначала не поняла, что это за неопределенное визжащее существо кинулось мне навстречу. Когда подружка вдоволь меня пообнимала и наконец-то отстранилась, я едва устояла на ногах. Или Мариоль стала слишком сильная, или Лир меня чересчур загонял. Наконец подруга заметила мой крайне непрезентабельный вид и воскликнула:

– Ой! Откуда ты такая грязная? И в царапинах. – Маришка легонько дотронулась до моей ключицы, и я ощутила слабое жжение. – Что случилось?

– Тренировка случилась, – проворчала я и недовольно взглянула на блондинистую причину моего плачевного состояния.

Мужчина фыркнул и подошел ко мне. Решительно отодвинул Мари и чуть оттянул ворот рубашки. Я изумленно округлила глаза, нахмурилась и попыталась вырвать воротник из цепких пальцев Лира. Не получилось. Блондин только шикнул, чуть наклонился и внимательно изучил ранку. Отвернулась, но этим сделала еще хуже. Когда Лирвейн пошевелился, одна его прядь выскользнула из хвоста. Часть волос оказалась на обнаженной коже. Хранитель тотчас же убрал волосы, и они невесомо и ласково скользнули по ключице. Это было странно… и приятно.

Когда я поняла, о чем думаю, то испуганно посмотрела на Хранителя и наткнулась на серьезный, внимательный взгляд серых глаз. Полминуты мы молчали. Я старалась не потеряться в его взгляде и думала, что же это такое. Что было на уме у Лирвейна, непонятно. Темные зрачки начинали потихоньку заполнять радужку. Зачарованная этим зрелищем, не отводила глаз, но тут блондин резко выдохнул, встряхнул головой и сделал шаг назад.

– Я вас учил азам лечебной магии, – невозмутимо произнес он. – Теперь появилась возможность проверить навыки. Попробуйте залечить царапину.

Здравствуй, очередной экзамен. Прощай, спокойный завтрак! Кинула на спокойного, как озеро в жаркий день, Лирвейна злобненький взгляд, недовольно фыркнула и направилась к диванчикам в углу. Понимаю, что веду себя по-детски, но эмоции были сильнее. Он больше двух часов надо мной измывался, неужели не мог сам подлечить? Я вообще-то устала и хочу кушать, а не магией заниматься!

Села на диван и, поймав недоумевающие взгляды застывшей у дверей парочки, ответила:

– Устала. Если уж многоуважаемому Хранителю настолько приспичило увидеть великую волшбу в моем исполнении именно сейчас, я буду творить ее, сидя на диване!

– Устали? – чуть изогнул светлую бровь Лирвейн. – Хочу отметить, что, если бы вы не пренебрегали своей физической формой ранее, сейчас мы не имели бы такой прискорбный изначальный материал.

Так… Изначальный материал – это я, значит? Ага… Прискорбный, говоришь? Я тебе это припомню, гад ты замороженный! Думай, что произносишь!

Судя по внимательному взгляду и искоркам напряженного ожидания, мужчина прекрасно понимал, что и как он говорил. Сознательно провоцировал. И ждал реакции. Чтобы сделать какие-то свои выводы.

Опять играет. Как кот с мышью. Вернее, это не совсем точно. Лирвейн относится ко всему, что ему поручают, с большой ответственностью. А поручили ему меня. Вот он и ищет точки воздействия. При каких условиях я буду работать более результативно.

Так что прикрыла глаза и потянулась к нитям силы. Когда вынырнула, едва не отшатнулась. Рядом на корточках сидел Лир и наблюдал за процессом лечения, он немного приподнялся, оттянул ворот рубашки и осмотрел результат моей деятельности.

– Ну почти… Ты немного неправильно связала стихии. Завершила связку Землей, что не логично, надо было взять Воду и Землю.

– Двойную? – несколько удивилась я.

– Да, – кивнул Лир. – Перетянуть связку ими, тогда и полоски бы не осталось. Ведь тело состоит на семьдесят процентов из воды.

Он протянул руку и медленно провел большим пальцем по розовому следу. Я настороженно следила за ним. Выражение спокойного лица было задумчивым. Но вдруг Хранитель нахмурился. На мгновение стало тепло, потом он убрал руку, и все прошло. Оглядел меня еще раз, удовлетворенно улыбнулся и сказал:

– Вот и все. Теперь чисто, – поднялся и подал руку, которую я была вынуждена принять.

Повернулась к Мари, которая, облокотившись о стену, с любопытством за нами наблюдала.

– Пойдем? – позвала подругу. – Мне надо привести себя в порядок.

– Конечно, леди, можете идти, – поклонился блондин. – Встретимся за завтраком.

На этом мы разошлись.

В комнате Мари схватила меня за руку, крепко сжала ее и на мгновение прижалась к плечу. Я не выдержала и тоже крепко обняла подругу.

– Я волновалась, – тихо проговорила девушка. – Боялась, что с тобой что-то случилось. Хранители говорили, что все в порядке, но все равно. Эти дни были сложными.

– И у меня, – ответила ей. – Очень по тебе скучала.

– Я тоже, – откликнулась Мариоль.

– Мне в душ, – отстраняясь, сказала подруге.

– Беги, – улыбнулась Маришка. – Кстати, что у вас с Хранителем?

– А что у меня с ним? – недоуменно вскинула брови и, пройдя к шкафу, достала полотенце. – Цапаемся с переменным успехом. Сегодня вообще такое измывательство устроил, что хотелось его в том самом пруду утопить и на полигоне прикопать.

– Ясно… – с умным видом протянула подруга.

– Что тебе ясно?

– Аль, а чтобы лечить, надо касаться человека? – внезапно сменила тему Мари.

– Не знаю, – застыла в дверях ванной и задумалась. – Наверное, нет. Я ранки не касалась, когда лечила.

– Тогда зачем он до тебя дотрагивался? – с хитрой миной осведомилась подруга.

– Может, если кого другого лечишь, нужен тактильный контакт, – задумалась я.

– Ну да, ну да, – с умным видом поддакнула Мариоль.

– На что ты намекаешь? – подозрительно прищурилась.

– Ни на что, – невинно улыбнулась она. – Иди купайся.

И быстро вышла из комнаты.

Я пожала плечами и направилась мыться.

И правда, почему? Наверное, нужен все же контакт. Иначе зачем?

Медленно разделась, периодически морщась. Все же утренняя экзекуция не прошла даром. Тело болело от резких движений, да и просто ныло от частых падений, поэтому старалась как можно осторожней снимать одежду. Но и это еще было не все. Ползание под колючей проволокой не прошло даром, и на спине красовалось несколько длинных царапин. Расцветающие бледные синяки, приобретшие полную яркость, обещали в скором времени «украсить» тело.

Как это все исцелить, не особо представляю, ведь опыта почти ноль, а объем работы приличный. Не к Лирвейну же обращаться с этой деликатной проблемой?

Надеюсь, что боль хоть частично пройдет после горячего душа, а вот синяки маскировать придется лишь наглухо закрытой одеждой. О том, что скажут намного позже мои не привыкшие к нагрузкам мышцы, старалась не думать.

На помывочные процедуры много времени не ушло. Пока переодевалась и расчесывалась, вернувшаяся Маришка скармливала мне фрукты с принесенного с собой блюда и рассказывала, как у нее прошли эти дни.

В общем и целом все было неплохо. Она с головой ушла в обучение и новую информацию. Изучала резиденцию. Пару раз была выставлена Тьмой из его лабораторий и кабинета. Судя по тому, как закатывала глаза Мари при описании места работы Аэрлиса, коту так просто от подруги не избавиться. Ей захотелось взять несколько книг из его личной библиотеки, но брюнет подружку не облагодетельствовал, отправив в замковую.

– Еще он на меня обиделся, – поведала Мари, беспечно болтая ногами и грызя румяное яблоко.

– Еще больше? – ехидно осведомилась я.

– Ага, – со вздохом созналась подружка. Оглядела огрызок и метко запустила его обратно в блюдо. Ну хоть не в окно… – Я ему лабораторию малость испортила.

– И насколько это – малость? – подозрительно прищурилась.

– Ну ладно, ладно, – досадливо поморщилась брюнетка. – Разгромила по полной программе. Но случайно!

– Что ты там вообще забыла? – удивленно вскинула брови.

– Помнишь, что Ярр говорил? – Я нахмурилась и помотала головой. – Что ему нужен был ассистент. Видимо, и правда очень нужен. Потому как на третий день он и на меня согласен был. Тем более учить все равно надо. В итоге меня усадили в уголок и диктовали материал. При этом наказав подавать ему определенные бутылочки. – Тут она виновато поморщилась и со вздохом закончила: – Там и правда нехорошо получилось. Я же в названиях не очень. Вот и перепутала несколько настоек. Но они всего одной буквой отличались! Оно ка-ак рванет! Я-то нормально, далеко была. А ему не повезло.

– Ты даже Хранителя Тьмы уморить умудрилась!

– Уморить – это громко сказано, – возмутилась подруга. – Живой и здоровый. Знаешь, как бодренько за мной гонялся?

Я квадратными глазами пристально глянула на подругу, пытаясь вообразить себе эту картину.

– Как это?

– Так это. Я полдня в библиотеке отсиживалась. До комнаты не успела добежать, – вздохнула Мари.

– М-да… Весело ты тут живешь, – протянула я.

– Знаешь, в процессе всего этого мне было очень невесело, – хихикнула подруга. – Но вспоминать теперь, конечно, забавно. А ты как? Тут Ярр один день такой злой бегал, что я сама его боялась. На тебя и какую-то Ровену ругался сильно.

– А я по-разному, – вздохнула и начала заплетать волосы в косу. Маришка фыркнула и отобрала у меня расческу. – Давай попозже? Нам на завтрак уже. А ругался он из-за Пламенеющего.

– Эмм… Это который Евгран? – округлила глаза Мари. – Где же ты его откопать за неполную неделю умудрилась?

– Я его в департаменте с ног сбила, – скривилась, припомнив эту сценку.

– Так-так-так, – обежала меня подружка и села напротив. – Рассказывай!

– Говорю же, потом, – поднялась с дивана. – Пошли.

– Ты вредина, – надулась девушка. – Я же теперь от любопытства загнусь!

– Не загнешься! – щелкнула ее по носу и потянула за собой. – Тем более что дальше ничего интересного. Не переживай.

– С этим кадром – и неинтересное? – недоверчиво спросила подруга. – Не верю! Такие типы бесследно по чужим жизням не проходят.

– Это точно, – вздохнула я. – Это точно.

Лирвейн и Аэрлис уже были в столовой и о чем-то негромко, но весьма эмоционально спорили. При нашем появлении, правда, свернули дискуссию.

– Доброе утро, леди, – поклонился Аэрлис. – Александра, рад вас снова видеть.

– Взаимно, Аэрлис, – кивнула в ответ.

– У нас небольшие изменения в планах, – подал голос Лирвейн, галантно подвигая мне стул.

– Какие же? – спросила, усаживаясь за стол.

– Карета сломалась. Кортеж прибудет через три дня, а не завтра, как ожидалось. Вам лучше всего остаться в резиденции. Ближайшие дни посвятите департаменту переселенцев, тренировкам и занятиям. – Хранитель обошел стол и опустился напротив.

Не сказать, чтобы озвученные перспективы радовали, но согласно кивнула.

– Когда появится Искусник?

– К обеду, наверное, – бросил взгляд на часы блондин. – Так что вы успеете отдохнуть. Советую воспользоваться этой возможностью. День будет сложный, а вечером у нас занятия и новая тема.

– Хорошо, – спокойно кивнула в ответ.

После завтрака Аэрлис увел не успевшую ничего возразить Мариоль за собой. Доносящаяся из коридора фраза Тьмы немного прояснила такую поспешность. Там было что-то про восстановление и мытье полов. За этим последовало восклицание Мари и обещание вымыть их чьей-то шкуркой. В ответ Тьма что-то разъяренно прошипел, и дальше Маришка шла спокойно и молча, судя по удаляющимся шагам и тишине. Что же он ей выдал?

Кинула взгляд на задумчивого Лира и тихо вышла из столовой. И правда, пойду посплю.

## Глава 10. О пользе шоковой терапии

> Женщины сотканы из парадоксов, сшиты несоответствиями и набиты взаимоисключениями.

> Может быть, поэтому с ними не соскучишься?

> Андрей Белянин

Разбудила меня уставшая Мари с новостью, что внизу ожидает Мидьяр. Пора.

Экстравагантный Хранитель опять удивил, показав новую грань своего характера. Когда вышла в холл, там ожидал спокойный, сдержанный, серьезный мужчина. Короче, не Мидьяр. От прежнего обалдуя остались только красно-золотые волосы, заплетенные в тугую косу, и еле заметные искорки смеха в синих глазах. Одет на этот раз был тоже официально, в строгий темно-синий костюм.

– Доброго дня вам, принцесса, – с поклоном приветствовал Искусник. – Рад вас снова видеть.

– Взаимно, – искренне улыбнулась в ответ. Этот мужчина мне нравился.

– У нас сейчас будет небольшая обзорная экскурсия, – начал волшебник, легким пассом создавая портал. – Всего на несколько часов. У вас сегодня насыщенный день, да и вечер легким не будет.

Вспомнила обещания Хранителя Воды, содрогнулась и согласилась с Ярром.

Когда вышли из портала, оказались в телепортационном зале департамента. Тут было четыре выхода, и у каждого стояли проверяющие. В помещении постоянно появлялись люди из дымки самых разных цветов. Интересно, а цвет зависит от стихии, к которой принадлежит маг? У Лира порталы голубые, у Ярра цветовая гамма сиренево-лиловая. Интересно.

Нас пропустили без проблем. Почтительно поклонились Мидьяру, а я удостоилась любопытных взглядов.

– Ярр, а по какой официальной причине я тут нахожусь? – спросила, идя за мужчиной по коридору.

– Все по той же. – Искусник немного замедлил шаг, чтобы я смогла идти вровень с ним. – Мы с Хором в приятельских отношениях, по его просьбе взял тебя, чтобы смогла оглядеться и, если понравится, работать тут. Попытка дядюшки сплавить племяшку на более спокойное место.

– Понятно, – задумчиво протянула. – Если я такая проблемная, то почему бы дядюшке не спровадить «головную боль» домой?

– Ты не только проблемная, а еще и своевольная, – ухмыльнулся волшебник. – По дороге обратно в провинцию можешь что угодно учудить. А Хор за племяшку в ответе. Так что уж лучше под присмотром.

– О как! – фыркнула я.

Воцарилось недолгое молчание. Не знаю, о чем думал Мидьяр, но я с трудом удерживала себя от лишних движений. Было до ужаса любопытно, чем же занимается этот департамент, да и, чего скрывать, хотелось познакомиться с самими переселенцами. Ведь они наверняка очень интересные! К нам попадают жители из остальных восьми миров нашей связки. Естественно, не все они являются людьми.

В Изначальном мире из нелюдей обитали только драконы, дроу и фейри, но, за исключением темных эльфов, это очень закрытые расы. Фейри так вообще, скорее, из области сказок и легенд. Даже обозначенной территории, им принадлежащей, нет, живут в пространственных карманах. Драконы в закрытых долинах в разных концах света обитают, а дроу в горах на границе Империи.

Уже почти сто лет как произошел сбой в порталах и мы не имеем доступа к другим мирам. Остаются только стихийные телепорты, работающие в одну сторону. К нам выкидывает людей и нелюдей, а мы их пристраиваем.

И вот я сейчас в департаменте по работе с переселенцами. В том месте, куда всегда хотела попасть! Мне виделось необыкновенное здание с еще более необыкновенными чудесами внутри. Интересная и необычная архитектура, работники департамента, которые конечно же будут отличаться от служащих других ведомств. И что я вижу? Все просто, банально и без малейшего налета оригинальности! Ну так даже неинтересно. Я разочарована до глубины души!

По типовым коридорам бегали такие же обычные служащие со стандартными кипами бумаг. Ей-богу, даже в департаменте Хора было увлекательнее! Или, может, это из-за того, что, когда я там впервые появилась, там царил полный хаос и все бегали, как ужаленные?

Пока размышляла, мы подошли к массивным двустворчатым дверям, и Ярр наконец подал голос:

– Вот тут, собственно, и находится моя вотчина. Отдел Иллюзий. – Волшебник с легким беспокойством посмотрел на меня и дал несколько странный совет: – Там несколько необычно, но держи себя в руках, ладно? Особенно челюсть. Чтобы сильно не падала.

Заинтригованная таким поворотом событий, согласно кивнула.

Маг распахнул двери и жестом пригласил войти. Как только смогла немного оглядеться, поняла, что предупреждения Мидьяра имели под собой основания. Мои недавние утверждения о просто возмутительнейшей банальности архитектуры, интерьера и служащих этого примечательного заведения теперь полностью были опровергнуты. Отдел Иллюзий по оригинальности стоил всего остального здания. Я знала, что маги этого направления в основном народ творческий, а потому искусников всегда можно было узнать по эпатажному поведению и своеобразной внешности. И, как правило, чем талантливее волшебник, тем более он выделялся. Потому поведение Мидьяра меня не особо шокировало. Вернее, шокировать-то шокировало, но было вполне объяснимо.

Мы оказались в просторном зале с множеством небольших закутков-кабинетиков, причем в порядке их очередности я не видела никакой системы. Видимо, каждый работник пытался выделиться, поэтому каждый отдел был сделан в своей цветовой гамме и часто украшен разнообразными узорами, как правило, растительным орнаментом. В центре росло дерево. На нем, беспечно болтая ногами, сидела Ровена, которая, увидев нас, радостно вскрикнула и помахала рукой. Я вяло помахала в ответ и продолжала осмотр этого невероятного места.

Вдобавок к непонятно как оказавшемуся в центре здания дереву по стенам вились лианы и дикий виноград, летали птички и где-то шумела вода.

Попыталась прийти в себя от этого невероятного зрелища и беспомощно посмотрела на Хранителя Грез. Тот с каменным выражением лица смотрел на все это безобразие, потом неожиданно громко рявкнул:

– Вы что тут устроили?! – Голос волшебника прокатился по залу, все слегка вздрогнули и повернулись к нам.

Ровена легко спрыгнула с дерева и направилась в нашу сторону, по пути к ней присоединился какой-то улыбчивый, смуглый, черноволосый молодой человек.

– Привет, Альена, – поприветствовала меня Ро и обратилась к Ярру: – А ты не фырчи, ведь не случилось ничего страшного.

– Здравствуйте, леди, – поклонился ее спутник, окинув меня любопытным взглядом. – Позвольте представиться, меня зовут Таль.

– Здравствуйте, – улыбнулась в ответ Хранительнице и ответно поклонилась мужчине. – Как вы поняли, я – Альена.

– Просто замечательно, – прошипел Мидьяр. – Значит, кроме того что тут моя ученица внесла свой посильный вклад, так еще и заместитель все это видит, попустительствует, да еще наверняка и сам участвует!

– Сейчас перерыв, – отмахнулся брюнет. – Что плохого в том, что мы немного оживили помещение?

– Что плохого? – продолжал злиться Ярр. – И это называется «немного оживили»?

Музыкант ткнул пальцем в дерево и кивнул на оплетшие стены лианы и виноград. Сделал несколько пассов и резко хлопнул в ладоши. Все это великолепие стало медленно таять. Через минуту зал имел не совсем типичный по стандартным меркам, но уже вполне нормальный вид. Народ разочарованно застонал и вернулся к своим делам.

Ярр подхватил меня под руку и потащил куда-то вперед. Обернулась, поймала изучающий взгляд Таля и шальную улыбку следующей за нами Ровены.

Пересекли зал. Хранитель Грез распахнул двери и жестом предложил дамам пройти. Смело шагнула в комнату и начала незаметно осматриваться. Кабинет. Практически типичный. Практически… Как я уже поняла, Искусник тяготел к натуральным материалам, и неудивительно, что его рабочее место было отделано разными породами дерева, как и несколько шкафов с книгами и один с какими-то минералами, тюбиками и бутылочками. У большого окна, прикрытого газовым тюлем, стоял массивный стол, на котором все пребывало в каком-то ненормальном для Ярра порядке.

Искусник подошел к столу, поднял несколько крайних папок, заглянул в ящики и расстроенно плюхнулся в кожаное кресло. Еще раз с тоской оглядел свое рабочее место и грустно произнес:

– Убрали… – поднес руку к волосам, видимо собираясь привычным жестом взъерошить свою буйную гриву, но пальцы волшебника дотронулись до гладко причесанных волос. Ярр опустил руку и с каким-то даже отвращением покосился на переброшенную через плечо аккуратную косу, потом перевел взгляд на стол. – Так, и у кого опять мозгов хватило сюда влезть?

Ровена независимо вздернула нос и сказала:

– Ну я убрала, – посмотрела в неуловимо потемневшие глаза своего наставника и сбивчиво объяснила: – У тебя вечно не то что беспорядок, а такой творческий бардак, что даже не представляю, как ты тут работаешь!

– Теперь и я этого не представляю. Я же ничего не найду! – Хранительница Света на этот крик души только досадливо поморщилась, а Искусник продолжал: – Сколько раз тебя просил…

– Будто это часто случается, – фыркнула Ро, независимо скрещивая руки на груди. – Я искала запись твоей новой песни. В прошлый раз давал, а я забыла у тебя на столе. Просто рыться не имело смысла, только беспорядок увеличился бы. Так что решила параллельно все систематизировать.

– Ты? – ехидно осведомился рыжий волшебник. – Да ты и порядок понятия несовместимые! А текст… Да я давно тебе домой его телепортировал!

– Тогда почему не сказал? – возмутилась ромийка.

– А ты когда в последний раз в своем рабочем кабинете была? – обманчиво ласково осведомился Мидьяр.

– Вчера вечером, – гордо подняла подбородок брюнетка.

– Хорошо, зайдем с другой стороны, – согласился маг. – В каком состоянии этот самый кабинет?

– Тебе какое дело? – вяло возмутилась уже начавшая признавать свою неправоту девушка.

– Потому что еще раз – и я в компании Аса явлюсь к тебе домой наводить порядок.

Ро в комическом испуге расширила глаза:

– Только не это! – Несколько секунд она с мольбой смотрела на каменно-неприступного Искусника, но потом оба не выдержали и засмеялись. – А если серьезно, то не приходите вместе с Асгардом ко мне без предупреждения. Конечно, он, скорее всего, ничего особо не скажет, но как посмотрит… будет стыдно.

– А передо мной и Лиром, получается, не стыдно?

– Не-а! – Девушка плюхнулась в одно из кресел для посетителей и дернула меня за подол, призывая опуститься в соседнее. – Ты такой же, а Лирвейн хоть и зануда, но не до такой степени, как Оружейник. Тем более степень занудливости нашего водника зависит от того, в каком он настроении и как давно работал со стихией или сливался с Водой.

– В смысле? – полюбопытствовала я, поудобнее устраиваясь.

Ро нерешительно посмотрела на наставника, видимо перекладывая на него ответственность за свою излишнюю разговорчивость.

– Посмотри на Ровену, – издалека начал Ярр. – По идее, она, как Свет, должна быть спокойной, строгой, собранной и серьезной. Но сама видишь, что мы имеем. Ро такая, какая есть, и ни капли от этого не страдает. Асгард – тут идеальное соответствие сущности принявшего стихию и Стали. Аэрлис – там все сложно. Тьма есть Тьма, но сразу говорю, что его увлечение алхимией в основном идет в не совсем типичном для этой стихии направлении. А Лирвейн… С одной стороны, орк есть орк, а с другой…

– Кто?! – вскрикнула я. У нас в мире этой расы давно не было, еще до закрытия порталов они всей общиной ушли в другой мир, но иллюстрации в книгах остались. То странное красно-черное клыкастенькое нечто на снежно-холодного Лира ничуть не походило.

– Знакома с фольклором? – рассмеялся Мидьяр. – Низшие такие и есть, как изображают, а высшая каста выглядит, как наш айсберг. Так вот, орки их называют люди, самоназвание этой расы – орвиры.

– Обалдеть! Лирвейн – орк, – не могла прийти в себя я.

– Орк, орк, – со вздохом подтвердил Ярр. – Орвиры – весьма темпераментная раса, но наш приятель родом из шаманского клана, где контроль над собой едва ли не в культ возведен. А при переносе его избрала Вода. У воды две грани. Лирвейн твердо выбрал холодную и по возможности ее придерживается, что, кстати, не есть хорошо.

– Очень интересно, – протянула я. Кажется, не так давно задумывалась, к какой расе принадлежит Хранитель Воды. Вот и ответ. Очень неожиданно, надо признать.

– Согласен, – улыбнулся Мидьяр. – Но вернемся к нашим баранам, то бишь к цели визита. Начну с так не любимой тобой проверки знаний, – расплылся в улыбке Искусник. – Что ты знаешь о департаменте переселенцев вообще и его деятельности в частности?

– Мм, – задумчиво протянула я. – Если честно, только общеизвестные факты. Из попаданцев была знакома только с одним человеком, а он не особо распространялся о жизни в том мире и о том, как его приняли тут. Так что знаю только основные цели. Адаптация людей и нелюдей в Изначальном мире, подбор им работы или направление на учебу, смена квалификации, если на то есть желание человека.

– Все верно, – откинулся на спинку кресла мужчина. – Но кроме социальной адаптации есть и другие направления. Например, чем, по твоему мнению, занимается отдел Иллюзий?

Если честно, эти наводящие вопросы начинают потихоньку надоедать, но я прекрасно понимаю, почему Хранители так себя ведут. То, что разжевывается и подается на блюдечке с голубой каемочкой, нами, к сожалению, не особо ценится и, как следствие, не запоминается. А если для осознания прикладываются усилия… результат хотя бы удовлетворителен. Ну что ж, будем шевелить мозгами.

– Следуя из названия и специфики Дара, полагаю, он что-то маскирует, скрывает, – ответила, с любопытством смотря на Мидьяра.

– Молодец! – вскочил из кресла Хранитель Грез. Молодец-то я молодец, но что ты так эмоционально встретил это не особо выдающееся достижение логического анализа? Мидьяр тем временем на секунду замер, прекратив мерить кабинет шагами, и продолжал: – Как ты понимаешь, часто иномирцы внешне весьма сильно отличаются от коренных жителей этого мира.

Я вскинула брови. Несомненно, эти мысли приходили в голову, но пока не видела ничего такого, радикально отличающего переселенцев, кроме неуловимой чуждости.

– Вы маскируете эти отличия, – вынесла предположение. – Наводите долговременные иллюзии.

– Верно, – кивнул Ярр. – Но опять же это только в случаях слишком уж радикальных различий или личного желания индивидуума. Это проще показать, чем объяснить. – Хранитель бросил взгляд на часы. – Как раз через пятнадцать минут закончится перерыв, и можно будет тебя провести по отделу. Кстати, мое предупреждение у дверей относилось скорее к необычному внешнему виду наших подопечных, чем… хм… оформлению зала.

– Я так и поняла, – опустила глаза, пытаясь сдержать улыбку.

Мидьяр стремительно подошел к одному из стеллажей и достал небольшую книгу.

– Нам с Ро сейчас надо будет отойти, а ты пока ознакомься. – Я осторожно взяла протянутую, уже весьма потрепанную, книжку без названия. – Тут краткая информация по мирам нашей связки и населяющим их расам.

– Спасибо, – прижала к груди ценный источник информации и полюбопытствовала: – А ты из какого мира?

– Из Ленейра, – рассмеялся бард. – А Лирвейн с Нуара. Это так… опережая вопрос.

– Я и не собиралась спрашивать, – очень натурально удивилась я.

– Как скажешь, – согласился Ярр и лукаво сверкнул синими глазами.

На этой ноте Искусник откланялся и утащил с собой наспех попрощавшуюся Ровену.

Проводила глазами занимательную парочку и раскрыла книгу.

Хм… Связка миров. Причем миры находятся не в одной системе и порой даже не в одной галактике. Они связаны между собой энергетически, и если миру требуется какое-либо существо для поддержания своего непонятного баланса, то он его берет. Этим и обусловлено наличие блуждающих порталов и переселенцев.

Стационарные порталы закрылись почти столетие назад. Сначала был хаос, практически рухнула экономика страны, разорились многие предприятия, ведь торговля с другими мирами была весьма и весьма оживленной.

Миры…

Изначальный – центральный мир связки.

Тут обитают драконы, люди, дроу и фейри. Раньше были орки, но незадолго до закрытия порталов они ушли в Нуар. Причины не оглашаются.

Фейри вообще напасть всемирового масштаба. Высшие фейри – Князья – могут ходить по граням миров. Преград для них нет. Как и стыда, совести и понятия о частной собственности. Большинство представителей этого рода отличаются просто феноменальной наглостью и склонностью к шалостям. Причем, понятное дело, смеется, как правило, только сам шутник. Еще девиц они любят… Само собой, девицами они после этого уже не являются. Но, несмотря на обилие слухов, мало кто видел этот легендарный народ. Так что, скорее, он считается сказочным. Не верят в них почти… Детей да юных дев пугают.

Ленейри… Народ Мидьяра. Я читала и все больше удивлялась. Ярр еще был не худшим представителем своего вида.

Нуар, говоришь? Орки.

Ну не удержалась я! Интригует меня этот белобрысый поганец, хоть ты тресни! Хочется узнать о нем побольше…

Переселилась орвирская община в практически пустой, после какой-то местной катастрофы, мир. Свалили из Изначального, потому как что-то не поделили с моим дедом, а в Нуаре была немалая популяция их сородичей.

Делятся на так называемую Высшую и Низшую касты. Низшие – это чернорабочие, как считается, без особого интеллекта.

А Высшие… Воины, политики, ученые. Практически подмяли под себя население своего мира. Клан шаманов один из самых влиятельных у орвиров. И они единственные – белокосые. Остальные черноволосые, а Низшие еще и краснокожие.

Я листала книгу и поражалась разнообразию рас, населяющих миры. От орков и фениксов до русалок и чего-то вовсе уж несусветного. Называется непонятно, выглядит тоже.

М-да… Становится ясно, что отдел Иллюзий департаменту и правда необходим.

Пока читала описания рас, незаметно бежало время.

Внезапно двери распахнулись, причем так резко и с таким стуком, что посетила мысль, будто открыли их ногой. Я сидела в уголке, и стремительно влетевший в кабинет мужчина меня сразу не увидел.

– Мидьяр, у тебя хоть какие-то понятия о совести и этике остались?! – разъяренно прошипел светловолосый мужчина. Правда, почти сразу он остановился и растерянно огляделся. Видимо, был уверен, что Искусник тут.

– Здравствуйте, – решила быть вежливой леди. Мужчина стремительно повернулся на голос, и я растерянно закончила: – …дядюшка.

А вам что тут понадобилось, лорд Хор? Еще и с такими претензиями к Ярру. Интересно…

– Доброго дня, леди, – чуть заметно склонился безопасник. – А где ваш наставник на сегодняшний день?

– Искусник? – полуутвердительно спросила я. – Куда-то унесся вместе с Ровеной примерно полчаса назад.

– Ясно, – вздохнул Железный Лорд, прислонился к шкафу, устало прикрыл глаза и взъерошил короткие волосы. М-да… Судя по плачевному виду, не спал он довольно давно.

Тут распахнулись двери, и в комнату прошел Мидьяр. Увидев Хора, остановился и недоуменно вскинул брови. Судя по изумленному виду, о причинах появления безопасника он не знал.

Железный Лорд отлепился от стены, прищурил глаза и звенящим от злости голосом произнес:

– Мидьяр Ле-Кинаро, не соблаговолите ли вы уделить мне минутку времени, – кинул быстрый взгляд в мою сторону и добавил: – Для конфиденциального разговора.

– Разумеется, – чуть склонил голову Ярр, подошел к стене, снял иллюзию и открыл ранее не замеченную мной дверцу. – Проходите. Леди Александра, прошу нас извинить.

Я кивнула в ответ на легкий поклон мужчин и вернулась к книге.

Слукавлю, если скажу, что мне неинтересно, о чем там разговаривают, но подслушивать неэтично и бесполезно. Не будут же они выяснять отношения на повышенных тонах? Да и купол уже наверняка поставили. Кивнула своим мыслям и собиралась вернуться к недочитанному абзацу, как раздалось злобное шипение из соседней комнаты:

– Я долго терпел, но на этот раз ты перешел все границы!

М-да… Звукоизоляцию переоценила.

– Не понимаю, о чем ты, – немного растерянно ответил Ярр.

Я навострила ушки. Знаю, что это не совсем красиво, но, если бы был очень секретный разговор, они бы повесили какой-нибудь защитный полог. И, в конце концов, я женщина и, значит, по определению любопытна!

– Ах не понимаешшь, – продолжал изображать из себя змея «дядюшка». – Вот скажи, почему меня с недавних пор начали осаждать свободные дамы при дворе? Еще и с уверениями, что непременно вылечат!

– Если честно, я все еще не соображу, почему ты с этими претензиями пришел ко мне? – озадаченно проговорил Ярр.

– Хронология событий. – Судя по звукам, лорд Хор начал мерить шагами соседнюю комнату. Я не выдержала и пересела в соседнее, более близкое к двери кресло. – Пять дней назад в коридоре на меня буквально набрасывается леди Вьерион, рывком затаскивает в ближайшую комнату и пытается раздеть, бормоча что-то про то, что с ней я точно стану настоящим мужчиной!

– Что-о? – расхохотался Искусник. – Это та, которая ходит вечно в красных нарядах, с безразмерным декольте и в два моих обхвата?

– Именно, – сухо ответил блондин. – Так что представь мои эмоции. От нее сбежал без особых потерь. Только рубашку порвала, и от помады долго потом отмывался, а так все нормально. Но на этом приключения не закончились! И хватит уже веселиться. Это не смешно!

– Ну кому как! – радостно сообщил Мидьяр.

– Кто бы сомневался, – зло процедил Хор. – Значит, так. За это время я уже сбежал от шести чрезмерно активных дам, причем двоих выставил из своей спальни, а одну из ванной. Что ржешь? Думаешь, приятно? Залезаю вечером в бассейн, надеюсь, хоть немного отдохну, ведь утром еще вставать и тренировать эту головную боль надо было. Только немного расслабился, как рядом всплывает оно! Леди Винтер. Она и так не красавица, а голая и с потекшей косметикой так вообще ужас! Тянет ко мне свои костлявые ручки и вопит, что вместе мы решим все мои проблемы!

– О-о-о-о! – восторженно воскликнул Хранитель Грез. – И что дальше?

– Выставил! – рявкнул Хор. – Но это еще цветочки. Остальные девушки и женщины тоже смотрят с каким-то нездоровым энтузиазмом, но пока активных действий не предпринимают. Но вчера была последняя капля! Возвращаюсь в свой особняк, уставший как собака, не включая свет, падаю в кровать. А там меня уже ждут! Натренированный в последние дни, зажигаю светляк, ослепляю противника, разглядываю, с удвоенным энтузиазмом выворачиваюсь из почти профессиональной хватки сменившей четырех мужей леди Меридит и скручиваю ее заклятием. Потом тащу к нам в департамент, и мои ребята путем расспросов выясняют наконец причину такого ажиотажа вокруг моей персоны.

– Расспросов? – ехидно уточнил Мидьяр.

– Ну ладно, допроса, – недовольно фыркнул безопасник.

Я уже начинала давиться смехом. Имея весьма живое воображение, мигом представила себе в красках все описываемое «дядюшкой». Тучную леди Вьерион, в ярком открытом платье, которая выскакивает из-за угла и утаскивает ошеломленного и растерявшего большую часть своей надменности Железного Лорда в альков. Усталого блондина, который только решил расслабиться в ванной, и утопленницей всплывающую костлявую леди Винтер. На третьей сцене воображение сдалось, и я просто уткнулась лицом в книгу, кусая губы и стараясь сдержать хохот.

Ярр даже не старался. Искусник от души веселился и предавался этому занятию с изрядным энтузиазмом.

– И что выяснилось?

– Какая-то дама услышала обрывок разговора, что некий лорд Хор, имея проблемы в интимном плане, уже отчаялся их решить самостоятельно и поклялся жениться на той, которая ему в этом поможет! – процедил безопасник.

– Что-о? Я помню, мы с мужиками стояли, прикалывались. Немного по твоей замкнутости в отношении дам проехались. Кто же знал, что там эти выдры с локаторами вместо ушей пробегали? – защищался Ярр.

– Поздравляю! – несколько раз хлопнул в ладоши Железный Лорд. – Дошутился ты! Значит, так… Меня не интересует как, но у тебя неделя на опровержение этих слухов! Вот и отлично. – Судя по всему, Мидьяр согласно кивнул. Хор вздохнул и озадаченно проговорил: – Я и не знал, что у нас при дворе столько смелых и решительных дам, которые настолько хотят замуж…

– Да уж, – хихикнул Ярр. – Не волнуйся. Мы все решим.

– Снимай полог и пошли, – фыркнул безопасник.

– Хорошо. – В голосе искусника слышался сдерживаемый смех.

Я панически вскочила с кресла и поспешно вернулась на свое прежнее место. Уткнулась в книгу. Наконец разглядела страницы и быстро перевернула томик. Боюсь, в мои чудесные способности читать вверх тормашками никто не поверит.

Мужчины прошли в кабинет. Ярр попросил Хора немного подождать и направился к своему столу.

Тут раздался мелодичный звон, и приятный женский голос, предположительно секретарши Хора, проговорил:

– Простите, что сообщаю по общей связи, но вы почему-то вне зоны доступа и просили сообщить сразу, как его отловят.

– Я в отделе Иллюзий. Слушаю, Лесли, – спокойно произнес лорд Хор.

– К сожалению, наших опять обскакали Алые, – недовольно сообщила Леслава. – Из-под носа увели!

– Дай угадаю, – процедил безопасник. – Опять Пламенеющий решил юность вспомнить и примкнуть к команде?

– Точно, – согласилась девушка. – Не представляю, как он умудряется столько успевать. Если у нас где-то провал, из-за каждого куста торчат уши его личной команды или сам рыжий змей отметится.

– Отбой, Леслава, – вздохнул Хор.

Мидьяр перебирал какие-то листы и, не поднимая головы, спросил:

– Что у вас там опять?

– Сбежал очередной резидент, – поморщился Хор. – Причем не просто сбежал, а еще один весьма интересный амулетик прихватил. Теперь не видать мне ни шпиона, ни амулета!

– Его поймали Алые, потому что с ними был Евгран, – серьезно посмотрел на приятеля Ярр. – У тебя кроме департамента еще много дел и нет возможности за каждым шпионом самолично гоняться. И не мне тебе говорить, какие клятвы он берет у своих замов. Неудивительно, что они работают с таким рвением и максимальной отдачей.

– Если учесть, сколько хвостов тянется именно к нему, у него дел наверняка не меньше, – невесело хмыкнул блондин. – И сегодня я хотел пойти сам, но отправился к тебе на разборки.

– Ты еще меня крайним сделай, – холодно произнес Мидьяр. – Хватит так расстраиваться из-за мелких проигрышей в вашем вечном противостоянии. Это уже бред. В Академии девушек коллекционировали, теперь на другие игры переключились. Не дети ведь! – Искусник еще раз смерил лорда пронзительными синими глазами, бросил на стол кипу бумаг и передал блондину несколько листов, которые, видимо, и искал. – У нас сейчас есть более важная задача, и она в данный момент сидит у тебя за спиной. Юная девушка, из которой нам надо меньше чем за год сотворить Императрицу. Причем если ты с этим не справишься, то все, что мы уже сделали, напрасно.

– Хочу напомнить, что мы тут не одни, – холодно ответил безопасник.

– А мне все равно, – прямо посмотрел ему в глаза Ярр. – Я достаточно сделал для того, чтобы высказывать свое мнение, где захочу.

– Тсс… – чуть слышно прошипел Хор. Склонил голову, легко поклонился мне, потом неестественно прямому Мидьяру. – Прошу меня извинить.

– Александре нужна информация по Кланам, – чуть прищурил синие глаза Ярр. – И специальный отдел с инфой по переселенцам посетить не мешает. Часа через два мы будем у тебя.

– Хорошо, – еще раз кивнул безопасник и вышел, нарочито аккуратно притворив за собой дверь. Она даже не стукнула.

Мидьяр опустился в кресло и устало потер переносицу.

– Ты не переусердствовал? – осторожно спросила я.

– Так надо, Аля, – невесело ответил Ярр. – Он слишком заигрался.

– Я не говорю, что ты неправильно что-то сказал. – Я задумчиво рассматривала Искусника. – А о том, что сказал при мне. И когда он на это намекнул…

– И это тоже было нужно, – прикрыл глаза волшебник. – Я один из самых старых Хранителей, Аля.

– Но разве это причина, чтобы унижать его? – тихо спросила я.

– Ты его Императрица. – Мидьяр бросил на меня острый взгляд из-под золотых ресниц. – Он должен понять это сейчас. Чтобы умерло то, что не успело родиться.

– О чем ты?

– Ты не понимаешь, – невесело улыбнулся мужчина. – И это хорошо.

– Хорошо, – эхом отозвалась, задумчиво разглядывая Искусника. Ничего не поняла, но обязательно потом об этом подумаю.

Следующие два часа мы посвятили экскурсии по департаменту. Снова надев маску непринужденности, Ярр провел меня по зданию и отделам, вкратце рассказав о том, чем они занимаются, поведал несколько баек из жизни департамента вообще и отдела Иллюзий в частности.

В общем, время провела неплохо, и это даже немного сгладило впечатление, которое осталось после отповеди, данной Мидьяром лорду Хору.

Наконец Ярр сказал, что мне пора в департамент Железного Лорда. Построил портал и пожелал удачи.


Когда оказалась в кабинете Хора, глаза уже закрывались, ножки почти не держали, и я с трудом сдерживала зевки. Устала. Почти месяц прошел со дня отъезда из имения, и весь он был крайне напряженный как морально, так и физически.

«Дядюшка» едва на меня взглянул, занятый каким-то отчетом, указал на стопку папок на столе и кресло у окна. Пытаться привлечь его внимание я не стала, послушно подхватила бумаги для прочтения и изучения и села туда, куда предложили.

Открыла. Через десять минут поняла, что дело безнадежное. Буквы расплывались перед глазами, и усвоить какую-либо информацию не получалось в принципе. Поймала себя на том, что третий раз перечитываю один и тот же абзац, пытаясь вникнуть в его смысл. Не мучая себя более, прикрыла папку, откинулась на спинку кресла и обессиленно закрыла глаза. Я просто немного так посижу. Совсем немного. Ведь не собираюсь спать, тем более и место крайне неподходящее.

Но в сон все-таки уплыла…

Проснулась, открыла глаза и сонно потянулась. На пол плавно сполз соскользнувший с меня плед. Я удивленно уставилась на синее полотно, потом взгляд наткнулся на лежащие рядом на тумбочке папки, взятые для работы. Подняла глаза и поймала задумчивый взгляд расслабленно развалившегося в кресле Хора, вертевшего в пальцах ручку.

– С пробуждением, леди, – тихо проговорил блондин, все еще не сводя с меня странного взгляда.

– Спасибо, – ответила, настороженно глядя на мужчину.

Не то чтобы он меня пугал или что-то в этом роде, просто я не знала, чего от него можно ожидать. Поэтому вполне закономерно опасалась.

Но забрал документы и накрыл меня, получается, именно он?

– Уже поздно, – посмотрел на часы Хор. Проследила за его взглядом и согласно кивнула. И правда. Дело идет к восьми вечера.

Когда поднялась с кресла, поняла, что организму надо не только спать, его еще и кормить периодически не мешает.

Лорд Хор осуждающе покачал головой, порывисто поднялся с кресла, стремительно пошел к шкафу и быстро надел камзол. Придержал дверь на выходе из кабинета, но я остановилась и нерешительно оглянулась на папки с информацией по Кланам. Хор только покачал головой и проговорил:

– Не понадобится.

Я пожала плечами и вышла из кабинета. В приемной уже никого не было, и мы быстро спустились вниз. Пройдя в телепортационный зал, Хор остановился в центре и несколькими пассами создал портал. Я прошла в голубую дымку и оказалась в гостиной дома «дядюшки», а через несколько секунд появился и сам безопасник.

– Вы маг Воды? – спросила, глядя на догорающий портал.

– Не только, – кинул на меня внимательный взгляд безопасник. – Но это направление доминирующее.

– Ясно, – тихо откликнулась, пытаясь поймать в голове какую-то мысль-ассоциацию. Мысль ловиться не хотела ни в какую. Жирную точку на мыслительной деятельности поставил «дядя», внеся предложение поужинать. Бой между мозгом и голодным желудком с разгромным счетом выиграл второй. Увы мне!

Ужин прошел в молчании, но отнюдь не напряженном. Хор, пренебрегая правилами этикета и хорошего тона, параллельно с едой просматривал какие-то документы, а я обдумывала планы.

М-да… Задумчиво повертела в пальцах вилку, подцепила на нее кусочек мяса и отправила в рот.

Завтра приезжает кортеж, в котором я, по официальной версии, прибываю в Лиман. Сразу же с дороги, запыленную и заморенную, меня пред ясные очи Императора не потащат. То есть сначала поедем в путевой дворец, и там меня приведут в порядок. Потом представление отцу и бал в честь приезда моего высочества. А вот что дальше, весьма смутно себе представляю.

Завтра… Уже завтра.

Все в том же молчании мы закончили ужин. Я поднялась, пожелала лорду «тихой ночи» и уже собиралась отправиться в свои апартаменты, когда Хор вскинул брови и произнес:

– Куда это вы, леди? – По губам мужчины скользнула ироничная улыбка. – А как же сказка?

– К-какая сказка? – ошеломленно переспросила я.

– На ночь, – невозмутимо ответил блондин, но, судя по искрам в глазах, он от души наслаждался ситуацией.

– Я не поняла… – была вынуждена признать.

– За вами так забавно наблюдать, Александра, – с улыбкой сказал Железный Лорд. Не успела я как-то отреагировать на эти слова, как он поднялся, собрал все свои бумаги и направился к выходу из столовой. Замер в дверях, оглянулся на меня, растерянно наблюдающую за ним, тихо рассмеялся и пояснил: – Кланы, Александра, Кланы. Как мы уже убедились, за книгами вы сейчас уснете, но информация нужная и важная, а времени у нас нет. Поэтому сказочником сегодня побуду я. Пройдемте в библиотеку.

Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за моим персональным сказочником.

В библиотеке уже горел камин, отбрасывая тени и янтарные блики на деревянные панели стен. Хор неторопливо прошелся вдоль стен, зажигая светильники, подошел к дальнему столику и налил в бокалы какую-то красноватую жидкость, предположительно вино. Затем устроился в кресле у камина и жестом предложил занять соседнее.

– Ну что ж… – Подал мне бокал, откинулся на спинку кресла и устремил задумчивый взгляд в камин. – Я обещал сказку…

Глядя, как огненные блики пляшут по четко очерченному лицу мужчины, я задумчиво улыбнулась и кивнула. Покачала в пальцах бокал, приподняла на уровень глаз, оценила всю прелесть рубиновых переливов напитка и поднесла к губам. Вдохнула пряный, немного терпкий аромат и осторожно пригубила. Хм… очень приятная настойка. И точно не вино. И вообще не алкоголь. Поймав мой вопросительный взгляд, мужчина пояснил:

– Это «Ардагор». Очень хороший тонизирующий напиток. Делается из ягод и горных трав, растущих только в северных провинциях.

– Очень приятный, – улыбнулась я. – Если честно, не очень представляю, как можно преподнести историю Кланов в виде сказки.

– Я тоже, – улыбнулся в ответ Хор. – Но ведь обещал. Значит, придется выкручиваться. Тем более это будут рассказы не столько о Кланах, сколько о некоторых поистине одиозных их представителях.

– Это будет интересно. – Поудобнее устроилась и приготовилась внимать.

– У тебя завтра сложный день, – опять сделал лирическое отступление «дядюшка», потом неожиданно прямо посмотрел мне в глаза. – Никому не верь при дворе, принцесса. Там все лжецы. И плохие, и хорошие… есть даже несколько великолепных! Но я ушел от темы. Начнем-ка мы с Серебряных.

Рассказчиком он оказался замечательным. Тихий баритон в полутемной комнате, освещенной только пламенем камина и постепенно догорающими светильниками, погружал в чью-то историю. Терпкий вкус незнакомых ягод на языке и все больше чарующий меня мужчина напротив. Блики пламени плясали по спокойному, волевому лицу, играли стальными бликами на коротких волосах и серебром вспыхивали в серых глазах. Какая я, оказывается, впечатлительная…

Тело слегка затекло, и я неторопливо потянулась в кресле. Потом немного подумала, скинула на ковер неудобные туфли, незаметно стащила носочки, чуть пошевелила пальчиками и блаженно прикрыла глаза. Подняла взор на мужчину и поймала смеющийся взгляд. Хор иронично вздернул светлую бровь, но никак не прокомментировал. Тогда решила, что раз уж мой маневр не прошел незамеченным и остался без замечаний, то можно обнаглеть еще больше. С ногами забралась в кресло. «Дядюшка» улыбнулся, но опять ничего не сказал. Правда, спустя минут двадцать, не иначе как заразившись дурным примером, стряхнул домашние тапки и забросил ноги на кушетку. Тихо хихикнула.

– Тебе можно, а мне нет? – ехидно осведомился блондин, снова наполняя свой бокал «Ардагором» из ранее принесенного на каминную полку графина. Я только покачала головой.

Поглядела на сброшенные голубые тапки и озадаченно нахмурилась. В голове опять промелькнула мысль-ассоциация, но не стала дожидаться активной деятельности с моей стороны и, махнув хвостом, снова унеслась в неведомые дали.

Когда у меня начали закрываться глаза и стрелки на часах показывали около двенадцати ночи, посиделки решили закруглить.

Уже выходя из библиотеки, остановилась в дверях и тихо проговорила:

– Спасибо. За замечательный вечер.

– Тебе тоже, – задумчиво проговорил мужчина, крутя в руках бокал. – Мне было… хорошо сегодня.

– Мне тоже, – чуть слышно шепнула и быстро прикрыла дверь.

Свернувшись калачиком в своей постели, вспоминала сегодняшний вечер и улыбалась. Какой он оказывается… разный. Хор.

И сказочник великолепный.

За этот вечер я узнала понемногу истории самых влиятельных представителей четырех главенствующих Кланов. Наибольший интерес вызывал Люциан Туманный, бывший глава Серебряного Клана, а ныне директор столичной Академии искусств. То, что данная личность все еще жива, здорова и наслаждается жизнью, уже говорит в его пользу. Поэтому, если я хочу заручиться поддержкой Серебряного Клана, надо говорить для начала с ним. Во-первых, у него не могло не остаться рычагов влияния, а во-вторых, если он станет союзником короны, с остальным Кланом будет гораздо проще. Надо подумать, на каком его интересе можно сыграть.

С Алыми и Синими все сложно. Впрочем, это ожидалось. В Алом Клане, как и думала, пресловутой «темной лошадкой», с которой так или иначе придется считаться, был мой приятель детства. Еще нельзя было не принимать во внимание его сестрицу, которая в данный момент вертит Императором, как хочет, и весь двор поет под ее дудку.

Лилит Пламенеющая… Сестра Рыжа. По словам Хора, та еще пиранья. Посмотрим, познакомимся и, если что, укоротим зубки. Какая я самоуверенная, однако…

У Синих – Ингрид Вьюжная. И ее фаворит – лорд Адис Вермен, князь Жемчужного песка. Хитрая, изворотливая и, судя по гадливой гримасе «дяди», крайне неприятная личность. Чем покорил Вьюжную, неизвестно, а дама, как я поняла, она неглупая. Надо подумать и потрясти спецслужбы. А то что это такое – самые влиятельные личности в Кланах, а об их мотивах и пристрастиях ничего не известно. Из рук вон плохо работают. Или «дядюшка» не все рассказывает? Вполне возможно. Вот не верю я, что под началом Железного Лорда они могут нехорошо работать. А если вспомнить, как относились ко мне поначалу Хранители, вполне возможно, что они дозируют информацию. И скорее всего, правильно делают – ведь если прикинуть хоть примерный объем того, что мне нужно усвоить в сжатые сроки, голова кругом идет.

Уф… Опять запуталась.


Следующим утром проснулась сама. Если честно, вставать не хотелось совершенно, так что позволила себе минут десять поваляться. Представила, что меня ждет, и захотела вообще из постели не вылезать. Увы и ах, но это невозможно. Потому, мысленно придав себе ускорения, вяло поплелась в ванную. Выползла оттуда уже относительно бодрая, но не более оптимистично настроенная.

Внизу ждал не сказать чтобы приятный, но сюрприз – в виде нервно меряющего шагами гостиную Хранителя Воды. Замерла в дверях, некоторое время наблюдая за картиной «взволнованный Лирвейн», а потом негромко произнесла:

– Доброе утро.

– Наконец-то, – даже не глядя на меня, недовольно фыркнул мужчина. – Я уже думал, что придется отправлять кого-нибудь тебя будить.

О как интересно! Мы уже на «ты»? Не далее как вчера меня величали исключительно на «вы» и при этом с таким высокомерным видом… На панибратство он срывался только в исключительных случаях. Когда мы ругались, да…

– Если мое присутствие было необходимо, вам ничего не мешало меня об этом известить, – спокойно ответила, входя в гостиную. – И кстати, срывать на других свое настроение как минимум некрасиво.

На мое замечание Лирвейн никак не отреагировал, только чуть заметно нахмурился.

– Нам пора. Сейчас закину тебя порталом в резиденцию, заберем Мариоль и потом уже отправимся к команде.

Возражений, разумеется, никаких не было, поэтому я только кивнула и прошла в голубую дымку портала. Лирвейн за мной не последовал, видимо, подойдет потом.

Вышла в лаборатории. Светлое, просторное помещение с перегонным кубом на столе, множеством полочек с непонятными колбочками, бутылочками, порошочками, тубами и вовсе непонятными предметами ничем другим являться не могло.

За столом около окна сидела Мариоль, которая что-то писала на маленьком клочке бумаги, потом приклеила бумажку на какую-то коробочку и со вздохом взялась за следующую. На мгновение замерев, я рассматривала подругу. В простом платье, убранными в высокий хвост волосами, открывающими красивую шею, залитая бьющим из окна солнечным светом, который нежно гладил матовую, немного смуглую кожу лица девушки, она была такой… домашней. Как раньше.

Услышав шорох, подруга подняла глаза и радостно улыбнулась.

– Алечка! – Мари сорвалась с места и метнулась ко мне. Я обняла ее в ответ. Все же как хорошо, что мы есть друг у друга.

– Я тоже рада тебя видеть, хорошая моя, – тихо шепнула, немного отстранилась от брюнетки и, кивнув на стол, спросила: – Чем ты тут занимаешься?

– Приклеиваю наименования на ингредиенты, – со вздохом ответила она. – От должности помощника меня никто не освободил, а ориентиры типа «вот та светло-зеленая фигня странной формы» я не воспринимаю. Так что вот… – Подруга выразительно кивнула на столик. – Выдали листочки, клей и широким жестом обозначили фронт работ.

– Аэрлис? – с веселым изумлением уточнила я.

– А кто еще, – поморщилась Мари.

– Я-а-асно, – протянула, лукаво поглядывая на подружку.

Вот только… он Хранитель. Как у них вообще с личной жизнью? Не обожжется ли Мариоль? М-да… Что-то совсем не о том думаю.

Мы еще немного поговорили. Поделилась с подругой впечатлениями о своем визите в департамент переселенцев и впечатлениями от отдела Иллюзий, но о странном разговоре Хора и Мидьяра почему-то не упомянула.

Спустя недолгое время воздух снова сгустился голубым туманом, и из него вышел Хранитель Воды.

– Вы готовы, дамы? – осведомился Лир.

Мы с Мари переглянулись и кивнули. Вещи брать не было нужды, ведь в основном все осталось в карете. Меня немного потряхивало от нервов, но я постаралась взять себя в руки. Вдох – выдох. Отлично.

Таким образом пытаясь вернуть себе присутствие духа, шагнула в созданный Лиром портал.

## Глава 11. Про выживание в экстремальных условиях

> В замке чужом все прикрылись масками

> И никто тебе не друг.

> Саруман. «Санса»

Все дальнейшее слилось в сплошную круговерть. В карете мы оказались буквально за полчаса до прибытия в путевой дворец, и потому было не до разговоров. Не знаю как Мари, но я пыталась выработать хоть примерную стратегию поведения.

Нащупала в кармане амулет, данный Лирвейном перед тем, как он растворился в голубой дымке телепорта. Точно такой же амулет вертела в руках Мариоль. По словам водного волшебника, если нажать на центральный камень, то владельца сей примечательной штучки нельзя будет подслушать ни магическим, ни обычным методом.

Если нажать на левый камень, то происходящий в данный момент разговор услышит кто-нибудь из Хранителей, а если на правый – активируется защитное поле. Это, видимо, на тот случай, если плетение, которое на меня повесил Лир, иссякнет.

Как только прибыли во дворец, нас тут же взяли в оборот служанки, которые растащили меня и Мариоль по разным комнатам и в спешке начали наводить красоту.

Пока я пищала в безжалостных руках вцепившихся в меня модисток и косметологов, в голове мелькала то одна, то другая мысль. Например, о том, что я, конечно, не специалист, но прибывшую наследницу Империи надобно встречать как-то более церемонно. А тут… как-то грубо.

Резко развернулась и осмотрела трудившихся надо мной служанок. Взгляд остановился на роскошно одетой полной даме, стоящей немного в стороне и внимательно за всеми наблюдающей. Так… А вот и организатор. Интересно, кто заказал это представление? Крайне интересно.

– Где моя первая дама? – холодно спросила, глядя прямо на леди в красном.

– Я здесь, ваше высочество, – присела в реверансе леди. – Позвольте представиться – леди Вьерион из Алого Клана, ваша фрейлина.

– Я спрашивала, где моя первая дама, – чуть прищурила глаза, – леди Мариоль.

– Первой дамой вашего высочества назначили меня, – еще раз поклонилась женщина, неприятно сверкнув глазами.

– Вы невинная дева в возрасте до двадцати одного года? – недоверчиво вскинула брови.

– Нет, – отчетливо скрипнула зубами эта мадам Вьерион. – Я вдова.

– В таком случае, при всем уважении, состоять вы при мне не можете, – еле заметно склонила голову, прямо глядя на нее.

– Но это распоряжение Императора, – вскинулась леди в красном.

– Замечательно, – кивнула в ответ. – В таком случае, придется напомнить ему о своде правил императорского двора.

– Леди юна и неопытна, – вкрадчиво начала женщина. – А я могу помочь освоиться при дворе, рассказать о том, о чем никто более не поведает. Помочь в сложных ситуациях.

– Свое окружение предпочту подбирать сама, – отрицательно качнула головой. – И в помощи леди из Алого Клана не нуждаюсь. Но передайте вашей госпоже мою благодарность за… участие.

Так! Стоп! Что же я, гордая дура, делаю? В корне неправильно себя веду. Мне сказали особо не выделяться, а я тут зубы показываю с первых часов пребывания… Как теперь сгладить произведенное неблагоприятное впечатление? Надо попробовать переиграть партию.

– Ничего лично против вас не имею, но, согласно заветам и этикету, рядом со мной должны находиться юные девы, дабы ни у кого не возникло сомнений в чистоте наследницы. Так, где моя подруга?

– Прошу следовать за мной, – поджала губы леди Вьерион и вышла из комнаты.

Мы прошли в одну из гостиных, где оказалась Мариоль под своеобразным конвоем из двух служанок.

– Как понимаю, мы можем отправляться дальше. – Дождалась, когда ко мне приблизится подруга, и посмотрела на мою предположительно «первую даму». – Ведь так, леди Вьерион?

– Да, ваше высочество, – присела та в реверансе.

Пока мы шли обратно к карете, вспоминала, где я могла слышать имя этой примечательной особы. Леди Вьерион… И внешность сей дамы какие-то ассоциации вызывает. Но встречать я ее не могла. Так где же…

Уже когда села в карету и мы тронулись, меня внезапно озарило. Леди Вьерион. Дама, питающая страсть к красному цвету, обладающая шикарным бюстом и огромным желанием выйти замуж. Кажется, именно от нее и бегал «дядюшка». Опять представила себе картинку и улыбнулась.

Когда въехали в Лиман, меня уже начало откровенно трясти от страха и волнения. Пожалуй, только сейчас поняла, что к прошлому возврата нет. Даже то, что происходило со мной все это время, воспринималось как игра, а теперь она выходила на другой уровень. И надо умудриться составить достойную конкуренцию придворным «шахматистам», которые таких неопытных кошек, как мы с Мари, пачками ломают.

Заметила, что у меня начинают дрожать пальцы, и спрятала ладонь в складках платья. Видя мою нервозность, Мариоль схватила и сильно сжала мне руку. Пальцы подруги были почти ледяными.

– Все будет хорошо, Мари, – тихо прошептала, не глядя на подругу. – В конце концов, все будет хорошо.

– А если не все хорошо, то это еще не конец, – почти неслышно закончила фразу подруга.

Второй рукой я сжала лежащий в кармане мешочек с мамиными украшениями и прядью Рыжа. Стало спокойнее. Совсем немного. Чуточку. Но и этого сейчас было достаточно. Ты помогаешь мне, даже не зная об этом, мое солнечно-рыжее воспоминание детства. Рыжик.

Около дворца нас встретили без излишней помпы, но весьма торжественно. Препроводили в покои, приставили пару служанок, известили о торжественном ужине, где я буду иметь честь познакомиться с цветом императорского двора. Короче, начинать точить об нас зубы планировали уже сегодня. Лакей поклонился и предложил следовать за ним. Меня желал видеть Император.

Раз желает, то идем.

Проходя по роскошным залам Золотого дворца, понимала, почему ему дали такое название. Роскошное, богатое место, где, казалось, даже стены дышали надменностью и высокомерием. Встреченные придворные провожали меня любопытными взглядами, дамы прятались за веерами и склонялись друг к другу, чтобы перемолвиться парой слов, мужчины же просто беззастенчиво разглядывали.

Судя по всему, они не знали, кто я. Или просто не считали нужным выражать почтение бастарду. Гордо вздернув подбородок и глядя чуть выше голов присутствующих, я осторожно шла по скользким, начищенным до блеска полам за своим провожатым.

Наконец мы оказались перед роскошными дверями, где лакей с поклоном меня оставил. Церемониймейстер смерил непонятным взглядом, распахнул двери и громко объявил:

– Ее высочество, принцесса-бастард леди Александра вир Толлиман.

Я выдохнула и осторожно зашла в тронный зал. Мило и по-родственному папа доченьку встречает, ничего не скажешь.

Тронный зал был огромен, великолепен, роскошен и помпезен. Все в этом дворце производило такое впечатление. И он был практически пуст. Лишь гвардейцы Императорского полка стояли вдоль стен и Император восседал на троне. Отец.

Я остановилась у подножия и присела в реверансе, потом выпрямилась и прямо посмотрела на человека на возвышении. Воцарилось молчание. Император внимательно меня разглядывал.

Александр оказался мужчиной в возрасте, на вид лет пятидесяти пяти. Что сказать… Благородное лицо с мешками под глазами, некогда могучая, но сейчас словно усохшая фигура, покрасневшие глаза и полностью седые волосы.

– Какая ирония… – прозвучал чуть задыхающийся голос отца. – Бастард. Женщина. И это возможная наследница?

Я промолчала, смело глядя в некогда чисто-серые, а теперь покрытые красноватой сетью лопнувших капилляров глаза.

– Смелая?! – громко, так что эхо пробежалось по залу, выкрикнул Император, резко приподнимаясь с трона, но вдруг пошатнулся и без сил опустился обратно.

– В деда, – согласно кивнула я.

Александр еще больше сузил глаза и тихо произнес:

– Ты последняя надежда императорского рода. Ирония судьбы. Байстрючка, которая вообще не должна была в Лимане появиться, теперь главная претендентка на корону. У меня было два сына… Два наследника. Но теперь их нет!

– Это не моя вина, – тихо ответила, не опуская головы и не отрывая от него взгляда.

– Да, – усмехнулся он, – не твоя… Ты заметила, как тебя представили, принцесса? – Последнее слово он почти выплюнул.

– Принцесса-бастард? – вскинула бровь. – Да.

– Пока ты просто моя внебрачная дочь, – сказал Александр. – Наследницей станешь только после того, как тебя примут стихии. – Тут он неприятно скривился. – Если примут. Вероятность небольшая. Ты ведь не хочешь рисковать своей жизнью? Поэтому самым наилучшим вариантом будет выйти замуж и родить детей. Кто-нибудь из них унаследует Дар Проводника и взойдет на престол как Император. Если я не доживу, твой муж будет регентом, до совершеннолетия сына.

Вот так сразу? С порога замуж? И сидеть всю жизнь бесправной женой в дальнем имении?

– А не слишком ли вы поторопились за меня все решить? – чуть слышно спросила, стараясь сдержать эмоции.

– Тебя что-то не устраивает? – надменно вздернул бровь Император.

– Меня не устраивает все, – вскинулась и гордо посмотрела на него. – Я не приносила клятву верности непосредственно Империи. Поэтому, если это зависит от меня… а ведь это зависит именно от меня, не так ли, Император? Иначе вы даже не стали бы разговаривать, а просто приказали. А значит, предпочту рискнуть. Если не получится, умру по своему выбору и достойно. И не в постели после десятых родов!

Император Изначальной Империи поднялся во весь свой немалый рост и, судя по покрасневшему от ярости лицу, собирался мне многое высказать, но тут в гулкой тишине зала раздались редкие хлопки, низкий грудной смех, и бархатный, чарующий голос произнес:

– Браво, дорогие родственники! – Из-за портьеры вышла очень старая, я бы даже сказала – древняя старушка. Худая до прозрачности, что усугублял темный вдовий наряд, с морщинистым лицом и руками, брезгливой складкой около губ и высокомерно вздернутой головой. Увидев старуху, Император даже несколько побледнел и опять опустился на трон. Женщина же медленно двинулась к центру зала. Вот тогда я и поняла, что такое грация, изящество и продуманность движений. На то, как она шла, хотелось любоваться. Ни одного лишнего движения, ни одной посторонней эмоции на лице или в глубине неожиданно ярких для ее возраста голубых глаз.

Немного подумала и присела в низком реверансе.

– Приветствую вас, вдовствующая Императрица.

– Сообразительная девочка, – протянула старуха, медленно обходя меня по кругу. Под ее оценивающим взглядом я ощущала себя не особо упитанной мышью, которую задумчиво разглядывает сытая кошка и раздумывает, съесть сейчас или отпустить нагулять жирка. – Как поняла?

– Реакция. – Я кивнула на отца. – Только одна женщина может так вести себя в присутствии Императора и не получить даже слова в упрек.

– Ясно, – ответила старуха, посмотрела на гвардейцев и щелкнула пальцами: – Вон!

Военные поклонились и вышли из зала.

Так… Я напрягла память. Как же ее зовут? Вдовствующая Императрица леди Надин вир Толлиман. Из Белого Клана.

– Чем обязан чести видеть вас, матушка? – процедил отец.

– Неужели ты считаешь, что я могла пропустить такое зрелище? – вздернула бровь леди Надин.

– Кто тебе позволил удалить слуг?

– Я, – твердо сказала старуха. – И я, в отличие от тебя, предпочитаю не унижать своих детей на глазах у челяди. С годами ума так и не набрался, сын. Более того, тебя покидает даже тот минимум, что имелся в наличии.

– Да как ты смеешь? – возмутился Александр.

– Смею, – горько улыбнулась пожилая леди. – Потому что мой сын ведет себя как последний дурак и даже не в силах самостоятельно подняться с трона! Долго еще будешь плясать под дудку своей Алой?!

– Не трогай Лилит! – ударил кулаком по подлокотнику Император.

– Я и не трогаю, – неприятно улыбнулась леди Надин. – Если бы трогала, однажды утром твоя фаворитка просто не проснулась бы.

– Хватит, мать, – отрезал Александр. – Чего ты хочешь?

– Чтобы ты сдержал свое слово, – отчеканила женщина. – Слово, которое ты дал Хранителям. Меня не устраивает Алый регент на троне. Стране нужен Император. Или Императрица. Нужен Проводник!

Голубые глаза вдовствующей Императрицы и серые моего отца встретились. Несколько минут в зале царила мертвая тишина и напряжение, такое явственное, что казалось, даже воздух загустел. Поединок взглядов отец проиграл.

– Хорошо, – согласился он.

– Вот и отлично, – высокомерно кивнула Надин и повернулась ко мне. – Пойдем.

Я в последний раз склонилась перед отцом и направилась за первой леди Империи. Если не по статусу, то по мозгам.

Когда мы проходили через анфилады комнат, леди щелкнула пальцами, и вокруг на мгновение засеребрился воздух.

– Не подслушают, – пояснила старуха. – Хватит плестись сзади. Отвыкай. Ты должна стать ведущей.

Я послушно догнала ее и пошла рядом.

– К сожалению, кое в чем Александр прав, – сказала леди Надин. – Пока ты не наследница, и если не пройдешь испытания, то не станешь ею.

– Знаю, – негромко ответила я.

– В обучении и занятиях с Хранителями никто препятствовать не будет, но, скорее всего, тебя постараются загрузить разной придворной мишурой. Обязанности принцессы и прочее. Таких смело посылай к лешему… или ко мне.

– Хорошо, – кивнула, искоса разглядывая пожилую леди. Называть ее «бабушкой» у меня язык не поворачивался.

– Отлично, – коротко кивнула старуха. – Где тебя разместили?

– Не знаю, – растерянно ответила я.

– Просто замечательно, – поджала губы женщина. – А что ты еще не знаешь?

– Список получится длинным, – сухо ответила и отвела взгляд, чтобы скрыть искру недовольства.

– Так сокращай, – сказала она. – Времени у тебя мало. Если хочешь играть сама, а не стать чьей-то игрушкой.

– Постараюсь.

– Ты мне симпатична, – усмехнулась вдовствующая Императрица. – Неплохой материал. Могло быть и хуже.

– А я расту, – улыбнулась в ответ, поймала вопросительный взгляд леди и пояснила: – Не далее чем несколько дней назад меня назвали «весьма прискорбным изначальным материалом». Прогрессирую.

– Тебе надо меньше скалиться, – покачала головой старуха. – Показывать зубы можно только тогда, когда знаешь, что успеешь отреагировать на ответный бросок противника. В ином случае это будет проявлением не смелости, а глупости, девочка.

– Я неопытна, – склонила голову. – И не знаю, как и на что реагировать.

– Ты неглупа, – негромко ответила Надин. – А значит, научишься. Главное, чтобы уроки дались не слишком дорогой ценой.

Я промолчала, и мы двинулись дальше. Вдовствующая Императрица отловила какого-то придворного и надменно поинтересовалась, где поселили ее внучку. Ответом осталась недовольна и, чуть сузив глаза, приказала перенести мои вещи в бирюзовые комнаты южного крыла.

Слуга хотел что-то возразить, но, поймав надменный взгляд голубых глаз, только молча кивнул.

– У тебя есть первая дама, так? – Я согласно кивнула. – Забирай с собой. Все южное крыло практически свободно, так что место найдется.

– Свободно? – удивилась я. Это ведь королевский дворец, и здесь всегда острый дефицит места. А свободно целое крыло.

– Там привидения, по слухам, живут, – невозмутимо ответила пожилая леди и спокойно добавила: – Ну и я.

М-да… и наверняка неизвестно, что хуже.


Спустя некоторое время я опустилась на постель в своей новой комнате и тупо уставилась в одну точку. Мари была в своих апартаментах, так что у меня выпал шанс побыть в одиночестве. Недолго побыть. Раздался стук в дверь, и в комнату вошла служанка, которая с поклоном сообщила, что мне надо переодеться к ужину.

Через час я смотрела на грустную девушку в зазеркалье и искала в себе силы встать и отправиться на ужин. Идти не хотелось, ведь, судя по тому, как меня встретил отец, там будет крайне «весело».

За спиной появилась Мариоль и осторожно положила ладони мне на плечи.

– Все будет хорошо, моя принцесса, – глядя мне в глаза, тихо проговорила подруга. – Все непременно будет хорошо.

– Хоть наедине так не называй, – горько усмехнулась я.

– Глупая, – улыбнулась подруга и крепко обняла. – Мое отношение от кружева слов не меняется.

– Дай-то боги, – вздохнула в ответ.

– Хватит трусить, зайчишка, – слегка встряхнула меня подруга. – Или думаешь, что местное зверье проникнется и кушать не станет?

– Не думаю, – улыбнулась я.

– Вот и отлично! – Мари спихнула меня с табурета и потащила на выход. – Кстати, ты обещала рассказать подробности твоей новой встречи с Рыжем. У тебя в гостиной чай и пирожные, а время у нас еще есть. Пошли!

Расположившись на удобных диванчиках, налили чая, и я нажала на камушек на хранительском медальоне. Все же разговор конфиденциальный.

Отпила глоток и посмотрела на Мари, которая нетерпеливо сверкала глазами и уже чуть ли не ерзала от нетерпения. Спрятав улыбку, откусила пирожное.

– Ну! – не выдержала подружка.

– Что «ну», – вздохнула и поведала подруге подробности столкновения и последующей прогулки с рыжим воспоминанием детства.

– Как интересно, – задумчиво скользя пальцами по обивке кресла, проговорила Мариоль. – Говоришь, у него был твой медальон?

– Не мой, – возразила. – Вернее, не гарантия, что мой. Возможно, просто похож.

– Я бы не верила в такие совпадения, – покачала головой подруга.

– Давай не будем загадывать? Тем более еще рано делать какие-либо выводы.

– Ты права.

В этот момент раздался стук в дверь и лакей объявил, что пришел проводить нас в малую столовую. Мы с подругой переглянулись, неторопливо встали и отправились знакомиться с местным паноптикумом в неформальной обстановке.

Пока двигалась по гулким коридорам почти пустынного сейчас дворца, я почти не обращала внимания на его убранство и обстановку. Меня мелко потряхивало от нервного напряжения. Сейчас как никогда хотелось испариться или поменяться с кем-нибудь судьбой. Я всегда была чувствительной девушкой, которую очень легко ранить словами. Если учесть, что тут никто не станет принимать во внимание мою тонкую душевную организацию, то будет нелегко.

Мариоль кинула на меня встревоженный взгляд, шагнула немного ближе и еле слышно шепнула:

– Голову вверх, Александра! Я не верю, что они тебя сомнут! Ты ведь не разочаруешь меня?

На секунду прикрыв глаза, я отрицательно покачала головой. Она права, я и правда боюсь. Очень боюсь будущего, его для меня сейчас олицетворяют люди, собравшиеся за высокими дверьми, к которым мы только что подошли. Но от моих действий зависит не только моя судьба, но и участь тех, кто мне дорог. А значит, я не стану гнуть спину и опускать голову!

Лакей толкнул резные двери, они бесшумно распахнулись, и я оказалась на пороге по-королевски роскошного зала.

Раздался чуть слышный стук окончательно распахнувшихся створок, и вельможи обернулись.

Тут было человек пятнадцать. Они медленно расступились, и я увидела вальяжно сидящего в кресле отца, который внимательно оглядел меня от прически до кончиков туфель и удовлетворенно кивнул.

– Приветствую вас, дочь моя, – сказал Император, обвел взглядом присутствующих и внушительно произнес: – Господа, позвольте представить вам леди Александру вир Толлиман, принцессу Изначальной Империи.

Придворные поклонами выразили свое почтение.

С гордо поднятой головой, скользящим шагом прошла в гостиную. Стараясь не ежиться от направленных на меня пристальных изучающих взглядов, приблизилась к отцу и присела в низком реверансе.

– Добрый вечер, ваше величество, – и медленно выпрямилась.

За спиной Императора стояла красивая девушка в багровом платье с роскошными рыжими волосами, убранными в высокую прическу. Это, судя по всему, и есть наша Алая пиранья…

Пламенеющая внимательно разглядывала меня, и на дне изумрудных глаз то и дело вспыхивали искры интереса. Впрочем, они пропали так же быстро, как и появились.

У окна замерла леди Надин, внимательно наблюдая за всем происходящим.

На этом этапе меня, судя по всему, предоставили вниманию придворных. Они оправдали доверие и скучать не дали. Подходили то один, то другой, представлялись и заводили легкую беседу.

Когда я ненадолго осталась одна, ко мне приблизилась фаворитка отца.

– Здравствуйте, Александра, – приветливо улыбнулась молодая женщина. – Позвольте представиться: Лилит Пламенеющая.

– Очень приятно, – нейтрально улыбнулась в ответ.

– Как вам нравится Лиман вообще и дворец в частности? – полюбопытствовала сестра Рыжа.

– Впечатляет, – честно ответила. Не говорю же, чем именно…

Но толком пообщаться мы не успели. Отец поднялся с кресла и прошел в соседний зал, оказавшийся столовой. Я осмотрела роскошное помещение и чуть поджала губы.

Малая, значит? Какая же в таком случае парадная? Похоже, у отца стремление окружить себя как можно большим количеством предметов роскоши. Комнаты ими перегружены. Или это новая фаворитка старается? Искоса поглядела на Пламенеющую и решила, что сомнительно. Платье на леди хоть и из очень дорогой ткани, но достаточно строгого покроя, без излишеств, а драгоценностей минимум.

Император сел во главе длинного стола, по правую руку от него опустилась вдовствующая Императрица, рядом с ней разместили меня и Мариоль, напротив оказались Лилит и немного встрепанный темноволосый мужчина в очках.

Так, любопытно. По правую руку – мать, по левую – фаворитка, рядом с Надин я. Так кто же у нас неизвестный индивидуум с острым взглядом? Мужчина поймал мой взор, и я на секунду ощутила все прелести того самого, едва ли не в балладах воспетого, пронизывающего взгляда. С усилием отвела глаза и подавила желание поежиться. Желто-карие глаза… Я всегда считала, что они должны быть теплыми. Сосед напротив только что с успехом это опроверг.

Через десять минут поняла, что на официальные ужины, по всей видимости, не поесть ходят, а испортить аппетит окружающим. Лично мне под взглядами придворных кусок в горло не лез. О нет! Они не были навязчивыми, никто на меня вульгарно не пялился, но я ощущала, что ни один жест или проявление эмоций не остаются без внимания.

Официальность неформального ужина в узком кругу тяготила.

Явственно витало напряжение. Возможно, из-за молчания Императора и его матери, которые отнюдь не собирались облегчать своим придворным задачу и на непринужденный разговор не вызывались.

Судя по всему, из всех присутствующих комфортно себя в такой ситуации ощущали только Лилит и непонятный тип рядом с ней.

Неожиданно двери со стуком распахнулись, и в зал стремительно прошел рыжеволосый мужчина в белоснежной одежде. Я на мгновение встретилась взглядом с прозрачно-зелеными глазами, но почти сразу же опустила голову.

– Приветствую высокое общество, – раздался низкий баритон. – Добрый вечер, ваше величество.

Я скосила на него глаза и успела заметить, как мужчина склонился в поклоне, отчего коса кровавой змеей скользнула по снегу мантии.

– И тебе здравствовать, Пламенеющий, – кивнул отец. – Не ожидал сегодня увидеть.

– Тоже не планировал свой сегодняшний визит.

Император ответил:

– Мы всегда рады тебя видеть, Евгран. Присаживайся.

Рыжий еще раз склонился, прошел к столу и сел на пустующее до этого место рядом с хищным типом в очках.

Далее ужин продолжался в уже более легкой обстановке, чему немало способствовало появление Евграна. Атмосферу он разрядил. Что говорить, даже леди Надин уже не так поджимала губы, как в начале вечера. Все же комплименты от красивого мужчины всегда смягчали женщину. Даже такую. Впрочем, Рыж знал, что и кому надо говорить.

Снова скользнула задумчивым взглядом по присутствующим, но когда дошла да моего визави, наткнулась на встречный взгляд. Зеленые глаза смотрели с напряженным вниманием. Я поднесла ко рту свой бокал, пытаясь спрятать непроизвольно появившуюся улыбку, и отвернулась.

Через полчаса испытание подошло к концу, мы поднялись из-за стола и перешли обратно в гостиную. Подле меня осталась только Мариоль.

Брат и сестра Пламенеющие с предельно любезными улыбками о чем-то беседовали на противоположном конце комнаты, отец опять сидел в своем кресле и беседовал с леди Надин. Судя по напряженным жестам, разговор был не из приятных.

Тут меня отвлекла Мари предложением принести выпить. Подумала и согласилась.

Проводила взглядом подругу и уже решила было отойти к окну, когда передо мной появился тот самый черноволосый мужчина, что сидел напротив.

– Добрый вечер, леди, – склонился в поклоне лорд.

– Добрый, – несколько настороженно ответила я.

– Позвольте представиться, – выпрямился брюнет. – Кейран Мерцающий, к вашим услугам. Лунная ветвь Белого Клана. Советник Императора Александра.

– Приятно познакомиться, – почти искренно ответила, настороженно смерив взглядом Мерцающего.

– Взаимно, леди.

Мужчина внимательно меня оглядел и продолжил любезную беседу.

– Слышал, что вас переселили по распоряжению вдовствующей Императрицы. Как вам в южном крыле?

Ага, слышал он. Меня переселили за полчаса до ужина.

– Благодарю, по первому впечатлению, неплохо, – склонила голову и кинула на лорда внимательный взгляд из-под ресниц. – К сожалению, еще не успела осмотреться.

– Уверен, что и в дальнейшем вы не разочаруетесь, – улыбнулся Мерцающий.

Беседа текла неторопливо и достаточно интересно. Никаких особых тем мы не затрагивали, но лорд, как и любой толковый политик, просто мастерски умел подстраиваться под подсознательные предпочтения собеседника, а значит, разговаривать с ним было приятно.

Но продолжить общение нам было не суждено, подошел слуга и что-то тихо сказал советнику. Тот нахмурился, жестом отпустил лакея и проговорил:

– Леди Александра, прошу меня извинить, но мое присутствие требуется в другом месте. – Мне поцеловали ручку и одарили внимательным взглядом желто-карих глаз.

– Конечно, лорд, – присела в реверансе я.

Проводила Мерцающего задумчивым взглядом, услышала за спиной легкие шаги и негромкий голос леди Надин:

– Что хотел Коршун?

Еле заметно вздрогнула и спросила:

– О ком вы?

– О лорде Кейране. Так его ласково прозвали придворные, – пояснила пожилая леди. Я вспомнила хищную внешность советника и мысленно согласилась.

– Мы просто пообщались, – ответила и распахнула веер, так как стало несколько душно.

– Советник – и праздная беседа? – недоверчиво улыбнулась Надин. – Не верится. Он никогда и ничего просто так не делает.

Подошла Мари и передала бокал с легким вином. Леди Надин немного прошлась с нами, но спустя некоторое время увидела кого-то, извинилась и отошла.

Вечер тек внешне неторопливо и вальяжно, но очень напрягало то, что за мной постоянно наблюдали и делали какие-то свои выводы, так что уже через полчаса начала всерьез тяготиться этим мероприятием.

Кроме прочего, помимо воли постоянно возвращалась мыслями к яркому рыжеволосому мужчине, который лишь представился мне сегодня. Если бы не странные искры в зеленых глазах, я бы подумала, что он не узнал. Или забыл.

Хоть Евгран и не подходил, но его внимание я ощущала постоянно. Буквально кожей.

Когда через час наконец оказалась в своих апартаментах, обессиленно опустилась на диван, со стоном сбросила красивые, модные, но крайне неудобные туфли и откинулась на спинку.

– Добрый вечер, леди, – раздался негромкий голос в мягком полумраке комнаты.

Резко выпрямилась и испуганно огляделась.

От дальней стенки отделилась темная фигура, и мужчина мягко ступил на залитый янтарным светом ковер. На мгновение в его волосах сверкнули огненные искры, и у меня сбилось дыхание.

Он поднял на меня темно-синие глаза, откинул за спину косу и плавно опустился в кресло напротив.

– Как все прошло? – Вечернее небо в глазах собеседника вспыхнуло золотыми звездами в свете горевшего за моей спиной камина.

– Странно, – честно ответила я. – Я не ожидала тебя сегодня увидеть, Мидьяр.

– Ну не думаешь же ты, что тебя оставят без поддержки на растерзание этим стервятникам? – Хранитель улыбнулся и добавил: – Хотя бы моральной поддержки.

– Почему меня не предупредили о леди Надин? – сразу задала весьма интересующий вопрос.

– А мы не знали, что старая ворона выйдет из своего добровольного заточения. – Ярр откинулся на спинку кресла, и по его губам скользнула странная, и я бы даже сказала – немного неприятная улыбка. – Мы просчитались. Мы сглупили, если хочешь.

– Но почему? – вскинула бровь. – Ведь для вас не секрет, что она умная и хваткая.

– В последние десятилетия Надин почти не вмешивается в дела Империи. – Мидьяр оглядел стоящую на столике вазу с фруктами и поманил к себе тут же воспарившее яблоко. – Вернее, только в исключительных случаях, а мы как-то не отнесли твое прибытие в разряд таковых. Потому эта, несомненно, достойная всяческого уважения дама провела нас, как котят слепых!

Хранитель поймал мой недоумевающий взгляд и пояснил:

– Она поселила вас в южное крыло. Самое древние строение Золотого дворца. О том, сколько оно таит секретов, знает, пожалуй, только старая паучиха. Начать хотя бы с того, что сюда очень трудно телепортироваться. Даже нам. Также проживающего в этих стенах весьма трудно достать ментально, а если это и случилось где-то за пределами южного крыла, то по возвращении воздействие развеивается.

– Если тут так много полезных свойств, почему оно пустует?

Искусник задумчиво вертел в руках яблоко, то перекидывая его из руки в руку, то согревая в ладонях. Я смотрела на Мидьяра и все больше поражалась. За все время он ни разу не улыбнулся, лицо было серьезным, даже в уголках глаз не было мельчайших морщинок от смеха, а аккуратно заплетенная коса закатной змеей вилась по темной одежде Хранителя.

– Из-за леди Надин, – спокойно отозвался Ярр. – После смерти мужа и старшего сына она заняла это крыло. И так повелось, что сначала она была в трауре и не хотели мешать ее уединению, а потом уже никого не приглашали, да и желающих делить крышу с ехидной, скандальной старухой немного.

– Ясно, – вздохнула я. – Как понимаю, то, что она взяла меня под свое покровительство, скорее хорошо, чем плохо?

– Верно, – кивнул Мидьяр. – У тебя есть вопросы?

Минуту подумала. Хранитель меня не торопил, позволяя собраться с мыслями.

– Что из себя представляет Кейран Мерцающий?

– Коршун? – Губы моего собеседника дрогнули в чуть заметной улыбке. – Занятный тип. Наверное, самый верный термин, его характеризующий, – это «серый кардинал». Чрезвычайно талантливый и увертливый политик. Он умудряется действовать в своих интересах и при этом не вредить ни короне, ни Кланам, ни Совету. В некоторых случаях просто незаменим. Как верно говорят, тот, кто владеет информацией, тот владеет миром. Временами всем оказывает услуги, при этом не задевая сильно интересов другой стороны. Всегда танцует на грани. Как ему это удается – загадка.

– Какая интересная… птичка, – усмехнулась я.

– О да, – протянул Ярр. – Будь с ним осторожна. До крайности. Кто-то еще?

– Да, – отрывисто кивнула в ответ. – Пламенеющие.

– Лилит и Евгран… – задумался Хранитель. – А разве Хор не рассказывал?

– В общих чертах, – пожала плечом я. – Но тогда я их даже не видела, да и точки зрения у вас могут различаться. Все же он хоть и высокопоставленный, но просто безопасник, а ты Хранитель.

– Ну да. – По бледным губам Ярра скользнула непонятная улыбка. – Хорошо. Лилит старшая и, как я понимаю, любимая дочь. На сына глава Алых возлагал большие надежды, но чем-то он их не оправдал, и потому с семьей и, как это ни странно, вообще с Алым Кланом Евгран не особо ладит. Впрочем, это не мешает ему весьма плодотворно на них работать. – Хранитель замолчал, задумчиво глядя на пламя. – Лилит стала фавориткой несколько лет назад, и по странному совпадению именно с тех пор Император начал прислушиваться к мнению ее отца, и вообще весьма сильно сдал. Вот только почему Алая сделала ставку на старика, а не на одного из ныне покойных наследников, для меня непонятно. Впрочем, судя по всему, к телу она его допустила не так давно, так что, получается, раньше просто играла, а сейчас вступила по-серьезному.

– Партия мне предстоит не из легких, – тихо выдохнула, понимая, что придется очень сложно.

– Да, – эхом откликнулся Ярр. – Жизнь – игра, а ставки высоки.

Мужчина поднял ладонь с яблоком на уровень глаз и легонько дунул на плод, который стал мягко светиться изнутри. Искусник кинул в мою сторону быстрый взгляд и неожиданно бросил фрукт. Я машинально его поймала и непонимающе посмотрела на Хранителя. Он улыбнулся:

– Я не Земля, но немного умею. Яблоко успокоит, и ты будешь хорошо спать. Сегодня перенервничала.

– Спасибо, – растерянно ответила я.

– Не за что, девочка. – Напротив снова сидел такой знакомый Ярр. Синие глаза искрились смехом и теплом, улыбка пленяла обаянием. От того собранного, жесткого мужчины, который полчаса назад появился у меня в комнате, не осталось и следа. – Надеюсь, что немного прояснил для тебя ситуацию. Теперь отдыхай, завтра сложный день. Утром придет Лир, у вас тренировка.

– Поняла, – кивнула, стараясь не морщиться. Новость не особо порадовала, кандидатура учителя не совсем вдохновляла, но что-то мне подсказывало, что тот же Мидьяр наверняка не вел бы себя мягче.

Хранитель подмигнул и шагнул в сиреневую дымку. Несколько минут я сидела на диване, стараясь разложить по полочкам все то, что мне рассказал Ярр. Потом покрутила в руках все еще странно теплое и еле заметно светящееся яблоко и решительно его откусила. Оказалось оно сладким и сочным.

Уже потом, лежа в постели и ощущая, как расслабляется тело и закрываются глаза, еще раз послала Хранителю Грез мысленную благодарность.

Следующим утром, как и говорил Ярр, явился Лир. Вот только Искусник не пояснил, а до меня без подсказки не дошло, что Золотой дворец – это не резиденция Хранителей и не дом лорда Хора и тут никто, кроме, собственно, самого блондина, будить принцессу не будет. Ведь горничным, а стало быть, и всему двору, знать о моих планах вовсе не обязательно.

Поэтому, когда утром меня потрепали по плечу и тихо попросили проснуться, спросонья только еще сильнее укуталась в одеяло и спряталась головой под подушку. Назойливый некто своих попыток не оставлял, и я отмахнулась от него маленькой подушкой с предложением куда-нибудь пойти. Видимо, на этом этапе терпение у оппонента кончилось. С меня рывком сдернули одеяло и обдали холодными брызгами.

С постели я практически скатилась, распахнула глаза и разглядела стоявшего напротив со скрещенными на груди руками беловолосого Хранителя.

О-о-ой!

Мигом осознала, в каком я виде, потом вспомнила, что у нас, по идее, занятия, после в голову торжественно вошли воспоминания о недавней побудке. Стало стыдно. Очень.

Что же сразу не встала-то? Ведь на новом месте, да еще и с тем нервным напряжением, что было, должна была от каждого шороха просыпаться. А я мало того что всю ночь сладко почивала, так еще и утром ни в какую просыпаться не желала! Вопрос: почему?

Яблочко! Что там Ярр говорил? Хорошо спать буду? Вот уж и правда хорошо…

В этот раз Лирвейн дал нагрузку куда меньше, да и, в отличие от предыдущей тренировки, проходил все испытания вместе со мной. Параллельно с тем же бегом он учил, как снимать усталость в мышцах, одышку.

В середине дня состоялась первая официальная встреча с Советом Хранителей Изначальной Империи. Прошло все на удивление быстро. Меня поприветствовали, заверили, что бесконечно рады моему прибытию, и известили о грядущих занятиях с подобранными Советом учителями. Учителей звали Аэрлис Деверо, Асгард Легренд, Мидьяр Ле-Кинаро и Ровена Делвин.

Имена все сплошь знакомые.

Получается, Хранителей население знает исключительно по названиям стихий и прозвищам – Искусник, Оружейник и так далее.

Меня еще немного посвятили в подробности, обрадовали, что раз в неделю кто-нибудь из самих Хранителей будет принимать своеобразный экзамен по усвоенному материалу. Также два дня в неделю я была обязана проводить в резиденции Совета. Вернее, сначала была речь о трех-четырех, но присутствующий Император запротестовал, и в итоге ограничились выходными. Обсудили еще некоторые детали, и меня отпустили на занятия по придворному этикету.

Следующие три дня пролетели на диво однообразно. Конечно, насколько это вообще возможно в этой ситуации. Утром занятия с Лиром, причем он поочередно делал упор то на физическую нагрузку, то на магию. Тактика приносила свои плоды.

Днем меня, как и предсказывала леди Надин, по возможности загружали нужной и не особо информацией, которую должна знать принцесса. Так что к вечеру, когда в отведенные часы я должна была заниматься с Хранителями и нанятыми ими учителями, была уже очень уставшей.

В этот поздний вечер мы с Мари лежали на постели в ее комнате и разбирали наше домашнее задание. Глядя в книгу, едва ли не в прямом смысле видела там фигу. Судя по осоловевшему виду подруги, та была не более бодрой. Боюсь, если мы сейчас все же попытаемся это решить, завтра Аэрлис не одобрит креативности нашего мышления.

Выдохнула и решительно захлопнула учебник.

– Все. На сегодня хватит. – Решительно поднялась с постели и направилась на выход. – Спокойной ночи.

Услышав ответное пожелание, тихо выскользнула из апартаментов подруги и пошла по темному коридору вперед.

Медленно двигаясь по залитой лунным светом галерее, ощутила порыв холодного воздуха из распахнутых балконных дверей, поежилась и пошла быстрее.

Мраморные полы темных коридоров южного крыла эхом отзывались на мои легкие шаги, и поэтому там, где не было дорожек, я старалась двигаться как можно стремительнее и аккуратнее.

Как и все остальное в этом мире, ночью дворец превращался во что-то иное, потустороннее. То, что днем нас не то что не удивит, а даже не задержит взгляд, в полутьме ночи кажется чарующим и завораживает. Тень от тонкой занавески, которую чуть заметно шевелит сквозняк, золотистый свет наружного освещения дворца, делающий тьму в коридорах чуть менее непроглядной, шум ветра, навевающий мысли о звездном небе над крышей и свободе…

Убранство тоже предстает совсем в ином виде. Мелких предметов не видно, но контуры мебели порой кажутся настолько причудливыми, что их можно принять за сказочных чудовищ, картины и гобелены едва различимы, но я и не стремлюсь их рассмотреть.

Встряхнула головой, сбрасывая с себя минутное оцепенение, и пошла дальше.

Когда оказалась у себя в гостиной, не стала зажигать свет, а сразу направилась в спальню. Но тут обо что-то споткнулась, потеряла равновесие и упала в кресло. Но оно оказалось уже занято! Секунду была в шоке, и этого времени хватило неизвестному, чтобы обхватить меня руками за талию и поудобнее устроить у себя на коленях. От испуга расширились глаза, и я рванулась из его рук. Не помогло. Открыла рот, намереваясь позвать на помощь, но мужчина быстро прижал палец к моим губам и шепнул:

– Тихо. Это я.

Ага… Как исчерпывающе.

– Что значит «я»? – проговорила с дрожью в голосе. – «Я», знаете ли, бывают разные!

Послышался низкий смех, и, на мгновение ослепив меня, вспыхнул светлячок. Зажмурилась от неожиданно яркого после тьмы света, но когда привыкла к нему, наконец разглядела яркие зеленые глаза и медные волосы ночного гостя. Потрясенно молчала и рассматривала непонятно как оказавшегося тут Рыжа.

– Здравствуй, девочка, – улыбнулся приятель детства.

– Здравствуй, – эхом отозвалась. – А что ты тут делаешь?

– Вообще, тебя жду, – пожал плечами мужчина. – Рад, что ты меня узнала, Аля.

– Тебя непросто забыть, – честно ответила Пламенеющему.

– Приму как комплимент, – тихо рассмеялся Рыж.

– Мы вроде как виделись, – вернулась к интересующему меня вопросу, – и даже не один раз. Так почему ты посчитал возможным и уместным нанести визит в полночь?

– Ты мне не рада? – нахмурился рыжеволосый собеседник.

– Все сложно, – вздохнула, подавляя желание прислониться головой к его плечу и обнять в ответ. Я ведь и правда очень скучала. По его рукам, улыбке, смеху, запаху. От него всегда так восхитительно пахло. Солнцем и ветром дальних стран, морем и специями. Столько оттенков…

Словно что-то почувствовав, Евгран чуть крепче сжал объятия, одной рукой ласково провел по волосам, заставив опустить голову на плечо. Молча подчинилась.

– Знаю, маленькая, – грустно ответил он. – Я все знаю. Не выдержал, извини.

– Мм?..

– Это единственный способ с тобой нормально пообщаться. При дворе прислушиваются к каждому слову, никакой возможности поговорить. А в последние дни ты вся в учебе.

– Ага. Загрузили, – согласно кивнула в ответ.

– Так что не оставалось ничего иного, как нанести тебе визит в частном порядке, – лукаво сверкнул глазами Рыж.

– Хитрец, – улыбнулась я.

– Я скучал, – тихо и серьезно сказал Евгран.

– Прошло восемь лет.

– Ты выросла.

– А ты, если бы хотел, мог и появиться, – неожиданно горько проговорила я.

– Все не так просто.

– Все сложно.

Мы оба молчали. Эта наша ночная встреча носила такой же оттенок ирреальности, как и мои воспоминания о нем. Зажженный им светлячок погас, и нас снова окутывал мрак, в котором было слышно наше тихое дыхание и звуки ночного города, что врывались в распахнутое окно. Я снова чувствовала биение сердца у меня под ладонью, тепло его рук согревало меня, и я вновь ощущала себя, как в детстве. Когда он вот так же сажал меня на колени и прижимал к себе. Мне было хорошо и спокойно. Но не хватало одной детали до полного ощущения счастья. Медленно я скользнула ладонью по гладкой ткани камзола, нерешительно замерла, когда рука коснулась ворота, но все же двинулась дальше. Быстро пробежалась по гладкой, теплой коже шеи и наконец запустила пальцы в шелковистые волосы мужчины. Блаженно выдохнула и прикрыла глаза.

Почувствовала, как ласковые руки осторожно расплетают мою небрежную косу и проводят по освободившимся прядям, которые рассыпаются по плечам и спине.

– Маленькая моя… – слышу чуть различимый шепот над ухом и чувствую невесомый поцелуй в висок.

Я ни о чем не думала. Мне просто было сейчас хорошо рядом с ним. Очень хорошо и спокойно. Снова могла запутаться пальчиками в гладких, чуточку теплых, медных волосах, ощущать рядом его дыхание и сердцебиение. Ты так эфемерен, Рыжий. Не надо к тебе привыкать. Ведь когда ты ушел, мне было плохо. Долго привыкала жить без яркого, немного жгучего рыжего солнца. Наверное, это и называется первой любовью.

Постепенно стали закрываться глаза, и я начала уплывать в сон. Уже на грани сновидения и яви услышала низкий, приятный голос, напевающий какую-то незнакомую мелодию: «В траве изумрудно-зеленой и мягкой лежу на спине я, и явь – точно сны»…

Обхватив его руками за шею, я сонно улыбнулась и уткнулась носом в шею мужчины, еще раз вдохнула пьянящий аромат моря, ветра и солнца и уплыла окончательно.

## Глава 12. Танцы вокруг истины

> Здесь подлость и честь сочетались в одном,

> Здесь смерть и любовь не размыкают рук.

> Игры Престолов нам познать не дано,

> Лед и Пламя уже замыкают круг.

> Саруман. «Игра Престолов»

Утро встретило меня уже в постели. Приоткрыла глаза, сонно потянулась, и на губах помимо воли появилась умиротворенная улыбка. Невзирая на то что интерес Рыжа сулил как принцессе, так и Альене немалые проблемы, я была довольна. Такие противоречивые создания женщины…

Вот только… Что ему нужно? Он был таким ласковым. Близким, теплым, дорогим. Уж не пригрезился ли мне этот вечер?

Со вздохом встала с постели и уныло оглядела свое отражение. Судя по всему, Рыж вчера отнес меня в постель и ослабил тугую шнуровку на платье. Посмотрела на ноги. М-да… А также снял туфли и короткие чулки. Слава всему, что они только до колен были. Но все равно, представила, как он с меня их медленно снимает, и покраснела.

Что-то меня не в ту сторону понесло… Потрясла головой и побежала умываться и переодеваться. Сейчас у нас завтрак, потом занятия танцами и урок придворного этикета. Через три дня бал, и папенька явно не хочет, чтобы дочурка опозорилась.

Когда уже заплетала косу, в дверь постучали, и зашла моя горничная вместе с фрейлинами. Я незаметно поморщилась.

Кроме Мариоль ко мне приставили еще трех фрейлин. Две вот такие… блондинки – леди Диран и леди Бриана, а также одна довольно умненькая и хитрая девушка – леди Вирит. Судя по всему, бабушкина ставленница. Впрочем, насчет отсутствия мозгов у одной из двух остальных тоже начинала сомневаться. Слишком уж острый взгляд иногда сверкал из-под золотых ресниц леди Диран, который, впрочем, тут же сменялся глупенькой улыбкой и щебетанием о нарядах и кавалерах.

Короче, как минимум две шпионки у меня в окружении были.

– Ваше высочество, позвольте помочь вам переодеться, – присела в реверансе горничная.

– Благодарю, но я уже справилась. – Поднялась со стула и направилась к дверям.

– Но ваш внешний вид… – начала леди Диран.

Резко остановилась, медленно развернулась и тихо спросила:

– И чем же мою фрейлину не устраивает внешний вид ее госпожи?

Девушка растерянно заморгала и потупилась. На бледных щеках появился еле заметный румянец.

– Прошу меня простить, леди Александра, но правила предписывают…

– Возможно, я чего-то не знаю о своем расписании на сегодняшний день, – вскинула бровь и продолжила: – Я направляюсь на торжественное мероприятие?

– Нет, – тихо ответила блондинка.

– У меня аудиенция у его величества? – Фрейлина покачала головой. – В таком случае, на завтрак, где присутствую только я и мои дамы, а потом на занятие танцами пойду одетой так, как мне удобно. Тем более от предписанного правилами мой наряд отличается разве что более свободным кроем и отсутствием корсета.

– Как скажете, ваше высочество, – хором пропели фрейлины.

Устроив этот маленький разбор полетов, направилась завтракать.

Еще не хватало, чтобы они мне указывали! Тут и так достаточно желающих!


Время до бала пролетело незаметно. Слуги белками носились по замку, стараясь все успеть, и потому во дворце царила атмосфера оживления с легким привкусом паники.

Все в спешном порядке чистили, меняли, привозили что-то новое, готовили апартаменты для гостей и иностранных делегаций. Плюс ко всему, незадолго до моего приезда скончался управляющий дворцом, а нового или еще не наняли, или он просто не успел втянуться, поэтому подготовкой к торжеству занимался буквально вездесущий Кейран Мерцающий. Так как я в течение дня тоже немало перемещалась по дворцу, то постоянно его видела. Лорд был еще более встрепанный, чем обычно, судя по красным глазам, невыспавшийся, а потому крайне злой. Слуги при одном только намеке на приближение Коршуна имитировали настолько бурную деятельность, что я только диву давалась.

Наше первое столкновение с ним произошло в одном из коридоров, когда я спешила в западное крыло на занятия к Аэрлису. Лорд Мерцающий на полном ходу вырулил из-за угла и едва не сбил меня с ног. Не удосужившись как следует разглядеть и опознать, он тут же возрадовался, что отыскал в замке свободные руки, и отправил меня в парадную столовую начищать столовое серебро. После мужчина нагнулся и поднял слетевшие с него очки; достал из кармана платок и начал их протирать. Я несколько растерялась и даже не знала, что ответить, но тут лорд наконец закончил с очками и водрузил их обратно на острый нос, во все глаза уставившись на меня.

– Леди Александра, – Кейран склонился в почтительном поклоне, – прошу меня простить, я вас не узнал.

Вспомнила, в каком виде была на ужине, и подумала, что если учесть плохое зрение лорда и то обстоятельство, что я в простом сером платье и волосы заплетены в косу, то очень вероятно, что он и вправду меня не признал.

– Ничего страшного, – холодно улыбнулась в ответ. – Но в будущем попрошу таких оплошностей не допускать.

– Еще раз приношу свои извинения, – поправил очки лорд.

– Всего доброго, – кивнула в ответ и продолжала путь.

Сначала мне просто хотелось заверить его, что ничего не произошло, и разойтись, но, к сожалению, я принцесса, и если каждый дворянин только из-за цвета наряда будет принимать меня за служанку и отсылать работать, то ничего хорошего из этого не получится.

С тех пор мы еще несколько раз пересекались, притом лорд был настолько занят или куда-то несся на всех парусах, что в половине случаев опять меня не узнавал.

Занятный все же тип.

Особенно было забавно наблюдать, как невозмутимый Мерцающий пытается что-то втолковать сидящей на дереве Ровене. Садовница беспечно болтала ногами и, судя по всему, с доводами советника не соглашалась. Прислушавшись, поняла, что сиятельный лорд и Ро спорят о том, какие цветы должны стоять в бальном зале. Мужчина настаивал на классических розах, а Ровена хотела что-то поэкзотичнее. И так как без нее советник не получил бы ни от кого ни цветочка, приходилось непосредственную фейри уговаривать. Так и не придя к консенсусу, Кейран и Ровена разошлись, взаимно недовольные друг другом.


День бала, невзирая на то что его ожидали, подкрался внезапно.

Устать я успела еще до вечера. В итоге когда к шести часам меня, уже полностью упакованную, поставили перед зеркалом, чтобы смогла оценить свою неземную прелесть, то никакого восторга от лицезрения своего на диво красивого сегодня отражения не ощутила. Скорее, была усталость и даже какое-то опустошение.

Фрейлины постарались. Роскошное платье глубокого голубого цвета, великолепный гарнитур драгоценностей, что холодил мне кожу, все никак не желая согреваться теплом тела… Слишком массивный? Но таковым не смотрится. Чуть дернула себя за выбившуюся из прически завитую прядь и улыбнулась принцессе в зазеркалье. Все будет хорошо, твое высочество! Подхватила со спинки кресла ажурную шаль, зябко в нее закуталась и повернулась к дамам.

– Прошу оставить меня. – Девушки поклонились и направились к выходу, а я добавила: – Леди Мариоль, задержитесь.

Когда за последней фрейлиной закрылась дверь, я чуть расслабила плечи и выдохнула.

– Не горбись, – чуть шлепнула меня по пояснице подруга.

– Знаешь, как все болит? – пожаловалась я. – Корсет так вообще дышать не дает.

– Знаю, – едко отозвалась Мари. – На мне аналогичная конструкция.

– Я вчера говорила с Лиром. – Маришка вопросительно изогнула бровь, а я продолжала: – Судя по всему, заменять меня тебе все же придется, потому что отлучаться из дворца без сопровождения мне запрещено. Конфиденциальное посещение резиденции тоже невозможно, а из-за этих дворцовых занятий не остается времени и сил на нужное. Поэтому часть времени ты теперь будешь проводить в моей шкурке.

– А кто будет вместо меня? – спросила подруга.

– Этого не знаю, – пожала плечами. – Но Хранители кого-нибудь подберут.

Идти на бал откровенно не хотелось. Хотелось спать. Меня Лир сегодня опять в шесть утра поднял. И до восьми гонял!

Пожаловалась подруге на внезапно проснувшееся ехидство блондина и на его «прогрессивные» методы обучения. Та только посмеялась и поведала, как над ней издевается Аэрлис на частных занятиях. Видимо, кот первой встречи так и не простил.

Еще немного поговорив, мы поглядели на часы и сошлись во мнении, что пора выдвигаться.

В гостиной ровным рядком, как булавками сцепленные, сидели фрейлины. При нашем появлении девушки почти синхронно встали. Я даже про себя восхитилась такой согласованностью движений.

Оглядела своих раскрасавиц и приказала следовать за мной. Филиал курятника согласно кивнул и дружненько пошел следом.

Через десять минут мы стояли у дверей бального зала, и я, как ни странно, ощущала какую-то холодную отстраненность, словно не меня весь путь от апартаментов до зала буквально потряхивало от волнения.

Ну что они мне сделают? Позубоскалить попытаются? Это максимум, да и то вряд ли. Идиоты при дворе долго не живут, а я сейчас чрезвычайно выгодная карта, и местные игроки не могут не попытаться эту карту разыграть. Так что будем внимательно смотреть, слушать и очень сладко улыбаться.

А еще… Я нужна Хранителям. Очень нужна. Просто кровь из носу. Кроме того что они принесли клятву Империи и просто не могут не прилагать все усилия для моего счастливого воцарения на престоле, так там еще и личный интерес присутствует. Те, кто у власти, всегда честолюбивы и очень не любят терять свои полномочия. Хранители не исключение.

Поэтому, когда двери распахнулись и объявили о прибытии моей сиятельной персоны с фрейлинами, я была внешне спокойна и на губах играла вежливая улыбка.

Гости расступались, как волны перед кораблем, и хоть и лестно было сравнить себя с ним, я особо не обольщалась.

Бальный зал был огромен и сказочно красив. Наверное, одно из немногих помещений, все еще носившее отпечаток владычества моего деда. Некогда Золотой дворец был построен лучшими мастерами разных народов. Архитектором был сам Император Мир. Строили его совместно люди, драконы, дроу и переселенцы. Каждый вложил сюда все, что мог. По слухам, даже фейри, эти бродяги между мирами, приложили свою руку.

Вместо потолка было зеркальное отражение неба над крышей дворца. Сейчас вечер, и потому на темном бархате бездны небосвода переливались драгоценности-звезды и сияла бледноликая красавица ночи – луна. Светлый мрамор стен и колонн искрился бледным серебряным сиянием, окутывая помещение флером таинственности и волшебства.

На лица не смотрела, да и вообще внимания на людях не заостряла. Ориентиром был отец на троне в конце этого живого коридора. За ним, по правую руку, сидела леди Надин, чуть в стороне заметила Евграна и Лилит Пламенеющих.

Я старалась держать себя в руках, но из-за пристального внимания придворных едва не подкашивались ноги. Боялась, что оступлюсь или наступлю на подол, или… просто покажу свой страх. Псам хватит и этого. Запах страха жертвы гораздо притягательнее аромата ее крови, ведь последнее означает кульминацию охоты, а первое только начало.

Хоть это и не было маскарадом, но я буквально ощущала, как сквозь маски добродушного любопытства и заинтересованности на меня смотрят истинные лики.

Но моя кровь вам не достанется, псы! Я вас даже волками не назову! Потому что они – санитары леса, а вы убиваете забавы ради.

Я не дочь своего отца. Я – внучка своего деда. Меня вам не сожрать!

Подошла к возвышению и присела в низком реверансе.

– Приветствую, ваше величество!

– Добрый вечер, дочь моя, – величественно кивнул Император.

Далее последовал короткий обмен любезностями, после которого меня великодушно отпустили развлекаться.

Уже через полчаса получила возможность убедиться в том, что я красивейшая девушка незаурядного ума и обаяния. За всю свою жизнь не сталкивалась с большим потоком лести, чем на этом балу.

Окружающие говорили с приторно-сладкими улыбками, расспрашивали о моем прошлом с поддельным сочувствием, смотрели на все же иногда допускаемые промахи с насмешкой, скрытой за кружевом веера или бокалом вина.

Что такое королевский дворец? Это фальшивые улыбки, это ирония под маской участия, это жестокость великовозрастных, заигравшихся детей.

Через час меня начало мутить от танцев и бесконечной вереницы придворных, ибо некоторые приглашения крайне рекомендовалось принять.

Когда я уже собиралась позвать Мариоль и ускользнуть на террасу, чтобы немного прийти в себя, рядом появился мужчина и склонился в галантном поклоне.

– Добрый вечер, ваше высочество. – Рыжеволосый выпрямился и одарил меня сияющим зеленым взглядом. – Позвольте пригласить вас на танец?

Конечно же я ему не отказала.

Что такое танцевать с Пламенеющим?

Это все в рамках… но на грани. Расстояние между нами – на грани приличий, его слова – на грани дозволенного, его игра – на грани фола.

– Как спалось? – ползет вверх медная бровь и по узким губам расплывается улыбка.

– Неплохо, – чуть суховато ответила я, пытаясь дать понять, что выбранный тон и тема для данного времени и места неприемлемы.

– Да не волнуйся, – тихий смех ласкает ухо, а теплая ладонь чуть проводит по талии. Все в фигуре танца вроде бы не выходит за рамки дозволенного, но почему у меня стойкое ощущение, что это ласка? – Никто не подслушает, а внешне все вполне благопристойно.

– Почему ты позволяешь себе такое поведение, Рыжий? – насмешливо осведомилась, отступая от него в фигуре танца.

– Аля…

Зря посмотрела ему в глаза. Что же в тебе настолько чарует, Рыж, что в бездонных зеленых омутах можно потеряться? Повинуясь мелодии, шагнула ближе, он обхватил меня за талию, окутывая пьянящим ароматом моря и ветра дальних стран.

– Хватит практиковать свои обычные штучки, Алый! – коротко шикнула на заигравшегося Евграна.

– Не нервничай, – улыбнулся мужчина. – Так надо.

– У тебя всегда «так надо», – вежливо улыбаясь, ответила я, отошла на шаг, присела в реверансе, поднялась и снова оказалась в объятиях партнера. – Только причин для флирта не вижу.

– Вот мне интересно, – задумчиво протянул мужчина, – другие твои кавалеры вели себя аналогичным образом, но такого явного протеста с твоей стороны это не вызывало. Получается, дело в личности того, с кем танцуешь?

Задумалась. Ведь правда, на подобное поведение со стороны других лордов практически не обращала внимания, потому что оно было вполне объяснимо. Я наследница, и если меня очаровать, то вполне можно стать Императором.

Видя, что я в размышлениях, Рыж улыбнулся и продолжал кружить меня в танце, не нарушая молчания.

– Просто не ожидала такого с твоей стороны, – сказала со вздохом. – И надо признать, очаровывать ты умеешь, и я несколько растерялась от такого напора.

– Значит, я произвел на прекрасную принцессу столь сильное впечатление? – Голос рыжеволосого прохвоста приобрел чуть мурлыкающие переливы.

И что ему на это ответить? Если буду отрицать, то он почувствует фальшь и не оставит это без внимания. И что-то мне подсказывает, что если острый на язык Пламенеющий пройдется по теме моего смущения, это мне не понравится. Потому будем искренними. Насколько это с ним возможно.

– А это для тебя новость? – спокойно посмотрела в чуть прищуренные зеленые глаза.

– Моя девочка выросла? – слегка изогнул бледные губы Рыж.

– Я никогда не была твоей девочкой, – присела в завершающем тур реверансе. – Благодарю вас за прекрасный танец и интересную беседу, лорд.

Встала, чуть улыбнулась и, найдя взглядом в толпе Мариоль, направилась к подруге. Она обеспокоенно на меня посмотрела, я же улыбнулась, показывая, что все хорошо. Мари качнула головой в сторону террасы, и мы направились туда.

– Надеюсь, все так, как говоришь, – тихо произнесла Мариоль.

– Все по-разному, – грустно откликнулась я.

– Это ведь он? – Мари остановилась и серьезно посмотрела мне в глаза.

– Да, – едва слышно выдохнула в ответ, – это он.

– Будь осторожна, – покачала головой брюнетка. – Это уже не тот человек, которого ты знала. Да и тогда он не был хорошим.

Задумчиво оглядела первую даму. Мари была прекрасна в платье глубокого зеленого цвета. Темные волосы убраны в высокую прическу, в полутьме глаза казались загадочными, с чуть заметной ноткой лукавства. Как будто прелестная фрейлина знает больше, чем говорит.

– Ты права. – Провела ладонью по мрамору перил. Камень был чуть теплым, видимо, еще не потерял впитанное за жаркий день солнечное тепло. – Он не хороший, но он не плохой, и это главное.

– Ох, мотылек, – печально проговорила подруга. – Он пламя. Но не свечи и даже не костра. Он лесной пожар.

Я ничего не ответила на эту фразу, только покачала головой и предложила вернуться в зал. Мариоль пристально на меня посмотрела, но развивать тему не стала.

Бал – это всегда скорее политическое мероприятие. Находимся тут уже около часа, и я начинаю потихоньку осваиваться и даже изучать окружающую обстановку и людей.

Кроме наших «родных» Кланов тут также присутствовали представители иностранных делегаций. Когда их официально представляли, я была в такой прострации, что только улыбалась и отвечала заученными фразами. Сейчас же с любопытством рассматривала гостей.

Особый интерес представляли послы дальних стран и представители драконов и дроу. И если драконов было мало, то дроу прибыла довольно большая делегация. Впрочем, это неудивительно. Ведь у нас давнее и плодотворное сотрудничество.

Темные эльфы, кроме того, что внешне экзотично выглядели, так еще и личностями были примечательными. Их Подгорное королевство граничило с Империей на севере и, невзирая на название, включало в себя еще немало плодородных земель, удачно оттяпанных в незапамятные времена у какого-то моего предка. Иначе как оттяпанной эту территорию не назовешь, так как дроу провернули все быстро, просто и до безумия нагло. Видимо, потому и сработало. Там, вопреки распространенным суевериям, нелюди спокойно жили и работали, и высокое небо над головой им вовсе не мешало.

Так как Северные горы большей частью были под властью дроу, то, соответственно, тяжелую промышленность они прочно держали в своих черных руках и делиться не собирались. Правда, их периодически пытались подвинуть Серебряные, ведь примерно треть Северных гор и, соответственно, богатые месторождения и рудники находились на их территории. Так что за экспорт дроу и Серебряные конкурировали. К сожалению, этот Клан не был патриотичен и весьма большой объем добываемого продавал за границу.

Еще полчаса прошло во взаимных расшаркиваниях с попадающимися придворными. Лицо уже начинало неметь от надетой любезной улыбки, и мне все сложнее становилось следить за каждым своим шагом, жестом, взглядом. Чувствую, что и так немало промахов сегодня допустила, но усталость начинала сказываться.

Неодобрительно покачала головой, но постаралась искренне улыбнуться своему отражению в огромном зеркале. Девушка в зазеркалье казалась напряженной и натянутой как струна.

Я все еще чувствую себя добычей. Так нельзя. Надо, чтобы было ощущение легкой и уверенной в своем будущем полете женщины.

Вдруг юная принцесса напротив распрямилась. Но теперь в гордом развороте плеч не было напряжения, лишь небрежная уверенность. По розовым губам скользнула довольная улыбка, и я поняла, что поймала нужную волну. Светло-серебряное освещение зала делало меня поистине красивой и… величественной. Темные волосы искрились сталью, а не рыжиной, как обычно, кожа казалась еще белее, а взгляд стал темным, и из него исчезло выражение загнанного зверя.

– Это первый шаг к Императрице, – раздался негромкий знакомый голос совсем рядом. Резко повернувшись, заметила облокотившегося на колонну Кейрана Мерцающего. Тот выпрямился и изящно поклонился. – Браво, наследница. Пусть я несколько опережаю события…

– По слухам, вас редко подводит чутье, – осторожно сказала и присела в реверансе.

– Почти никогда, – тонко усмехнулся Коршун. – Вы перестали быть дичью, леди. Значит, ею скоро станут остальные.

Я снова перевела взгляд на свое отражение, но, когда вновь повернулась к советнику, возле колонны уже никого не было.


Некоторое оживление внесло представление мне Мидьяра Ле-Кинаро и лорда Алира Хора.

С трудом удержав улыбку от преобразования из любезной в искреннюю, присела в реверансе и заверила сиятельных, что бесконечно рада знакомству.

Уже несколько позже, кружа с Хором по залу, тихо проговорила:

– Вы вовремя.

– Я так и понял, – улыбнулся «дядюшка». – Но ты сегодня великолепна. Надо признать, они не ожидали этого. Впрочем, мы тоже.

Как понимаю, «они» – это зубастенькие будущие подданные? Но произвести впечатление на безопасника и Хранителя тоже дорогого стоит.

Прониклась своим величием, самообладанием и немного вздернула подбородок. Над ухом раздался тихий смешок Хора, видимо догадавшегося, в какую степь улетели мои мысли.

Кинула на него обиженный взгляд и недовольно поджала губы, но это только вызвало еще одну улыбку блондина.

Тур закончился, и я снова оказалась в «свободном плавании», но ненадолго. Меня тут же окружил вниманием какой-то яркий и, надо признать, весьма очаровательный молодой человек. Но при всем обаянии было в нем что-то, что заставляло ежиться, когда мы встречались взглядом. Никогда не думала, что чистый, красивый небесный цвет может быть таким неприятным. Или все дело в обладателе прекрасных очей? Проще говоря, лорд Адис Вермен из Синего Клана вызывал опасения на интуитивном уровне. Когда мне уже в третий раз облобызали ручку и проникновенно посмотрели в глаза, я старательно подавила желание эту ручку отобрать и отвести взгляд.

В такой критический момент рядом нарисовался слегка напряженный Евгран, который вежливо извинился перед Синим и сообщил, что леди обещала ему этот танец.

Леди слегка округлила глазки от неожиданности, но с радостью приняла протянутую руку помощи.

– Ты вовремя, – снова повторила уже не так давно произнесенную мною фразу.

– Я так и понял, – улыбнулся Рыжий.

– Что за назойливый тип, – устало вздохнула и слегка сбилась с ритма.

Это осталось незамеченным окружающими лишь потому, что рука Евграна на несколько секунд крепко обхватила за талию, и он буквально удержал меня на весу во время сложной фигуры. Когда кончики туфель снова коснулись пола, благодарно посмотрела на скрывшего мою ошибку мужчину. Тот только ласково улыбнулся в ответ.

– Будь здесь аккуратной со всеми, но с ним особенно, – неожиданно серьезно сказал Пламенеющий. – Не нравится мне пристальное внимание фаворита Ингрид.

– Это та, которая Вьюжная? – напрягла память.

– Верно, – с любопытством оглядев меня, подтвердил Рыж.

– Тогда мне вдвойне не нравится его внимание.

– А на что твое высочество рассчитывало? – цинично скривил губы мужчина. – Это дворец. А ты очень удобный путь к трону, на котором многие хотят погреться.

– Даже ты? – прямо взглянула на Рыжа.

– Не буду отвечать на прямую провокацию, – усмехнулся Рыжий, насмешливо сверкнув зелеными глазами.

Недоверчиво посмотрела на пронырливого лиса и снова сбилась с ритма. Быстро выровнялась, но теперь уже на разговоры не отвлекалась, контролируя движения. Заметив мою проблему, Евгран склонился чуть ниже и стал едва слышно отсчитывать ритм. То ли из-за того, что я теперь следила за своими шагами, то ли благодаря тихим «раз, два, три» над ухом, этот тур закончился вполне достойно.

Потом Пламенеющий, во избежание пристального внимания лорда Адиса, проводил меня к Мариоль. Уже на подходе заметила прищуренные глаза подруги и чуть заметно поджатые губы.

Евгран склонился в прощальном поклоне, одарил многозначительным взглядом и таким голосом поблагодарил за доставленное удовольствие, что я покраснела. Мари тоже. Но, видимо, от злости.

– Голова на плечах есть? – приторно-сладко улыбаясь, осведомилась моя первая дама. Я недоуменно пожала плечами, показывая, что не понимаю, о чем она, и Мари возмущенно выдохнула: – Если начало танца было еще нормальным, то конец… Что он тебе так интимно на ушко нашептывал?

– Ритм отсчитывал, – растерянно ответила. – Я сбилась и даже два раза споткнулась.

Маришка недоуменно похлопала ресницами, а потом чуть слышно рассмеялась.

– Вот змей! Ты бы видела, с каким лицом он это делал!

Я изумленно округлила глаза, а подруга теперь веселилась, пряча улыбку за веером.

– Радуйся! Теперь не только у Императора Пламенеющие в фаворе!

– Так как бы… – растерянно пробормотала, пытаясь осознать размер подставы. Наткнулась на довольный взгляд Лилит, задумчивый отца и два злых и недовольных с другого края зала. Причем гроза во взоре «дядюшки» в скором будущем обещала мне массу впечатлений и как минимум получасовую нотацию. Злость же Мидьяра испарилась в никуда, и теперь он только с интересом меня осматривал и улыбался. Чему радуется Искусник, так и не поняла.

Поискала, так сказать, виновника торжества, но Евгран как сквозь мрамор провалился.

Ну ладно…

Мы с подругой отошли к окну, и я осторожно провела кончиками пальцев по нежным лепесткам роз, стоящих в высоких вазах.

– Все же Кейран переупрямил Ровену.

– Скорее, перехитрил, – улыбнулась Мариоль, которой я рассказывала о забавной сценке, замеченной в саду. – Слышала разговор слуг, что он просто отослал ее в дальнюю часть парка облагораживать любимую клумбу Императора. Та, конечно, глубоко сомневалась в наличии таковой, но откровенно пренебрегать распоряжением не посмела. А Мерцающий просто продал большую часть императорских орхидей дроу, и у Ровены не осталось вариантов. В достаточном количестве для украшения бального зала имелись только розы.

– Ничего себе! – восхитилась Коршуном я.

– Ага, – скрыла за веером широкую улыбку Мари. – Изворотливый!

Как ни странно, настроение поползло вверх, и теперь даже туфли как будто перестали натирать ноги, а корсет выжимать весь воздух из легких.

Как оказалось, возрадовалась я рано. Лорд Адис так просто не сдавался.

Не успело пройти и двадцати минут после того, как я закончила танцевать с Евграном, как Синий опять появился рядом. Мари тоже удостоилась потока лести и комплиментов и теперь, слегка ошеломленная, пыталась все это переварить. Наконец лорд Адис пригласил меня танцевать, и, так как подмога не неслась на всех парусах, приглашение пришлось принять. Танцевать с ним было бы приятно, если бы партнер не вызывал у меня интуитивное отторжение и желание отстраниться.

Как только танец закончился, Синий и не подумал лишать меня своего сиятельного общества. Начинала думать о том, что Адис неплохо рифмуется с Гадисом… А что? Звучит!

Я уже вымученно улыбалась и даже позволила себе такую бестактность, как посмотреть на часы. Слава всему, бал уже подходил к концу.

Сейчас я опять натянуто улыбалась лорду Адису и искала причину для отказа в третьем танце. Уже склонялась к тому, чтобы, презрев приличия, напрямую поведать о своем нежелании выделять его среди остальных кавалеров. Но тут появился мой рыцарь. Правда, в его благородных порывах я тут же разочаровалась, поскольку альтернатива была невеселая. Или третий тур с Гадисом, или с Пламенеющим.

Уже склонялась к последнему, когда раздался спокойный голос:

– Прошу простить, лорды, но дама, видимо, запамятовала, что обещала последний танец мне.

Облегченно выдохнула и повернулась к спасителю, но благодарная улыбка замерзла на губах, когда увидела тлеющие в глубине серых глаз угольки злости.

– Конечно, лорд Хор, – присела в реверансе. – Прошу простить мою забывчивость.

– Ничего страшного. – Блондин с поклоном принял мою руку.

Танец был несложный, но тяжелое молчание угнетало. Нерешительно подняла глаза на безопасника, не в силах понять причину его раздражения.

– Спасибо, что выручили, – благодарно улыбнулась «дяде». – Я уже и не знала, что делать.

– Я так и понял, – сухо ответил Хор.

Прикусила губу. Почему-то отстраненность лорда Алира Хора меня задевала.

К счастью, через некоторое время гости начали расходиться, и теперь вполне допустимо было удалиться, чем я и воспользовалась.

## Глава 13. О двойных стандартах

> Никогда не говори: «Я ошиблась», лучше скажи: «Надо же, как интересно получилось!»

Спустя полчаса Мари, которая уже помогла снять верхнее платье и украшения, теперь сидела у меня за спиной на кровати и аккуратно расплетала сложную прическу.

– Зверски болят ноги, – пожаловалась подруге. – Да и вообще все болит.

– Ага, – согласилась Мариоль. – Теперь понимаю, почему мероприятия такого масштаба проводятся редко. Иначе бы ряды благородных дам таяли с угрожающей скоростью!

– Сегодня мы очень устали и хочется только спать, а ведь завтра нас будет пытать Асгард, – тоскливо посмотрела на книгу, лежащую на тумбочке.

– Строение элементов, – поежилась подруга.

– Полярность веществ, – передернулась я. – Но учить надо. Ты помнишь, как он на нас смотрел, когда мы в прошлый раз тему даже не открывали?

– А кто виноват, что нам поставили дополнительный урок этикета? – возмутилась Маришка. – Короче, ведет себя в лучших традициях преподавателя. Уважительная причина для незнания – это или безвременная смерть студента, или конец света накануне вечером. Причем если вариант первый, то хоть в виде призрака являйся, но отвечай.

– Какого прекрасные дамы обо мне лестного мнения, – раздался холодный голос откуда-то от окна.

Расслышав спокойные иронические нотки, мы с Мари судорожно вскочили, и даже стукнуться головами в процессе умудрились.

Когда наконец посмотрели в сторону окна, то разглядели на подоконнике согнувшегося от беззвучного хохота Мидьяра.

– Ярр! – хором воскликнули с подругой.

– Ага, – подтвердил веселящийся прохвост.

– Я тебе сейчас все косички повыдергиваю! – Я завернулась в кинутое мне Мариоль покрывало и решительно встала. – Ты совсем обалдел? Я, между прочим, не одета!

– Девочки, у вас таки-и-ие лица были! Это что-то!

– Ах ты… – задохнулась от возмущения, машинально нащупала на стоящей рядом кровати подушку и запустила в расхохотавшегося Хранителя Грез. Разумеется, он увернулся.

– А я помогу в прореживании шевелюры, – была полностью солидарна со мной Мариоль.

– Эй, – с опаской наблюдал за нашим приближением Ярр. – Я же пошутил.

– Мы сейчас тоже шутить будем, – многообещающе улыбнулась подруга. – Совсем чуть-чуть и почти не больно.

– Я – Хранитель, – сполз с подоконника Искусник.

– Не волнуйся, я в курсе, – ласково улыбнулась в ответ, медленно двигаясь к жертве.

– А еще начальник отдела Иллюзий, – обеспокоенно сообщил Ярр, начиная медленно отступать.

– Тоже в курсе, – не отрицали очевидного мы.

– Неприкосновенное лицо! – возмущался Хранитель, медленно пятясь по кругу. Невзирая на показной испуг, в синих глазах Мидьяра золотом искрился смех.

– А вот это не факт, – расплылась в крокодильей улыбке Мари и бросила в рыжего очередной подушкой. Тот со смехом отступил, и она пролетела мимо.

– Да ты меня просто не поймаешь, детка, – усмехнулся Мидьяр.

– Кто-о? – выдохнула Мари.

– Ну – почесал нос Ярр и сверкнул проказливой улыбкой, – на взрослую, уж извини, не всегда и не во всем похожа.

– Тогда не буду тебя разочаровывать! – Мари снова вооружилась подушкой и бросилась за Ярром, видимо решив, что за такое оскорбление станет мстить собственноручно, не доверяя такую хрупкую штуку, как победа, свободному полету. Тем более, как показала практика, от летающих снарядов Ярр с успехом уворачивался.

Я немного отошла в сторону, чтобы не мешать гонкам вокруг стола, и с улыбкой наблюдала за представлением. Мари раскраснелась, и на личике подружки горел такой азарт, что я даже была благодарна Мидьяру за его шутку. Это позволило снова увидеть прежнюю, не отягощенную проблемами и ответственностью Мариоль. Да и мое настроение неуклонно ползло вверх. Видимо, я заражалась беззаботным весельем, царящим в комнате. И если бы не моральная и физическая усталость, то с удовольствием бы присоединилась.

Но тут пробегающий мимо Ярр оступился и стал падать прямо на меня. Сориентироваться не успевала никак, но Хранитель смог сгруппироваться, и сверху все же очутилась я. Покрывало, естественно, отлетело в сторону, и я снова оказалась в непрезентабельном виде.

Со стоном села, встретилась взглядом с веселыми синими глазами, и губы стали неудержимо расплываться в улыбке. Ярр рассмеялся первым. Я не выдержала и присоединилась.

От комизма ситуации хотелось и смеяться и плакать одновременно.

Принцесса, ее первая дама и Хранитель Грез ведут себя, как дети. Сначала обстрел подушками, потом догонялки, и, в завершение картины, ее высочество без верхнего платья сидит на мужчине посреди спальни и не торопится с него слезать. Поймав последнюю мысль, я, все еще смеясь, начала вставать с Мидьяра, как вдруг от злополучного окна донеслось:

– Ну ничего себе…

Медленно повернулась, увидев растерянную Ровену и удивленного Лира.

– Не спальня, а проходной двор! – озвучила мои мысли Мари.

Оглядела одетую подругу, вспомнила, что сама сейчас в одних нижних юбках, корсете и сорочке, да еще и босиком… И вот что эти новоприбывшие, интересно знать, подумали?

– Какая страсть… – подтвердила мои опасения Ровена.

– Какие у вас неприличные мысли, – пропыхтела Мари, помогая мне подняться.

Встав, чуть толкнула Ярра, привлекая внимание и знаками намекая, что неплохо бы все объяснить коллегам.

– Какие позы, такие и мысли, – почесав нос, отметил Лирвейн.

– Все вышло совершенно случайно! – «оскорбленно» выдал Ярр.

Он тоже поднялся с пола и сейчас встал рядом с коллегой у окна. Ровена же прошла в комнату и присела на краешек стола, вокруг которого был устроен забег Мари с Мидьяром. Хранительница наклонила голову и с лукавым прищуром наблюдала за происходящим.

– Такое, как правило, случайно и происходит, – кивнул Лир, облокотившись о раму.

Я осмотрела себя, потом глянула на Мариоль, перевела взгляд на мужчин напротив. На хитром лице Ярра уже сияла радостная улыбка, а на лице его длинноносой милости расползалось еще ни разу мною до этого не виданное выражение. Даже как его назвать, не знаю. Иронично-хищное. Вот! Ощутила большое желание закутаться в покрывало, а еще лучше швырнуть его в наглые физиономии напротив.

– Господа, а не изволите ли вы выйти вон?! – не выдержала наконец я. Издеваются, да? И так вечер тяжелый, а теперь еще и это!

– А смысл? – Лир подпрыгнул и уселся на подоконник. Подумал несколько секунд и закинул туда же длинные ноги. – С той стороны, – указал на дверь в гостиную, – сидит какая-то очаровательная блондинка и пытается нас подслушать. Причем весьма кустарными методами.

Мидьяр присмотрелся к двери и радостно воскликнул:

– Ой, какая дурочка! Со стаканом… – озадаченно закончил Искусник.

– Если нас подслушивают, то почему вы так вопите? – недовольно поморщилась Мариоль.

– Она все равно ничего, кроме сплетен, не слышит, – отмахнулся Ярр.

– Мы чего только не навесили на твои покои, – пояснил Лирвейн.

– Что вы тут делаете, кстати? – осведомилась я. – Да еще в таком немереном количестве.

– Ты меня опять перебиваешь, – нахмурился Лир. – Я не закончил. На поле вокруг спальни, в числе прочего, стоит сигналка. На случай, если рядом долго находится кто-нибудь колдующий или носящий сильный амулет. А если учесть, что защита сработала, а дозваться до Ярра, который ушел к вам полчаса назад, не представлялось возможным, пришлось идти нам.

– Если вы не можете выйти в гостиную, то придите телепортом минут через десять, мы хотя бы оденемся, – все еще не видела проблемы я.

– Дело в том, что, судя по всему, на той барышне амулетик, который может зафиксировать колебания пространства. Или, не дай боги, внести искажения. – Лир запрокинул голову, откидываясь на стену, чуть повернулся к нам, и в серых глазах солнечным бликом сверкнуло пламя камина. – Так что пока мы отсюда невыездные.

– А как ваш приход не почувствовали?

– Колебания гораздо меньше. Почти незаметны, – отозвался Лир.

– Да не проблема! – Мари подошла к двери и вежливо в нее постучала.

С той стороны послышался легкий шорох.

– Красиво бежит, – задумчиво выдал Мидьяр.

– А вот теперь вернемся к делу, – сложила я руки на груди. – Ярр, ты зачем приходил?

– Вообще немного нервное напряжение снять, – признался музыкант. – Ты сегодня хорошо держалась, но тебе было очень сложно. Если сейчас ничего не сделать, то последствия будут нехорошими.

– Ты уже сделал, – улыбнулась я в ответ. – Ведь так?

– Естественная встряска и снятие стресса более полезны, чем какое бы то ни было воздействие, – подмигнул Мидьяр.

– По тебе плачут театральные подмостки, – вздохнула, с укоризной поглядев на Искусника.

– Я не актер, – развел руками мужчина.

– Ты постановщик, – согласно кивнула я.

Несколько секунд Мидьяр Ле-Кинаро смотрел на меня острым, пронзительным взглядом, в котором снова царила беззвездная ночь, потом скривил губы в какой-то горькой усмешке и промолчал.

– Но все равно спасибо… – тихо шепнула я.

– Все же что это за «злобный шпион» с такими кустарными и откровенно идиотскими методами добычи информации? – спросила Ровена.

– Знаешь, если бы не амулет, я бы списал все на женскую глупость и неумное любопытство, – ответил ей Хранитель Воды. – Но в свете данной крайне занятной штучки выводы делать поостерегусь.

– А кто это был? – поинтересовалась я.

– Я твоих болонок поименно не знаю, – покосился на меня Лирвейн.

– Выясним, – вздохнула Ро. – Я думаю, если все в порядке и наш диверсант ретировался, то можно удалиться. Девушки устали, им надо выспаться, а ведь завтра ехать в резиденцию, и отдыхом эти выходные не станут.

– А как с заменой? – полюбопытствовала Мари. – Вы подобрали девушку на мое место?

– Да, – кивнул Лир. – Пусть еще несколько дней рядом с тобой побудет, понаблюдает, а потом сделаем обмен.

– Сколько дней в неделю мне придется находиться при дворе? – спросила я у блондина.

– Два-три точно, – что-то прикинув в уме, ответил Лир.

– Лучше, чем было, – кивнула головой в ответ. – А можно установить определенные дни?

– Та-а-ак! – ожила Мари. – Значит, этикет, вышивание и прочая ерунда мне, а сама возьмешься за то, что интереснее и полезнее?

– А что тебя удивляет? – тихо ответила ей, твердо посмотрев в глаза. – Ключевое слово в твоей фразе «полезнее». У меня нет времени и сил на то, чем пытаются занять мои дни во дворце. И есть дела намного важнее.

– Меня ничего не удивляет, ваше высочество. – Мари опустила глаза и присела в реверансе. – А теперь позвольте откланяться.

Подруга, не дожидаясь моего разрешения, быстро вышла из спальни.

С ее уходом меня покинули оставшиеся силы и навалилась слабость с апатией. Я медленно опустилась на покрывало. Ссутулились плечи, которые так устала за сегодняшний вечер держать развернутыми, а одеревеневшая прямая спина согнулась.

Покосилась на Хранителей и с неудовольствием отметила их присутствие в комнате. Слепые, что ли?

Сделала усилие, встала и прямо посмотрела на них.

– Господа, буду очень вам благодарна, если вы последуете примеру моей первой дамы и удалитесь.

Лирвейн уже не сидел на подоконнике, а стоял, опираясь на стенку. В серых глазах Хранителя промелькнуло что-то вроде удовлетворения, и он согласно кивнул головой.

По лицам Ровены и Мидьяра ничего нельзя было прочитать. На редкость невозмутимые.

– Как скажешь, – первая отреагировала Ро и создала портал.

Следом за ней откланялся Искусник.

Лирвейн, уже стоя возле открытого перехода, оглянулся и указал на дверь.

– Сейчас вы друг друга не поняли. Вечер был сложным, у обеих сдали нервы. – Лир чуть улыбнулся и добавил: – Поэтому советую выяснить отношения. То, что сейчас случилось, должно было произойти, раньше или позже. Ты – принцесса, а кровь не водица. Вы не равны.

Не дожидаясь моего ответа, Хранитель растаял в голубой дымке телепорта.

Как только осталась одна, почувствовала, как подкосились ноги, и обессиленно сползла на пол.

Все так сложно. Кто из нас виноват? Я – в том, что не указала на неуместность шутки немного мягче, или она – потому что не попыталась как-то сгладить ситуацию?

Вот и первые потери Александры вир Толлиман.

Сколько еще таких осколков прошлой жизни останется позади меня?

Но позволю ли?

Она моя подруга. И Лир прав. Стоит пойти к Мариоль.

Хоть и понимаю, что к прошлому возврата нет, как и к нашим прежним отношениям, но ведь можно преобразовать старое в новое! В прочное! Которое выдержит нашу новую среду обитания. Которое выдержит сначала принцессу, а потом и Императрицу.

Откуда-то снова появились силы, и я пошла мириться с подругой.

Тенью проскользнула по темным коридорам и наконец оказалась в апартаментах Мариоль.

Мари, свернувшись калачиком, лежала на огромной постели. Взгляд был отрешенный, щеки блестели от слез.

Грудь сдавило острой жалостью и виной. Я не знала, что говорить, и потому действовала интуитивно. Просто забралась на кровать и обняла подругу. Несколько секунд та безучастно лежала, но потом чуть слышно всхлипнула, резко повернулась и крепко обняла меня в ответ.

Сколько прошло времени? Минута, пять или десять? Разве важно? При слабом свете ночника я осторожно гладила Мари по волосам и спине, а она просто лежала, уткнувшись носом мне в плечо.

Какая ирония. У нас всегда плакала и расстраивалась я. Утешала она.

Мы не говорили сегодня. Просто молчали. Но ведь и тишина иногда бывает такой красноречивой.

«Прости меня, – неслышно сказали карие заплаканные глаза. – Я не должна была уходить, так ничего и не прояснив».

«И ты меня прости, – слышала ответ тишина. – Я повела себя эгоистично. Слишком заигралась в «ее высочество Александру вир Толлиман».

«Рада, что ты смогла ею стать, – слабая улыбка на губах подруги. – И не виню. На этом балу Алю бы сожрали и не поморщились. Шансы были только у Александры».

«Я просто не успела вернуться…»

«Тебе и нельзя было…»

Не знаю, сколько длился этот разговор без слов. Мы потеряли счет времени, да и зачем нам это?

Незаметно, под мерное дыхание дорогого человека рядом, я сама уплыла в сон.

К этому разговору мы с Мариоль больше никогда не возвращались, но «первый день принцессы» и связанные с ним перемены навсегда остались в памяти. Да, наверное, и в нашей сути.

Так было надо. Просто надо.

Ведь человеку свойственно меняться.

Следующая неделя прошла нервно и суматошно. На выходные, несмотря на договор, выбраться в резиденцию Хранителей не получилось. Отец устроил выезд, в котором единственная преемница престола конечно же должна была участвовать. Так что все эти два дня в загородном дворце я опять улыбалась придворным, старательно избегала Пламенеющего и едва ли не по кустам пряталась от лорда Гадиса. Притом стыдно за такое поведение мне не было абсолютно. Потому как нервы дороже. Вдобавок, если не сдержусь и наговорю навязчивому дамскому угоднику лишнего, это плохо отразится на мне самой. Так что терпим и при появлении врага на горизонте спешно осуществляем наступление в противоположную сторону. Тактика наше все!

Но если Адис вызывал веселье с ноткой опаски и непонятной брезгливости к самому Синему, то от Евграна я реально бегала как от огня. Проанализировала все происшедшее накануне и поняла, что оно мне не нравится. Не нравится моя реакция на Рыжа. Хотелось ему верить. Очень. А если учесть происхождение мужчины и его непонятные цели и стремления, это было плохо. Очень.

Рыж уже не тот человек, которого я некогда знала. Прошло восемь лет, и большую часть этого времени Пламенеющий был главой СБ своего Клана. Безопасник! Сильный, волевой, жесткий, беспринципный и наверняка не стесняющийся в методах достижения своей цели.

И к этому человеку мне хочется забраться на колени, обнять, прижаться, запустить руки в теплые рыжие волосы и едва ли не мурлыкать!

Я сошла с ума, однозначно!

Но и его отношение… Ко мне никто не относился с таким теплом, настолько бережно. Но я ничего не знаю о его целях! Создатель, что же делать?

Что делать, что делать… Учиться.

По возвращении нас с Мари поменяли местами, и события опять вышли на новый вираж.

Хранители, совместно с не любимой ими «старой вороной» Надин, насели на батюшку, и занятия с Советом все же стали приоритетными.

Бабуля вообще выходила из своих апартаментов крайне редко, но каждое ее появление грозило немалыми переменами.

В течение следующей недели я бешеной белкой скакала между дворцом, департаментом и резиденцией Хранителей.

Короче, хотелось биться головой о ближайшую стенку.

Еще и Лир внезапно стал ехидной наглой сволочью, которая не особо стесняется в методах обучения. Чего я только не наслушалась за это время! Впрочем, через пару дней не выдержала и начала отвечать. Так что теперь цапались мы даже ко взаимному удовольствию. Уже начинала скучать по тому замороженному Хранителю Воды, с которым некогда познакомилась.

Заскоки Лирвейна немного объяснил Мидьяр.

Был уже достаточно поздний вечер, мы сидели на подушках в апартаментах Искусника. Вернее, сидели мы с Ровеной, а Мидьяр завис в полутора метрах над полом в гамаке из силовых нитей и задумчиво переплетал черно-золотые волосы. Сегодня Ярр нас опять удивил. Не знаю, чего он хотел добиться очередной переменой колера шевелюры, но мне такая расцветка навевала мысль только об одном. О пчелках.

Или это намек на его тяжкие труды на поприще моего обучения?

Искусник пытался мне объяснить, как накладывать долговременные иллюзии на ауру. Притом из энергии подопытного, иначе вмешательство иллюзиониста будет слишком заметно. Подопытной у меня была Ровена, но, по словам девушки, никакого результата, кроме сонливости, у меня вызвать пока не получить.

Мариоль в это время в лаборатории мучил Аэрлис. Ну или она его. Там есть варианты…

– Не отвлекайся! – строго прикрикнул Ярр. – Я тут кому объяснять пытаюсь? Тебе или стенке?

– Да не получается! – воскликнула я, окончательно выныривая из уровня лент. – Вот хоть тресни!

– Если поможет, то непременно тресну! – зловеще пообещал Мидьяр.

– Что вы как с цепи сорвались в последнее время? – недоуменно поинтересовалась у Хранителей. – Допустим, ты и так не особо уравновешенный, но даже Лир и Асгард совсем нервные стали. И Мари на Лиса жалуется.

– Мы – маги, – спокойно отозвался Искусник. – Хоть и с гораздо большим потенциалом, но факт есть факт, и из-за того, что пропускаем через себя много энергии, не особо спокойные.

– То есть вы… – так и не решилась озвучить.

– Ненормальные – в понимании обычного человека, – спокойно подтвердил мои выводы Мидьяр. – Кто-то в большей, кто-то в меньшей степени. У некоторых странности не выходят за пределы некоторой эксцентричности, другие скрывают особенности своей психики, а третьи живут так, как велит им Дар и желание.

– Мне вы не кажетесь совсем уж сумасшедшими, – проговорила, глядя на непривычно задумчивого Мидьяра.

– Напомнить, кто ты сама? – вскинул золотую бровь Ярр. – Ты – Проводник, Александра, и сама такая же.

– Если все так сложно, то как вообще магов к престолу допустили? – недоумевала я.

– Аля, – чуть прищурил синие глаза Искусник и немного откинулся назад, – маг гораздо сильнее обычного человека. И они изначально у руля. Вир Толлиманы же пришли к власти из-за своей генной мутации, которая позволила предложить простым людям нечто большее, чем просто грубую силу.

– Если вливать магию напрямую в энергетическое поле, то мир сам распределяет полученную энергию. Естественным, так сказать, путем, – медленно проговорила Ровена. Фейри сегодня была непривычно тихая и задумчивая.

– А потом твой род и Хранители заключили договор, дающий вир Толлиманам неограниченную силу, а нас наконец-то перестали травить и преследовать, – закончил Мидьяр. – Все довольны и счастливы, но, видимо, кому-то устоявшаяся система кажется несовершенной.

– Понятно…

– По поводу поведения магов вообще и Хранителей в частности, – вернулся к изначальной теме Ярр. – Если обычные волшебники зависят только от того, насколько они часто колдуют, то Хранители еще вынуждены сливаться со своими Источниками. Лир ведь тебе рассказывал про адаптацию организма при открывшемся магическом потенциале? – Получив положительный ответ, Мидьяр продолжил: – Так вот, хоть и в несколько меньших масштабах, но все это есть у нас на постоянной основе.

Так, что там Лир говорил? Повышенная нервная возбудимость, гормональные бури, обостренные реакции тела и прочие «радости»…

– Проводник тоже постоянно в таком состоянии? – тихо спросила я.

– Конечно, – согласно кивнул головой Хранитель Грез. – Но потом научишься контролировать силу и сама станешь следить за состоянием организма.

– Весело, – ошеломленно выдала я.

– Так что не удивляйся своим не совсем разумным реакциям и порывам, – вновь подала голос Ровена. – Сейчас еще в пределах нормы, но когда ты станцуешь со стихиями, то первое время будет весело. Кстати, советую заранее подумать о мужчине.

– В каком смысле? – осторожно спросила я.

– В прямом, – невозмутимо ответила Ровена. – Гормоны, обостренные реакции, чувствительность – в том числе и тактильная, физическая…

– Это то, о чем я подумала? – слабым голосом спросила у брюнетки.

– Без понятия, о чем ты подумала, но я говорю о том, что тебе понадобится любовник, – безмятежно улыбнулась черноглазая фейри.

– Что-о-о?!

– Аля, ну не будь маленькой девочкой, – кошкой прищурилась Ровена. – Тебе не пятнадцать вообще-то, и уже пора. Даже с точки зрения здоровья себя любимой.

– Но как же…

– Вообще, Ро права, – старательно изучал люстру Мидьяр, но губы мужчины дрогнули в попытке сдержать улыбку. – Если ты будешь неуравновешенной, то отвратная из тебя наследница получится.

– Так я все равно неуравновешенна буду!

– Ну не скажи, – протянул Ярр, сверкнув синими глазами. – Вот на меня посмотри. Я не особо спокойный, но если бы не было более чем насыщенной личной жизни, то вообще бы жуть что творил!

– А что, Лир тоже такой был? – цеплялась за ниточки я. – Еще скажи, что и у этой рептилии расписание!

– Ну-у, – протянул Ярр. – Вообще-то да. А примороженный, потому что он у нас Вода. Вода изменчивая. На момент вашей встречи он был в своей любимой холодной фазе, сейчас понемногу теплеет. Вот, правда, воли стихии он не дает. И это плохо.

Когда спустя десять минут я вернулась в свою комнату, то все еще пребывала в легком шоке от грозящих радужных перспектив.

Блин! Где мне его искать-то? Любовника…

Так и не найдя не то что выхода, а даже форточки, в расстроенных чувствах завалилась спать.

Интересно… А у Аса тоже расписание? Тьфу, блин! Ну и мысли!


Несколько недель пролетели в занятиях, тренировках и гонках по дворцовой местности от нежно мною любимого лорда Адиса. Синий упорно не сдавался, но я научилась ловко от него удирать. Правда, это не всегда выходило, и тогда я очень сожалела об отсутствии способностей к мимикрии. О том, как ругала Гадиса вынужденная заменять меня Мариоль, можно скромно промолчать.

Пламенеющий после охоты из дворца благополучно испарился, и виделись мы теперь только на редких ужинах в близком кругу. Притом Рыжий бросал на меня такие долгие, задумчивые взгляды, что становилось несколько не по себе. Пришла в голову мысль, что если он спокойно появился у меня в спальне тогда, то кто мешал нарисоваться там снова? Но подруга о его визитах ничего не рассказывала…

Короче, сплошные «почему», на которые никто не торопился отвечать.


Время шло, и если поначалу мне хотелось увидеть Алого, то потом я успокоилась и о Рыже теперь практически не вспоминала. Вернее, всякий раз, когда мысли уходили в далекую от работы и учебы степь, безжалостно опускала себя с небес на землю.

Потому как, к моему огромному сожалению, это рыжее солнце прошлого я должна была воспринимать не иначе как противника.

А может, тут вообще все просто? Ровена говорила про обостренные реакции и прямым текстом сказала, чтобы я думала о мужчине. Если Рыж мне кажется привлекательным… М-да… Совсем красиво.

Так! Не будем паниковать! Посмотрим, есть ли в моем окружении кто-то более подходящий, чем Пламенеющий, увлечение которым сможет свести на нет мой интерес к Рыжу.

Перебрала всех своих знакомых и поняла, что желание постучаться головой об стенку вовсю прогрессирует. Потому что как мужчин я воспринимала только «дядюшку» и – о ужас – Лирвейна. Рыж еще не худший вариант. Хотя бы потому, что что-то мне подсказывает: Пламенеющий не так уж и против. А блондины… М-да.

А может, реально себя заинтересовать еще кем-нибудь?

Например, Мидьяр. Шикарный мужчина! Ну шикарный же! Высокий, обаятельный, тоже рыжий, кстати. Ну большую часть времени. Что там еще… Глаза красивые. Вот! Нрав легкий. Очень жаль, что этот потрясающий индивид совершенно не в моем вкусе.

Ладно. Поехали дальше!

Так… Аэрлис.

М-да. Кот и есть кот. А я как-то против шерсти. Это раз. Странный он и непонятный. Это два. Да и не вдохновляет он меня, если честно. Вот совсем. Это три. И боюсь, что Мариоль, при всей непереносимости зеленоглазого, не погладит меня по головке, если я начну рассматривать Тьму как мужчину. Стало быть, тему закрываем.

Асгард. Представила, содрогнулась и решила не рисковать.

Кейран Мерцающий. Иду на крайность, да. Но, к сожалению, никаких других достойных представителей сильного пола не видно. Увы и ах, сей примечательный джентльмен тоже не в моем вкусе.

И-и-и… Заключительным лотом нашего парада «Симпатии Александры вир Толлиман» идет лорд Адис Вермен. Синего сразу дисквалифицируем. Ибо противный.

Итак, что мы имеем? Да все то же самое: Лирвейн и лорд Хор.

Пойду-ка я спать. Потому как ни одна кандидатура не устраивает. И держу пари, им мои мысли тоже не понравятся.

Так что спать, спать, спать. Глядишь, мозги на место встанут, а то это уже ни в какие рамки не вмещается!

Решительно поднялась с кресла и отправилась переодеваться и готовиться ко сну.

В спальне догорал камин, из-за чего в комнате царил густой полумрак. Внезапно меня обхватили руками и нежно выдохнули на ухо: «Угадай, кто?»

## Глава 14. О противоположностях и вредных натурах

> Птичка, птичка

> В золотой клетке,

> Что тебя ждет – огонь или лед?

> Саруман. «Санса»

Первой реакцией была вовсе не попытка угадать. Я сжала зубы, резко дернула головой назад и дала пяткой по колену обнимающему.

К сожалению, цели достиг только удар ногой, но он был слаб и мужчине никакого урона не нанес. Грудь стало жечь от недостатка воздуха, и только сейчас я поняла, что от страха и неожиданности перехватило дыхание. Но стоило снова начать дышать, как уловила еле заметный запах моря, южных специй и соленого ветра. Меня быстро развернули, и я получила возможность убедиться в мелькнувших подозрениях о личности ночного гостя.

Рыж стоял рядом, держа меня руками за плечи, и с беспокойством вглядывался в мое лицо. По всей видимости, ко мне в гости Пламенеющий направился сразу с работы, так как на Рыже была темно-бордовая с белыми нашивками форма СБ Алого Клана.

– Ты совсем в своем департаменте с головой распрощался? – «ласково» начала я. – Раньше казался более сообразительным!

– Прости, я не думал, что ты так нервно отреагируешь, – спокойно отозвался Евгран, но в зеленых глазах мелькнула искра обеспокоенности.

– Что тебя конкретно удивляет? – все так же «нежно» спросила у рыжего змея. – То, что, услышав мужской голос, я так отреагировала? То, что я злюсь, потому как с каждым разом твоя наглость все больше прогрессирует? В прошлый раз ты был в полночь в гостиной, сейчас… – посмотрела на настенные часы, – сейчас почти два. Ты вломился в спальню и испугал меня по полусмерти.

Последнюю фразу я уже почти прошипела. Но, судя по всему, на Пламенеющего это особого впечатления не произвело.

– Признаю, неудачная шутка, – примирительно поднял ладони Рыж. – Но у меня есть уважительная причина.

– Какая же? – язвительно осведомилась, шагнув ближе к нему, потому что он отступил, и лицо Пламенеющего оказалось в тени. А я предпочитаю видеть его глаза.

– А ты настойчивая девочка. – В низком голосе послышались какие-то незнакомые мне нотки.

Повинуясь инстинкту, который во весь голос вопил об опасности стоящего рядом со мной человека, я решила все же отступить от Пламенеющего.

– Я не девочка!

– Я вижу, – ответом мне был смешок.

– Драгоценный, тебя не в ту степь несет, – решила обозначить мужчине траекторию его кривой.

– В чем-то ты права, – тихо рассмеялся Рыж.

Я прикинула ситуацию. Ночь, спальня, Пламенеющий и я в одном халате. Внезапно стало весело. Я не удержалась и хихикнула. Евгран улыбнулся.

Села на кровать и похлопала по покрывалу. Дождалась, пока Рыж опустится рядом, отползла от него на другой край постели и скрестила руки, чтобы дать понять Алому, что у нас с ним серьезный разговор. Да-да! Именно серьезный!

– И?.. – вскинул бровь Рыж.

– С тобой невозможно разговаривать, – ответила, глядя в честные зеленые глаза. – Вот какого, а? Мне только в твои игры сейчас играть! Я устала, так что изволь удалиться, хочу спать!

Откинулась на спинку и выжидающе уставилась на Рыжа.

– Ну и что ты злишься? – примирительно спросил Евгран.

И правда…

– Тебя долго не было, – задумчиво ответила я. – Мне нельзя к тебе привыкать, Рыж.

Мужчина со вздохом вытянулся на постели у моих ног, немного помолчал и, тщательно подбирая слова, ответил:

– Мне тоже, девочка. – В полутьме черты его лица уже не казались такими резкими и хищными, как при дневном свете. И из меня уходили те остатки опасений, какие еще были. – Мне вообще нельзя было у тебя появляться. Ведь прошло восемь лет. Был шанс, что ты забыла.

– Я почти забыла, – немного схитрив, грустно улыбнулась я. – Но ты очень эффектно о себе напомнил.

– Не удержался, – согрел меня зеленым взором мужчина, – что поделаешь. Ты меня всегда притягивала… теплом. Именно поэтому я тогда не ушел сразу, как смог телепортироваться.

– Зачем тебе мои волосы? – решила прояснить давний вопрос.

– Как сказать. – По губам мужчины расплылась довольная улыбка.

Он потянул за цепочку и вытащил из-за ворота медальон. Открыл и достал длинную русую прядь. Накрутил волосы на палец и кинул на меня лукавый взгляд.

– Кроме того что это память, я всегда знаю, что с тобой все хорошо. И… – острый взгляд из-под медных ресниц, – ты ведь носишь мою где-то при себе, так? Иначе не было бы такого эффекта.

– Ну ношу, – вздохнула я. Не зная, что еще сказать, смущенно отвела глаза и замолчала.

– Как странно повернулись наши судьбы, – еле слышно произнес Рыж.

– Девочка-принцесса и Алый, – согласно прошептала я. – Что может быть смешнее. Зачем ты тогда сделал такую связь?

– Я не думал, что буду так нуждаться в напоминаниях о тебе, – задумчиво проговорил Пламенеющий. – Но среди грязи двора так хотелось вернуться к чему-то светлому, пусть даже в мыслях. Для меня этим оказалась ты.

– А я вспоминала яркую осень. Ты был ее олицетворением.

– Ты же говорила, что любишь зиму, – улыбнулся мужчина, все так же глядя в потолок.

– Люблю, – задумчиво кивнула в ответ. – Но осень, с некоторых пор, тоже.

По губам Рыжика снова расплылась улыбка, он внезапно повернулся на бок и прямо посмотрел на меня, прищурив глаза.

– Мне приятно, милая.

Несколько секунд я смотрела на этого шута, потом не выдержала и кинула в него подушкой. Рыж ее поймал и отправил в обратный полет. Продолжать баталию я не стала, просто тоже легла и повернулась к нему.

– Я скучал, – тихо и серьезно сказал Евгран.

– Чего ты хочешь? – устало спросила я. – Ведь понимаешь, каков будет мой ответ. Но мы оба не знаем, что впереди. А я без понятия, зачем ты так себя ведешь. В тебе как будто две личности – Евгран Пламенеющий и Рыж. Первого я… боюсь. Я не знаю его целей.

– Наверное, правильно делаешь, – задумчиво ответил рыжеволосый. – Так как первый принадлежит Клану со всеми потрохами и даже рыпнуться не может. Ну… почти.

По губам рыжеволосого скользнула легкая злорадная улыбка, и я поняла, что те, кто думает, что Пламенеющий полностью под контролем, сильно ошибаются. И еще пожалеют о своей самонадеянности.

– Значит, за принцессой Пламенеющий ухаживает по указке Клана, – полуутвердительно проговорила я.

– Не стал бы так утверждать, – улыбнулся он в ответ. – Да и у тебя много тайн, девочка. – Рыжий задумчивым взглядом скользил по комнате. – Отличная работа. Мой поклон Хранителям. Водник?

– Не понимаю, о чем ты? – непринужденно улыбнулась в ответ.

– Аля, – из-под медных ресниц сверкнул острый взгляд Евграна Пламенеющего, – я не дурак. Как и многие другие. Тебя не могли не охранять. И то, что ты большую часть времени не находишься во дворце, для меня не секрет.

– Как?! – резко села я.

– Не волнуйся, – неприятно усмехнулся Евгран. – Никто не узнает.

– Правда? – недоверчиво осведомилась я.

– Правда, – согласно кивнул Рыжий и снова потянул из-за ворота медальон с прядью. – Это есть только у Рыжа.

– У тебя четкое раздвоение личности, – покачала головой, несколько успокоившись.

– Между Александрой вир Толлиман и девушкой Алей тоже есть огромная разница, – несогласно фыркнул вновь откинувшийся на подушки мужчина.

– И что будем делать? – тоже легла и покосилась на «вражину всея Империи».

– А ничего, – пожал плечами Рыж. – Тебе хорошо со мной?

– Да, – задумчиво ответила я. – Тепло…

– Мне тоже, – тихо проговорил Алый. – Тогда надо ли что-то менять?

– Так и будет у нас война на поле «Пламенеющий – принцесса»? – хмыкнула я.

– К сожалению, там мы тоже не сможем ничего изменить, – вздохнул Рыж. – А значит, нужно расслабиться и получать удовольствие. – Мужчина рассмеялся и добавил: – Чем я, впрочем, уже занимаюсь и тебе советую.

– Кстати, – вдруг вспомнила я. – А как ты понял, что меня тут не было?

– Ну – мужчина кинул на меня хитрый взгляд, – если ты не возражаешь, то я предпочел бы сохранить это при себе.

– Вредина! – легонько ударила его по руке, но ладонь поймали и крепко сжали. Я расслабила кисть, и мы переплелись пальцами. Было… необычно и правильно так лежать рядом.

– Нет, не надо тебе пока знать. – Рыж поднял руку и коснулся моей кожи легким поцелуем. – Должно же у меня остаться что-то личное.

– Как будто этого нет! – Я фыркнула и попыталась освободиться, но Евгран не пустил. – Тогда расскажи, как ты сюда попал.

– Какие-то ты неправильные вопросы задаешь, – рассмеялся Рыж. – Тоже не скажу.

– Кстати, ты так и собираешься ко мне вваливаться? – вскинула я бровь.

– Ну если хочешь, составим расписание, – пожал плечами Рыж.

Секундочку полежала, а потом согнулась в припадке истерического смеха. Недоумевающему Пламенеющему ничего внятно пояснить не смогла, и тот остался в неведении о причине моего веселья.

Вот! Могу себя поздравить! У меня теперь тоже будет расписание! Не все же одним Хранителям развлекаться!

– Поздно, – посмотрел на догорающие в камине угли Ев.

– Останься. – Я сразу прекратила смеяться.

– Ладно. – Рыж притянул меня к себе под бок и накрыл покрывалом. – Спи. Я не уйду, пока ты не уснешь, малышка.

– Хорошо. – Немного повозилась, устраиваясь поудобнее. – Спокойной ночи.

– Красивого полета, – тихо отозвался Рыж. – Раньше ты летала во сне.

– Это было давно.

– Это повторится.

– Я тебе верю, – тихо вздохнула я.

– А вот это плохо, – покачал головой Рыж.

– Знаю.

Засыпать в его руках, вдыхая запах, ощущая тепло тела, было очень приятно.

И я правда ему верила. Хоть в этом. Поэтому, когда сонно смежила веки, уже видела очертания кораблей на лазурной морской глади. Лицо нежно гладил теплый соленый ветер с прохладными брызгами, тело согревало горячее южное солнце, а в воздухе ощущался аромат пряностей, принесенных ветром приключений из дальних странствий. Рыж, спасибо.


Я сонно завозилась и уткнулась носом в жестковатую, но очень приятно пахнущую подушку. Подушка тихо вздохнула и покрепче обняла меня в ответ. Распахнула глаза и медленно подняла голову. Встретилась с немного сонным, но тоже совершенно ошеломленным зеленым взглядом.

В это время в гостиной раздались голоса Мариоль и фрейлин. Нас подбросило на кровати.

– Что ты тут делаешь? – тихо зашипела я, спихивая мужчину с постели и лихорадочно оглядываясь в поисках места, куда его можно спрятать.

– Я вчера уснул, – оправдывался Рыж. – Тоже человек. Нельзя?

– Ты у меня в спальне уснул!

– В шкаф! – осознав размеры подставы, первым сориентировался он.

– Как ты быстро соображаешь, – пропыхтела я, быстро стаскивая халат и забираясь в постель.

– Опыт не пропьешь! – торжественно закрываясь в шкафу, поведал Рыжий.

Отвечать я не стала, хоть и хотелось, так как старательно имитировала спящую принцессу. Заметила длинный медный волос на зеленом покрывале и, тихо выругавшись, отправила его на ковер. Мало ли какие у меня тут коты бегают! Ага… рыжие и с полутораметровой шерстью. Ничего. Породы разные бывают.

Невзирая на то что ситуация была совсем не смешная, меня снова начинал разбирать хохот.

Какая я оперативная! Мне не так давно Ровена сказала, что надо мужчину искать, и у меня со вчерашнего дня уже есть расписание, а с сегодняшнего утра – мужчина в шкафу. Классика жанра!

Ай да я!

Двери распахнулись, и в спальню вошла Мариоль в сопровождении остальных дам. Девушки раздвинули шторы, впуская в комнату солнечный свет. Я демонстративно «проснулась».

– Доброе утро, ваше высочество, – пропела цветущая Мари. – Хочу напомнить, что сегодня охотничий выезд, на котором Император настоятельно просил вас присутствовать.

Слава богу, никто ничего не заметил. Правда, для совершения утреннего туалета я удалилась в гардеробную, из-за чего девушки удивленно пожали плечами, но прошли следом.

Дни летели так стремительно, что я не успевала за ними следить.

Как и раньше, большую часть времени я проводила в особняке Хора. Лирвейн все так же приходил по утрам и гонял меня или по тренировочному залу, или по полигону резиденции.

Потом меня поочередно мучили остальные активно участвующие в воспитании принцессы Хранители, а в конце дня отправляли на растерзание Железному Лорду. Тот к своей роли изувера подходил на редкость добросовестно. Так что информация о политической и экономической обстановке в стране в голове худо-бедно, но укладывалась.

Алый Клан я заранее терпеть не могла. Их нос торчал из-за каждого угла, с ними куча проблем, и потому про них мне придется много чего учить. Также я невольно восхитилась пакостности и работоспособности Рыжего. Почти все ниточки вели в верха СБ Алых. А кто у нас там? Правильно. Мой давний приятель. В свете этого его интерес, мягко говоря, настораживал. Восемь лет я ему не нужна была, а тут – здравствуйте, пожалуйста! Бабник несчастный! И к Альене прицепился. Ко мне то есть… М-да.

Был уже вечер, и Хор уже начинал потихоньку закругляться со своими делами. Судя по всему, мы скоро отправимся домой. За последние дни безопасник из меня все жилы вытянул, но сегодня вечером обещал не трогать. Поэтому я была вся в предвкушении горячей ванны, непременно с пеной и ароматическими маслами, мягкой постели и сладкого сна. Представила это блаженство и на секундочку прикрыла глаза… Как же будет хорошо! Заодно мышцы перестанут ныть. Лирвейн темпов занятий не сбавлял, и это весьма ощутимо отзывалось на ощущениях.

Внезапно, прервав сладкие мечтания, дверь со стуком распахнулась, и радостный голос возвестил:

– А вот и я! Не ждал, драгоценный?

Распахнула глаза и изумленно оглядела застывшего на пороге Пламенеющего. Как Альена я с ним не пересекалась со времен нашей прогулки.

Евгран одарил всех присутствующих сияющей улыбкой, танцующей походкой прошел к креслу и плавно в него опустился. Подался вперед и с размаху опустил перед «дядюшкиным» носом бутылку.

Хор слегка вздрогнул и недоуменно осмотрел сначала бутыль, а потом развалившегося напротив Евграна, который снова расплылся в обаятельной улыбке, скосил на меня хитрые глаза и незаметно подмигнул. Поправил распущенную, немного встрепанную гриву волос и снова повернулся к Железному Лорду. Хор брезгливо отодвинул вино, неодобрительно оглядел чрезмерно наглого коллегу и осведомился:

– Как это прикажете понимать? Что ты вообще у меня на работе делаешь?

– Ох, прости, не подумал! Ты прав, стоило отметить у тебя дома.

– Что ты несешь? – надменно вскинул бровь Хор.

– Как что? – капризно протянул Рыжий. – Драгоценный, неужели ты забыл? Как можно! У нас сегодня дата!

– Ты последние мозги потерял? – искоса посмотрев на меня, прошипел блондин.

Я же со все возрастающим интересом наблюдала за этим спектаклем одного актера.

– Какой ты неинтересный, – уже нормальным голосом проговорил Рыжик. – Сегодня ровно десять лет, как мы знакомы, Пес!

– Это не повод так себя вести, Кот, – холодно ответил Хор. – Тем более при посторонних.

– Так вот в чем дело? – мурлыкнул Евгран, снова обласкав меня зеленым взором.

– И в этом тоже, – кивнул блондин. – Кстати, если мне не изменяет память, то познакомились мы при поступлении… Которое состоялось одиннадцать лет назад. Ты не запоздал с десятилетием?

– Какой ты мелочный! – поморщился Рыжий. – Раньше, позже – какая разница?

– Что-то в предыдущие годы ты не особо заморачивался знаменательной датой нашего знакомства, – сложил руки на груди Хор.

– И что? – вскинул рыжую бровь Евгран. – Никогда не поздно начать!

– А теперь серьезно, – одними губами улыбнулся Лорд.

– Пришел тебя поддержать в нелегкий период.

– Нелегкий во многом благодаря тебе, – скривился безопасник.

– Ну что поделаешь, – пожал плечами Алый. – Служба, сам понимаешь. Так как?

«Дядя» окинул коллегу каким-то обреченным взглядом, потом задумчиво посмотрел на бутылку и со вздохом поинтересовался:

– Не отстанешь? – Пламенеющий только с улыбкой покачал головой, и Хор еще раз вздохнул, потом поднялся и направился ко мне. – Леди, домой вам придется отправиться в одиночестве.

Кивнула, отложила книгу и поднялась. Железный Лорд создал портал, и я ушла, кивнув на прощание Пламенеющему.

Вышла, к своему удивлению, не в одной из гостиных или холле, а у себя в спальне. От души потянулась, позвонила в колокольчик и попросила прибежавшую служанку принести мне фруктов и мороженого.

Когда просьбы были удовлетворены, прихватила принесенный поднос и отправилась в ванную. Поставила там все это изобилие на стул, включила воду, не удержалась и мазнула пальцем по мороженому. Облизала и, чуть не пища от нетерпения, начала быстро раздеваться.

Ох! Как хор-р-рошо! Все-таки жизнь прекрасна!

Отщипнула виноградинку, заела ложкой ванильного мороженого и убедилась в том, что и вправду прекрасна.

Выползла из ванной примерно час спустя, разморенная, полусонная, но в прекрасном расположении духа. Подумала, но все же надела сорочку, расчесала и заплела волосы. Хлопком выключила свет и с мурлыканьем заползла под одеяло, почти сразу провалившись в сон.

Посреди ночи проснулась, как от толчка. Распахнула глаза и успела уловить гаснущее голубое сияние телепорта. В комнате раздалась чуть слышная ругань и шорох одежды.

– Как меня достал этот рыжий кретин! – Что-то с чуть слышным стуком полетело на пол, и я с изумлением поняла, что в моей спальне находится «дядюшка», который вздохнул и задумчиво продолжал: – Или это из-за того, что я в очередной раз с ним надрался? Зарекался ведь!

Хм… А что лорд Хор делает у меня в спальне?

Я уже решила подать голос и выяснить этот весьма интересующий меня вопрос, как на меня свалилось весьма не легкое тело. Приглушенно пискнула под тяжестью мужчины и попыталась из-под него выползти. Но мне не дали. Прижали руки к постели и сели рядом.

– Это уже все границы переходит, – устало проговорил лорд. – Очередная фрейлина? Вот мне интересно, какая сволочь вас переносит в мою спальню, а?

– Пустите! – дернулась я.

– А вот и не пущу! – рассмеялся мужчина. – Будем лечиться от проблем с потенцией! Я сейчас почти в настроении, и раз меня так ждут, то почему бы и нет.

По телу прошлась рука мужчины, и я ошеломленно замерла.

– Я не понял, а что так много одежды? – ехидно осведомился Хор. – Если так хотим замуж, то стоило получше подготовиться, леди… Кстати, кто?

– Да отпустите же вы меня!

– Как это – отпустите? – возмутился Железный Лорд. – Сами пришли, а теперь «пустите»! Ну уж нет!

Он склонился, и меня окутал запах кедра, можжевельника, дорогого вина и сигар. Странно, раньше от него табаком не пахло… Поразмышлять на тему вредных привычек «дяди» я не успела, так как этот гад взял и впился мне в губы поцелуем.

От удивления я даже приоткрыла рот, чем он немедленно и воспользовался. Одной рукой мужчина обхватил меня за талию, притягивая к себе, а другой зарылся в волосы, окончательно растрепав косу. Я застыла в ошеломлении, и мужчина, как будто что-то почувствовав, стал нежнее.

– Мм, – оторвался от моих губ лорд. – А ты вкусная… сладкая. Мне нравится.

Сказать, что я была в шоке, – это ничего не сказать. Мысли о том, что Алир Хор не только наставник, но и привлекательный мужчина, я буквально пинками из головы выгоняла все это время. И ведь получилось! Уже воспринимала его ровно и без эмоциональных всплесков. А тут!

Все еще сонная и не в силах до конца осознать происходящее, я только молча старалась вывернуться из сильных рук и пыталась не замечать тепла тела, нежности прикосновений и пьянящего запаха хвои и мороза.

Мужчина на долгие нежности настроен не был, и когда я почувствовала руки на груди, то попыталась вновь высвободиться. Не пустил.

Когда уже начала вырываться всерьез, то, вместо того чтобы отпустить, меня еще раз поцеловали. Я почувствовала, что шнуровка сорочки уже разошлась под ловкими пальцами, и со всей дури завопила на всю спальню:

– Дя-адюшка-а!

– Не понял. Ты кого зовешь? – ошеломленно спросил блондин.

– Свет включи!

Под потолком вспыхнул светлячок, и я наконец разглядела «приверженца морали». А он, видимо, меня.

– Доброй ночи, – кивнула, зашнуровывая сорочку.

– Доброй, – ошеломленно выдохнул Хор. – Леди, а что вы тут делаете?

– Хочу вам задать встречный вопрос, – процедила я, скрестив руки. – Уважаемый «дядюшка»! Что вы делаете в моей спальне и, более того, в моей постели?

Хор задумался.

– Я был слегка… в растерянном состоянии и автоматически подцепил координаты последнего телепорта, – отвел глаза лорд. Судя по всему, чувствовал он себя просто отвратительно, но я не собиралась облегчать ему задачу.

– Это не объясняет того, что произошло, – едко произнесла я.

– Прошу простить мое неподобающее поведение, – склонил голову безопасник.

– Что-то еще? – сузила глаза я.

– Нет…

– Тогда будьте так любезны, покиньте мою комнату!

– Конечно. – Лорд Хор плавно поднялся с постели, и я ненадолго выпала из реальности.

Из одежды на нем оставалось только нижнее белье. Эх… Какая фигура! Какая спина! Какой… Хм, опустим подробности. Если бы ты пьяным не был!

В лучших традициях сатиры мужик собрал свои вещи и испарился из спальни прекрасной девы. Прекрасная дева с минутку посидела и рухнула на постель в припадке истерического смеха. Ночь завершилась достойно!

На следующее утро «дядя» с каменно-невозмутимой физиономией еще раз принес свои официальные извинения и попросил забыть сей позорный эпизод. М-да… Таким тоном только извиняться! Я не поняла, кто у нас тут невинная дева, к которой завалился мужчина и потом не очень подобающе себя вел?

Вспомнила «неподобающее поведение» и покраснела. Эх, «дядюшка», «дядюшка»…


Я сидела в библиотеке резиденции и листала очередную книгу. Впрочем, без какой-либо пользы, потому как мудрости прошлого века в голове откладываться не желали совершенно.

Неожиданно двери со стуком распахнулись, и на пороге появился Лирвейн.

– Леди, – Хранитель Воды стремительно вошел в комнату, – сегодня сложное занятие. Прошу вас переодеться. Экипировка уже находится в ваших комнатах.

– У нас тренировка? – несколько изумленно вопросила, послушно поднимаясь из кресла и откладывая в сторону книгу. – Я считала, что сегодня занятие магией.

– Будем совмещать приятное с полезным, – спокойно ответил Лирвейн.

Хм, это как? В компании Лира – и приятное? Такое бывает?

На переодевание много времени не ушло. Правда, я с большим удивлением покосилась на бандаж. Но вспомнила, как мешалась грудь при последних тренировках. Потом до меня дошло, что Хранитель об этом тоже подумал. Щеки залила краска, но я решительно встряхнула головой и побежала вниз.

Лир стоял у стола и листал какую-то тетрадь, периодически делая в ней пометки. Мужчина был в черном костюме и мягкой обуви. Длинные белые волосы он убрал в косу. Белоснежное на черном… Красиво.

Услышав мои шаги, волшебник поднял светлые глаза, осмотрел меня и удовлетворенно кивнул.

– Отлично! – Пассом создал портал и привычным жестом пригласил войти.

Когда вышла из телепорта, удивилась – тренировочный зал оказался несколько нетипичный. В одном углу были стандартные тренажеры, на которых сейчас занимался Мидьяр, но в остальном… Неровные стены и потолок, судя по всему, были естественным рельефом. Уступы и зацепы на стенах и потолке, а также крючья с веревками и канатами не заставляли сомневаться в назначении этого места. Но надо признать, стать альпинисткой я никогда не мечтала. Скалолазкой тем более.

– Привет. – Полуобнаженный Ярр встал с тренажера, накинул на голые плечи полотенце и вытер со лба выступивший пот. – Не ожидал вас сегодня тут увидеть. Лир, не рановато ли? Загоняешь девочку.

Искусник проказливо подмигнул, и я шаловливо улыбнулась в ответ, показав, что то обстоятельство, что он застал меня за разглядыванием его пресса, меня не особо смутило. Тоже парадокс. При виде «дядюшки» или Лира в таком виде я краснею, бледнею и едва ли не заикаюсь. А вот на Ярра и Аэрлиса такой реакции нет. Отчего бы это?

Блондин тем временем подошел к одному из шкафчиков и достал оттуда перчатки, мешочек с загадочным содержимым, обвязку, какие-то карабины и трос.

– Я Александру на стенки и не погоню сегодня, – говорил волшебник, попутно надевая обвязку и затягивая фиксаторы. – У нее азы управления силовыми лентами. Тут падать безболезненнее всего. А поползать сам хочу, а то забросил несколько это дело.

Волшебник стал проделывать какие-то хитрые манипуляции с веревкой. Пропускал через петли на обвязке, вязал узлы, потом пристегнул карабины и подергал, проверяя, хорошо ли держится вся конструкция. Затем стал разминать кисти и запястья. Поднял на меня глаза, окинул оценивающим взглядом, скривился и произнес:

– Впрочем, вам тоже это предстоит, Александра.

– Уморишь ты подопечную такими темпами, – несогласно фыркнул Хранитель Грез.

– Как уморю, так и откачаю, – внес коррективы в версию коллеги Лир. Подошел к дальней стене и задумчиво изучил «дорожку».

– Не сложновато? – разделил мои сомнения Мидьяр. – Ты долго не тренировался. Может, начнешь с чего попроще? Тебе сейчас только на «отрицаловку» и лезть.

Я изучила рельеф и поняла, что речь, скорее всего, об уступе под отрицательным углом.

– Подстрахуй, – не оборачиваясь, бросил блондин и по очереди опустил ладони в мешочек на поясе.

– От подстрахуя слышу, – прошипел Искусник. – Позер несчастный.

– Я не глухой, – невозмутимо отозвался Лир. Хранитель уже был на высоте двух с чем-то метров и, судя по уверенным движениям, останавливаться на достигнутом отнюдь не собирался.

Уже в который раз поразилась странным отношениям этих мужчин. Они могли порой говорить друг другу откровенные гадости, и более непохожих я еще не видела, но ощущалось, что эти Хранители очень близки.

Пока я думала о мужчинах, один уже был в середине пути наверх, а второй, судя по несколько отрешенному лицу, занимался той самой подстраховкой. Я прикрыла глаза и стала наблюдать. Мидьяр не заморачивался. Просто создал своеобразное полотно из силовых нитей метрах в двух под Лиром.

Пока я наблюдала, Хранитель Воды миновал сложный участок, забрался на уступ под самым потолком, прицепил карабин к одному из крюков, и теперь падение ему не грозило. Свесил ноги вниз. Не знаю почему, но вид всегда строгого и невозмутимого Лирвейна, сейчас беспечно болтающего ногами под самым потолком, вызвал у меня улыбку.

Но тут возник небольшой вопрос. Не поворачиваясь, дернула Ярра за косичку и спросила:

– Почему вы пользуетесь механическими методами? Ведь туда можно просто взлететь. Да и вообще… Чем использовать ненадежные карабины и тросы, не лучше ли силовые нити?

– Мы пользуемся такими методами, потому что полагаться только на магию – глупо, – отобрав у меня косичку, спокойно ответил Мидьяр. – Надо уметь пользоваться всеми возможностями своего тела. Это самый совершенный механизм.

Вдруг сверху раздался ироничный голос:

– А вот, собственно, почему ее высочество уже минут этак двадцать ученического времени изволит ничего не делать?

Я задрала голову и оглядела развалившегося на уступе Лирвейна.

– Возможно, потому, что уважаемый учитель не соизволил ничего объяснить или показать?

– Вы плохо слушали!

– Да неужели? – вскинула бровь я.

– Именно, – спокойно подтвердил Лир. – Я же сказал, какая сегодня тема.

– И что? – не поняла намека.

Хранитель пожал плечами:

– Ладно. Тогда будем постигать сразу на практике.

– Лир! – встревоженно поднял голову Мидьяр. – Если это то, что я думаю, то, может, не на…

Дослушать не успела. Меня что-то резко дернуло вверх. Взвизгнула, зажмурилась и в красках представила неудачное падение. Но его не последовало. Неподалеку раздался голос:

– Как я заметил, у вас привычка прятаться от действительности. Какое детское поведение… Я не вижу проблем, значит, они не видят меня. Открывайте глазки, леди! От того, что вы так себя ведете, силовые нити крепче не станут. А если вы не перехватите контроль, то и развяжутся в два счета. По моим подсчетам, до этого момента у вас секунд десять.

– Ах ты, блондинистый!.. – разъяренно рыкнула на Хранителя, не в силах подобрать приличное слово для его характеристики.

– Семь секунд, – скучающе разглядывая рельеф, проговорил Лир.

– А как же теория?! – крикнула в последней попытке достучаться до совести блондина.

– Практика – наш лучший учитель! – радостно известил меня Хранитель.

На этой оптимистичной ноте силовые нити развязались, и я с визгом полетела вниз.

Пол приближался с катастрофической скоростью, и я только и сделала, что зажмурилась. Конечно, ни о какой страховке своего драгоценного тела, пока пререкалась с Лирвейном, не подумала. Надо на будущее зарубочку сделать – не ругаться с Хранителем Воды в заранее проигрышных ситуациях!

Когда уже успела распрощаться с активным образом жизни и едва не сказала «здравствуй» костылям, меня что-то подхватило. С опаской открыла глаза и глянула вниз. До пола оставалось полтора метра. Но не успела выдохнуть и успокоиться, как поддерживающая связка исчезла, и я рухнула на пол.

О-о-о! Спинка моя, спинка… Чувствительно так рухнула.

Со стоном перевернулась и злобно посмотрела сначала на довольного Лира на высотном насесте, а потом на веселящегося Мидьяра. Хранитель Грез шаловливо подмигнул и сказал:

– Спасибо, ребята! Повеселили. Чаще на ваших тренировках бывать надо. Такой заряд позитива! – Волшебник быстро натянул рубашку, улыбнулся и направился к дверям. – Я вас оставляю. Как вижу, физическому состоянию Али тут ничего не грозит.

– А моральное тебя не волнует? – Я рухнула обратно на маты и посмотрела на Искусника.

– Думаю, что и с ним тоже ничего не случится.

Дверь за Мидьяром захлопнулась, и я осталась в неприятном обществе этого садиста-скалолаза.

– Вставай, – спустя минуту скомандовал Лирвейн.

– Не буду, – недовольно посмотрев на блондина, выдала в ответ и сама поразилась своей смелости. Или глупости. – Ты опять надо мной издеваться станешь.

– Я не издеваюсь! Я тренирую! – возмутился беловолосый волшебник.

– В твоем случае это синонимы, – перевернулась на живот.

– Как скажешь. – Меня снова вздернуло вверх, но на этот раз Хранитель не стал фиксировать нити, и я сразу полетела обратно. Но сейчас была готова к такому повороту событий. Сразу же активировала ту связку, что сплела, пока валялась на полу, и повисла, как муха в паутине. М-да… Я не падаю. Пока. Но что делать дальше?

– Уже лучше, – одобрительно донеслось сверху. – А теперь тебе надо добраться до моего уступа.

– Как?!

– Думай, – невозмутимо отозвался Хранитель.

– Хорош-ш-шо! – прошипела в ответ.

Так… Мы висим в гамаке из зафиксированных нитей. Гамак, значит… Если отцепить один край, то я полечу к другому.

– Лир! – крикнула я. – Кинь мне тот порошок, чтобы руки не скользили!

– Он магнезией называется, – пояснил волшебник. – Зачем тебе? – спросил водник, но мешочек все же отцепил и скинул вниз.

– Да так, надо. – Мешочек с порошком упал как раз мне на живот.

Развязала тесемочки и погрузила туда пальцы обеих рук поочередно, растерла и прицепила мешочек на пояс. Глянула на Хранителя, который с любопытством наблюдал за мной, и едва удержалась от того, чтобы не показать ему язык.

Перевернулась на живот, выдохнула и развязала несколько нитей. Прикусив губу, чтобы не завизжать, полетела навстречу стенке. Чувствительно в нее впечаталась, но взяла себя в руки, ухватилась за зацепы и быстро перелезла на стену.

Посмотрела вверх. До Лира метра два по «отрицаловке» и все пять, если ползти обходным путем. М-да. Нормальные герои всегда идут в обход? Уподобимся этим умным людям!

Магнезия очень пригодилась, но даже с ней пальцы скользили, и несколько раз нужно было останавливаться и снова окунать руки в мешочек.

Приходилось как можно плотнее приникать к стене и давать поочередно отдых рукам, по одной опуская их вниз и снова позволяя крови свободно циркулировать. Но, несмотря на все вычитанные в книгах премудрости, у меня начинали дрожать ноги и руки. Конкретно так дрожать. Дыхание становилось все более тяжелым, и наконец, всего в метре от уступа, я застыла, не в силах отпустить то, за что держалась. Колени теперь не просто дрожали, а ходуном ходили. Сделать еще шаг я была неспособна. Вдобавок посмотрела вниз и некстати вспомнила, что я без страховки и нахожусь на довольно приличной высоте. Про такой фактор, как Лирвейн, забыла напрочь. Как оказалось, зря.

Я уже не воспринимала окружающую действительность, слыша только грохот крови в ушах и свое тяжелое дыхание. Ощущала, как немеют руки, когда за талию меня обхватила сильная рука, чем-то обвязала и защелкнула карабин. Лир.

– Тихо, маленькая. Успокойся, – послышался ласковый голос мужчины. – Ты просто умничка. Не бойся, все будет хорошо. Я не позволю тебе упасть. Теперь выдохни, расслабься и поползли. Тут всего ничего осталось. Поверь, мы справимся. Вместе мы со всем справимся.

Под такие мерные уговоры я послушно карабкалась наверх. Правда, один раз все же почти сорвалась, не удержавшись на ненадежной опоре, но Лир меня подхватил.

Когда наконец выбралась на уступ, без сил растянулась на неровной поверхности. Рядом опустился Лир.

– Ну вот, – умиротворенно улыбнулся блондин. – А ты боялась. Все будет хорошо, Аля. Главное, верь в это, и все будет хорошо.

Я ничего не ответила, продолжая разглядывать лежащего рядом Лирвейна. Такой близкий… Ближе, чем обычно. И не только на физическом уровне. Сегодня что-то изменилось.

Как забавно… Он меня втравливает в неприятности, а я потом преисполняюсь к нему чувством благодарности. И ведь не за то, что вытаскивает. За то, что каждой ситуацией Лир помогает что-то понять. Каждый раз обнажает мои недостатки и гордыню. Это неприятно, иногда больно, но от этого не менее необходимо. Парадокс.

## Глава 15. О пользе прогулок и ценных наблюдениях

> Каждый из нас сам вычеканивает цену своей личности; человек бывает велик или мал в зависимости от собственной воли.

> Сэмюэл Смайлс

Время шло. События сменяли друг друга. И у меня, и у подруги нагрузки были такие, что спать некогда. К сожалению, в личных отношениях тоже было не все хорошо.

Мари от Лиса натурально выла и грозилась «случайно» перепутать бутылочки и наклеить на них иные названия. Похоже, Тьма решил сотворить из Мариоль химика-биолога, и если знать, что за бесперспективный материал Лис браться бы не стал, то у подруги есть все шансы им стать.

Еще Мари жаловалась, что если на Хранителя Тьмы в его человеческом виде у нее была стойкая «непереносимость вещества в больших количествах», то от кота все так же уносило крышу. Во всяком случае, если с Аэрлисом она цапалась, только если тот совсем выходил за рамки, то с котом скандалила постоянно, но и тянуло ее к нему со страшной силой.

Один раз она все же не удержалась и схватила в объятия расслабленно разлегшегося рядом с ней чернулю, который не ожидал такой подлости судьбы. Маришка быстро перетащила его к себе на колени. Зеленые глазищи кота потрясенно округлились, он вздыбил шерсть, но выпустить когти или зашипеть просто не успел. Мари запустила руки в густую черную шерсть и начала осторожно почесывать своего «Чучу» за ухом. Кот на несколько мгновений замер, и все присутствующие в этот момент в гостиной, хоть и старательно имитировали оживленный разговор между собой, напряженно наблюдали за разворачивающейся ситуацией.

На лице Мариоль было какое-то совершенно непонятное выражение. Подруга смотрела на свои руки так, будто понятия не имела, как же они без ее присмотра ухитрились такое натворить. Но Аэрлиса не отпускала…

Кот же немного подумал и лег. Поудобнее устроился на коленях подруги и чуть прищурил зеленые глаза.

Все присутствующие старательно делали вид, что нет картины обыденней, чем возлежащий на коленях у Мариоль блаженно жмурящий кошачьи глаза Хранитель Тьмы.

Дни бежали. Я все больше осваивалась как во дворце с его зубастыми обитателями, так и в резиденции Хранителей. Хотя еще неизвестно, что далось мне тяжелее. В Золотом дворце царили логика и расчет. Там любой поступок был сто раз просчитанным и выверенным ходом, и мне с ними было… понятнее, что ли. Примерно представляла себе их цели и стремления, теоретически знала, чего от них ожидать. А вот Хранители все еще оставались закрытой книгой, которая иногда открывалась на таких страницах, что слов не было. Невероятные люди. И нелюди.

Вполне можно было выйти к завтраку и застать там строгого и серьезного Мидьяра и несдержанного в выражениях Лирвейна. Несдержанного просто-таки до нервной трясучки и желания чем-нибудь кинуть в мерзавца!

А через неделю Ярр мог опять с громким стуком распахнуть дверь и, сияя обаятельной улыбкой, танцующей походкой пройти к своему любимому насесту-подоконнику. А на физиономии водного Хранителя снова застывало ледяное безразличие, и уловить на невозмутимом лице хоть одну эмоцию, кроме сдержанного неодобрения или снисхождения, было невозможно.

Правда, однажды Лир сделал то, за что я была готова многое ему простить. Он показал мне море… Ведь я никогда его не видела раньше.

В свете того, что легла спать во втором часу ночи, ранней побудкой была недовольна. Но зато наконец начали получаться эти треклятые иллюзии! Правда, вспоминать, какой морок я навела на подопытную Мари, как-то не хотелось. Особенно неприятно то, что меня, как творца сего нестандартного шедевра, после лицезрения результата побили подушкой.

Поэтому, когда Лир поднял меня не в шесть, как обычно, а в полпятого, я была весьма недовольна. Но когда вышла из телепорта, волосы растрепал холодный соленый ветер, и я услышала шелест волн где-то внизу.

Поежилась от закравшихся под одежду холодных прикосновений норд-оста, но тут на плечи опустилась тяжелая ткань. Машинально запахнула плащ и оглянулась на Хранителя Воды, собираясь спросить, не будет ли ему холодно в камзоле, но Лир только прижал палец к губам, призывая к молчанию.

Пожала плечами и, когда Лирвейн взял меня за руку и потянул в сторону скал, послушно пошла за ним. Тут ветер дул не так сильно, да и вид открывался потрясающий.

Вы когда-нибудь видели, как занимается рассвет над холодным морем?

Северная природа восхитительна. С того места, где мы стояли, открывалась панорама на бухту, которую обнимали горы со спускающимися с них лесами. Деревья по берегам уже были одеты в багрянец и золото, но вечнозеленые хвойные разбавляли краски осени тонким намеком на то, что лето еще не окончательно попрощалось с этими краями.

Обманчивый призрак лета. Иллюзия тепла. Как будто не золотая госпожа шагает по земле, а все еще делит трон со своей зеленой сестрой.

Солнце… То, что мы видим каждый день, и уже даже не замечаем те чудесные метаморфозы, которые происходят с появлением светила. Мир оживает. Сверкает красками, радуется новому дню. Он любит солнце…

Оно вставало из-за гор, разгоняя предрассветный туман, заставляя вершины сверкать голубым серебром, заливало прозрачным янтарным светом леса, отчего краски становились все ярче, и их буйство заставляло замирать от восхищения. Скользило золотыми лучами по темной воде, рождая искристую дорожку, по которой, казалось, можно пересечь пролив. Солнце. Такое красивое… и холодное.

За созерцанием пролетело какое-то время, и теперь я стала мерзнуть даже в теплом плаще Лира. Почувствовав, что я начинаю дрожать, блондин тихо спросил:

– Возвращаемся?

– Нет, – покачала головой в ответ. – Не хочу. И я потерплю.

– Терпи, – невозмутимо согласился мужчина, быстро переместился мне за спину, стянул с меня плащ, и я даже опомниться не успела, как Лир надел его на себя.

Уже собиралась ловить упавшую от такого хамства челюсть, как Хранитель притянул меня к себе, закутал в меховую накидку и обхватил руками за талию. У меня потрясенно расширились глаза и сбилось дыхание.

Прошло несколько минут, но блондин все так же любовался видом, и, похоже, его маневр был обусловлен только тем, что мужчина хотел меня согреть.

Это было нам в новинку – такая близость. Но… Не знаю, как ему, а мне было хорошо. А если хорошо, то надо ловить момент. Поэтому откинула голову на плечо Лирвейна и подняла глаза к пока еще серому небу; впрочем, сквозь рассветную хмарь уже виднелась синева небесного свода. Восток пылал огнем, раскрашивая небо в невероятные краски.

Я не знала, зачем он меня сюда привел. Да и не хотела, наверное.

С Рыжем было по-другому. Не хуже и не лучше. Просто по-другому. Почему я их сравнила? Не знаю…

А сейчас мне было приятно просто быть с Лиром рядом, чувствовать тепло его тела, сильные руки на талии, ощущать еле заметный аромат хвои, морозной свежести. Его дыхание отдавало чем-то цитрусовым и чуть шевелило волосы на виске, невесомо ласкало щеку. Прикрыла глаза, вдыхая приятную смесь запахов, и с губ сорвался вопрос:

– Апельсины?

– Что? – удивленно спросил Лир.

– От тебя пахнет апельсинами, – подняла взгляд.

Лир чуть наклонил голову и с улыбкой смотрел на меня. Его серые глаза сверкали непривычным серебром.

– Да, – мужчина перевел взгляд на море, – все, что успел перехватить утром.

– А я вообще не позавтракала, – тихо пробурчала.

В ответ раздался низкий смех. Лир высвободил одну руку из-под плаща, сделал какой-то хитрый пасс, и на ладони блондина появилась апельсинка.

– Ой, – радостно воскликнула я. – А как делить станем?

– Пополам, – улыбнулся Лир.

– А как же голодная дама? – надулась я.

– Между прочим, я тут сейчас единственный мужчина и, стало быть, защитник, – задумчиво протянул Лир. – А вдруг враги? А я голодный, ослабевший…

Некоторое время я с недоумением глядела на невозмутимо серьезного героического блондина, потом Лирвейн отвел взгляд и поджал губы. Я посмотрела на это дело, не выдержала, прислонилась виском к ключице мужчины и рассмеялась. Лир тоже не сдержал улыбки.

В итоге апельсинку мне все же уступили.


Со времени моего переезда во дворец прошло полтора месяца. В департаменте Мидьяра я бывала нечасто, но каждый урок с этим Хранителем приносил немало пользы и пищи для размышлений. Притом занятия Искусник, как правило, проводил в весьма неожиданных местах. Сейчас мы шли по улицам какого-то портового города, и на все вопросы о месте назначения Ярр не отвечал, а только загадочно улыбался.

– Хоть что это за город, расскажи, – недовольно проворчала, когда поняла, что о целях нашего посещения Хранитель Грез распространяться пока не собирается.

– Это Виртан, – с улыбкой поведал Искусник.

– Оу… – уважительно протянула я.

Виртан был не простым портом, так как стоял на пересечении важных торговых путей. Как морских, так и сухопутных. Поэтому тут было просто нереально много весьма интересного народа из разных стран. Впрочем, сброда тоже хватало.

И так как с одной стороны Виртана были принадлежащие дроу горы, а порт – кусочек весьма лакомый, тут также стояли войска. Дружба народов дружбой народов, но о безопасности подумать не помешает.

Правда, наличие имперских сухопутных войск, к сожалению, спокойствия городу не добавляло, так как моряки и «побережники» постоянно сталкивались лбами.

– Ага, – улыбнулся Искусник. – Виртан – интересный город, мне он нравится. Да и не только мне. Наш Ветер тут живет и служит.

– Ветер… Хранитель? – получила положительный ответ и осведомилась: – А кем служит?

– Ветер – адмирал Вельним Альвин, – невозмутимо ответил Ярр.

Я так изумилась, что поначалу не знала, что сказать: адмирал Альвин был личностью почти легендарной. Его военные кампании до сих пор служили образцом для изучения в военных училищах, хотя войны были еще при моем деде.

– А чем он тут занимается? – осторожно спросила я.

– Государственным шпионажем, – коротко ответил Мидьяр.

М-да… Лаконичнее некуда.

До таверны мы дошли в молчании. Мидьяр в последнее время становился все более серьезным и собранным, да и вообще в поведении Хранителей прослеживалась определенная цикличность. То это полусумасшедшие гении, так как в наличии мозгов им нельзя отказать в любом состоянии, то жесткие, сильные маги, вызывающие только трепет и желание склониться в поклоне.

Заведение, в которое меня привел Ярр, называлось «Волки» и отличалось какой-то особенной атмосферой. Возможно, от разнообразной атрибутики, скорее полярной по направлениям, чем сочетающейся. Морская тематика разбавлялась альпинистскими карабинами, ледорубами, «кошками» и прочей радостью бывалых скалолазов. Смотрелось это все дико, но органично.

Название же сего заведения, видимо, было обусловлено личностями владельцев таверны. Морской волк и сухопутный.

Одно из подразделений, стоящих в Виртане, именно «Горные волки», – элитный взвод солдат, которые умеют воевать в горах. Просто шикарно умеют. Этих военных альпинистов опасаются даже дроу, а данный факт говорит о многом.

Мы с Ярром устроились за угловым столиком, так что наше место было в тени, но оттуда прекрасно просматривался весь зал. Искусник заказал только «Ардагор» и сладкое для меня.

Без тонизирующего «Ардагора» я бы уже давно загнулась с таким ритмом жизни, да и сейчас, с учетом полубессонной ночи, он был весьма кстати.

Ярр откинулся на спинку стула и внимательно разглядывал постепенно заполняющийся зал. Сегодня волосы волшебника опять были убраны в тугую косу. Светлая кожа чуть искрилась в теплом свете, синие глаза зачаровывали царящей в них беззвездной ночью.

Мужчина не разговаривал, а я не пыталась вызвать его на диалог, полагая, что, как только возникнет необходимость, Искусник сам пойдет на контакт.

Предоставленная, таким образом, сама себе, начала наблюдать за контингентом таверны.

Как и предполагалось, тут были и моряки, и «горные волки». Впрочем, эти группы не смешивались, и я бы даже сказала, пребывали в неком противостоянии, пока выраженном весьма слабо. Но напряжение отчетливо витало в воздухе.

– Что ты об этом думаешь? – раздался негромкий голос Мидьяра.

– О чем ты? – повернулась к Хранителю.

– Место, люди, настроение и прогноз ближайших событий, – спокойно посмотрел мне в глаза Ярр.

– Место… – задумчиво прикусила губу. – Достаточно приличное. Контингент тоже весьма достойный. То есть заведение не для сброда. Не ошибусь, если скажу, что как моряки, так и «волки» тут наверняка из офицерского состава.

– Хорошо, – чуть прикрыл глаза Искусник. – Дальше.

– Присутствует напряжение… Наверняка сегодняшний вечер не обойдется без драки, – закончила, задумчиво скользя взглядом по помещению.

– Сегодня мы с тобой будем изучать методы воздействия на толпу, – тихо проговорил Хранитель, – самые азы.

Тем временем между двумя «стаями волков» начался конфликт. Пока не вооруженный, да и вряд ли до этого дойдет, но колкости становились все более острыми, и скоро кого-нибудь заденут за живое. И тогда раненый «волк» в долгу не останется.

Через несколько минут Мидьяр поднялся и медленно двинулся к небольшой сцене. Быстро переговорил с музыкантами и отошел к стенке.

– Ах ты, крыса сухопутная! – раздался яростный рев, и я резко обернулась на выпущенных из поля зрения моряков и военных.

– От крысы слышу, – раздался спокойный голос в ответ. – А мы «волки». Притом, можно сказать, это официально и даже задокументировано.

– Да иди ты со своей документацией! – взревел моряк.

Я оглядела зал. Кто-то с любопытством и предвкушением наблюдал за разворачивающимся действием. Некоторые сразу встали и направились к выходу, кто-то пытался вразумить моряков и «побережников», но, судя по всему, это не особо получалось. Гул все больше нарастал, и все чаще слышались угрозы.

Поджала губы, неодобрительно покачала головой, повернулась к Ярру и увидела, что тот прикрыл глаза, но через неполную минуту кивнул самому себе и быстрым шагом направился к сцене. Там подхватил подготовленную гитару, сел на высокий стул и коснулся струн. По ушам ударил очень громкий, пронзительный и крайне неприятный звук.

Как только стих диссонанс, музыкант медленно поднял голову. По тонким бледным губам скользнула еле заметная улыбка, в синих глазах уже не было золотых искр, коса волшебника змеей вилась по темной одежде, а медно-красные волосы в таком освещении приобрели оттенок свежей крови.

Впечатление обычно солнечный и теплый Мидьяр производил самое темное.

– Господа, вы позволите мне спеть? – тихим звоном упали в тишину слова барда.

– Пой, – тяжело опустился на стул один из «волков».

Пальцы Хранителя коснулись струн, которые отозвались мелодичным перебором, перешедшим в резкий бой. Когда Мидьяр запел, я даже вздрогнула на мгновение. Обычно бархатно-тягучий голос барда стал резким и хрипловатым. Его можно было бы даже назвать не особо приятным. Впрочем, это и нельзя было петь иначе.

Когда пел, Ярр всегда выкладывался по полной, погружался, жизнь проживал в своих песнях. Мне было страшно представить, сколько в нем людей, личностей, масок. Возможно, именно поэтому Грезы самый невероятный из всех Хранителей.

Вот и сейчас, когда Хранитель понял, что музыканты поймали рисунок мелодии, отставил гитару и теперь просто пел.

Я смотрела и не узнавала. Или я просто не видела?

И так резкое лицо стало еще более острым, синие глаза были прищурены, плечи опущены, кулаки сжаты, бледные губы Ярра кривились в горькой усмешке.

Как наяву перед глазами вставали картины, рожденные воображением с помощью Искусника. И теперь лицо овевал горячий ветер с ароматом южного моря, близкой земли, соли, запахом преющих на обжигающем солнце водорослей, выброшенных на берег недавним прибоем.

Виделся брошенный корабль, некогда гордый своей силой и мощью. Кулак армады, уверенный, что его никогда не оставят, принявший команду и выкладывающийся до конца под руками капитана.

Но, ругая погоду и случай, команда оставляет его.

Годы идут…

Гниет даже насквозь просоленное. Время не помнит о прошлых заслугах, забывает, что даже дерево имеет гордость и память.

Ветры свистят в щелях, треплют выцветшие, полуистлевшие паруса, которые уже никогда не наполнятся воздушными потоками и не сдвинут корабль с места, не вытащат из беспощадной ловушки. Не выдержав жгучего солнца и штормов великого моря, сломались мачты. Во время отливов от палуб до дна обнажаются все раны боевого корабля – дыры в обшивке от пушечных ядер, рубцы от тарана.

Но он спит… Убаюканный мерным шелестом волн, не видящий, как восходит солнце над соленой водой, как искрятся его лучи в синей морской глубине, корабль грезит о новой жизни. О воскрешении…

Последнее, хриплое «Всем нам хватит воды» как в душу упало. Мидьяр, сгорбившись, сидел на стуле и глядел перед собой невидящими глазами. В тишине прозвучал еле слышный вздох. А потом «волки» тихо разошлись по сторонам.

Я уже хотела подойти к Хранителю, как от «побережников» прозвучало:

– Пой еще!

Хранитель резко поднял голову, и, видимо, тот, кто привык отдавать приказы и допустил слишком властные нотки в голосе, увидел нечто такое, что заставило его поспешно добавить:

– Сейчас это нужно, бард. Ты ведь понимаешь…

– Хорошо, – согласно качнул головой музыкант.

Мидьяру подали гитару, он сам себе кивнул, тронул струны. Зазвучал резкий гитарный бой.

Я прикрыла глаза, позволяя невероятным картинам проноситься перед внутренним взором. Виделись дальние дороги и уставшие воины, высокие вершины, пылавшие голубым пламенем в солнечном свете и искрящиеся серебром льда и снега звездными ночами, где холодно так, что замирает даже самое горячее сердце.

И везде они. Молодые и старые, глупые и умные. Кто-то хотел сюда попасть, у кого-то не было вариантов. Некоторые не переживут сегодняшней ночи, глупо умрут, провалившись в ближайшую трещину, и найдут свой покой на дне ледяной расселины. А другие героически погибнут, ценой своей жизни купив безопасный отход остальной команде. И лишь немногие счастливчики вернутся домой невредимые…

Мидьяр поднялся и в полной тишине прошел по залу, взял меня за руку и вывел на улицу. Гомон города и пряный морской воздух немного привели меня в чувство.

– Встряхнись, – не оборачиваясь, сказал Ярр.

– Хорошо, – тихо выдохнула в ответ.

Мы зашли в ближайшую подворотню, и Искусник создал портал, который перенес в мою гостиную в резиденции.

Я еще никогда не видела у Мидьяра такого каменного лица. Просто алебастровая маска. Бледный, ни единой эмоции, только глаза лихорадочно горят. Неужели проживать песни настолько сложно? Но зачем он так делает? Или надо было выложиться по полной? Ведь он и правда нашел слова. Он создал настроение. И он изменил ситуацию.

Мидьяр повернулся, оглядел меня и сухо проговорил:

– То, что ты сейчас видела, – это образец манипулирования толпой. Шаг первый: привлечь внимание. Шаг второй: сказать то, что они хотят услышать. Третье: сказать так, чтобы после этого они готовы были пойти за тобой хоть на край света. Когда я уходил, все было в третьей стадии. Осмысливай.

Хранитель пассом создал портал и ушел.

Потом я еще долго сидела в кресле, смотрела на пляшущие по стенам тени и блики… Возможно, я эгоистка и не имею сострадания к ближнему, но многое бы отдала за еще одно такое погружение. Ярр, ты чудо. И ты даришь сказку другим. Иногда веселую, иногда грустную и даже немного страшную, но сказку…


Дни все так же пролетали стремительно. Я училась, стажировалась то в одном, то в другом департаменте, обзаводилась кругом знакомых. Мари большую часть времени заменяла меня, и виделись мы с ней только во дворце и на выходных, когда «принцесса» официально посещала резиденцию Хранителей.

С Рыжем «неформальное общение» продвигалось с переменным успехом. То его не было неделю и больше, то появлялся в каждый мой визит во дворец. Притом в апартаментах мы не сидели. Пламенеющий подтвердил свою специализацию телепортиста и куда только меня не таскал. Мы много говорили, и я ощущала себя младшей сестренкой, которую очень любят. Нежность чувствовалась во всем – в его взгляде, в том, как он меня касался, разговаривал…

Сегодня мы были где-то на юге, и впереди вечным огнем, как и тысячу лет назад, пылали белые скалы и песчаник у их подножия.

Темная южная ночь была душной. Прохладный ветер только немного остужал разгоряченную кожу. Звезды казались вышитым золотым узором на темном бархате неба.

Я же, не отрываясь, смотрела на пляшущее по камням и земле пламя. Оно то еле заметными язычками стелилось по песчанику, то взмывало вверх на десятки сантиметров, а в вышине даже на метры. Словно пытаясь достать до темного небесного свода и хоть немного осветить его.

– Как красиво, – зачарованно глядя на огонь, прошептала я.

– Да, – эхом откликнулся Пламенеющий, стоящий за моей спиной. – Пылающая земля. Древняя, как мир. Священное место моего Клана.

– Спасибо. – Почувствовав тепло его тела за плечом, чуть отклонилась назад. Рыж уловил мой минутный порыв, обнял за талию, прижимая к своей груди, и положил подбородок на макушку.

– Не за что, – тихо фыркнул в волосы Рыж. – Тебе можно. Да и нужно, наверное.

– Что за связь ты создал? – решилась наконец задать беспокоящий вопрос.

– Слишком сильную, – тихо ответил он. – Но дело не только в этом. Нам это нравится. Мы не хотим разлучаться и желаем быть рядом. Потому узы крепнут.

– Это хорошо?

– Это неплохо, – тихо рассмеялся он. – Но у Пламенеющего есть обязательства и данное слово, а у Александры – долг и честь. Так что желания Али и Рыжа, к сожалению, в расчет не особо принимаются. – Он тихо вздохнул и неожиданно горько произнес: – Почему же все летит под откос? Все должно было случиться совсем не так…

– О чем ты? – недоуменно вскинула брови, чуть развернулась и подняла голову, чтобы заглянуть ему в лицо.

– Ни о чем, моя маленькая принцесса, – улыбнулся мужчина и дернул за выбившуюся из хвоста прядь. Потом аккуратно заправил ее за ухо, попутно приласкав кожу.

– Ты верткий рыжий змей, – поджала губы и снова обратила взор на горящие скалы.

– Ну зачем же так сурово, – был мне ответом хрипловатый смешок над ухом. – Просто ее высочеству это знать нельзя.

– Опять тайны Пламенеющего, – невольно улыбнулась я. – Рыж, у нас с тобой разговор двух ненормальных получается.

– Ага, – рассмеялся Рыжий. – А вообще, не заморачивайся. Нам комфортно, а значит, все так, как надо.

– Как ты провел эти годы? – Я развернулась в кольце его рук и запрокинула голову, любуясь чеканным профилем, сверкающими медными волосами и глубокими зелеными глазами, в которых отражением пламени вспыхивали янтарные искры.

Рыж чуть прикусил губу и задумался.

– Знаешь, это не особо приятный рассказ. И мне, если честно, не хочется говорить об этом. – Ев посмотрел мне в глаза. – Если обрисовать общими словами, то работал и добивался целей.

– Чьих?

– А ты хитрая, – улыбнулся Пламенеющий. – Успешно совмещал, можно сказать.

– Тебя ведь свои тогда потрепали, так?

– Накануне нашей встречи? – скорее утвердительно произнес он. – Да, отец перестарался с воспитательной акцией.

– Отец? – округлила глаза я.

– Не собственноручно, что ты, – неприятно усмехнулся друг. – Но факт есть факт.

– Как невесело, – покачала головой я.

– Не думай об этом, – посоветовал Рыж.

– Не могу. – Прижалась щекой к его форменному камзолу и покрепче обхватила Рыжа за талию.

– Аля, – насмешливо протянул мужчина, – девочка, ты что, жалеть вздумала? Тогда я был старше, чем ты сейчас, на те самые восемь лет. Так что прибереги сочувствие для другого, более важного случая. Сейчас в нем не просто не нуждаются, а оно… почти оскорбляет. Я – маг, воин, наследник Алого Клана и едва ли не самый главный твой противник на политической арене. Тебе нельзя меня жалеть. – Тут он склонился и прямо в ухо выдохнул: – Это опасно, малышка.

Я почувствовала, как по лицу скользнули мягкие, теплые пряди, ощутила дурманящий аромат его кожи, того неповторимого сочетания соленого морского ветра, пряных специй и нагретого жарким солнцем песка. Порывисто встряхнула головой и попыталась вырваться из крепких рук. Но ощутила на виске горячее дыхание Пламенеющего, и резкая отповедь так и не сорвалась с моих губ.

Нерешительно, уже понимая, что наверняка поступаю неправильно, подняла взор и поймала взгляд зеленых глаз, пылающий непонятным огнем. Рыж был серьезен и каменно-неподвижен. Он все так же держал меня за плечи и казался бы статуей, если бы не быстро пульсирующая жилка на шее и трепещущий черный зрачок, который стремительно поглощал малахит радужки.

Евгран тихо выдохнул и склонился ко мне. А я… не отвернулась и не опустила голову, а просто по-детски зажмурила глаза.

По лицу скользнуло теплое дыхание, и горячие губы коснулись щеки невесомым поцелуем.

– Нам пора, – услышала хриплый шепот и только кивнула в ответ.

Уже позже, когда лежала в постели и пыталась уснуть, подумала, что сейчас что-то изменилось. И что он сейчас не спит и не уснет уже до утра.

Зачем ты был так неосторожен с нашей привязкой, Рыж?


На следующий день мы с Мари снова поменялись местами, и теперь я в облике Альены сидела в кабинете дяди и чертила схему взаимодействия магнитных полей при телепортации. Дверь открылась, в комнату тихо прошла Леслава и передала Хору белый конверт с кроваво-алым узором.

Железный Лорд жестом отослал девушку и некоторое время вертел его в руках. У меня даже появилось впечатление, что у лорда есть большое искушение выбросить письмо. Но все же безопасник поморщился и решительно вскрыл конверт. Оттуда выпал тонкий лист бумаги и еще один конвертик, поменьше. Хор пробежался глазами по адресованным ему строчкам, чуть слышно выругался и взял в руки второе послание.

– Вам, леди. – Хор передал мне конверт, с непонятной злостью смял лист, что вытащил первым, и кинул его в корзину для бумаг.

Я повертела в реках конверт и прочитала надпись, выведенную изящным почерком: «Леди Альене». Повинуясь непонятному порыву, поднесла бумагу к лицу. Меня окутал знакомый запах огня и моря. Когда открыла глаза, поймала взгляд Железного Лорда, который, заметив мое внимание, нахмурился и поджал губы. Мне дают понять, что недовольны? Это что-то новое.

Слегка вздернула подбородок и не стала отводить глаз. Лорд, видимо, понял, что не имеет права мне приказывать, и чуть кивнул. Впрочем, это не помешало ему смерить меня неодобрительным взглядом.

Чуть слышно вздохнула, подозревая, что об этом минутном желании показать силу и независимость я еще пожалею. Но дело сделано.

Вскрыла конверт и прочла:

«Вы мне должны. Я не забыл. Завтра в то же время и в том же месте. Надеюсь на вашу… точность и благоразумие. Евгран Пламенеющий».

Ах ты, змея рыжая! На точность он надеется! Тут между строк читается «благосклонность»! А благоразумие, видимо, упомянули, чтобы я не вздумала пытаться уклониться от рандеву. Значит, второй раунд? Хорошо, Рыж!

Вот только почему ты так резко вспомнил про скромную девочку Альену, если тебе больше месяца дела до нее не было? Меня это настораживает. И весьма.

– Когда? – раздался в тишине кабинета резкий голос Хора.

– Завтра в полдень, – откликнулась я.

Лорд поднялся, взял приготовленную папку и направился к выходу. Уже в дверях он замер и тихо сказал:

– Надеюсь на ваше… благоразумие.

– Разумеется, – склонила голову в почтительном поклоне.

Задумчиво посмотрела на захлопнутую дверь и снова углубилась в чтение. До прихода Мидьяра меньше часа, надо успеть хоть что-то выучить.

«Благоразумие»… Даже выражаются одинаково! Заклятые друзья.

Все последующие сутки я, помимо воли, все же возвращалась мыслями к Евграну и причинам его вновь вспыхнувшего интереса к Альене. Надо прекращать это, ведь наверняка ничего не знаю, а досужие домыслы пользы не принесут.

Так что, медленно приближаясь к уже знакомому фонтану, я была спокойна как никогда. Во всяком случае, хотела в это верить.

Он меня уже ждал. Сегодня было пасмурно, и потому смотреть на солнечно-рыжего мужчину было приятно. Пока чувство прекрасного не успело натворить бед, решительно его задвинула в глубь сознания.

– Доброго вам дня, лорд, – коротко поклонилась я.

– Приветствую прекраснейшую! – Рыж одарил меня улыбкой и коснулся поцелуем пальцев.

– Как я понимаю, у нас обед? – прохладно поинтересовалась я.

– Верно, – качнул медной головой Пламенеющий. – Позвольте вашу руку, леди.

Евгран подцепил меня под локоток и повлек за собой.

Шли мы достаточно долго, не меньше десяти – пятнадцать минут, и почти все время молчали. Алый не делал попытки завести беседу, ну а мне было и так достаточно комфортно. Если, конечно, не принимать в расчет легкую нервозность от того, что не понимала цели его сегодняшней игры.

Мы неторопливо шагали по сумрачному парку. Ветер холодными пальцами касался лица, сильными порывами освобождал из прически плохо закрепленные мелкие пряди, пробирался под одежду, заставляя зябко вздрагивать и вспоминать, что лето уже прошло и дни идут к концу октября. И хоть деревья еще не расстались со своими одеждами, стоит задуматься о зиме.

– Если не секрет, где блуждают ваши мысли? – раздался негромкий голос мужчины.

– Не секрет, – чуть улыбнулась я. – Я размышляла о том, что скоро придет зима.

– Вы любите эту холодную пору? – полюбопытствовал Евгран.

– Скорее да, чем нет, – секунду подумав, ответила я. – В ней немало прекрасного. И без зимы мы не ценили бы прелестей остальных времен года.

– А осень?

– Осень тоже люблю, – скосив на него взгляд, осторожно сказала. – Она… яркая, теплая, живая и карнавальная. У осени огромное количество масок. Больше, чем у любого другого времени года. Весна не сможет предстать осенью, а летом не пойдет снег. Осень же многолика. Осенью возможно все. Какую маску решит надеть золотая царевна, так и будет.

– У вас интересные представления, – задумчиво проговорил мужчина.

– Какие есть…

Мы подошли к небольшому комплексу, оформленному в восточном стиле, и я с любопытством стала его рассматривать.

Небольшие, будто воздушные домики с острыми крышами стояли на сваях посреди маленького пруда, их связывали изящные мостики. Построек в стиле архитектуры Страны Восходящего Солнца у нас было мало из-за дальности расстояния между Империями и, соответственно, не особо оживленной торговли. Впрочем, в последнее время их становилось все больше и больше. Все же культура этого народа удивительна. И они изготавливают безумно красивые ткани, фарфор и многое другое, что нравится коллекционерам редкостей и просто богатым людям. Поэтому, когда несколько лет назад один из лордов оформил свой новый дом именно так, этим стилем заинтересовались, и он теперь становится все более популярным.

Когда зашли в главный корпус заведения, я отметила необычное оформление помещения. Все в стиле минимализма, но любая вещь была поистине произведением искусства и находилась на своем месте. Необычные росписи на стенах изображали горы, деревья, водопады и сценки из жизни. Расписные огромные веера на стенах, большие напольные вазы, свисающие с потолка фонарики.

К нам подошла маленькая девушка в национальном кимоно и с поклоном сказала, что отдельный кабинет Пламенеющего, как всегда, в его распоряжении.

– Благодарю, Юкио, но я сегодня не в той компании, – покачал головой Евгран, предупреждая мое возмущение. – Мы пообедаем в общем зале.

– Как скажете, господин, – снова поклонилась девушка. – Вы сегодня рано, и зал почти пустует.

Мы прошли в просторное помещение, в котором и правда никого не было, кроме молодого человека в дальнем углу. Заняли столик на противоположной стороне, и девушка принесла меню. Я даже открывать свое не стала, а на вопросительный взгляд Пламенеющего ответила:

– Полагаюсь на ваш вкус, но при выборе прошу учитывать, что с особенностями этой кухни я незнакома.

– Конечно, – склонил голову рыжеволосый.

– Девушка, – обратилась к брюнетке, которая как раз забирала меню. – Также попрошу это помнить при сервировке.

– Разумеется, леди, – низко поклонилась она и удалилась.

Пользуясь возможностью, с интересом разглядывала интерьер. Напротив меня на стене висела необычная и красивая картина, которой, даже при чуждости изображенной там природы, я не могла не восхищаться.

Над горами, голубоватыми из-за укрывшего их утреннего тумана, поднималось солнце, которое окрашивало все в золотисто-розовые тона, разгоняя предрассветный сумрак. С гор спускался небольшой бурный поток, который срывался вниз сверкающим водопадом. Над обрывом цвело странное дерево без листьев. Оно роняло вниз светло-розовые лепестки, и они плавно опускались на водную гладь у подножия утеса.

Сам зал был оформлен в светлых тонах, разделен на зоны полупрозрачной тканью, колыхающейся от малейшего дуновения, украшен музыкой ветра возле окон и расписными стенами. Все помещение дышало легкостью и свежестью.

– Нравится?

Я перевела взгляд на лениво развалившегося напротив Ева, который внимательно наблюдал за мной из-под полуопущенных ресниц.

– Да, – честно ответила. – Необычно, но интересно.

– Знаете, когда я впервые сюда попал, то подумал почти то же самое, – улыбнулся мужчина. – Как ваша стажировка?

– Благодарю за проявленное внимание, все хорошо, – насторожилась я.

Евгран понял, что эта тема не лучшая для обсуждения, и увел разговор в сторону от личного. Пока обедали, мы успели немного обсудить культурные различия между странами и расами. Пламенеющий был весьма начитан, он рассказывал о многом. От поэзии до различной внешнеполитической тактики.

Понемногу начинала оттаивать и улыбалась ему все более искренно, хоть опасения до конца так и не ушли. Особенно мне не нравились его долгие задумчивые взгляды во время уже привычных пауз в разговоре. Ох, неспроста ты обо мне вспомнил, Рыж. Не связано ли это со вчерашним эпизодом?

Я промокнула губы салфеткой и отодвинула поднос, который сразу же забрала служанка.

Придвинула к себе большой глиняный чайник с искусной росписью и налила в пиалу чай. Обхватила ее ладонями, отогревая немного замерзшие пальцы, медленно отпила и, прикрыв глаза, посмаковала послевкусие. Интересный сбор.

И еще… мое инкогнито таковым для Рыжа остается ровно до того момента, пока у него не возникнут подозрения. Ведь он смог во дворце отличить настоящую принцессу. Получается, и сейчас, стоит ему только проверить, и маски будут сняты. Вернее, они мне не помогут. Отдала добровольно прядку, называется… Кто же знал, что это такими последствиями аукнется?

Ладно… Ничего поделать с этой ситуацией я пока не могу, а значит, перейдем, собственно, к самой партии. Что-то подсказывает, что она будет интересной.

– Предлагаю перейти к цели нашей сегодняшней встречи, – наконец решилась начать.

– Я считал, что за вами осталось обещание, – приподнял свою пиалу Рыж. – И потому вы здесь.

– Евгран Пламенеющий! – Я поджала губы и решительно посмотрела на него. Судя по вальяжной позе и ироничному прищуру зеленых глаз, Алый играл. – Мы с вами еще в первую встречу, кажется, пришли к соглашению. Видите ли, я истинная дочь Желтого Клана, который терпеть не может подковерных интриг. Поэтому мне не нравится чувствовать себя мышью в метре от сытого кота, который еще не определился, что делать с глупой добычей.

– Вы не мышка, – потеплел взгляд мужчины. – А по поводу Желтых и вашего нежелания играть… Из всякого правила есть исключение. Яркий тому пример – ваш дядя. Надо заметить, партии с ним всегда доставляли мне истинное удовольствие.

– Значит, считайте, что я не пошла в ближайшего родственника, – сухо ответила.

– Хотите откровенно? – задумчиво склонил голову Рыж.

– Вы и откровенность? – открыто усмехнулась я. – Не смешите. Я просто хочу знать хотя бы название игры, в которую вы пытаетесь меня втянуть. Конечно, знать еще и правила было бы великолепно, но о такой снисходительности к глупенькой Желтой я не прошу.

– Разве я говорил про игру с вами? – вскинул рыжую бровь мужчина. – Что вы, леди…

– Пламенеющий, – тихо произнесла я, – для вас все игра.

– Какая умненькая, маленькая… мышка, – тихо рассмеялся Рыж. – Хорошо, леди Альена, я расскажу, почему вспомнил о вас спустя месяц.

– Трепетно внимаю, – сухо ответила я.

– Как вам угодно, – еле заметный наклон головы.

Рыж… Какой же ты разный. С Алей и Альеной.

Мужчина с минуту пристально меня разглядывал, потом обратил взор на картину, изучаемую мной в начале обеда, и тихо начал:

– Все запутано, и непросто отловить кончик, потянув за который можно вытащить ту самую ниточку повествования. Но я попробую. Вы мне интересны. Достаточно интересны для того, чтобы немного отвлечь… от другой.

– Как лестно, – тихо рассмеялась я. – Значит, в холодном сердце Пламенеющего властвует прекрасная незнакомка?

– Альена… – Я вздрогнула, потому что впервые поняла, почему он занимает свою должность и его так боятся. Ни угрозы, ни злости или раздражения во взгляде не было, но весеннюю зелень сковали льды, и теперь он обжигал меня холодом. – Вы несколько заигрались.

– Прошу прощения, – чуть склонила голову.

– Хорошо.

– Так и не поняла, чего вы от меня хотите, – взяла себя в руки и снова посмотрела на него. – Или хотите испробовать метод клин клином?

– Я просто желаю, чтобы вы иногда уделяли мне время, – улыбнулся Пламенеющий. – И пока ничего более, леди.

– Как понимаю, ключевое слово в вашей фразе «пока»? – Я сжала кулаки. Да как он смеет?!

– Вы не то слышите, – кинул на меня внимательный взгляд Рыж.

– А я думаю, что вы не понимаете, – процедила я. – Во-первых, есть дядя, который будет возражать.

– Это моя проблема, – покровительственно улыбнулся он.

– А во-вторых, я тоже не желаю вас более видеть, Пламенеющий, – независимо вздернула подбородок.

– И это тоже моя проблема, леди, – насмешливо протянул он.

– По долгам я рассчиталась, и поэтому причин для дальнейшего общения нет! – Я резко встала из-за стола.

– Я даю вам время, – поднялся посерьезневший мужчина. – Не принимайте поспешных решений.

– Благодарю за обед, мне пора возвращаться, – собравшись с силами, нейтрально улыбнулась.

– Я вас провожу, – шагнул вперед Евгран.

– Пламенеющий! – Меня на секунду оставила выдержка, но я быстро вернулась в равновесие и уже спокойно закончила: – Если вы и правда хотите, чтобы я подумала, то оставьте сейчас меня в покое.

– Как скажете, леди, – поклонился мужчина.

Кивнула ему на прощание и решительно вышла из здания. Уже шагая по аллее обратно к центру парка, я зло поджимала губы и шла, наверное, слишком стремительно и порывисто для молодой леди.

Вот же гад! Замена ему потребовалась! Отвлекается он! Я, между прочим, искренне считала, что у Рыжа исключительно братские чувства. Вчера это мнение изрядно пошатнулось, а сейчас мой рыцарь, который и так был не особо сверкающим, еще больше себя раскрывает.

Хотя… Я сама виновата. Если кого-то идеализируешь, то рано или поздно глаза открываются, и становится ясно, что человек не так уж и непогрешим.

Надо признать, я еще никогда не задумывалась о женщинах в его жизни. Над тем, какой он с ними…

Вообще, ситуация крайне невеселая. Судя по действиям Пламенеющего, он прекрасно понимает, что каких-либо отношений, кроме дружеских, у него со мной быть не может. Потому Рыж и вспомнил про Альену. Интересная, необычная, и такой же тип внешности, как и у Али. М-да… Сама ведь просила Ярра, чтобы иллюзия была на меня похожа. Знала бы…

И как мне теперь себя с ним вести?

Понятное дело, как Альена скажу, что не согласна на его предложение, а вот что делать Але?

Ох… Ладно. Подумаю об этом как-нибудь потом. И желательно на свежую голову.

Когда я вернулась в особняк, Хор еще отсутствовал. Немного подумала и направилась в библиотеку. В резиденцию меня заберут только завтра вечером. Выходные проведу там, а в начале следующей недели Император устраивает большой прием, на котором я должна присутствовать собственной персоной. Ничего не поделаешь. Но зато уже послезавтра увижу Мари! Так по ней соскучилась…

## Глава 16. Про ревность, страсть и танцы

> Чем меньше женщину мы любим,

> Тем легче нравимся мы ей.

> И тем ее вернее губим

> Средь обольстительных сетей.

> А. С. Пушкин. «Евгений Онегин»

Утро добрым не было. Потому как началось с Лирвейна.

– Выйди! – кинула я в водника подушкой.

– Чтобы ты, как в прошлый раз, вновь уснула? – иронично поинтересовался Хранитель.

– Да встану я!

– Хорошо. – С этими словами он все же вышел в гостиную.

После очередной тренировки, на которой волшебник заставлял пользоваться не только физической, но и магической силой, меня, измотанную, отправили обратно в особняк, но сообщили, что Лорд Хор ждет внизу и потому неплохо бы собираться в темпе.

Взглянула на невозмутимого блондина и еле удержалась от того, чтобы «вежливо» спросить: «Если он уже ждет, то почему ты меня на полигоне сегодня дольше обычного мучил?»

Но посмотрела на непонятно чего ожидающего Лира и сдержалась. В серых глазах мелькнула тень неудовольствия, но он промолчал и откланялся.

Все же насколько с ними сложно! Сегодня Хранитель шутил и смеялся, а завтра вполне может опять в айсберг превратиться!

Даже с Ярром проще. Хотя я с ним реже общаюсь.

«Дядя» сегодня тоже не являл собой образец благодушия. На диалог шел неохотно, а потому завтрак прошел в молчании.

В департаменте он благополучно поручил меня Леславе.

Секретарша вообще оказалась крайне полезным человечком. Хоть информацию, конечно, приходилось серьезно фильтровать, но все равно источником она была практически бесценным. Впрочем, подозреваю, что болтливость девушки регулировалась ее начальником. Так как о самом Хоре она практически ничего не рассказывала.

За время стажировки в департаменте я успела оглядеться и теперь хотя бы имела небольшое представление о том, кто у меня в этой структуре находится на ключевых постах. Большая часть, конечно, была весьма толковыми специалистами. Но некоторые личности совершенно непонятно чем тут занимались, потому как, судя по всему, о работе своей отрасли имели весьма смутное представление. И что они вообще тут делают? Вернее, как их допустили в кресла начальников отделов?

Этот вопрос тоже немного прояснился. Приказы о назначениях часто спускались сверху. Притом, понятное дело, не от Хора. Железный Лорд был лишь заместителем, и, хотя начальник СБ Империи не имел никаких достоинств, кроме былой славы и ныне неофициальной должности «алкоголика-собеседника» моего венценосного отца, с ним приходилось считаться.

Придется делать перестановку кадров. Вернее, давать Хору карт-бланш на любые действия. Уверена, он справится. Тем более, по сути, сейчас именно он тянет на себе всю структуру.

Во второй половине дня я уже сидела в кабинете и разбирала вместе с Хором документацию.

Занимались мы этим однообразным делом довольно долго и, судя по тому, как быстро темнело за окном, скоро будем закругляться.

– Леди, у меня еще есть дела. – Лорд Хор наконец поднял взгляд от бумаг и откинулся на спинку кресла. Устало прикрыл глаза и потер виски. – Взять с собой, к сожалению, не получится, да и вечером вас Мидьяр обещал забрать. Так что, наверное, уместнее всего сейчас отправиться домой.

– Конечно, – спокойно кивнула в ответ, отложила книгу и поднялась. – Как скажете.

– Вот и отлично. – «Дядя» порылся в ящике стола и протянул уже знакомый мне жетон, который надо было передать телепортистам внизу.

Оставив Хора собирать документы, я вышла в приемную и угодила в ловушку, расставленную Леславой. Я еще неделю назад обещалась с ней посплетничать за чашкой чая, но все никак не получалось. Но сегодня никаких препятствий для приятной беседы не было, поэтому я с радостью согласилась составить девушке компанию за вечерним чаепитием.

Расстались мы около часа спустя. Настроение было самым радужным, и я, лихо перепрыгивая через ступеньки и мурлыкая под нос незатейливый мотивчик, спускалась вниз. Зашла в пустынный в этот час зал, передала дежурной телепортистке жетон и спокойно шагнула в серую дымку портала.

Вышла и с удивлением огляделась. Я стояла на краю темного в этот вечерний час леса. Неподалеку был небольшой пруд с раскидистой ивой на берегу, а дальше, насколько хватало глаз, простиралась степь.

– А вот и птичка, – раздался неприятный смешок позади меня.

Резко развернулась и увидела подтянутую женщину лет тридцати с резкими чертами лица и неприятными водянистыми глазами. Она была в форме, и я вспомнила, что несколько раз видела ее в департаменте Хора. За ней стояли два мордоворота с каменно-невозмутимыми лицами и холодными глазами матерых хищников, которые не стесняются в методах достижения цели.

Один из них скривил в ухмылке губы, оценивающе оглядывая меня. От этого ощупывающего взгляда мне стало не по себе и по позвоночнику прокатились мурашки. Не к добру это рандеву.

– И что он в тебе нашел? – Женщина брезгливо поджала губы, делая мягкий шаг в мою сторону. – Что в тебе такого? Почему он так к тебе относится?

– О ком вы? – осторожно спросила, наблюдая за опасной троицей.

Это становилось все труднее, потому что женщина медленно обходила меня по кругу, все так же оценивающе разглядывая.

Создатель, что делать? Какими бы ни были их мотивы, ничем хорошим это не закончится. В лучшем случае, возьмут в заложницы и не тронут. Но, судя по возбужденным взглядам мужчин, на последнее надеяться не стоило.

Но все же, что она от меня хочет? Где я ей дорогу перебежала?

– А то не понимаешь? – И так не особо красивое лицо исказилось гримасой злобы. Она внезапно оказалась рядом, схватила за подбородок и заставила поднять на нее глаза. Высокая… – Он оборвал все свои связи почти сразу после того, как тебя встретил! Потом вроде бы забыл, и показалось, что это все мои домыслы… Но нет! Я вас видела вчера! Он ни на кого так не смотрел!

Но… Я вчера встречалась только с Рыжем.

– Племенеющий? – изумленно выдохнула я.

Вот надо же… Из всех возможных вариантов угрозы моей жизни выпал именно такой. Не покушение на принцессу и даже не попытка воздействовать на Хора через «племянницу», а просто месть ревнивой женщины. Какая ирония!

– Надо же, так быстро догадалась, маленькая мр-р-разь! – Она чуть приподняла верхнюю губу в оскале. Улыбкой я бы это никогда не назвала. – И все же, что он в тебе нашел? Ни красоты, – она с нажимом провела ногтем по моей щеке, наверняка оставив красный след, – ни ума, ни способностей. Просто избалованная девчонка, которая несвоевременно дала волю острому язычку!

Ой как все плохо. Нет ничего хуже, чем обозленная ревнивая женщина.

Что я могу сделать? Их трое! Двое здоровенных мужиков и женщина, которая не слабее своих соучастников. И я… Лир учил, конечно, но я даже с одним из них не справлюсь.

Меня уже начинало трясти от ужаса, и стоило больших усилий не дать дрожи стать слишком явной. К глазам подкатили слезы, и я сильно прикусила губу, чтобы привести себя в чувство.

– Какая трусиха, – почти восхищенно выдохнула она мне на ухо и второй рукой ласково провела по шее, вызвав дрожь отвращения. – Трясется, как кролик. Слабачка! Как он мог?

– Я не заинтересована в вашем возлюбленном, – дернула головой, пытаясь вырвать подбородок из хватки этой стервятницы.

– Не смеши меня! – истерически рассмеялась она. – Его невозможно не любить! Да и твоих желаний не спрашивают. Он в тебе заинтересован, и это главное.

– Но вы же работаете в департаменте дяди, – попыталась отвлечь ненормальную я. – Как вы можете, ведь ваши ведомства находятся в конфронтации.

– Де-э-эвочка, – протянула она. – Я не собираюсь с тобой откровенничать.

Она меня отпустила, наградила еще одним взглядом и без замаха неожиданно сильно ударила по лицу. Я такого не ожидала. Отлетела на пару шагов и, не удержав равновесия, опустилась на землю.

– Жалкая, – с презрением сплюнула хищница и развернулась к мужчинам. – Она ваша. Можете делать, что хотите, но в итоге девка должна сдохнуть. По возможности мучительно.

– Сделаем, – противно ухмыльнулся один, и меня затрясло от страха. Ведь понять, о чем говорил наемник, было несложно.

– Стоит прибить, думаешь? – задумчиво спросил второй. – Может, что-то с Железного Лорда получить удастся?

– Не смеши, – покачала головой охотница. – Хор скорее тебя найдет и закопает. Притом и то и другое проделает быстро. Так что развлекайтесь и кончайте ее.

– А ты что, смотреть станешь?

– Стану, – оскалилась эта…

– Как хочешь. – И они издевательски медленно двинулись ко мне.

Провела тыльной стороной ладони по подбородку, краем сознания отметив оставшуюся там кровь и боль в разбитой губе, и прикрыла глаза, пытаясь выплести связку, которую не так давно показывал мне Лир. Не успела.

Кто-то сильно схватил меня за косу и дернул вверх, заставляя подняться. От неожиданности я отпустила силу, и она неконтролируемым потоком вырвалась из рук. К сожалению, это особо не помогло, так как наемников только на пять шагов отбросило и еще больше обозлило.

– Ах ты! – коротко рыкнул первый и бросился ко мне.

На то, чтобы сплести связку, не хватало времени, и потому я просто опустила все барьеры, сдерживающие мою личную энергию, и задала ей только одну цель. Уничтожить опасность.

Я только успела заметить, как наемников силовой волной впечатывает в землю, а женщину сносит чуть дальше и ударяет об дерево. А потом ощутила, что сила все хлещет наружу и никак не получается запереть ее обратно.

Создатель! Я же сгорю… Надо назад.

Поднять барьер, не дать ускользнуть остаткам, потому что тогда высвободится все, что в ауре, и прощай, целая провинция! Гибель Проводника от перерасхода или истощения – это страшно не только для него, но и для всего, что рядом.

Зажмурив глаза до золотых искр и цветных кругов под закрытыми веками, я лихорадочно старалась вернуться в нормальное состояние. Когда это наконец получилось, я осторожно приоткрыла глаза и увидела, как медленно встает один наемник и помогает вправить руку своему товарищу. Живучие… Женщина же лежала с неестественно вывернутой шеей.

– Да знаешь, что я с тобой сейчас сделаю, дрянь?! – с ненавистью посмотрел на меня один из мужчин.

Узнать не успела, потому что за их спинами открылся сияющий голубой дымкой портал, и оттуда вышел Лирвейн. Глаза Хранителя полыхнули синим огнем злости, и наемники, взвыв, схватились за головы и осели на землю. Краем глаза я заметила, что их лица как изморозью покрылись, и, еще раз содрогнувшись, они затихли.

– Аля, – быстро опустился возле меня Лир, – посмотри мне в глаза!

Я на секунду задержала взгляд на лице Хранителя, потом перевела взор на закатное небо. Я так устала… Хочется лечь.

– Не смей спать! – Лир встряхнул меня за плечи. – Что ты сотворила? Насколько ты открылась?

– Полностью, – тихо выдохнула в ответ.

– Дура! – обжег уши выкрик Лира. – А ну посмотри на меня.

– Не хочу, – отвернулась я.

Мною владела полная апатия. Хотелось просто уснуть. Лечь и раствориться. Отдать тело земле, душу ветру, силу всем стихиям. Как жаль, что все так кончится…

– Ничего не кончится! – разъяренно прорычал Лир.

Хранитель заставил меня сесть, взял лицо в ладони и посмотрел в глаза. В сером взоре Лирвейна было столько эмоций, что я даже ощутила вялое удивление. Злость перетекала в отчаяние, беспокойство сплеталось с раздражением. И там было еще что-то… Не определить. Серый взгляд так странно темнеет.

– Слушай меня, – тихо проговорил мужчина. – Ты много отдала. Очень много. В таком состоянии в телепорт нельзя, я просто не донесу тебя до Источника. Надо поделиться силой. Ты понимаешь? Ты должна ее принять.

Говорить не было желания, так что только кивнула в ответ. Лир внимательно меня оглядел, нахмурился и чуть коснулся губами уголка рта. Лечил. Сразу перестало болеть.

– Аля, – раздался проникновенный шепот над ухом, рождая мурашки по телу и заставляя меня сделать шаг навстречу реальному миру с той грани, на которой я балансировала. – Ты помнишь, как это делается?

– Да, – тихо выдохнула в ответ, смутно припоминая, что на каком-то занятии мне рассказывали о методах обмена энергией. Подняла руки и обняла Лира за плечи, так как меня начинали оставлять силы и была нужна опора.

– Замечательно. – Хранитель чуть отстранился и заглянул мне в глаза. – Не сопротивляйся. Ничего не бойся. Просто прими то, что я даю.

Не дожидаясь ответа, Лир склонился и коснулся моих губ. Словно забыв весь свой небольшой опыт восьмилетней давности, я почему-то так и сидела, заторможенная, и не подумала приоткрыть рот. Но Лир, вместо того чтобы отстраниться, просто превратил передачу силы в настоящий поцелуй. Когда я почувствовала прикосновение его языка, изумленно распахнула глаза и выдохнула. Мужчина поймал мое дыхание, и через мгновение в меня вернулась моя сила, многократно усиленная Водой.

Правда, после этого он не отстранился. А я не оттолкнула.

Я прижималась к нему в поиске опоры и силы, пила его дыхание, не в силах насытиться. Запуталась пальцами в светлых волосах, растрепывая хвост и не желая расставаться с белоснежным шелком. Волосы прохладными нитями скользили по рукам, рождая желание сжать их чуточку крепче.

Ощутила на талии руки Хранителя. Секунду помедлив, он теснее прижал меня к себе и, оторвавшись от губ, прислонился виском к щеке, пытаясь выровнять дыхание. Я медленно провела носом по его волосам, вдыхая свежий запах с едва заметной ноткой хвои, который кружил голову. Кроме того что меня начинало бить мелкой дрожью уже совершенно по другим причинам и хотелось прижаться к нему в поиске защиты, так еще мне было мало силы. Хотелось еще. Очень. До дрожи. Потому что я опять начинала уплывать, а расставаться с приятными ощущениями не хотелось. Я жаждала опять быть живой.

Потому только осторожно скользнула пальцами по шее мужчины, и когда добралась до уха, он чуть заметно вздрогнул. Погладила нежную кожу, скользнула губами по виску блондина, чуть отстранилась и посмотрела в темные глаза. Тихо выдохнула.

– Хочу. – Черный зрачок дрогнул, заполняя радужку. – Мне нужно. Ты мне нужен, – наклонилась и выдохнула ему в губы. – Позволь.

Мужчина коротко простонал и подался вперед. Меня как волной накрыло. Я купалась в потоках силы. За закрытыми веками полыхали голубые горячие звезды. На грани полуяви ощущала, что по телу скользят горячие ладони блондина, и вот уже моя коса распускается под настойчивыми пальцами.

Как часто он дышит и насколько одуряюще пахнет…

Горячие пальцы провели по моей шее, заставив рефлекторно ее выгнуть, ухватили за волосы на затылке, чуть оттянув назад и заставляя запрокинуть голову. Лир оторвался от губ, и я, разочарованно застонав, подалась за ним, но мужчина прикусил мочку уха, и я сдавленно охнула, на мгновение забыв об энергетическом голоде. Лир с нажимом провел ладонью по спине, и я чуть изогнулась навстречу блондину, еще плотнее прижавшись к нему грудью, вызвав прерывистый вздох мужчины.

– Еще, – снова потянулась к его губам.

– Нет, – коротко ответил мужчина, чья ладонь уже обжигала кожу поясницы. – Хватит. Ты уже много взяла.

Надо, чтобы он снова меня поцеловал. Тогда хорошо будет, и сила будет. Она вкусная. И он вкусный. Мне нравится.

– Но я хочу, – затуманенным взглядом оглядела его я. – Мне нужно. Дай.

– Нельзя, – судорожно выдохнул и плотнее прижал меня к себе мужчина.

– Но, Лир, – почти захныкала я, – еще…

– Нет, – покачал головой мужчина. – Тебе так кажется. Организм едва не погиб и пытается взять как можно больше.

– Мало, – коротко простонала, скользя ладонями по его плечам, прижимаясь плотнее к сильному телу. – Надо еще…

Мужчина резко выдохнул, обжег меня черным взглядом и опять прижался к моим губам, но на этот раз в настоящем поцелуе. Жадном, страстном, сводящем с ума. Но… не то!

– Нет, – отстранилась я. – Неправильно! Так неправильно. Поцелуй как надо.

Глаза Лира неожиданно посветлели, и волшебник горько улыбнулся. Поднял руку, положил мне на лоб и шепнул:

– Спи.

– Но… – возмущенно начала, но продолжить не смогла, потому что веки потяжелели, и я провалилась в сон, уже на грани ощущений понимая, что меня взяли на руки и куда-то понесли.


Проснулась я на следующий день в своей постели в доме Хора.

Со стоном повернулась и схватилась за голову.

Чувствовала я себя просто отвратительно. Голова раскалывалась, тело ныло, а потом меня любезно посетили воспоминания о произошедших накануне событиях. Вздрогнула от страха, когда представила, что бы со мной было, если бы не пришел Лир. Потом вспомнила методы спасения от энергетического истощения, и щеки залила жаркая краска смущения.

Как мне теперь в глаза ему смотреть? После того, как я себя так вела!

Но… что же произошло? Получается, голод был настолько силен, что инстинкты отодвинули разум. И, руководствуясь ими, я делала все для того, чтобы получить то, чего хотела. Хотя… Лирвейн меня целовал. Сам. Причем так, что только от воспоминаний горят уши, а стоит закрыть глаза и представить, как перехватывает дыхание.

Я решительно потрясла головой и наказала себе не возвращаться к этому эпизоду. В конце концов, паниковать еще рано. Я была на грани, не понимала, что делаю, и Хранитель наверняка это осознает. Так что просто посмотрю на линию поведения Лирвейна и стану придерживаться такой же.

На этой оптимистичной ноте двери открылись, и в комнату прошел Мидьяр.

– Проснулась, – удовлетворенно кивнул Искусник. – Отлично. Как ощущения?

– Средней паршивости. – Прислушалась к организму и честно ответила: – Лучше, чем было минут десять назад.

– Энергии ты многовато хватанула, – обеспокоенно покачал головой Мидьяр. – Нельзя было столько пить.

– Эмм, – отвела взгляд я.

– И еще кое-что… Я понимаю, что в данный момент поднимать эту тему с моей стороны не особенно красиво, но все же предпочту обговорить все сейчас. Пока свежи впечатления. – Хранитель Грез плавно опустился в кресло и задумчиво на меня посмотрел.

Волосы Искусника черным потоком спускались по светлому бархату камзола, и, хотя в них и мелькали фиолетовые и зеленые косички, я почему-то решила, что такая цветовая гамма шевелюры волшебника не сулит мне ничего хорошего. Судя по серьезным, чуть прищуренным синим глазам, я была права.

– Слушаю тебя. – Села на кровати и приготовилась к разносу. А ведь даже знаю за что…

– Аля, скажи, чему мы тебя учили последние несколько месяцев? – тихо спросил Ярр.

– Я не успела, – опустила глаза. – Они сбили мне настрой, и я не удержала связку. А потом не успевала сплести ничего нового и опустила барьер. И я очень испугалась, поэтому не совсем здраво соображала.

– Я понимаю, – грустно ответил Мидьяр. – Но мне не нравится, что ты не смогла ничего сделать всего лишь с тремя отморозками. Тебя не учили драться, да и бесполезно это в твоем возрасте… Придется что-то придумывать.

– Ярр, – посмотрела в синие глаза, – прошло два месяца. Чего ты от меня хочешь? Чтобы я, которая до того, как сюда приехала, вообще ничего не знала и не умела, играючи разметала здоровенных мужиков и безопасницу?

Искусник ненадолго замолчал. Потом медленно сказал:

– Наверное, мы много от тебя требуем. Ты быстро прогрессируешь, хорошо воспринимаешь информацию, с тобой приятно работать. Но… этого мало. – Мидьяр задумчиво пропустил сквозь пальцы темные волосы и стал бездумно вертеть в руках тонкую фиолетовую косичку. – Но, Аля, я просто физически ощущаю, как уходит время. Его все меньше и меньше, и я не знаю, когда грянет гром. Меня это беспокоит. Я не привык быть в подвешенном состоянии.

– Я тоже это чувствую, – неслышно выдохнула в ответ. – Но я не только учусь. Я меняюсь. Умираю по кусочкам. Ты ведь помнишь, как больно терять себя. Знаю, что в итоге стану сильнее и, возможно, лучше. Но мне нравится та Аля, которая живет сейчас, и, если честно, совсем не хочется менять ее на принцессу вир Толлиман.

– Я помню, – кивнул Хранитель, глядя сквозь меня отсутствующим взглядом. – Мы все помним. Но необходимости перемен это не отменяет.

– Знаю, – кивнула я.

– Вот и отлично. – Хранитель встал, пересел на кровать и притянул меня к себе.

Я уткнулась лбом в грудь Искусника и почувствовала, как он ласково провел по моим волосам и что-то тихо прошептал. Через несколько секунд прошла та головная боль, которая еще оставалась, мысли стали ясными, а тело наполнила энергия. Я почувствовала, что мне теперь под силу любые героические свершения.

– Спасибо, – отстранилась и улыбнулась Хранителю Грез, в глазах которого снова сверкали золотые искры. – Ярр, а почему у тебя такие глаза странные? И волосы.

– Глаза – это расовая особенность, – рассмеялся Мидьяр. – Я ведь ленейри. А волосы… Просто нравится!

– Какой ты… необыкновенный, – честно сделала комплимент я.

– Спасибо, девочка. – Ярр поднялся с постели. – Отдыхай сегодня. Все же, учитывая ситуацию, ты вела себя весьма достойно, а то, что не сориентировалась сразу… Это со всеми бывает.

– А тогда зачем ты ругался?

– С тобой надо было поговорить, – серьезно ответил он. – Сейчас был самый оптимальный момент.

И Хранитель вышел за дверь, оставив меня осмысливать происшедшее.

Я еще немного посидела и отправилась одеваться. Но не успела дойти до гардеробной, как в комнату влетела Мари и крепко меня обняла.

– Я так испугалась! – воскликнула подруга.

– Мари, ослабь, пожалуйста, хватку.

– Точно, – раздался от двери смеющийся голос Ровены. – А то одной недобитой принцессой станет меньше.

– Ой, прости, – тотчас отстранилась Мариоль.

– Мы на сегодняшний день в твоем распоряжении, – улыбнулась Ро. – Велели всячески развлекать и отвлекать.

– Какие любезные ребята, – восхитилась я, распахнула шкаф и достала первое попавшееся платье, кроем попроще. – Мари, поможешь?

– Конечно, – кивнула подруга. – Сегодня выходной, можно куда-нибудь сходить, – улыбнулась она. – Я во дворце вою от придворных и правил этикета, в резиденции – от занятий и Аэрлиса. Давно пора разнообразить программу!

– А который час? – полюбопытствовала я.

– Около пяти, наверное, – улыбнулась Хранительница Света, чуть склонив набок темную головку. – Ты долго спала.

– Так вот почему кушать хочется! – хихикнула я.

– Неудивительно, – рассмеялась Ро. – Тебе сейчас вообще много чего захочется. Энергия еще не до конца улеглась, и тебя сегодня станет тянуть на приключения. Активно так. Поэтому я и с вами. Запирать тебя в таком состоянии нельзя, надо за тобой проследить. Ведь, зная тебя, можно не сомневаться, что найдешь приключения даже на территории охраняемой резиденции.

– Мы что, собираемся тут сидеть? – хором воскликнули мы с Мари.

– Ну не знаю, – хитро прищурив глаза, протянула Ровена.

– Ро, – просительно посмотрела на фейри, – я не хочу здесь оставаться. Мне хочется движения, круговорота, эмоций! Кому, как не тебе, знать это состояние!

– Хорошо, – заразительно рассмеялась Ровена, задорно тряхнув кудрявыми волосами. – Тогда перекусим и пойдем в «Триэль». Там сегодня танцевальный вечер. Вообще, нам и правда не помешает развеяться. – Фейри встала на цыпочки и медленно потянулась, чуть прогнув спину. Прикрыла глаза, выдохнула, легко подпрыгнула и развернулась к нам. – Тоже хочу танцевать. Кстати, можно покушать и там.

– Думаю, раз все равно идем, то, конечно, там, – поймав согласный взгляд подруги, озвучила наше общее мнение я.

– По поводу одежды. – Я могу идти и так, – пожала плечами Мари и показала на свою широкую юбку и блузку. – Только жакет накину.

– И меня все устраивает, – улыбнулась я, уже почти машинально приняла облик Альены и шагнула в созданный фейри туманно-белый портал.

Но тут в голове, издевательски запоздав, появилась дельная мысль, которая тихо постучала в двери разума и доверительно сообщила, что мужчины нашего времяпровождения явно не одобрят. И сопровождение Ровены для них не аргумент. Потому как что-то мне подсказывало, что если Хранители и давали добро на развлечения, то явно не настолько… активные, скажем так.

Эх, ладно! Будем решать проблемы по мере их поступления.

Вышла на улице возле двухэтажного дома с многозначительной вывеской «Триэль». Через несколько секунд ко мне присоединилась Мари, да и Ровену долго ждать не пришлось.

На входе нас пропустили без вопросов, видимо, потому, что мы были с Ровеной. Фейри одинаково радостно и светло улыбалась всем, и люди не могли не ответить ей тем же. Все же насколько искреннее и волшебное существо… Хоть и не такая легкая и воздушная, каковой кажется на первый взгляд.

В зале звучала веселая музыка и звенел смех. Атмосфера самая радостная.

Мы с Мари с любопытством озирались, так как об этом бардовском сообществе столицы хоть и неоднократно слышали, но пришли сюда в первый раз.

Похоже, хозяин являлся переселенцем, причем не удивлюсь, если из мира Ярра. Уж очень тут все было в его стиле, что ли… Так же дико и непривычно на первый взгляд, но завораживающе.

– Хозяин здесь совершенно потрясающий! – радостно выкрикнула Ровена. – Каждый тематический вечер тут новый интерьер. На моей памяти он ни разу не повторился.

– А хозяин здесь? – с любопытством поинтересовалась Мари.

– Может, и здесь, – улыбнулась Ро. – Но он все равно в личине, и всякий раз разной. Игра «найди меня» – его любимое развлечение. Тому, кто угадает хозяина вечера, – приз.

Девушка мечтательно улыбнулась. Мы с Мариоль переглянулись и многозначительно протянули:

– Поня-а-атно.

– Ничего вам не понятно, – расхохоталась фейри. – Идемте уже, беспредельщицы. За сегодняшнее нам все равно влетит от ребят, так что надо выжать из этой ситуации все, что можно.

Мы с подругой согласно кивнули и двинулись вслед за Хранительницей Света.

Ровену тут любили; многие спрашивали, станет ли девушка сегодня танцевать, другие просто улыбались и салютовали бокалами, а один здоровяк так вообще подхватил заливисто хохочущую девушку на руки и закружил.

– Ра-а-ан! Поставь меня! – вопила кудрявая, но вырваться не пыталась, а лишь восторженно дрыгала ножками.

Было видно, что фейри наслаждается окружающей ее атмосферой счастья и радости, пьет ее, дышит ею, живет этим и дарит другим. Дивная… Как правы старые сказки.

Ровена наконец выбралась из рук великана и, подхватив нас под локти, повлекла к стойке. Пока шли, я пользовалась возможностью и изучала, куда нас по воле судьбы и ветреной Ровены занесло.

Кроме обстановки заведение могло похвастаться просто рекордным количеством переселенцев и вообще посетителей разных рас, даже из нашего мира. Например, одно то, что тут были дроу, уже вызывало удивление и… уважение. К хозяину заведения. Потому что темные эльфы человеческие развлечения, как правило, не ценили, и чтобы их заинтересовать, я не знаю, что надо сделать. Владелец «Триэля», похоже, знал.

За стойкой стоял молодой вихрастый парень, который просто немыслимо что творил с бокалами и бутылками. Вертел, жонглировал, подкидывал – в общем, издевался над нервами неподготовленного зрителя как мог.

– Крошка Ро! – воскликнул парень, заметив нас. – Каким ветром в наше скромное заведение?

– Ветром перемен, Жан! – тепло улыбнулась девушка. – Ты же знаешь, что на другом я не летаю.

– Знаю! – рассмеялся тот и небрежно заметил: – Кстати, Кей сегодня здесь.

– Это хорошо. Может, и пересечемся, – поправила непослушную копну волос Хранительница. – Намешай-ка нам на свой вкус.

– Расслабиться и безалкогольного? – полуутвердительно поинтересовался Жан.

– Ты, как всегда, все верно угадываешь, – сверкнула темным взглядом фейри. – Я – танцевать! Ноги ноют уже!

– Лети, Ветерок, – кивнул парень.

Девушка попросила нас не скучать и убежала к музыкантам – видимо, заказывать мелодию.

– А кто такой Кей? – не выдержала любопытная Мари.

– Хозяин, – коротко и емко ответил Жан.

Музыка ненадолго смолкла, а потом звучание возобновилось. Свет стал медленно гаснуть, наконец сменившись ровным золотистым полумраком.

Сначала прозвучали переборы гитары, потом вступили барабаны, дополнили жаркую, томную мелодию знойного юга бубен и кастаньеты на тонких пальцах Ровены.

В центре зала на мгновение застыла тонкая фигурка фейри, но потом девушка еле заметно повела плечами и прогнула спину, вскинула руки, и кастаньеты издали мелодичный звук, который вплелся в мелодию.

Шаг вперед. Она чуть поводит бедрами, еле заметное движение изящных рук – и вот по спине и плечам рассыпаются волнистые волосы, ранее собранные в небрежный хвост. Музыка нарастает, движения танцовщицы становятся все более порывистыми и энергичными. Такой я ее еще не видела. Огонь в ее танцах был всегда. Но вот страсти в движениях тела хоть и ветреной, но не распущенной девушки еще не было.

Кто-то из присутствующих делает шаг вперед, решая составить Ровене пару, но его рывком отталкивает обратно вышедший из толпы высокий брюнет. Ро отворачивается, и я вижу, как на губах фейри на мгновение мелькнула торжествующая улыбка.

Девушка замирает, все еще стоя спиной к мужчине, и медленно поднимает руки. Чуть выгибается в такт, слышит за спиной легкие шаги и делает неуловимо быстрое движение в сторону, следуя узору мелодии и не позволяя себя поймать.

Дальнейшее слилось в одну сверкающую пляску. Мужчина казался гибким ярким хищником. Он был то охотником, с хищным вниманием наблюдая за беспечной бабочкой-фейри и следуя за ней по площадке, то добычей, позволяя пальчикам незаметно подобравшейся близко девушки скользить по его шее, плечам, чуть проводить по темным волосам.

Но, видимо, в один момент игра ему надоела, и он стремительным броском нагнал проказницу и властно прижал к себе. Одной рукой скользнул вверх по спине, запутался пальцами в волосах и чуть потянул кудряшки вниз, заставляя Ровену вскинуть голову. Но каким бы то ни было планам брюнета сбыться было не суждено, потому что в этот момент резко оборвалась музыка, зал взорвался аплодисментами, а Ро радостно выкрикнула: «Я тебя нашла!» – и просто испарилась из его объятий, оставив в одиночестве в центре площадки.

Я тихо рассмеялась над растерянным выражением сильного хищника в центре зала. Наверняка не ошибусь, если предположу, что это и есть хозяин «Триэля». Кей коротко что-то прошипел и скрылся в толпе. Чувствую, фейри ее шалости еще аукнутся.

– Не скучали? – спросила немного запыхавшаяся Хранительница, подходя к нам. Понятливый Жан сразу подал ей бокал, и волшебница кивком поблагодарила переселенца.

– Нет, – улыбнулась Мари. – Представление было замечательным.

– Спасибо, – расплылась в улыбке фейри. – Я старалась.

– Ты сегодня для него танцевала? – полуутвердительно спросила я.

– Ты про Кея? – вскинула смоляную бровь Ровена. – Нет. Просто так сегодня было надо. У каждого своя цена.

– О чем ты? – непонимающе нахмурилась я.

– Лишняя энергия, – туманно сказала Ро. – Большинство магов предпочитают сбрасывать излишки, занимаясь любовью, это проще всего, но ко мне, к сожалению, неприменимо.

– В смысле? – все же решилась спросить Мари.

– Я их боюсь, – спокойно ответила Ро. – Стоит только почувствовать прямое намерение мужчины, как цепенею и утрачиваю контроль над силой. Преодолеть не получается. Поэтому я так часто и с такой самоотдачей танцую.

– Но… – начала я.

– Предпочту оставить при себе, – сдержанно улыбнулась Хранительница. – Я и так многовато рассказала.

– Конечно, – чуть качнула головой я. – Прости за навязчивость, но не применимо ли это и ко мне?

– Сбрасывать излишки в танце? Боюсь, что нет. Это расовая особенность. Тебя, даже если и освоишь, это скорее распалит.

– Жаль, – вздохнула я.

– Как понимаю, тебя еще и моральная сторона вопроса беспокоит, – улыбнулась фейри. – Знаешь, что скажу? Забудь ты про это. Искать уж точно никого не надо. Ты девушка заметная, так что сами появятся. Просто станешь выбирать, и все. Слава Создателю, что девственность в наше время – это не атрибут крайней необходимости.

Я даже покраснела от такой циничной формулировки, но приходилось признать, что Ро права.

– Что-то мы совсем не в те дебри ушли, – встряхнула кудряшками Хранительница, снова весело улыбаясь. – Что вы там пьете? «Ардагор»? Фи, как неинтересно! Жан! Будь так любезен, «Лето» налей, пожалуйста.

– А что это? – полюбопытствовала я, разглядывая на просвет бокал с маслянисто-янтарным содержимым.

– Смесь соков и трав, – улыбнулась Ро. – Расслабляет и веселит. Безалкогольный напиток.

– Ну если так… – Мы с Мариоль переглянулись и решительно пригубили.

«Лето» действительно оказалось очень приятным напитком. Уже через полчаса мы сидели за большим столом и смеялись над очередной шуткой того здоровяка Рана, которого мы видели, когда только пришли в таверну. Также за столом наблюдался некий обаятельный дроу. Спустя некоторое время, когда Ро улетела танцевать, темный, галантно склонившись, пригласил Мариоль и увлек зардевшуюся подругу в круг.

У меня в крови уже бродила не до конца принятая сила, начинало активно действовать веселящее «Лето», и настроение было самое что ни на есть радужное. Потому я с восторгом смотрела на кружившуюся в центре Ро. Фейри, как обычно, горела сама и зажигала окружающих. И я подумала, что и правда замечала раньше, что Ровену окружающие если и обнимали, то исключительно по-дружески. Судя по всему, о сложных отношениях маленькой фейри с противоположным полом тут знали, так как когда какой-то мужчина попытался удержать кудрявую и после танца, то рядом мигом выросли двое парней и весьма настойчиво попросили оставить девушку в покое. Касаться фейри Ровены можно было только в танце. И ровно настолько, насколько она это позволяла.

Потом нашла взглядом Мари в объятиях обходительного дроу и поняла, что если Аэрлис в самое ближайшее время не бросит свою политику «ничего не вижу и знать не желаю», то ловить ему, возможно, уже будет и нечего.

Мне становилось все лучше и лучше. И когда Ро, кружась в очередном круге по залу, схватила за руку и повлекла за собой, я не сопротивлялась.

Дальнейшее превратилось в зажигательную пляску, в процессе которой я умудрилась обзавестись кавалером, правда, его почти сразу отогнала Ровена. Когда я обиженно взвыла «почему?!», фейри ответила, что с ее сородичами мне пока танцевать рано. Если, конечно, прямо сегодня не планирую расстаться с невинностью. Квадратными глазами проводила скрывшегося на втором этаже черноглазого Князя-фейри и покраснела, когда тот послал мне воздушный поцелуй и пообещал новую встречу. Поперхнулась и решительно себе сказала, что блондины с глазами чернее ночи не в моем вкусе. Нет, правда не в моем! Какой-то подлый внутренний голос злорадно рассмеялся и добавил, что в моем вкусе сероглазые блондины и зеленоглазые рыжие.

От этой мысли окончательно потеряла праздничное настроение и решила вернуться за стол.

Я погрузилась в нерадостные размышления. В таком состоянии, видимо, «страусиная» тактика отключилась, и снова вернулась мыслями к вчерашним событиям. Вернулась и мигом захотела выпить чего-нибудь покрепче «Лета».

Со стоном уронила голову на руки.

– Тоже плохо? – раздался голос Мариоль.

– А где твой галантный кавалер?

– Благополучно отправлен от меня подальше, – улыбнулась Маришка.

– За это надо выпить, – истерически рассмеялась я и чокнулась с подругой.

– Рассказать не хочешь? – осторожно спросила Мари. – Надо признать, меня несколько задевает твоя скрытность.

– Прости, – опустила глаза я. – Все как-то не до этого.

– А мне кажется, что ты решила выработать привычку запирать все в себе, – задумчиво проговорила моя первая дама. – Но из этого не получится ничего хорошего. Так что давай выкладывай, Аля, что там у тебя с твоими мужиками.

– Э-э-э, – по-дурацки протянула я, изумленно уставившись на подругу.

– Не считай меня дурочкой, – фыркнула Мариоль. – Евгран и Хранитель Воды, так ведь?

– Если бы, – обреченно протянула я. – Еще и Хор.

– Что-о? – Мари ошеломленно на меня уставилась и тихо хихикнула. – Ну ты сильна, родная, сама себе проблемы устраивать! Его-то как угораздило?

– Если бы я знала, – выдохнула я. – А как ты про Лира и Ева поняла?

– Ну то, что ты Рыжа своего не забыла, было понятно и так. А Лир… уж извини, искры от вас так и сыплются.

– В смысле? – осторожно уточнила я.

– В прямом, – разулыбалась Мариоль. – Предположу, что если бы не обязательства и долг, то на расстоянии он бы держаться явно не стал.

– Эм?.. – проявляла чудеса тупости я.

– Ты совсем у меня? – с сочувствием осведомилась Мариоль. – Тебе не пятнадцать. Мужчинами надо хоть в теории интересоваться!

– Мне и на практике скоро придется, – тяжко вздохнула.

Я рассказала о недавней лекции Ровены.

– И почему ты мне ничего не рассказываешь? – прошипела брюнетка. – Еще немного, и начну считать это оскорблением!

– Прости.

– Аля, это и правда ни в какие рамки не лезет! О тебе Хранители знают больше, чем подруга! Предположительно лучшая подруга!

– Я уже извинилась, – огрызнулась я. – Искренне. Так что не заставляй меня повторяться.

– А вот теперь ты повторишься, но уже по другому поводу, – прямо посмотрела мне в глаза Мариоль. – Определись уже, на какой волне мы общаемся. Потому что я не желаю зависеть от настроения твоего высочества и ловить отголоски эмоций, чтобы отгадать, рявкнешь ты на меня за то, на что еще вчера нормально реагировала, или нет!

С минуту мы сверлили друг друга напряженными взглядами. Я отвела взор первой.

– Мари…

– Я поняла, – тихо откликнулась подруга. – Ты начинаешь привыкать к своим правам. А ты вправе меня так осаживать. Но что самое отвратительное, ты не желаешь сдерживаться.

– Я буду помнить, – взглянула на нее. – И я не постесняюсь лишний раз извиниться.

– Лучше не постесняйся лишний раз подумать перед тем, как говорить, – суховато ответила Мариоль. – А теперь предлагаю все забыть и вернуться к первоначальной теме.

Удивленная веселым тоном последней фразы, я поглядела на девушку и увидела только цветущую и радостную подругу. Недавней серьезности и обиды даже и в помине не было. Похоже, леди Мариоль освоила искусство масок куда лучше своей госпожи. Но и мне отставать нежелательно. Ведь натянутая улыбка, если верить психологии, спустя некоторое время становится искренней.

– Да рассказывать особо и нечего, – потеребила косу и решила, что про покушение все же придется рассказать.

Поведала о своих злоключениях. Мари испуганно расширила глаза, когда я рассказала о первой части эпопеи. Подруга поближе пересела и обняла меня, вздрогнувшую от неприятных воспоминаний. Зато когда я приступила ко второй части рассказа, карие глазки засверкали и Мари заинтересованно спросила:

– И как?

– Что? – непонимающе посмотрела на нее я.

Мариоль досадливо поморщилась, но решила не обращать на мою непонятливость внимания.

– Какие впечатления от Лира?

– Ну… – задумалась. – Пахнет приятно.

Не рассказывать же во всех подробностях? Как он целуется и что руки у ледяного блондина горячее некуда. Я и так сейчас от смущения сгорю.

– Ты совсем неинтересная, – уныло оглядела меня Мариоль. – А что там с «дядюшкой»?

Я вспомнила занятный эпизод и невольно улыбнулась.

– Да он спальни перепутал. – Мари округлила глаза, а я продолжала: – До тебя доходили слухи, что его придворные мадамы осаждают?

– До меня и причины осады доходили, – хихикнула подруга. – А как его к тебе-то занесло?

– Да он с Евом напился и перенесся по последним координатам. Подумал, что это его комната. Раздевается и в кровать. А там я…

Мари несколько секунд осмысливала сказанное, а потом уронила лицо в ладони в приступе бессильного хохота.

– За фрейлину, что ли, принял?

– Именно, – улыбнулась в ответ.

– И что? – опять заинтересовалась развращенная натура, сидящая рядом.

– Да ничего, – решила не радовать подружку пикантными подробностями я. – Понял, что ошибся, извинился и ушел.

– Ты покраснела, – безошибочно определила востроглазая Маришка. – Значит, не хотим делиться? Это после этого эпизода тебя «дядя» впечатлил?

– Не-а, – задумчиво посмотрела на разноцветный потолок я. – Он интересный. Умный, сильный, жесткий, волевой… И не настолько безжалостный, как Лир.

– И красивый? – хитро прищурилась Мари.

– Не сказала бы, – честно ответила я. – Скорее, притягательный.

– О-о-о-о, – закатила глаза брюнетка. – Пр-р-ритягательный! А что с Пламенеющим?

– Там все еще более сложно, – вздохнула я. – У нас двумерные отношения «Евгран и Александра» и «Рыж и Аля». На первом поле игра на грани битвы, на втором – нежность на грани любви.

– Он…

– Он меня греет, – одними губами проговорила я. – Поддерживает, дает тепло и силы. Когда он рядом, такое ощущение, что у нас один пульс на двоих.

– А Лир? – тихо спросила подруга.

– Он мой разум, – так же тихо ответила я. – Гордость, долг, честь и величие будущей Императрицы. Он меня опускает на колени и поднимает. Но уже иной. Он выбивает все то, что не соответствует моей будущей роли. Буквально с корнем выдирает. Потом помогает создать на этом месте что-то новое. Я его почти ненавижу временами. Плачу, а он сидит рядом. Просто рядом, а я рыдаю и цепляюсь за него, как за последнюю стабильность в моем окончательно сошедшем с ума мирке. А еще… – тут я вспомнила море и улыбнулась, – он очень забавно извиняется.

– Вы двое ненормальных. Впрочем, среди нашего окружения сложно найти кого-то обыкновенного. После общения с Хранителями ненормальным как раз кажется отсутствие яркой индивидуальности, – задумчиво произнесла Мари. – Они настолько ослепляют и чаруют, что все остальные, за небольшим исключением, уже смотрятся бледной тенью.

– Верно, – вздохнула я. – А что у тебя с Аэрлисом?

– Ничего, – резко погрустнела подруга. – Совершенно ничего.

– В любом случае, к сожалению или к счастью, ни с кем из вышеперечисленных мне ничего не светит, – грустно рассмеялась я. – Хор у нас из низкого рода, с Алым будет до безумия много проблем, а Хранителя, пусть даже как консорта, не захотят принять. Но это все решаемо. Проблема в том, что я не хочу зависеть от мужчины. Замуж не хочу. Да и… все это увлечения. В конце концов, то, что их трое, уже показатель несерьезности отношений.

Мари только молча покачала головой, с сочувствием глядя на меня. Она поняла, что все сложнее, чем я сказала. Все даже сложнее, чем мне хотелось бы думать.

– Что-то мы совсем загрустили! – наигранно радостно возвестила я, наливая нам в бокалы еще «Лета».

– Ага, – с усилием улыбнулась ушедшая в какие-то свои размышления Мариоль.

– А что мы такие кислые? – раздался задорный голос Ро, и раскрасневшаяся от танцев Хранительница приземлилась на стул. – Фух! Пить хочу! Теперь, пожалуй, и «Ардагор» не помешает!

– Натанцевалась? – с улыбкой спросила я, наливая фейри требуемое.

– Нет, – звонко рассмеялась девушка. – Мы с ребятами много работали вчера. Поэтому сегодня мне надо танцевать. Так, девочки, не грустим!

– С тобой это невозможно, – рассмеялась я.

– Знаю, – спокойно отозвалась Ровена, – я ведь фейри.

То ли повлияло присутствие солнечной Хранительницы, то ли еще пара стаканов веселящего «Лета», но настроение вновь поднялось.

Так что снова были танцы. На этот раз в паре с Мари. Мы, не сговариваясь, приблизились друг к другу, когда увидели тихо переговаривающихся Князя и дроу. Мужчины наш маневр явно заметили, потому как улыбнулись и почти синхронно отсалютовали бокалами.

Мы переглянулись и переместились в другой конец зала. Еще бокал веселящего сока, и нам все было побоку. А Ро еще говорила, что он безвредный!

Очередная яркая вспышка – мы с Мари сидим на столе по обе стороны от поддерживающего нас здоровяка и подпеваем политическим частушкам, исполняемым со сцены каким-то лихим музыкантом. Подошедший Жан попытался было намекнуть, что надо сидеть за столом, а не на нем, но наш рыцарь так на него зыркнул, что бедный переселенец сбивчиво извинился и сбежал. Рыцарь удостоился поцелуя в щеку от нас с Мари.

Потом, когда парень сбежал куда-то отлавливать Ровену, мы, в категорической форме отказавшись слезать со стола, остались там. Я сделала еще глоток и поняла, что мне захотелось петь.

– Я пошла!

– Куда? – Мари изумленно глядела на меня, решительно сползшую с насеста.

– Туда! – ткнула пальцем на только что освободившуюся сцену.

Возражений слушать не желала. Со второго раза одолела ступени и подошла к музыкантам. Те недоуменно оглядели меня и вопросительно вскинули брови.

– Ребят, подыграйте, а? – хлопнула ресницами я.

– Да не вопрос, красавица! – улыбнулся один из бардов. – Что петь будем?

– Куплеты царевны, – рассмеялась я.

– Ха! – развеселился музыкант. – Давно не играли! Беги! Все тебе будет!

– Спасибо! – просияла я.

Взобралась на сцену и посмотрела поверх всех на входную дверь. Судя по тому, как стихли голоса, аудитория внимает.

Ну что ж… Не подведи меня, народный фольклор! «До чего же мы несчастные, царевны»…

На этом оптимистичном вступлении дверь распахнулась, явив Мидьяра и лорда Хора. Увидев солирующую меня, мужики выпали в легкий осадок.

Отступать и слезать со сцены мне не позволили гордость и глупость. Что, в общем-то, синонимы. Потому я продолжала:

А я не хочу, не хочу по расчету,
А я по любви, по любви хочу…

Ознакомившись с репертуаром, Ярр расширил глаза и прислонился к стенке. По губам Хранителя Грез расплывалась веселая улыбка. «Дядя» же нехорошо прищурил глаза и двинулся к сцене. Даваться в руки безопаснику мне не хотелось совершенно, потому я немного отбежала от края сцены и попыталась продолжить. Не дали…

– А ну иди сюда, бестолочь. – Естественно, на такой агрессивный призыв я и не подумала откликнуться.

Хору надоело ловить верткую меня, и он одним броском оказался рядом. Схватил и бесцеремонно забросил на плечо.

Не дамся, вражина!

Как ты в спальню вваливаешься и хватаешь, так без проблем! А как мне, и спеть нельзя!

Я поймала ошеломленный зеленый взгляд Рыжа, стоящего в дверях многострадального «Триэля». Эмм… надеюсь, последнее было сказано не вслух. Судя по Мариоль, в пароксизме смеха лежащей на столе, и подобравшемуся Мидьяру, надеялась я зря.

Лорд Хор остановился, и я стала медленно сползать. Мужчина попытался подтянуть меня повыше, но я двинула куда-то коленом и наконец оказалась на свободе.

Заглянула в разъяренные серые глаза и медленно отступила, машинально пытаясь нашарить рукой какое-нибудь средство самозащиты. Средство подло не нашаривалось!

Эх, помирать – так с музыкой!

Махнула смеющимся музыкантам, и понятливые ребята продолжили играть.

Выпрямилась, улыбнулась стоящим за Хором фейри и Мариоль и торжественно продолжила выступление. И в этот раз зал меня поддержал!

Мари демонстративно осенила меня святым знаком и жестом намекнула, что стоит убраться от почти дымящегося от злости «дядюшки». Безопасник сделал шаг вперед, но, на его или свое горе, я все же нащупала средство самозащиты. На полном автомате оно полетело в лорда Хора. Он увернулся, но звон разбившейся тарелки напугал меня еще больше, и я, развернувшись, бешеным зайцем бросилась к выходу.

– А ну стоять! – зарычал вслед серый волк, прибавляя зайцу прыти.

Зайка идиоткой не являлась, потому и не подумала послушаться.

Вторая тарелка, также совершенно машинально, полетела в попытавшегося отловить меня Рыжа, и я, еще более перепуганная, вылетела наконец из «Триэля». А вослед неслось нестройное, но душевное пение посетителей, которые по достоинству оценили представление:

На волю, на волю, хочу я на волю,
Я птицею ввысь улечу!

…И тут я с разгону влетела в чье-то тело и испуганно забилась в руках мужчины.

– Тихо, Алька! – рассмеялся знакомый голос, и мы провалились в искрящийся лиловой дымкой портал Искусника.

Ой, набедокурила ты сегодня, принцесса!

## Глава 17. Высота полета и опасность приземления

> Нам дается лишь раз

> Вознестись или пасть:

> Испытания час,

> Призывающий нас…

> Саруман.

> «Последнее испытание»

Мы вышли в синей гостиной резиденции. Мидьяр хлопком зажег свет, развернулся ко мне, скрестил руки на груди и задумчиво оглядел с ног до головы.

Я виновато потупилась и машинально теребила кончик косы. Стыдно-то как…

– Давай присядем, что ли? – тихо рассмеялся Ярр.

Не последовать предложению было невозможно, так что я опустилась в кресло и, состроив самое жалостливое выражение лица, подняла глаза на Искусника.

По его лицу, как и всегда, ничего толком не поймешь, но золотые звезды в синем небе глаз и янтарная медь волос, расплескавшаяся по плечам, внушали оптимизм. Судя по всему, волшебник в хорошем настроении. Но тогда всплывает другой вопрос: чему радуется? Вроде ничего оптимистичного не случилось.

– Да не трясись ты так! – расхохотался Хранитель Грез. – Нагоняй от Лира получать будешь, а вот я просто физически сейчас на воспитательную акцию не способен. Повеселила ты меня знатно, Аля! Давно такого представления не видел!

– Эмм… – ошеломленно протянула в ответ.

– А что тебя удивляет? – уже спокойно спросил Мидьяр, поправив ворот разноцветной лоскутной рубашки. – Я – ленейри, а мы всегда ценили все оригинальное. А ты сегодня отличилась!

– Ну спасибо, – тяжко вздохнула я. – Я за это «оригинальное» от остальных твоих коллег получу, еще и от «дяди» нотация будет. И это как минимум.

– Кстати о дяде, – посерьезнел Ярр. – Что ты кричала, когда на плече у него висела? Какая спальня?

– Да перепутал он… – Я слегка покраснела.

– Ага, – внимательно посмотрел на меня музыкант. – И все? Сразу осознал ошибку, извинился и ушел?

– Да. Извинился и ушел, – честно подтвердила я. Не совсем сразу, конечно, но такими подробностями с Искусником делиться как-то не хочется.

– Ну хорошо, – протянул Ярр. – И все же вернемся к твоему неподражаемому выступлению. Немного поясню свою реакцию. – Искусник откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

От движения часть солнечных косичек, выпущенных из сложной прически, скользнула по тонкому батисту рубашки. Я невольно залюбовалась. Красиво…

Потом осознала, что он сказал, и приготовилась слушать. Ярр – это всегда интересно. А уж если на него находит лирическое настроение, то цены Искуснику нет!

– Слушаю.

– Как ленейри и Хранитель такой стихии, как Грезы, я считаю самым лучшим средством для снятия стресса естественную встряску организма. Ровена, как фейри, мое мнение разделяет. Ты была на взводе не только из-за покушения, но и из-за силы. Обмен всегда вызывает гормональный всплеск, а в данном случае ты еще и многовато взяла. – Ярр кинул на меня внимательный взгляд из-под золотых ресниц. – Если учесть, что ты после этого эпизода пришла в норму, цену в виде моральных травм Хора и Пламенеющего, в которых ты кидалась тарелками, я считаю приемлемой.

– А разве я не бросила тень на славное имя лорда Алира Хора?

– Он переживет, – снова рассмеялся Ярр. – Тем более Хор никогда не был образцовым дворянином и в свое время тоже немало сделал для того, чтобы это самое славное имя не сверкало снежной белизной.

– Такая бурная юность? – с улыбкой спросила я.

– Более чем, – покачал головой Мидьяр и поднялся. – Сейчас ступай спать. Завтра будет тяжелый день.

– А как же Мари? – нахмурилась я, вспомнив про оставленную в таверне подругу.

– Они уже тут, – улыбнулся Ярр. – С ней была Ровена.

– Тогда все хорошо. – Приняла предложенную руку и встала. – Спасибо, Ярр. За поддержку спасибо.

– Кто я такой, чтобы рубить крылья? – по-доброму улыбнулся мужчина.

– Спокойной ночи, – ответила тем же я.


До спальни добиралась перебежками, опасаясь, что из-за любого угла со злодейским хохотом выскочат закиданные тарелками Хор и Пламенеющий. То, что в резиденции ни того ни другого быть не могло в принципе, мой упившийся веселящего «Лета» организм осознавать не желал.

Потому я, слегка пошатываясь и тихо хихикая, кралась по коридорам и о такой мелочи, как проживающие в замке Хранители, забыла напрочь.

Когда я сворачивала в коридор, ведущий к моей спальне, уже относительно пришла в норму. Убедила себя, что никаких неприятных встреч мне не грозит, но вдруг врезалась в чье-то тело. Тело столкновение выдержало. А я нет. Все же девушка – это раз, не совсем… хм… здоровая – это два. И могу я хоть раз в жизни упасть к ногам красивого мужчины? Тут все мужики красивые!

– Леди, – зловеще раздалось над головой, – мне, конечно, льстит такое положение дел, но я крайне рекомендую вам подняться.

– А зачем? – Чувства самосохранения и достоинства взяли бессрочный отпуск и весело унеслись в неведомые дали. Остался только авантюризм. А он до добра еще не доводил. – Мне и тут неплохо. И вообще… Отойди, что ли, – ползти мешаешь.

– Что-о? – шокированно выдохнул Лирвейн. – Леди, вы что пили?

– А чего только мы не пили! – весело хихикнула я. – И силу мы пили, и «Лето» мы пили. А вы бы с дороги, что ли, сва… сдвинулись, многоуважаемый Хранитель Воды!

– Леди Александра! Это уже ни в какие рамки…

Но с дороги отошел. Вот он, авторитет, оказывается!

– Ну почему же, – пробормотала я, прикидывая расстояние до своих дверей и размышляя, стоит ли вставать или на четвереньках быстрее будет. – Как тебе что-нибудь сделать, так все хорошо, а как ее высочество захочет прогуляться на четырех конечностях, так «это ни в какие рамки»!

– Что ты имеешь в виду? – Хранитель решил все же снизойти до моего уровня и присел на корточки.

– А то ты не понял? – решила прекращать ломать комедию, оперлась на плечо Хранителя и приготовилась вставать. Лирвейн было дернулся подняться, но я шикнула: – Куда?! Сиди смирно! Мне надо вста-а-ать.

Встала. Ой какая я у себя молодец!

– Аля, что за комедию ты тут ломала? – Лир полюбовался на мою ровную и, надеюсь, изящную походку и справедливо заподозрил, что его дурят.

– Ну… – Грациозно повернулась к нему возле заблаговременно приоткрытой двери и задумчиво проговорила: – Вот тебе весело?

– Не особо, – процедил блондин.

– А мне весело! – сверкнула глазами я. – Причина? Причина! Спокойной ночи!

И пока он не успел все это переварить, быстро шмыгнула за дверь и крепко ее заперла. Постояла с минутку, разглядывая комнату, и задала риторический вопрос:

– Ну не дура ли?

Тишина, естественно, не ответила, и я отправилась спать.


Следующее утро началось ближе к обеду, и, что самое примечательное, меня никто никуда не гнал во имя высоких целей. Правда, насладиться умиротворением в душе и солнечным днем за окном я не успела. Видимо, здравомыслие имеет прямое отношение к наличию в организме излишков силы вообще и веселящего «Лета» в частности.

Так… Постановка вопроса: что у нас произошло за последние сутки? Не так! Что я натворила за последние сутки?

Целовалась с Лиром, так как передачей силы в чистом виде это никак не назвать. Вот только интересно, что думает о данном «лечении» Хранитель Воды? М-да… Реакции у Лира пока ноль. Но ведь это и к лучшему? Будем считать, что Хранитель тоже мужчина, а если учесть, как я к нему льнула, то действия Лира вполне… логичны.

Далее я благополучно отправилась с Мари и Ро в «Триэль». Там, спасибо чудному напитку, настроение было настолько замечательным, что хотелось поделиться им с окружающими. Поделилась. Поделилась также и посудой.

Кстати, интересно, что там делал Рыж? По закону всемирной подлости, мимо проходил? Замечательное у него впечатление о леди Альене складывается. Особенно в свете того, что я кричала, когда «дядя» меня на плечо закинул.

И в заключение я врезалась в Лира в темном коридоре, упала к его ногам, потом посоветовала подвинуться, так как мне его обползать, видите ли, неудобно. При этом напомнила о недавних событиях, о которых нам с ним лучше вообще забыть. Даже если было очень хорошо. А ведь было…

Я решительно тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли, и встала.

Остаток дня провела вместе с Мари. В резиденции были только Асгард и Лирвейн, которые еще в обед сбежали в ангар Оружейника что-то интересное тестировать. Нас с собой не взяли. А было любопытно.

Судя по всему, Ас разрабатывал какое-то оружие, а Лирвейн весьма интересовался этой темой как в силу расовых воинственных наклонностей – орк есть орк, – так и оттого, что имел математический склад ума. Асгард к нему иногда обращался, если не был уверен в правильности избранного решения. Тогда волшебники могли часами спорить и мало что замечали вокруг.

Вечер завершился очередным негромким обменом «любезностями» между Мариоль и Аэрлисом. В итоге Мари резко поднялась, подчеркнуто-вежливо извинилась и быстро вышла из гостиной, не забыв хлопнуть дверью. Лис еще с минуту посидел, невозмутимо «читая» какую-то книгу, потом швырнул томик на стол и вышел из гостиной. В ту же дверь, что и ранее Мари.

Я спрятала улыбку, поднеся к губам чашку чая. Надеюсь, это именно то, чем оно кажется. А подругу Тьма найдет, оборотень все же. Да и чтобы помириться, надо всего лишь перекинуться в «Чучу».


Выходные, к сожалению, имеют паршивое свойство заканчиваться. Поэтому на следующий день Мариоль вернулась во дворец, а я в особняк к лорду Хору. С последним встречаться не горела никаким желанием, но кто же меня спрашивает? Тем более что со следующей недели у меня трехдневная каторга во дворце. У папеньки очередной светский раут, а это значит, будет много дворян. Как наших, так и иностранных. И никакой возможности спастись от лорда Адиса Вермена. Все же Гадис подозрительно настойчив… Слишком настойчив. И я сама, и Мари, когда играла роль принцессы, уже несколько раз отклоняли дорогие подарки. Притом легкое свечение магического фона на них мне совсем не нравится. Принять бы один да рассмотреть подробнее, но, к сожалению, этого делать нельзя. Если я не хочу показать свое расположение. А я не хочу.

Но это все потом. А сейчас я сижу напротив «дяди» в кресле. Голову опустила, плечи ссутулила, пальчики поджала. Глаза винова-а-атые. Поверил? Судя по всему, нет. А жаль.

– Не изображайте раскаяние! – поморщился Хор. – Не получается, дорогая племянница.

– Как скажете, дядя, – пропела, выпрямляясь в кресле.

– Всегда бы так, – кивнул мужчина и смерил меня тяжелым взглядом. – Сейчас хотел бы поговорить о том, как вас умудрились стащить у меня из-под носа.

– Кстати, да! – оживилась я. – Это интересно. Кто она вообще?

– Шпионка Евграна, – поморщился безопасник.

– Эмм… – протянула я. – Как это? Он знал, что вы в курсе?

– Это вряд ли, – усмехнулся лорд. – Зачем ловить относительно безопасного и даже в чем-то полезного шпиона, если его можно использовать в своих целях, да еще при этом и дезу чересчур резвому коллеге толкать?

– Ясно.

– Она подкинула тебе половинку амулета. В неактивном состоянии он безопасен и ничего не излучает. А вот если активировать, то при проходе в любой телепорт тот смещается и переносит объект туда, где находится вторая часть амулета. Что она от тебя хотела?

– Ревность, – коротко пояснила я. – Видела нас с Пламенеющим и сделала какие-то бредовые и ни на чем не основанные выводы.

– Леди, – протянул безопасник, чуть прищурив серые глаза, – поверьте, основания были. Особенно для влюбленной женщины. Видите ли, Евгран занятой человек и потому не считает нужным тратить время на ухаживания за дамами. И его к вам внимание… необычно. Я не стану спрашивать, о чем вы говорили с ним…

– И правильно сделаете, – резко сказала я.

«Дядя» напрягся и посмотрел мне прямо в глаза, но я спокойно выдержала грозный взгляд.

– Как скажете, леди.

Разговор с ним оставил неприятный осадок недосказанности и ощущение чего-то потерянного. Такого неуловимого, что я даже не могла дать этому определения. Возможно, это доверие?


Эта неделя была более сложной, чем все до нее. Нервы стали ни к черту. Лир опять был примороженный, «дядя» метался из крайности в крайность. То мы по-прежнему сидели вечерами и он мне что-то рассказывал, то встречал вежливым холодом. Мидьяр почти не появлялся, даже поплакаться было некому, так как Хранители Тьмы или Стали на эту роль не подходили, а с Ровеной мы все же были не настолько близки.

Рыж тоже почти не появлялся, впрочем, судя по тому, какой временами был довольный Железный Лорд, у приятеля, кажется, возникли немалые проблемы в его ведомстве. Ев пришел только один раз, но спустя полчаса стал засыпать прямо в кресле со мной на руках, потому, во избежание казусов, пришлось его растормошить и заставить отправиться домой.

Придворные мне все нервы вымотали своими полунамеками и танцами вокруг истины. Все иносказательно! Ни единой фразы без подтекста! Я и так уставшая, так еще и их речи приходится расшифровывать. Но сделать я ничего не могла, поэтому приходилось молчать, улыбаться и прикладывать немалые усилия, чтобы улыбка не превратилась в оскал.

Так что выходные были мною встречены с огромным восторгом и энтузиазмом.

Хотя от учебы нас «отдых» в резиденции не освобождал, но там рядом была Мариоль, а это стоило всех трудностей.

Листая очередной фолиант в поисках нужной информации, я отчаянно зевала. Было уже достаточно поздно, из-за долгой неподвижности ломило шею и поясницу. Остальное тельце хорошим самочувствием тоже похвастаться не могло. С соседнего дивана раздался протяжный стон, полный муки и удовольствия. Оглянувшись на Мариоль, я застала подругу за абсолютно бесстыдным занятием. Маришка, прогнувшись в пояснице, по-кошачьи потягивалась, а потом перевернулась на спину.

– Аль, ты не находишь, что в последнее время мы скучно живем, – задумчиво протянула подруга, изучая потолочный орнамент.

– Отнюдь, – спокойно возразила я. – Более активного и «веселого» времени я у нас не припомню. Спать некогда.

– Я не об этом! – Повернувшись на живот, бесовка уже сверкала на меня из-под темной челки озорными глазами. – Никаких безумств и афер мы не творили.

– А по мне, все это предприятие как раз сплошное безумство, – не меняя тона, ответила и, встав из-за стола, растянулась рядом с подружкой на диване.

– Фи, какая ты неинтересная! – Совершив тактический маневр, Мари устроила свою буйную головушку у меня на животе, закинула ножки на стенку и мстительно ими по ней постучала. Ах да… там же лаборатория Аэрлиса.

За стеной что-то упало и разбилось. Потом взорвалось. Мы удивленно переглянулись. В коридоре раздались ругательства, и, пинком распахнув двери, в комнату влетел Лис. Увидел наше интересное положение – ножки на стене – и, зарычав, рявкнул на подругу:

– Нет, я так и знал, что без тебя не обошлось! – Один вид, судя по всему, изрядно подкопченного Хранителя уже заставлял сомневаться в его благодушном настрое и оправдывал ругательства в коридоре. Из описаний, наверное, можно было ограничиться одним словом: черный. Весь. – Ты хоть представляешь, какой ценный материал я из-за тебя загубил?

– Слезы девственницы? – невинно спросила подружка. – И вообще, что ты разорался? Я всего лишь легонько стукнула в стенку.

Я что-то пропустила? С каких это пор они на «ты»?

– Да ты хоть знаешь, как важна концентрация внимания в экспериментах?! – задохнулся от возмущения Лис.

– Ну вот, ты меня и в рассеянности своей обвиняешь? – осведомилась подруга, вопросительно вздернув бровки.

Все любопытнее и любопытнее. Я с интересом крутила головой, переводя взгляд с Мари на Тьму и обратно.

– Моя рассеянность не имеет к этому никакого отношения!

– Тогда звукоизоляцию нормальную сделай, – фыркнула Мариоль, насмешливо поглядывая на оборотня.

– Да с моим слухом никакая изоляция не спасет, – парировал Хранитель, уже несколько успокоившись.

– Беруши еще никто не отменял, – улыбнулась подруга.

Поняв, что конструктивного диалога не получится, волшебник махнул рукой и, пробормотав что-то вроде «ангидрид твою селитру через медный купорос, ты мне за это ответишь», вымелся из комнаты.

– Вот и говорю, скучно живем! – Чернявая зараза хихикнула и, не изменяя позы, продолжила прерванный появлением Лиса разговор.

– О да! Очень скучно! – Я кивнула на захлопнутую дверь.

– Это не зависящие от нас мелочи, – возразила Мари. – Так к чему я веду… Надо разнообразить нашу жизнь!

– Твои предложения, – сдалась я, понимая, что пока не выскажется – не отстанет.

– Насколько я помню, ты должна мне желание, – сладким голосом пропела подружка. – Более того, я его уже озвучивала.

В полном шоке уставилась на Мариоль, все еще не веря, что она говорит именно о том, о чем я подумала.

– Да-да-да! – радостно подтвердила мои догадки черноглазая бестия. – К послу за маской! Нет, не так. К Лирвейну за маской!

– Ты сдурела? – попыталась достучаться до уснувшего здравого смысла этой… – Я не пойду!

– Как это не пойдешь? – возмутилась Мариоль. – Я, между прочим, в любви соседскому виконту признавалась! А потом полгода от этого дурака старого отделаться не могла! Ты тоже в тот раз на компромисс не шла. Так что, дорогая, идешь ночью в спальню к Лиру!

– А может, он в кабинете маску хранит? – со слабой надеждой предположила я.

– Нет, – с удовольствием разрушила мои воздушные замки Мари. – В любом случае личный кабинет, а не рабочий у него в апартаментах. Так что тебе все равно туда идти.

– Когда ты это разузнать-то успела? – поразилась оперативности подруги.

– Не задавай глупых вопросов, – вздернула нос Мариоль.

Шанс провернуть всю эту идиотскую авантюру выпал на следующий же день. Вернее, практически ночь. Лир получил какое-то срочное послание и спешно унесся по делам, перед этим известив Аса, с которым у него была какая-то договоренность, что все планы отменяются и появится он, в лучшем случае, утром. И потому я сейчас осторожно двигалась по темному коридору к комнатам Хранителя Воды. Хотя там никого не было и не предвиделось, я отчаянно трусила, но отступать было поздно. Тихо проскользнула в комнату, залитую серебряным лунным светом, и с любопытством огляделась.

Что скрывать, посмотреть, как живет Хранитель, мне было очень интересно.

На постель брошена одежда, судя по белоснежному цвету, та, в которой он вчера вернулся с какого-то мероприятия, где был обязан присутствовать. На столе около окна лежала книга и небрежно сложенная стопка бумаг.

Я прошлась по комнате, вдыхая едва уловимый аромат кедра и водной свежести. Странно… Кедром всегда пахло от Хора, а водой и морозом – от Лирвейна. Почему меня уже больше месяца не покидает ощущение, что в погоне за знаниями, информацией и силой я упускаю из вида что-то важное. То, что находится под носом. Нужно просто заострить внимание и поймать хвост логической цепочки.

Вздохнула и тряхнула головой. Все потом. Сейчас надо как можно скорее найти маску и свалить отсюда, пока нежданно-негаданно не вернулся Лирвейн.

Через полчаса я обессиленно опустилась на кровать и зло ударила кулаком по твердому матрасу. Ее тут не было! Ни в спальне, ни в кабинете, ни даже в ванной! Чтоб его все безумные боги побрали! Куда он мог ее положить?

Ванна у водника, кстати, была чудесная. Скорее, маленький бассейн, а не ванна. Ну позавидовала я, позавидовала! Но штука и правда была потрясающая. А у меня в апартаментах такой нет! Кто тут вообще, интересно знать, принцесса?

Осознав, что я сейчас капризничаю, как маленькая девочка, тихо хихикнула, но решила пока не выходить из образа и слегка подпрыгнула на кровати. Перина подо мной приятно пружинила, и я не удержалась от искушения. Сбросила на ковер туфли и с ногами забралась на кровать. Нерешительно встала и, чувствуя себя последней дурочкой, осторожно подпрыгнула на матрасе. Покачалась с пятки на носок и подпрыгнула еще раз. Прикольно!

Так что последующие пять минут я с тихим хихиканьем развлекала проснувшуюся детскую часть моей натуры. Уж не знаю почему, но на кровати прыгала в последний раз только в далеком детстве, и то у кого-то в гостях. С тех пор как-то не тянуло. Может, кровати были неподходящие? У Лирвейна вон какая классная! Не слишком мягкая, пружинит. Просто замечательная кровать!

Я все же решила, что хватит развлекаться и надо или продолжать поиски, или поскорее отсюда уходить. Еще не хватало, чтобы вернувшийся Лир застал меня за таким занятием. В последний раз подпрыгнула и, не удержав равновесия, упала на постель. Обняла мягкую подушку, прикрыла глаза и тихо вдохнула исходящий от нее аромат кедра и мороза. Как все же приятно… Осознала, чем занимаюсь, решительно поднялась и поползла к краю ложа, но, когда положила ладонь на лежащие вещи, рука коснулась чего-то твердого. Нахмурилась и отбросила рубашку и камзол. На синем покрывале, насмешливо поблескивая белоснежной поверхностью, лежала маска Хранителя.

У меня даже руки опустились! Я по всем комнатам искала, а она тут валялась? Уставилась на хранительский атрибут, как на личного врага. Потом опять рассмеялась. Все же не стоило сегодня столько колдовать… Теперь я в легком неадеквате. Вспомнила прыжки на кровати и признала, что не в таком уж и легком.

Все еще подхихикивая, отодвинула балдахин и уже собиралась сползать с постели, но заметила постепенно нарастающее в центре комнаты голубое свечение. Все веселье мигом испарилось, как будто его и не было. Похоже, я допрыгалась, причем в прямом смысле.

Спрятаться тут негде. До шкафа не добегу, а у кровати слишком низкая посадка. Что делать?

Портал ярко вспыхнул, и я на инстинктах одним движением переместилась в самый темный угол кровати. Тень балдахина делала полумрак и вовсе непроглядным. Ровно до того момента, пока не включат свет.

Но рефлексы сильнее. И потому я забилась в дальний угол и старалась не думать о том, что будет, когда он меня тут найдет. Как посмотрит? Что скажет? Что подумает?

Из телепорта, ругаясь, практически вывалился светловолосый мужчина в черном, в котором я с огромным удивлением опознала своего «дядюшку». А он что тут делает?

Хор со злобой швырнул что-то об стенку, и из папки по полу разлетелись документы, а мужчина разъяренно зарычал:

– Как же они меня достали!

Он стоял ко мне вполоборота, и я ясно видела суженные от ярости глаза и сжатые губы.

Еще дальше забилась в свой угол, теперь уже с любопытством наблюдая за происходящим. Хор же рывками начал расстегивать камзол, и я разглядела его помятый вид. Камзол полетел вслед за папкой к стене.

– Никак не успокоятся! Все же я прибью Мидьяра. И ничего мне за это не будет, ведь он обещал этих озабоченных отвадить!

Удивленно проследила за полетом рубашки и опасливо покосилась на уже полуобнаженного Хора, который решительно взялся за ремень штанов.

Ремень оставили в покое, но переключились на сапоги, так что это только отсрочка перед неизбежным. Может, голос подать? Так нет… В таком состоянии прибьет и не поморщится.

Хор потер шею и с отвращением посмотрел на ладонь.

– В помаде всего измазали, сучки придворные. Что же вам так неймется-то? – В стенку полетел сапог.

Хор несколько успокоился, выдохнул и сделал несколько пассов. Воздух задрожал, как марево в жаркий день, поплыл, и вот уже вместо коротковолосого безопасника в центре спальни стоит длиннокосый, полуобнаженный, но все такой же злой Лирвейн.

В стенку летит второй сапог, и с легким звоном расстегивается ремень. Лир быстро стаскивает штаны, пинком отсылает их к остальной одежде и опять опускает руки на бедра.

Тут-то мне бы и зажмуриться. Но, пребывая в шоке от того, что «дядюшка» и «рептилия замороженная» – это одно и то же лицо, я просто молча наблюдала. Слава всему, голубые с каким-то хитрым рисунком трусы он снимать не стал. Хлопком включил свет, и я забилась в угол, молясь всему на свете, чтобы он не обернулся и не увидел замершую на кровати меня.

Небеса меня услышали, и ругающийся Лир направился к дверям в ванную.

При свете рассмотрела наконец волшебника, и до меня с изрядным опозданием добрела мысль, что этот в высшей степени привлекательный мужчина сейчас практически голый. Когда еще появится возможность полюбоваться? Правильно! Скорее всего, никогда.

Поэтому я подалась вперед для лучшего обзора и наконец разглядела, что за рисунок украшает белье моего Хранителя. На пятой точке Лирвейна был изображен герб Изначальной Империи. Но на таком месте и на таком фоне символ бесконечности, обозначающий власть Хранителей, Императорская корона Проводников и клановая вязь, окружающая символы, не внушали никакого трепета или почтения. Патриот, блин!

Я зажала ладонью рот, потому что губы уже разъезжались в улыбке и смех грозился выйти из-под контроля.

Видимо решив меня добить, маг остановился на пороге, стянул патриотические труселя, ногой откинул к стене и с грохотом захлопнул за собой дверь в ванную.

Оставшись одна в комнате, на непослушных ногах сползла с кровати, подхватила маску и, подхихикивая, двинулась на выход. Но неожиданно о дверь ванной опять что-то ударилось, и я с внезапно проснувшейся прытью вымелась в коридор.

Уже спустя полчаса у себя в комнате я задалась вопросом: «А где же мои туфли?»

С удивлением разглядывала свои босые ножки, и до меня постепенно доходил весь масштаб проблемы. Покосилась на лежащую рядом маску Лира, потом с опаской на дверь, ожидая, что та сейчас распахнется и на пороге появится зловеще хохочущий Лирвейн, потрясающий трофейными туфлями. Как же я так влипла-то?

Есть небольшой шанс, что он их не заметил и лег спать. Но утром-то по-любому найдет… Что делать?

Для начала показать Маришке мою добычу. Чтобы отвязалась. А потом идти за обувью и заодно вернуть маску. Наверное, так…

Когда я с грохотом распахнула двери в комнату Мари, она подпрыгнула на постели и едва не свалилась с нее. Кинула в подружку белоснежным хранительским атрибутом. Мариоль же потрясла меня своей отличной реакцией. От летящего в нее предмета она благополучно увернулась, и маска приземлилась на покрывало. Брюнетка сразу просекла, что что-то не так, и обеспокоенно поинтересовалась:

– Аль, что стряслось?

– Что? – Я немного истерически рассмеялась. – Как видишь, маску я добыла.

– Вижу, – спокойно согласилась Мари. – Но это не объясняет твоего состояния.

– Я едва не попалась этому двуличному гаду! – истерично воскликнула я. – Это раз. И я там забыла свои туфли. Это два.

– Так, – нахмурилась подруга. – В каком смысле «двуличному»? И как тебя угораздило там забыть обувь?

– Лирвейн и лорд Хор – это одна и та же противная рожа, – прошипела я.

– Вот так так! – вскинула брови Мари.

– Два месяца мне мозги пудрил! – крикнула я и посмотрела на маску блондинистой сволочи как на личного врага, но потом вздохнула и уже чуть более спокойно продолжила: – Но я и сама хороша. Не догадалась! А ведь это никто особенно и не скрывал. Винить, кроме себя, некого.

– А ты изрядно разозлилась, – задумчиво проговорила Мари. – Я чего-то не знаю?

Вспомнила инцидент с Лирвейном и поцелуй Хора. Как я мучилась из-за того, что меня тянет к двум мужчинам одновременно. Немного покраснела, но отрицательно помотала головой, честным взглядом поглядев на подругу. Та чуть прищурила темные глаза, но комментировать мою очевидную ложь не стала, а переключилась на другую тему:

– Ладно… А как обувь-то? И зачем ты ее снимала, главное.

– Так получилось. – Я вспомнила прыжки на постели и решила не позориться. – Но факт есть факт. Он меня не заметил и упылил в ванную, только благодаря этому я смогла удрать.

– Как это вообще происходило?

– Как, как… Я как раз на постели сидела и молча злилась. Тут посреди комнаты открывается портал, и оттуда вываливается злющий Хор. Я едва успела в дальний угол постели шарахнуться. Он тем временем очень эмоционально высказывается о каких-то вконец доставших его бабах. Швыряет в стену папку, следом летит камзол и остальные шмотки. – Тут я отвела глаза. – Потом снимает личину, а там эта мерзопакостная сволочь!

– О-о-о-о! – восторженно протянула Мариоль. – И как оно?

– Кто – оно? – не поняла я.

– Как кто? – Мари изобразила в воздухе непонятную фигуру и полушепотом закончила: – Тело.

– Какое? – все еще не въезжала я.

– Лирвейна! – потеряла терпение Мариоль. – Ты ведь, получается, видела, как он раздевался!

– Только со спины, – защищалась я, осторожно отползая от какой-то ненормально активной подружки.

– А он это… совсем разделся? И как тебе? Алька, не томи!

– Как, как… – отмахнулась от Маришки и отвернулась, чтобы скрыть пылающие смущением щеки. – Я не смотрела.

– Вот меня только не обманывай, а? – возмутилась брюнетка. – Не могла ты отвернуться! Тем более если со спины!

– Да ничего там особенного, – разозлилась я. – Ну спина, ну ноги, ну плечи, ну…

– У Лира такая фигура, что там по-любому было весьма примечательное зрелище! – не поверила мне подруга. – И, судя по твоему румянцу и тому, как блестят глазки, ты явно впечатлилась.

– Все! – рыкнула на хитро сверкающую глазом подругу. – Закрыли тему!

– Конечно-конечно, – расплылась в довольной улыбке Мариоль. – Как скажешь.

– Маску увидела? Увидела! – Я подхватила предмет спора и отправилась на выход. – Я свое условие выполнила.

– Ты обратно, так ведь? – Подруга сползла с постели и быстро догнала меня. – Пошли, не думаешь же, что я тебя туда и второй раз одну отпущу.

– Хорошо, идем, – вздохнула я.

Уже второй раз за эту ночь я пробиралась по темным тихим коридорам резиденции и ощущала себя не умнее, чем в первый. Только мы можем с завидным упрямством наступать на одни и те же грабли, да еще и своеобразное удовольствие от этого получать.

Вот наконец вожделенные двери; мы нерешительно останавливаемся. Я немного подумала и приняла нелегкое решение, потребовавшее у меня недюжинной смелости и силы воли.

– Я сама, – чуть слышно шепнула и осторожно приоткрыла дверь.

Мари подалась вперед, видимо собираясь оспорить мое решение, но я нахмурилась, отрицательно покачала головой, и подруга осталась на месте.

Гостиную миновала благополучно, тут было светло из-за заливавшего комнату лунного света. А вот в спальне меня ждал хороший такой облом. Там было темно. Хоть глаз выколи! Но отступать поздно. За время поиска маски я немного освоилась с обстановкой и теперь довольно уверенно двинулась в сторону кровати. Ступать старалась как можно тише, но мне все равно казалось, что топаю, как слон, и слишком громко дышу. Ощущение нереальности происходящего усиливала непроглядная тьма вокруг.

Так… До постели, похоже, дошла. Блин, он вообще тут или снова свалил на работу? Не мог занавески открытыми оставить? Может, я тут зря на грани инфаркта нахожусь? Не бережет меня, совсем не бережет.

Уловив свои мысли, тихо фыркнула. Чем больше я занимаюсь магией, тем более неадекватно себя веду. Теперь, кстати, отчасти можно понять отношение к магам вообще и Хранителям в частности. Мы же все ненормальные. Чем больше ты работаешь с энергией, тем больше с тебя падает внутренних запретов. Мы становимся сами собой. Поэтому нас и не любят. Мало кому достает смелости просто быть собой и смеяться в лицо остальному миру. Вот только о том, что выбора у нас как бы и нет, тоже забывают…

Встряхнула головой, прогоняя отвлеченные мысли, и вернулась к своим баранам. Туфлям и Лиру. Первые непонятно где, второй – тоже. Плохо то, что я не помню, с какой стороны кровати я их сняла. Придется обползать постель. М-да… Достойное принцессы занятие! Впрочем, воровать маску у своего же Хранителя тоже как-то не совсем этично.

С тихим вздохом подобрала подол юбки, опустилась на колени и, чувствуя себя полной и окончательной идиоткой, медленно поползла.

Осторожно продвигаясь вперед, внезапно наткнулась головой на какое-то препятствие. Села и озадаченно его пощупала. Простыня… Потянула за нее. Не стаскивается. Потянула сильнее! Но простыня оказалась не бесконечной. Я нащупала теплую кожу и замерла от ужаса. Внезапно зажегся свет, на мгновение ослепивший меня, и в тишине прозвучал тихий, но от этого не менее жуткий для меня голос:

– Доброй ночи, леди Александра. – Я медленно подняла голову и встретилась взглядом с серыми глазами Лирвейна. Ох ты… – Чем обусловлены ваши попытки стащить с меня простыню? Хочу предупредить сразу, что в данный момент это весь имеющийся у меня в наличии гардероб.

Картина крайне веселая. На постели, свесив одну ногу вниз, сидит полуобнаженный Лир, а у его ног сижу я. Причем не просто так. А положив ручки на Хранителя. Отдернула ладони, отшатнулась и попыталась придумать, что в таком затруднительном положении можно сделать.

Неожиданно на пол перед моим носом шлепнулись туфли.

– Это искала? – осведомился Лир, который, похоже, гораздо быстрее меня адаптировался в этой бредовой ситуации и теперь собирался от души насладиться спектаклем.

– Ну-у-у, – протянула я, нерешительно посмотрев на Хранителя.

– Меня, надо признать, весьма волнует вопрос, как они тут оказались, – мягко продолжил Лир.

– Как бы… так, – уклончиво ответила я.

– Несомненно, – серьезно согласился Лирвейн.

Я уже решила медленно отползать назад – вдруг он все же не станет выяснять отношения?

Уже потихоньку начала отодвигаться, когда меня самым вульгарным образом поймали за шиворот и вернули обратно. К ноге, блин! Как собаку! Со своей живностью меня перепутал, что ли, безопасник противный?!

Возмущенно зыркнула на него из-под растрепавшихся волос и попыталась вырваться. Лир коротко рыкнул, наклонился, подхватил меня и посадил на постель. Я поспешно отползла немного в сторону. Лир тоже несколько отодвинулся от края, откинулся на спинку кровати, скрестил руки на груди и с усмешкой стал за мной наблюдать.

– Ну и как? – вскинул мужчина белую бровь. – Будут объяснения?

Я только вздохнула, искоса посмотрев на Хранителя. Смотреть было на что. Смуглый мужчина с растрепавшимися белоснежными волосами, которые рассыпались по плечам и груди, отдельные прядки при каждом движении чуть щекотали живот мужчины. Красивый пресс, кстати. Так! Не о том думаю! Подняла глаза и увидела блуждающую по чувственным губам саркастическую понимающую усмешку. Сразу захотелось сказать гадость. Жаль, что нечего.

– А может, потом? – не особо надеясь на успех, спросила я. Лир подтвердил мои подозрения о мерзопакостности его натуры и отрицательно покачал головой. – Вот зачем тебе, а?

– Ну как тебе сказать, – задумчиво почесал кончик длинного носа Лир. – Вот идешь ты спать… Обнаруживаешь у кровати незнакомые женские туфли, но устал настолько, что плюешь на выяснение личности хозяйки и заваливаешься в постель. Уже практически уснул. Тут в спальню проникает непонятное нечто и, тяжко вздыхая, начинает ползать вокруг твоей кровати. Только благодаря ночному зрению с трудом, но опознаешь в этом нечто будущую Императрицу и исключительно поэтому не прибиваешь на месте по инерции.

Я молчала. Упорно молчала и очень старалась не краснеть. А еще до меня доехало, какой шикарный вид ему на всю композицию сверху открывается… Впрочем, тут вид не менее великолепный. Я снова искоса бросила взгляд на бессовестно отвлекающего меня мужчину. Ну как я могу на разговоре сосредоточиться, а?

Залитый янтарным светом «фонарика», Лир расслабленно развалился на постели, прикрытый простынкой только по пояс, и явно не страдал из-за своей раздетости. Более того, судя по хитрым искрам в глазах и еле заметной улыбке, он прекрасно понимал, насколько меня смущает, и теперь наслаждался ситуацией. Вот какого… он меня известил, что он под простыней, так сказать, голый?

Светлые глаза казались грозовыми, смуглая кожа в таком освещении еще темнее, и белоснежные волосы еще более это подчеркивали. Расслабленная поза навевала мысли о хищнике на покое. Очень красивом хищнике.

Я глубоко вздохнула и снова ощутила будоражащую смесь хвои и морозной свежести. Тотчас же в голову вернулись воспоминания о том, как я целовалась с безопасником и на каком интересном месте нас с Лиром в прошлый раз прервал Мидьяр. Снова, как наяву, почувствовала горячие ладони на пояснице и спине. Потрясла головой, стараясь отделаться от навязчивых образов. Получилось. Но зато пришли новые. О том, что мы тут одни ночью. И что он мужчина… а я женщина. И мне вдруг захотелось узнать, какова на вкус его кожа…

Судя по округлившимся глазам Лира, последнее я произнесла вслух.

Ой! Приглушенно пискнув, перекатилась по постели, схватила туфли и бросилась к двери. Вернее, честно попыталась это сделать. Дальше кровати я не убежала. Правда, поймал меня Лир уже на краю постели. Навалился сверху и прошипел: «Куда-а?» Ответить не успела. Сила инерции великая вещь. Мы полетели на пол.

Мне повезло. Я упала на Лира. Впрочем, везение в данном случае относительное, потому что мужчина сразу обхватил меня руками, причем так, что максимум, что я могла, – это слегка приподнять голову. Впрочем, не решилась этого сделать.

В тишине комнаты было слышно только наше частое дыхание. Я волновалась из-за ситуации в целом и своих слов в частности и ожидала, что он скажет мне что-нибудь неприятное.

– Ну и зачем ты это сказала? – раздался прерывистый шепот Лира. – Будто раньше легко было! – Сильные ладони мужчины провели по моей спине. Одна осталась легонько массировать шею, а вторая медленно скользнула обратно на поясницу. Вернее, немного ниже – на той грани, где еще несколько сантиметров, и это станет неприличным. На грани приличий Лирвейн продержался недолго. Теплые губы скользнули по шее, осторожно обхватили мочку уха, заставив меня еле заметно вздрогнуть, и скользнули к виску.

Он ослабил объятия и вместе со мной повернулся на бок. Не показалось… Глаза и правда были гораздо темнее, чем обычно, серую радужку все больше поглощал зрачок.

– Глупая девочка, – ласково шепнул Лирвейн, проведя губами по моей щеке. – Маленькая и глупая.

– П-почему? – немного заикаясь от волнения, спросила я.

– Потому что не стоило этого говорить, – промурлыкал на ухо Лир, опаляя нежную кожу горячим дыханием. – Потому что мне хочется дать тебе такую возможность. И не останавливаться самому… Ты знаешь, что очень сладко пахнешь? Знаешь, как сложно держаться от тебя на расстоянии? – Губы Лира скользили по лицу, пальцы чертили невесомые узоры на спине и шее, заставляя сбиваться дыхание, а его слова… Его слова заставляли замирать от удовольствия в один миг и от страха в другой. – Я хочу тебя, моя принцесса. Ты стала почти наваждением, всегда такая близкая… Но тебя даже коснуться нельзя.

Пытаясь прийти в себя после откровений мужчины, поискала остатки здравомыслия и осторожно попыталась высвободиться. Результат получила. Только не тот, на который рассчитывала. Стоило мне поднять голову, как мы оказались лицом к лицу, и я сразу попала в плен завораживающих серых глаз. Но сейчас они были не просто серыми, а цвета грозового неба. С губ сорвался прерывистый вздох, и я вдруг особенно остро почувствовала, что прижимаю ладони к горячей обнаженной груди. Что наши ноги сплелись, и он обнимает и прижимает меня к себе. Что его глаза пылают темным огнем, а наши губы разделяют всего несколько сантиметров…

Не знаю, кто первый подался вперед, я или он. Так ли это важно?

Это оказалось еще слаще, чем раньше. Тогда был порыв, который мужчина не удержал под контролем, сейчас же… сейчас я плавилась от удовольствия в его руках, перебирая шелковистые волосы, отвечая на каждое движение его губ.

Какой он? Вода. Самая вкусная, самая сладкая и свежая, как из лучших родников. Как солнечный дождь в детстве, когда сверкающими алмазами капли падают с неба и ты слизываешь их с губ и потом долго ощущаешь пряный привкус дождевой воды. Как океан, то спокойный и качающий на волнах нежности, то страстный и порывистый, и тогда только и остается, что держаться за его плечи и таять, таять, таять. Как бурный речной поток, который несет тебя, отбирает все силы и желание к сопротивлению и уносит последние крупицы здравого смысла.

Дыхание сбилось, его прикосновения стали все более настойчивыми. Тело начало пылать, как в огне, и уже кажется, что на мне слишком много одежды, а он так мало меня касается. Хочется чувствовать тепло его рук не только на шее и спине. Хочется самой скользить по его плечам ладонями, чтобы уже его било мелкой дрожью.

На каком-то этапе у Лира закончилась выдержка, и его рука обхватила грудь, чуть задела большим пальцем сосок. И вот уже мужчина ловит с губ мой удивленный стон, покрывает поцелуями шею, ключицы и заставляет сожалеть, что на этом платье такой целомудренный вырез.

Не став сопротивляться почти болезненной потребности дотронуться до тела Лира, я провожу ладонями по сильным плечам, скольжу по спине, легонько касаюсь ногтями по позвоночнику, заставляя мужчину вздрогнуть и чуть заметно выгнуться мне навстречу. Так заманчиво спуститься пальчиками чуть пониже поясницы, но я пока не решаюсь на это. А вот он подобными предрассудками не страдает, и я изумленно выдыхаю, когда руки обхватывают ягодицы, чем он тут же пользуется и углубляет поцелуй.

Не знаю, как далеко бы зашло это безумство, если бы не изумленный вздох, раздавшийся у двери, и ошеломленный возглас:

– Аля?!

Меня как ведром холодной воды окатило. Мигом осознала, где я, чем занимаюсь и, самое главное, с кем. Растерянно подняла глаза на такого же ошеломленного Лира. На лице волшебника было выражение настолько полного шока, что меня бы начал разбирать смех, если бы не эта ситуация.

Не иначе как на рефлексах я резко вырвалась из рук Лира и вылетела из комнаты.

Как добралась до своих апартаментов, помню весьма смутно.

Сейчас сознавала только то, что в полной прострации сижу на постели и меня обнимает Мари. Спустя минут десять, когда поняла, что выходить из ступора я так просто не собираюсь, подруга вздохнула и неожиданно гаркнула:

– Приди в себя!

Я вздрогнула и непонимающе уставилась на брюнетку.

– Отлично, – удовлетворенно кивнула девушка. – А теперь переодевайся и спать. Подумаешь обо всем завтра.

– Но как мне теперь… – растерянно начала я.

– Первый раз, что ли? – независимо фыркнула Мари. – Когда Хор спальнями ошибся, ты пережила. Когда Лир силой тебя «перелечил», тоже. Так что успокойся и быстро спать. Катастрофы я тут не вижу.

– Ладно, – склонила я голову. – Может, и так. В любом случае не зря говорят, что утро вечера мудренее.

– Вот-вот, – поддакнула девушка, расшнуровывая мое платье. – Так что не паникуй. Я вот тебе гарантирую, что этот белобрысый гад опять станет себя вести, как последний страус.

Я истерически рассмеялась. Да… Обычно страусом он называл меня, а сейчас сам такого эпитета удостоился.


Следующее утро облегчения мне не принесло. Но сидеть в комнате из-за боязни столкнуться с Лиром… Да что это я, в самом деле?!

Поэтому, когда в комнату вошла Мари, я уже стояла у дверцы шкафа, пытаясь определить, что сегодня надеть.

– Встала, – улыбнулась подруга, – вот и молодец. Нас Ярр просил спуститься в зеленую гостиную.

– Раз просил, то идем, – вернула улыбку я. – Только определюсь с платьем, и пойдем.

– Да не заморачивайся ты. – Сама Мариоль была в простых брюках, рубашке и жилете.

Еще раз оглядела подругу и согласно кивнула. Вытащила аналогичный комплект и удалилась переодеваться.

В зеленой гостиной был только каменно-серьезный и немного бледный Искусник. Он обернулся на звук распахнувшихся дверей и задумчиво нас оглядел. Меня охватило дурное предчувствие.

– Что? – одними губами спросила я.

– Сбор Совета Хранителей, – тихо ответил волшебник. – В полном составе. Время пришло, Аля.

– Но откуда?.. – беспомощно развела руками я.

– Они нам сказали.

– Кто?

– Стихии. Ты должна с ними станцевать. Они чувствуют, что их новый Проводник готов к этому.

Ноги подкосились, и я осела в ближайшее кресло.