# Смертноземельская война

Алексей Сергеевич Абвов

Абвов Алексей Сергеевич

(По следам Алхимика — 3)

Если ты не ищешь приключений, то они запросто могут найти тебя.

Идешь куда-то по своим делам, и раз — оказываешься в другом мире. А миры встречаются разные. Есть обычные, где все решается исключительно голой физикой и техникой, есть магические, где некоторые разумные могут усилием воли влиять на окружающую реальность. Здесь очень много интересного найдется для неслучайного попаданца из нашего мира. Эльфийские леса, Гномьи горы, радиоактивные зоны атомных аварий, откуда сталкеры таскают неведомые артефакты и прочий хабар. Что, последнее явно не из той оперы и подобного никак не должно быть в магическом мире? Ничего не поделаешь, тот мир оказался весьма странным. Эльфов в нем нет, гномов тоже никто давненько не видел, а вот искатели, шастающие в Смертные Земли, иногда попадаются. И если хорошо поспрашать у местного торговца оружием, можно совсем недорого разжиться потертым «калашом». А виноваты во всем этом безобразии всякие пришельцы, страстно мечтающие вернуться домой.

Третья часть приключений Виктора, известного как Вита.

## Пролог. Военный орбитальный амулет дальней связи ГН-2, запись речевых сообщений ВГДН45824190521, сокрытие активно.


— … Ато, он обнаружил наших охотников около последнего источника огненной силы и теперь возвращается обратно. Наши отряды не смогут перехватить его. Всё надежда только на тебя.

— Ты никого не оставил в заслоне? Как это понимать?

— У меня слишком мало способных с ним как‑то потягаться. В заслоне только новички, он их пройдёт, даже не заметив. Если смогут лишь немного задержать его — окажется большой удачей.

— Немедленно выводи людей из‑под удара, Тефис, пусть возвращается. Я тоже вернусь в столицу, миссия временно отменяется. Тщательно проверь его обратный путь, он может что‑то оставить. И хорошо подготовь своих лучших охотников, дабы они достали Великого в Смертных Землях, или хотя бы не выпустили его оттуда второй раз. Заодно пусть займутся и старым вопросом, но без особой спешки, время теперь терпит.

— Слушаюсь!


## Вековые леса примерно в двух дневных переходах от Чёрного Перевала.


Двое мужчин отдыхали после многодневного бега в тщательно замаскированном подземном схроне. Здесь было темно, но для присутствующих свет и не требовался, чтобы хорошо видеть друг друга.

— Я возвращаюсь за Перевал, — совсем тихо сказал один мужчина.

— Неужели ты откажешься от своего желания? — так же тихо спросил второй.

— Нет, — в голосе первого явно слышалось сожаление, — видимо, нужно ещё немного подождать. И ещё разобраться с тем непонятным выскочкой, он, похоже, мне кое‑что должен.

— Значит, все наши вложения в бунтующих южан и собиравшихся к ним вскоре присоединиться северян, были совершенно напрасными? — нотки лёгкого неудовольствия сменились явной обидой, — Пять лет подготовки, почти двести шестьдесят тысяч золотых на наёмников, вооружение и обучение черни. Не считая самого оружия и всего прочего необходимого. Теперь всё бросить по твоей милости?

— Зачем? — в голосе говорившего проскочила заметная смешинка. — Они уже своё дело практически сделали. Лорды собирают и вооружают свои личные армии, несмотря на явный саботаж и желание содрать как можно больше денег со стороны «серых». Пускай — жадность их только отвлечёт от реальных проблем. Лучшие охотники за головами и Борцы со Скверной бегают сейчас за нами по лесам, и станут меня крепко сторожить на Перевале, когда уйду за него. Если кто из них случайно сунется вглубь Смертных Земель — там навсегда и останется. Этим не преминут воспользоваться остальные Великие, несмотря на всю свою трусость. И тогда господству «серых» быстро придёт конец, Лорды опять передерутся между собой, благо за долгие годы мира неразрешимых конфликтов среди них изрядно накопилось, и всем станет не до вас. Не этого ли столько лет ваше Искательское Братство добивается?

— Ты говоришь, как будто всё уже произошло, — обида из голоса говорившего ушла, сменившись скепсисом. — Насколько ты уверен в своих прогнозах?

— Поднимайте восстание черни на севере, и всё пойдёт именно так. И не жалейте сейчас своих денег, потом всё быстро вернёте, когда добьётесь своего.

— Тебе легко говорить — ты эти деньги не зарабатываешь, — огрызнулся напоследок неизвестный мужчина, после чего повернулся на бок и спокойно заснул.

Тот, кого здесь все именовали только как Великий, ещё долго пребывал в состоянии бодрости, о чём‑то про себя размышляя, но потом тоже решил отдохнуть, благо какой‑либо заметной опасности в его особые чувства сейчас не попалось.


* * *


## Смертные Земли, город Юмаю.


По–моему, самое трудное — это переделка своего собственного представления о том, как нужно вести дела. Привыкшему всё самое важное тащить исключительно на своём горбу, психологически очень сложно переложить эту ношу на чужую спину. Постоянно хочется проверить, как там её несёт твой подопечный, хватает ли ему сил, и нет ли у него излишней сообразительности — бросить важное дело в ближайшие кусты, пока никто не видит. Вот и у меня сейчас внутри происходят такие метания, хочется разорваться на части и везде сунуть свой нос. Но при этом сам хватаю себя за руку, когда уже совсем порываюсь броситься решать задачу, отданную на исполнение кому‑либо из моих людей. Нет уж, пусть они тоже обретают достаточную самостоятельность. Иначе, какой из меня авторитет? Так, видимость одна.

Слишком уж резки изменения моей жизни. Ещё совсем недавно был тут практически никем, занимая чуть ли не последние ступеньки социальной пирамиды, а теперь стал вторым человеком в городе, владея его половиной. Официально. А реально пока контролирую лишь территорию своего особняка, спрятавшись от всех врагов и прочих недоброжелателей за магической охранной системой и спинами собственных гвардейцев. У быстрого возвышения есть своя обратная сторона — большое количество тех, кому оно пришлось совсем не по нраву. И кто жаждет или просто отомстить за нарушение своих интересов, или попытаться откусить от наглого выскочки кусочек пожирнее, если не удастся проглотить его целиком. Да и у потворствующих мне тоже ведь планы вполне прозаичны. Посеял, значит, семена в удобренную почву, полил водичкой, и жди, когда урожай созреет. Сильно удивлюсь — если будет не так, уж больно всё один к одному сходится. Потому‑то выбор невелик — идти туда, где предлагают выгодные варианты, и постоянно искать возможности отстоять своё от любых нападок со стороны.

— Вит, нам Аэль больше денег не даёт, — нашел меня молодой маг Амикус, занимавшийся в это время восстановлением торгового дела сбежавшего от нас Повелевающего мудростью Питса.

— Она же вам уже достаточно выделила на закупку? — удивился я его неожиданным словам. — У вас уже всё закончилось, так быстро?

— Тут такое дело…, — парень замялся, опустив глаза, видимо у него были на самые лучшие вести. — К нам почему‑то валом народ пошел, несут и несут, — всё же выдавил он слова из себя. — Причём пожаловали даже городские перекупщики, имея за собой по целой телеге добра.

— Хм, — удивляться было уже нечему, но понимание в голове только зародилось, — у вас цены на скупку амулетов заметно выше, чем во всём остальном городе?

— Уже нет, — Амикус с некоторой надеждой посмотрел на меня. — Они действительно выше, чем у перекупщиков, те вообще за нормальные амулеты медь, а не серебро дают, но по сравнению с ценами пары дней назад, снизились вдвое.

— И всё равно поток желающих сдать вам свой хабар никак не уменьшается?

— Я ничего не понимаю, — парень опять засмущался. — Наверное, они узнали о чём‑то, чего пока не заем мы…

«Скорее не до конца представляем весь масштаб вчерашнего события», — пришла объясняющая все нестыковки мысль. Вступив в прямой конфликт с менялами, мы тем самым, подписали в глазах окружающих свой смертный приговор. И разграбив дом авторитета Готса, получили сразу много денег. Местные обитатели сразу оценили возможность по–быстрому совершенно безопасно нажиться за счёт потенциальных покойников. Торговля на Большом Базаре временно дала сбой, опять же не без моего активного вмешательства, цены на скупку добычи резко упали. Они, конечно, когда‑либо обязательно восстановятся и даже скакнут вверх, но никак не раньше чем через пару месяцев. И единственные, кто даёт более–менее нормальные деньги за амулеты — это наше торговое предприятие, временно оказавшееся без своего главного идейного вдохновителя. Местных перекупщиков теперь хорошо понимаю. Скинув нам все свои запасы, они сразу получат приличный доход. Но это совсем не главное. По их разумению, когда нас всех умертвят палачи менял, то всё проданное нам опять вернётся к ним, за те же самые медяки. В городе ведь больше не осталось других торговцев, целенаправленно занимающихся амулетами. Везти в другие города Смертных Земель невыгодно, там тоже копейки будут предлагать, разве только сбежавший Питс опять начнёт активно вести торговые дела под чьим‑либо присмотром. Но на это ему потребуется время, а мы‑то ещё никуда не делись и цены опустили не настолько сильно. Сейчас из нас спокойно лишние денежки вытянут, и будут ждать скорого продолжения банкета. Хороший расчет с их стороны. Только вот мы пока помирать не собираемся, а потому их радужным мечтам не суждено полностью сбыться.

— Сейчас дам указание Аэль, дабы не ограничивала вас в деньгах, скупайте всё подряд, даже неисправное, — весело напутствовал молодого мага хлопком по спине.

Убедить жрицу предоставить средства на торговлю оказалось не так‑то просто. Не знаю, были ли в её роду местные евреи, но она решила торговаться даже со мной.

— Я им и так уже две дюжины золота, считай, выделила, — настырно упиралась она, — если они всё подряд тут будут скупать, то у нас денег не останется, а особняк будет забит по самую крышу всяким барахлом.

— Да и пусть, — беззлобно ухмыльнулся ей. — Пока несут — надо скупать, деньги не должны лежать, если их можно в дело пустить. Потом вернутся с большим прибытком.

— Тебе ещё на обустройство города много потратить придётся, — не отступила она даже перед таким аргументом. — Мне твоя Ведьма уже передала примерную смету на первую часть необходимых работ, дабы обеспечить полный контроль за своей половиной города, там твоей казны может не хватить, если всё по уму сделать.

— Ничего, город от нас никуда не денется, а деньги можно будет и заработать! — решительно додавил её своим эмоциональным напором. — Выдашь, сколько парни запросят, потом общую сумму расходов мне скажешь. Сам сейчас проверю, как у них дела идут, и откуда такой наплыв.


Спустившись к бывшей конюшне, где сейчас была торговая лавка, действительно отметил наплыв посетителей около неё. Тут стояли сразу три телеги, заполненные амулетами строительно–бытового назначения. Вентиляция, унитазы, насосы для воды и ещё какие‑то хитросплетения труб. Немного подобного добра мы вывезли вчера из разграбленного дома авторитета Готса. Ещё четвёрка телег, ждущих своей очереди за оградой, оказались завалены каким‑то совсем уж непонятным для меня добром. Металлические и каменные короба, в которых мой магический взгляд сразу отметил большое сосредоточение подчинённых сил, круглые баки и толстые цилиндры неизвестного назначения. Решил, было подойти поближе и расспросить хозяина всего этого магического хлама, но в это время из ближайшего переулка показалась наша последняя самодвижущаяся телега, за рулём которой восседал мастер Бокк, а толкали её сразу восемь гвардейцев. Пневматические шины транспортного средства сильно проминались под весом наваленного груза, возвышавшегося за спиной мастера. Сзади шла пятёрка моих магов, почти восстановивших свои силы.

— Вы, верно, решили по отдельным камням полностью разобрать тот дом, — поравнялся с бывшей самодвижущейся телегой, приводимой ныне в движение человеческой мускульной силой, осматривая наваленный на неё груз.

Тут было в основном стекло, вытащенное из окон, а также какие‑то строительно–монтажные конструкции.

— Ты же хотел сделать наблюдательную башню? — Бокк посмотрел на меня немного озадаченным взглядом, как бы спрашивая — «неужели сразу непонятно?» — Вот мы нужный материал для неё и подобрали, заодно прихватив ещё немного полезного.

— После нашего вчерашнего ухода там ещё не всё растащили? — немного удивился я, представляя обычную реакцию местных жителей до оставшегося без присмотра чужого добра.

— Нет, — покачал головой мастер, — туда вообще никто не подходил, как мы там всё оставили — так и лежит. Сейчас ещё пару ходок сделаем, вывезем всё остальное. Была б моя воля — действительно всё бы по камням разобрал, дабы добро не пропало.

Тем временем мы зашли внутрь ворот, прошли до хозяйственного входа в особняк и гвардейцы вместе с магами стали быстро разгружать телегу, затаскивая стекло внутрь дома. Когда они убрали груз с задней части, заметил там немного помятую печь мягкого тепла, которая была вполне горячей.

— Гляжу — вы где‑то и печью успели разжиться? — спросил довольного Бокка, стоящего рядом со мной и наблюдавшего за разгрузкой.

— Да, — он как‑то раздраженно махнул рукой, — с самого раннего утра, помня твой наказ, молодые ребята приволокли откуда‑то пару нерабочих печей с убитыми управляющими амулетами. Других им никто бы не продал. Вот, успел сделать одну из двух. Только проку от них немного в этой колёсной каракатице.

— Почему так? Вчера же они вполне неплохо тащили груз, — бегло осмотрел телегу, выискивая причину такого скепсиса со стороны мастера, и внимательно посмотрел на него, ожидая ответа.

— Ерунда это всё — ваши самодвижущиеся телеги, — немного насупился он. — Вращающие колёса амулеты быстро внутренне распадаются из‑за слишком больших усилий, тепловые трубы трескаются от тряски, у переносной печи просто не хватает мощности. Баловство это, игрушка. Ты думаешь, раньше тут никто не пытался сделать что‑то подобное?

Помотал головой, показывая своё полнейшее неведение.

— Так вот, — Бокк посмотрел на меня взглядом старого учителя, вдалбливающего в голову нерадивого ученика прописные истины, — попыток сделать что‑то подобное было много. И раньше и сейчас. Говорят, древние добились успеха. Но за последние тысячи лет, ни у кого не получилось создать чего‑либо, способного составить конкуренцию лошадям. Вот посмотри, — он тыкнул рукой в сторону ближайшего колеса. — Там стоит замкнутая в кольцо цепочка из четырёх простых амулетов, призванных открывать и закрывать массивные двери. Они отталкиваются друг от друга или притягиваются друг к другу, в зависимости от поданной команды и внешней силы. Но чтобы такие амулеты сделать надёжными — требуется большая прочная основа, её в колесо не упрячешь. Да и не могут они работать слишком интенсивно, петли подчинённой силы выгорают. Для дверей вполне подойдёт, а для колеса — нет. Тепловые трубы тоже нужно делать гибкими, дабы они от тряски не полопались, а это очень сложно и слишком дорого — там золота много потребуется.

— Ты хочешь сказать — сбежавший от нас Питс до другого города не доедет? — сильно порадовался такому интересному заключению, даже наплевав на провал самой идеи.

— Доедет, — сразу расстроил меня мастер, не дав хорошенько порадоваться чужой возможной беде. — Как раз до ближайшего города и доедет, а потом всё. Впрочем, он может и в пути починиться, если действительно не доедет, тут не так сложно, если есть лишняя печь мягкого тепла. Нам ещё пару раз скататься нужно, — сказал он мне, отметив как последнее стекло с телеги исчезло за дверями особняка.

Вернувшиеся «грузчики» быстро попрыгали на телегу, и она медленно сама покатилась к воротам. Несмотря на весь скепсис мастера Бокка, сама идея оказалась вполне жизнеспособной. Требовалось разве только найти более удачную реализацию всей конструкции.


Снова оставшись без активного занятия, опять с трудом удержал себя от вмешательства в чужие дела. Помог зельевар Актиус, обнаруживший меня в столовой, сидящим перед пустой тарелкой с грустным видом на лице, дабы утащить в свою мастерскую. Сегодня у нас был день приготовления бытовых эликсиров. Они уже не являлись «простыми», и состояли из двух, а иногда и из трёх компонентов. Заменители мыла и чистящих средств, дезодоранты для тела, пропитка для обуви и одежды. Всего около трёх дюжин разных составов на все случаи жизни. Большой ценностью они не являлись, но их требовалось много и постоянно. Без должной пропитки одежда могла быстро изнашиваться, засоряться, обувь не самым лучшим образом влияла на ноги, и многое другое по мелочи. Даже пол стоит протирать специальным составом, дабы к нему не липла грязь. У нас же большинства нужных эликсиров вообще не было, а тех, которые имелись, сейчас и вовсе уже почти не осталось. Делать новые бытовые составы оказалось лишь немногим сложнее, чем «простые» и «предварительные» эликсиры, фактически нужно было лишь знать необходимую рецептуру и быть аккуратным и терпеливым. С моим ускоренным сознанием брака в работе почти не было, чему очень сильно радовался зельевар, подставляя передо мной большие баки с подготовленной водой и подкладывая исходное сырьё. Я же дозировано пропускал через себя энергию, постепенно закачивая свойства сырья в эту воду, обеспечивая точность и непрерывность процесса. С двух компонентными составами было немного сложнее. Первый состав мог разрушаться при присадке к нему чего‑либо дополнительного. Тут уже пришлось иногда использовать сделанные недавно «предварительные эликсиры», пропуская нужные свойства сырья через них в основной состав. То есть эти самые «предварительные» выступали в роли специального фильтра, обеспечивающего должный процесс, не расходуясь при этом сами. В принципе — ничего сложного, просто требуется хорошо знать, что из сырья и с чем конкретно совместимо, а с чем нет, и как это можно преодолеть, в случае необходимости.

Вот с последним бытовым эликсиром, которым протирали тарелки перед тем, как положить туда еду, пришлось очень серьёзно повозиться. В нём было восемь базовых элементов, шесть промежуточных, и впервые в моей практике применялись три операции преобразования свойств исходного сырья, причём одно двойное. Первые одиннадцать попыток приготовить нужный состав в малых дозах оказались полностью неудачны. Ещё семь следующих были потрачены на закрепление всех новых для меня операций, а главное — их сочетаний друг с другом. В результате один последний маленький флакончик с бесцветной плотной жидкостью без вкуса и запаха был отмечен Актиусом, как вполне годный.

— Не пойму, зачем для протирки посуды такой сложный эликсир потребовался? — спросил его, когда тот похвалил меня за удачную попытку.

— Зато, если туда положат что‑то отравленное — это сразу станет заметным, — расплылся он в довольной улыбке. — Поздравляю тебя, Вит, ты стал пятым за последнюю сотню лет зельеваром, который сумел приготовить «поварскую синь» — так называется этот состав. За этот флакончик в столице королевств можно было выручить минимум сотню золотых, если знать, кому его предложить.

— Сколько–сколько? — сильно удивился названной сумме за какую‑то ерунду.

— Можно и больше, — покачал головой зельевар, — только нужен выход непосредственно на Лордов, иначе перекупщики, имеющие к ним доступ, возьмут не меньше половины за посредничество. Попробуй пока сделать ещё одну порцию.

Следующая порция, а также ещё четыре за ней получились у меня ничуть не хуже. На пятой немного ошибся, пришлось её выбрасывать, а шестая и седьмая пошла в зачёт, после чего закончилось исходное сырьё. Вот так, всего за три часа работы, буквально из ничего получился продукт на шесть сотен золотых, по словам Актиуса. Без меня он бы за такой эликсир даже браться не стал, но теперь обещал подкинуть к завтрашнему дню ещё кое‑что интересное.


Едва вышел из мастерской зельевара, сразу был пойман Мариной. Она давно хотела пообщаться со мной. Подойдя к своему кабинету, которым также пользовалась и она для своей работы, услышал, как там кто‑то поёт. Слов песни разобрать не смог, но всё равно остановился и несколько долгих секунд слушал чарующие звуки, пока Марина легонько не подтолкнула меня в спину. В кабинете вокруг стола расселись мои «девы престижа», как первые три, так и парочка новых. Девы что‑то активно рисовали, но при этом они ещё и пели, так и не остановившись при нашем появлении. Пару минут стоял и просто смотрел на происходящее, опасаясь спугнуть нахлынувшее наваждение. Раньше ведь думал — «девы престижа» нужны только для постельных утех богатых и статусных мужчин, а они, оказывается, ещё и петь могут. Да и рисуют весьма хорошо, вернее сейчас не рисуют — а чертят. В некоторых листах бумаги, лежащих перед ними, вполне узнавались красивые фасады зданий с широкими окнами и отделкой под античность, на других листах изображался внутренний интерьер, на третьих были вполне узнаваемые чертежи общей планировки.

— Гостевые дома и казармы, — сказала Марина, положив передо мной стопку листов с хорошо прорисованными наружными видами и упрощёнными чертежами внутренних планов.

Все здания имели по два этажа, имели типовую планировку и отличались лишь внутренней отделкой и набором «удобств».

— А вот тут примерный план нашей части города, — девушка положила передо мной большой лист, на который была перенесена часть карты, висящей на стене.

Только от самой карты этот план серьёзно отличался. Общими были разве только несколько основных дорог, идущих от центра к городским воротам, а всё остальное пространство застраивалось уже по–новому. Кривых узких переулков и трущоб на новом плане, естественно, не нашлось. На их месте располагались строгие кварталы новых общественных домов, имелось немного мест под индивидуальную застройку коттеджного типа для богатых горожан, не забыто пространство под два тренировочных лагеря для наёмного войска, а также предполагаемая территория под возможные производственные мощности. Недвижимость, принадлежащая искательским кланам, переносилась ближе к воротам, склады купцов на западной стороне тоже сильно ужимались в весьма компактные образования. А то сейчас между ними хватало пустой земли, занятой утлыми лачугами городской бедноты или вовсе заполненной мусором. Вроде бы земли в городе много, но используется она совершенно нерационально. Практически неизменным оставался лишь самый центр, где стояли особняки и дома самых богатых горожан, вроде нас самих, но таковых было совсем немного в нашей части города. Богатые кварталы располагались на северной и восточной стороне за особняком авторитета Сома. Дальше за домами богачей там было сосредоточение домов городских мастеров и торговцев. За ними находились три публичных дома в окружении из дюжины кабаков, а за которыми начинались строения северного искательского клана, а также нескольких новых, недавно появившихся в городе. На ту богатую часть нам, естественно, покуситься никто не даст, авторитет Сом оставил её за собой. Зато на нашей бедной части можно было начинать любое строительство, снеся большую часть сегодняшних построек за несколько дней, чем и собиралась озадачить меня Марина.

— Нужно немедленно убирать всё это, — она положила передо мной очередной лист, где были отмечены городские кварталы, идущие под снос в первую очередь.

Это были трущобы, где мне уже несколько раз пришлось попадать в различные неприятности.

— Местных обитателей куда денем? — поднял на неё свой вн6имательный взгляд.

— За городские ворота выгоним! — резко ответила она. — Там нормальных людей нет — или ворьё, или ещё хуже. А для немногих рабочих, которые будут работать на нас, вот тут сразу построим пару больших общежитий, — показала пальцем отмеченное на карте место. Раз за городскую землю огромные деньги заплатили — значит, будем делать на ней свои дела, а кому не понравится — пусть идут жаловаться твоему Сому.

— Хорошо, давай сейчас все планы, касающиеся первой части необходимых работ, схожу, проведаю нашего соседа, — весело подмигнул своей рыжей Ведьме, собирая бумаги со стола в одну стопку.

Давно надо было проведать авторитета Миса, заведовавшего бандитами и городскими рабочими. Внимательно окинув взглядом своих «дев престижа», которые с явным желанием посматривали на меня, периодически отвлекаясь от своей работы, вышел из кабинета. С девами надо будет обязательно поговорить, узнав, откуда у них такие большие таланты в черчении, рисовании и пении, возможно, обнаружится и что‑либо ещё, куда более полезное.


Но сразу уйти не удалось. Мастер Бокк отловил меня у самого выхода. Он окончательно закончил мародёрство дома Готса, вывезя оттуда всё более–менее ценное, даже некоторые стройматериалы, и теперь страстно желал начинать обустройство наблюдательной башенки в нашем особняке.

— Нужно настроить доступ к тайному ходу, — заявил он, приведя меня в подвал, где располагалась основная печь мягкого тепла, в которой уже стоял амулет, заведующий всей охранной системой.

— А ты откуда про него узнал? — немного удивился я, так как сам обнаружил его с большим трудом и то благодаря Марине с её особенным взглядом силы.

— Странно, если бы его в таком особняке не было, — широко улыбнулся мне мастер. — Такие ходы в любых подобных домах есть, главное знать, как искать.

— Тебе‑то он зачем нужен? — признав его аргумент, спросил его.

— Так надо башенку именно над ним строить! — озадачил он меня, но сразу пояснил: — Если кто‑то сверху, как ты в дом Готса и проломится, то окажется внутри стен, хорошо укреплённых силой, и не сможет быстро проникнуть в остальные помещения без специального ключа. И там для него получится хорошая ловушка.

— Разумно, — кивнул ему головой, подтверждая своё согласие. — Только тогда обязательно укрепи крышу и сделай откидывающимися пару стёкол. Вдруг мне захочется иногда выбраться на крышу и немного полетать над городом благодаря твоей амулетной конструкции.

— Понравилась? — опять лицо мастера расплылось в довольной улыбке.

— Весьма–весьма, — благодарно похлопал его по плечу. — Только её бы немного усовершенствовать стоит, есть у меня некоторые идеи на этот счёт, да и вторую такую сделать бы совсем не помешало. Ведьма меня уже несколько раз спрашивала — себе такую же хочет.

— Усовершенствовать можно, — мастер явно задумался, думая, чего он мог прежде пропустить. — А вот со второй пока придётся погодить, нет для неё всех необходимых материалов, для этой‑то тогда еле–еле нашел, имея полное обеспечение от самих Борцов со Скверной. Теперь‑то этого никогда не будет, — Бокк скептически покачал головой, выражая большое сомнение.

— Ничего, нам, похоже, сюда теперь со всех Смертных Земель добро несут, парни скупать не успевают! — усмехнулся его скепсису, вспоминая очередь желающих продать нам всякие магическое барахло. — Как закончишь возиться со строительством — разберись со всем, скупленным ребятами в лавке. Наверняка там отыщется что‑то для тебя подходящее.

— И то, правда, — опять повеселел мастер.

— Кстати, а нет ли такого амулета, чтобы через него можно издалека взглядом силы смотреть, как из себя самого? — мне в голову пришла очередная полубезумная идея.

— Зачем тебе это? — удивился мастер Бокк, внимательно посмотрев на меня.

— Ну вот, к примеру, зачем строить какую‑то башенку, когда можно просто поместить такой амулет на крыше, подняв его на растяжках, и спокойно смотреть через него прямо из дома?

— Хм…, — моя идея заставила мастера надолго задуматься. — Есть такой амулет, — после долго раздумья и чесания бороды всё же ответил он. — У тебя как раз парализующий жезл имеет подобное свойство в придачу к своему основному. Только к нему надо подвести тонкую тепловую трубу с вдетой внутрь дополнительной нитью силы, и смотреть через неё. Подключение другого конца вывести к собирателю, разместить тот в изголовье кресла наблюдателя…, должно всё получиться! — в конце заявил приободрившийся мастер.

— Подбери комнату на втором этаже человек так на пять–шесть в центральной части, там вроде как была подходящая, как раз рядом с тайным ходом, и сделай там рабочий кабинет для дежурных. Возьми второй парализующий жезл у Ведьмы, и делай, как задумал, — проинструктировал его, параллельно открывая ему доступ к тайному ходу в охранной системе. — Только всё равно обязательно сделай удобный выход на крышу, пусть и без всяких изысков в виде стеклянных конструкций.

А укреплённое силой стекло обязательно пригодится где‑то ещё, подумал я, прежде как покинуть подвал, отправившись по делам.


И опять дойти до авторитета Миса не получилось. Пока разбирался с Бокком, ко мне пожаловал какой‑то посетитель, терпеливо дожидавшийся меня сейчас в гостевой комнате на первом этаже рядом с кухней.

— Чем обязан? — сразу спросил ждущего меня мужчину совершенно обычной внешности, к которой практически не привлекается взгляд.

Невысокого роста, самая обычная одежда, короткая, чёрная борода с недавно появившимися серебряными нитями седины. И весьма умный взгляд, всего за секунду совершенно верно оценивший меня. Естественно, прежде чем идти разговаривать с ним, проконсультировался у дежурившего сейчас мага под кличкой Задница, на предмет возможной опасности. Тот ничего такого не чувствовал, но отметил посетителя, как потенциально ненадёжного, способного преподнести какой‑либо неприятный сюрприз. Отвлёк Марину от проектных работ, дабы она проследила за нами своим ведьминым щупальцем. Потому, если этот посетитель попробует сделать мне какую‑либо гадость, то умрёт быстро, даже ничего не заметив.

— Знаю, ты, авторитет Вит, недавно искал некоего мастера Мифаса, — с довольной улыбкой ответил тот.

— Было дело, — ответил ему, присаживаясь на свободный стул.

— Могу тебе его сейчас продать! — нагло заявил посетитель, вызывая у меня приступ холодной ярости. — Совсем недорого отдам…, — заметил он вспышку гнева в моих глазах и опустившуюся на рукоять меча ладонь, отступив шаг назад, и добавил: — всего за дюжину золотых — это едва покроет мои расходы.

Три раза глубоко вздохнул и выдохнул, загоняя холодную ярость обратно внутрь. Несмотря на свою наглость, этот непонятный мужчина мне немного нравился. Притом от него не чувствовалось какой‑то сложной игры, он даже не просто хотел заработать, а пытался оказать помощь хорошему человеку — всё это сейчас легко читалось у него по лицу.

— Рассказывай! — недовольно покачал головой и приготовился слушать рассказ, активируя все свои способности определять ложь.

— Мастер Мифас очень сложный человек…, — начал тот говорить, присаживаясь напротив меня. — Он умудрился поссориться со всеми, с кем только столкнулся в нашем городе, считая только себя исключительно правым. Понравилось это далеко не всем, и в итоге его уже хотели показательно убивать, так как чем‑либо рассчитаться за нанесённое уважаемым людям оскорбление у него уже не было. Мне удалось вовремя выкупить его жизнь, так как уже знал о твоём, авторитет Вит, интересе к нему. Теперь он мой раб, который, впрочем, мне совсем не нужен. И я готов уступить его за озвученную сумму, если ты сочтёшь того ничтожного человека стоящим таких денег.

— А не боишься ли ты — не знаю твоего имени, моего гнева, возникающего, когда мне предлагают что‑то подобное? — напустил на себя самый страшный вид, но, тем не менее, говорил, внутренне улыбаясь.

— Меня зовут боевой Повелитель сил Готи, — представился, наконец, посетитель.

Надо же — магом оказался. Хотя балахон не носит и выглядит как самый обычный искатель. Даже амулетов у него взглядом силы не заметно, хотя могут быть хорошо спрятанные.

— Нет, не боюсь, — улыбнулся он в моё оскаленное лицо. — Об авторитете Вите известно — он достаточно резок ко всем проявлениям несправедливости, но при этом его отличает завидное благоразумие. Потому‑то мне и пришла в голову идея предложить жизнь того мастера тебе, ибо никто больше с ним не справится, даже имея того своим рабом. Убить‑то его можно, а вот получить какую‑либо пользу — нет.

Тонкая похвала окончательно растопила последнее недоверие в моей душе. Хотя всё равно сама ситуация была совсем некрасивая. Не люблю рабство во всех его проявлениях. И сразу дать свободу тому мастеру после выкупа никак не получится, из‑за его клятвы. Придётся ему долго отрабатывать, так или иначе.

— Хорошо, договорились, будут тебе деньги, — улыбнулся явно заранее просчитавшему все возможные ходы хитрецу. — Только вот потом совсем не гарантирую отсутствие своего гнева для тех, кто довёл того человека до рабства, — в последних моих словах угроза была весьма очевидной.

— Это твоё право, авторитет Вит, — боевой Повелитель сил Готи злорадно улыбнулся. — Ты можешь решать, как поступать с теми людьми, мне они ничего не должны.

А вот тут он, похоже, приврал. Должны они ему, много чего должны. Но и своих возможностей стребовать с них долги у него явно недостаточно. Эх, и этот тоже решил со мной поиграть в тёмные игры. Вся эта сложная комбинация специально задумана, дабы с помощью меня расправиться с кем‑то сильным и имеющим заметное влияние в городе. А сам мастер Мифас — тут всего лишь обычная наживка на рыболовном крючке. Блин, только обрадовался, встретив тут нормального человека, не держащего фигу в кармане и кинжала за спиной. С другой стороны, мне разобраться во всём самостоятельно никто не помешает. Буду ли кому мстить или нет — время покажет, а опытный мастер по металлу нам сейчас крайне необходим.

— Приводи своего раба, только быстро, у меня других дел много, — проводил посетителя до двери, передав его нашему дворецкому, отправившись к себе наверх за деньгами, при мне такой суммы сейчас не было.

Через полчаса Готи вернулся и привёл того самого злосчастного мастера. Выглядел тот совсем неважно, борода клоками вырвана, всё лицо представляло большой синяк, один глаз вообще не открывался, правая рука была сломана. Шел он, опираясь здоровой рукой на плечо своего хозяина, подволакивая левую ногу с вывернутой стопой. Да, крепко досталось мужику, ещё бы немного — забили бы насмерть. Лечить, понятное дело, избитого раба тоже никто даже не сподобился — слишком дорого это в городе. Дали отхлебнуть эликсира, временно подавляющего боль и все дела. Но у меня свой персональный целитель имеется, и эликсиры жизни собственного приготовления тоже, — потому никакой проблемы тут не вижу. Получив свои деньги и передав рабскую клятву Мифаса мне, чрезвычайно довольный маг удалился, поблагодарив за всемерное понимание. Представляю его расчет, в котором его недоброжелатели, так крепко уделавшие мастера, спокойно живут последние дни, даже не подозревая об этом. Позвал сверху целителя Осуса. Тот походил вокруг пострадавшего, поцокал языком, и сразу же взялся за дело. На моих глазах сошли с лица все синяки, вправилась повреждённая рука, с ногой тоже не пришлось долго ждать. Целитель своими магическими воздействиями на пациента быстро выморозил весь воздух в комнате, пришлось идти туда, где проходила ближайшая тепловая труба. Там он окончательно привёл бедолагу в нормальный вид, исправив все внутренние повреждения, коих оказалось не меньше внешних. В самом конце кратко переговорив, мы защитили нового раба от мертвящего воздействия палачей менял. К этому времени мой внутренний амулет накопил немного непонятной субстанции, которой едва хватило для одного лёгкого воздействия, дабы закрепить иммунитет. Мифас хотел прямо сейчас многое рассказать, но мне было уже совсем не до него, а потому отправив его располагаться и принимать своё бывшее имущество со склада, быстро покинул особняк с пачкой бумаг в небольшой сумке, пока кто‑то ещё меня не хватился.


Авторитет Мис не заставил долго себя ждать, сразу приняв неожиданного посетителя. Пришел к нему без охраны, благо идти было совсем недалеко, одевшись, как тут уже почти стало традицией — в золотистую кольчугу и воинский плащ с многочисленными карманами поверх неё. Из оружия оставил себе только кинжал и пистолет, оставив все остальные боевые амулеты дома. Негоже ходить в гости к хорошим людям, увешанным оружием с ног до головы, но и быть полностью безоружным — могут неправильно понять и даже испугаться. Нужно держать вполне определённый вид, для которого вполне хватит одного кинжала, выставленного спереди напоказ как символ личной свободы, ибо оружие запрещено носить только рабам, а про пистолет местные аборигены обычно ничего сказать не могут. Как амулет он ими не опознаётся, взгляд силы «мёртвый металл» выталкивает, а про его смертоносное действие знают очень мало посвящённых, пока Питс всем окончательно не проболтался. Впрочем, слишком много болтать, причём всем подряд, совсем не в его интересах. Думаю, даже своему новому хозяину он далеко не всё сразу расскажет, иначе тот может потерять к нему всякий интерес и отказать в своём покровительстве.

— Давно ждал, когда ты меня навестишь, — прямо у входа в свой дворец заявил мне авторитет Мис. — Но у тебя, гляжу и так много дел, совсем не хочешь знаться со стариком.

Авторитет был далеко не молод. По внешнему виду — лет семьдесят, большая гладкая лысина в обрамлении седых волос, такая же белая длинная борода, морщинистое лицо. И только в глазах ещё хватало вполне зрелой силы. Впрочем, его реальный возраст давно перевалил за сотню лет, если у тебя здесь имеется достаточно денег — старость может очень долго не наступать.

— Значит, пришло время знаться, — почтительно кивнул ему и прошел в длинный коридор, куда поманил хозяин.

Вскоре мы поднялись в его гостевые апартаменты, куда расторопные молодые слуги принесли напитки и лёгкие закуски.

— Вижу, у тебя ко мне есть дело, — Мис покосился на мою сумку с бумагой. — Показывай, к чему зря время терять на пустые разговоры.

Выложил перед ним составленные Мариной планы моей части города и виды планируемых зданий. Как это ни странно, авторитет сразу понял карты, где изображались необходимые изменения.

— Большое дело ты затеял, — немного недовольно покачал головой старик, переложив все листы из одной стопки в другую. — А опыта у тебя соответствующего совсем нет. Так слишком много ошибок сделаешь, и деньги зря потеряешь. Могу поспособствовать твоим желаниям, есть у меня один человек…, — он на минуту закатил глаза, видимо, общаясь с кем‑то мысленно.

Вскоре к нам вошел ещё один старик. Тот выглядел ещё более старым, чем авторитет, волос на голове у того не осталось уже совсем, жидкая бородка почти вылезла, глаза провалились глубоко в глазницы, сильно выделяясь за счёт мощных надбровных дуг с седыми бровями.

— Это когда‑то очень известный мастер Фисси, — представил вошедшего авторитет Мис. — Именно он построил большую часть дворцов второго и третьего круга в столице королевств. Здесь половина домов в центре тоже его работа, к примеру, дворец авторитета Сома. Могу уступить его за дюжину дюжин золотых, он поможет тебе сэкономить гораздо больше, когда ты начнёшь воплощать свои планы.

— Он раб? — удивился такому странному предложению.

— Да, — спокойно ответил авторитет, — давно хотел освободить старину Фисси от рабской клятвы, но ему так проще. Пойдёшь к молодым? — Мис посмотрел на своего старого раба, ожидая от него согласия.

— Пойду, Мис, у тебя тут стало слишком скучно, — необычно сильным голосом ответил известный мастер.

— Вот и хорошо, — довольно кивнут тот. — Авторитет Вит, предаю тебе в руки полное право собственности на раба Фиссии, призывая огонь силы для подтверждения своих слов.

По телу авторитета и раба пробежал призрачный огонь, парой всполохов отметив мои руки. Это была уже не первая передача мне чужих рабов, потому какой‑либо особой новизны не ощутил. Только немного напрягла деятельная инициатива Миса, даже не спросившего моего согласия.

— Фис, иди, собирайся, а мы ещё тут немного поговорим, — сказал он своему бывшему рабу, быстро покинувшему нас. — Удивлён моему столь скорому решению? — спросил авторитет меня, когда мы опять остались наедине.

— Вообще‑то да, — выдохнул в ответ, не будучи в силах злиться на этого старого интригана.

— Как мне иначе быть, вдруг ты возьмёшь, да и передумаешь перестраивать город? — усмехнулся он. — А старина Фис тебе уже не позволит так просто отступиться от всего задуманного, он уже успел посмотреть на эти планы, — Мис кивнул на разложенные по столу бумаги, — теперь пока вы всё не построите — не отстанет, я его слишком хорошо знаю.

Авторитет негромко рассмеялся, глядя на мой совершенно обалделый вид. Впрочем, его прекрасно можно понять, большое строительство принесёт ему лично много денег. И какого‑то раба для закрепления возможного успеха совсем не жалко, даже если я не захочу за него платить своё золото.

— Приходи ко мне, когда решишь все свои проблемы с менялами, — авторитет Мис заметно посерьёзнел, — тогда и продолжим наш разговор. Деньги тогда же отдашь, сейчас они мне совсем не к спеху.

— Ты уверен в моей способности договорится с менялами? — спросил его, всё ещё оставаясь под большим впечатлением.

— Вполне, — снова улыбнулся старый хитрец. — Готса давно было пора поставить на место, но никто не решался пойти против него. Потому, когда менялы попробуют тебе угрожать — веди себя как можно наглее, но не переигрывай, дай им возможность найти в тебе определённую выгоду. Если бы тут были не Смертные Земли — возможности договориться не было бы в принципе, но здесь позиции менял достаточно шатки, чтобы всем диктовать свои правила. Можешь настаивать на этом, обещая в перспективе даже расширить их влияние, если они договорятся с тобой миром.

— Благодарю за ценный совет, — кивнул ему, проникаясь реальным уважением.

Приятно иметь дело с таким человеком, он делает всё для того, чтобы его партнёр по игре ощутил себя на одной стороне с ним. Хотя при этом всё равно очевидно — его заботит, прежде всего, свой собственный интерес.


По недолгому пути к дому предавался немного странным мыслям. Ведь ещё совсем недавно собирался обязательно заняться построением социализма на отдельно взятых Смертных Землях, подхватив выпавшее знамя классовой борьбы из рук первого алхимика. А вместо этого заделался самым настоящим махровым феодалом, владельцем земель, хозяином гарема и вообще — настоящим рабовладельцем. Можно сказать — совсем затянула человека суровая реальность, полностью извратив прежние высокие душевные порывы. Однако плакать по этому поводу и бросать всё на полпути не буду, ибо сделать один резкий скачёк сразу из феодализма к коммунизму пока ни у кого не получилось. Требуется создать прочный капиталистический базис, а дальше строго по классикам. Впрочем, мне никто не помешает построить свой собственный меленький социализм для тех, кто свяжет со мной свою судьбу. От каждого по способностям, каждому — по особой необходимости. Только так, платить по труду пока просто нечем, да и незачем.

К моему возвращению чего‑либо неожиданного не произошло, меня даже никто не пытался срочно озадачить своими великими проблемами. Представив нового специалиста по местной архитектуре Марине, которая сначала явно напряглась, но потом, когда мастер Фисси указал ей на самые очевидные ошибки, даже обрадовалась. Кстати, оказалось, мы можем строить дома не только в два этажа, но и в три, если остаёмся их непосредственными собственниками. Так позволял уровень моего официального престижа и городского статуса. Вот только много трёхэтажных домов строить не стоит, хоть они и сильно экономят дорогую городскую землю в пересчёте на одного жильца, но обойдутся заметно дороже при самом строительстве из‑за требований к прочности материалов и качества работ.

Мастер Бокк всё же отыскал меня, дабы показать результаты своей работы, «дежурная комната» уже вступила в строй. Идея с выносным наблюдательным амулетом оказалась весьма удобной. Дежурному магу гораздо приятнее сидеть в удобной защищённой со всех сторон комнате вместе со своими коллегами по ремеслу, чем торчать на верхотуре в полном одиночестве.

— А воспользоваться парализующим эффектом амулета отсюда получится? — спросил мастера, после того как самостоятельно опробовал наблюдательную систему.

— Отчего ж не получится, — довольно улыбнулся он. — Только для зарядки накопителя потребуется лезть на крышу, а так всё работает.

— Отсюда никак? — удивился такой явной незавершенности, что было совсем не похоже на работу мастера.

— Через тепловую трубу его не зарядишь, нужно рядом быть, — пояснил он, перестав улыбаться. — Если придумаешь, как можно это исправить — сделаю.

Мне‑то было известно, как можно заряжать электрические аккумуляторы, но вопрос упирался в отсутствие проводов для большого тока, причём достаточной длины. Делать их из золотых монет явно не лучшая идея, а местную медь на удельное сопротивление пока даже не удосужился проверить. Вдруг её совсем не потребуется рафинировать? Будет чем заняться в ближайшее время.

Время уже склонилось к вечеру, после сытного ужина посмотрел, как разместился мастер Мифас. Несмотря на быстрое высокопрофессиональное лечение тот был ещё слишком слаб. Он подобрал себе совсем небольшую комнатку на втором этаже всего с одним окном, явно предназначавшуюся для временного отдыха прислуги, а не для чьего‑либо постоянного проживания. Но если ему тут удобно — пускай, сам выбирал. Мастер давно хотел выговориться, а мне не хотелось куда‑либо спешить, потому стал задавать ему свои вопросы:

— Как у тебя получилось поссориться с Толисом? — мой вопрос вызвал у Мифаса гримасу настоящей боли. — Он ведь хотел с тобой совместное дело тут организовать…, — укоризненно посмотрел на своего обиженного собеседника.

— Как можно с ним совместное дело вести, если он всё делает не так? — после минутного внутреннего надувания вдруг вспылил Мифас. — Я говорил, и даже показывал ему, как нужно работать, а он ни в какую! Упрямый жеребец!

— Так, попробуй мне подробно объяснить суть ваших разногласий, — спокойным голосом попросил его, дабы снять ненужную экспрессию.

— Ты вряд ли поймёшь, для этого нужно быть настоящим мастером! — резко заявил мой раб, не снижая эмоционального напора.

Действительно сложный характер и абсолютная уверенность в своей правоте, даже когда ему что‑то втолковывали с помощью крепких тумаков. Однако меня такая вот пикировка даже немного забавляла.

— Хорошо, спрошу по другому…, — устроился поудобнее на краю узкой постели, так как лишнего стула тут не нашлось. — Ты знаешь о прошлых проблемах этого особняка, связанных с разрушением тепловых труб?

— Да, — утвердительно кивнул мастер. — Вижу, нашлись у кого‑то силы привести тут всё в порядок. Я бы точно не взялся, слишком сложно и долго. Дорого заплатил?

— Несколько золотых за ценные консультации, — ответил ему, не делая из этого какой‑либо секрет, — тому же мастеру Толису, кстати.

— А делал тогда кто? — мастер резко подобрался, видимо, ответ для него был осень важен.

— Ты его видишь перед собой, — широко улыбнулся в ответ, вызывая у собеседника гримасу настоящего недоверия. — Могу даже дать слово авторитета, если простого слова для тебя мало.

— Но… но… — Мифас явно потерялся, моя новость его сильно ошарашила. — Почему о тебе ничего не известно другим мастерам, такое большое достижение должно ставить тебя вровень с самыми известными из нас? — всё же спросил он, когда немного пришел в себя.

— Я не мастер, — честно ответил ему, глядя в глаза. — Практически ничего толком не умею, делаю только самое необходимое, если сильно прижмёт. И давно хочу научиться всем премудростям работы с металлом, но до сих пор не имею толкового наставника. Если ты мне в этом поможешь — буду благодарен.

— Я не… — опять, было, пошел в отказ мастер, но это надоело, потому его оборвал:

— Быстро говори о разногласиях с Толисом! — резко рявкнул на него.

— Он сжимает металл в форму снаружи, а надо проращивать должный вид изнутри, — дёрнувшись сначала от неожиданного испуга, всё же пояснил мастер. — Иначе тратится неоправданно много тепла, да и металл изделия в результате имеет внутренние слои различной прочности, и при нагрузках может легко треснуть. За такое дело подмастерьев палкой бить надо! — в конце заключил он.

— Так почему Толис тебя не послушал, когда ты предложил ему подобное? — мне пока не удалось поймать главную суть вопроса.

Слои разной прочности, к примеру, имеет булат, и он как раз отличается завидной прочностью, хотя и не очень хорошо переносит мороз. Похоже, каждый мастер по–своему прав.

— Он боялся показаться слабее меня, вот и держится за свои глупые представления, — покачал головой Мифас, не видя на моём лице явной поддержки своих слов и пояснений. — Это показать надо, а мастерской у меня сейчас нет, — с некоторой досадой в голосе заключил он.

— Так почему ты до сих пор сидишь тут, а не взялся за её организацию? — удивлённо спросил его.

В общем, из долгого невнятного объяснения мастера постепенно выяснилось главное — он просто боялся к кому‑либо подойти, дабы начать что‑то делать. Тут было и моё упущение — забыл дать чёткую команду и назначить ответственного. Пришлось брать Мифаса за шкирку и тащить к Бокку. Несмотря на мои опасения, два мастера быстро нашли общий язык, так как напрямую их рабочая деятельность почти не пересекалась, и им просто не о чём было спорить. Для организации новой мастерской по работе с металлами и прочими материалами требовалось совсем немного, и её можно было частично совмещать с амулетной мастерской, разве только установить вторую большую печь мягкого тепла и поставить дополнительные помещения под склады. Благодаря трофейным стройматериалам из дома Готса, до завтрашнего дня всё должно быть полностью готово. Несмотря на моё предложение начать работы утром, Бокк и Мифас решили приступить к делу немедленно, видимо имея какие‑то свои тайные желания. Мифаса мог ещё как‑то понять, тот давно маялся от вынужденного безделья, периодически получая тумаки, а вот Бокк меня в очередной раз решил удивить своим трудовым энтузиазмом. Оставив мастеров заниматься строительством, направился к себе наверх. День уже закончился, и мне хотелось немного отдохнуть.


* * *


## Где‑то в смертноземельских лесах, совсем недалеко от подступающих к ним гор.


Две неподвижные тени сидели у совсем маленького костерка, изредка отбрасывающего в стороны светлые всполохи. Ночная тишина лишь леса изредка нарушалась криками каких‑то птиц, но сидящие совершенно не обращали на них никакого внимания. Наверное — это и была их единственная ошибка. Сбоку маленькой полянки послышался какой‑то посторонний шорох, вспугнувший сидящих у костра. Одна из теней, которая была явно поменьше, практически мгновенно размылась в ночном воздухе, так быстро она двигалась, но у края поляны резко налетела на невидимую стену, отлетев от неё обратно, и попытавшись снова вскочить. Это у неё не получилось, ибо сверху навалилось что‑то совершенно неподъёмное, сильно придавив к земле щуплое тельце, выбивая воздух из лёгких и остатки сознания из головы. Первая же тень, так и продолжавшая неподвижно сидеть у костра, откинула с головы капюшон и произнесла вполголоса:

— Ситс, отпусти моего послушника, или тебе совсем уже надоело носить голову на плечах?

— Даже не дёргайся, Дабо, — ответил голос из темноты, — если ты сам и не боишься потерять свою очередную голову, то твой мальчишка этого точно не переживёт. Одно твоё движение — и его разорвёт на мелкие куски. Да и ты сам не справишься сейчас с нами.

— Я вас всех потом обязательно найду, — тень у костра совсем немного покачнулась в сторону, но опять приобрела неподвижность, — и твоего хозяина тоже непременно достану, так и передай ему при ближайшей встрече.

— Это вряд ли, — из темноты донёсся сдавленный смешок. — Времена сильно изменились, и теперь тебе уже не стоит быть таким самонадеянным, как прежде.

— Что вы от меня хотите? — тень перешла на едва слышимый шепот, но её прекрасно слышали.

— Срочно нужна голова одного человека, — тихо донеслось из темноты. — Он слишком часто стал переходить нам дорогу и наше терпение уже истекло. Убьёшь его за дюжину дней — отпустим твоего щенка. Откажешься — будешь винить себя в его нелепой смерти. Ты ведь так много в него вложил — жалко будет потерять свою последнюю надежду, ведь так, Дабо?

— Неужели вы сами не можете с кем‑то одним совладать? — в голосе тени была немалая доля удивления. — Что‑то сильно не похоже на вас, а, Ситс?

— Просто сейчас выгоднее устранить его твоими руками, чем мараться самим. Лови кристалл с заказом, — перед неподвижным человеком у костра упало что‑то совсем маленькое. — Когда справишься, отпустим щенка. И учти — у тебя только дюжина дней, не теряй зря времени.

Вскоре у почти погасшего костра осталось только одна сгорбленная тень, так и пребывавшая в неподвижности. Неизвестные гости растворились в ночном лесу, утащив с собой бесчувственное тело щуплого юноши, так и не заметив, внимательно взгляда желтых глаз, давно наблюдавших за ними.


* * *


## Смертные Земли, город Юмаю.


Ночь выдалась насыщенной приятными впечатлениями и полезной информацией. Марина чуть ли не силком запихнула меня в гарем исполнять нужную и весьма почётную роль падишаха. Иначе у неё не получалось справиться с неуёмным творческим энтузиазмом моих «дев престижа». Дорвавшись до интересной и осмысленной деятельности, они хотели непременно довести её до логического завершения, переводя все наши запасы дорогой бумаги. И только необходимость прямого служения своему господину в постели могла временно остановить их. В редких перерывах между очередной близостью, удалось узнать об иных замечательных способностях доставшихся мне дев. Они все прошли большой отбор и весьма серьёзное обучение. И не только по одним «постельным наукам». Все они хорошо рисовали, весьма неплохо чертили, так как их специально учили каллиграфии, танцевали, и ещё пели. Песни, кстати, исполнялись на неизвестном языке, девы и сами не знали, о чём поют, Вековая Традиция в этом мире запрещала слагать стихи и петь песни на разговорном наречии. Если сказать честно — оно действительно плохо для этого подходило. Для произведений голосового искусства когда‑то был свой особый язык, уходящий корнями в глубину древних веков, но сейчас уже никто его не понимал. Зато сохранилось множество красивых песен, трогавших в душе самые глубокие эмоции, которые и разучивали «девы престижа» во время своего долгого обучения. Их готовили в специальных закрытых пансионатах с раннего детства, примерно с пяти лет, куда отбирали девочек низких и средних родов. Для их родителей считалось большой удачей пристроить свою дочь в подобное заведение, которых на все королевства имелось всего три штуки, ибо для неё это был единственный шанс выйти из‑под «долга крови». Впрочем, на них этот «долг» завершался, так как, пройдя особое посвящение, родить детей уже не могли. Зато сами могли жить очень долго, всегда сохраняя телесную молодость, если достанутся хорошему хозяину, имеющему большую внутреннюю силу и регулярно вступающему с ними близость. Многому учили «дев престижа». Массаж, телесно–энергетические воздействия, управление своими чувствами, и с некоторыми ограничениями — чужими. Кто из обучающихся девочек не проходил весьма строгие регулярные отборы, оказываясь неспособными овладеть всеми навыками — те становились «постельными служанками», призванными только ублажать мужчин, уже без претензий на особую утончённость, как полноценные «девы престижа». Естественно, в «реальный престиж» выходила лишь одна из сотни — так строг был отбор в закрытых женских учебных центрах. А дальше выпускниц банально продавали на ежегодных аукционах. «Постельные служанки» там стоили в среднем по сотне золотых, а «девы престижа» стартовали от пятисот, и обычно доходили до тысячи. Самых лучших никто не продавал, их отдавали исключительно в дар за какие‑либо особые заслуги перед Орденом Наставников, который и занимался всем этим бизнесом. Несмотря на очевидную рабовладельческую сущность всего подобного, я сейчас не знал, как к нему отнестись. Для здешнего строгого сословного общества это было вполне естественно, а конечный результат в виде пятёрки ласковых женщин, окружавших меня, сильно радовал.

Кстати, проявились и приятные результаты моих попыток обменяться с девами своей жизненной силой. Будучи более быстрой или скорее — интенсивной, моя постепенно начинала разгонять их собственную. Та становилась гораздо подвижнее, чем была раньше, и заметно светлела. Если продолжить регулярные взаимообмены, то вскоре наши энергетические потенциалы полностью сравняются, и тогда жизненная сила, полученная от дев, сразу подойдёт для моего организма, и дальше не придётся постоянно экономить ни на активных потоках сознания, ни на телесном развитии. В общем, опять оставил в гареме весь свой накопленный за день запас, осеменив им двух новых обитательниц, которые, наконец, дорвались до нормального мужика. Прежний‑то их хозяин слишком редко проводил с ними своё время, предпочитая красавицам какие‑то свои тёмные делишки.


Город ещё спал, когда мне сильно захотелось заняться каким‑либо полезным делом. Найдя в столовой для слуг, чем по–быстрому утолить сильный голод, оккупировал новые мастерские. Занимавшиеся половину ночи строительством мастера сейчас благополучно отсыпались, и мне совершенно никто не мешал своим назойливым присутствием. Несмотря на всю критику со стороны мастера Бокка, идея надёжной самодвижущейся телеги никак не хотела выходить из моей головы. Как‑либо повторять автомобиль из моего мира тут было глупо, но некоторые его отдельные части вполне могли бы пойти в дело. К примеру — стартёр, представляющий собой обычный мощный электромотор постоянного тока с хитрой конструкцией обеспечивающей его кратковременную работу, когда нужно запустить основной двигатель. Некоторые владельцы старых автомобилей хорошо знают — при необходимости можно проехать на стартёре некоторое расстояние даже с неисправным движком, если хорошо заражен аккумулятор. Естественно, на продолжительные нагрузки электромотор стартёра совсем не рассчитан, но это совсем не означает принципиальной невозможности внести некоторые изменения в его конструкцию, исправив этот существенный недостаток. Набор инструментов для ремонта автомобиля в полевых условиях имелся, а потому вскоре столь необходимая деталь была извлечена из‑под капота. Долго пребывать в целом состоянии стартёру не пришлось, я быстро вытащил из него якорь, дабы попробовать повторить его конструкцию уже из местных материалов. Статор электромотора оказался с катушкой и не имел постоянного магнита, который мне был нужен для проверки местного железа на его магнитные свойства. Пришлось выковыривать из автомобиля ещё и динамик. Дальше дело потихоньку пошло. Проверив силу примагничивания всех доступных местных железок, немного расстроился. Магнитились они вполне нормально, но заметно уступали специальной стали, из которой был сделан магнитопровод якоря. Вспомнив о способах получения здешнего железа, в результате которых оно выходило химически чистым — это было совсем неудивительно. Нужные мне магнитомягкие марки стали обычно легируют кремнием, от двух до трёх процентов. Короче, без консультаций мастера Мифаса не обойтись, ему, возможно, известно, как тут можно получить нужный мне сплав.

Случайно уронив динамик на свою золотистую кольчугу, которую по недавней привычке накинул на себя, немного удивился, ибо его магнит резко отскочил в сторону, а не прилип к железу, как можно было ожидать. Проверил ещё раз, уже вполне целенаправленно — опять та же история, кольчуга стойко отталкивала магнит от себя. Извлёк из брони жизненную силу, лишив её энергии для удержания защитного поля силы, но аномальный эффект никуда не исчез, перенасыщенный подчинённой силой металл стойко вытеснял из себя магнитное поле. Вот тут‑то я и застыл с открытым ртом, временно позабыв как дышать от резко пришедшего понимания. Посему выходило — моя кольчуга обладает самой настоящей сверхпроводимостью, и совсем не при температуре, близкой к абсолютному нулю. Если нам удастся воспроизвести такую сталь — это сулит поистине огромные перспективы. Уж практически вечную самодвижущуюся телегу сделать особого труда не составит.

Когда в мастерскую пожаловали выспавшиеся мастера, мне уже удалось распутать сложнейшую вязь подчинённых сил в металле золотистой кольчуги с помощью амулета магической лупы, выделив из неё базовый несущий каркас. Который и был необходим для получения эффекта сверхпроводимости. Передав картинку Бокку, надолго озадачил его идеей создания специального амулета для производства проволоки с нужными свойствами, после чего стал пытать Мифаса на предмет получения чистого кремния из обычного песка.

— Какой такой кремний? — тот смотрел на меня, как на последнего идитоа, не понимая, откуда в песке возьмётся какой‑то там непонятный для него материал. — Нет в песке ничего, он только для стекла годится! — долго упирался строптивый мастер.

Пришлось прямым приказом заставлять его провести серию экспериментов, частично повторяя магическую технологию получения железа из его первоосновы, которую тот прекрасно знал. У него долго ничего не получалось, пока за дело не взялся я сам, с огромным трудом выпытав у него необходимые инструкции. К обеду Мифас мной был публично посрамлён, держа на своей ладони маленький кусочек хрупкого материала. Кремний был успешно получен, осталось придумать, как его перемешать с железом в нужной пропорции. Вот с этим уже проблем не возникло, здешние мастера умели перемешивать различные металлы почти на молекулярном уровне, если в них имелась несущая основа из подчинённой силы. Едва успел озадачить мастера по металлу новым заданием, появился Бокк с целой телегой добра, которую толкали сзади четверо гвардейцев.

— Нашей молодёжи всего за четыре золотых продали вместе с колёсами, — хохотнул тот, показывая рукой в сторону телеги. — Долго торговались, хотя ни те, ни другие так и не поняли, что им совершенно случайно досталось.

Это добро вчера уже видел, отметив его насыщенность магией. Какие‑то сложные амулеты большего размера и непонятного назначения.

— Как будто ты всё знаешь, — ехидно улыбнулся мастеру, подходя ближе.

— Знаю, — спокойно заявил тот, покачав головой. — Это небольшая амулетная мастерская самих алхимиков почти в полном комплекте, разве печи нет, и кое‑что по мелочи отсутствует. Третий раз что‑то подобное вижу. Мне кое‑что некогда удалось когда‑то приобрести на Большом Базаре, благодаря чему появились на свет мои лучшие работы. Вот смотри, — он вытащил из кучи толстую бочку, со сквозным отверстием посередине. — Это специальный амулет для производства тепловых труб, — пояснил мастер. — Его можно перестроить и на получение твоей проволоки, благо подходящее железо у нас есть.

Дальше принял самое деятельное участие в настройке амулета алхимиков и запуске производства проволоки. Простой настройкой отделаться не удалось. Мы быстро получили из имеющейся у нас двухмиллиметровой зелёной проволоки тонкую трубку в три десятых, с встраиванием в неё каркаса из подчинённой силы. Но этот каркас никак не соответствовал тому, который требовался для получения сверхпроводимости, не хватало тонкости связей. Опять пришлось мне влезать и корректировать процесс своим сознанием, оперируя с привлечением жизненной силы, по–другому никак не выходило. Тогда‑то, наконец, и получился тот желанный золотистый цвет металла. Жизненная сила в процессе расходовалось мало, и вполне подходила заёмная от «дев престижа». Это натолкнуло меня на идею попытаться пристроить их ещё и к производственной надобности, но сначала требовалось до конца автоматизировать весь процесс, так как управлять внешними силами сами девы не умели.

Сильно заработавшись, мы полностью забыли про обед и ужин, я несколько раз отсылал подальше желающих со мной пообщаться, и только к самой ночи у нас всё полностью заработало. Теперь для получения сверхпроводящей проволоки от оператора требовалось лишь сидеть на кресле и делиться с установкой своей жизненной силой, всё остальное обеспечивала автоматика. Бокк сразу решил и проблему электрической изоляции провода, благо он уже сталкивался с ней. На изоляционное покрытие шло самое обычное стекло, сильно изменённое с помощью воздействия силы, дабы сделать его гибким и надёжно присадить на поверхность провода. Два слоя изоляции должны были выдержать любые возможные электрические и механические нагрузки.

Мифасу же за это время удалось сделать необходимое магнитомягкое железо, и даже придать ему нужную форму по образцу пластин полностью разобранного мной якоря электромотора. Самым последним аккордом на сегодня стала сборка и опробование модернизированного якоря со сверхпроводниковой обмоткой. Мотор автомобиля легко завёлся, вытягивая самые последние капли топлива из бака.


Несмотря на мои опасения, временное отсутствие авторитета Вита в связи с увлечённостью работой, никак не сказалось на остальной жизни наших людей. Всем нашлось какое‑то дело, опасностей дежурные маги пока не обнаруживали, хотя и отследили наличие постоянной осторожной слежки за окрестностями особняка, ведущейся неизвестными с большого расстояния. Поток желающих как можно скорее продать нам все свои запасы амулетов, постепенно сменился редкими покупателями, искавшими что‑либо нужное для себя. Цены в нашей лавке были самыми лучшими во всём городе, а потому многие уходили довольными каким‑либо приобретением. Торговля постепенно налаживалась, обещая когда‑то выйти на самоокупаемость и потом приносить прибыль. Иногда спрашивали и про самодвижущиеся телеги, но пока нам было нечего предложить. Первая конструкция годилось исключительно как демонстрационный образец, справиться с которым мог только опытный маг. Питс вряд ли сможет наладить своё производство, принятая им конструкция оказалось изначально тупиковой. Прежде чем проконтролировать выполнение мной супружеского долга перед целым гаремом, Марина обрадовала новыми планами и рисунками, приготовленными её командой за целый день. Благодаря старому архитектору Фосси они постепенно обретали вполне законченный вид. И он действительно радовал глаз, хоть и существовал пока только на бумаге. На предварительную смету строительства даже смотреть не хотелось, итак было совершенно ясно — имеющихся у нас денег явно недостаточно. Собственно, Марина и предлагала мне как‑либо поспособствовать наполнению нашей казны, уж очень сильно захватила её идея большого строительства, где ей удастся воплотить свои фантазии.

Вместо полноценного выполнения супружеского долга отделался самой минимальной формальностью, утащив дев в мастерскую, дабы проверить, кто из них лучше всего справится с получением проволоки. Тупое сидение в кресле не вызвало у них особого энтузиазма, хотя и особых возражений тоже не последовало, особенно после того, как разрешил им смотреть, как буду делать свою работу. Спать мне совсем не требовалось, а многочисленные идеи готовы были сами выпрыгивать из головы.

Обе печи сдвоенной мастерской всю ночь работали на полную мощность, переводя недавно пополненные запасы земляного масла. Готовая сверхпроводящая проволока медленно наматывалась на специальную катушку, а я тем временем конструировал мотор–колесо. Сначала придумал, как его максимально облегчить — сделал спицы. За предыдущий день хорошо освоил придание металлу должной формы, а инструментальное сознание позволяло выдерживать почти микронную точность изготавливаемых деталей, не хуже лучших станков. Только стружки и отходов совсем не было, всё исключительно шло в дело, чем магические технологии заметно отличались от нашей металлообработки в лучшую сторону. Достаточно очень точно представлять необходимую форму готового изделия и постепенно вытягивать в неё металл, черпая силу от печи. Работа во многом была сходна с производством эликсиров, только критичность ошибки была заметно меньше. Но это только когда дело не касалось металлов, сильно насыщенных силой. Вот тогда цена ошибки становилась весьма высокой, так как можно было порушить внутренние каркасы и внедрённые плетения. Аккуратность, внимательность и неторопливость — вот три основных слагаемых в успехе любого мастера.

Сделав спицы, широкий обод и основание колеса, где потом будет размещаться бесщёточный электромотор, подумал о том, что надо первым делом делать не телегу, а мотоцикл. Лёгкое и быстрое транспортное средство, на котором можно перемещаться не только по дорогам, но и пробираться по лесам, благо они не такие густые, как на Земле, и в них практически нет валежника. Заодно технологии производства отдельных деталей постепенно до ума доведём, мотоцикл ведь немного проще автомобиля, к которому нам так или иначе стоить стремиться в своих инженерных изысканиях. Ближе к утру отпустил дев спать, своим деятельным присутствием они составили мне интересную компанию, и надолго обеспечили ценным проводом. К утреннему появлению мастеров у меня была полностью готова рама мотоцикла вместе с рулевой вилкой, амортизатором и прочей совершенно необходимой арматурой. Укреплённая силой сталь позволяла делать тонкостенные трубы поразительной прочности, а также надёжно сращивать их друг с другом без всякой сварки. По предварительным расчетам, весь мотоцикл впишется в тридцать–тридцать пять килограмм, с учётом полной заправки бака.


Следующий день во многом напоминал предыдущий, разве только с одним дополнением — пришлось раскрывать Бокку великие тайны алхимиков под названием электричество и электромагнетизм. Мастер оказался вполне способным к восприятию новой информации, даже понятие электрона как‑то для себя уяснил. Мои объяснения дали заметную экономию времени при изготовлении управляющих электрическими цепями амулетов. Благодаря парочке специальных магических устройств из мастерской алхимиков, можно было быстро копировать отдельные части вязи подчинённых сил из одного амулета в другой. К сожалению, полноценного «амулетного ксерокса» тут пока никто не придумал. Ибо внедрение подчинённых сил в различные материалы часто требовали ручной подгонки по месту. И даже два внешне одинаковых куска материала–носителя могли иметь различные дефекты внутренней структуры. Специально созданный металл с несущим каркасом подходил далеко не всегда и не для всего, особо сложные амулеты из металла сделать было практически невозможно, обязательно требовалось вносить в него вставки из других материалов. Учитывая всё это, даже два одинаковых амулета, сделанных одним мастером в один день, внутри имели некоторые отличия, и просто скопировать один в один удавалось только самые простые изделия. Сложные амулеты копировались только поблочно, учитывая особенности конкретной основы, в которой закреплялись подчинённые силы. И оператор копировального аппарата должен был хорошо представлять, что конкретно ему нужно, иначе много времени терял зря, перенося в создаваемый амулет великое множество всего лишнего, к примеру, компенсаторные вязи сил, обеспечивающие согласование основной схемы с материалом–носителем. Потому мои объяснения и последующие совместные разбирательства позволили сильно упростить ту управляющую систему, на основе которой некогда была сделана мастером Бокком сложнейшая амулетная конструкция. Каждый электромотор требовал своей управляющей схемы, но особой сложности там не требовалось, потому‑то управляющий блок амулетной конструкции, лёгший в общую основу, был нами сильно упрощён.

Больше всего трудностей пришлось решить с малогабаритной печью большой мощности. В качестве топлива у нас имелась только сырая светлая нефть, а эффективно горит она только при большом давлении и хорошем распылении в камере сгорания. Даже обычные печи мягкого тепла тут имели свой воздушный компрессор, топливный насос и сложные форсунки, дабы обеспечить полное и качественное сгорание топлива. Оттого‑то управляющий амулет подобной печи и был весьма сложен, так как заведовал всёй хитрой механикой и работал при высокой температуре. Самая лучшая переносная печь мягкого тепла могла давать мощность не более пары киловатт, если перевести на понятные нам единицы измерения. А мне хотелось иметь возможность получить пару сотен. Для мотоцикла этого слишком много, но вот для перспективного небольшого грузовика окажется в самый раз. Лучше сразу сделать универсальную конструкцию, запас по мощности никогда лишним не будет. В общем, повозиться пришлось изрядно, пока проработали все варианты, остановившись на малогабаритной многолопастной турбине с несколькими теплоэлектрическими преобразователями.

Ещё в электрическую конструкцию мотоцикла вошли сразу четыре накопителя от ловушек алхимиков, дабы иметь возможность передвигаться на колёсах, когда полностью закончится топливо в двадцатилитровом баке. Многочисленных заправок пока по округе пока никто не удосужился построить — есть к чему стремиться в ближайшей перспективе.

Только в наступившей ночной темноте мне удалось прокатиться на созданном транспортном средстве. Мастера не верили в мою способность усидеть на нём, предлагая приделать ещё два колеса по бокам для придания устойчивости. Опять удалось посрамить их, продемонстрировав своё превосходство над предрассудками. Мотоцикл оказался чрезмерно мощным для своего небольшого веса, и всё время хотел выпрыгнуть из‑под меня, когда слишком резко прибавлял газу. Предложил испытать изделие и мастерам, но те благоразумно отказались. Первый блин получился совсем не комом, как можно было изначально ожидать, хотя мелких недоработок в нём ещё хватало. Дальше на очереди стояло создание полноценной грузовой телеги, для управления которой вовсе не потребуется опытного мага.

Вот так, в работе и изобретательстве прошел ещё один спокойный день. Опять на нас никто не покушался, хотя далеко не только у меня одного возникло острое чувство, что это лишь временное затишье перед грядущей бурей.


Следующим утром нас почтил посланник от авторитета Сома с предложением зайти к нему ближе к обеду. Ожидались непростые переговоры с представителями менял, пожаловавшими в город. Вокруг нашего особняка образовалась настоящая «мёртвая зона», никто из обитателей города даже близко не подходил. Они все могли опасаться сильнейшего мертвящего удара, нанесённого по площади, ибо как‑либо иначе пробить защиту особняка не имелось возможности. Освоив амулет палача менял, вполне представлял их желание и возможности попытаться быстро решить дело силовым способом. Даже если бы у большинства моих людей не было бы иммунитета, у них не так уж много шансов. Палачу потребуется подойти к особняку как можно ближе, ибо его боевой амулет совсем не отличается особой дальнобойностью. Полсотни метров — практический предел. Потому‑то подобные «игрушки» и не стали «абсолютным оружием», так как их нельзя использовать для ментальной или какой‑либо подобной атаки на большом расстоянии. Палач подбирался близко к своей жертве или к месту, где она скрывалась, после чего наносил свой удар, против которого не помогали все известные щиты силы и защитные магические системы. Прикрывшегося амулетом невидимости очень сложно обнаружить, но в моей команде был маг Задница, способный показать примерное направление возможной опасности, и Ведьма Марина, для которой «невидимок» и вовсе не существовало. Потому‑то подобраться к нам для нанесения своего мертвящего удара очередному палачу менял крайне сложно. Впрочем — пусть пробует, такой палач — весьма ценная добыча, если его потом удачно распотрошить.

Оставив мастерам задание делать агрегаты для будущего грузовика по чертежам, мотоцикл за ночь мне удалось полностью довести до ума, отправился на нём в прогулку по городу, даже не пытаясь скрываться. Если кто‑то попробует напасть — это будут его проблемы, а пока есть свободное время — дам людям хорошую возможность посудачить об очередной непонятной штуковине у весьма странного городского авторитета. Глядишь, потом появятся желающие приобрести себе подобное чудо, несмотря на весьма высокую цену, которую мы им обязательно заломим, ибо даже примерная себестоимость изготовления мотоцикла выходила никак не меньше двух дюжин золотых, если учесть все возможные расходы.

Горожане провожали мою спину, застыв на месте с открытыми ртами. Один раз со мной решил посоревноваться какой‑то лихой наездник на великолепном скакуне, но быстро отстал. Поначалу ехал медленно, постепенно вспоминая свои уже немного позабытые навыки управления двухколёсным транспортом. Затем стремительно разгонялся по прямым радиальным городским улицам, распугивая редких прохожих громким свистом турбины, вышедшей на половину мощности. Можно было проехаться за город, где и показать настоящий рекорд скорости, но тогда некоторые могли бы подумать — мол, кто‑то так сильно испугался менял, и теперь быстро–быстро убегает от них, дабы те не смогли его догнать. Прокатавшись до самого обеда, замерил расход топлива, и отправился к авторитету Сому.


Менял, или их представителей оказалось трое. Один среди них явно выделялся своей внутренней силой и властным взглядом. Двое других были явно на подхвате, однако все они оказались настоящими авторитетами, как их представил мне Сом. Он принимал нас в своей гостевой столовой, усадив всех за один большой овальный стол, полный всего съестного. Его повара не уступали моей недавно нанятой «кухонной команде», потому прежде чем вести какие‑либо разговоры все немного подкрепились. Трое менял внимательно рассматривали меня во время еды, будучи явно недовольны отсутствию какого‑либо волнения на моём лице.

— Мы готовы прислушаться к просьбе уважаемого авторитета Сома, и отложить на неопределённое время твою обязательную казнь, авторитет Вит, — заявил глава делегации менял авторитет Лод, когда, наконец, решил начать переговоры со своей стороны. — За такое великое снисхождение с нашей стороны ты должен немедленно вернуть всё захваченное у авторитета Готса, восстановить его дом за свой счёт, и выплатить десять тысяч золотых компенсации за наши репутационные потери. Далее мы будем и дальше откладывать принятие окончательного решения по казни каждый год за те же десять тысяч, — в конце нагло добавил он.

Ого, а денежная ценность моей жизни существенно растёт. Готс хотел всего по пять тысяч в год, а эти сразу поднимают планку вдовое. Впрочем, в эти игры можно поиграть и вдвоём, о чём эти менялы явно стали забывать.

— Могу поведать тебе, уважаемый авторитет Лод, — обратился к представителю менял, смотря на него совершенно расслабленным видом, — с чего начался мой конфликт с тем же авторитетом Готсом, дабы вы сейчас не повторили его фатальную ошибку.

— Хотя это и не имеет принципиального значения для нашего вопроса, мы готовы тебя выслушать, — заявил тот, откидываясь на спинку стула с бокалом в руке.

— Если для вас это непринципиально, то для меня совсем наоборот, — я покачал головой, выражая своё явное сожаление. — Итак, ко мне обратились люди Готса по его прямому приказанию, вымогая пять тысяч золотых под угрозой расправы, не имея каких‑либо оснований для своих требований. Причём требуя ежегодных аналогичных выплат, дабы от них ко мне не возникало претензий.

По лицам менял было заметно, что для них это совсем не новость, но особой радости от такого заявления с моей стороны они тоже не испытывали.

— На моё встречное предложение решить дело, выплатив уже мне совершенно аналогичную компенсацию, последовала попытка убить меня прямо на месте.

Вот тут гости немного напряглись, видимо такая попытка была обязана окончиться исключительно в их пользу.

— Вместо того чтобы сразу же обратиться ко мне с мирными предложениями и соответствующей компенсацией моральных издержек, авторитет Готс предпочёл отсидеться за стенами своего дома, готовя мне очередные пакости.

От моих дерзких слов лица менял постепенно приобретали весьма кислый вид.

— Не в моих планах прощать тех, кто попытался покушаться на мою жизнь или жизни моих людей, — между тем я продолжил говорить твёрдым голосом, добавляя в него немного силы для большего эффекта. — В итоге Готс заплатил за нанесённое оскорбление своей жизнью и имуществом, потому претензий к нему и стоящим за ним людям у меня пока нет, — я выдержал недолгую паузу, рассматривая налившееся кровью лицо авторитета Лода. — Но если вы считаете себя полностью причастными ко всем неправомерным действиям своего недостойного коллеги, то ещё имеете возможность скомпенсировать мой гнев на свои головы выплатой десяти тысяч золотых сейчас, а также аналогичными суммами каждый последующий год, дабы мне не захотелось пересмотреть своё нынешнее пока ещё нейтральное отношение к вам.

Вот теперь от лица приехавших на переговоры авторитетов можно было прикуривать. Так нагло с ними, похоже, ещё никто себя не вёл. Зато Сом, сидевший немного в стороне от нас, лишь широко улыбался, глядя на наши взаимные препирательства. Делегация менял несколько минут молчала, борясь со своими чувствами и не зная, как реагировать на такого наглого выскочку. Потом всё же авторитет Лод, немного успокоившись, всё же сподобился задать мне вопрос:

— Как авторитет Вит отреагирует на прискорбное известие о том, что все его люди уже мертвы? — и расплылся в самой ехидной улыбке.

В это время гарнитура рации в моём ухе оповестила голосом Марины о поимке и успешном обезвреживании двоих палачей менял, почти подобравшихся к нашему особняку.

— Извините, — я немного раздосадовано покачал головой, окидывая своим взором собравшихся, — у меня тут возник один посторонний вопрос. Во сколько тысяч золотых вам обычно обходится один палач?

Менялы опять надолго замолчали, видимо пытаясь как‑то связаться со своими людьми. Даже не сомневался в присутствии на их пальцах амулетов дальней связи. Через пару минут лицо Лода заметно побелело, а в глазах проскочил едва заметный страх.

— Повторяю свой вопрос, — тем временем я решил пойти в самое решительное наступление, — сколько сейчас вы потеряли денег, утратив двоих хорошо подготовленных палачей? И сколько вы ещё готовы потерять, дабы окончательно уяснить себе всю бесперспективность настоящей войны со мной? Причём, платить придётся не только одними деньгами, которых у вас много, но и своими жизнями.

В этот раз пауза надолго не затянулась. Менялы быстро пришли в почти нормальное состояние и авторитет Лод обратился ко мне уже нормальным голосом без чувствующихся ноток особого превосходства:

— Мы готовы выслушать твоё предложение, авторитет Вит.

Тут можно, конечно, попытаться как‑либо добить этих наглецов, благо такая возможность вполне просматривается, но стоит попробовать повернуть диалог в более конструктивное русло, авось сработает.

— Меня могут устроить следующие вещи… — вспоминая полученный совет о нежелательности прижимания менял к стенке, я решил выдать им свои несколько раз обдуманные предложения: — Вы навсегда забываете о некоем бандите Готсе, и всём связанным с ним.

Это предложение особого энтузиазма у моих противников не вызвало, наоборот вызвав самое решительное возражение, не позволив мне огласить весь свой список:

— Наши правила не допускают какой‑либо возможности отступиться от мести за наших людей! — вскрикнул второй меняла, авторитет Пов. — Мы не можем позволить себе такого урона репутации, иначе нас перестанут уважать!

— Хорошо, — над подобным вопросом мне уже не раз приходилось думать, готовясь к этой встрече. — Как вы решаете конфликты в своей среде, когда один меняла, так или иначе, убивает своего соперника? Только не надо рассказывать мне о том, что подобных случаев в вашей среде никогда не было! — немного повысив голос, не позволил своим оппонентам сразу уйти в глухой отказ, просто проигнорировав моё заявление.

— Да, такие случаи в нашей среде бывали, — спокойно заметил глава делегации, — и решались они общим советом нашего Сообщества, который рассматривал все причины произошедшего события. Если убитый нарушал наши внутренние правила и вынуждал других пойти на прямой конфликт, то его соперник назначался официальным наследником без каких‑либо иных последствий.

Что‑то подобное явно и ожидалось, потому решил и дальше вести свою наступательную линию в том же ключе:

— Уважаемые менялы, одобряется ли вашими правилами прямое необоснованное вымогательство в вашей среде или кем‑либо из вашей среды по отношению к кому‑либо другому?

— Нет, — твёрдо ответил Лод. — Но мне совершенно непонятно, как мы можем решить миром имеющийся конфликт между нашим Сообществом, с одной стороны, и авторитетом Витом — с другой.

— Для этого вам всего лишь нужно принять авторитета Вита в своё Сообщество и дальше решать уже вопрос по имеющимся внутренним правилам! — высказал я им свою подсказку, даже не надеясь на её быстрое принятие.

Троица переговорщиков сначала посмотрела друг на друга, а потом дружно рассмеялась.

— Знаешь ли ты, авторитет Вит, сколько стоит официальное вступление в наше Сообщество? — отсмеявшись, спросил меня глава делегации. — Причём, это тоже обязательное правило, его нельзя нарушить.

— Думаю, весьма немало, — усмехнулся в ответ я, — однако это ведь уже вполне решаемый вопрос, в отличие от конфликта, ведущего к совершенно ненужной и чрезвычайно дорогостоящей войне.

— Ну, если у тебя случайно найдётся сразу сто десять тысяч на вступительный взнос — то действительно решаемый, — улыбнулся в ответ авторитет Лод.

Таких огромных денег у меня, естественно, не было. Но имелась некоторая надежда, связанная с самым первым моим походом и трофеем, случайно добытым тогда с большим риском для жизни. Заодно можно будет проверить, насколько со мной был честен авторитет Сом.

— Когда в столице королевств состоится очередной аукцион истинного престижа? — спросил сразу всех собравшихся.

— Через месяц, — вступил в разговор, доселе молчавший третий представитель менял, авторитет Гом, видимо он был непосредственно связан с этой темой.

— На этом аукционе должна выставляться особенная шкура редкого зверя… — ещё не закончил говорить, когда увидел заметную реакцию на лицах собравшихся.

— Из‑за этой шкуры чуть война среди Лордов не началась, — перебил меня авторитет Гом, — никто из них не хочет уступать первенство обладания другому, так как на кону стоит существенное увеличение престижа, а затем и влияния.

Надо же, сразу бы и не подумал о том, что какая‑то там шкура, пусть и какая‑то уникальная и неповторимая может как‑то усилить влияние Лордов. Престиж поднять — вполне понимаю, но влияние — странно. Наверное, мне далеко не всё известно про социальное устройство этого мира.

— Сколько денег, по вашей оценке, аукцион выручит за эту вещь? — задал собранию очередной вопрос.

— Торги начнутся с двухсот сорока тысяч, — заметил очень внимательно смотревший на меня авторитет Лод. — Только какое отношение имеет та шкура к нашему делу?

— По моему договору с присутствующим тут авторитетом Сомом, половина вырученных за неё денег будет принадлежать мне, — твёрдо ответил ему голосом, не допускающим неправильного понимания. — Авторитет Сом может подтвердить мои слова.

— Это действительно так, — ответил тот, и его довольная ухмылка стала ещё шире.

Менялы были явно озадачены, подобного расклада они даже не могли ранее предположить.

— Ты можешь ещё как‑то подтвердить своё право владения полученными с аукциона деньгами? — спросил меня всё так же настороженный и внимательный глава делегации менял.

Я достал из кармана и положил перед ним перстень, по словам Сома, обеспечивающий доступ к ячейке в столичном Хранилище Благ, куда будет положена половина суммы. Авторитет Лод взял в руки перстень и на несколько минут погрузился в себя, видимо с кем‑то переговариваясь по амулету дальней связи.

— Всё верно, — ответил он, открывая глаза. — Такое совершенно невероятное обстоятельство вполне способно решить наш конфликт, к взаимному удовлетворению сторон.

Дальше у нас пошел торг уже по менее важным вопросам. Хотя сложно назвать их маловажными, так как на кону стояло ни много ни мало, а вполне официальное наследство авторитета Готса, то есть его персональная доля в общем капитале Сообщества менял. Если следовать букве их правил, то она должна переходить мне, но для решения по этому вопросу требовалось собирать совет, как и по вопросу моего принятия в их ряды. Менялам совсем не требовалось собираться вместе, у них всех имелась возможность прямой связи друг с другом через амулеты. И всё равно, совет не мог быть собран раньше, чем через полгода. За это время мне требовалось полностью внести вступительный взнос, благо в столицу за деньгами ехать не нужно — Хранилище Благ принадлежало самим менялам, и всё можно было сделать через них прямо отсюда. Кроме взноса новому члену Сообщества вменялось усилить его общее влияние на новых территориях, обеспечивая увеличение движения средств по всей системе. Я был волен придумывать что‑то новое — главное получить заметный результат за те же полгода. К большому сожалению, пришлось отдавать захваченных моими людьми палачей, так как их хозяева требовали непременно вернуть их тела со всем их внутренним содержимым. Это тоже оказался для них принципиальный вопрос, хотя про личного палача Готса они даже не осведомились, видимо тот был сам по себе. Связался при всех с Мариной голосом по своей рации, чем сильно удивил даже хозяина дворца. Известие о том, что их люди ещё живы, вызвало у менял двоякое чувство — с одной стороны, им было приятно сэкономить большие деньги на подготовке новых, а с другой — сама возможность захвата палачей живьём заметно напрягала. С землёй под домом бывшего вымогателя, вопрос пока тоже никак не решался. Дом принадлежал Готсу, а земля Сообществу менял. Пока меня официально не примут в их ряды, делать там нечего, хотя остатки дома могу окончательно растащить на собственные нужды, никто против этого возражать не станет. Потом там предполагается постройка общественного здания, что‑то типа городского банка, но только после внесения вступительного взноса, то есть через месяц. Тогда же я смогу осуществлять и безналичные расчеты по всей системе Сообщества, как оказалось, они здесь уже давно существуют, хотя и сильно ограничены в силу некоторых причин. Мы расставались вполне довольными друг другом, но уже когда я выходил, авторитет Лод немного придержал меня у двери, сказав тихим голосом:

— У Готса имелись весьма влиятельные друзья, которые вели с ним дела втайне от всех остальных. Пойти против наших правил и решения совета, которое явно будет в твою пользу, они не смогут, но попытаются отомстить тайно, возможностей для этого у них хватает. Теперь будь особенно осторожен, авторитет Вит, и постоянно оглядывайся назад, когда ходишь по городу.

Поблагодарил его за предупреждение, хотя особой новостью оно для меня не стало. Желающих заполучить мою голову и без них хватает, а потому — «становитесь в очередь, сукины дети, патронов у меня на всех хватит!»


После моего возвращения домой случился настоящий праздник с массовым истреблением продуктов и напитков. Дружно отмечали благополучное избавление от очередной явной угрозы. Про тайные угрозы, которые буквально окружали всех нас в несколько рядов, за праздничным столом даже не упоминали. Между тем отметил краем глаза, что даже наша странная «кухонная команда» серьёзно прониклась всей глубиной произошедшего события, и посматривала в мою сторону с заметным уважением, а не с простым любопытством, как было раньше.

Однако долго праздновать и предаваться чревоугодию мне не пришлось, со мной опять хотел немедленно пообщаться смотрящий города, авторитет Сом.

— Здорово ты прижал этих наглецов к стенке! — заявил он, когда остались с ним наедине в небольшой «охотничьей комнате», стены которой были украшены головами убитых зверей и чучелами птиц, а на полу располагалась мозаика со сценами охоты.

Несмотря на время ужина, на маленьком столе стояли только фужеры с напитками, впрочем, после праздничного застолья, еды мне совершенно не хотелось, как и всего прочего.

— Рассказывай свои плохие известия, — кивнул ему, устраиваясь на стуле с бокалом в руке.

— Сегодня разбойники напали на мой торговый караван, чего уже давненько не случалось, — при рассказе о своих неприятностях, тем не менее, Сом довольно улыбался. — Мои люди были готовы к чему‑то подобному, и никто из нападавших бандитов обратно в лес не ушел, все там и полегли.

— Хочешь сказать — война уже началась? — сразу правильно понял его очень тонкий намёк на весьма толстые обстоятельства.

— Этому серьёзно поспособствовал один твой бывший человек, переметнувшийся сейчас к авторитету Мафу, — с заметной укоризной посмотрел он в мою сторону.

— Ты хочешь сделать меня единственным виноватым? — я поднял правую бровь, показывая своё отношение к подобным словам.

— Я тоже серьёзно недоглядел, — покачал головой авторитет. — Теперь нужно решить, как исправить сложившееся положение, к серьёзной войне мы ведь пока не готовы.

— У тебя есть какие‑то конкретные предложения? — спросил его, отпивая из фужера напиток большим глотком. — Только не говори про срочную необходимость кучи денег, которую кроме как у меня тебе взять негде.

— Деньги хороши, когда их есть куда тратить с пользой для себя, — высказал Сом совершеннейшую банальность, — а тратить их придётся на усиление наших врагов, — добавил он, качая головой, выражая тем самым своё большое сожаление. — Твой сбежавший человек собрал уже две сотни предварительных заказов на самодвижущиеся телеги по цене шесть золотых, не считая печи мягкого тепла. Нам тоже придётся вставать к нему в очередь, понимаешь, о чём говорю?

— Да, — кивнул, подтверждая, — только те телеги будут медлительны и весьма ненадёжны. Когда его заказчики получат их, то вряд ли будут сильно довольны своим приобретением.

— Других всё равно нет, а эти позволят существенно ускорить оборот и обезопасить караваны. Лошади — самый ненадёжный элемент, по которому наносят первый удар, останавливая движение.

— Короче, ты сейчас интересуешься, способен ли я предоставить тебе аналогичный транспорт по точно таким же ценам? — наконец‑то удалось полностью понять его основную мысль.

— Естественно, — широко улыбнулся он. — Утром тебя видели на каком‑то очень быстром самодвижущимся механизме, мне бы тоже не помешали несколько подобных в своём хозяйстве.

— И тебя совсем не смутит его цена в сотню золотых? — своими словами я резко расстроил его, ударив по самому больному месту.

— Нет, за такие деньги, пожалуй, обойдусь, — он недовольно поморщился, — но телеги действительно нужны, и их цена не должна превышать восьми золотых вместе с печью.

Я попробовал немного поторговаться, обещая значительно лучшие характеристики самих телег, по сравнению с теми, которые может предложить предатель Питс. И по скорости, и по надёжности, а также — грузоподъёмности. Но Сом не хотел даже думать об увеличении цены — это оказался стратегический момент, способный серьёзно ослабить наших противников перед предстоящей схваткой. Короче, ему было нужно обычное по цене обычного, а если будет за ту же цену что‑то лучшее — нас ожидает несомненный успех. Наших соперников непременно поддержат деньгами бывшие друзья Готса, потому расслабляться, почивая на лаврах удачного договора с менялами, было категорически нельзя. Война пока велась исключительно в товарно–экономической области, и от того, кто на этом этапе одержит верх, зависела общая цена победы, измеряемая уже в человеческой крови.


* * *


## Запись разговора ББМ200031179 по народным амулетам дальней связи, сокрытие отсутствует.


— Наша цель теперь становится практически недостижимой. Без регулярного вливания полностью свободных средств очень сложно удержать существующее влияние, — кроме непосредственной информации в мысленном послании читалась огромная обида и затаённое беспокойство.

— Предупреждал же вас, и тебя, и его, — ответная мысль несла непоколебимое спокойствие. — Грубо нарушив наши правила, вы бы всё равно рано или поздно столкнулись бы с ответным сопротивлением среды. И теперь глупо пытаться искать виновного в своих собственных ошибках на стороне.

— Но сейчас категорически нельзя допустить усиления наших как бы «партнёров» за счёт того непонятного новичка, раз не удалось их ослабить, столкнув лбами, причём, как раз по твоему мудрому совету, — первый собеседник с большим трудом сдерживал собственную истерику. — Любой ценой сейчас нужно остановить его официальное вхождение в наши ряды.

— Даже не надейтесь на мою поддержку в совете, — железному спокойствию передаваемой мысли ничто не могло помешать, — Согласно букве правил у вас полностью ничтожные позиции, и даже наша общая идея, сулившая прежде большие перспективы, не способна заменить мне самого обыкновенного здравомыслия. И ещё хочу предостеречь вашу компанию от попыток решить дело как обычно. Впрочем, если вы меня сейчас не поймёте, ваше место вскоре будет занято более адекватными людьми.

— То есть, ты уже не хочешь стать первым среди прочих? — первый мысленный голос наполнился легко ощущаемой злобой.

— Просто не хочется становиться первым среди прочих мертвецов, — последнее слово было сильно выделено на фоне остальных. — Если вы ещё не поняли сами, вот вам мой совет — отступитесь и забудьте. А если хотите попробовать подняться снова — наладьте с ним взаимовыгодный контакт, он вам вполне сможет помочь решить ту самую задачу, так как его благоразумию можно только позавидовать.

— Мы на это никогда не пойдём! — злость в передаваемой мысли сменилась настоящей упёртостью. — И мне искренне жаль, что ты не хочешь поддержать нас в это трудное время. Впрочем, теперь пеняй исключительно на себя, а он всё равно полностью заплатит нам за свои дела.

Мысленный контакт резко прервался, оставив после себя много всего недосказанного с двух сторон.


* * *


## Смертные Земли, город Юмаю.


Чем ещё заняться ночью, когда все спят, а тебе совершенно этого не хочется? Особенно имея перед собой весьма непростую техническую задачу.

Только совсем далёким от техники людям, самая обыкновенная телега кажется простой. Но почему‑то до изобретения колеса доходит далеко не каждая цивилизация. К примеру, великие цивилизации американских индейцев Инки, Майя, колеса не знали, хотя и строили великолепные дороги и перемещали по ним многочисленные грузы. Тащили волоком, или подкладывая под тяжелый груз деревянные катки. Кто мешал им сделать следующий шаг — закрепить каток на повозке, получив то самое колесо? Некоторые учёные серьёзно считают — всего лишь отсутствие доступных материалов достаточной прочности. Ибо главное в появлении колеса — это изобретение надёжной оси. Только с её появлением колёсные телеги получали настоящую путёвку в жизнь. Теперь и мне предстоит изобрести очередное «колесо», на котором поедет очередная телега. И не просто какое‑то там колёсное транспортное средство, на нём у меня покатится в светлое будущее социальный прогресс! Если нельзя построить социализм напрямую из феодализма — будем поначалу строить капитализм. А дальше создавать все необходимые предпосылки для социалистических революций и прочего непотребства, по мнению большинства местных статусных лиц. Большинство элементов, потребных для создания эффективной социальной машины теперь имеются в моих руках, а всё недостающее сделаем по ходу движения из мусора, попавшегося под руки. Но пока снова вернёмся к самому обычному колесу.

Мало придумать очередную самодвижущуюся повозку. Нужно сделать её такой, чтобы поначалу получить с её производства максимальный экономический эффект самим, а не просто кинуть идею в мир под девизом — «пользуйтесь, кто только захочет». Потом наоборот, стоит спустить всё вниз, занявшись чем‑либо другим, дающим максимальную норму прибыли на единицу вложений. Но и этого мало. Сразу стоит втягивать как можно большее количество людей в сферу своих интересов, а заодно показать некоторым неблагодарным свою истинную силу. Да, можно наказать предателя, наведавшись в его нынешнее жилище и показательно разрубить острым железом его голову. Можно уморить его с помощью магии, прострелить автоматной пулей, средств убийства более чем достаточно. Но всё это меркнет перед возможностью планомерного экономического уничтожения с особой жестокостью и цинизмом. Набрал заказов, взял задаток — теперь пеняй только на себя. Вскоре прибежишь сюда как миленький, и в ноги будешь кланяться, моля о пощаде и снисхождении. Это будет урок не только ему одному, но и всем остальным, случайно подумавшим поступать со мной сходным образом. Только ради такого важного результата стоит сейчас хорошо постараться, одновременно думая и о судьбах мира. Большое дело всегда начинается с малого.

Мастерам Бокку и Мифасу за целый день почти удалось полностью доделать наш первый грузовик. Он уже стоял на своих колёсах, воплощая мои чертежи в металле. Кузов с откидными бортами был на месте, в кабине имелись необходимые органы управления, четыре сидения в два ряда, и не хватало лишь стёкол. Конструкция уже подвергалась ходовым испытаниям, которые подтвердили её принципиальную работоспособность, но показали необходимость многочисленных доработок уже с моим непосредственным участием. Можно было заняться ими, однако сейчас требовалось срочно разработать совсем иную принципиальную транспортную систему, где главным была возможность её производства с максимальным привлечением стороннего труда. В нашем городе только одних мастеров по металлу имелось семнадцать человек, не считая их многочисленных подмастерьев, обычные телеги делали целых три мастерских, кожей, идущей у нас на покрышки, занимался небольшой квартал обувщиков. Все эти люди в настоящее время испытывали серьёзную недостачу денег, из‑за временных проблем с торговлей на Большом Базаре, а потому с радостью возьмутся за наши заказы.

В качестве базовой основы для будущего массового транспорта была взята первая самодвижущаяся телега Питса. Её основным достоинством была низкая цена. Минимум металла в конструкции, состоящей из прессованной и проклеенной травы, получающей после обработки хорошую прочность, не уступающую лучшей фанере из нашего мира. С доступным деревом тут имелись существенные проблемы, вот народ и пользовался более доступным материалом, делая из него настоящие технологические шедевры. Если надо выполнить заказ с основными параметрами как «дёшево и сердито» — обычная телега вполне подойдёт после некоторой модернизации. Добавил несущую раму из металлических труб, амортизаторы, выкинул из первой конструкции моторы в колёсах, сделав единственный ведущий вал задних колёс с мотором примерно на двадцать киловатт и понижающим обороты редуктором из двух шестерёнок. Существенно переделал турбину печи, дабы снизить мощность и значительно упростить конструкцию. Делать управляющие амулеты уже вполне научился, потому и с ними сложностей не возникло. Управление получилось совсем простым, так как в электрической системе дорогостоящий накопитель из ловушек алхимиков даже не предусматривался. Пришлось немного повозиться с тормозом и педалями, чтобы сделать конструкцию простой и при этом вполне надёжной. В принципе, изготовление большей части деталей завтра можно отдавать на откуп городским мастерам. Специально делал их максимально простыми. И даже финальную сборку вполне смогут осуществить тележные мастерские. На нашу долю остаются мотор, турбина и главный управляющий амулет. Всё это как раз и составляет основу интеллектуальной собственности, которую тут практически никто не сможет в ближайшее время повторить. Со сверхпроводящей проволокой у нас вообще нет конкурентов, по словам моих мастеров. В перспективе можно переделать основной мотор на обычную медь и конструкцию с щётками коллектора, но об этом подумаю, только когда снимем основные сливки и потребуется дальше удешевлять конструкцию. По моим прикидкам, себестоимость производства разработанной сейчас телеги не превысит пары золотых, а в перспективе снизится ещё больше.


День начинался с большой суеты. Узнав об успешном разрешении конфликта с менялами, многие состоятельные горожане поспешили высказать мне свои поздравления, интересуясь дальнейшими планами, в первую очередь связанными с возможностью приобрети самодвижущуюся телегу. Показывал им опытный образец, сделанный ночью, некоторым даже давал прокатиться вместе со мной вокруг особняка. Заявленная цена в десяток золотых посетителей расстраивала, но не настолько, чтобы сразу решительно отказаться от покупки. Особенно после разъяснений всех достоинств именно моей конструкции и её существенных отличий в лучшую сторону от предлагаемых единственным конкурентом. Главные преимущества заключались в возможности управления телегой самым обычным человеком, и, естественно, надёжностью. Скорость и грузоподъёмность были лишь дополнительными бонусами. Тем временем две делегации из моих людей под охраной гвардейцев отправились по городским мастерам размещать производственные заказы. В одну главным переговорщиком вошел бывший палач менял Ховис, хорошо знавший город и его жителей, и которому теперь нечем было заняться. Его мне в таком качестве отрекомендовала Марина, обнаружившая у него изрядные способности к ведению деловых переговоров, о чём он сам прежде даже не догадывался, предпочитая применять угрозы и силу. Если он сумеет развить свои скрытые таланты — появится у меня в команде профессиональный торговый агент. Вторую делегацию формально возглавил мастер Мифас — его упрямство было весьма к месту при обсуждении условий контрактов с другими городскими мастерами, а подстраховывал его молодой Амикус, за последнее время изрядно поднаторевший в амулетной торговле. Вернулись переговорщики только к обеду, рассказав обо всех своих приключениях. Далеко не везде им были рады. И если бы не силовая поддержка со стороны гвардейцев, то могли бы попытаться побить. Причиной подобного отношения оказалась очередная порция вброшенных неизвестными недоброжелателями самых нелепых слухов, касающихся лично меня и всех тех, кто встал рядом со мной. Однако заказы были удачно размещены, если одни мастера не желали иметь с нами дел, то другие, наоборот, активно шли на сотрудничество. Уже к вечеру должны поступить самые первые выполненные заказы. Грубо прикинув необходимый объём первоначального производства в три — три с половиной сотни изделий, пришлось сразу выкупать у купцов большой пустующий склад, куда будут собираться готовые комплектующие. Сдавать во временную аренду склады никто из городских купцов категорически не желал, очевидно, предполагая скорое изменение земельной политики с моей стороны. Неожиданно возникла проблема оплаты размещённых заказов — в большом количестве потребовалось денежное серебро. Несмотря на нашу готовность платить золотом, городские мастера брали его весьма неохотно. Им самим требовалось закупать металл и другие материалы, и там даже один золотой часто оказывался слишком большой монетой. К тому же не стоило забывать и о «пределе доступного накопления», который действовал в городе, и обычно не превышал для простых людей дюжины золотых. Частично вопрос удалось решить, предлагая мастерам нашу готовую продукцию вне очереди и с небольшой скидкой до тех же восьми монет в качестве оплаты их услуг. Телеги хотели заполучить буквально все, у кого имелись лишние деньги, и даже кому они в принципе были не очень нужны. Это ведь не лошадь, которую требуется постоянно кормить и обихаживать, даже если нет необходимости использовать по прямому назначению. Скорее всего, их рассматривали как перспективное средство вложения свободных денег, совершенно не представляя моих планов постепенно опускать цены за счёт массовости производства.

Пока никто не спохватился, мне лично пришлось метаться по городу на мотоцикле, и заключить исключительные долгосрочные договоры на поставку нефти. Скупил практически всё имевшееся на складах запасы вместе с самими складами, благо те располагались на моей земле, не пожалев двух сотен золотых, сразу решая несколько проблем. Всё равно их бы потребовалось выкупать перед сносом, а так они шли в придачу к хранящемуся там товару по остаточной цене. Пришлось тратиться на дополнительную охрану, наняв три небольших отряда наёмников вместе с пятью магами средней подготовки, и дополнительно вооружать их за свой счёт. По крайней мере, на самое первое время такой охраны хватит, а в перспективе потребуется создавать нечто гораздо более серьёзное, сразу на всю нашу половину города, ибо стража Сома мышей (бандитов) совершенно не ловит. Также частично оплатил южному искательскому клану дополнительные поставки нефти, сколько у них получится. Как оказалось, ценное топливо добывалась в предгорьях по южной дороге, где оно самостоятельно вытекало на поверхность в нескольких местах, образуя небольшие нефтяные озёрца. Нефть бы там непременно загоралось, если бы не вековой лес, подавляющий своим влиянием любые проявления свободного горения. В перспективе стоит упорядочить добычу топлива и его доставку в здешние города, взяв доступные месторождения под свой контроль, но пока на это не хватало людей.


Вечером пришлось совершить пару визитов к самым значимым городским жителям. Авторитет Сом раскритиковал и высмеял весь мой дневной энтузиазм.

— Ты зачем предлагаешь телеги всем желающим за них заплатить в обход меня? — заявил он, укоризненно глядя в мою сторону, всё же позволив перед своей отповедью немного подкрепиться.

— Разве я нарушаю какие‑то договорённости между нами? — удивлённо спросил его, с трудом проглотив чуть было не застрявший в горле кусок.

— Человеческая глупость неизлечима, — покачал Сом головой, выражая всем своим видом самое большое сожаление. — Не владей ты половиной города, мог бы тогда не думать, неужели тебе хочется содержать за свой счёт кучу ленивых дармоедов? Прежде был гораздо лучшего мнения о твоих умственных способностях.

— Причём тут какие‑то телеги? — ещё больше удивился я такой совершенно беспричинной отповеди.

— Значит, мой кристалл с городскими правилами ты даже не посмотрел? — огорчённо вздохнул он.

— Смотрел, но не всё хорошо понял, — совершенно искренне соврал в ответ, дабы не рассказать о своей полнейшей неграмотности.

Местную письменность до сих пор освоить так и не удалось, то времени не находилось, то Питс вместе с обучающим амулетом удрал.

— Там есть отдельное положение о городских поборах и наоборот — компенсациях, — авторитет посмотрел на меня как на маленького глупого мальчика. — И отдельной строкой проходит положение о скидках для владельцев тележного транспорта, и компенсации части затрат на средства приведения его в движение. Неужели совсем забыл о том, сколько здесь лошади стоят и какие проблемы с кормом для них?

— Опять никак не пойму — лошади — это одно дело, но мои‑то телеги в них совсем не нуждаются! — пока сложно было уловить его главную мысль.

— Для существующих городских правил, твоя самодвижущаяся телега будет равноценна двум живым лошадям, и теперь нам придётся компенсировать их будущим владельцам затраты именно по такой ставке — золотой в год серебром на одну лошадиную голову. И это без каких‑либо других постоянных затрат с их стороны. Купил у тебя телегу один раз, и держи её дальше в сарае, получая от нас деньги просто так. Ездить на них никто даже не планирует, — пояснил Сом суть своей претензии.

Действительно проблема. Откуда ж было знать о таких странных порядках. И моя суета с нефтью, оказывается, была совершенно напрасной.

— Не понимаю, почему нам нельзя изменить это положение, опираясь на объективные обстоятельства? — мой наивный вопрос явно позабавил авторитета.

— Это общие правила, действующие ещё со времён войны с алхимиками, — заявил он, ехидно глядя на меня, мол — «совсем ума у тебя нет, авторитет Вит». — Если мы попробуем менять их только здесь — народ постепенно переселится в другие города. Причём, переселятся самые ценные жители, которые могут купить твою телегу прямо сейчас, а за ними и другие могут потянуться.

Если честно, пока не улавливал причин такого поведения со стороны горожан, но, должно быть, Сому виднее, он тут уже столько лет правит, все местные законодательные закорючки хорошо знает.

— А нельзя ли взимать за самодвижущиеся телеги какой‑либо дополнительный налог или целевой сбор? — пришла в голову вполне здравая идея.

— Для этого нужны очень серьёзные основания, — заявил авторитет. — Пока же ничего такого даже не вижу.

А вот мне про такие основания очень хорошо известно. И все автомобилисты нашего мира их тоже знают не хуже меня.

— Самодвижущаяся телега — средство повышенной опасности для окружающих и от её хорошего технического состояния очень многое зависит. Это состояние требуется проверять на регулярной основе ответственным органом, а также отдельным образом контролировать навыки управления скоростными транспортными средствами со стороны их владельцев. Куда входит непременная практика реального управления, исчисляющаяся в пройденном пути, — от моего словесного потока авторитет Сом надолго впал в задумчивость, явно пытаясь перевести его на более понятный для себя язык.

Когда он пришел в себя, мне кое‑как удалось растолкать ему все трудности, так или иначе возникающие с появлением массового автотранспорта. Рассказал про возможные аварии, связанные с человеческими жертвами из‑за глупости водителей и отсутствия правил дорожного движения, и многое другое. Надо отдать должное — авторитет честно пытался меня понять, хотя по его виду было заметно — даётся это понимание с большим трудом. Про то, откуда мне всё это могло быть известно, он не спросил, но за мысли об обязательном лицензировании владения самодвижущимся транспортом и его регулярном техническом осмотре, вместе с платным обучением водителей — зацепился сразу. В результате разговора было достигнуто несколько новых взаимовыгодных соглашений. Он помогал мне сейчас решить вопрос с недостатком оборотного серебра, посетовав — мол, это как раз моя личная проблема, как потенциального городского менялы. В качестве оплаты Сом получал первые три партии по дюжине телег в своё исключительное распоряжение, обещая устроить на городских улицах несколько столкновений и аварий, если потом обеспечу со своей стороны ремонт материальной части. Таким образом, можно будет обосновать необходимость взимания «технического сбора», который полностью компенсирует наши возможные потери, но не сразу. Пусть все желающие в городе успеют накупить телег, твёрдо рассчитывая на ежемесячные компенсации. А у наших противников по вялотекущей войне вскоре появятся некоторые дополнительные проблемы.


Посещение авторитета Миса сопровождалось внушительным уменьшением моей казны сразу на полторы тысячи золотых. Примерно во столько оценивалось начало основных работ по полной перестройке моей части города. Дальнейшие планы потребуют ещё больших вливаний, но чуть позже. Столько моя казна без серьёзных дополнительных пополнений никак не потянет. И только массовый выпуск транспорта не позволит мне быстро стать банкротом. Марина со своими помощницами под присмотром въедливого архитектора Фисси почти завершили проектные работы первой очереди. Теперь требовался снос трущоб и многочисленных жилищ городской бедноты, с переселением её в новые общественные здания. Многим «середнячкам», живущим ближе к центру, тоже придётся переехать и распрощаться со своими небольшими огородами. В отличие от категоричной Марины, мне не хотелось плодить на пустом месте множество ненужных конфликтов, потому всем выселяемым предлагалась вполне достойная компенсация. Кому деньгами, кому временным жильём. Да, это «гуманное» решение сильно било по кошельку, но деньги можно заработать существенно быстрее, чем достойную репутацию. Хоть тут и действовало «право силы», бывшее сейчас на моей стороне, однако сильно перегибать палку не стоило. Получившие компенсацию люди позже смогут легко включиться в сферу моих экономических интересов, а не затаят смертной обиды, если сейчас захочу серьёзно сэкономить. Проще всего удалось решить вопрос с южным искательским кланом. У них на моей земле имелось всего шесть общественных строений, и все они давно нуждались в капитальном ремонте или полной перестройке, постепенно рассыпаясь от ветхости. С деньгами у клана сейчас было туго, потому моё предложение вместе с увеличением добычей нефти, профинансировать переезд на новое место, было встречено с заметным энтузиазмом.

Главным делом в самом начале работ была переделка практически всех дорог перед началом основного строительства. Дороги значительно расширялись, с учётом появления автотранспорта появлялись тротуары, оборудовались регулируемые перекрёстки, планировалось централизованное освещение улиц в ночное время. На всём этом можно хорошо сэкономить, но лучше сразу создавать всю необходимую инфраструктуру, дабы потом по нескольку раз всё не переделывать. Дальше строителям придётся вынимать и вывозить за городские стены много лишнего грунта, так как каждое строение в нашем проекте имело внушительные подвалы в два полноценных этажа, а склады так и вообще целых три. В самом низу будут размещаться технические помещения и склады, верхний подземный этаж займёт кухня и большая столовая, если это будет казарма, или же ресторан в гостевом доме. Так общественные здания здесь не строили, разве только какие‑либо дворцы, однако многие строительные идеи из нашего мира нашли полное одобрение у нашего архитектора, хотя и не без некоторого нажима со стороны Ведьмы. Никогда бы не подумал за Мариной наличие подобных архитектурно–технических желаний.

Авторитет Мис тоже сильно заинтересовался самодвижущимся транспортом, но имевшееся предложение его не сильно устраивало. Для ускорения строительных работ и завоза стройматериалов ему хотелось получить что‑то типа того грузовика, который мы создавали для себя. Только цена никак не могла устроить, его предел возможностей находился где‑то около полутора дюжин. Пообещал ему разработать что‑либо вписывающееся в эти рамки, и не сильно уступающие по своим характеристикам от первого образца. В общем, с этой встречи процесс перестройки моей части города официально стартовал, и теперь пойдёт практически без моего участия. Для связи имелся тот же, несмотря на почтенный возраст, очень деятельный раб Фисси, который уже начинал доставать Марину вопросами — «когда же всё, наконец, начнётся?».


Очередное нападение случилось тогда, когда его меньше всего ждал, под самое утро, и застало меня практически со спущенными штанами. После посещения гарема снова всю ночь работал в мастерской, постепенно копируя основной управляющий блок амулетной конструкции, проверяя свою очередную идею. Потому на мне была надета только одна кольчуга с накинутым поверх неё плащом, и больше никакого оружия, даже ремня с кинжалом. Уже стал постепенно привыкать к наличию в особняке постоянно бдящей охраны, которая может вовремя подать сигнал тревоги, если не нейтрализует опасность своими силами. Но под утро дежурство нёс только молодой Валон, Ведьма и Задница крепко спали. Да и сама опасность пожаловала, откуда её давно не ждали — выпрыгнув из‑под земли всего‑то в трёх метрах от меня из угла мастерской, где скрывался заваленный всяким хламом люк, ведущий в отравленные городские подземелья. Специально там большую кучу барахла наложили, дабы никто снизу вылезть не смог. Но эта куча прямо на моих глазах резко подпрыгнула вверх и бросилась в сторону, разлетаясь по всей мастерской, выпуская из‑под себя стремительно несущийся в мою сторону вихрь. Тело среагировало быстрее сознания, вслед за ним переходящее на сверхскорость. Прыжок вперёд через амулетную установку, сильнейший удар в спину, несмотря на мгновенно поднятый щит силы. Меня отбрасывает в сторону, крепко прикладывая головой о борт стоящего тут грузовика. Сверху проносится тусклый блик, разрезающий металл борта как тонкую бумагу в месте, где мгновение назад находилась моя голова. Рефлексы и сверхскорость реакции позволили уйти от следующего разящего удара, толкнув тело под машину и дальше наружу из мастерской, несмотря на прикрытую дверь. На открытом пространстве ворвавшийся наружу вихрь снова попытался достать в длинном перекате по земле, но удалось опять выскользнуть из‑под его удара. Резкая боль ударила по кисти правой руки, не обратив на неё должного внимания, снизу вверх бью со всех сил двумя ногами по чуть–чуть притормозившему передо мной субъекту, снова взмахивающему длинным мечом, стремясь перерубить им мою голову. Отчаянный удар перекидывает его весьма лёгкое тело через второй забор, где оно попадает под незамедлительное действие боевых амулетов защитной системы. Но даже ей не сразу удалось совладать с таинственным незнакомцем, тому удалось выскользнуть из‑под действия двух излучателей, но третьему всё же удалось крепко прижать его к земле.

Только тут обратил внимание на свою правую руку, с внутренним содроганием замечая немного кровоточащий обрубок. На месте отрезанной кисти тускло светилась лишь энергетическая структура по форме повторяющая её. Сама кисть лежала рядом на земле. Сильной боли или какого‑либо страха потери совсем не ощущалось, лишь такая горькая досада стать инвалидом в самый неподходящий момент. Терять было уже нечего, оставалось лишь проверять одну давнюю догадку. Приложил отрубленную кисть к положенному месту, точно совмещая перебитые каналы жизненной силы. Команда сознания устранить повреждения, лёгкая вспышка боли и шевеление пальцами, показывающее — всё в полном порядке. Надо же, какие чудеса, было бы не со мной — сразу б и не поверил. Поднявшись на ноги, скинув с себя изрядно извозившийся в грязи плащ. На месте спины зиял длинный разрез — золотистая кольчуга выдержала мощнейший удар меча, легко преодолевший мой прочный щит силы, способный удержать даже арбалетный болт, выпущенный в упор. Иначе уже там, в мастерской, меня развалили бы на две отдельные половинки. И вообще остался относительно целым не иначе как чудом, всё решали считанные миллисекунды, которых не хватило моему таинственному убийце, чтобы добиться успеха.

Впрочем, не такой он уж и таинственный, теперь его уже можно спокойно рассмотреть. Видел я его, правда, он был не один. Тогда со своим молодым спутником в течение считанных секунд покрошил весьма приличную городскую банду, несмотря на то, что те начали своё нападение с дружного арбалетного залпа. Теперь же этот странный «дедушка» почему‑то сильно хотел достать меня. Вроде бы ничего плохого ему ещё не успел сделать.

— Отпусти меня, — с большим трудом сказал несостоявшийся убийца, когда подошел к нему ближе, — больше не буду пытаться причинить тебе вред.

Амулеты крепко держали злодея у земли, и всех его странных способностей не хватало для преодоления их действия. С огромным трудом запихнув внутрь чудовищную вспышку ярости, требовавшую немедленно покарать обидчика, поднял оброненный им длинный меч, оказавшийся братом–близнецом доставшегося мне в подарок от дерева–стража произведения древних мастеров. Чувствовалось явное непринятие меня со стороны древнего оружия, но и прямого противодействия пока не ощущалось. При желании его можно было легко подчинить своей воле, уже откуда‑то точно знал, как это делается. Но у меня был свой подобный меч, а с хозяином этого ещё предстоит разобраться.

— Почему должен тебе поверить? — тихим голосом спросил его, опустившись перед ним на корточки и держа его меч в своей приросшей обратно руке. — Возможно, мне стоит сначала отрубить тебе лишние выступающие части тела, чтобы ты случайно не пытался повторить свою попытку?

— Даже так ты всё равно не сможешь причинить мне особого ущерба, молодой собрат, — несмотря на продолжающееся действие прижимающего амулета, ему удалось приподняться над землёй и нормально сесть по–турецки, скрестив ноги под собой. — Извини за неожиданное нападение, подло нарушающее все наши традиции проведения поединков, меня намеренно ввели в большое заблуждение на твой счёт, и поставили в совершенно безвыходное положение, — он попытался кивнуть головой, обозначив лёгкий поклон, но прижимающая сила опять ковырнула его к земле.

Поднялся на ноги, пребывая под большим впечатлением, и всё же снял подавляющее действие по отношению к ночному гостю со стороны охранной системы. Он сейчас находится на защищённой территории, его меч в моей руке, и если попытается предпринять что‑либо агрессивное — себе же сделает только хуже. Сказанные им слова весьма странны. Назвал меня «молодым собратом», хотя совершенно непонятно с какого бока. И ещё эта, по его словам — вынужденность действий выглядит как‑то подозрительно.

— Если тебе хочется получить удовлетворение за нарушение традиции, готов добровольно склониться перед любым твоим ударом, — «дедушка» поднялся с земли и скрестил руки на животе, опустив при этом голову, ожидая действий с моей стороны.

— Кто послал тебя за моей головой? — спросил его, легко догадавшись о явной посторонней инициативе этого ночного нападения.

— Люди малоизвестного авторитета Хога, — поднял он на меня свой взгляд, выражающий задумчивое сожаление, — только теперь могу догадаться, зачем они взяли заложником моего послушника, дабы принудить к нарушению традиции. Ибо бросить тебе официальный вызов я бы не смог.

— Почему? — сильно удивился такому заявлению. — Неужели ты считаешь себя слабее?

— Наоборот, — покачал головой «дедушка». — Ты слишком молод, чтобы противостоять мне в честном поединке, но на тебе сейчас полностью действующая броня моего наставника. Это говорит о его признании тебя своим прямым наследником, после того, как он решил уйти из мира навсегда. Я никогда не смогу идти против воли учителя и принести вред его единственному последователю.

Ну и дела. Тот воин, чьё тело лежит сейчас у коней дерева–стража, оказывается настоящим наставником этого старика. Сколько же лет он там лежит? И почему «дед» говорит о признании меня его бывшим владельцем? Ведь тот никак не огласил свою волю, когда я брал его вещи, будучи давным–давно мёртвым.

В этот момент из дверей особняка выскочили гвардейцы и дружно направили взведённые арбалеты на моего собеседника. За их спинами появилась обнаженная Марина с совершенно растерянным видом, а рядом с ней, чего уж совсем не ожидал — жрица Аэль в точно такой же форме одежды. Мои люди пребывали в явной панике, пропустив такое знаменательное событие, и теперь не знали, как реагировать на странного ночного визитёра. Повернувшись в их сторону, помахал рукой, показывая полное владение ситуацией со своей стороны и нежелательности свидетелей нашего разговора.

— Не могу его даже зацепить своим щупальцем, как и тебя, — пришел мысленный голос Ведьмы. — Аэль тоже сильно волнуется, но не столько за тебя, сколько за него, — добавила она чуть погодя. — С тобой всё в порядке? А то у меня сильно неприятные чувства из блаженного сна выдернули, — спросила она, — причём, явно связанные с тобой.

— Этот «товарищ» сумел отрубить мне кисть руки, — честно признался своей девушке. — Только она быстро приросла обратно, — сразу успокоил её. — Теперь он говорит — мол, это случайная ошибка. Идите обратно, сам с ним разберусь.

Когда нас оставили одних, беседа продолжилась с вопроса ночного гостя.

— Могу ли увидеть меч и перстень моего учителя, а так же хочу знать, где навсегда осталось лежать его тело?

— Подожди тут, — ответил ему, повернувшись спиной и роняя меч на землю.

Стоило провести ещё одну проверку его прежних странных слов. С одной стороны — сложно доверять покушавшемуся на твою жизнь, но с другой — чувствовалось в этом «дедушке» что‑то особенное, совершенно нетипичное для всех здешних жителей. Причём приходило именно чувство какого‑то странного внутреннего родства, как у меня с Мариной, и, иногда проскакивающего между мной и жрицей. Потому‑то её странная забота о нашем ночном госте совсем неслучайна.

Когда вернулся ночной гость всё также стоял на том же самом месте, даже к своему мечу не притронулся. Обнажил свой клинок, входя с ним в мысленный контакт, но решил сейчас не устраивать дикие пляски, и снова спрятал его в ножнах.

— Дай мне прикоснуться к его перстню, — попросил «дедушка».

Достал перстень из кармана брюк и протянул ему. Не взяв его из моей руки, гость действительно только одним пальцем прикоснулся к тусклому металлу.

— Правильно ты его на своей руке не носишь, слишком слаб ты ещё для него, — сказал он через несколько секунд. — Но вскоре придёт твоё время. И тогда гибель моего послушника Воссия окажется совсем ненапрасной.

— Ты уже говорил что‑то про какого‑то заложника? — вспомнил кое‑что ранее сказанное им.

Из последовавшего короткого рассказа Этана Маста — так звали моего несостоявшегося убийцу, становилось понятно, как хитрым злодеям удалось заставить его напасть на меня. Его послушник оставался для него последней надеждой на восстановление некогда могущественного Ордена почти бессмертных воинов, служивших делу всеобщей справедливости, так как полностью утерялись многие знания. Маст пытался воспроизвести основные принципы обучения, которому некогда подвергся сам, но только семнадцатый послушник смог при этом выжить и получить некоторые необычные способности. Хотя в былые времена стать таким воином мог практически любой мужчина. Причём, этот молодой человек уже имел некоторые подходящие качества ещё до начала общения с наставником. Потому‑то для «воина справедливости» стало возможно совершить несправедливость, так как он уже отчаялся найти ещё хоть кого‑то, сравнимого с его послушником. Теперь же появлялась возможность получить все необходимые знания из перстня его бывшего наставника. Но он никогда не сможет это сделать сам, да и мне пока рано надевать на свой палец эту реликвию древнего Ордена, требуется сначала набрать достаточно силы.

— Почему ты считаешь своего послушника уже мёртвым? — спросил его, когда разобрался, куда в очередной раз умудрился влезть.

На таких людей в королевствах последние тысячелетия велась серьёзная охота, целенаправленно уничтожались даже те, кто мог случайно обрести определённые способности. И даже их попытка скрываться от людей в далёких лесах и непроходимых горах не всегда помогала. «Воины справедливости» не могли долго пребывать в полном одиночестве — они рано или поздно выходили к людям, а там всегда находились причины для возникновения той самой «холодной ярости». Мало кто из них мог справиться с собой, и тогда за ними начиналась погоня, всегда оканчивающаяся их гибелью. Против сильных и хорошо организованных магов у них практически нет шансов. Именно потому Масту и пришлось идти у шантажистов, взявших заложника, на поводу, так как по–другому спасти жизнь его послушника он не мог.

— У авторитета Хога в городе много глаз и ушей, а также на него работают серьёзные буси, — опустив глаза в пол, ответил мне он. — Едва они прознают о моём провале — сразу же оповестят удерживающих Воссия, и те немедленно умертвят его, ибо он ещё не может управлять собой, как делаешь ты и я.

— А если они узнают об том слишком поздно? — мне в голову пришла очередная полубезумная идея.

— Утром они уже могут всё знать, когда увидят тебя живым, — поднял он свой взор, в котором читалась некоторая надежда. — В городе для меня оставляли кристалл с уточнением заказа, благодаря чему и удалось пройти подземным ходом к нужному времени. Раз кристалл исчез из тайника — значит, я уже начал действовать, и люди Хога об этом знают. До того места, где держат моего послушника три дня лёгким бегом без остановок, но точно неизвестно, где конкретно искать. Я не смогу быстро найти, мы просто не успеем, — опять понуро опустил он голову.

— Ничего, у нас есть шанс, — резко вскочил со своего места, накидывая на себя амулетную конструкцию. — Мы ещё посмотрим кто кого!


## Вылазка скорой мести, Южная дорога.


Видала ли когда‑либо дорога древних столь быстро летящих над ней колёсных повозок? Кто их знает, древние были ещё теми затейниками, от них всё можно ожидать, если судить по дошедшим до нас отдельным артефактам. Та же дорога, по которой мы едем. Может ли похвастать шоссе из нашего мира своей многотысячелетней историей, причём без регулярных ремонтов? А вот эта конкретная дорога вполне может. Но за последние тысячи лет мой двухколёсный железный друг тут точно самый быстрый. Спидометра сделать не догадался, но всё равно по моим ощущениям, мы сейчас явно перешагнули рубеж двухсот пятидесяти километров в час, летя навстречу поднимающемуся солнцу. Дорога сначала шла строго на юг, но через час пути повернула точно на восток. Турбина печи давно перешла на максимальные обороты, оглашая окрестности надрывным воем, встречный поток воздуха пытается пробиться за стекло лобового отражателя, за которым скрылись от него два человека — водитель и пассажир. Даже для привычного к молниеносной быстроте собственных движений Этана Маста, наша скорость езды оказалась поистине шокирующей. Одно дело двигаться самому, другое — смотреть на стремительно проносящуюся близкую землю, не в силах что‑либо изменить в этом движении. Кто катался на мотоциклах, меня очень хорошо поймёт, вспоминая, каково это — чувство реальной скорости.

Выбираться из города пришлось не только спешно, но и тайно, таща с собой мотоцикл через подземный ход. Трудности возникли только при входе и выходе из хода, потребовалось снимать колёса, чтобы пропихнуть машину в узкий лаз. Мои люди получили набор инструкций, и теперь будут старательно изображать повышенную бдительность вместе с немотивированной агрессивностью, после почти удачного покушения на мою жизнь. Даже попробуют допустить утечку информации, поведав об авторитете Вите, лежащем в коме после нападения, и о таинственном убийце, сумевшим улизнуть от всей дружины, пообещав вскоре вернуться и доделать своё чёрное дело. По городу поползут соответствующие слухи, и пославшие убийцу люди могут далеко не сразу узнать реальный расклад. А когда узнают — станет слишком поздно. Да, приходится намеренно пожертвовать репутацией, моим людям сейчас придётся очень нелегко поддерживать нужную легенду и одновременно удержать в руках весь производственный процесс. Наверняка некоторые несознательные личности попытаются воспользоваться нашей временной слабостью. Именно потому пришлось оставить Марину в городе, хотя она сильно рвалась с нами в авантюрный поход. Её долгое отсутствие может стать слишком подозрительным, да и кто проконтролирует срочный запуск в дело новой продукции? До момента предутреннего нападения успел завершить проект транспорта для авторитета Миста, сделав все необходимые образцы отдельных деталей и общий сборочный чертёж.

На большой скорости легко думалось. Показавшаяся на первой взгляд очень глупой мысль сорваться в новый неизвестный бой за чужую жизнь, практически без всякой подготовки, теперь уже так скверно не выглядела. Независимо от того, как у нас сложатся отношения с Этаном, нужно обязательно пройтись по всей цепочке недоброжелателей, постаравшись добраться до настоящего главаря. Уж очень хорошо тот информирован обо всех наших слабостях. Иначе неожиданные нападения в самое чувствительное место и самое неудобное время обязательно повторятся. Уже эта единичная акция оказалась близка к успеху, даже не хочется представлять, какими могут оказаться последующие. Больно хитрые ребята работают, свои руки марать явно не хотят, пытаются действовать чужими, причём подбирая весьма сильных исполнителей. Это станет настоящей проблемой, когда те поймут всю бесперспективность попыток устранения одного меня, и перейдёт на действия против моих людей. Потому‑то и следует немедленно атаковать в ответ, пока враги не подготовили нам особенно «тёплой встречи». Хотя они‑то как раз её и подготовили, только не для меня, а для моего несостоявшегося убийцы. Сомневаюсь в их страстном желании дождаться от него справедливой мести за такую подставу. Тот магией почти не владеет, только скоростью и силой, на этом и построен их расчет. По крайней мере, сейчас именно так думается, а как получится в реальности — совсем скоро увидим.


Дорога сделала очередной поворот, снова резко меняя своё направление. Две дороги, выходящие из города Юмаю в глубину Смертных Земель, сначала далеко расходятся в разные стороны, почти прижимаясь к предгорьям, а затем идут параллельно, обходя огромную центральную заболоченную территорию горной долины с разных сторон. В одном месте, примерно в двухстах километрах пути от нашего города, эти дороги снова сближаются. Между ними имеется даже короткая соединительная перемычка, проходящая через разрушенный мост, некогда перекинутый над широкой, но очень мелкой рекой, вытекающей из болот и текущей дальше вдоль долины к морю мимо всех городов исчезнувших алхимиков. Пытаться лезть в реку — не самый лучший метод самоубийства, так как она протекает через весьма скверные места и хорошо засеяна действующими ловушками. Потому‑то королевские армии во время войны с алхимиками даже не решились использовать её как транспортную артерию при всём её кажущемся удобстве.

До нужного участка леса проще и быстрее, если прикинуть расстояние, добираться по северной дороге. Однако тамошний путь проходил бывший Искательский Посёлок, где не действует магия, а за ним отравленные мёртвые овраги. Объезжать все эти препятствия по лесам слишком сложно и долго. Плюс где‑то там вполне могут прятаться наблюдатели наших потенциальных противников, контролирующих основные проходы от города в глубину Смертных Земель. С моим скоростным транспортным средством легко сделать лишний крюк по хорошим дорогам примерно в три сотни километров, и зайти в нужное место совсем с другой стороны. Вот показалось самое сложное место — разрушенный мост. Вокруг плотно расставлены ловушки алхимиков, но они даже не всегда успевают срабатывать при нашей скорости, а когда срабатывают — не успевают достать. Амулетная конструкция, вобрав энергию из накопителей, мягко толкает нас вверх, мотоцикл плавно взмывает в воздух, перелетая две сотни метров над тёмными водными потоками, и опускается на дорогу уже с другой стороны, даже не снижая своей скорости. Пассажир сзади, похоже, даже позабыл, как нужно дышать. Впрочем, теперь долго лететь по дорогам уже не придётся. Впереди виднелись высокие шпили домов первого города алхимиков, засеянного ловушками, нам туда не надо, по самому краю леса съезжаем на боковую дорогу, ведущую к горам. Тут уже сильно не разгонишься, дорога сильно пострадала за прошедшее время, разогнаться можно только по обочинам, если наплевать на прячущиеся там многочисленные ловушки. Время неумолимо толкало в спину, потому пришлось рискнуть, понадеявшись на свой щит силы. Вскоре пришлось и вовсе сворачивать в лес, в нужную нам сторону каких‑либо дорог не вело. Даже тропинок никто не удосужился протоптать, основные маршруты искателей проходили немного в другой стороне.

Только к самому вечеру мы вышли к месту предполагаемых поисков, соблюдая все необходимые меры магической маскировки. Опять нашлась работа для амулета–обманщика. Если кто‑то заметит нас взглядом силы, то увидит обычную волчью стаю. Волки тут частые гости, потому особого беспокойства у наблюдателей их появление вызвать не должно. И действительно, в какой‑то момент по нам скользнуло чьё‑то внимание. Слабое, и достаточно далёкое. Мне не удалось отследить даже примерного направления, откуда оно пришло. Я был не очень хорошим следопытом, прямо скажу — совеем никаким, но имел несколько собственных козырей. Дойдя до места, где был захвачен послушник Этана Маста, стал по очереди вступать в чувственный контакт с отдельными деревьями. Поначалу это совсем ничего не давало, но потом случайно удалось получить сведения о замеченных старым высоким деревом тёплых существах, прошедших мимо него. Переданный им размытый образ стал своеобразным ключиком к опросу других «зелёных свидетелей». Пусть лесные тати и тщательно заметали все следы, но деревья сумели их хорошо запомнить. Двигаясь от одного дерева к другому, мне постепенно удалось распутать все их хитрые петли, и определить примерное направление к главному логову. Вот только удача сегодня оставила нас. Несколько дней подряд стояла жаркая сухая погода, и волна дикой силы не заставила себя долго ждать, ударив по окрестным лесам в полную силу. Ни мне, ни Этану она не причинила вреда. Только после её окончания деревья утратили память, выбросив из неё всё связанное с какими‑то случайными людишками. Оставалось лишь держать найденное направление, надеясь на удачу, ориентируясь в ночной темноте практически на ощупь. Активный взгляд силы мог выдать врагам наше местонахождение, и «зверская маскировка» вполне могла дать сбой, если окажемся слишком близко к ним.

Только для кого‑то эта маскировка оказалась самой настоящей «красной тряпкой» для разъярённого быка. Выскочивший откуда‑то стремительный вихрь едва не сбил с ног, в самый последний момент сработало чувство опасности, заставившее резко прыгнуть вперёд. Переворот, толчок ногами, снова прыжок, и кого мы тут перед собой видим? Ну, здравствуй, морда полосатая!

— Зачем друг натянул на себя чужую шкуру? — примерно так удалось перевести тигриную мысль на человеческий язык.

— Прячемся, — передал ему зрительный образ колыхнувшихся кустов, скрывающих за собой полосатую шкуру.

— Бежите или догоняете? — вернулось в ответ.

— Ищем, — передал умному зверю образ, полученный от деревьев.

В ответ пришла куча самых неприятных переживаний. Данная человеческая компания вызывала у тигра только неприятные переживания, особенно в связи с их неоднократными попытками заполучить его шкуру.

— Знаешь, где они прячутся? — сформулировал свой вопрос в доступных зверю образах.

— Плохое место, — передал он свои чувства, — опасно.

— У нас тоже есть крепкие зубы, — злорадно хмыкнул в ответ, посмотрев в сторону неподвижно стоящего Маста, пребывающего под большим впечатлением от всего увиденного.

В отличие от меня, у него прекрасное ночное зрение, причём без всяких эликсиров. И ему очень сложно понять, что делают тигр и человек, неподвижно стоящие несколько минут нос к носу. Возможно, он бы и бросился мне на помощь, но помешал мотоцикл, который тот тащил сейчас на себе.

Зверь показал путь к месту, где следует искать наших врагов, которое находилось сильно в стороне от нашего нынешнего маршрута. Если бы не его помощь, пришлось бы долго плутать в бесплодных поисках. И людей там хватало, не менее дюжины человек. Кое‑как удалось уговорить полосатого хищника устроить совместную охоту, где ему предстоит выполнить роль живца. Та странная компания, недавно устроившись на его личной территории, несколько раз пыталась изловить хозяина, и даже почти достигала успеха. После пары болезненных столкновений, тигр тех людей серьёзно опасался и тщательно выслеживал, желая прихватить случайно отставших от основного коллектива. Однако удача ему пока не улыбалась, ибо «ребятки» оказались весьма опытными и слабины не допускали. А когда замечали полосатого хищника, всегда атаковали с помощью магии и арбалетов.


Под утро вышли к вражескому логову. Ничем примечательным место не выделялось. Лес как лес, маленький родник, бьющий из‑под корней небольшой ели, полян нет, но именно откуда‑то отсюда времени от времени выскакивает чей‑то взгляд силы. Мы подобрались достаточно близко, Этан Маст прикрылся моей сетью, я стал невидимкой, и только тигр прохаживается туда–сюда, ожидая, когда его благополучно заметят. Вражеские маги–наблюдатели оказались опытными, и долго ждать их реакции не пришлось. Откуда‑то незаметно появилась пятёрка бойцов вместе с двумя магами, и сразу же попытались взять в кольцо полосатого хищника, загнав его под дружный залп ещё четверых стрелков, засевших в очень удобном месте над текущим лесным ручейком. И всё бы у них получилось, если бы не моё вмешательство. Сидевшая в засаде четвёрка мгновенно оказалась парализованной. Надо было бы вам иногда назад посматривать, голубчики, хотя всё равно б не заметили. С загонщиками пришлось возиться немного дольше, отлавливая и парализуя их по одному, чтобы случайно не вспугнуть оставшихся, а также сидящих в подземном схроне. Обнаружив хорошо замаскированный вход под корнями большого клёна, юркнул туда, благо никакой амулетной защиты там не ощущалось. Громко щёлкает медвежий капкан, едва не ухвативший мою ногу — ему это не позволил щит силы, рядом бесполезно срабатывает ещё один, не сумев задержать мой стремительный порыв. Проскакиваю вглубь, полностью разряжая накопитель парализующего амулета по двум попавшимся в подземном помещении людям. Ещё один успевает выстрелить из арбалета, выпустив сразу два болта, ухожу в сторону, врезая ему кулаком в лоб. Осматриваю остальное подземелье взглядом силы, всё, больше никого рядом не чувствуется, ни живых ни мёртвых.


— Так, и кого это я тут вижу? — мой вопрос адресуется щуплому мужичку, с которым прежде уже приходилось пересекаться.

Захваченные нами люди оказались искателями. Здесь присутствовала практически вся компания, некогда продавшая мне железо и переносные печи, но попалось и несколько новых лиц. Прежде чем привести это воинство в сознание, мы связали всех бойцов друг с другом, отобрав у них оружие, а магов накрыли сетью, предварительно освободив от лишних амулетов. Послушника Маста здесь найти не удалось, зато обнаружили настоящий искательский склад, старательно наполняемый ими явно не первый год. Одного оружия тут на двадцать телег наберётся, правда, по большей части всё простое, зато промышленные амулеты из мастерских алхимиков серьёзно заинтересовали меня.

Щуплый мужичок, к которому обратился с вопросом, пристально смотрел сейчас не на меня, а на моих спутников. Вид спокойно прохаживающегося за моей спиной тигра крепко притягивал его взгляд. Пришлось сесть перед ним на корточки и повторить свой вопрос, одновременно осмотрев остальных пленников. Только вопрос был несколько другой:

— Подскажите, любезные искатели, кому мне вас сейчас лучше всего отдать на растерзание, человеку или зверю? А может разделить по–братски, половину одному, половину другому?

— Мы имеем небольшой долг слова по отношению лично к тебе, авторитет Вит…, — заговорил внимательно рассматривавший меня искатель весьма колоритного вида.

Рост метра два, ширина — полтора, чёрная густая борода до пояса, сжатые кулаки чуть меньше моей головы, бугры мышц на голых руках. Не хотелось бы с таким здоровяком физической силой помериться.

— … но сложно понять твои нынешние чрезмерные претензии в наш адрес, — более нагло заключил он.

Несмотря на своё незавидное положение пленников, сам факт временного оставления всей компании в числе живых позволял ему на что‑то надеяться. Или просто считает наглость вторым счастьем.

— Претензии говоришь? — подвинулся ближе к нему. — Со зверем ладно, вы могли не знать о моём личном покровительстве, пока прощаю, но ваше недавнее участие в силовом захвате одного молодого человека, повлекло покушение на мою жизнь. А вот за это вам придётся строго ответить, и я ещё не выбрал вашу судьбу!

— У нас не было выбора, — подал голос тот самый щуплый мужичок. — Четверо из нашего отряда попали разбойникам в плен, а для выкупа не хватало денег. Только потому мы и взялись за эту работу, так как разбойники предлагали обменять одного нужного им человека на четверых наших, причём требовали лишь помочь им его найти, а потом доставить до места, прикрыв тыл, сами мы его не хватали. И пусть огонь силы подтвердит мои слова! — твёрдо сказал в конце слова огненный клятвы.

Призрачный огонь наглядно подтвердил его честность передо мной. Оправдание выглядело вполне логичным, хотя и не совсем достаточным, чтобы полностью удовлетворить моё уязвлённое чувство справедливости. Но сложив вместе все известные факты, касающиеся последнего нападения, всё больше проникаюсь уважением к его организатору. Тот везде действовал чужими руками, устраивал с одной стороны, обрезание некоторых концов, а с другой — явно наводил возможное расследование на ложный след. Теперь серьёзно сомневаюсь, что за всем этим стоит именно авторитет Хог, хотя Маст полностью уверен именно в этом, опознав кого‑то из его людей. Как бы он действовал после удачного нападения на меня? Скорее всего, попытался бы найти тех, кто вынудил его пойти против очевидной справедливости. Этих бы искателей он точно нашел, превратив в кровавый фарш, а потом стал бы доставлять всяческие неприятности тому самому авторитету Хогу. А настоящий заказчик покушения всё это время довольно потирал бы руки, наблюдая за чужой бойней со стороны, которую он так хитро развязал. И как бы сам поступил на месте искателей, оказавшись в подобной ситуации? Обменял бы четверых своих на одного чужого? А ведь запросто мог бы. Только вот просто так отпускать этих «ребят» теперь нельзя.

— Даже если всё именно так, как ты говоришь, в чём не приходится сомневаться, — говорил сложные вещи, отодвинувшись от искателей подальше, дабы им всем меня проще было видеть, — остаётся найти способ выдернуть вас из Бездны, куда вы по своей глупости попали. Думали, раз дело удачно обернулось, своих людей вернули, то больше никаких претензий к вам ни у кого нет?

Видя явное отсутствие понимания на их лицах, добавил:

— Вы хоть сами знаете, кого помогли похитить?

— Нет, — помотал головой щуплый мужичок.

— Молодого послушника настоящего «Воина Справедливости», — сказал как бы нехотя, отвернув голову в сторону своих спутников. — Догадайтесь, какое наказание вас ожидает за это дело? — снова сурово глянул на притихших мужиков.

Сразу до всех искателей суть моих слов не дошла, большинство из них просто не знали о каких‑то там «Воинах Справедливости». Дал им время на перешептывание, дабы знающие сами просветили остальных, и позволили понять, куда удалось вляпаться.

— Только моё желание разобраться удерживает всех вас ещё по эту сторону Бездны, — добавил чуть погодя, заметив, что клиенты окончательно дозрели и явно перепугались.

— Если ты до сих пор нас не убил, следовательно, имеешь на наш счёт какие‑то планы, — снова подал голос могучий здоровяк.

— Так и есть, — улыбнулся ему в ответ. — Раз сумели помочь разбойникам захватить парня — значит, можете помочь нам освободить его, — предложил им свой план возможного спасения. — Но только и этого вам не хватит, чтобы остаться в живых, так как вы уже слишком многое знаете, чего вам знать совершенно не полагается.

Если немного подумать, как поступят те «бандиты», узнав о крахе своих планов — правильно, постараются «зачистить концы», устранив всех свидетелей. Эта искательская компания самая первая на очереди.

Худо–бедно, но с мужиками удалось полюбовно договориться. Мои аргументы далеко не сразу доходили до их скудного ума, благо среди них нашлась троица действительно понимающих, которых сразу взял себе на заметку. Те‑то и уломали остальных добровольно поступить ко мне на службу, принеся огненную клятву верности. Пока на год, а дальше видно будет. По–другому давать им какую‑либо защиту не собирался, только взаимная ответственность могла хоть что‑то гарантировать. В дополнение вся их здешняя добыча переходила в мою собственность с условием доставки до города силами этих мужиков. Как это ни странно, особых возражений не последовало, впрочем, особой ценностью хранящееся добро совсем не являлось. Оружие сейчас сильно упало в цене, а на производственные амулеты трудно найти покупателя, готового платить реальную цену. Со своей стороны предложил стандартное жалование наёмников — шесть золотых в год, пообещав задействовать исключительно по искательской части и обеспечить постоянным жильём в городе. Ну и защиту со стороны авторитета, естественно, ради чего весь этот долгий разговор и начинался. Вполне нормальные условия, хотя не всем искателям они сразу пришлись по душе, впрочем, самые умные из них как раз были довольны, предполагая скорый карьерный рост и интересную работу. Пора было создавать свою собственную искательскую группу, в задачу которой встанет подготовка дальних походов к столице алхимиков. Эти мужики уже дважды приятно удивили меня, первый раз доставив большую и тяжелую катушку ценной проволоки в город, а теперь и своей капитальной подземной базой, оказавшейся в этих местах далеко не единственной.

Где сейчас находится схваченный «бандитами» парень, искатели не знали, но могли показать место, где его стоит поискать. Только сами туда они не полезут, так как оно располагалось в самом центре города алхимиков. Нанявшие их люди знали тайную тропу через многочисленные ловушки, потому‑то и могли укрываться там, практически никого из людей не опасаясь.


Как бы мы не торопились, но, похоже, опоздали. Не только у собак имеется хороший нюх, тигры им совсем не уступают. Вот и мой полосатый друг сразу сказал весьма специфическими образами примерно следующее — плохая двуногая еда совсем недавно ушла из города по дороге в сторону человеческих городов. Однако прежде чем кидаться за ними в погоню, стоило проверить место их временного обитания. Пройти по «тайной тропе» для меня лично сложностей не доставляло. Амулет Искательского Братства позволял точно определять дистанцию до опасности. Нужно было лишь знать — где начинается тропа и примерное направление, куда она должна вывести, дабы не заплутать в крупном городе, почти в два раза превосходящего размером Юмаю, хотя и уступающему ему по количеству строений. Плотность застройки тут была мала. Каждый отдельный дом окружался большим садом, и только в самом центре виднелись стоящие плотно друг к другу высокие здания. И практически везде ощущались активные ловушки. Чуть ли не по паре штук на квадратный метр, и только явно специально оставленная хитро петляющая тропинка позволяла нам пробираться вглубь. Город выглядел так, как будто его покинули только вчера. В окнах домов блестели целые стёкла, железные крыши отливали тёмно зелёной краской, и только разросшиеся кусты и деревья говорили о долгом отсутствии человеческого пригляда. Пара домов на окраине явно подверглись разграблению, зияя провалами выбитых окон и выделяясь следами пожара. Похоже, это произошло ещё в саму войну, но далеко захватчики не пошли, убедившись в полном отсутствии жителей и не желая напрасно гибнуть на многочисленных ловушках. В нескольких местах заметил небольшие кучки металла, оставшегося от людей, захотевших добраться до чужих богатств, всё остальное растащили дикие звери. Для них ловушки алхимиков не опасны, а потому они шастают тут не хуже, чем в лесу. Вот и наш сопровождающий тигр вернулся обратно, поведав об обнаружении впереди кого‑то живого. Совсем свежей кровью из норы пахнет, — передал он мне картинку входа в подвал вместе с набором характерных для обитаемого человеческого логова запахов, на фоне которых выделялся след свежей крови. Больше не стоило терять времени на распутывание петель тропы, взобрались с Мастом на мотоцикл и рванули напрямик. Щит силы амулетной конструкции принял на себя пять очень мощных ударов, пока нам удалось разогнаться. Ещё два удара при торможении практически опустошили её накопители. Быстро зарядиться можно от печи мотоцикла, забирая часть мощности турбины, подключив к ней провода, но пока не до того. Быстро ныряем в тёмный подвал, откуда тянет человеческим запахом. Едва удалось удержать Этана, когда перед нами открылась страшная картина. Посреди большого зала стояла вертикально каменная плита, на которой прямыми кинжалами было распято обнаженное тело юноши. Кровь тонкими струйками вытекала из многочисленных ран и растекалась по каменному полу, отражая мерцающие блики от гирлянды тускло светящихся шаров под потолочным сводом. Мой взгляд силы замечал в теле жертвы многочисленные насыщенные узлы жизненной силы, в которые и были воткнуты кинжалы. Сам юноша ещё не умер, но если из его ран не извлечь металл, то долго ему не протянуть. Сотворивший это кровавое непотребство слишком хорошо знал что делать. Опять пришлось придержать Маста, когда он хотел метнуться и немедленно освободить своего послушника. Подвальный зал оказался плотно заминирован накопителями от ловушек, привязанными линями подчинённых сил к жертвенной плите, и если вытащить хоть один кинжал из тела юноши — они немедленно взорвутся.

— Если они сработают, здание над нами обрушится, — показал своему спутнику на мины, качая головой. — Потерпи, пока их обезврежу.

Терпение давалось «дедушке» очень непросто. На его лбу каплями выступил пот, и от него исходили такие сильные волны ярости, которые пробирали даже на расстоянии, сильно мешая работать. Представляю, что бы произошло, появись он здесь один. Все ловушки в городе для него не препятствие, проскочил бы на сверхскорости, даже не заметив. А вот тут мышеловка бы громко захлопнулась, навсегда похоронив слишком шуструю мышку под многотонными каменными обломками. Мин собрал больше тридцати штук. Пригодился опыт работы с амулетами из ловушек, немного аккуратности и никаких проблем. Походную сумку оттягивали ценные накопители, которых не пожалели наши неизвестные враги, дабы попытаться обрезать за собой последние концы. Едва подал знак готовности, Маст стремительно бросился спасать своего послушника. Тот подал первые признаки жизни, едва его тело избавилось от целой дюжины кинжалов, но до полного восстановления было ещё далеко.

— Ты сделал для меня гораздо больше, чем мог предполагать, — старый Этан, с трудом оторвавшись от только что задышавшего тела юноши, встал передо мной и низко поклонился, выражая свою признательность. — Сейчас нечем расплатиться с тобой, авторитет Вит, но я обязательно найду возможность отблагодарить. Извини, но мне придётся остаться тут, Дисис нуждается в моей помощи.

— Когда он поправится, сразу найдите меня в городе. И не пытайся кому‑либо мстить, пока не посоветуешься со мной, в этом деле далеко не всё очевидно, — предупредил его, собираясь покинуть подвал, пропахший человеческой кровью.

Судя по многочисленным чёрным пятнам запёкшейся крови на полу и стенах, здесь далеко не одного человека жестоко умертвили в последние годы. Оставив Этану все запасы провизии и воды, которые имелись в сумках мотоцикла, мысленно позвал гулявшего в округе тигра и рванул прочь из города, резко набирая максимальную скорость. Ещё имелась некоторая возможность настигнуть недавно удравших отсюда злодеев.


Тигр уверенно обнаруживал свежий след беглецов, впрочем, пока они не сворачивали с дороги. Наша скорость заметно превосходила человеческий бег, потому‑то никаких сомнений в возможности их догнать не возникало. Но фору мы дали неизвестным врагам изрядную. Только через три часа их путь свернул в сторону леса на зарастающую кустами боковую дорогу. Если бы не каменные плиты, изрядно разошедшиеся на стыках, лес бы давно полностью поглотил человеческую тропу. Пробираться стало труднее, но теперь не приходилось искать след — старая дорога сама вела нас к очередному бандитскому логову. Далеко те забрались, прошел ещё час, прежде чем мой взгляд силы обнаружил остатки каких‑то строений впереди по курсу движения. Дальше мы с тигром разделились. Он выдвигался вперёд, и будет вести наблюдение, чтобы никто случайно не сбежал, а мне требовалось подкрасться незаметно, дабы попытаться застать тамошних обитателей врасплох. Однако все мои старания оказались совершенно напрасны, ещё на дальних подходах проскочил контур сигнальной сети силы, едва отметив его срабатывание. Дальше прятаться не имело никакого смысла, рванул со всей скорости, которую только позволяла выжать старая дорога. Как оказалось, меня ждали и не ждали одновременно. Отследил резкое колебание температуры воздуха по курсу своего движения, едва не влетев в вымороженный пузырь с космическим холодом, почему‑то остающийся совершенно стабильным весьма долгое время и быстро двигавшийся мне навстречу. Затем с большим трудом увернулся ещё от двух таких «подарков», двигавшихся заметно быстрее. Пришлось бросать мотоцикл и прыжком взлетать в воздух, дабы упасть сверху невидимкой на головы атакующих магов. Их было всего двое, но они всё же успели адекватно среагировать на приближающуюся опасность, даже не видя её. Два мощнейших разрывающих разряда щит силы амулетной конструкции выдержал с большим трудом, мгновенно высосав весь заряд из шести почти полных накопителей. Потеряв точку опоры, резко рухнул вниз, успевая всадить два парализующих удара в головы своих противников. Вот только они на них почти не подействовали, разве только чуть–чуть притормозили. Но и этих мгновений хватило для того, чтобы вскочить на ноги и стремительно бросится к ним, выхватывая одновременно меч и амулет воздушного кулака. Воздушный таран сносит груду камней, откуда опять вылетает «пузырь холода», стремительно раздуваясь прямо на глазах. Бросок вбок, левую руку, зацепившую пузырь, резко обжигает и мгновенно сковывает лёд, накопленная жизненная сила через секунду восстанавливает повреждения, но амулет выпадает из ослабевших на краткое мгновение пальцев, а ко мне летит очередная морозилка. Подныриваю под неё, пока она не успевает полностью раздуться, врываюсь внутрь хлипкого строения. Врагов сразу не видно, но они тут, меч древних дарует своё призрачное видение, внутри всё на секунду успокаивается, уступая место боевой концентрации всех чувств. Тут же сигнал смертельной опасности заставляет вложить все собранные силы в один единственный бросок прямо сквозь каменную стену, проламывая собственной головой старую кладку. Опять сзади быстро надувается холодный пузырь, в который едва–едва не угодил. Собственный щит силы не позволил пораскинуть мозгами при пробитии оказавшейся весьма прочной каменной стены, но повторить подобный подвиг удастся теперь нескоро, запас везения и жизненной силы, похоже, подошел к концу. Однако и врагов рядом больше нет, своим последним действием маги превратили самих себя в замороженные сосульки. Надо же, какая мощь, ещё чуть–чуть и им вполне бы удалось завалить меня, пусть и ценой собственной жизни. И это несмотря на всю мою сверхскорость движений. Крепкие ребятки оказались.

Подождав, пока полностью промороженное помещение чуть–чуть проветрится, заполнившись тёплым воздухом, пошел смотреть, у кого так нелепо выиграл жизнь. Одеты как обычные искатели, на шеях сосулек с виду самые обычные искательские медальоны. На руках ничего нет, ни перстней, ни браслетов, карманы пустые, рядом валяется пара каких‑то неизвестных вытянутых амулетов совершенно непонятной конструкции. Изделья древних — это можно сказать совершенно точно. Только откуда взялась такая мощь — совершенно непонятно, своих же накопителей в них нет. Ага, нашел, где секрет прячется! На поясах замёрзших магов тоже имеется некие амулетные конструкции сразу с дюжиной накопителей от ловушек алхимиков на каждой, и переплетением толстых золотых проводов общим весом килограмма в два, подходящих к одному плоскому круглому центральному амулету со всех сторон. Если немного подумать головой — выходит кто‑то придумал прямой преобразователь электричества в форму энергии, доступную для использования магами, как обычное тепло. Придётся и с этой бедой теперь разбираться. Всего один такой «холодный пузырь» может целый отряд опытных бойцов заморозить. Да и магам никакая защита из щитов силы не поможет.

Порывшись в мёрзлых руинах, нашел и пару маленьких заплечных мешков, показавшихся неожиданно тяжелыми. Фляжки с эликсирами, кожаные кошели с деньгами, ого, да тут почти пара тысяч золотых, если судить по общему весу. Ещё мешки с серебром. Сублимированная еда, фляги с водой, и на этом всё, никаких следов и особых выделяющихся предметов. Мерзляки тоже вряд ли теперь смогут заговорить. Остаются только искательские амулеты, да некоторые другие вещи, по которым можно попытаться опознать эту группу и выйти на её руководство. Присутствие огромной суммы денег и не менее ценных амулетов наглядно показывает всю её серьёзность, здесь такое мало кто может себе позволить даже из авторитетов.

— Отсюда кто‑то совсем недавно на большой хорошей еде ушел, — подал свой мысленный голос тигр, наконец‑то подобравшийся ближе к развалинам. — Нужно поспешить, иначе уйдут.

Уже и сам пару раз отметил вокруг развалин свежие следы подкованных конских копыт, мысль тигра только подтверждает собственные наблюдения. Подобрав всё ценное, и разбив человеческие сосульки на отдельные фрагменты, просто на всякий случай, отправился подбирать свой мотоцикл, валяющийся в кустах. Повезло — холодом его не зацепило в отличие от множества совершенно вымерзших кустов и покрытых инеем деревьев, которым не помогла вся их накопленная сила. Потревоженный лес ощутимо волновался, чётко читалось его сильное недовольство гибелью нескольких своих жителей. Хорошо хоть это недовольство сейчас в мою сторону не направлено, видимо, погибшие деревья не смогли вовремя понять, откуда пришел смертоносный удар, так резок он для них оказался.


Снова мы догоняем по лесам неизвестных врагов, крепко вцепившись в их чуткий след. Сев на заранее приготовленных лошадей они заметно увеличили свою скорость, и догнать их стало существенно сложнее. Лошади существа не такие уж и выносливые, долго поддерживать хороший темп не могут, однако специальные эликсиры повышения выносливости существуют и для них. Тигр сильно устал, пришлось и его поить человеческими эликсирами, с большим трудом объяснив их необходимость и надеясь на какой‑то действенный эффект. Иначе я один быстро потеряю след, пока так и не сумев зацепиться за преследуемую компанию своим дальним взглядом силы. И всё же мы их постепенно настигали, «след посвежел» — воодушевленно поделился радостью полосатый хищник, у которого от действия моих эликсиров открылось второе дыхание. Топливо в баке мотоцикла постепенно подходило к концу, и вскоре останется только электрический запас. Благодаря снятым минам и трофейным амулетным конструкциям, его должно хватить добраться до Чёрного Перевала и вернуться в город. И, судя по всему, наши противники именно к Перевалу и идут, обходя города и основные дороги по широкой дуге, постепенно всё ближе прижимаясь к предгорьям. Топливо закончилось, пришлось сделать остановку, произведя спешные монтажные работы. Лишнего сверхпроводящего провода было мало, пришлось сплести скрутку из золотых проводов, перевязав всё синей изолентой из моих старых запасов.

Вскоре след наших противников вышел на открытое пространство предгорий, где те увеличили скорость, подстегнув своих скакунов. Зря они это сделали, на самом пределе дальности своего магического радара удалось их зацепить. Дав тигру команду догонять по возможности и подходить, соблюдая повышенную осторожность, резко выкручиваю ручку газа, рассекая передним колесом высокие травы. Заметившим моё приближение беглецам бы уйти в лес, где ещё можно попытаться затеряться, особенно, если разделиться, но они наоборот, дружно свернули в горную расщелину, полностью исчезнув из моего восприятия, хотя до них оставалось уже не больше пары километров. То ли применили магическую маскировку, то ли спрятались в какой‑то пещере. Лезть в узкую расщелину без предварительной разведки и подобающей подготовки крайне глупо. Почти сразу удалось отметить активное действие магической сигнализации и обнаружить несколько скрытых в земле боевых амулетов. Со всем подобным уже хорошо знаком по устройству защитной системы собственного особняка. Похоже, где‑то тут спряталась вражеская тайная база, взять которую с наскока вряд ли получится. Нужно вызывать своих людей и устраивать полноценную осаду, а затем штурм. Только не стоит считать нынешних противников полными идиотами. Наверняка у их базы далеко не один–единственный выход. И пока мы будем ломиться через парадный вход, они преспокойно улизнут через заднюю дверь.

Солнце уже давно закатилось за горизонт, а мы с тигром тщательно обследовали все ближайшие подступы к опасной расщелине. Его нюх оказался выше всяческих похвал, и наше старание принесло свои плоды, по крайней мере, отыскали пару троп, по которым не так давно ходили люди. И тропы эти вели совсем не к тому входу, который нам был уже известен. Не остановившись на достигнутом, стали искать дальше, сдвигаясь ближе к Чёрному Перевалу. Судя по моему внутреннему пространственному представлению, до него тут оставалось всего‑то километров десять–пятнадцать. Огромное по местным меркам расстояние от первого города алхимиков до самого входа в Смертные Земли мы преодолели всего за один день. Мне‑то проще, колёсный транспорт позволял экономить собственные силы, а каково моему полосатому другу? Пройдёт ещё немного времени, и эликсиры совсем перестанут на него позитивно действовать. Но пока он всё ещё держится исключительно на одном охотничьем азарте, почувствовав близость желанной добычи.

Наш неспешный ночной поиск совершенно неожиданно увенчался успехом, едва мы подошли к следующей горной расщелине. Оттуда прямо на наших глазах галопом выскочила троица всадников — тех самых, за которыми мы так долго сегодня гонялись. Они, видимо, очень сильно торопились, потому временно утратили осторожность, забыв тщательно осмотреть окрестности взглядом силы, иначе бы не попали в весьма неудобное положение. Назад путь им отрезан, до леса здесь далеко и по открытому пространству, где им не удастся от меня оторваться. Остаётся только принять бой, рассчитывая на своё численное преимущество трое против одного, не считать же полосатого зверя за лишнего противника? Только времени на размышления и подготовку давать им категорически не желал, один мощный воздушный таран, ударивший с весьма близкого расстояния, легко свалил и коней и их седоков. Почти не пострадавшие седоки вскакивают с земли, отскакивая подальше от бьющихся в агонии лошадей, сразу же сбиваются в кучу, выставляя вокруг себя единую большую сферу ярко светящегося в темноте щита силы, и собираясь достойно встретить совсем обнаглевшего противника дружным залпом боевой магии. Стремительный бросок вперёд, парализующий амулет приходит в действие, двое противников оседают на землю, вот только захватить живьём никого не удаётся. Оставшийся на ногах враг, явно осознав всю бесперспективность дальнейшего противостояния, резко вспыхивает изнутри ярким пламенем, которое стекает с него вниз на парализованных соратников. Щит силы мигнул и погас, оставляя мне в качестве добычи только смрадную вонь и три кучки горячего пепла, оставшегося от сгоревших людей. Преодолевая накатившую брезгливость, ворошу вражеские останки, выискивая хоть что‑то сохранившееся среди них. Перстень–амулет дальней связи, высокая температура на нём совсем не сказалась, ещё какой‑то непонятный перстень, оплавленные боевые амулеты, сделанные из ловушек алхимиков. Повезло — накопители не взорвались, иначе тут вообще не в чем копаться было. Ага, главный амулет–ключ, к сожалению, закрыт доступ, но с ним можно разобраться на досуге. Искательские знаки, полностью уцелели, только цепочки расплавились. Никаких сложных амулетных конструкций и всего подобного. Обгоревшие кошели с деньгами, неполная дюжина золотых и серебро. Негусто. Вроде бы всё, мелочь в виде кинжалов и обычных коротких мечей совершенно неинтересна.

В сёдельных сумках лошадей вообще ничего ценного не нашлось, ни денег, ни оружия. Только новые лесные комплекты одежды охотников за головами на полтора десятка человек могли навести на некоторое размышление, хотя всё равно не годились для возникновения каких‑либо однозначных выводов. Приходится с сожалением констатировать — в последнем походе я потерпел полное фиаско. Да, взяты ценные трофеи, и могут появиться ещё, к примеру, та тайная база в горах обязательно будет захвачена и тщательно обследована, но главная цель — узнать, кто хотел моей смерти и разыграл столь сложную комбинацию, пока не удалось. Теперь стоит непременно ждать его следующего удара, и надеяться на своих людей. Собственных сил уже может явно не хватить.

Вот кто был действительно полностью доволен финалом долгой погони — так это полосатый хищник. Лошади при падении переломали себе ноги, и теперь становились его законной добычей, «хорошая еда» — от его радостных мысленных образов и мой рот сразу же наполнился слюной. Тут мы с ним опять временно расстанемся, ибо куда‑либо идти, не сожрав всё мясо, он категорически отказывался. Наверняка здесь скоро объявятся новые гости — найдётся, кому присмотреть за ними. Передал ему своё желание заполучить кого‑либо из случайных посетителей сих мест исключительно живьём. То есть руки с ногами у них можно смело откусывать, лишь бы голова на месте оставалась. Мне же пора двигаться к городу, чувствую, там набралось множество важных дел, требующих моего непосредственного участия.


## Смертные земли, город Юмаю.


— Поторопись, мне одной сложно держать всех наших поваров, иначе не знаю, чем они нас ещё смогут удивить. Второй день не сплю, свалюсь скоро, — ответила рация голосом Марины, когда связался с ней, будучи ещё за пределами города.

— Потерпи ещё один час, иду подземным ходом, — ответил ей, отстёгивая у мотоцикла переднее колесо, стоя перед узким лазом.

Самые нехорошие предчувствия, имеют склонность сбываться первыми. Ещё в первый день моего отбытия из города произошел серьёзный инцидент. Наш шеф–повар и двое его помощников из кухонной команды под охраной четверых дружинников и одного мага вышли в город для закупки свежих продуктов, как обычно они поступали почти каждый день, после поступления ко мне на службу. И почему‑то именно на них решила напасть хорошо подготовленная группа бандитов числом не менее полутора дюжин. Странное нападение, денег‑то у них при себе и одного целого золотого бы не набралось. Теперь‑то для меня совершенно очевидно — это была явная «проверка на вшивость» для всей моей команды от тех же самых сил, которые организовали последнее покушение. По логике вещей, бандитам требовалось быстро перебить часть моих людей, дабы проверить реакцию остальных, пока «главное действующее лицо» временно недееспособно. Только у бандитов почти ничего не вышло. Поначалу им действительно способствовал успех, дружный арбалетный залп вывел из стоя двоих дружинников и ранил мага. Затем городские разбойники ринулись в дружную атаку, обнажив клинки. И тут‑то наши «повара» показали своё истинное лицо, за какие‑то секунды, прикончив всех нападавших боевой магией, не оставив даже подранков для последующего допроса. Пострадавших дружинников и мага не успели довезти до особняка живыми, арбалетные болты напавших оказались отравлены. Однако целитель Осус не зря называется Повелителем плоти, он сумел сначала едва–едва оживить погибших, а затем, совместно с зельеваром Актиусом, окончательно разобраться с ядом. В общем, невозвратных потерь среди наших людей не было, только вот кое‑кто в лице капитана Тука решил сразу же выяснить, откуда у «поваров» такие странные способности, попытавшись сначала запереть их на кухне с помощью своих гвардейцев и привлечённых к делу уже почти восстановившихся магов из Искательского Посёлка. «Повара», вовремя почувствовав «запах жареного», крепко забаррикадировались, пользуясь энергией кухонной печи для отражения атак, иногда контратакуя в ответ. Началось ползучее магическое противостояние, в котором ни одна из групп никак не могла взять верх над другой. Хорошо хоть половину особняка не разнесли, хотя мелкий косметический ремонт первого этажа явно потребуется. Потом в противостояние вступила потревоженная Марина, быстро задавив всю кухонную команду, но, следуя моим инструкциям, не до самой смерти, благо уже научилась действовать тонко. И затем она терпеливо сторожила их, дожидаясь моего скорого возвращения, оказавшимся не таким уж и скорым. Других серьёзных неприятностей пока не произошло, кроме откровенного саботажа со стороны некоторых городских мастеров, занятых в тележном производстве, пожелавших отказаться от выполнения наших заказов, причём, не желая возвращать полученного аванса. Тем не менее, само производство худо–бедно продолжало выдавать до дюжины самодвижущихся телег в день, хотя могло бы и вдвое больше, если не было саботажа — именно столько могли произвести необходимых уникальных частей мои мастера.

— Настало время нам ещё раз познакомиться, — задал свой вопрос сразу всем присутствующим в тюремном подвале «поварам». — Почему‑то мне думается, у нас с вами могут найтись новые основания для взаимного интереса, — решил сразу настроиться на позитив, хотя ситуация пока к этому не сильно располагала.

Кухонная команда пребывала в сильно подавленном состоянии, слишком быстро проиграв магическое противоборство с Ведьмой, а проигрывать они явно не любили.

— Раньше меня некоторые звали Магистр сил Дан, — первым представился наш бывший шеф–повар. — Тайная сыскная служба Ордена Борцов со Скверной.

Всякого мог ожидать от этих странных людей, но суровая реальность превзошла все мыслимые ожидания. Это же какой должен быть уровень интриг, чтобы таких людей отправили сюда практически без какого‑либо конкретного задания, да ещё освободили от всех прежних обязательств? Складывалось твёрдое впечатление — их специально сюда заслали, дабы сохранить ценные кадры, когда в столице королевств в определённых кругах начнётся большая чистка. Серьёзный заговор там — зуб даю. Некоторые известия о тамошних событиях порой докатываются и до нас, вместе с новыми ссыльными. И если в столице начнётся какая‑то большая заварушка — сюда хлынет поток людей, живо подпитывая собой все здешние конфликты интересов, вот–вот готовых перейти в горячую фазу военных столкновений.

Несмотря на произошедшие внутренние разборки, покидать наш дружный коллектив кухонной команде совсем не хотелось. Магистр Дан честно поведал о своём задании, рассчитывая исключительно на мою веру, так как подтвердить огнём правду слов уже не мог. Даже дал ощупать выданный ему военный амулет дальней связи. Его основное задание пока никак не вступало в противоречия с моими интересами. Если его бывшее начальство — Дан намеренно выделил среди прочих слово «бывшее», хочет знать обо всём необычном, творящимся в сих краях — пусть узнают. Пока они напрямик не угрожают моей жизни и жизням моих людей, буду считать их потенциальными союзниками, так как с той стороны явно чувствуются недюжинный ум. Только требуется заранее знавать обо всём докладываемом наверх, о чём сразу же твёрдо заявил своим «поварам», выставляя главное условие возможного дальнейшего сотрудничества со своей стороны, как и, в первую очередь, узнавать обо всех приказах, спускаемых к ним сверху. Несмотря на неудачный опыт с предателем Питсом, пришлось договариваться исключительно на словах, хотя Магистр просветил меня на счёт более надёжных способов закрепления лояльности слуг к своему господину, помимо огненных клятв. Требовались «постельные служанки», с которыми пока совсем никак, оставалось только ждать. В конце долгого разговора мы заключили устный договор. По внешней форме пока всё остаётся как прежде, «повара» продолжают заниматься кухней, но параллельно с этим начинают выстраивать службу тайного получения информации, одним словом — организуют полноценную разведку. Когда вспомнил про недавнюю драку, повлёкшую их преждевременное разоблачение, получил заверения — чужих живых свидетелей не осталось, а «подсмотреть» со стороны тоже ни у кого не получилось, об этом своевременно позаботились. В результате вся слава победителей разбойников приписывается моим дружинникам и магам, а «повара» так и остаются в тени. Несмотря на всю шаткость и неуверенность заключённого договора, все стороны остались довольны. Даже все остальные обитатели особняка, которым два дня приходилось обходиться исключительно сухими пайками. И только капитан Тук выразил свои сомнения по поводу моего решения — оставить всё как было раньше. Капитан говорил со мной исключительно вежливо, без попыток повышения голоса и явного желания напрямую воспротивиться воле господина, но главный смысл его слов был легко понятен — «хозяин, ты сильно неправ!».

— Раз ты раньше занимался контрразведкой — то и дальше за ними следи, — кратко ответил на его длинный пассаж, в котором он завуалированным способом далеко не самым лучшим образом высказывался об умственных способностях своего господина в многочисленных сравнительных примерах с поступками великих людей этого мира, совершенно неизвестных мне.

Судя по его последующей активности, мои ответные слова тот принял к действительному исполнению, напрягая как некоторых своих гвардейцев, так и стоящих на моей службе магов, создавая ещё одно тайное подразделение внутреннего контроля. Так получалось даже лучше, когда одна спецслужба постоянно присматривает за другой, причём, не вмешиваясь в её основную работу.


— Это не наша работа, — сразу озадачил мастер Бокк, обследовавший добытые мной трофейные амулетные конструкции. — Работа самих алхимиков, её ни с чем другим не спутаешь, — заявил он, с заметным огнём исследовательского энтузиазма в своих глазах.

— Поясни, — своими словами он сильно меня заинтересовал.

— Достаточно взглянуть на силопроводы, — показал он рукой на разложенную по столу конструкцию. — Сам когда‑то брал именно такие в качестве основы для некоторых своих изделий. Только столько золота у меня никогда не было, да и не дали б его мне. Тут только на одни силопроводы семь сотен золотых надо истратить, если не больше. Затем внимательно осмотри сами накопители силы — они ведь совсем не из ловушек, хотя и выглядят точно также.

Действительно, при внешнем сходстве проникающий взгляд силы сразу находил заметные отличия. Шедшие на ловушки накопители можно сразу было назвать отбраковкой производства — браком, так как качество их изготовления не шло ни в сравнение с теми, которые лежали сейчас передо мной. Равномерность внутренних структур, плотность вязи ячеек подчинённой силы, всё явно показывало именно это. Да и электрическая емкость должна сильно различаться, чуть ли не на целый порядок. Посему выходило — ловушки алхимики действительно делали из брака, а настоящие накопители шли на более ценные изделия. Снятые мной мины тоже оказались полноценными накопителями, а не результатом потрошения вышедших из строя ловушек. Неизвестные враги явно откопали где‑то склад готовой продукции или накрыли брошенное производство алхимиков. Крамольной мысли о том — что это и были сами последние алхимики, даже допускать не хотел, хотя она явным образом напрашивалась в качестве самого простого вывода, легко объясняющего почти все замеченные нестыковки. Пожалуй, туда не вписывалось лишь совершенно глупое использование полноценных накопителей в качестве обычных мин.

Зато сама трофейная амулетная конструкция мне очень понравилось. Пользоваться ей оказалось совсем просто, главный круглый диск–преобразователь нужно было разместить на своей пояснице, и когда требовалось — тянуть из него силу в любом потребном объёме, как из печи мягкого тепла. Точно так же можно и заряжать батареи, хотя у главного амулета и наличествовал дополнительный разъём с толстыми золотыми выводами для подключения внешнего источника электроэнергии. Единственным заметным недостатком конструкции был её весьма приличный вес, приходившийся первую очередь на очень толстые золотые провода. Посовещавшись с мастером Бокком, решили произвести полную модернизацию моей амулетной конструкции, заодно совместив с этой. Золотые провода нам были совершенно не нужны, их легко заменяла сверхпроводящая проволока, свитая для надёжности в тонкие двойные гибкие спирали. Амулет–преобразователь мог не только заряжать основные накопители из внешнего источника, но и выдавать напряжение из внутренней системы наружу по внешней команде. Алхимики отличались редкой предусмотрительностью и сразу создавали универсальные блоки. Незаметно проскочили несколько часов интересной работы, результат которой несказанно радовал. Новая конструкция весьма удачно совместила всё самое лучшее из двух, легших в её основу, причём изрядно потеряв в весе. Теперь полного заряда батарей должно хватать на два часа невысокого полёта, если не тратить энергии на что‑либо другое. Резко росли показатели щита силы, встраивались в единую систему воздушный кулак и парализующий жезл, избавляясь при этом от лишних элементов. С трофейными амулетами–морозилками предстояло ещё отдельно разобраться, но и они стояли на очереди в следующую модернизацию. Бокк пообещал сделать новый управляющий амулет, с учётом полученного опыта и новых знаний, вот‑то Марина обрадуется, ей давно хотелось немного полетать над городом — будет ей своя «игрушка» в подарок.

Моя надежда на получение какой‑либо информации с искательских медальонов очень быстро рухнула, не выдержав столкновение с реальностью. Медальоны оказались совершенно нестандартными, и система запоминания событий даже не была в них предусмотрена. Зато там хватало чего‑то неизвестного, с чем собирался заняться амулетный мастер на досуге. Больно уж много времени на эту работу ему требовалось, а нам необходимо ещё готовить агрегаты для самодвижущихся телег. С авторизацией трофейного амулета–ключа разобрался самостоятельно всего за полчаса, подменив его бывшего пользователя собой, теперь оставалось лишь найти, где находится замок, для которого он предназначался. Оставался перстень связи, но он оказался самым обычным, причём опять закрытым авторизацией, которую так просто, как на ключах, уже не подменить, и неизвестный перстень, больше всего похожий на персональный носитель информации. В общем, изучение трофеев совсем не помогло понять, с кем конкретно мы столкнулись, лишь только добавило новых загадок.


— Наконец‑то ты встал на ноги, — поприветствовал меня авторитет Сом, когда заглянул к нему на ужин.

Его посланники регулярно заходили узнать про состояние моего здоровья, но мои люди постоянно отшивали их обратно, причём проявляя некоторую агрессивность. Видимо, разыгранный ими спектакль вкупе с произошедшими внутренними разборками, сумел обмануть даже весьма искушенных наблюдателей местных авторитетов.

— Уже собирался отправлять к тебе своего лучшего целителя, — продолжил говорить Сом, похлопывая по моему плечу. — Теперь вижу, твой сумел справиться ничуть не хуже, — он внимательно рассматривал мою шею, явно выискивая там следы приращения отрубленной головы на место.

— Рассказывай, какие неприятности ты приготовил, — весьма нагло раньше хозяина уселся за стол, заставленный полными тарелками.

— Почему сразу обязательно неприятности? — вскинулся авторитет. — Неужели ты даже не можешь даже допустить наличия хороших вестей?

— Могу, но только не от тебя, — подмигнул ему, утаскивая к себе блюдо, на которое хозяин уже, было, положил глаз.

— Ты прав, — сразу же посерьёзнел он, — есть и неприятные известия. Со дня на день в городе ожидается настоящий бунт!

— Хочешь сказать — ты эти процессы совершенно не контролируешь? — картинно удивился таким странным известиям.

— Как можно…, — коротко хохотнул Сом, глядя на мой ехидный взгляд, — я его возглавляю! И бунт будет направлен против тебя и начатого тобой строительства.

— Тогда зачем мне всё это рассказываешь? — очень показательно нахмурился, уже примерно догадавшись, к чему Сом принимает такие меры.

— Таким элементарным образом можно одним махом прижать всех и недовольных, и выявить основных доверенных людей наших врагов в городе. Они не преминут воспользоваться ситуацией, чтобы серьёзно ослабить нас. И ещё многие догадаются о серьёзном разладе между двумя городскими смотрящими.

— То есть в ближайшее время мы перестанем официально поддерживать отношения? — легко понял смысл его игры.

— Да, — широко улыбаясь, кивнул Сом. — Именно потому сегодня передам тебе обещанных «постельных служанок», причём в существенно большем количестве и за те же деньги. Цени!

— Ценю, — кивнул ему в ответ, но без какой‑либо благодарности во взгляде. — Тогда говори о своих потребностях, наверняка же не просто так решил расщедриться?

— Чем дальше — тем приятнее вести с тобой дела, — снова расплылся в широкой улыбке авторитет. — Каждая такая «служанка» в столице королевств обходится минимум по сотне золотых. Ещё в шесть–семь обходится их доставка сюда в неиспорченном состоянии. Потому считай — две полных дюжины молодых девушек, плюс к ним ещё три сверху, все из последнего выпуска, причём самого первого отбора — представляешь, каких денег здесь должны стоить?

— Хочешь сказать — ты за них заплатил из своего кармана? — хохотнул в ответ на его хитрую политику завуалированного поднятия цены предлагаемого товара, чувствуя за ней что‑то ещё.

— Ну…, — явно рисуясь, Сом картинно замялся, поднимая вверх руки с вилкой и ножом. — Слишком быстро ты угадал, так не интересно, — он с явным сожалением покачал головой. — Платил за них не я, но достались они мне. А теперь перейдут к тебе, причём без всякой дополнительной платы.

— А у их несостоявшегося хозяина уже ко мне лично появятся весьма серьёзные претензии? — все тонкие намёки сразу стали понятны — очередная подстава.

— И тут ты действительно прав, — опять Сом покачал головой, уже не с таким довольным видом на своём лице. — Впрочем, он всё равно относится к лагерю наших противников. И какая теперь тебе разница, одним врагом больше, одним меньше?

— Какие ты сам ожидаешь последствия? — решил сразу выяснить главную суть этой хитрой операции.

— Пытаясь спасти свою репутацию, «служанки» ведь были кому‑то обещаны по двойной предоплате, этот кое‑кто ринется в бой без особой подготовки, — деловым голосом поведал авторитет. — Причём будет стараться отомстить лично тебе, и не войдёт в коалицию с другими нашими врагами. Таким образом, их силы будут разрознены, и нам их проще будет разгромить.

— И в случае нашего случайного поражения, самым крайним и виноватым во всём останусь только я один, а ты как всегда будешь стоять в стороне, — за него договорил основную смысловую часть недосказанной фразы.

— Поумнел ты, авторитет Вит, — Сом покачал головой, выражая самое настоящее сожаление, — сильно поумнел. Жалко так быстро. Ум далеко не всегда приносит пользу своему владельцу, часто совсем наоборот. И лучшего выбора у тебя всё равно нет, потому даже не пытайся искать какие‑то другие варианты, — с явным металлом в голосе закончил он последнюю фразу.

Никогда до этого момента Сом не говорил со мной так жестко. И особого выбора действительно сейчас нет — только идти у него на поводу. Да, этого в конец оборзевшего наглеца вполне можно убить. Сейчас моих личных возможностей вполне хватит и на него, и на всю его охрану. Только потом в городе начнётся настоящий хаос, чем непременно воспользуются наши враги. Все мои вложения в людей и городское строительство пропадут зря, опять придётся начинать с самого начала, превратившись на какое‑то время в изгоя. Вот он какой, выбор без выбора — плохое или ещё хуже.

Не наблюдая других вариантов, пришлось соглашаться с навязываемой авторитетом Сомом ролью, благо, если всё пойдёт позитивно — ожидается большой приз, в качестве которого выступала ещё одна четверть города в мою личную собственность — восточная. Если сумею подавить городской бунт исключительно силами своих людей и выставлю официальное требование справедливой компенсации к его участникам и организаторам, которые предпочтут благоразумно откупиться. Ну и «постельные служанки» в качестве небольшого аванса.

Обговорив общие принципы взаимообмена информацией во время скорого бунта, дабы исключить все возможные накладки, обычно возникающие из‑за несогласованности действий, мы благополучно расстались, оставшись не сильно довольны друг другом. Вместе со мной, опасливо озираясь по сторонам, шла толпа совсем молодых девушек, под присмотром всего двух воинов приданных со стороны авторитета Сома, лишнего мага для сопровождения он решил нам не выделять.


С появлением женщин сложностей в жизни лично у меня заметно добавилось. Это только поначалу казалось — достаточно подготовить жилые помещения и обеспечить бытовые условия, а дальше никаких проблем. Мало, оказывается, знал об этом мире, но, к счастью, нашлись желающие просветить наивного дурачка. Жрица Аэль и все мои «девы престижа» были на редкость единодушны, хотя у всех имелись в моей стороне свои собственные интересы, которые далеко не везде друг с другом совпадали. Сразу стало понятно, почему в местном борделе женщины… сильно не очень. Ещё одно непонятное свойство этого мира. Женщина простолюдина никогда не будет красавицей, несмотря на все свои исходные природные данные. Чем выше формальный статус мужчины–владельца — тем красивее будут его женщины и наоборот. Продолжительность жизни и периода телесной молодости тоже от этого сильно зависят. Если в нашем мире нечто подобное осуществляется самым обычным перебором богатенькими мужичками своих половых партнёрш, то здесь подобная ситуация доведена практически до абсолюта. Как это работает, на магии ли или на одном социальном внушении — сказать сложно, работает и точка! Если высоко–статусный хозяин отдаёт свою женщину во временное владение кому‑то менее статусному, то он передаёт тому через неё некоторую долю своего статуса. Но сама женщина при такой передаче обычно теряет часть своей красоты и внутренней женской силы. Чтобы этого не происходило, её хозяин должен регулярно вступать с ней в половую близость, подкрепляя тем самым своё истинное право владения. В борделях же основная масса тамошних обитательниц не имеет близких контактов со статусными мужчинами, а потому особой красотой не блещут. Если бы не постоянная поддержка со стороны курирующих их Повелителей плоти, они бы вообще быстро перестали радовать даже весьма непритязательный глаз вернувшихся из похода искателей. И только особо избранные «постельные служанки», изредка обслуживающие самых состоятельных клиентов, готовых платить целый золотой всего за одну ночь, имеют регулярную близость со своим статусным хозяином. И теперь мне придётся всю эту большую компанию девушек регулярно… э…, короче, только теперь начинаю понимать, почему здешние старые Лорды пребывают в половом бессилии без специальных эликсиров. Сколько же им приходилось работать быками–оплодотворителями? Кстати, все переданные Сомом «постельные служанки» оказались ещё девами, реальных половых контактов с мужчинами у них пока не было, несмотря на весьма обширную подготовку, непосредственно касающуюся постельных утех. Такие вот интересные дела…


Ближе к ночи провели очередное координационное собрание, посвящённое теме скорого бунта в городе и его предварительному сценарию, который передал мне авторитет Сом. Кроме постоянных участников, здесь впервые присутствовал и наш «шеф–повар», представляющий весьма важную в нашей тяжелой ситуации службу тайного сбора информации. Ходя по городу с целью закупки свежих продуктов, он уже многое сумел узнать. В общем, включаться в работу с полного нуля нашей разведке, к счастью, не придётся, имеется какой‑то небольшой стартовый уровень. Магистр Дан высказал свои просьбы относительно получения его группой различных амулетов, в том числе и амулетов невидимости, если у нас они есть, конечно. Весьма полезная вещь в работе разведчика, благо его некоторые бойцы оказались способны их настраивать на себя, тем самым существенно повышая эффективность действия. Лишние амулеты у меня имелись, потому вполне мог временно выделить разведке пару штук. В общем, существенную часть его заявки наш арсенал магических предметов вполне мог удовлетворить, и даже со своей стороны предложить кое‑что дополнительное, о чём бывалый Магистр не мог ранее и помечтать. Капитан Тук недобро поглядел в мою сторону, чувствую, придётся хорошо вооружать и его людей, занятых скрытым наблюдением за нашей новой службой, к которой пока не было достаточного доверия.

Совместное рассмотрение сценария бунта быстро выявило несколько наших слабых мест. Мы банально не могли всюду успевать, и ещё имели очевидные проблемы с координацией совместных действий отдельных групп, действующих в разных концах города. Частично вопрос можно решить с помощью наёмных отрядов, однако требовалось как‑то изыскивать и собственные возможности большей частью обойтись исключительно своими силами. Ибо полностью доверять наёмникам нельзя, несмотря на их временные огненные клятвы верности. Для нормального исполнения наёмниками своих обязательств, за ними требуется должный пригляд и грамотное внешнее командование, иначе они легко изыскивают различные возможности не влезать в серьёзную драку. Впрочем, их вполне можно понять, рисковать своей жизнью за чужие интересы никому не охота, несмотря ни на какие деньги.

Главных проблем у нас оказалось две — транспорт и связь. У наших противников непременно будут верховые лошади, мы же можем использовать свои самодвижущиеся телеги, временно прекратив продавать их на сторону. Но далеко не везде в городе телега проедет, где легко пройдёт всадник на лошади. Не стоит забывать и про возможность устройства бунтующими самых простых заграждений на городских улицах или вообще — полноценных баррикад, которые придётся пробивать с боем. Таким образом, все наши силы потеряют оперативную подвижность и могут понести неоправданно высокие потери в многочисленных стычках. Главное — мы просто не сможем вовремя защитить всю нашу городскую собственность, основной урон будет нанесён едва начавшемуся строительству, которое придётся полностью свернуть. Причём, не временно, до окончания бунта, а насовсем, или же продолжить с существенной потерей темпа. Ибо любое возобновление строек потребует значительного вложения денежных средств, и постоянной охраны в силу потери репутации.

Если транспортный вопрос можно попробовать решить быстрым выпуском партии упрощённых мотоциклов, то со связью сложнее. Дальность мысленного разговора между двумя магами едва покрывает половину города, а во многих местах он вообще не проходит. Самый простой вариант решить вопрос связи с помощью передвигающихся по городу курьеров нам не сильно годится — людей мало, нельзя распылять силы. В общем, за пять дней, оставшихся до планового «социального взрыва» нужно постараться многое успеть. Есть у меня некоторые мысли о том, как можно обеспечить всех нас собственной связью, совершенно недоступной местным…


По–быстрому решив свой половой вопрос с «девами престижа» и сделав пока только трёх новых девушек женщинами, чем несказанно порадовал их, на целую ночь оккупировал амулетную мастерскую. Здесь произошли заметные изменения, касающиеся в первую очередь общей безопасности. Вся ближайшая территория оказалась плотно засеяна боевыми амулетами, подключёнными к охранной системе. Мастер Бокк постарался, благо всё необходимое у него имелось в большом достатке из разграбленного дома Готса. Лаз в подземелье надёжно закрыт крепкой железной дверью с магическим замком, внутри стояли боевые подавители, короче, повторить подвиг Этана теперь вряд ли кому‑то удастся. Остальное же пространство мастерской оказалось частично завалено отдельными частями конструкций двигателей и печей к самодвижущимся телегам. Тележное производство в данное время конкретно лихорадило, потому‑то готовые детали пока некуда было девать. А ведь ещё хватало производственного брака, сваленного в отдельную кучу, являющуюся грустным напоминанием о потерянном времени и ценных материалах. Переработать его вполне реально, но опять‑таки требуется время опытных мастеров.

Четырёх ночных часов вполне хвалило на доводку прототипа нового мотоцикла, пригодного к производству малой серией собственными силами. Благо принципиально нового в нём, по сути, ничего и не было, большая часть узлов пошла от выпускаемого для авторитета–строителя грузовика. Турбина–преобразователь на шестьдесят киловатт, управляющий амулет, тормоза. Новым было лишь единственное мотор–колесо, которое стало немного облегчённой конструкцией, применённой в моём первом мотоцикле. Рама нового двухколёсного транспорта тоже немного изменилась в целях экономии металла и облегчения сборки. В итоге получился достаточно интересный вариант, общей себестоимостью не более пары золотых, если учесть все необходимые затраты, в том числе и на покупку магически насыщенного металла по его максимальной цене, всё остальное вполне производилось силами собственных мастеров. Новый мотоцикл должен уверенно разгоняться с двумя пассажирами до сотни километров в час по далеко не самой лучшей дороге, мощности ему вполне достаточно. Амортизаторы сделал с учётом реальной эксплуатации первого экземпляра, показавшей некоторые неявные на первый взгляд недостатки.

Следующим пунктом моих ночных конструкторских изысканий стояло создание амулета–радиостанции. Идея давно буквально витала в воздухе, не хватало лишь времени и решимости взяться за неё всерьёз. Сделать что‑либо совсем простое не так сложно и займёт немного времени. Однако стоит сразу попробовать сделать что‑то более серьёзное, пригодное к долгосрочной эксплуатации, как в городе, так и за его пределами. Нужна хорошая мощность передатчика, высокая чувствительность и хорошая помехозащищённость приёмника, плюс общее эксплуатационное удобство. Необходимых знаний об устройстве современных радиостанций у меня более чем хватало, к тому же имелись и сами радиостанции из нашего мира, причём, весьма совершенные. Для начала требовалось отработать отдельные элементы схемы в виде вязи подчинённых сил и только потом из них делать полноценную конструкцию. Усилители сигналов, стабильные генераторы частоты, гетеродин, полосовые фильтры…, нужно не забыть и про банальный микрофон с динамиком.

Остатка ночи, естественно, не хватило, чтобы получить хоть что‑то условно готовое. Едва отработал пару основных элементов конструкции магической радиостанции, как в мастерскую заявились мастера, получившие от меня срочное задание производства двухколёсного транспорта, временно забросив всё остальное. Затем мысленно позвала Марина, у неё обнаружились очень важные личные новости, и она предлагала немедленно поговорить с глазу на глаз в бывшей комнате отдыха, превращённой во внутренний сад с собственным деревом–стражем.


Ага, главная новость оказалась самой тривиальной — время вынужденного воздержания закончилось и ей стало можно! Любовь под ветвями разросшегося до самого потолка дерева–стража — это что‑то совершенно невероятное. Короче, завтрак и даже обед мы благополучно про… пустили. Жизненная сила Марины оказалась очень близка по своим свойствам к моей, а взаимообмен весьма плодотворно подействовал на нас, хотя и на три четверти опустошил мой личный запас. Впрочем, полученная от истомившейся девушки сила вскоре сможет его опять заполнить с большим прибытком, стоит лишь немного подождать. Ведьма теперь тоже могла изредка мыслить в отрыве от инерционности тела, но пока заметно уступала даже единственному моему потоку сознания, а для перехода в режим скоростного мышления её требовалось ненадолго выйти на сверхскорость движений.

— Расскажи мне про это…, — протянула девушка мне листок бумаги с настоящей печатью авторитета, когда мы, наконец, выбрались из кровати.

Рисунок оказался совершенно незнакомым, в нём не наблюдалось отдельных элементов известных мне знаков других авторитетов. И, тем не менее, печать была живой, и к тому же совсем свежей.

— Откуда ты его взяла? — удивлённо спросил её.

— Сама утром сделала, — удивила она меня ещё сильнее. — Пришла какая‑то непонятная идея — и вот!

Недолго думая стащил с девушки лёгкое платье, воздействиями силы проявляя невидимые линии Эбусити в её теле.

— Смотри, — показал ей на поднявшийся над её животом сложнейший рисунок из переплетений разноцветных нитей, который медленно таял в воздухе. — Это действующая печать авторитета, у меня подобная есть, — стянул с себя нательную рубашку и проявил свой опознавательный знак высокого статуса. — Только откуда он у тебя взялся? Его же должны непременно подтверждать трое действующих авторитетов.

— Не знаю, — растерянно пожала плечами Марина, — само собой вчера вечером откуда‑то появилось.

У меня же в этот момент что‑то щёлкнуло в сознании, приоткрывая покров тайны. Это же бывшая печать авторитета Готса, которого случайно «выпила» Ведьма. И все дни её недомогания были связаны с медленным прорастанием этой печати в её теле. Ей не требовалось подтверждений со стороны других авторитетов, вполне хватило и собственных способностей. Интересно, как отреагируют на такую новость другие авторитеты, их сердечный удар, случайно не хватит?

Пока девушка внимательно рассматривала свой рисунок, после того, как показал ей простой метод проявления печати своими силами, заинтересовался её синей кольчугой, висевшей на кресле. Нужно было ещё как‑то решать вопрос с бронёй для своей гвардии, ибо даже самых простых кольчуг сейчас никто в городе не продавал. У первого отряда гвардейцев имелись неплохие трофеи в виде кожаной брони охотников за головами, а вот второй отряд бывших наёмников оказался почти голым. Но и та кожаная броня совершенно не держит арбалетный болт, выпущенный в упор, впрочем, как и простая кольчуга. Гвардейская броня болт держит, но где её тут на всех своих людей взять? Только лишь сделать самим. Повторить мою золотистую кольчугу сейчас нереально, больно сложны там встроенные плетения, на гвардейскую металл есть, но его жалко, так как можно использовать вместо цельной проволоки тонкую трубку, как в кольчуге Марины. Обрадовал девушку известием о скором подарке и утащил её железный наряд в мастерскую для попытки копирования, прихватив по пути из столовой полную сумку с едой.

Лучше бы спокойно занимался радио, чем связывался с кольчугами. Нет, особых технических сложностей в копировании на первый взгляд не обнаружилось. Перепрограммировав амулет алхимиков на новый вид продукции, легко получили тонкостенную трубку из имеющейся проволоки. Но для закрепления нужных плетений подчинённой силы, трубка изнутри покрывалась тончайшим слоем золота, служившим внутренним отражателем, а снаружи наносился слой серебра, как эффективный рассеиватель. Только тогда металл получал тот особенный голубоватый цвет вместе с набором полезных свойств в виде поглощения большей части магических и отражения механических воздействий. Сделать из проволоки первые кольца мне помог мастер Мифас. Оказывается, он когда‑то как раз занимался производством брони и имел большой опыт. Только его метод исключительно ручной работы вызывал у меня зубовный скрежет, при любом воспоминании необходимого числе мелких колец, исчисляемого сотнями тысяч. Привлёк к задаче автоматизации производства мастера Бокка, оторвав его от своих дел. Через пару часов у нас заработал новый промышленный амулет, формировавший незамкнутые кольца из исходной трубки без участия оператора. Получилось совместить мои знания конвейерного производства боеприпасов и его разносторонние познания в амулетном деле, удачно приспособив очередной хлам, доставшийся в наследство от алхимиков. Причём скорость и точность создания колец нашим амулетом до глубины души возмутила мастера Мифаса, заметившего очередное грубое нарушение традиций:

— Так никуда не годится, — начал, было, возмущаться он, — теперь один мастер может сделать исключительную воинскую справу всего за четыре дня, а не за пять дюжин, как должно быть!

— Сейчас у меня нет и этих четырёх дней, — с заметной грустью в голосе возразил ему, качая головой и перебирая рукой ссыпанные в лотки готовые голубые кольца, — нужно суметь сделать несколько кольчуг всего за один.

— И где ты найдёшь столько тонких пальцев для связи колец в полотно? — сразу же озадачил мастер своим вопросом.

Где–где, а ведь вчера к нам заселился большой женский коллектив. Ничего, у меня «постельные служанки» и в военном производстве послужат, никуда не денутся.

Естественно, особого энтузиазма у них моё новое предложение сразу не нашло. Была бы изысканная вышивка или вязание — то другое привычное дело, а тут с непонятным металлом предлагают ковыряться. Решающим аргументом, переломившим их вялое сопротивление, стал обещанный доступ к моему телу, причём с учётом результатов социалистического соревнования. Кто из них быстрее и качественнее соберёт готовую кольчугу — та получит больше внимания своего господина. Вот тут‑то и увидал самое настоящее чудо. Мелкая моторика у девушек была великолепно развита. Без выхода на сверхскорость восприятия мне не удавалось полноценно рассмотреть мелькание их пальчиков — так быстро они ими работали, собирая растущее прямо на глазах полотно из разомкнутых колец, которые при совмещении краёв сразу же обретали целостность. В качестве их работы не приходилось даже сомневаться, один раз внимательно осмотрев исходный образец, девушки не допускали ни одной ошибки при его точном повторении. Пришлось несколько раз бегать в мастерскую, поднося мастерицам готовые кольца. Всего три часа потребовалось двум победительницам соревнования для завершения своих первых изделий. Главного призёра среди них определить не удалось, так как они закончили работу практически одновременно, причём с совершенно идентичным результатом. После окончательной сборки в новую броню ещё требовалось вносить общие связывающие плетения подчинённых сил, но сиё уже было не по женской части, для этого дела мастер Бокк уже создавал очередной производственный амулет. После официального чествования победительниц, производственный процесс не прекратился. Все остальные «постельные служанки», пока мы с победительницами удалялись в спальню, тоже удачно завершили свои работы, расписав между собой очерёдность общения со своим хозяином.

При близости с девушками действительно отмечался какой‑то малозаметный поток, тянущийся из моего тела к ним. Их внутренняя женская сила явно раскрывалась, тело наполнялось энергией и на глазах расцветало. От меня требовалось лишь не торопиться, подождав, пока естественный процесс завершится сам, получив за терпение яркую сладострастную награду в конце. С «девами престижа» иногда возникало нечто‑то подобное, но не так явно. Там больше занимался своими экспериментами с обменом жизненной силой, пытаясь хоть как‑то преодолеть свой перманентный дефицит. Никогда бы раньше не подумал, что придётся столько значения придавать какому‑то сексу и решать через него совершенно другие задачи, к примеру, как сейчас — производственные. Довольные победительницы завтра опять включатся в работу, несмотря на всё, сидеть целый день без дела или раздвигать ноги перед другими мужчинами им не сильно хотелось, хотя против последнего они не сильно возражали, давно приняв свою судьбу.


Очередное вечернее совещание начиналось с докладов о городских событиях, так или иначе касающихся нас. Разведчикам за день удалось незаметно выведать много интересного. Сразу стало понятно — от сценария Сома можно оставить только дату начала бунта, да и то очень условно. Могу высказать вполне обоснованные предположения — едва запустив процесс, он сам полностью потерял нити управления. Как иначе можно трактовать его прямое распоряжение для стражи — свободно впускать всех подряд и отменить трёхдневное ограничение на пребывания для всех посторонних в городе лиц? В результате, город постепенно заполняется желающими хорошенько помародёрствовать практически со всех Смертных Земель. Пока они сидели по кабакам и оставшимся трущобам исключительно тихо, но как только начнутся беспорядки — возьмутся за своё. Особняки авторитетов и дома самых богатых горожан для них неприступны, а вот «середнякам» сильно не повезёт. Причём, основной ущерб понесут городские кварталы, находящиеся под Сомом, в моих же, по большей части, уже почти нечем поживиться, разве дешевыми стройматериалами и шанцевым инструментом. Складывается явное впечатление — во всех городских несчастьях официально виноватым окажусь именно я. То есть Сом старательно готовит почву для появления напряженности между мной и остальным городом после окончания бунта. Следовательно — чтобы такого не допустить, придётся наводить порядок не только на своей территории, но и на чужой половине, заменив своей маленькой дружиной всю городскую стражу. С чем сразу же и поздравил всех присутствующих, совсем не добавляя им поводов для оптимизма.

Второй неприятной новостью оказалось полная невозможность нанять какой‑либо отряд бойцов. Все наёмники, так или иначе, уже имели контракты или не желали встревать в городские разборки, предпочтя временно отсидеться в стороне. Удалось лишь завербовать в дружину ещё четырёх сильных бойцов из только попавших в Смертные Земли переселенцев, к тому же их знали по прежней жизни некоторые мои люди, чем и определился наш выбор. И ещё десяток слуг для кухонных и хозяйственных работ, на место занятых людей Магистра Дана, тоже из самых «свеженьких». После нашего совещания мне потребуется взять с них клятвы верности и выдать им персональные амулеты–ключи, дабы они смоли влиться в наш коллектив.

Про полнейший разрыв производственных связей тележного производства можно и не упоминать — само собой разумеющееся известие. Городские мастера поведали моим людям о прямом давлении, оказываемом на них со стороны городских банд, пока они занимаются нашими заказами. Вернуть полученные авансы тоже никак не получается, деньги были потрачены на закупку необходимых материалов. Обеспечить разрозненным мастерам надёжную охрану со своей стороны мы пока не способны — значит, сворачиваем всё производство. Убыточности не произошло, уже проданное авторитетам полностью окупило все затраты и принесло некоторую прибыль. В перспективе же нужно строить свой отдельный хорошо охраняемый завод, нанимая мастеров и рабочих на постоянной основе — ещё одно задание проектной команде.

На завтрашний день у нас намечалось массовое обучение народа управлению двухколёсным транспортом. Несмотря на посторонние отвлечения, моим мастерам удалось сделать четыре новых мотоцикла, вместе с моим первым прототипом — пять. Но с ними никто из местных пока не умеет управляться — потому завтра погрузим их в грузовик и небольшими группами отправимся за город, где не окажется лишних глаз. Зельевар Актиус обеспечит специальными эликсирами, существенно помогающими обучению, а самых лучших учеников вечером будут ждать «постельные служанки». Короче — мужикам вполне есть к чему стремиться.

Напоследок обрадовал народ, выложив на стол две совершенно одинаковых кольчуги. Одну Маринину, а вторую из новой партии, — предложив всем желающим найти несколько отличий. Желающие нашлись, а вот отличия — нет. Только довольные мастера сидели, улыбаясь во весь рот. Теоретически мог бы и больше кольчуг выложить, но реально готова пока была только одна. На финальную стадию магической обработки изделия требовался целый час и много тепла. В пересчёте с материалов, такая броня обходилась в килограмм железа, четыре грамма золота, сто пятьдесят — серебра и сорока литров сожженной в печах нефти. Даже по материалам дёшево не выходит. Однако на всех своих людей, планирующих принять участие в подавлении бунта, их должно хватить, с чем всех присутствующих несказанно обрадовал.


Завершив всякие важные, некоторые нужные, а также отдельные приятные дела, снова оккупировал мастерскую на всю ночь. В отсутствии необходимости каждодневного сна есть свои приятные моменты. Как минимум, от шести до восьми лишних часов, когда можно хорошо поработать, благо никто не мешает. Попытка решить актуальный вопрос радиосвязи сходу благополучно провалилась. Основная причина оказалась в принципиальной невозможности получить полностью стабильные и хорошо повторяемые параметры связи подчинённых сил. То есть сделать два амулета с идентичным набором магических генераторов и полосовых фильтров, повторяющих по функциям элементы радиосхемы, оказалось практически невозможно. Всё постоянно плыло и разбегалось, как от банального теплового дрейфа, так и от колебаний внешнего фона силы. С трудом удалось создать конструкцию одного единственного стабильного генератора частоты, где на саму генерирующую петлю пришлось навешивать две сотни компенсаторов внешних и внутренних воздействий. Проще самый обычный кварцевый резонатор сделать — меньше сил потребуется. В общем, идея как‑либо повторить в амулетах некоторые простейшие аналоговые цепи потерпела полный крах, и унесла три часа, потраченных на осознание ошибки. Зато отлично себя зарекомендовали логические вентили — элементарные цифровые блоки. Немного отличаясь друг от друга, они показывали хорошую стабильность работы и исключительную повторяемость. Рабочий мультиметр из моего мира имел функцию частотомера с верхним пределом в пару мегагерц. Созданная в амулете простейшая логическая схема оказалась работоспособной и на гораздо большей частоте. Проверяя верхний предел, сконструировал генератор управляемый напряжением, а также цепочку делителей из колец подчинённой силы. В результате эксперимента легко перевалил за пять гигагерц — дальше требовалось тонкая работа внедрения плетений силы и более тщательная обработка материала–основы амулета. Элементарный логический элемент, созданный на магической основе, мог занимать размерность всего нескольких десятков молекул, если соблюсти все необходимые условия. Короче, можно вполне замахнуться на создание полноценного цифрового компьютера, практически не уступающего современным земным аналогам. Однако от таких безумных идей пока стоит решительно воздержаться — больно велик объём работ. Ладно, физическую часть кое‑как, года так за два состряпаю, а кто мне писать очередной «Виндовс» станет? Тут ведь пока своего «Микрософта» ещё никто не основал. Но уж цифровую радиостанцию сделать вполне по силам. Каждый элемент радиосхемы описывается отдельной формулой, все аналоговые блоки легко можно заменить аппаратными цифровыми аналогами. Да, сложно, да долго, но изобретать полноценный компьютерный процессор со всей его обвязкой для этого совсем не нужно. Запаса жизненной силы сейчас хватит на десяток часов приведения в активность почти всех моих потоков сознания, «энергетический кризис» постепенно удаётся преодолевать, выражая отдельную благодарность Марине и «девам престижа». В итоге имею минимум сто сорок человеко–часов меня, любимого, задействованного в роли инженера–конструктора, плюс, учитывая примерно десятикратное ускорение сознания по сравнению с обычным мышлением…, короче — живём!

Процессор сделать всё же пришлось. Причём не один, а два разных, иначе магическая конструкция логических блоков получалась поистине монструозной или же не предполагала лёгкого внесения последующих изменений. Естественно, процессоры эти были совсем простые, но, тем не менее, имели свои небольшие наборы команд и всё прочее, причитающееся полноценной вычислительной системе. Один заведовал обработкой сигналов, а второй обеспечивал общее управление. Зато вся конструкция получалась достаточно универсальной и имела огромный запас для последующих модернизаций. Если сравнить первичные цели и полученный результат с чем‑то другим — то вместо постройки небольшой яхты, чтобы с комфортом перебраться на другой берег тёплого моря, пришлось изобретать атомный авианосец с самолётами и всей его группировкой, пригодной к экспорту демократии в не сильно развитые страны. Готовая магическая радиостанция состояла из нескольких блоков — накопитель из ловушки в качестве элемента питания, цифровой блок, отдельный усилитель мощности передатчика, три блока усилителей приёмника и ещё один маленький амулет, где размещался опорный генератор частоты и все остальные необходимые элементы. Ну и самая обыкновенная антенна, и гарнитура на тонком проводе, естественно. Удавалось вписаться в половинный размер обыкновенной сигаретной пачки, лишь сменный аккумулятор немного выступал, и получить предельную пиковую мощность передатчика в коротком импульсе не менее двухсот ватт. В режиме постоянной генерации не больше пятидесяти. Для города и такая мощность избыточна, зато в перспективе можно перекрыть голосовой связью большую часть Смертных Земель. Чтобы не «поджарить» своим владельцам мозги, работать на максимум мощности радиостанция могла только на выносную антенну, при определении близкого контакта с телом, мощность передатчика сильно ограничивалась. Хорошо поработал, получив на выходе кристалл–носитель информации с набором конструктивных схем для промышленного амулета алхимиков, который уже будет производить все необходимые элементы. На шесть готовых изделий в сутки теперь можно твёрдо рассчитывать.


— Держи руль, крепче держи! — уже устал орать на этих косолапых паралитиков.

Научить гвардейца езде на мотоцикле оказалось ничуть не проще, чем циркового медведя. Чуть что не так — сразу впадает ступор и падает. Люди никак не хотели держать равновесие на двух колёсах, постоянно падая то в одну, то в другую сторону. Приходилось поначалу заставлять идти шагом, ведя железного коня за руль и одновременно трогая ручку газа, потом переходить на бег, и только потом запрыгивать по команде на сидение. А дальше оставалось откровенно веселиться, наблюдая финты и падения. Впрочем, интересно как бы повеселились они, приди мне в голову шальная мысль поучиться верховой езде? И, тем не менее, процесс постепенно шел, и у него отмечалась явная позитивная динамика. Двое уже кое‑как смогли проехать по прямой дороге, но с поворотами пока никак не могли сладить. А ведь им требовалось научиться преодолевать на мотоцикле достаточно серьёзные преграды, осуществлять прыжки, управлять одной рукой, другой одновременно применяя оружие. Несколько раз показывал мастер–класс, потом объясняя и повторяя отдельные элементы. Но пока — «держим равновесие!», «смелее, смелее, он не кусается», «руки‑то расслабь, руль согнёшь…», и всё тому подобное.

Очередной мирный день постепенно подходил к концу, и я вполне им доволен. Все мои ученики худо–бедно научилось простой езде, а у двоих дружинников проявился явный талант, так как им удалось частично повторить некоторые мои приёмы. Завтра станут ближайшими помощниками и будут обучать остальных, постепенно совершенствуя и своё мастерство. А вот сами мотоциклы придётся немного переделать. Слишком медленно они разгоняются, печь с турбиной не способна быстро среагировать на резкий поворот ручки газа и мгновенно выдать потребную мощность. Для обучения езде новичков — такое годится в самый раз, однако для реального применения, особенно в боевой обстановке, придётся полностью менять управляющий амулет и ставить дополнительный электрический накопитель.


Доклады, касающиеся обстановки в городе, на нашем вечернем координационном собрании, оказались весьма позитивными. То есть достаточно позитивно отражали общее ухудшение ситуации. Разведчикам Магистра Дана удалось узнать о готовящемся бандитами штурме нашего особняка. Сразу пять городских банд решили объединиться ради такого «святого дела», потому при начале бунта тут будет ожидаться не менее четырёхсот человек. На чём строится их расчет — совершенно непонятно, ибо одним большим числом через охранную систему и защитников особняка не пройдёшь — тут требуется серьёзная магическая поддержка. Потому нашим разведчикам предстоит и дальше постоянно «пасти» бандитов, дабы узнать их секреты и выйти на тайных покровителей. Без прямого указания со стороны важных лиц эти «братки» вряд ли бы решились на что‑то подобное. Им и просто объединиться весьма сложно из‑за многочисленных взаимных конфликтов.

Тем временем, самые предусмотрительные жители начинали покидать город. Купцы по дешевке продавали своё имущество, собираясь переехать в другие города, чем успевал воспользоваться наш торговый агент, бывший палач менял Ховис. Четыре больших склада доверху забитых продовольствием, три с тканями, один с кожей и много другого, крайне необходимого для обеспечения нормальной городской жизни, и всего‑то за три с половиной сотни золотых. Паника сильно способствует падению цен. Наверняка кто‑то обязательно попытается эти склады спалить, но у него ничего не получится, мастер Бокк пообещал быстро сделать специальные защитные амулеты, выйдя в ночную смену на работу. Против мародёров они не помогут, зато вандалам будет преподнесён сюрприз. С мародёрами же будет разбираться моя дружина и небольшие управляемые минные поля из переделанных ловушек алхимиков. В самые последние дни их слишком много принесли на продажу в нашу амулетную лавку, несмотря на очередное снижение цен скупки. Продавцы явно торопились, желая получить живые деньги за свой хабар, пока «лавочка» окончательно не закрылась. Искатели и искательские кланы тоже активно прятали свои ценности, собираясь вскоре покинуть город. Однако продавать свою недвижимость они не хотели, очевидно, предполагая вернуться, когда здесь всё успокоиться.

Больше «хороших» новостей не было, оставались исключительно обычные. В дружину завербовали ещё троих бойцов и одного мага из «новеньких», опять же по личной рекомендации наших людей. Их клятвы уже принял — вполне нормальные мужики, хотя и пребывали в некоторой растерянности после перехода Чёрного Перевала, сразу же оказавшись в нашем большом бардаке. За день мастера изготовили девять мотоциклов и шесть наборов необходимых частей для радиостанций, сборку которых придётся осуществлять мне. Выдали дружине первую партию готовых кольчуг, чем сильно порадовали бойцов, и на этом пока всё. День благополучно закончился, люди отправились отдыхать, а у меня впереди была целая рабочая ночь.

Не зря делал радиостанции с возможностью программирования. Прикинув все возможные варианты их эксплуатации, а также некоторую вероятность попадания их в руки наших врагов, занялся составлением нужных алгоритмов для управляющего процессора, сразу в трёх потоках своего сознания. Сам же тем временем помогал Бокку делать антивандальные амулеты и переделывать вышедшие из строя ловушки алхимиков в управляемые мины, попутно заряжая их накопители. Тут же родилась идея как‑то автоматизировать охранные конструкции на их основе и заменить чистое магическое управление электронным. Ещё три потока сознания включились в активную работу.

К утру у нас были готовы все десять радиостанций из частей, сделанных за вчерашний день и сегодняшнюю ночь. Помимо продолжения обучения езде на мотоцикле, сегодня буду преподавать основы ведения групповых боевых действий с активным использованием радиосвязи, используя самые современные методики из нашего мира. Несмотря на возможность мысленного разговора между двумя магами или между магом и обычным человеком, во время боевых действий такой связью пользовались редко. Во–первых, без использования специальных амулетов дальней связи, мысленный разговор далеко не самое приятное и лёгкое дело. Требуется сосредотачиваться и целенаправленно заниматься только им. Потому‑то одновременно совместить драку и мысленный разговор могут только весьма продвинутые маги. Во–вторых, имеются действенные возможности помешать мысли, направленной силой, достать до нужного адресата. То есть всевозможные средства эффективно помешать координировать действия противника, здесь весьма развиты и активно используются в случае боевых столкновений. Потому‑то даже у гвардейцев нет достаточного опыта совместных действий нескольких удалённых друг от друга отрядов, кроме как по предварительному сценарию. И появление у моих отрядов радиосвязи, может сильно усилить наши позиции.

Мы только собирались отправиться за город продолжать обучение, как заявились посетители. Наконец‑то пожаловали искатели, с которыми столкнулся в лесах около первого города алхимиков. Ребятки оказались весьма ушлыми и сразу смекнули, к чему в городе идёт активная суета. И теперь какого‑либо удовольствия относительно своего выбора службы совсем не испытывали, очевидно предполагая, что их задействуют как простых бойцов в скорой драке. Потому‑то сильно обрадовались моему решению снова отправиться в лес, причём не пешком, а на трёх самодвижущихся телегах. У нас уже заканчивался металл, и требовалось срочно пополнять его запасы, благо эти искатели хорошо знали, где ещё осталось от алхимиков четыре катушки магически–насыщенной проволоки по две тонны весом каждая. Приняв у них груз в виде кучи производственных амулетов, выдав обещанное жалование сразу за три месяца, и по–быстрому показав, как управляться с самодвижущимися телегами, выехал вместе с частью своих людей за город продолжать обучение.


Последние дни прошли в большой суете. Враги активно собирали людей и отчаянно делили между собой пока ещё принадлежащее мне добро, совершенно не догадываясь о той самой шкуре неубитого медведя. Мы же постоянно наращивали силы и постарались хорошо защитить своё имущество, подготовив алчным грабителям множество самых разнообразных сюрпризов. Моя дружина смогла уверенно освоить мотоциклы и радиосвязь, дополнительные промышленные амулеты, принесённые искателями, позволили снять дефицит. В особняке сделали отдельный координационный центр с «активными картами» города, где дежурная группа будет в реальном времени флажками обозначать места скопления врагов и показывать расположение наших отрядов, передавая по радио сообщения командирам групп. Самый ценный ресурс в предстоящей схватке — это время. Сможем мы захватить инициативу — победа будет за нами, если нет — придётся долго расхлёбывать многочисленные последствия. Наши разведчики постараются помешать вражеским отрядам выступить одновременно, чтобы у дружины появилась возможность разбить их по частям. Кроме того, на их плечи ложится захват зачинщиков и вражеских командиров, с которыми после предстоит хорошенько пообщаться в подвале особняка. Мне по плану придётся выступать в роли «подразделения тяжелого оружия», которое потребуется там, где сил дружины окажется недостаточно. Марина тоже рвалась составить компанию, пришлось приказать ей оставаться на месте. Мало ли против нас какую магию применят, к примеру, подавив даже продублированный управляемыми ловушками защитный периметр особняка, или проникнут невидимые убийцы? Короче, ей предстоит выступать в роли «последнего весомого аргумента», если наши дела пойдут действительно плохо.

Всем нам оставалось провести последнюю ночь, немного расслабившись по возможности, завтра утром начнётся городской праздник с красочными фейерверками и массовым мордобоем!


## Городской бунт.


— … справа от тебя в переулке, примерно две дюжины и пара буси…, — постоянно слушал эфир, держась в общем канале, ожидая персонального вызова.

Бунт начался почти по расписанию на самом рассвете с попыток многочисленных мелких отрядов бандитов нападать на дома жителей побогаче. Городская стража где‑то спряталась, и даже не пыталась вмешаться в происходящее безобразие. Моя небольшая дружина вместо трусливой стражи решительно взялась за наведения порядка. Самой простой идеей была бы попытка накрыть места скопления бандитов и прочей городской швали вместе с теми, кто присоединился к ней, благо про них мы хорошо знали. Вот только требовалось ждать, пока негодяи проявят себя первыми, тогда наши действия станут законными. Можно было забить и на эту видимость справедливости, но тогда пролетят мимо договорённости с другими центрами силы в городе. Потому‑то сейчас мои люди метались на быстрых мотоциклах из одного квартала в другой, перехватывая очередных разбойников. Пока у них всё получалось, и серьёзных потерь не было, а с небольшими ранениями легко справлялись эликсиры.

— Вит, едва держим большую группу в северной ремесленной слободе, рядом никого наших нет, нужна твоя поддержка! — вот и до меня, наконец, дошло дело.

— Сколько продержитесь? — спросил своего абонента, выкручивая ручку газа и прижимаясь к рулю мотоцикла, резко набирающего скорость.

— Минут десять, потом придётся отходить, у них шестеро буси против одного нашего! — пришел из эфира чёткий ответ.

С самого утра фон силы в городе начало сильно трясти, так как сразу множество магов стали привлекать силу из воздуха в попытках разобраться в чехарде происходящего. Теперь же, благодаря тому, взглядом силы удавалось посмотреть не дальше сотни метров, на таком же расстоянии действала и мысленная связь. Город временно оглох и ослеп, только наши отряды могли всегда поддерживать контакт друг с другом и центром управления.

— …слева, заходи осторожно, там двое спрятались…, — снова заговорила рация голосами моих людей.

А вот и противники, действительно толпа собралась, причём, хорошо вооруженная. Только наличие оружия в руках совсем не делает человека воином и собранные вместе вооруженные люди не обязательно становятся боевым отрядом, часто так и оставаясь обычной толпой. И против шестерых гвардейцев эта толпа примерно в четыре сотни рыл ничего не может сделать, уже заплатив за попытку прорваться к вожделенной добыче десяток жизней. Храбрости бандитам тоже сильно не хватает, даже банально задавить массой совершенно не способны. Впрочем, их можно понять, они же сюда пришли за приятным делом лёгкого грабежа, а не за героической смертью во имя светлых идеалов. Им бы сейчас разделиться и отступить, обойти переулками заслон и прижать моих гвардейцев с другой стороны. Только тут, похоже, нет ни одного думающего командира. Впрочем, у них есть реальный шанс прорваться и так. За вооруженным сбродом стоят шестеро магов, собравшись в плотный кружок, чтобы подавить моих людей ментальным воздействием, после чего до них легко доберутся простые бойцы и довершат дело. Им противостоит всего один Боевой Повелитель сил, своими действиями старательно возмущающий фон силы, тем самым не позволяя вражеским магам нащупать гвардейцев, и это пока ему вполне удаётся. Вражеские маги трусят, прячась за чужими спинами, могли бы выйти вперёд и попробовать как‑то иначе прижать моих бойцов, подставляя свои тушки под их арбалетные болты. «Сейчас вам, ребята, немного подсоблю», — шесть парализующих ударов укладывают потерявших осторожность магов, а широкий воздушный таран частично раскидывает стоящую ко мне спинами толпу, остальные благоразумно падают на землю сами, не дожидаясь, пока ураганный ветер переломает им кости. Несколько человек пытаются скрыться бегством или перепрыгнуть высокий забор справа, четверых парализую сам, ещё трое получают арбалетные болты от гвардейцев. Всё, сопротивление сломлено теперь этих можно спокойно «паковать».

— … зажимаем их, зажимаем, всё, взяли, теперь далеко не уйдут…, — тихо шипит в ухе гарнитура.

— Центральная, высылайте грузовик к северной слободе, — это уже я даю команду в особняк, дабы сюда прислали транспорт.

Оседлав своего железного коня, быстро объехал ближайшие кварталы, выискивая очередных мародёров. Ещё четверо подозрительных вооруженных типов, тащивших на спинах большие мешки, получили временный паралич. Через десять минут подъехала машина и при ней двое бойцов, которые бойко стали обрабатывать прекративших сопротивление бандитов. Всё оружие и прочие вещи закидывались в кузов, а каждый потенциальный пленник получал укол весьма специфического эликсира. Если через пару часов он не получит антидот — умрёт в страшных муках. Получить противоядие можно только в другой части города, где был оборудован временный лагерь, представлявший собой пустое огороженное пространство, очищенное от находившихся там ранее трущоб. Хоть, как говорят некоторые — «мёртвые не кусаются», мы не стремились перебить всех врагов. Кто потом на наших стройках работать будет? Потому‑то к приёму большого числа пленных всё было полностью готово. Погрузив трофейное оружие и парализованных магов, грузовик направился к особняку, по дороге забрав и мой «улов», а мы с гвардейцами продолжили патрулирование территории. Сдавшиеся же в плен бандиты теперь дойдут до временного лагеря сами, некуда им теперь деваться.

— Здесь Центральная, восточная часть, три квартала к центру, две больших группы собираются грабить купеческие особняки — ближайшие отряды следуйте туда, — сообщила рация об очередных противниках. Несёмся на помощь, оставив на патрулирование северной слободы троих бойцов на двух мотоциклах. В их задачу входит только обнаружение крупных отрядов, с оповещением диспетчера, если потребуется помощь. С одиночками и мелочью они и сами вполне справятся.

«Надо же, сколько вас тут», — вовремя мы подоспели к очередному «аттракциону» под названием «кто кого». Далеко не все купцы своевременно убрались из города, кое‑кто понадеялся на городскую стражу и собственную охрану. Зря они так поступили.

— Прикройте тылы и выходите во фланг, — командую своим гвардейцам, устремляясь в самое пекло побоища.

Семеро легкораненых охранников пытались сдержать стремительную атаку трёх десятков бандитов, но собственных шансов у них уже не оставалось. Хлоп, шииих, бум…, снова бьёт в вооруженную толпу воздушный таран. Моё появление было сразу замечено, и десяток арбалетных болтов просвистел мимо. «Куда вы, куда?» — парализующие разряды останавливают разбегающихся стрелков, сразу догадавшихся, что в этот раз им немного не повезло. «Ух!», — мощнейший ментальный удар накрывает нестерпимой болью всё окружающее пространство, ударяя по мне и находящимся рядом врагам. Те моментально выходят из игры, падая на землю подбитыми кеглями, а я лишь пытаюсь понять, откуда так крепко прилетело. «Ага, есть!», — в ближайшем проулке четверо магов под прикрытием дюжины крепких наёмников. «Не очень похожи вы на бандитов, но с этим позже разберёмся», — вырываюсь из‑под болевого покрова, стремительно бросаясь на новых неожиданных противников. Те сразу отскакивают в сторону, прижимаясь к стене дома, не вступая в схватку и лишь направив в мою сторону взведённые арбалеты. Хм, вроде как двоих из этой компании где‑то недавно видел — купцы, пришли на помощь соседям. Проскочив на большой скорости мимо них и крутанувшись на маленьком пяточке, резко останавливаюсь в полусотне метров.

— Постарайтесь не высовываться, иначе мои люди вас за бандитов принять могут! — кричу им.

— А ты, авторитет Вит, сейчас за кого? — выкрикнул один из четвёрки в балахонах.

— За самого себя и против всех остальных! — кидаю ему в ответ. — Все подробности после подавления бунта, а сейчас прячьтесь, без вас разберёмся!

Мои слова были действительно услышаны, и эта вооруженная компания стала медленно оттягиваться в сторону, откуда пришла.

— Витя, особняк атакуют!!! — кричит мне в ухо рация голосом Марины. — Они как‑то отключили основную охранную систему и их слишком много, никак всех не передавлю…, — в голосе Ведьмы явно чувствовалась лёгкая паника.

Проспала наша разведка главный удар, значит…, эх! Ничего, сразу враги не прорвутся. Кроме основной охранной системы мы поставили дополнительную, состоящую из полусотни переделанных ловушек и ещё кучи отдельных боевых излучателей, подключенных к ним проводами. Штурмующие особняк хорошо своей кровью умоются.

Тут уже совсем рядом, немного пропетлять по центру, выходя на прямую дорогу. «Ого, да откуда вы все взялись?» — сходу почти влетаю в большую толпу, вливающуюся в пролом, оставшийся на месте главных ворот, снесённых каким‑то мощным ударом. За воротами часто захлопали боевые излучатели ловушек, превращая попавших в зону их действия людей в кровавый фарш, толпа резко хлынула обратно. «Куда?», — снова ураганные удары ветра массово опрокидывают людей на землю. «А теперь вверх», — заметив летящий в меня целый рой арбалетных болтов, отталкиваюсь ногами от несущегося в человеческую кучу мотоцикла, и взлетаю над разбегающейся толпой, ища самые важные цели. «Семеро есть!» — на землю от моего парализующего луча легла группа явных командиров. Ещё один воздушный вихрь сносит приличную команду арбалетчиков, обстрелявших меня, а до этого бивших по окнам особняка. Время резко сжалось, и считанные мгновения вмещали множество событий.

— Они уже внутри на первом этаже, где же ты Витя…? — опять зовёт паникующая Марина.

— Потерпи пять секунд, — спокойно ответил ей, направив свой стремительный полёт в разбитое окно первого этажа.

Мощнейший удар выбрасывает наружу вместе с остатками оконной рамы, щит силы амулетной конструкции удачно выдержал разряд, выпущенный в упор. Вот и попал под «дружественный огонь», из окна выглядывает голова моего мага, решившего посмотреть, в кого это он разрядил свои боевые амулеты. Показываю ему свой кулак. На прилегающей территории особняка врагов не видно, только трупы, зато внутри слышны звуки боя. Прыжок в другое окно, дверь долой, длинный коридор и незнакомые спины в его самом конце. «Нате, съешьте!» — врагов уносит вперёд воздушный вихрь, ломая им рёбра и шеи. Меч в руке, взмах, удар, минус два. «Получи, гад!», — прямым ударом протыкаю неприкрытую шею третьего воина в хорошем цельнометаллическом зелёном доспехе, попытавшегося контратаковать, одновременно уворачиваясь от разряда боевого амулета, взорвавшего тело ещё одного вражеского воина кровавыми брызгами. «А вот, ты, дружок, немного отдохни», — парализующий луч втыкается в голову мага, попытавшегося достать меня.

Стою посреди коридора, заваленного трупами и залитого кровью. Живых противников больше нет, и рядом не чувствуются. С заметным трудом поднимаются с пола два моих гвардейца, которым чудом удалось сдержать прорыв вражеского отряда к лестнице, ведущей на верхние этажи. Помощь подошла в самый последний момент, когда магу противников уже удалось опрокинуть храбрых защитников. Наши синие кольчуги сохранили им жизни, но выглядели сейчас гвардейцы весьма неважно.

— Первый этаж чист! — вызвал по радио Марину.

— Двое ушли подземным ходом, — сразу откликнулась она бодрым голосом. — Вовремя ты подоспел, у меня уже почти не осталось сил, слишком много уродов, уже за твой автомат схватилась!

— Держись, мы обязательно победим! — только оставалось подбодрить её.

Сунувшись в подземный ход, сразу же выпрыгнул обратно, не пройдя и трёх десятков метров, едва не угодив под мощный взрыв. Почувствовал впереди опасность и резко рванул обратно, как оказалось — вовремя. Ход частично завалило, его, конечно, можно расчистить, но уже не получится догнать беглецов, ушли, сволочи. Потому стоит пока про них забыть — сбежали и ладно, гораздо интереснее понять, как они сумели проникнуть внутрь. Судя по всему — пролезли как раз тем же самым ходом. Его прикрывала защитная система, но нашелся хороший специалист по амулетам — боевые излучатели выведены из строя. Дальше незатейливо вышибли запоры на дверях, чтобы не возиться с ключами и проникли в подвал, как раз напротив главной печи. Там применили амулет, временно подавляющий магию, полностью отключая штатную защитную систему. Одновременно начался штурм снаружи, и если бы не «второй защитный контур», у бандитов был шанс добраться до моих людей. Потом бы мы их обязательно перебили, но потери могли оказаться весьма чувствительными. Пришлось бы применить огнестрельное оружие и амулеты–морозилки, от чего пока решили по возможности воздержаться, приберегая на самый крайний случай. Оборонный план строился на применении только уже известного тут оружия и того что могли производить сами, чтобы потом к нам меньше возникало вопросов. Если кто захочет что‑то купить из нашего арсенала — пусть платит достойные деньги.

Судя по радио докладам подошедших сюда со всех концов города боевых групп, большую часть нападавших на особняк они уже стреножили, сбежать удалось считанным единицам, и тех сейчас отловят мобильные патрули. Бунт, очевидно, идёт на убыль, штурм особняка оказался его вершиной. Если бы он удался, то общее «веселье» продолжилось б и дальше, а так — всё — бандитам уже ничего не светит.


Однако отдельные группы и единичных мародёров дружина ловила по городу до самой темноты. Хорошо хоть серьёзных столкновений больше не произошло. Отряды наёмников, которые вполне могли попытаться в самый ответственный момент штурма бандитами особняка склонить чашу колеблющихся весов на чью‑либо сторону, решили не вмешиваться. Получился именно чистый разбойничий бунт, в котором приняла активное участие городская беднота, кто по собственной глупости, а кто — польстившись на обещание богатой добычи, которую получится прихватить под шумок. К вечеру лагерь пленных вмещал около двух с половиной тысяч, а погибло не менее четырёх сотен бандитов. Разбежалось и попряталось гораздо большее количество бунтовщиков, вовремя почуявших подкрадывающегося к ним «полярного лиса».

Мы тоже понесли потери. Тяжело ранено оказалось девять дружинников и четверо магов, двоих погибших нашему целителю удалось оживить, а ещё троих, увы, просто не успели к нему доставить до гибели мозга. С этим и тут ничего нельзя поделать. Погибли новички, не успевшие получить должную подготовку, старая гвардия отделалась ушибами и переломами. Пострадавшие завтра уже смогут снова вступить в строй. Ещё один новичок куда‑то пропал вместе с мотоциклом и радиостанцией. Никто не знает об встроенных во все мои амулеты специальных закладках. А уж радиостанция вообще просто кишела ими. По специальной команде она должна работать маяком и короткими пачками передавать в эфир сжатые записи разговоров, если такие попадут на её встроенный микрофон. Такой же алгоритм действий включался автоматически по таймеру, если не был произведён своевременный вывод устройства из работы, то есть она не сдана на склад амулетов. Дружина несла службу по внутреннему уставу, оружие и боевые амулеты выдавалось бойцам только на время дежурства, а потом сдавалось обратно в арсенал. Естественно, у большинства моих бойцов и магов теперь имелось и своё собственное оружие, но его на боевое дежурство брать категорически запрещено. Сильно хочешь пользоваться любимой «игрушкой» — сдавай её в арсенал. Нужно что‑то определённое — делай официальную заявку, рассмотрим. Таким образом, вводилось определённое однообразие вооружений, и обеспечивался должный учёт. Вот и радиостанции требовалось сдавать, дабы подзарядить аккумулятор. Сейчас потерянная радиостанция молчала. Это могло сказать или о попытке извлечь из неё источник энергии, что без специальной подготовки должно привести к взрыву, или же о применении амулета, временно подавляющего магию. Если второе — скоро мы должны узнать, куда подевалась наша пропажа. Третий вариант — она лежит под землёй, откуда не выходит радиосигнал, тоже стоит рассмотреть, и для нас это самый худший вариант. Предательство бойца можно полностью исключить, он только умеет пользоваться рацией, но не знает, как её правильно обслуживать.

На вечернем собрании подводили предварительные итоги.

— Где был ты и твои люди Магистр Дан? — спросил нашего разведчика, когда речь зашла о штурме особняка.

— Допроси пленников в подвале — узнаешь, — попытался уйти он в сторону от прямого обвинения в бездействии, добавив: — Судя по всему, одновременно штурмовать особняк снаружи должны были три больших отряда. Два нам удалось перехватить, оставив без командования и посеяв панику. Один из них сдался без сопротивления в плен вовремя подошедшим дружинникам. Про третий отряд и реальное время атаки нам не было известно, главари ждали особой команды со стороны. Нам не удалось подчинить их, они приняли строгие огненные клятвы, без специального палаческого амулета их даже не допросишь — сразу сгорят.

— Среди твоих людей кто‑то может с таким амулетом работать? — спросил его.

— Неужели у тебя и такая редкая мерзость в хозяйстве найдётся? — удивлённо спросил он.

— Для хороших людей ничего не жалко — работайте, — достал из кармана и протянул Магистру маленькую штучку на цепочке, которую почему‑то все местные очень сильно боятся. — И чтобы к завтрашнему утру, вы точно знали, кто реально стоит за организацией нападения.

Глава разведки сразу же покинул нас, так как до этого уже рассказал все свои новости. Из них цельной картины не складывалось. К примеру, выкупленные нами склады с товарами попытались спалить их бывшие владельцы. Не сами, конечно, а послав своих людей. Теперь окончательно ясно, с кем дальше вести дела можно, а кого стоит исключительно принуждать к сотрудничеству силой. Из анализа событий выходило примерно следующее: — с самого начала неизвестные дирижеры попытались как можно лучше распылить наши силы по городу, связывая их различными столкновениями, и только потом ударили в самое сердце. Как только попытка захвата особняка провалилась, тайные организаторы сразу же сбежали, оставив своих подопечных без какого‑либо внешнего управления. Собственно, на этом городской бунт и закончился.


— Хочу просить твоего прощения, авторитет Вит, — подошел ко мне капитан Тук с выражением большого раскаяния на своём лице, когда все остальные уже разошлись.

— Ты о чём‑то умолчал на собрании? — поднимая свой взгляд от рассматриваемой карты города с отметками произошедших днём событий, спросил его.

— Думаю, это личное, — также виноватым голосом ответил он. — Помнишь, я обещал подарить принявшему нас на службу авторитету кинжал Настоящего Короля?

— Если честно — нет, — наконец вспомнил, к чему ведёт капитан.

Тогда мне было, во–первых, сильно не до того, а во–вторых, этот предмет не показался чем‑то особенным, вот и забыл про него и обещание Тука.

— Раз сам сейчас вспомнил, то давай, дари, — с улыбкой глянул на сильно замявшегося командира моей дружины.

— Пропал он, — капитан понуро опустил голову, очевидно признавая свою вину. — Кто‑то сегодня проник в мою комнату и выкрал именно его, больше ничего не тронув. Даже золото на месте осталось. Своих людей уже проверил — никто его взять не мог. Постарался кто‑то их нападавших, кто потом сбежал подземным ходом. Причём целенаправленно искали именно этот кинжал.

— Чем же он так ценен? — сильно удивился такой новости. — Не хочешь ли ты сказать, что весь этот бунт имел главную цель — под шумок выкрасть у тебя какой‑то ножик?

— Не знаю, — по внешнему виду капитана его слова соответствовали мыслям. — Мне лишь с чужих слов известно — этот кинжал нужен в каком‑то особенном ритуале, доступном только носящим высший знак королевского служения, который тут называют «печатью авторитета».

— Ладно, будем считать — ничего такого не произошло! — принял самое простое решение наплевать на пропажу, раз ничего с ней поделать уже нельзя. — Только в следующий раз лучше помни про свои обещания, — отпустил его, снова углубившись в изучение карт.


* * *


## Город Юмаю, дворец авторитета Сома, раннее утро.


— Олис, ну наконец‑то, — по лицу смотрящего сразу можно было сказать, о не далеко лучшим образом проведённой ночи. — У тебя всё получилось? — в голосе было изрядно волнения и затаённой надежды.

— Вот, — вылезший из подземного хода маг в грязной и рваной одежде, протянул своему хозяину маленький тряпичный свёрток. — Извини, Сом, но Юсием пришлось пожертвовать, иначе бы я не сумел уйти. Он остановился прикрыть меня, подорвав своим амулетом ход прямо перед Ним. Меня тоже завалило, пришлось долго откапываться, потому‑то так сильно и задержался.

— Это именно он? — авторитет развернул свёрток и взял в руку совсем небольшой кинжал, судьба героически погибшего за его интересы человека ему совсем не была интересна.

— Поисковый амулет древних пока никогда не ошибался, — ответил маг, стягивая с себя рваную куртку. — Проверить теперь ты должен сам, мне этот артефакт Величайших никогда не подчинится.

— Хорошо, — кивнул головой успокоившийся авторитет. — Как прошло само дело?

— Очень плохо, — Олису хотелось раздеться, отмыться и завалиться в кровать, так как гудевшие ноги уже подкашивались сами собой, всё тело болело от множества мелких ушибов, но хозяин его пока не хотел отпускать. — Ещё чуть–чуть и эта драная рыжая кошка меня бы достала. Амулеты невидимости ей не мешают, четырёх людей Алая она легко убила, несмотря на всю их хвалёную защиту и невидимость, только мне удалось прошмыгнуть, не коснувшись её острого жала. Всю группу штурмовой поддержки быстро выбили защитники, она так и не успела сделать своё дело, хорошо хоть ненадолго отвлекла охрану.

— Этот искатель не перестаёт удивлять, — Сом недовольно покачал головой. — Ему удалось гораздо больше, чем мы готовы были позволить. Откуда у него столько всего? Даже у Ордена Охотников нет столько «зеркальных кольчуг», чтобы выдавать их простым бойцам.

— Скорее всего, он их теперь сам производит, — грязный усталый маг поморщился, ему сильно не нравилось говорить такие слова, но других внятных объяснений не приходило в голову.

— Ты шутишь, Олис, — авторитет негромко хохотнул. — Знаешь же, сколько мастеров требуется для создания только одной такой брони, и это не считая времени. Три штуки в год — столько их делали ещё до войны, сейчас же вообще никто не берётся. Скорее всего, он где‑то тут тайный склад Ордена Охотников откопал, они здесь постоянно что‑то мутили ещё до войны с алхимиками. Попробуешь незаметно проследить за перемещением его людей?

— Извини, Сом, — маг резко скривился, как от зубной боли, — если они все пересядут на эти двухколёсные железные повозки, моим ребятам на лошадях за ними просто не поспеть.

— Попробую и для вас их раздобыть…, — голос выдавал сильное неудовольствие своего хозяина, авторитету сильно не хотелось платить заявленную этим непонятным выскочкой цену в сотню золотых, но, похоже, другого выбора не оставалось.

— Это было бы весьма кстати, — Олис глубоко вздохнул, и медленно осел на пол, физических сил после пребывания в отравленных подземельях, у него уже совсем не оставалось, а эликсиры, повышающие выносливость, совершенно не сочетались с противоядием.


* * *


Осторожно выбравшись из тёплых объятий ещё не проснувшейся Марины, сразу же включился в дневную суету, солнце уже давно перевалило через зенит. Надо же, столько дней не спал, и даже не хотелось, а тут почему‑то надолго сморило. После вчерашних дневных событий и подведения предварительных итогов подавления бунта, такое поведение организма совсем неудивительно. Первый раунд кровопролитного матча под названием «Смертноземельская война» остался за нами. Нужно успеть переварить захваченную добычу, и подготовиться к следующим раундам борьбы, которые не заставят себя долго ждать. Впрочем, как бы плохо не относился к развязавшему вчерашнюю кровавую баню авторитету Сому, надо отдать ему должное — своей цели оттянуть начало главных военных действий, ему достичь удалось. От двух до четырёх месяцев теперь потребуется городу для восстановления нормальной экономической деятельности, а с учётом затеянного мной строительства ещё больше. Пока тут будет продолжаться вялотекущий бардак, смотрящим других городов сильно беспокоиться о потерянных прибылях не придётся — следовательно, и войны не будет.

— Вит, нам срочно нужно поговорить, — жрица Аэль нашла меня в кабинете, оторвав от изучения кучки трофейных амулетов.

Выглядела она сейчас как‑то слишком по–деловому, ну чисто офисный работник респектабельной компании, если завязать длинные волосы сзади в пучок и одеть соответственно. А то сейчас на ней висело какое‑то совсем невразумительное лёгкое платье, совершенно не сочетающееся с уверенным взглядом и манерой общения. Свои странные чары жрица уже давненько не включала, предпочитая общаться со мной, только когда ей действительно что‑то сильно требовалось, стараясь не показываться лишний раз на глаза.

— Рассказывай…, — отодвинул амулеты в сторону и внимательно посмотрел на неё.

— Вот, — положила она передо мной лист бумаги с длинным списком, — нам обязательно нужно попытаться завербовать всех этих людей.

Начертания местных букв мне ничего не говорили, потому отодвинул бумагу в сторону, спросив совсем другое, желая как‑то понять мотивы действий этой непонятной женщины:

— Расскажи, какую цель ты лично преследуешь, и почему так сильно вцепилась в меня? Только честно, дабы мне захотелось тебе верить. И ещё чем тебе не угодил авторитет Сом? — уже давно стал серьёзно сомневаться в инициативе нашего знакомства, исходившей только от него.

— Фи, — презрительно фыркнула жрица, — нашел с кем сравнить. Твой Сом давно ни о чём, кроме своего положения в Искательском Братстве не думает, да и недостоин он однажды взять меня.

— А я, стало быть, достоин? — удивлённо спросил её.

Вместо ответа она подошла ближе и, отодвинув стол, устроилась у меня на коленках, потянув вверх платье и разводя ноги в стороны. Затем взяла мою руку и решительно положила на одно интересное место.

— Чувствуешь? — спросила она после того, как по её телу пробежала волна крупной дрожи.

Мои же ощущения были очень странны. С одной стороны вроде бы и тянуло куда‑то, а с другой — на пути стоял какой‑то незримый барьер.

— Похоже, что‑то не пускает, — ответил ей, убирая свою руку.

— Это пока, ты просто ещё не готов, — улыбнулась она, опять укладывая мою руку на себя.

Судя по реакции её тела, это явно доставляло ей большое удовольствие, хотя мне было совершенно ясно — чего‑то большего сейчас между нами не будет. Да и не хотелось, собственно.

— К чему не готов? — переспросил её, обхватывая забывшуюся на несколько секунд девушку поудобнее, а то она чуть не упала с моих коленей.

— Общаться с Ним! — сказала она, немного приходя в себя.

— С кем–кем? — совсем не понял, о ком она сейчас говорит.

— Его все здесь называют Истинным, — ответила она, как‑то странно посмотрев на меня. — Неужели ты до сих пор не догадался?

— Хочешь сказать — он и вправду существует? — несмотря на всю странность нашего разговора, как по внешней форме, так и по содержанию, вдруг резко осознал его огромную значимость, как будто кто‑то попытался меня предупредить.

— Возьми меня там немного глубже, расслабься и попробуй почувствовать сам, — жрица обхватила мою шею рукой и положила голову на плечо.

Скользнув глубже, сразу стало ясно — других мужчин у девушки ещё не было, но трогая её, ощутил совсем близкое присутствие кого‑то постороннего. И за ним стояла какая‑то совершенно невероятная сила, причём явно благоволившая ко мне, но, тем не менее, не позволявшая сделать шаг навстречу.

— Я мост, перекинутый между Ним и достойным, и ты, авторитет Вит, обязательно первым пройдёшь по нему, когда придёт твоё время, — сказала жрица, выходя из своего транса и выскальзывая из моих объятий, в движении одёргивая платье. — Ты хочешь знать мою цель? — гордо вскинула она голову, садясь на свободный стул напротив. — Когда‑то самому Истинному никто из людей не служил, наоборот именно он служил людям по своему Великому Предназначению. И любой достойный муж мог свободно прийти в Его Храм, и взойти с помощью жрицы для прямого общения с Ним. Потом произошло одно трагическое событие, в результате которого и появились нынешние Слуги Истинного, а сам Храм Истинного стал называться Отверженным. По старым методам обучения жриц теперь Орден Наставников готовит на продажу «дев престижа» и «постельных служанок», но они не способны стать тем самым мостом, им кое–чего не хватает. Я самая последняя жрица в этом мире, и потому мне нужно непременно возродить Храм. И ты, авторитет Вит, мне в этом поможешь! — слишком самоуверенно в конце заявила она.

— Мне‑то какой с того резон? — переваривая удивительную информацию, тем временем подобрал самый уместный вопрос.

— Неужели ты не хочешь узнать тайну своего появления в этом мире? — жрица задорно подмигнула, показывая свою полную информированность, касающуюся моей судьбы.

— Хочу, конечно, но…, одного этого как‑то маловато будет! — сгорая от любопытства, всё же решил несколько набить себе цену, дабы вытянуть из разговорившейся Аэль побольше ценной информации.

— Тебе достанется самая большая награда, — покачала она головой, явно не желая рассказывать все подробности. — Пока просто поверь мне на слово — она действительно достойна ЛЮБЫХ твоих усилий.

— Хорошо, поверю, раз ты так просишь, — до сих пор пребывал под впечатлением того странного контакта, возникшего с неизвестной силой, встряхнув головой, прогоняя удерживающееся наваждение спросил: — Кто эти люди и зачем они тебе нужны? — решил перейти к тому делу, с которого и начинался наш разговор, забирая бумажный листок со стола в свои руки.

— Это известные во всех королевствах специалисты и учёные мужи в самых разных областях, которые вскоре окажутся тут, — ответила жрица деловым голосом. — Нам нужно чтобы здесь о них хорошо позаботились, пока в столице не закончатся кое–какие события.

Заметил и сразу исключительно правильно понял её слово — «нам». Судя по всему, лично я в него пока не входил. Опять предлагают поработать на чужие интересы, обещая когда‑то расплатиться непонятно чем. С другой стороны, если речь идёт о помощи действительно достойным людям — не вижу причин отказать. Вдруг получится наладить взаимовыгодное сотрудничество, и они войдут в мою собственную команду?

— Что тебе от меня требуется, кроме разрешения? — посмотрел на резко подобравшуюся девушку, ждущую моего ответа, она слишком поздно заметила свою случайную оговорку и ждала не самую лучшую реакцию на неё.

— Ещё потребуется построить несколько зданий, — вздохнула жрица с явным облегчением, не получив от меня подобающей отповеди и очередной порции не очень приятных расспросов.

— С этим подходи к Ведьме! — перекинул Аэль её же листок обратно, предлагая тем самым самостоятельно решать все проблемы, разговор с ней потихоньку начинал утомлять.

Доступ к существенной части моей казны у неё есть — остальное узнаю из финансовых отчётов и личных разговоров с теми, кого она собирается тут спасать и обихаживать.


— Слушаю! — следующим за жрицей ко мне пожаловал Магистр Дан, так и не дав изучить трофеи.

— Возвращаю очень ценную вещь, — он положил передо мной палаческий амулет, — раньше даже не думал о её огромной пользе в нашей работе, в королевствах за прикосновение к ней запросто отрывали голову.

— Помогло? — спросил его, ожидая подробного рассказа о допросе наших пленников.

— Несомненно, — Магистр злорадно улыбнулся. — Очень хочется оставить себе такую хорошую возможность ковыряться в чужих мозгах, но боюсь получить сильную зависимость и потерять хватку.

— Рассказывай! — мне не очень интересны подробности на тему как была получена информация, главное — что она из себя представляет.

— Все допрошенные указывают на некоего Алая, — начал свой доклад Дан, сев напротив меня. — Предположительно он являлся руководителем сообщества охотников за головами, и имел к тебе, авторитет Вит, большие личные претензии. Именно его люди наняли или подговорили всех бандитов, принявших участие в нападении на особняк. Четверо невидимых убийц, вовремя остановленных Ведьмой, тоже принадлежали ему.

— Ты почему‑то говоришь про этого Алая, в прошедшем времени. Он ещё жив? — отметил кое‑что важное в речи «шеф–повара».

— Судя по тому, как быстро исчезли оставшиеся огненные клятвы, выданные на его личность — уже нет, — утвердительно кивнул докладчик. — Причём умер он совсем недавно, примерно час назад. Можно предположить — ему отомстили свои же люди после того, как провалилось организованное им покушение на тебя.

Мне же тут виделось совсем иное — банально убрали ключевого свидетеля, чтобы случайно не проболтался об истинных организаторах. Концы в воду и никаких проблем. Чувствую, никаких ниточек, которые хоть как‑то ведут наверх, через допросы пленных мы не найдём. Если и откроются некоторые имена — реальных свидетелей уже нет, работали профессионалы.

По дальнейшему рассказу Магистра так и оказалось. Большая часть магов, принявших участие в бунте, оказались наёмниками, и только некоторые сами входили в разбойничьи шайки. Особенно одарённых среди них нет, но можно кого‑то их них завербовать для службы в нашей городской дружине. Да, Дан сразу дал мне понять — придётся создавать собственную вооруженную организацию, поддерживающую правопорядок на нашей территории города. Городская стража, подчиняющаяся Сому, там теперь даже не собирается появляться. В общем, теперь потребуется набирать и обучать новых людей, иначе разбежавшиеся разбойники не дадут нам налаживать мирную жизнь. Опять сплошные непредвиденные расходы и лишние хлопоты. Монетного серебра для выплаты жалования и оплаты всех сопутствующих расходов, связанных с организацией ещё одной дружины, катастрофически не хватает, требуется придумать, чем восполнить его недостаток. По оружию вопрос не стоит, захваченных во время подавления бунта трофеев хватит для вооружения небольшой армии. Только кольчуг и броней совсем мало, но это мы попробуем исправить благодаря собственному производству, которое благополучно продолжало работать, выдавая на склад по двадцать синих кольчуг за день. Можно даже больше, но пока не было особой необходимости перенапрягать кропотливой работой «постельных служанок». Благо для них нашлось ещё одно полезное дело, а именно мануальный массаж, благодаря которому мои дружинники быстрее восстанавливали силы после дежурства, и могли заниматься дополнительной подготовкой.


Едва только отпустил разведчика, передав ему для повышения эффективности работы ещё несколько амулетов из вчерашних трофеев, подала голос радиостанция, поймавшая сжатый пакет от вчерашней потери.

— Галитус, ты уже разобрался с амулетами? — из динамика послышался незнакомый мужской голос после серии шумов, чьего‑то долгого сопения и громких стуков.

— Великий, я никак не могу определить, кто их мог сделать! — в голосе отвечавшего мужчины явно чувствовалось большое недовольство и лёгкий страх. — По большей части все они новые, но так здесь никто раньше не работал, даже алхимики, хотя заметна весомая доля их влияния.

— То есть о повторении их твоими мастерами можно даже не спрашивать? — в голосе первого читалось явное сожаление.

— Их не смогут повторить даже лучшие столичные мастера, — голос немного успокоился, — Это уровень Великих, а их, как ты сам знаешь, уже не осталось.

— Значит, мне стоит как можно скорее пообщаться с тем выскочкой, если, по твоим словам, все его люди имели при себе такое, — задумчивым голосом сказал первый.

— Великий, ты собираешься бросить ему вызов силы и чести? — восторженно спросил второй. — И если он благоразумно откажется от поединка, в качестве компенсации затребуешь себе его имущество и мастеров, создавших эти амулеты?

— Твоя мысль, Галитус, хороша, но нет, — первый голос выдержал небольшую паузу. — С таким интересным человеком стоит просто поговорить, возможно, у нас найдутся общие интересы. Бросить ему вызов никогда не поздно, только ведь он от него не откажется.

— Неужели ты сомневаешься в своём превосходстве, Великий? — голос был наполнен самым искренним удивлением.

— Не хочу получить какой‑либо неожиданный сюрприз, — коротко хохотнул мужчина. — Некоторые здешние дураки, считавшие себя выше всех остальных, так и не смогли их переварить. Более того, я верну ему все амулеты и его человека в качестве жеста примирения.

— Это так не похоже на тебя, Великий, — удивление в голосе стало ещё больше. — Ты всегда привык брать своё исключительно силой, которой тебе не занимать.

— Времена меняются, Галитус, пора и вам менять своё представление о том, как стоит общаться с некоторыми людьми, ибо они действительно не такие как все…

Судя по времени отклика на тестовый сигнал обнаружившейся рации, она быстро приближалась к городу, следовательно, скоро нужно ожидать очень интересных гостей.


— Как меня на самом деле зовут, уже и сам за долгие годы позабыл, все называют меня Великим, можешь и ты так звать, — представился мне мужчина неопределённого возраста.

По внешнему виду можно сказать — от тридцати до сорока лет, не больше, немного морщин, лёгкая седина в аккуратно подстриженной короткой бороде, руки без следов активной физической работы. Но стоит только взглянуть в глаза, как сразу становятся видны прошедшие века.

— Разрушенный Храм на Большом Базаре — твоя работа? — спросил его, когда понял, кто передо мной сидит.

— Ты там тоже тогда неплохое представление устроил, — улыбнувшись, кивнул он. — Даже задержался немного, чтобы досмотреть, чем дело закончится. Хочу узнать, почему ты меня сейчас так легко принял после всех недавних попыток покушения на твою жизнь? — Великий Повелитель с интересом смотрел в мою сторону.

Включил радиостанцию с воспроизведением принятого ей разговора, решив не делать из этого большого секрета. Если информация разойдётся дальше, их просто не будут пытаться захватить. А подслушивающие устройства и маячки встрою и в другие амулеты собственной конструкции, когда освою производство интегрированных накопителей электроэнергии.

— Ты действительно не боишься моего вызова? — удивлённо спросил он.

Тем временем заметил, как Великий Повелитель решил демонстративно показать мне своё могущество, понемногу потянув тепло отовсюду. Из воздуха, из камня стен, из тепловых труб, из печи на кухне и в подвале. Он легко мог черпать огромную энергию с расстояния совершенно недоступного здешним магам. Затем он повесил вокруг меня тонкостенный безвоздушный кокон с быстро вибрирующей внутренней поверхностью, надёжно перекрывающий все мои попытки схватить тепловую энергию из окружающего пространства. Только откуда ему было знать о наличии за моей спиной источника энергии в виде обновлённой амулетной конструкции с полными накопителями? В качестве ответного «привета» повторил своеобразный «термос» вокруг тела своего гостя. Тот мгновенно потерял шедшие к нему потоки силы и его влияние на меня исчезло.

— Почему‑то именно так и думал, — он задумчиво покачал головой, когда прекратил воздействовать на него. — Таким как мы нельзя друг с другом бороться, и так, нас совсем мало осталось.

— Рассказывай, чего от меня хотел? — решил сразу перейти к делу, чтобы не терять зря времени.

— Мне хочется попасть в столицу королевств, и там кое с кем хорошенько поговорить, — зловеще улыбнулся Великий Повелитель. — Вот только на пути слишком много стражи и охотников, даже мне одному с ними не совладать, догонят и задавят числом. И вот тут вижу твои двухколёсные амулеты, которые мне бы очень могли пригодиться, если они смогут быстро доставить одного человека до столицы. Также слышал известия о том, как ты здесь недавно летал. Следовательно — есть и такой амулет. Тоже очень нужно.

— Если очень надо — могу продать, — пожал плечами, не видя причин для отказа.

— Дело в том, — Великий Повелитель явно замялся, — у меня просто нет таких денег, сколько все эти вещи должны стоить. И, если честно, мне совсем нечего предложить кроме некоторых своих услуг и связей, если моё дело окажется успешным.

— Неужели Великий за столь долгую жизнь не накопил достаточно богатства? — беззлобно улыбнулся в ответ на заманчивое предложение просто подарить ему столь нужные предметы.

— Это долгая история…, — на его лице появилось явное недовольство.

— Догадываюсь, — не стал ждать, пока недовольство перейдёт в гнев, иначе придётся восстанавливать особняк из руин. — Хорошо, мне не сложно помочь тебе с такой мелочью, причём без всяких ответных обязательств!

А про себя отметил — лучше пусть такой потенциально опасный тип будет где‑то подальше. Победить его вполне реально, но пусть этим займётся кто‑то другой, явно не принадлежащий к числу моих союзников.

— Буду премного благодарен, — улыбнулся он в ответ.

— Только придётся немного потерпеть, так как имеющиеся готовые изделия не полностью подойдут, они создавались исключительно для здешних условий, их требуется доработать, — немного разочаровал своего гостя необходимостью ждать.

Не говорить же ему о своём желании выдать ему особенные специальные изделия с многочисленными недокументированными функциями. Ничего опасного, простой шпионаж.

— Мне хотелось бы посмотреть, кто у тебя делает амулеты, и присутствовать при их работе, — он, очевидно, разгадал мой нехитрый план.

— Не вижу проблем! — поднялся со своего стула, приглашая выходить за собой из гостевой комнаты.

Пусть попробует разобраться в нагромождении программного кода, который‑то и обнаружить местные мастера не способны, по крайней мере, мастер Бокк его точно не видит.

В амулетной мастерской никого не было, и действовали лишь наши автоматы по производству тонкостенных трубок и колец из них. Мои мастера тем временем занимались расчисткой и обустройством подземного хода. Ещё одного повторения подземного проникновения мы допускать не собирались. Потому теперь там будет установлена наша собственная охранная конструкция, работающая преимущественно на механике и электричестве. А сам ход можно будет использовать для незаметного покидания города и такого же скрытного возвращения обратно, так как он имеет несколько выходов на поверхность в разных местах. Жалко тогда не отдал сразу команды на расчистку, преследуемые мной беглецы сами угодили под устроенный ими обвал. От одного мага, подорвавшего свой боевой амулет, практически ничего не осталось, а второй постепенно откопался и ушел.

Великий Повелитель явно заинтересовался нашим производством, но спросил о другом:

— Неужели ты сам занимаешься амулетами?

— Не всеми, — пожал плечами в ответ, подбирая нужные заготовки. — Я их, в основном,

разрабатываю, а кому делать у меня есть, просто они сейчас заняты другой работой.

Задумав делать персональный подарок, перебирал в голове подходящие варианты. Есть некоторая вероятность в перспективе запустить экспортное производство. Телеги, мотоциклы, вероятно — велосипеды. На любой вкус и кошелёк. Потому тут нужно сразу обеспечить выгодное для себя сочетание цена–качество. Так, берём печь от грузовика, оба колеса пусть будут с моторами, достаточно серийных, которые мы делаем для мотоциклов своей дружины, единственный накопитель и устройство персональной зарядки батареи пользователем. Учитывая невероятные магические возможности моего гостя, можно существенно упростить конструкцию, выкинув печь, бак и топливный насос, так как он сам способен обеспечить достаточное количество энергии для скоростной езды. Значит, нужно существенно изменять конструкцию зарядки, имеющаяся серийная такие токи просто не вытянет. Правда, печь со всей обвязкой стоит оставить, пусть будет, так как создаётся не столько персональный, сколько — универсальный демонстрационный экземпляр. Опять новый управляющий амулет делать. Хе–хе, со встроенным компьютером. Три потока сознания включаются в разработку, пока неспешно собираю механическую часть из готовых элементов. Ещё три потока занялись расчетами упрощённой амулетной конструкции. Эффекторы, обеспечивающие полёт — это те же самые боевые амулеты, которые используются в здешних охранных системах. Они способны как прижимать захваченные полем силы предметы и людей к себе, так и отталкивать их от себя. Стоит испытать в таком качестве новую версию, специально разработанную мастером Бокком для нашей охранной системы и работающую непосредственно от электричества, а не от подводимого тепла, как обычные варианты. Заодно потом и свою амулетную конструкцию модернизирую, если эксперимент окажется успешным.

— Почему‑то раньше всегда считал — Великие Повелители и без всяких амулетов способны летать…, — спросил своего гостя, помогая ему правильно затянуть ремни крепления конструкции на руках и ногах.

— Ты‑то сам пробовал? — ехидно ответил тот вопросом на вопрос.

— Приходилось, — покачал головой, вспоминая уже несколько позабытый случай, ещё в самом начале моего пребывания в этом мире.

— В воздухе слишком мало тепла, чтобы долго держаться, — хмыкнул Великий Повелитель. — Ты вот тоже амулеты предпочитаешь делать, а не обходиться только одним могуществом.

«А ведь он меня за равного принимает», — между делом подумалось мне. Надо бы к нему лучше присмотреться, когда он демонстрировал мне свою силу, случайно заметил — он вбирает энергию из окружающего пространства немного иначе, чем это делаю я и другие маги. Если мы тянем сами, как бы хватая нужную силу невидимыми руками, а он просто позволяет ей самостоятельно втекать в себя, практически не прилагая для этого усилий. Похоже, тут опять всё упирается в мышление, на чём вся местная магия и действует.


— Так–так, уже хорошо, теперь чуть медленнее, руль держи прямо…, — натаскиваю очередного ученика, выбравшись за город, предварительно дав почувствовать ему максимальную скорость, которую способно развить наше транспортное средство.

С целью изучения своего гостя немного схитрил, предложив ему обеспечивать моторы энергией самостоятельно, не запуская печи. Амулет зарядки и питания электрических цепей пользователем располагался непосредственно под сиденьем, им одновременно мог пользоваться и водитель и пассажир. Ощутив потоки силы, втекающие в Великого Повелителя со всех сторон, попробовал подстроиться к нему. Сначала ничего не получалось, актуальное сознание никак не хотело переходить в какой‑то новый для него режим, ещё два потока были заняты исключительно наблюдениями. Но потом, следуя в подстройке за партнёром, постепенно сдвигая рамки восприятия из своего тела вовне, что‑то внутри внезапно щёлкнуло, открывая очередную тайную дверь к огромному могуществу. «Ох, как же всё, оказывается, просто», — пришла первая мысль, когда у меня получилось совсем немного повторить его действия. Действительно, всё дело в мышлении. Обычные люди и маги выделяют себя из окружающего мира, замыкаясь в своих ощущениях на самих себя, и лишь открывая небольшие окна наружу через свои органы чувств и магическое восприятие. Великие же частично растворяют самих себя в окружающем пространстве, далеко выходя за границы своего тела. Это сильно непривычно, зато открывает новые горизонты. Основной принцип ясен, теперь потребуется лишь чаще тренироваться, чтобы получить такие же энергетические и сенсорные возможности.

— Теперь меняемся местами, будем осваивать управление на большой скорости лишь немного изменяя положение своего тела, — перехожу к следующему этапу обучения, езда по прямой и повороты за счёт руля почти освоены. — Предлагаю сначала почувствовать, как это делаю я, и потом повторить самостоятельно, когда опять поменяемся.

Пересев за руль медленно разгоняюсь, вихляя вдоль дороги из стороны в сторону, держа руль прямо и просто изменяя положение тела.

— Держись!!! — резко ускоряю нашу повозку, выжимая газ на максимум, одновременно прибавляя скорости за счёт накопителей своей амулетной конструкции.

Чувство внезапной острой опасности резко кольнуло в грудь, заставляя ускориться. Восприятие моментально вышло на сверхскорость, отмечая, как спереди со стороны леса к нам летит какой‑то небольшой предмет. Несмотря на наше неравномерное движение, он совсем не собирался пролетать мимо, а как самонаводящаяся ракета неумолимо приближался, корректируя траекторию своего полёта. Подпускать его к себе, рассчитывая на щиты силы, почему‑то категорически не хотелось — воздушный таран отшвыривает опасный предмет вверх и сторону, а я ещё сильнее разгоняю мотоцикл, ощущая очередной резкий прыжок чувства опасности. Сзади на мгновение вспыхивает ослепительная вспышка, обдающая нас обжигающей волной сильного жара, затем воздушная волна подхватывает наши тела вместе с мотоциклом, и проносит вперёд. Щиты силы выдерживают жар и мощнейшую ударную волну, мы снова плюхаемся на дорогу, едва удержавшись на колёсах и не улетев за обочину.

«Нихрена себе», — рассматриваю выгоревшее пространство, остановившись в резком развороте. Как это ни странно, дорога древних совсем не пострадала от произошедшего немного в стороне над ней воздушного взрыва. Зато трава по бокам дороги мгновенно сгорела, обгоревший лес по обочинам разметало ударной волной. Круг полного поражения — метров двести. Сколько же энергии было в том взрыве? Бабахнуло прямо как малый тактический ядерный заряд. Дела…

— Он там! — Великий Повелитель, как и я пребывающий под большим впечатлением, показал рукой в сторону переломанного леса.

Под завалом из обугленных с одной стороны древесных стволов, быстро раскиданных Великим в стороны, нашелся небольшой вход в подземное убежище. Там же обнаружилось обгоревшее тело стрелявшего по нам человека. Жизнь ещё не полностью покинула его, но долго ему не протянуть.

— Поддержать его недолго сможешь? — спросил своего напарника.

— Полчаса, из меня плохой целитель, скорее наоборот, — покачал он головой.

— Центральная, срочно высылайте дежурный отряд и Повелителя плоти Осуса вместе с Магистром Даном на южную дорогу, — вызвал свой особняк по радио.

— Ты сам‑то цел? — ответила рация голосом Марины.

— Отделался лёгким испугом, даже штаны сухие, — хмыкнул в ответ. — Короче, основной ориентир, где нас стоит искать, бойцы сами легко найдут, мимо него точно не проедешь.

Стрелка нужно обязательно допросить, применение против нас такого мощного оружия уже о очень многом говорит. И в другое время может так не повезти.

Собственно, применённое оружие оказалось большим специальным арбалетом с каким‑то хитрым амулетом наведения выпущенного снаряда по движущейся цели, явно произведённого древними мастерами. В качестве снаряда использовались накопители алхимиков, причём, накопители полноценные, заряженные до самого упора, в количестве шести штук. Из них сделали такой своеобразный арбалетный болт, составив один за другим в общий корпус, вместе с ещё одним небольшим амулетом, обеспечивавшим управление полётом «стрелы» и её подрыв по таймеру или при попадании в цель. Сами накопители имеют очень хорошую защиту от любых внешних воздействий, алхимики прекрасно понимали опасность хранения больших запасов энергии в малом объёме материи. Потому‑то подорвать их накопители можно только по особой внутренней команде. И неизвестные мастера, создавшие «управляемую стрелу» весьма неплохо разобрались во всех тонкостях. При одновременно подрыве такой конструкции, вся запасённая в накопителях электроэнергия мгновенно превращалась в тепловую с соответствующим результатом, который теперь можно наглядно наблюдать наверху. У одинокого стрелка при себе нашлось ещё две готовые «стрелы», и он, судя по всему, сам не до конца представлял мощности своего оружия. Иначе бы не обгорел от вспышки. Своевременно обнаружить его помешала специальная сеть, размывающая и блокирующая потоки силы, которой он укрывался. Причём, сеть сыграла при этом против него. Если он маг, в чём можно не сомневаться, то мог бы удержать персональный щит силы и остался цел. Место для засады было выбрано с умом, хотя и в явной спешке — именно тут учил езде на мотоциклах нашу дружину. Враги разумно предположили, что мы сюда ещё обязательно вернёмся, и не прогадали. Опять моя ошибка, не стоит так часто повторяться. Ибо если они использовали заряженные накопители не как стрелы, а в качестве управляемых мин, расположив их в местах моего наиболее вероятного появления, для нас всё могло сложиться далеко не так удачно.


Прибывшее подкрепление далеко не сразу пришло в чувство после того, как увидали результат буйства огненной стихии.

— На Чёрном Перевале во время войны, наверное, так же было, — удивлённо рассматривал выжженный круг целитель Осус.

— Да, только в тысячи раз сильнее, — вытащил его из состояния лёгкого транса. — Срочно займись умирающим, для нас вполне достаточно, чтобы он смог разговаривать. К примеру, глаза ему совсем не потребуются, потому не трать время и силы на лишнее.

А сам в это время задумался над событиями далёкого прошлого. Вполне возможно взрыв на Чёрном Перевале, который когда‑то посчитал термоядерным, мог оказаться таким вот обыкновенным энергетическим. Алхимики одновременно подорвали несколько тысяч своих заряженных накопителей — эффект оказался вполне сопоставим, причём безо всяких радиоактивных выбросов. Интересно, почему они потом больше не использовали против армий Лордов такое замечательное оружие? Нормальных накопителей не хватило, все на ловушки пошли? Тогда откуда эти несостоявшиеся убийцы их раздобыли? Очередная загадка, которую попробуем разгадать с помощью допроса нашего нового пленника.

— Знаешь, Вит, — мне, похоже, пора отсюда срочно выбираться, — рядом встал Великий Повелитель, передавший тело умирающего моему целителю. — Это ведь за мной убийцы пришли…, — вид у него при этом был весьма озадаченным, он явно не мог прийти к какому‑то определённому мнению.

— С чего ты так решил? — удивился таким его выводам, так как считал совсем иначе. — Судя по месту нападения, как раз скорее за мной. Причём, уже приходилось ввязываться с этими людьми в опасные драки.

— Ты ж тоже ведь из их числа будешь…, — он весьма подозрительно посмотрел в мою сторону.

— Шутишь? — удивляться больше просто не хватало сил, оставалось только посмеяться.

— И ты, и они очень хорошо используете амулеты алхимиков, искательские знаки у вас одинаковые, да и в это место, где произошло нападение, меня ты привёз. Всё сходится! — закончил он говорить, и победно глянул на меня, ожидая ответной реакции.

Прямой опасности с моей стороны он явно не чувствовал, иначе бы уже давно напал.

— Почему тогда не пытаешься атаковать, раз уже причислил меня к их лагерю? — спросил его.

— Тебя ведь тоже «Братья Искатели» одновременно со мной устранить хотели, потому ты мог просто не знать, — хмыкнул он себе под нос. — Не знаю, какие лично у тебя были с ними договорённости, но теперь нам явно будет не по пути.

— Как знаешь, — пожал плечами, принимая его часть правды. — Только знай, я не отношусь к Искательскому Братству, искательский амулет лишь подарок от одного из них. И можешь немного подождать, допросим вместе стрелка, узнаем всю правду.

— Извини, авторитет Вит, мне действительно пора, — вздохнул он, хотя видел, что желание разобраться в этой прескверной ситуации у него никуда не исчезло. — Надеюсь, твои амулеты не взорвутся, когда ты этого захочешь? — поинтересовался он напоследок.

— Нет, — присел на ближайший обгоревший ствол, ковырнув ногой обожженную землю, — хотя, в принципе, такое вполне можно сделать, особых сложностей тут нет, — решил честно признаться в своих возможностях. Могу показать, как можно самостоятельно подорвать летательный амулет, если случайно попадёшь в плен и не захочешь, чтобы из тебя вытряхнули душу, оставив пустую оболочку.

— Вот за такое дело буду особенно благодарен! — кивнул он мне.

Пришлось показывать Великому Повелителю, как в принципе можно мгновенно уничтожить все мои изделия со встроенными накопителями. Естественно, только те, которые были предназначены специально для него. В моих собственных схема подобного действия была несколько иной.

— Если возникнет желание пообщаться, воспользуйся этим — протянул ему свою радиостанцию, которая перед этим получила существенное изменение управляющей прошивки. — Прямой связи, если будешь слишком далеко, не гарантирую. Прижимаешь пальцем вот тут, — показал ему немного выделяющееся место на сенсорной панели, — и говоришь. Затем положи амулет где‑либо, на поверхности, под землёй он не сработает, тот сам передаст твои слова дальше, думаю, даже из столицы королевств досюда добьёт, но требуется проверять. — Если придёт мой ответ — смотри сюда, — обратил его внимание на небольшой стрелочный индикатор. — Если стрелка показывает на красное пятно — жмёшь ещё раз и слушаешь ответ. Понятно?

— Тоже не доверяешь амулетам дальней связи древних? — он взял из моих рук хитрую коробочку, внимательно вглядываясь в неё своим взглядом силы.

— Ты даже не спросил, есть ли они у меня…, — хмыкнул в ответ.

— Не сомневаюсь, — он посмотрел на мою правую руку, где имелся невидимый перстень. — Правильно делаешь, если прибегаешь к нему только в самом последнем случае. Их слушают.

— Ты, естественно, знаешь кто? — почему‑то было совсем неудивительно.

— Нет, — покачав головой, он убрал рацию в карман, подняв за руль с земли мой двухколёсный подарок. — Возможно, ты это раньше меня узнаешь, Великий Алхимик…, — с последними словами он ловко вскочил на сиденье, прям как раньше это делал я, брызнув грунтом из‑под колёс, резко набирая скорость.

— Пора ехать, — тронул меня за плечо Магистр Дан, выводя из задумчивого состояния через некоторое время. — Мы всё здесь проверили, он был только один, — очевидно имея в виду обгоревшего пациента нашего целителя.

— Хорошо, — ответил ему, направляясь к стоявшему рядом грузовику, куда мои дружинники уже закинули тело.

По дороге к дому продолжал думать, почему вокруг меня происходит столько событий. То одно, за ним сразу другое, не успеешь отдышаться — третье подваливает, и так безо всякой остановки. Только немного усилишься, вывернувшись из очередной передряги — сразу следует немедленная проверка на прочность. И когда же это хоть ненадолго прекратится…?


Похоже, ночные бдения в делах и работе постепенно становятся заразны. Пока «постельные служанки» накинувшись на моё тело впятером, восстанавливали душевное равновесие массажем, крепко разминая все мышцы и позвонки, мастера накинулись на свежую добычу. Что‑то в ней они такое особенное нашли, и всё никак не могли разобраться. Едва только выгнал спать мастеров, слишком засидевшихся за изучением трофейного арбалета, пожаловал глава разведки, доложить о результатах допроса пленника.

— Он был последним, больше опасности с той стороны пока не ожидается, — сразу обрадовал он, начиная доклад с его конца.

— Кто они? — повернулся к нему, наконец‑то запустив в дело очередной информационный кристалл для создания нужных плетений подчинённой силы промышленным амулетом.

— Отступники Искательского Братства, которые считали таковыми всё остальное Братство, — поведал Магистр, ловко присаживаясь на шаткую кучу мотоциклетных рам, стульев в мастерской не нашлось, все куда‑то задевались.

— Стало быть — это не само Искательское Братство, а какая‑то отколовшаяся от него часть, — с некоторым облегчением договорил за ним.

Ссора с теми весьма влиятельными людьми, к которым принадлежал и авторитет Сом, мне совсем не была нужна. По крайней мере, сейчас. Впрочем, загадываться не стоит, вероятность её возникновения весьма велика, если наши интересы принципиально разойдутся.

— Ты прав, уничтоженная тобой группа — теперь уже можно заявить именно так, боролась за пребывание Искательского Братства исключительно на территории Смертных Земель, хотя большая часть членов этой организации давно решила выйти наружу, и вести борьбу за признание их права свободного использования наследства алхимиков в королевствах. Между отступниками и остальными членами Братства велась вялотекущая борьба с переменным успехом то одной, то другой стороны. Прямой войны не было, однако друг дружку они сильно не любили. Главный адепт отступников посчитал — ты, авторитет Вит, слишком заметно усиливаешь позицию их противников, потому решил тебя непременно уничтожить. Но в этот город они сами не имели возможности проникнуть, тут против них сразу бы развернулась серьёзная охота, потому попробовали действовать чужими руками. Отряды охотников за головами, которые не один раз преследовали тебя — именно их работа, эти две организации были очень тесно связаны. Недавнее нападение Воина Справедливости тоже. Тебе недавно удалось догнать и уничтожить главного адепта, а сегодня на тебя покушался его сын, оставшийся последним, кто хоть что‑то среди отступников значил. По его словам, их осталось ещё несколько человек, но они теперь непременно затаятся, и будут ждать, пока наступят более благоприятные для них времена.

— По оружию всё выяснил? — мне сильно не хотелось ещё разок получить «спецбоеприпас» на свою голову.

— Да, — кивнул очень довольный собой Магистр. — «Разрушитель» существует в единственном экземпляре, и готовых зарядов к нему больше нет. Как и некому их сделать, вместе с главным адептом ты убил единственного мастера, который мог их создавать.

— Радостные известия, благодарю, Магистр Дан, — его доклад снял весьма немаленький камушек с моей души. — Пленник нам для чего‑либо ещё может пригодиться?

— Он слабый буси и сильный фанатик, добровольно служить тебе не согласится, а от подчинённых принуждением не много пользы. Его можно дорого продать Братству, они наверняка захотят узнать секреты своих недавних конкурентов. Однако у тебя есть перстень–хранитель его отца, сын сможет открыть его для нас, и тогда все секреты отступников достанутся тебе, — по голосу Дана читался немалый личный интерес в подобном варианте, покопаться в чужих тайнах он явно любил.

— Сделаешь? — давно считал лучшей наградой желанную работу.

Потому решил немного пойти у него на поводу, благо найдётся кому за ним присмотреть. Контрразведка оказалась весьма расторопной и плотно опекала разведчиков со своей стороны, получив всё необходимое для своей незаметной работы. Четверо магов из бывшего Искательского Посёлка, оказались весьма искушенными в подобных делах, долгие годы тайно приглядывая за некоторыми отрядами бандитов, к которым совсем не возникало доверия у их руководства.

Напоследок разведчик предупредил об ожидавшихся завтра пикетах горожан, которые имущественно пострадали во время бунта. И их претензии грамотно были направлены в мою сторону. Но ко всему подобному мы были полностью готовы, так как предполагали именно такое развитие ситуации.

За ночь в очередной раз переделал свою амулетную конструкцию, немного снизив вес и перенеся основное количество элементов на спину. Предполагая дальнейшее развитее собственных энергетических способностей, сразу увеличил эффективность блока зарядки. Модернизированная с учётом первичной эксплуатации радиостанция стала полностью интегрированной, войдя составной частью в главный управляющий амулет. Остаток времени до прихода посетителей посвятил исследованию вчерашнего трофея, сильно меня заинтересовала система наведения выпущенной стрелы на быстро движущуюся цель. В перспективе можно сделать свои взрывающиеся стрелы, правда, существенно меньшей мощности, нежели оригинальные. Одного накопителя от ловушки вполне хватит. Их тоже сильно жалко тратить на что‑то подобное, но если для важного дела потребуется — можно пересилить и собственную жадность.

В начале дня неожиданно быстро разобрались с пикетчиками, их оказалось мало, и особенной настойчивости требований с их стороны тоже не было. Видимо, хорошо сказалась наша активность в деле разгона банд, чего организаторы бунта явно не ожидали, потому‑то реально пострадавших оказалось немного. Купцы, к мнению хоть как‑то стоит прислушаться, вообще сюда не пришли. Но роль в заранее согласованном спектакле требовалось доигрывать — вот и встала у главных ворот особняка пара сотен человек, большая часть которых пришла сюда явно за компанию.

«Какие ко мне претензии?» — спрашивал их, — «обращайтесь к тому, кому вы до этого платили налоги, пусть передаёт город под моё начало, тогда и будет какой‑то разговор о компенсациях». Осознав очевидное отсутствие какой‑либо халявы, мрачно поглядывая на моих хорошо вооруженных дружинников, старательно не обращавших на них внимания, люди постепенно разошлись несолоно хлебавши. Денег не дали, зрелище тоже не состоялось — сплошные разочарования.


С чего начинается построение настоящего «светлого будущего»? С трудовых лагерей, где перевоспитывается ежедневным трудом самая несознательная часть населения. Наш лагерь пленных оказался практически переполнен, так как к пленённым непосредственно во время бунта, добавилось почти такое же число пойманных моей дружиной за вчерашний день на месте иных преступлений. Многие городские разбойники наивно решили продолжить свои развлечения, устраивая засады на горожан и мешая возобновившемуся строительству. И неожиданное появление хорошо вооруженных людей на мотоциклах оказалось для них большим сюрпризом. В лагере пленных запах был весьма скверен. Хоть предварительно и были оборудованы специальные отхожие места, но далеко не все местные обитатели вовремя понимали их назначение. Им же хуже, замеченных при оправлении нужды в неположенном месте просто больше не кормили и не поили. У меня и сильно чесались руки быстро перебить этих засранцев, всех, скопом, не разбираясь в глубине личной вины каждого, однако требовалось дать им шанс снова превратиться в достойных людей. Кто знает, возможно, для них не всё ещё потеряно. Потому всем громко было предложена альтернатива или заплатить выкуп в две дюжины золотых или добровольно принять полное послушание на два года. Это не совсем рабство в местном понимании, оно не предусматривало непременной передачи всего имеющегося у раба имущества его хозяину, послушание можно было в любой момент отменить или перевести в какую‑либо иную форму зависимых отношений по взаимному согласию сторон. Послушник обязывался выполнять лишь те приказы своего господина, которые не могли повредить жизни и сильно ослабить здоровье. Со стороны хозяина требовалось обеспечить своего принужденного работника едой и жильём хотя бы на казарменном положении. Естественно, среди пленников нашлось немало тех, кто смог за себя выкупить, и им была предоставлена такая возможность, но большая часть стала оформляться в рабочие отряды. Строительство требовало множество рабочих рук, пусть и даже совершенно неквалифицированных, а мне ещё сильно хотелось упорядочить добычу нефти.


Решив самые актуальные дела, требовавшие моего личного участия, собрав группу из семерых гвардейцев и троих магов, прихватил вчерашнего пленника, и отправился оприходовать горную базу отступников, пока на неё не положил глаз кто‑то другой.

— Долго тебя ждать пришлось, вся вкусная еда кончилась, пришлось невкусную ловить, — на ближайших подступах встретил меня немного потолстевший от обжорства тигр.

К сожалению, живых людей ему захватить не удалось, да и было их всего двое. «Один со стороны леса пришел, а второй из‑под горы вылез», — по его расплывчатым мысленным образам. Больше в этих краях полосатому хищнику оставаться не хотелось, лес молодой, потенциальной добычи мало. Заходить в город немного погостить он категорически отказался, несмотря на моё обещание кучи еды. «Скверно воняет», — пришел от него ответ на такое предложение. Потому передав своё боевое дежурство моим людям, он неспешно потрусил в сторону своих основных охотничьих угодий, благо искатели сильно беспокоить его уже не станут. Мысленно приглашал меня к себе, с заманчивым предложением хорошо поохотиться, благо он знает, где бегает много вкусной еды.

Захват подземной базы прошел вообще без каких‑либо сложностей, так как имелся главный амулет–ключ. Чего‑либо особенного там не нашлось, кроме изрядного запаса полноценных электрических накопителей почти в полторы тысячи штук. Где их столько отступники когда‑то раздобыли, наш пленник не знал, слишком давно это было. С перстнем его отца ещё не разобрался, хотя доступ к нему получил. Но чтобы оттуда что‑либо вытянуть, надо хорошо представлять, что и как искать, поисковика по ключевым словам древние мастера в свои амулеты не догадались встроить. Главная казна разгромленной группировки была где‑то в другом месте, здесь нашлось всего лишь пара центнеров монетного серебра, склад сублимированных продуктов и разнообразной одежды, и много–много обычного холодного оружия, которое сюда стаскивали долгими годами. Нам столько мечей и кинжалов совсем не нужно, пойдут на металл. Ценное оружие тоже нашлось, двойные арбалеты, гвардейские мечи, топоры, копья, несколько кольчуг. Главную ценность базы составляли протяженные подземные ходы с несколькими выходами на поверхность. Перенастроив охранную систему на ключи своих людей, отдал необходимые распоряжения по дальнейшему перетаскиванию ценного имущества отсюда в наш особняк, быстро покатил домой, так как уже был глубокий вечер. Ещё один относительно мирный день постепенно подходил к концу.


Вот он какой, долгожданный мир, когда не нужно отсчитывать часы, оставшиеся до очередной битвы. Можно немного расслабиться и ничего не делать, ожидая, когда всё необходимое кто‑то сделает за тебя, благо вполне есть кому. Можно забраться в гарем и долго пребывать там, пока окончательно не надоест. Однако моя деятельная натура требовала постоянной активной деятельности, за последнее время полностью разучился отдыхать. Непорядок, который непременно стоит исправить, намеренно выделив определённые часы и даже дни. Поставлю себе в распорядок на завтра или послезавтра, посмотрим, как пойдут дела.

С самого утра окончательно уладил все вопросы с авторитетом Сомом. Он теперь категорически не желал общаться со мной лично, и все дела вёл через своих людей. Официально между нами был серьёзный разлад, потому шедшие на повышенных тонах переговоры слышали за пару кварталов. Сначала я не принимал людей авторитета, выдвигая к их хозяину самые абсурдные требования, основывающиеся на его самоустранении во время городского мятежа. В ответ меня обвиняли в прямом предательстве интересов города, так как я‑де, не обеспечил со своей стороны защиты от потенциального внешнего нападения, чем, оказывается, занималась в тот день вся городская стража. Затем, когда громкие препирательства всем окончательно надоели, всё же соблаговолил принять двух людей Сома, дабы попытаться как‑то уладить образовавшийся конфликт. Многое было оговорено заранее, потому мне отходила ещё одна четверть города, но за неё Сом требовал безвозмездно передать ему три дюжины мотоциклов и столько же самодвижущихся телег. Верно оценил он оперативность действий моей дружины, себе того же захотел. На счёт подобного у нас уговора не было, потому пошла ожесточённая торговля. В результате договорились на поставку телег по шесть золотых за штуку, и по полной дюжине за мотоцикл. Требовал выплачивать за поставки техники не золотом, а серебром, ссылаясь на свою большую потребность в нём, но хитрый авторитет предлагал в этот раз выкручиваться самостоятельно. Ходовой монеты катастрофически не хватало для оплаты услуг квалифицированных строителей, несмотря на все последние поступления. Проблему требовалось как‑то принципиально решить, и мне как раз пришла в голову ценная мысль — бумага!

— Ничего не получится! — оба моих мастера были на редкость единодушны, всё же сумев дослушать мои размышления.

— Почему? — даже немного обиделся на них за такое отношение к моим светлым идеям.

— Если сделать насыщенный подчинёнными силами бумажный амулет с надёжной защитой, дабы он легко распознавался последним простаком, то он сам слишком дорого стоить будет. Полный серебряк и выше. А если сделать существенно проще для экономии — быстро понаделают подделок. Это же деньги, которые ты собрался на золото менять, — подробнее пояснил свою мысль мастер Бокк.

— А если вообще обойтись без подчинённых сил? — не решился отступать от своих желаний. — Ведь тут любой простак способен легко проверить их отсутствие, вспомните «мёртвый металл».

— Без подчинённых сил внутри твоя бумага быстро развалится, — возразил мастер Мифас, который хорошо понимал в обработке не только металлов, но и прочих материалов. — И всё равно простаки будут ощущать остаточный фон, если ты, конечно, не сделаешь полной стерилизации. Это ведь тоже дорого получится, тепла много уйдёт.

Сбегал к себе наверх, перерыл вещи, перенесённые со мной сюда из другого мира. Там нашлось пара сотенных бумажек, случайно оставшихся в карманах одежды.

— Смотрите, — протянул их озадаченным мастерам. — Крепкие, просто так не рвутся и без всякой подчинённой силы. Сможете повторить?

— Нет…, — оба мастера качали головами с сильно удивлённым видом, особенно когда продемонстрировал им внутри бумаги водяной знак. — Если делать такое обычным способом, то затрат на целый золотой выйдет, — Мифас долго смотрел бумажку на просвет. — И действительно любой простак сможет легко опознать, — добавил он через некоторое время.

— Но как такую красоту без подчинения сил сделать? — Бокк держал вторую сотенную купюру и пытался проникнуть в неё взглядом силы, чего у него совсем не получалось.

— Алхимия! — торжествующим голосом заявил им.

Мастера посмотрели на меня как на полоумного, однако против материальных артефактов, полностью соответствующих всем заявленным критериям, было сложно возразить. Потому вскоре стали помогать в работе по их воссозданию на местном технологическом уровне.

Для производства бумажных денег пришлось всё создавать с нуля. В качестве исходного сырья подходили только самые простые ткани, в которых почти не было магии. Такая ткань имелась в большом количестве на наших складах, и использовалась для пошива мешков и как половые тряпки. Только ткань была серо–желтого цвета, и её нужно было сначала хорошо отбелить и измельчить, причём, опять без применения магии. Потому пришлось получать газообразный хлор, обычная соль и электричество у нас были. Можно было пытаться получать кислород или хлор магическими методами, но требовалось изобретать новые, слишком сложные конструкции подчинённых сил, о которых местные мастера не знали. Кислород ещё как‑то можно брать при производстве железа из руды, для этого готовые конструкты были, но у нас пока нет своего металлургического производства и самой руды тоже. Для выделения хлора из его соединений тоже необходимо разрабатывать конструкт получения металлического натрия и других щелочных металлов. Тогда при выделении их из соли образовывался свободный хлор. Поначалу посчитал всё это неоправданным расходом своих интеллектуальных сил, занявшись более привычным электролизом, хотя потом всё равно пришлось делать магические конструкты для получения других чистых металлов уже при производстве пигментов. В принципе, с помощью магии можно получить из земли практически всю таблицу Менделеева, только задача эта совершенно нетривиальная, требующая многих сотен человеко–часов. Вначале ленился, а потом всё равно пришлось делать, раскачивая свой многопоточный разум на максимум, выгребая все накопленные запасы жизненной силы. С механическим измельчением волокон вопрос решился быстро, достаточно было выдать мастерам самые общие рекомендации, остальное они довели без моего участия, как и остальную механику, необходимую для выделки бумаги. Мне же пришлось чудить над скрепляющими компонентами и прикидывать подходящую основу для красителей. Тут начиналась уже большая тяжелая химия, и взять её с наскока не удастся. Каждый отдельный цветной пигмент, связующие вещества, и прочее, прочее. Некоторые поверхностные познания в полиграфии некогда удалось получить, намёки, ключевые слова, обрывки химических формул, а дальше придётся ставить многочисленные эксперименты. Короче, до самого конца дня и потом целую ночь, делал исключительно инструментарий и посуду для химической лаборатории, выдав мастерам задание заниматься полной автоматизацией производства бумаги, лишних людей при изготовлении денег быть не должно.

Эпопея с бумажными деньгами в итоге затянулась на целую неделю. Слишком много проблем пришлось решить в процессе их создания. Не обошлось без эксцессов, пару раз, чуть не потравив народ своей ядовитой химией, приказал строить отдельную двухэтажную мастерскую. С хорошей вентиляцией, принудительными вытяжками и полным комплексом мер обеспечения безопасности. Кто хорошо понимает химию, легко догадается о том, какие компоненты идут для производства фталоцианиновых пигментов, и всем расскажет, стоит ли их нюхать. А ведь там было не только одно это. И всё же, работая почти круглосуточно с небольшими перерывами на еду и совершенно обязательное посещение женщин, постепенно довёл техпроцесс получения стойких красителей восьми цветов и подготовил комплект типографского оборудования для глубокой цветной печати. Качественную бумагу с водяными знаками тоже получили, долго возясь с измельчением сырья и фильтрующими решетками, если и уступающую денежной основе из нашего мира, то ненамного. Работы многим досталось. Мастерам, занимавшимся станками, слугам, искавшим по всему городу и ближайшим окрестностям компоненты для моей химии, «девам престижа», рисовавшим гравюры и изображения для купюр, «постельным служанкам», восстанавливающим нервы мужикам после очередных ожесточённых споров со мной о том, как нужно что‑то делать. Много экспериментов окончилось неудачей, первые экземпляры купюр пришлось стыдливо жечь, дабы не оставлять грязных пятен на собственной репутации. И, тем не менее, через неделю первые партии бумажных денег, вполне удовлетворивших меня и оказавшуюся весьма придирчивой Марину, пошли в оборот. Они уступали современным деньгам нашего мира, но для этого открывали новую страницу технологий. Ни капли магии при очень стойкой защите. Серийные номера, метки, видимые только в ультрафиолете. Местным фальшивомонетчикам будет хорошее развлечение на ближайшие десятилетия.

На купюрах изображался мой крупный портрет в обрамлении листьев дерева–стража, а вот на водяном знаке все желающие могли рассмотреть Ведьму Марину в полном боевом облачении с луком в руке и распущенными волосами. Предлагал и ей свой портрет разместить на некоторых номиналах, но она категорически отказалась без объяснения причин, еле–еле уговорил оставить свой образ для водяных знаков. Купюры назывались рублями в местной транскрипции, и делились следующим образом: сто рублей, двадцать пять, десять, три и один. Дальше шли оригинальные бумажные «копейки» небольшого размера, но с полным набором защитных признаков, и изображенным на них воином–мотоциклистом, вооруженным длинным копьём. Хотелось поратовать за технический прогресс, хотя, стило признать — лошади весьма красивые животные. Номиналы мелочи — пятьдесят копеек, двадцать, десять, пять и одна. Тысяча наших рублей приравнивалась к одному местному золотому, и гарантировался свободный обмен бумажных денег на золото. Но только тысячу рублей на один золотой, меньшие суммы в обменный расчёт не шли. На серебро бумага менялась крайне неохотно и только с некоторым дисконтом в нашу пользу, то есть мы могли выдать купюры за монетное серебро, официального обратного обмена совсем не предусматривалось. Зато бумажные деньги предлагалось отоваривать, покупая наш товар. Еду в паре дешевых столовых, продукты в нескольких магазинчиках, которые уже были открыты в нашей части города и снабжались с наших складов, ткани, амулеты и практически любое холодное оружие, в том числе и изготовленное по специальному заказу. Телеги и мотоциклы тоже официально предлагались за рубли с небольшой скидкой, хотя у их нечастых покупателей больших сумм ещё не находилось, пока обходились монетами. На быстрое распространение бумажных денег никто не рассчитывал, хотя печатные станки трудились практически без остановок с момента их запуска. Но после выпуска ценных бумаг в оборот, процесс медленно пошел, так как мы предлагали всем людям, работающим на наши заказы, брать их наравне с монетами. Только вот цены в наших магазинах, в пересчёте на рубли, были явно интереснее покупателям.


К своим большим достижениям отнёс заключённый договор с авторитетом Палом, заведовавшим городскими борделями, которые в итоге тоже стали принимать наши рубли. Сначала он категорически не желал разговаривать со мной, кого‑то явно опасаясь, но затем его посетила по моей просьбе жрица Аэль, и он согласился принять гостя.

— Не сильно приятно вести с тобой дела, авторитет Вит, — не самым ласковым образом принял меня авторитет Пал.

Он оказался таким забавным подвижным толстячком невысокого роста, старательно изображавшим неуклюжесть. Однако мой глаз сразу отметил исключительную выверенность некоторых движений, великолепную координацию и хорошую физическую форму, несмотря на некоторую округлость фигуры. По рукам тоже нельзя было сказать о его показном сибаритстве, крепкие мозоли наглядно показывали, сколько времени он держит в руках мечи. Пал был хорошим воином и постоянно много тренировался. Но сейчас пытался всё это старательно скрыть, по крайней мере, от меня.

— Чем я так не угодил тебе? — напоказ удивился его словам, оставаясь внутри полностью спокоен. — Мы же прежде даже не пересекались.

— Кто с тобой пересекается, обычно многое теряет, если не всё! — заявил он, пряча свои руки под столом, за который мы присели. — Ты поедаешь всех, с кем только сталкиваешься, авторитет Вит.

— Я поедаю исключительно хищников, которые сами на меня открывали свои зубастые пасти, — сразу догадался, к чему он клонит. — С теми, кто со мной полюбовно договаривается, гораздо приятнее долгое время разделять совместную прибыль.

— А хочешь, продам тебе всё своё дело? — неожиданно спросил он, ненадолго задумавшись и пристально глядя на меня. — Недорого отдам, всего за тысячу монет, но при условии, что ты заберёшь абсолютно всё с обязательством сохранить.

Предложение было неожиданным, и к такому повороту был совершенно не готов. С одной стороны — весьма заманчиво подгрести под себя практически единственную в городе «сферу развлечений», но с другой — чувствовалась явная подстава. Да и не хотелось мне местными публичными домами заведовать, как‑то до такого ещё не созрел.

— Решил на ту сторону Чёрного Перевала свалить? — несмотря на свои мысли, спросил совсем о другом.

— Нет, — авторитет Пал как‑то немного странно посмотрел в мою сторону, явно решаясь говорить или нет. — С той стороны скучно и нечего делать, буду тут в леса за пропавшим добром ходить!

— Ты разве искатель? — сумел он меня серьёзно удивить, так как последняя его фраза явно не была шуткой.

— Когда‑то именно им и был, так же, как и ты, — в его взгляде было столько укоризны, мне аж стало немного неловко.

— Хочешь сказать — тебя в авторитеты насильно утянули? — справившись со своей неловкостью, вернул ему трудный мяч обратно.

— Почти, — Пал заметно погрустнел, что‑то про себя вспоминая. — Когда‑то хотел помогать людям, в первую очередь женщинам, которые вынуждены каждый день…, — тут он надолго замолчал, а его лицо закаменело.

— И ты решил лично убить авторитета, заведовавшего городскими борделями, дабы дать обитавшим там женщинам свободу, — договорил за него, когда пауза слишком затянулась. — А когда у тебя получилось — пришлось занять его место, иначе последствия для тех же женщин стали бы ещё хуже.

Судя по налившемуся кровью лицу собеседника — полностью угадал.

— Рассказывай, в чём подвох твоего дела, раз ты собирался его задёшево уступать, — своим вопросом не дал его кипящему внутреннему напряжению взорваться самым непредсказуемым образом.

— Сейчас сам увидишь…, — авторитет Пал встал и вышел из гостиной, где принимал меня, вскоре вернувшись вместе с тремя женщинами.

Внешне те выглядели совсем молодо, лет по восемнадцать–двадцать, весьма миловидные лица и очень достойные фигуры, на которые приятно смотреть, а за кое‑что хочется даже подержаться. Но стоило окинуть их взглядом силы, захотелось долго грязно ругаться. Жизненная сила внутри них была перекорежена самым жутким образом, едва образовавшиеся каналы перекручены друг с другом, видны какие‑то обрывки и непонятные скопления. Хотя самой жизненной силы при этом было много, на чём явно и держалась их хорошая внешность.

— Значит, ты тоже видишь! — от авторитета Пала не скрылись мои далеко не самые лучшие эмоции. — Именно такими становятся некоторые девы после пары лет постельного служения, — начал он свой рассказ, видя мой заинтересованный взгляд в свою сторону. — Сначала они постепенно увядают, но продолжают служить, затем внешность резко улучшается, но пообщавшийся с ними мужчина сильно рискует не подняться живым из кровати. А им самим сильно хочется мужского общения, они готовы отдать за него свою жизнь, если попросить такую цену. Не все девы становятся такими, некоторые могут служить долгими годами, но почти четверть раньше сразу убивали, как только обнаруживали улучшение внешности. Потому‑то мне приходится содержать две дюжины Повелевающих плотью, чтобы хоть как‑то сдерживать их от проявлений бешеного желания. И приходится постоянно закупать новых «постельных служанок» для борделя, иначе неоткуда будет брать деньги для содержания тех, кто уже не может работать. Убивать их, как это делают другие на моём месте, у меня совершенно не поднимается рука.

А ведь хороший мужик, этот авторитет Пал. Вынужден заниматься делом, которое ненавидит и потому теперь поедает сам себя, изводя своё тело в постоянных тренировках с оружием. И разорвать сложившийся порочный круг совершенно не в состоянии. Стало сильно некомфортно, когда попытался поставить себя на его место. Затем пришли свои воспоминания, о том, как у нас поначалу складывалось близкое общение с Мариной, как мы едва остались живы, после первой такой попытки. Тут ведь тоже нечто подобное, эти девушки, получившие энергетическую инвалидность, самые обычные… нераскрывшиеся Ведьмы! Естественно, обычным мужчинам с ними лучше близко не общаться, выпьют, сами не заметив.

Притянул к себе одну из «порченых дев» поближе, запуская свои руки ей под платье, и выпуская дальше короткие энергетические отростки, проникая ими в её тело. Как была устроена жизненная сила Марины в самом начале нашего общения, очень хорошо помню, тут как раз можно пытаться повторить подобную систему. Так, пережимаем тут и тут, эти узлы рвём, каналы замкнуть… — м–да, тут работы на несколько часов, чтобы всё как надо сделать, но проверку самой возможности чего‑то большего получится сделать достаточно быстро. Через десять минут окончательно понял — помочь беде авторитета Пала вполне удастся. Только куда потом девать полученных в некотором количестве Ведьм, которых ещё учить и учить, развивать и развивать? Причём придётся много трудиться самому, это дело ни на кого не переложишь. Три Ведьмы, пять, десять, сколько их тут наберётся? Создавать из них боевые единицы против воинов–невидимок и ставить в дружину? А это ведь очень хорошая мысль…

— Думаю, смогу помочь твоей беде, — обратился к авторитету, с закрытыми глазами наблюдавшему взглядом силы на мои действия, затаив дыхание.

Он тоже как‑то видел потоки жизненной силы, но не мог с ними работать. Потому мои действия с совершенно обалдевшей от происходящего в её организме женщиной, воспринимал как настоящее чудо.

— Даже не думал о том, что это вообще возможно, — выдохнул он, когда, наконец, вспомнил о необходимости дышать. — Говори о своих потребностях, авторитет Вит, думаю, мы обязательно договоримся, — решительно продолжил он, едва удалив женщин обратно в их комнаты.

Дальше не пришлось даже торговаться. Пал готов был отдать своё дело и без денег, лишь бы больше не заниматься им, если о его подопечных найдётся кому заботиться. Пришлось рассказывать о своих многочисленных делах, которых тоже не на кого переложить. Потому пусть он и дальше занимается борделями, а всех «женщин–инвалидов» у него постепенно заберу. Мои рубли его заведения теперь будут принимать, и потом менять на золото по обычному правилу. Опять новые возможности и новые хлопоты, жизнь постепенно продолжается.


За прошедшую неделю произошло ещё много событий, достойных упоминания. Дружина постепенно была доведена до штатной численности в четыре дюжины бойцов и две дюжины магов. Старички активно гоняли новичков, не оставляя им ни минуты свободного времени, боеспособность отрядов росла не по дням, а по часам. Практики тоже хватало, круглосуточное патрулирование улиц, и отлов последних городских бандитов никто не отменял. Параллельно начинали нанимать бойцов в собственную стражу, так как вскоре под наш контроль перейдут и одни ворота, пока только южные. За городской стражей придёт черёд и боевых отрядов для действий вне города, про скорую войну не стоило забывать. Однако подходящих нам людей среди новичков было явно недостаточно, чтобы удовлетворить все потребности. Приходилось тщательно отбирать кандидатов, дабы отсеять потенциальную «гниль» в самом начале.

Вернулись искатели с тремя большими катушками ценной проволоки, и снова ушли в леса за следующей партией полезного добра. Приказал им вывезти всё из того места, где находилась металлургическая мастерская алхимиков, благо она ещё не до конца была разграблена, в расчёте на запуск собственного производства. Резко возросшее за счёт использования труда пленников число строителей, позволило существенно ускорить некоторые работы, потому от почти достроенных дорог уже перешли к активному вытаскиванию грунта на месте нашего будущего завода и окружающих его жилых зданий. Завод тоже уже начал понемногу выдавать первую продукцию, пока используя временные сборные из щитов и стёкол помещения. После бунта постепенно опомнились городские мастера и прибежали ко мне со своим желанием продолжить прерванное по их вине сотрудничество. Но идти навстречу не торопился, предлагая совершенно новую форму дальнейших отношений, которая мастерам сильно не понравилась. Первыми сдались тележники, уже догадавшиеся о скором прекращении спроса на обычные телеги. Оставаться без работы, а потом и без куска хлеба — не самые лучшие перспективы, потому они и решились на переезд. Но так поступили только две мастерских, хозяин третьей ещё на что‑то надеялся. За тележниками постепенно потянулись и другие. Кожевенники, металлурги, стекольщики. Пока мастеров при заводе было немного, но процесс концентрации постепенно набирал обороты. Для строительства тоже требовалось много изделий из металла, стекла, дерева, потому работы хватало практически всем городским мастерам, разве только на строящемся заводе были выше заработки и имелись лучшие перспективы.

Хватило людей и на централизованную разработку нефти. Вскоре будут построены и постепенно заполнены специальные хранилища, добыча и доставка пока медленно доводится до ума. Пришлось серьёзно задуматься и над собственной электростанцией, проектные работы в этом направлении уже идут. Она будет солнечной, и состоять из множества подвижных зеркал, размещённых за городом, на городских стенах, и одной башни теплоэлектрического преобразователя, стоящей уже в пределах городских стен. А в качестве источника бесперебойного питания на случай плохой погоды и ночного времени, пойдёт большая часть запаса полноценных накопителей алхимиков, которая нам досталась от отступников. В общем, нам бы ещё несколько месяцев мирной жизни, и город будет совсем не узнать, разве только его центр и кварталы, пока ещё остающиеся не под нашей властью.


## Транспортная эпопея.


Наши самые радужные планы могли рухнуть в один момент. Уже на следующий день стало ясно — мою быстро растущую компанию больше никто не собирается снабжать продовольствием. Да и другими товарами, завозимыми в Смертные Земли из королевств тоже. Получив от меня всё необходимое, авторитет Сом передал через своего человека известие о выполнении договора со своей стороны. Он ведь обещал поставлять еду только для наёмных отрядов — спрашивается, где те отряды? Раз очень хитрый авторитет Вит занялся чем‑то другим, типа торговли в городе — пусть тогда себя сам и снабжает, он самоустраняется, считая наш договор завершенным. Давно ждал от него такой подлости, потому сильно не расстроился. Имевшихся запасов должно хватить на неделю, за это время успеем что‑то организовать, благо деньги пока есть. Придётся ехать на Большой Базар, пусть там нас никто и не ждёт. Вернее, есть силы, давно точащие кинжалы с желанием воткнуть их в моё сердце, да кто их теперь спросит? Если попытаются не пропустить через первые врата — пройдём силой. В перерывах между химическими экспериментами сумел разобраться с медальонами Искательского Братства, как со своим собственным, так и доставшимся в трофеи. Потому на семерых человек вместе со мной «специальных пропусков» должно хватить. К сожалению, повторить их своими силами, дабы обеспечить всех моих людей, пока не удаётся, но для организации основного костяка транспортной компании хватит имеющегося запаса.

— Грузимся, — скомандовал бойцам, которые поедут на грузовиках.

Теперь у нас их было уже два, второй кое‑как доделали только позавчера, причём к грузовикам имелись ещё и вместительные прицепы. Раз у нас мало людей — придётся концентрировать грузы на меньшее количество техники.

— Вит ты едешь с нами, или с охранным отрядом? — спросил меня двухметровый крепкий гвардеец Сехон, который поведёт первую машину.

— В дальнем прикрытии буду, если возникнут проблемы — сразу вызывай, — махнул бойцу рукой и отошел в сторону, взлетая на сиденье мотоцикла.

Наша небольшая колонна быстро выкатывалась из города. Впереди и сзади ехали дружинника на мотоциклах. Я же оторвался чуть вперёд, обшаривая пространство вдоль дороги своим взглядом силы. После освоения методики слияния с окружающей реальностью от Великого Повелителя, взгляд силы стал более эффективен. И дальность «видения», и скорость проявления картинки, а главное — её детальность. Новые навыки требуется развивать дальше, однако на пути стоит сознательная деятельность, которая нуждается в дальнейшей модернизации. И сейчас в процессе езды, когда отключена турбина и почти не задействуются накопители, происходит активный поиск слабых мест, которые затем можно целенаправленно переделать. Множественность сознания позволяет делать такие фокусы, сначала проведя эксперимент только на одном потоке, а потом распределяя ценные находки по всем остальным. Перед выездом проверил запас жизненной силы, его вполне должно хватить, даже с учётом всяких неожиданностей.

Первые намёки на таковые обнаружились сразу после перекрёстка, где к основной дороге примыкают ответвления, ведущие к другим городам. Там как‑то подозрительно было много народа. Причём, большая его часть размещалась с двух сторон от дороги в прилегающем лесу, а небольшая группа стояла посредине пути. Похоже на какой‑то заслон или таможню. Подъехал чуть ближе, рассматривая блокпост в автоматный прицел и дожидаясь нашу колонну, неспешно катившую позади. Дорога перегорожена достаточно хлипкими рогатками, но по обочинам тут сложно проехать — небольшой мост и ручеёк под ним. Наши грузовики с полным приводом легко пройдут, а вот обычные самодвижущиеся телеги массового выпуска — нет. Пока ждал колонну, заметил, как через блокпост свободно пропустили караван нашего города из шести телег. Четыре были загружены товаром, а на двух сидела охрана. Простые телеги больше пятнадцати километров в час не разгоняются, и всё равно за ними особо не убежишь. Проще выделить отдельный транспорт для бойцов. Если раньше путь от города до Перевала примерной длиной в семьдесят километров занимал пару дней, то сейчас сократился до пяти–шести часов. С нашими грузовиками его можно и за три часа пройти, если не торопиться. Выгода для торговли от сильного сокращения времени доставки грузов налицо. Только, видимо, далеко не всем это пришлось по душе. Перед нашей колонной проезд был ловко загорожен раздвижными рогатками, и на нас направили взведённые арбалеты две дюжины бойцов, сильно смахивающих на наёмников, но явно не из них. И эти непонятные воины, видимо, ещё не знали — кабину нашего грузовика арбалетный болт не пробивает нигде. Даже стекло получилось бронированным за счёт насыщенности подчинёнными силами. Гвардейцы защищены кольчугами, которые тоже легко выдержат арбалетный залп. Мне так вообще нечего бояться, только своим щитом силы сейчас могу надёжно прикрывать своих людей.

— Прочь с дороги! — громко крикнул задерживавшему нас вооруженному формированию, направив в его сторону правую руку.

— Сначала заплати! — выкрикнул кто‑то с той стороны.

— За какие такие услуги? — в принципе, уже можно было начинать драку, но было интересно сначала выяснить, чья эта самодеятельность.

Чтобы вот так перегородить основную дорогу от городов к Перевалу нужно иметь либо очень большую наглость или серьёзную крышу. Тут одной численностью и вооруженностью разбойного отряда дело не решишь.

— Согласно последнему решению собраний городских торговых советов, все самодвижущиеся телеги облагаются дополнительным побором по шесть золотых за год, а такие большие, как у вас в две дюжины. Плати сейчас или проваливай обратно! — выкрикнул из‑за заграждения неизвестный переговорщик.

— А скажи, в каких городах эти решения принимались? — не стал резко реагировать на последнее наглое заявление, смахивающее на откровенное вымогательство, предпочтя попытаться решить дело миром.

— В городах Лесс и Титс, решение купцов полностью поддержали смотрящие.

Ага, пошла цепная реакция событий после появления самодвижущихся телег в свободной продаже. Городских авторитетов можно понять, для них телеги грозят заметной потерей дохода, потому‑то и сразу же поддержали купцов, которые просто хотят таким образом сдержать своих более расторопных конкурентов, ничего не меняя в своей работе. Лентяи!

— На меня и моих людей действуют решения только города Юмаю. Немедленно освобождайте дорогу, иначе кости переломаю, — крикнул наглым вымогателям, ещё не понявшим своей принципиальной ошибки.

Вместо ответа с той стороны последовал дружный арбалетный залп, который пропал впустую. Щит силы отбросил все летящие в нас болты вверх, а мой воздушный таран раскидал незадачливых ревнителей чужих доходов по дороге и обочинам, ломая им рёбра и кости. Дорога была свободна, но мы пока не торопились ехать дальше. Почуяв неладное, из лесов вытягивались новые отряды бойцов. Делали они это достаточно слаженно, хотя и прозевали самый важный момент, раньше надо было суетиться. Подбежав ближе, они притормозили, выровняли ряды и изготовились к атаке. Одновременно с этим по нам ударили ментальными ударами, правда, не очень сильными. Изготовившиеся к атаке отряды дружно бросились в бой. Вот только сидящие в кабинах грузовиков мои маги не дремали. Атакующие сами попали под воздействие острого болевого шока в области половых органов, падая на бегу и дёргаясь в конвульсиях. Атака была сорвана, а за прятавшимися в лесу магами противника устремились мои гвардейцы на мотоциклах. Тем ведь тоже неплохо «прилетело», а если кто‑то и уйдёт — и хрен с ним.

Победа далась легко и практически бескровно. Даже среди наших противников серьёзно пострадали лишь те, кто стоял в заслоне, но тоже обошлось без жертв. Пришлось задержаться на полтора часа для сбора трофеев. От всей этой истории сильно несло обычной подставой. Сначала Сом отказывается снабжать нас продовольствием, теперь эта засада на дороге, организованная конкурирующими городами. Кто‑то просчитал мою возможную реакцию на совершенно несуразные претензии, и подготовил условия для возникновения прямого конфликта между авторитетом Витом и другими центрами силы. И если бы мы сейчас устроили тут кровавую баню, против нас можно было бы начинать «священную войну за правое дело». Она и так непременно произойдёт, но уже немного по другому сценарию.

— Вы хорошо понимаете, что были посланы своими нанимателями на верную смерть? — решил выступить перед выстроенными в две шеренги бывшими противниками, у которых мои люди отобрали оружие и всё, как‑либо пригодное для нанесения серьёзного вреда здоровью своего ближнего без прикладывания особых усилий.

Плохонькие брони с командиров отрядов тоже сняли, а вот деньги и личные вещи ни у кого отбирать не стали. Если сказать прямо — вооружены эти отряды были откровенно слабо, маги, прикрывавшие их, тоже особым мастерством не блистали и не имели боевых амулетов. Да, за счёт большой численности они легко останавливали и обирали почти любой караван, но против хорошо подготовленного отряда шансов практически не имели. Всё это хорошо вписывалось в концепцию провокации, подготовленной специально для меня.

Дал бывшим противникам немного подумать, прохаживаясь вдоль строя, вглядываясь в лица отдельных бойцов. По большей части явные новички, совсем недавно попавшие в Смертные Земли. Их быстро завербовали, кое‑как вооружили, и бросили на съедение кровожадному авторитету Виту. Всё сходится.

— Пославшие вас люди хорошо знали о принципиальной невыполнимости вашей миссии, потому ваши наёмнические клятвы полностью теряют свою силу, — громко выкрикнул, чтобы все меня хорошо услышали. — Загляните в себя и проверьте мои слова! — если всё понял правильно, сейчас произойдёт наглядное подтверждение.

Сначала по одному воину заметил призрачные огненные проблески, затем подобные спецэффекты стали охватывать людей стоящих в шеренгах одного за другим. Всё, они своим нанимателям теперь ничего не должны.

— Теперь можете возвращаться в принявшие вас города, но советую идти не туда, а в Юмаю — там вам найдётся достойная работа, — выкрикнул им напоследок, отдав команду своим бойцам вернуть этим людям кинжалы, немного мечей и пяток арбалетов, ибо совсем оставлять их без оружия и охраны в Смертных Землях было неправильно.


Окончательно переломав остатки заграждений, снова тронулись в путь. Больше нас никто не пытался остановить до самого Чёрного Перевала. Часто попадались встречные караваны, иногда попутные, которые приходилось аккуратно обгонять. Аккуратность требовалась, дабы нас случайно не признали за дорожных разбойников и не попытались как‑то задержать, устраивая оборону своего добра и преграждая путь. Удалось посмотреть и на творения своего единственного конкурента, предателя Питса. Его телеги сильно лучше не стали, хотя проявились рессоры, и в их конструкции заметно прибавилось металла. Вот только скоростью они совсем не блистали, едва обгоняя неторопливого пешехода, и для управления ими необходим был маг. Он же требовался и для регулярного ремонта тяговых моторов. И всё равно, даже такой транспорт считался тут большим достоянием, заметно выигрывая у обычных телег с впряженными лошадьми. Из одного попутного каравана с такими телегами мне активно замахали руками, предлагая остановиться, явно опознав, кто их обогнал.

— Да это тот самый Витос Хитрован! — поприветствовал меня крепкий воин в гвардейской кольчуге с одной из телег. — Ребята, помните, я вам рассказывал об огненном зрелище на Перевале? — он обратился к своим товарищам. — Вот, посмотрите теперь на него и спросите сами, правда ли он тогда увёл из огненного круга «серых» красавицу–Ведьму?

— Правда–правда, было такое дело, — поровнял с ними скорость, пропуская нашу колонну и гвардейцев вперёд.

Остановившего меня «говоруна» уже и сам опознал. Именно с его караваном когда‑то впервые дошел до Перевала, прибившись к нему по пути.

— Гляжу, ты хорошо с тех пор поднялся, Хитрован, — «говорун» снова обратил на меня пристальное внимание. — Можешь поговорить со своим хозяином, чтобы и нам продали такие замечательные телеги, как у него? — о моём авторитетстве он, похоже, ничего не знал.

— Да не вопрос, — кивнул ему головой, — приезжай в Юмаю и покупай, какие только захочешь, если лишнее золото имеется, очереди почти нет. Гляжу, ты не сильно рад тем, на которых сейчас едешь?

— Выброшенные зря деньги, — поморщился он, как будто раскусил зелёный лимон. — Много груза не положишь, ломаются часто, без буси не обойтись, зато быстрее лошадей, за один день к Базару теперь оборачиваемся. Только «эти» встали на дороге каждый раз мзду вымогают, совсем обнаглели уроды старые, — явно вспомнил он ту «таможню», которую мы недавно разогнали и тех, кто её там поставил.

— И много дерут? — спросил его, не подавая виду.

— Как будто сам не знаешь, — грустно вздохнул он. — С нас ещё так, а вот вашего главного должны были хорошенько нагнуть.

— Не смогли они, — злорадно улыбнулся, вспоминая недавние события.

— Как это не смогли? — удивился мой собеседник. — Там же почти две дюжины дюжин бойцов, а за ними стоят старые купцы и авторитеты, их на понт не возьмёшь…

— Можешь считать — нет их больше, — явно озадачил его своим ответом. — Если ещё кто‑то встанет, ещё разок намнём бока таким дуракам.

— Где проходишь ты — там всегда что‑то интересное происходит, — довольно хмыкнул мой собеседник, окинув взглядом своих людей с большим вниманием слушавших наш разговор, моим словам он поверил сразу. — Чего хоть на продажу везёте, если не секрет? — спросил он немного погодя.

— Оружие в основном, — не стал делать большого секрета из своего груза, — и на пробу кое‑то ещё, амулеты кое–какие, эликсиры, телеги двухколёсные.

— А не жалко «серым» оружие за медяки отдавать? — спросил он явно настороженно.

Из‑за введения Слугами Истинного собственной монополии на торговлю оружием между Смертными Землями и королевствами, цены здесь на последнее сильно упали. Невыгодно его стало собирать искателям, продавали только те, кого совсем уж прижало, и требовались хоть какие‑то деньги. Но у нас имелся собственный план, как обойти ограничения. По словам капитана Тука, путешествовавшего сейчас с нами, монополия «серых» держалась исключительно за счёт контроля первых врат. На самом же Большом Базаре и дальше они не имели официального права лезть в торговлю, так как тогда нарушались очень старые договоры уже со столичными купцами и даже некоторыми Лордами. Потому если нам удастся свободно проникнуть на Базар со своим грузом — все претензии на счёт нарушения оружейной монополии можем смело посылать. На вооруженные претензии тоже найдётся вполне достойный ответ. Базарным купцам же всё равно у кого брать товар для дальнейшей перепродажи — у Слуг Истинного, или же у сторонних торговцев, лишь бы его было много. Начавшиеся в королевствах волнения сильно способствовали выгодной оружейной торговле по другую сторону Чёрного Перевала.

— Кое‑кто скоро сильно обломается, — довольно хмыкнул себе под нос, представляя реакцию очередной «таможни» на наше наглое появление. — А за телегами приезжайте, спросите авторитета Вита, будет вам хорошая скидка, если с ним договоритесь, — махнул рукой на прощание и резко набрал скорость, догоняя ушедшую далеко вперёд колонну.


— Быстро открываем ящики, предъявляем их содержимое и сдаём всё имеющееся оружие здешнему скупщику по его тарифу, дальше с ним прохода нет! — совсем неласково встретил нас местный чиновник, как только мы подъехали к длинной очереди телег, вставших у первых врат и ожидавших досмотра со стороны местной власти.

— Извини, но в твоих услугах не нуждаемся, — гаркнул на щуплого чинушу, откровенно облизывавшегося, разглядывая наше вооружение, видимо имея свою долю в здешней монополии. — Лучше отойди куда подальше, а то можем по голове чем‑либо тяжелым отоварить, — пристально глянул на него одним глазом как через прицел автомата.

— Вы никогда не получите печати для прохода! — взвизгнул он, явно испугавшись моего взгляда в котором на мгновение показалась сама Бездна.

— Не больно‑то и нужно…, — громко рассмеялся в след убегающему человечку.

Не прошло и десяти минут, как нас взяли в плотное кольцо три дюжины бойцов при поддержке шестерых магов. Вот эти «ребята» были весьма серьёзными, нечета тем, кто стояли на дороге. Хотя их сил всё равно маловато было, дабы попытаться склонить боевое столкновение в свою пользу. Они нас тоже оценили исключительно верно, потому не торопились идти на прямой конфликт. Определив главного, ко мне подошел один весьма немолодой маг в расцвеченном балахоне, говорившем об его многочисленных заслугах и достижениях в деле подчинения сил.

— Вам действительно не нужна печать для прохода врат? — поинтересовался он у меня с озабоченным видом.

— Нет, — покачал головой, — доставая на обозрение свой искательский медальон. — Узнаёшь? — спросил заинтересовавшегося мага.

— Братство! — сразу угадал тот. — Но ведь по договору…, — начал, было, дальше говорить он…

— Мне плевать на какие‑то там договоры! — резко оборвал его не дав договорить. — Договора ставить какие‑либо препоны торговле из‑за личной жадности некоторых конкретных «товарищей» тоже ведь раньше не было. Потому советую передать им — с этого дня их власть в этих местах навсегда закончилась! Пусть тихо сидят в столице королевств, иначе их погонят по всем Смертным Землям до самой столицы алхимиков!

Моя резкая отповедь сильно озадачила переговорщика, но он явно не собирался сдаваться.

— Ты хочешь объявить войну всем Слугам Истинного? — картинно изумился он. — И ты знаешь, что обычно бывает с такими глупыми смельчаками?

— Знаю! — очень недобро улыбнулся в его изумлённое лицо. — Храм на Перевале уже полностью восстановили, или ещё нет? Если восстановили — придётся опять разрушать…, — качая головой, выражая самое большое сожаление, чуть было не уронил на землю смертельно побелевшего мага, — тот, похоже, наконец‑то, узнал, с кем сейчас разговаривает. — Если хотите жить — отойдите подальше в сторону и больше никогда не мешайте, — громко кинул ему на прощанье, когда он поначалу пятясь задом, повернулся спиной и побежал прочь.

Окружавшие нас воины тоже быстро убрались восвояси, явно не желая умирать за чужую жадность. Ну а мы, спокойно достояв почти целый час в очереди, совершенно беспрепятственно перешли на ту сторону врат. Самоубийц, пожелавших непременно остановить нас, здесь больше не нашлось.


Третий раз бываю тут, отмечая, как в очередной раз здесь всё резко изменилось. Храм, похоже, решили не отстраивать. По крайней мере, в центре ничего не торчит. Пространство около врат опять полностью очистилось, купцы переселились туда, где теплее. Узких переулков между шатрами нет, появились более капитальные строения из прочных и лёгких травяных щитов. Народу почему‑то совсем мало. Взгляд силы сильно мутит и практически ничего не разобрать дальше десяти метров, хотя какого‑либо действующего подавителя не ощущается. Очередная защита специально против магов? Вполне возможно.

— А куда подевались все купцы? — спросил у одинокого работника местного общепита, скучающего в большом шатре.

— Знать, давно здесь не бывал, искатель, — он сразу отнёс меня к их племени, видимо по плащу. — Сейчас начнётся ежедневный аукцион, ищи их на центральной площади, если чего интересного принёс на продажу, — а сам очень внимательно смотрел на мою оружейную перевязь и кольчугу.

Ха, а Слуги Истинного неплохо выкрутились из весьма скверной ситуации. Храм они действительно не стали восстанавливать, расчистив от обломков всю центральную площадь. Теперь она стала аукционной. За проход дабы просто посмотреть или попытаться купить, нужно заплатить полный серебряк, а за право что‑то продать — уже целый золотой. Если у них эти аукционы ежедневные, то зарабатывают сейчас «серые» даже больше, чем на «огненных шоу», так как аукционы собирали большую часть торговых людей со всего Базара. Решив пока особо не наглеть, честно заплатил за право выставить свой товар на аукционе, получив восемнадцатый порядковый номер. Своих же людей и грузовики отметил как своих работников, внеся за них ещё дюжину серебром. Посмотрим, окупятся ли эти затраты чуть погодя.

Первые четверо торговцев выставляли на торги рабов. Уже почти смирился с такой особенностью этого мира, к тому же являясь действующим рабовладельцем. Потому особо негативной реакции торговля людьми уже не вызывала. Впрочем, особого интереса тоже, так как продавали преимущественно персонал, обслуживающий господ. Слуги, повара, дворецкие, садовники. Не знаю, чем они так провинились, раз идут сюда в рабском положении, скорее всего, просто не понравились их бывшим хозяевам. Однако покупатели на них здесь находились, вон, за повара торг перевалил за дюжину золотых, а садовника продали за восемь. И ведь более чем уверен — вскоре их перепродадут ещё дороже. За слугами пошли «постельные служанки». Всего две. И каждая была легко продана за полторы сотни. А вот мастер–стекольщик вместе с двумя подмастерьями, похоже, никому не интересен. Три золотых, четыре… — поднимаю свою руку — пять. Всё! Никто перебивать мою ставку больше не желает. Вот и хорошо, пока у нас идёт активное строительство — любые мастера пригодятся. Очередные слуги меня не заинтересовали, хотя среди них обнаружился очень редкий специалист — устроитель торжеств. За него торговался десяток купцов, и цена быстро перевалила за сотню. Даже не догадываюсь, кому в Смертных Землях нужно устраивать торжества? Но купцы просто так торговаться не станут — знают покупателя, способного заплатить ещё больше.

За рабами пришла череда выставления всякого разного. Бытовые амулеты, отметил — разрешили продавать световые шары алхимиков, переносные печи мягкого тепла, выкатили самодвижущуюся телегу производства моего конкурента, и легко продали её за две дюжины золотых, сильно удивив и озадачив меня. А потом толпа купцов оживлённо загудела. Причина оказалась весьма банальной, устроители аукциона выставили на торги несколько лотов с оружием. Вот тут мне эмоционально поплохело ещё больше. Ящик с дюжиной самых простых коротких мечей легко уходил за золотой и пару дюжин полных серебряков в придачу. Это если пересчитать на чистое серебро, по весу почти один в один будет.

— Никогда бы не подумал, что железо так дорого идти будет…, — тихо вслух сказал себе под нос, но мои слова услышал сидящий рядом купец, который безуспешно пытался принимать участие в оружейных торгах как покупатель.

— Сейчас ещё ничего, неделю назад цена сразу прыгала вообще до двух монет, хорошо теперь мы договорились, — и сразу замолк, обратив больше внимания на мой внешний вид, видимо случайно разболтав какой‑то секрет.

— И всё равно не пойму, — показательно не заметил случайно его оговорки, — Обычное оружие же сделать очень просто, неужели в королевствах мастера совсем перевелись?

— Давно же ты здесь в лесах сидишь, искатель, раз такие вещи успел позабыть…, — купец недоверчиво качал головой, сравнивая мой внешний вид и столь явное невежество. — Оружие в королевствах могут делать только шесть мастерских, остальным запрещено. И цены у них — проще тут по два золотых за дюжину мечей платить!

— Всё никак не могу привыкнуть к такой большой разнице цен по ту и эту сторону врат, — глубоко вздохнул, отмечая уход с торгов очередного оружейного лота по бешеной цене.

— Так не провезёшь теперь с той стороны‑то, — огорчённо вздохнул мой собеседник, — «эти» всё перехватывают. — Как тебя‑то с полной перевязью пропустили? — он опять пристально глянул в мою сторону.

— Есть некоторые знакомые…, — уклончиво ответил на его вопрос.

— И много провезти можешь? — мгновенно понял дотошный купец открывающиеся перед ним возможности, сразу позабыв про осторожность.

— А сколько надо? — во весь рот улыбнулся ему. — Вернее — сколько у тебя найдётся денег на покупку?

— Об этом не беспокойся, найдётся, если не выше нынешних аукционных цен что‑то предложишь, — он сразу попытался взять меня в оборот, приблизившись совсем вплотную.

— Четыреста подобных лотов сразу возьмёшь? — спросил его, прикидывая, сколько в грузовиках и прицепах у нас лежит такого добра.

Решили вывезти некоторую часть лишних запасов, когда с поставками нормального металла определились, да ещё по дороге трофеи собрали.

— Сколько? — не сразу понял мои слова купец, или просто не поверил.

— Четыреста, — подтвердил ему свои слова. — И это только мечи, ещё есть кинжалы и арбалеты, кольчуги и немного прочей брони.

— Сам столько не возьму, но с другими купцами легко, — он почти поверил, хотя это оказалось для него совсем непросто. — Мы‑то здесь как раз недавно договорились между собой о строгой очерёдности покупок и предельных ценах, иначе выгоды везти дальше становится совсем мало. Потому только делаем вид что торгуемся, а покупатель на сегодня уже заранее определён, — всё же разболтал купец цеховую тайну. — Ты только на аукцион ничего из оружия не выставляй, мы у тебя всё сразу же выкупим.

— Хорошо, не буду выставлять оружие, есть и другой товар, — кивнул, подтверждая принятие его условий. — Только тогда к вам от меня будет одно небольшое условие.

— Условие? — сразу же напрягся собеседник.

— Здесь на Базаре мне нужно постоянное место для своих людей, — решил сразу прозондировать почву, относительно второй главной задачи, ради которой сюда ехали.

— Чем они торговать будут? — призадумался купец, перебирая в уме имеющиеся варианты.

Мне хорошо было известно о весьма большой ценности здешней земли. Самые удобные для торговли места могли по тысяче золотых монет стоить.

— Ничем, — остановил его размышления. — В их задачу входит покупка продовольствия на постоянной основе и приём заказов, если здешним купцам что‑то потребуется с той стороны.

А ещё они тут будут собирать информацию, как явно, так и тайно, но об этом купцу говорить совсем необязательно.

— Такое условие нам вполне подходит — сразу повеселел он.

— Желательно какое‑либо неприметное местечко, ну там человек на пять шесть…, — высказал ему свои пожелания.

— Есть подходящее место, — твёрдо заверил меня он. — Около каменного склона недалеко от вторых врат есть один пустующий склад. Только его выкупать надо.

— Дорого? — о бесплатности приобретения, естественно не могло быть и речи, впрочем, так даже надёжнее.

— Сотни полторы монет, место неплохое, рядом раньше новоприбывших ссыльных пару дней держали, но теперь этим некому заниматься. Для закупки и временного хранения продовольствия тебе как раз подойдёт, — подробнее пояснил он, почесав за ухом.

— Хорошо, обсудим после завершения аукциона, — кивнул ему, поднимаясь со своего места, так как объявили мой восемнадцатый номер.

Пора выходить в круг и предлагать свой исключительный товар.


— А теперь всем желающим предлагается по достоинству оценить настоящего железного коня! — стремительно выкатился в центр площади на мотоцикле экспортной модели, затормозив в широком развороте поднимая облако медленно оседающей пыли.

«Экспортные» варианты отличались отсутствием встроенного накопителя и сложнейшим управляющим амулетом на цифровой основе. Именно такие мотоциклы мы продавали авторитету Сому и всем желающим. Они сильно уступали по скорости разгона и манёвренности тем, которые использовала наша дружина, а в остальном были практически такими же.

— Такой железный конь ест исключительно земляное масло, беспрекословно слушается всадника и прослужит без какого‑либо лечения много лет. В комплекте присутствует кристалл с инструкциями по управлению и обслуживанию, а также некоторые запасные части, которые могут пригодиться, если пытаться выжать из этого коня слишком много силы одним разом, — продолжил громко расхваливать свой товар. — Делайте свои ставки, купцы, начальная цена — золотой!

Два, три пять, дюжина, три…, шесть, восемь! Восемь дюжин — почти целая сотня золотых. Выкатываю второй экземпляр, далее торг идёт с максимальной цены предыдущего лота вниз. Но скинули только два золотых. Третий выставленный экземпляр сразу же ушел по такой же цене. Да, надо резко наращивать экспортное производство, при самой максимальной себестоимости в пару золотых, норма прибыли просто зашкаливает. А ведь до этого легко были проданы все эликсиры и бытовые амулеты тоже весьма недёшево по меркам Смертных Земель. Оружие и боевые амулеты мы даже не доставали.

После окончания аукциона, когда все сделки были завершены товары и деньги поменяли своих хозяев, ко мне незаметно подошел наш разведчик.

— Вит, всё готово, установил там, где ты показал, — тихо сказал он мне.

Боевой Повелитель Исал не относился к «кухонной команде», а наоборот являлся контрразведчиком, умудряющимся незаметно выслеживать людей Магистра Дана. В его верности не приходилось сомневаться, так как он некогда был потерявшим силу, а теперь полностью восстановившимся магом из бывшего Искательского Посёлка. На нем целитель Осус окончательно доработал собственную технологию имплантирования амулетов, ставшую творческой переработкой той, которую сняли с палача менял. Теперь внешне и с помощью взгляда силы по Исалу никак нельзя было сказать о наличии у него достаточно продвинутой амулетной конструкции с парой электрических накопителей и нескольких отдельных амулетов. И пока мы тут занимались коммерцией, он удачно установил специальную радиостанцию–ретранслятор на высокой неприступной обычным способом скале, забравшись туда под пологом невидимости. Посмотрел свой прибор связи — индикатор показывал наличие прямого контакта с центром управления в нашем особняке.

— Благодарю, — кивнул своему разведчику. — Будь где‑то рядом, но специально не показывайся на глаза, — передал ему свой бинокль из моего мира вместе с совершенно лишней командой.

Он и так знал, как действовать, причём, лучше меня самого. Ему предстоит оставаться тут на весьма продолжительное время, пока не будет подготовлена достойная смена. Подходящие кандидатуры для неё имеются, но им стоит ещё немного поучиться, и пройти некоторую модернизацию своего организма. Кроме добычи информации просил его попытаться незаметно пробраться на тайный склад Борцов со Скверной, передав амулет–пропуск. Если всё пройдёт удачно, в следующий раз вывезем оттуда всё ценное. Напарником же для него выступит бывший палач менял Ховис, который будет работать торговым агентом, раскрывая свои скрытые таланты. Чувствую — большой купец из него вырастет, миллионами ворочать станет. Если на них кто‑то попробует напасть, вступать в неравный бой категорически запретил, главное — сохранить себя, а с напавшими потом разберёмся, заявившись большой командой.

Вопросы с купцами, пожелавшими купить оружие, были улажены на удивление быстро, даже не пришлось торговаться. Они уже давно определили цену, которая обеспечивает им достаточную прибыль, потому интересовались только объёмом. Для лучшего взаимопонимания сразу скинул десять процентов с сегодняшней аукционной цены и передал им все запасы колющего и режущего железа, которое мы привезли на продажу. Его они распределили согласно своим внутренним договорённостям, кому, сколько и в какой очереди — нас это дело не касалось. Оружия всё равно было мало, потому придётся вскоре везти ещё. Выходило — всех наших запасов не хватит для удовлетворения первичного спроса, на вторичный можно даже не замахиваться. Потребное количество одних только мечей исчислялось сотнями тысяч, а требовались ещё и арбалеты, чем больше — тем лучше. Складывалось впечатление — кто‑то собирается вооружать несколько армий или значительную часть населения королевств. Брони, кольчуги, копья и топоры — купцов интересовало практически всё, и они готовы были платить реальные деньги, если им предоставят товар. Впору думать об открытии своего оружейного производства, так как Смертные Земли не попадают под запрет, действующий в королевствах. Но тогда потребуется много металла, которого у нас почти нет. И купцы тоже не смогут помочь, так как нового железа в королевствах тоже уже почти не производилось, накопленные за тысячелетия запасы некогда считались достаточными, хотя и давно подошли к концу. Железо медленно и неуклонно дорожало, активно поступая только из Смертных Земель, где его ещё хватало в разбросанном состоянии после войны с алхимиками. Несмотря на растущую цену, новых железоделательных мастерских последние десятилетия не открывалось. Мастера бы с большим энтузиазмом взялись за столь выгодное дело, если бы не Слуги Истинного, желавшие иметь половину дохода с любого подобного предприятия, делая подобное начинание совершенно бессмысленным для кого‑либо кроме себя. Да–с, налоговая политика последних носила исключительно запретительный характер.

Показал наши последние боевые амулеты из ловушек алхимиков и синие кольчуги, но купцы пока не могли предложить за них достойные деньги, ибо не предполагали реальной продажной цены. Оставил несколько образцов под честное слово, в расчёте дальнейшее сотрудничество. Если кинут — то и хрен с ними, будем развивать контакты с кем‑либо ещё. Посмотрев перешедший в моё владение большой склад, и по максимуму загрузив грузовики продовольствием, взяли направление к дому, день уже сменился вечером, и на землю постепенно опускалась темнота ночи.


* * *


## Военный орбитальный амулет дальней связи ГН-2, запись речевых сообщений ВГДН45824221001, сокрытие активно.


— … это точно был он, ошибка исключена! — волнение практически переполняло мысленный поток.

— Ты правильно сделал, не став вмешиваться, твои щенки всё равно не остановили бы его, — ответная мысль представлялась величественной скалой вечного спокойствия.

— Но Огус рвёт и мечет, мне совсем нечего ему сказать… — первый собеседник почти успокоился, хотя некоторые чувства, бушевавшие в его душе, всё ещё рвались наружу.

— Забудь о нём, — твёрдо заявил далёкий собеседник. — Людьми командуешь ты, и пусть эти «серые» сами решают свои проблемы.

— Так как же…? — первый никак не мог поверить в слова своего прямого начальника.

— Вот так! — мысленно рассмеявшись, ответил тот. — Они сами по себе — вы тоже. Ты и твои люди им не подчиняетесь.

— Понял, — первый окончательно успокоился.

— Оружие на аукционе предлагал? — босс проявил некоторый интерес к прошедшим событиям.

— Нет, только всякую ерунду и «железных коней», — с мысленным вздохом ответил его подчинённый.

— Он мне всё больше и больше нравится, даже жалко его будет… — твёрдая уверенность на пару секунд дала сбой, — впрочем, об этом потом. Попробую вскоре прислать тебе пару людей — они решат дело. Пока же отойдите в сторону и ничего не предпринимайте, пусть торгует, как хочет. И купите дюжину этих «железных коней», только не сами, а через купцов, они нам сейчас очень пригодятся.

— Огус не позволит, его люди вмешаются… — попытался рассказать о невозможности выполнения полученного приказа подчинённый.

— Позволит! — твёрдо ответил командир. — Расскажи ему о моём скором приказе готовить вывод всех наших сил с Перевала, он сразу же согласится на любые ваши действия.

— Неужели это правда? — его собеседник не мог поверить в сказанное.

— Пока нет, но Огус об этом ведь не узнает, — босс мысленно улыбнулся, передавая своё хорошее настроение подчинённому. — Если возникнут какие проблемы — вызывай!


* * *


Ночная дорога и хорошая скорость навевала самые лучшие мысли. Хотелось думать о мире во всём мире или хотя бы о построении развитого социализма в отдельно взятой стране. Пока же получалось совсем наоборот. Вместо мира готовимся к войне и развиваем феодально–рабовладельческие отношения за свой счёт. Интересно, как выкрутился из подобной ситуации первый алхимик? Общество же ему досталось то же самое. Условия, правда, были немного другими, он нашел отдалённый глухой край и медленно тянул к себе народ, распространяя слухи о далёких райских землях. Мне же на их месте достался весьма горячий фронтир, где постоянно идёт борьба за выживание. Пора начать поиск оставленного наследия, благо к нему имеется настоящий сейфовый ключ. С нынешними техническими и магическими возможностями нетрудно и до бывшей столицы алхимиков добраться, самолёт или дирижабль не такая уж и сложная конструкция. Вот только есть большие сомнения в том, что наследие где‑то там лежит и меня ждёт. Его надо искать где‑то здесь, гораздо ближе к тем местам, где был найден ключ. Первое такое место — бывший Искательский Посёлок. Не просто же так ядовитые выделения сочатся из‑под земли в тех местах. Скорее всего, там где‑то до сих пор действует завод алхимиков, продукция которого и прорывается к земной поверхности из переполненных резервуаров. И ещё овраги эти «мёртвые» уж больно они подозрительно выглядят, навевая мысль на искусственное происхождение. Такое ощущение — там когда‑то что‑то добывали. Короче, надо готовить серьёзную экспедицию и разбираться, авось что‑либо и найдём.

Обратный путь породил и другие интересные мысли. Нам нет нужды гонять свои торговые обозы днём, как это делают все остальные. Самое лучшее для нас время — ночь. На дороге никого, ни встречных, ни попутных, в ближайших лесах тоже тихо. Если случайно кто‑то обнаружится и зашевелится — знать это явно по нашу душу. Сначала пусть попробуют догнать, для нас сто двадцать километров в час — вполне нормальная скорость езды, при необходимости можем и ещё прибавить. Недоброжелателям останется только заслоны на дороге ставить, но тем самым, они громко объявят нам войну и пощады не дождутся. Стоит оборудовать грузовики спереди амулетами воздушного тарана. К сожалению, аналогов того, который в последнее время часто использую сам, у нас больше нет. И повторить его своими силами пока не удаётся, изделия древних надёжно хранят свои секреты, в них не удаётся даже хорошенько заглянуть. Но есть подходящие на роль тарана боевые блоки от охранных систем. Хорошо разогнавшийся грузовик легко сметёт с помощью них любую наскоро сделанную дорожную преграду. А если поставить такие эффекторы на днище и сделать специальный управляющий амулет — то небольшие препятствия можно вообще перелетать сверху, черпая энергию из пары дополнительных накопителей. Такую же систему поставить в мотоциклы дружины. Наших противников несказанно порадует множество самых разнообразных сюрпризов, и пусть потом не говорят, что они им не понравились! Вот сколько замечательных мыслей рождается за весьма короткое время езды на хорошей скорости.

Город встречал нас светящимися уличными фонарями и пустой ровной дорогой от западных ворот к центру. Проехав ворота, грузовики сразу повернули к складам, где их уже ждали предупреждённые по радио работники, а сопровождавшие их мотоциклисты вместе со мной во главе покатили дальше к особняку. Наша первая коммерческая поездка закончилась весьма благополучно, если забыть о некоторых мелких неприятностях, встретившихся на пути, и грозящих когда‑нибудь вылиться серьёзными проблемами. Кто‑то точно не забудет про разгон своей «дорожной таможни» и наша показная наглость при проезде первых врат, тоже ведь кое–кому не даёт этой ночью уснуть. Теперь остаётся только ждать их ответных ходов.

Наутро, едва отбившись от перевозбуждённой Марины, которая вызнав всё про потенциальных Ведьм, хотела взять меня в оборот, дабы срочно готовил ей дежурную смену, отправился решать срочные коммерческие дела, которые теперь не на кого было переложить. Марине же пообещал непременно начать серьёзно заниматься девушками, как только освобожусь, вечером, ночью, завтра… Ей сильно хотелось наконец‑то сдать свой бессменный боевой пост кому‑либо ещё, и непременно составлять компанию мне во всём остальном. Тут пока могу ей только посочувствовать, вполне догадываясь, каково это — сидеть целыми днями и ночами в помещении и совсем не покидать городских стен, когда кое‑кто другой из одного приключения в другое прыгает, по дальним окрестностям на мотоциклах рассекает, раскидывая врагов одной левой. Или правой, короче, какая рука оказывается свободная — той и раскидывает. Вот только сложно объяснить ей, что лёгкость эта обманчива, а смертельная опасность, поджидающая каждый раз в самом неожиданном месте, как раз реальна. Впрочем, она уже совсем не маленький ребёнок и силы ей не занимать. Способы взаимодействия с миром по методике Великого Повелителя она сейчас осваивает не хуже меня, и кое‑что у неё даже лучше получается, остальным же своим людям про этот секрет пока даже не собираюсь говорить. Буду сначала обкатывать его на новых Ведьмах, так как обнаружились некоторые интересные детали, которые хочется проверить на практике.


— Ты мне лучше рубли свои давай! — мастер Толис, которого посетил первым среди прочих городских оружейников, вполне благосклонно отнёсся к моему предложению купить у него оптом все запасы оружейного железа по «докризисной» цене.

Цене скупки, а не продажи, естественно. И всё равно по нынешним раскладам выходили немалые деньги, почти на десяток золотых. Холодного оружия у него на целый грузовик с прицепом набралось, вот только брать золото в качестве оплаты он категорически не захотел.

— Скопил уже больше, чем дозволено? — ухмыльнулся на его заявление.

— Только благодаря твоим заказам с телегами, авторитет Вит, — довольно улыбался щуплый мастер. — Знаю, у тебя с серебром плохо, потому лучше рублями плати, они кое–кем здесь совсем не считаются.

— Хорошо, — кивнул ему, доставая из кармана полную пачку новеньких сотенных купюр. — Только их тоже долго хранить не советую.

— Почему? — он поднял на меня удивлённый взгляд. — В них же нет подчинённой силы и их никак не видно.

— Тут дело немного в другом…, — решил открыть ему одну тайну, которая вскоре перестанет таковой быть. — Через год один золотой сиун при обмене будет стоить уже не тысячу рублей, а тысячу пятьдесят. А ещё через год — тысячу сто и так далее.

— Ты не хочешь, чтобы твои рубли складывали вместо золота? — сразу понял он мою мысль. — Но тогда ведь их и вовсе не захотят брать, — он посмотрел на пачку денег, явно думая — не поторопился ли связаться с этой бумагой.

— Деньги должны постоянно работать, толкая людей на активные действия, а не лежать мёртвым грузом по карманам и подвалам, — пояснил ему прописную истину. — Как ты думаешь, почему тут больше двух дюжин сиунов обычным горожанам запрещают хранить? Всё просто — если бы было по–другому, вы бы набив кубышку, просто обленились и перестали что‑либо делать. Торговля бы умерла, и все быстро передохли от голода. Деньги же сами по себе нельзя есть, независимо от того, сколько их у тебя.

Намеренно искажал и передёргивал многие факты, но общий принцип управления обществом через финансы старался передать максимально понятно.

— Значит, скопить достаточную сумму никогда не удастся? — резко погрустнел мастер, как‑то по–своему осознав мои слова.

— Удастся, но не таким способом. Не через деньги! — заявил ему, вспоминая все свои мысли, касающихся ближайших перспектив обустройства этого мира.

— Как не через деньги? — сильно удивился мастер Толис, всё ещё вертя пачку купюр в руках и не зная, куда её положить.

— Через какое‑то время, когда основное строительство в городе закончится, я буду предлагать горожанам к продаже некоторые его части, — продолжил свой рассказ о дальнейших экономических преобразованиях. — Части домов, части заводов, части складов. Ты за имеющиеся рубли сможешь купить эти части, и если город будет развиваться дальше, то они будут только дорожать. Таким образом, у тебя и всех других горожан появится возможность не только скопить, но и приумножить свои деньги. Вместе со мной и всем городом. Только так, все вместе, а не каждый по отдельности! — выдохнул длинную фразу практически на одном дыхании.

— Мудрёно…, — мастер надолго задумался, переваривая полученную информацию. — А если ты продашь все свои части, чего останется тебе самому? — хитро прищурившись, задал он весьма коварный вопрос.

— За меня не беспокойся, — хохотнул, мысленно прикинув, как останусь совсем без всего, сколько гор свалится с моих плеч, и как от такого облегчения улечу в космос. — К тому моменту у меня будет уже далеко не один этот город! — сказал и сам не поверил своей последней фразе — слишком уж авантюрной она была.

И, тем не менее, вполне реальной. Стоит лишь поднапрячься и довести до конца все начатые дела, к примеру — войну выиграть. Вот так, объясняя кому‑то постороннему прописные экономические истины, докапываешься до своих собственных тайных планов банально захватить весь мир, до сих пор, тихо–тихо сидевших в голове. А ведь прекрасно получится! Где‑то силой, где‑то хитростью, где‑то деньгами. Главное потом своевременно придумать, как сделать захваченный мир самодостаточным, и не нуждающимся в постоянном ручном управлении. И не дать особо хитрым гадам поломать систему, прогнув её только под себя. Короче, есть простор для активной работы всех моих потоков сознания.

Затем объехал и скупил на корню все запасы оружия у остальных городских мастеров, а также перекупщиков. Естественно, самое ценное мне не отдавали, надеясь продать это тут гораздо дороже, но мне нужна была исключительно масса самого простого. Представителей искательских кланов тоже предупредил, показав, куда стоит нести любое оружейное железо, которое им захочется продать, и где за него будут хорошо платить. Но опять же, выбор оплаты ограничен или золотом или бумажными деньгами. Последние уже не вызывали заметной антипатии, так как потратить их можно было в городе ничуть не хуже всех остальных. Особый интерес у искателей возникал, когда рассказывал о своих планах выпустить индивидуальное колёсное транспортное средство — велосипед, которое будет продаваться исключительно за рубли и стоить не дороже трёх тысяч. В общем, всем желающим советовал поинтересоваться, как только заработает в полную силу тележный завод.


К вечеру, лишь только собрался вернуться к просьбе Марины, выдав задание своим мастерам и пристроив стекольщика с подмастерьями к работе, объявились знакомые торговцы, которых встретил вчера в пути.

— Где могу увидеть авторитета Вита? — спросил «говорун», при приветствии крепко охлопав меня по спине. — Ловко вы «этих» разогнали, — переключился со своего актуального вопроса на то, чем желал поделиться. — Старые купцы просто перебесились, как только узнали, — решил он выдать все последние новости других городов. — Пришли к смотрящим с требованием показательно наказать вас.

— А смотрящие их сразу послали подальше? — злорадно хмыкнул, предположив дальнейшее развитие событий.

— Можно сказать и так, — рассмеялся моей специфической всё хорошо объясняющей фразе торговец. — Смотрящие с купцов много денег потребовали, дабы собрать и вооружить новую дорожную стражу, своих людей они на дорогу отправлять категорически не хотят, — подтвердил он ещё одну мою догадку.

Авторитетам требуется втянуть в начинающуюся войну как можно больше сторонних сил. Или же заставить хорошо профинансировать собственное шевеление на этом поприще. Другое дело, если бы мы на дороге устроили бойню. Тогда бы желающие встать в строй и пойти на праведную войну против… э… — «очень плохих людей» вполне нашлись бы и сами. А теперь такой дешевый пропагандистский приём уже не сработает, потому придётся платить немалые деньги.

— И как отреагировали на такое купцы? — мой интерес заключался скорее в определении потребного им времени, чтобы суметь договориться друг с другом.

— О, это надо было видеть! — возбуждённо воскликнул «говорун». — Такая хорошая драка была, сколько дуг другу бород эти старые бездельники подрали…, — он даже закатил глаза, вспоминая самые интересные моменты. — В общем, договориться, кто, по сколько должен складываться, им пока не удалось.

— А вообще удастся? — наверняка за всем этим стоит чья‑то направляющая рука, и купцам некуда деваться.

— Договорятся рано или поздно, — собеседник немного погрустнел, прикидывая дальние перспективы. — Старые купцы от своих планов никогда не откажутся и обиды не простят. Дюжину дней будут друг на друга дуться, а потом соберутся вместе и всё решат, особенно когда увидят, как барыши проходят мимо их карманов. Но пока время есть, потому‑то я и приехал сюда, искать авторитета Вита по твоему совету.

— Можешь считать — ты его уже нашел! — крепко хлопнул его рукой по плечу, прикладывая в удар чуть–чуть магической силы, дабы лучше проняло.

— Ты и есть тот самый авторитет? — сильно удивился «говорун», поднимаясь на ноги, от моего хлопка он случайно присел на землю.

— Ага, могу даже знак продемонстрировать! — отступил от него чуть подальше, дабы он не попытался вернуть крепкое приветствие, не сразу разобравшись, с кем имеет дело.

— И на бумагу поставить печать можешь? — спросил он, переключившись на более актуальный для него вопрос.

— Легко! — с улыбкой ответил ему, приглашая заходить в дом.

Вести деловые разговоры на улице далеко не самое лучшее дело.

Договориться с этими бывшими искателями, не от самой лучшей жизни занявшимися торговлей, оказалось совсем просто, так как разговор у нас шел практически на одном языке. Не в смысле самого языка, сколько набора понятий, как правильно стоит жить своим трудом. Жадные паразиты, всячески старающиеся делать поменьше, а получать побольше, не нравились ни мне, ни им. На этой общей неприязни было легко построить планы на дальнейшее сотрудничество. От нас им передавалось без какой‑либо оплаты шесть наших самодвижущихся телег, а они обещались быстро поставить практически всё скопленное в других городах оружие по устраивающей меня цене. В городах Лесс и Титс, оружейные мастера порой сидели без работы, перебиваясь на мелких заказах, и срочно нуждались в деньгах. Тележное производство Питса обходилось силами привлечённых подмастерьев, и не отдавало заказов на сторону, как это делали мы. Перекупщики тоже давно забили все свои склады оружием и не знали, куда его девать при столь низких ценах. Потому проблем со стремительной скупкой запасов мои новые компаньоны не видели, если с моей стороны будет выдан соответствующий задаток. В результате нашей операции, цены на оружие резко прыгнут практически к докризисному уровню, и у старых купцов возникнут дополнительные проблемы с его закупкой для своих будущих карателей. Только и мы не собирались останавливаться на достигнутом, быстро вывезя все скопленные к настоящему времени запасы. Пока сможем легко проходить первые врата Чёрного Перевала, оружейные закупочные цены будут нами планомерно повышаться, вплоть до двадцати процентной разницы между ценами Большого Базара и здешними. Этих процентов нам вполне хватит для компенсации транспортных и прочих затрат, а нашим противникам придётся где‑то искать новые деньги. Нравится мне вести экономическую войну…


На вечернем собрании была поднята большая проблема.

— Вит, я теперь совсем не успеваю заниматься тем самым вопросом, — целитель Осус имел в виду встраивание амулетных конструкций в тела некоторых магов, оказавшихся к этому готовыми. — Нужно срочно где‑то набирать ещё Повелевающих плоти, иначе обо всём прочем придётся забыть.

— У тебя так много раненых? — удивился его заявлению с явными нотками недовольства. — Откуда?

— Так ты же сам повелел учить всех новых городских стражников управлению двухколёсными телегами, и лечить покалеченных при задержании разбойников, — Осус глянул в мою сторону с явным осуждением, последнее ему совсем не нравилось.

Ещё ладно — свои люди, но всякие разбойники…, а ведь когда‑то объяснял ему, зачем они мне нужны исключительно в целом виде.

— С разбойниками понятно, — принял к сведению его информацию, — а причём тут обучение управлению?

— Только сегодня залечил восемь переломов конечностей, долго возился с позвоночником, а ещё одному бедолаге помочь и вовсе не удалось — его мозги протухли, ещё находясь в черепе, а не валяясь на земле! Нечего было пытаться доказывать зрителям своё превосходство над нашими дружинниками, едва научившись держать равновесие, — целителю совсем не хотелось поднимать на ноги подобных пациентов, и в голосе чувствовалось явное злорадство. — И на площадке, где происходит обучение езде, постоянно дежурить больше не стану, нанимай кого‑то попроще, у меня более важные дела найдутся! — категорически заявил он в конце.

По–своему он был прав. Занявшись своими делами, я полностью упустил момент, когда у нас в команде и стало много людей, на которых приходился только один нормальный целитель. Имелось ещё два Повелевающих плоти, но они относились к боевым отрядам и нести постоянное дежурство не могли. Посему требовалось создавать что‑то типа «Скорой Помощи» из нашего мира, действующей на постоянной основе. Причём, не только исключительно для своих людей, но и для всего города в ближайшей перспективе. Есть же несколько городских лекарей, работавших как сами по себе, так и имеющие связи с искательскими кланами, можно попробовать их завербовать. Да, «Скорая Помощь» — встанет мне в немаленькую копеечку, но кто‑то же должен брать на себя необходимые социальные обязательства? Ещё стоит попробовать переманить нескольких Повелевающих плоти от авторитета Пала, после того, как стал забирать у него потенциальных Ведьм, они должны остаться без постоянной работы. Затем встанет вопрос вызова целителей или стражи, придётся делать в городе телефонную сеть — вот ещё одна огромная проблема. Глядишь, с таким подходом можно сразу закладываться на сотовую связь, благо амулетные радиостанции уже встали на поток, дефицит ожидается только с аккумуляторами. Стоит попытаться скопировать технологию алхимиков, которая пока мне никак не поддаётся. Вроде и вижу нужные плетения в их накопителях, но их прямой перенос на другую основу ничего не даёт. Похоже, там ещё какая‑то невидимая хитрость имеется.

Доклад разведки внушал самый настоящий оптимизм. В связи с продолжающимися репрессиями против асоциальных элементов, город покинули почти все бандитские главари. Мести с их стороны пока можно не ждать, так как напрасно рисковать подобная братия не будет, а лишних денег на наёмников у них тоже не осталось после выкупа из нашего плена многих своих людей. Потом, конечно, они попытаются присоединиться к кому‑либо из более могущественных наших врагов, ибо прощать обиды не в их принципах, но это произойдёт ещё нескоро, на пару месяцев можно смело про них забыть. Другие центры сил, прямо противостоящих нам, тоже постарались временно удалиться, и лишь авторитет Сом вызывал у Магистра Дана некоторое беспокойство, ибо многие его действия совершенно не вписывались в число дружественных. Пока это могло быть чистой игрой на публику, однако стоило как‑либо удостовериться, относительно реальных планов главного смотрящего. Проникать во дворец Сома разведчикам категорически запретил. Есть у меня один двойной агент в дружине авторитета, попробую что‑либо узнать через него. Выдал разведке задание начинать работу в других городах. Хоть и мало у Дана людей, но только тех сведений, которые получаем от торговцев, нам категорически недостаточно даже для поддержания иллюзии отсутствия опасности.


— Теперь медленно тяни в себя, плавнее, плавнее, — пытаюсь управлять действиями будущей Ведьмы Лати, дорвавшейся‑таки до моего мужского тела и сразу же захотевшую оторваться на полную катушку.

Чтобы выстроить её внутреннюю жизненную силу пришлось полностью заменить ту своей собственной. Иначе изначально неправильно развившаяся система каналов пыталась восстанавливать кривую структуру после любых моих воздействий в сторону выправления ситуации. Тяжко пришлось, еле–еле справился, затратив на весьма сложную операцию почти всю ночь. Зато теперь эта совсем молодая девушка может легко хвататься своим появившимся щупальцем Ведьмы даже за меня. Оно пока не вытягивается из её тела дальше пары метров, и управлять им она пока не очень хорошо может, зато явный прогресс налицо. Главное научить Ведьму строго дозировать свои энергетические воздействия, иначе последствия контакта с другими людьми станут совершенно непредсказуемыми. После продолжительных практик с Мариной, учить других будущих Ведьм было гораздо проще. По крайней мере, именно так думалось поначалу. Но уже первая попытка наглядно показала — прямой перенос прежнего опыта тут не пройдёт, слишком уж разным был жизненный опыт девушек. Бывшие «постельные служанки» повидали множество разных мужчин, и хорошо чувствовали все их самые малые эмоциональные проявления, легко прорываясь через любые защитные барьеры. Даже мой первый опыт с Лати чуть было не стал для неё фатальным. Едва почувствовав проникновение и полный контакт, девушка неосознанно резко подалась навстречу, желая полностью раствориться во мне, разлиться внутри своими самыми сильными чувствами и страстными желаниями, подарив великое наслаждение. Она буквально выплёскивалась из себя, а построенная мной система каналов позволяла сделать ей это практически без остатка. Помогло моё множественное быстродействующее сознание, вовремя остановившее процесс начавшегося бесконтрольного слияния. Если Марина изначально неосознанно тянула жизненную силу в себя, то бывшие «постельные служанки» стремились сначала наполнить своей партнёра. Именно такая особенность и породила совсем иную разомкнутую и перевязанную многочисленными узлами структуру внутренних каналов, позволявших девушкам банально выживать при этом самим. Однако и резкое наполнение жизненной силой со стороны постельной партнёрши обычные энергетически–неразвитые мужчины выдержать не могли. Пока силы у девушки было мало — это не приводило к смертельным последствиям, но активировавшийся в их телах механизм накопления быстро выводил их «из игры». Ничего подобного до близкого общения с Лати даже не предполагал, потому действуя по обычной схеме, едва не убил девушку. Сохранить ей жизнь удалось только своевременным обратным потоком, мгновенно захлестнувшим её, и сбившим первоначальный неосознанный настрой. После того, как она пришла в чувства, мы продолжили первую тренировку сознательного управляемого обмена энергией.

— Так, ещё немного…, хорошо–хорошо, всё, достаточно, теперь меняемся ролями, — продолжил вести трудное занятие.

Дело потихонечку шло на лад, хотя явно потребуется продолжительная регулярная практика. И тащить её полностью на себе категорически не хочется. Среди моих людей есть потенциальные кандидаты, на кого можно будет частично её переложить. Главное научить самих будущих Ведьм контролировать себя в процессе такого «общения», а дальше пусть в энергетическом плане мужиков развивают. Возможно, из них когда‑то получатся слаженные боевые пары — Воин–Ведьма. Но самые первые шаги девушкам придётся делать со мной, тут пока никаких альтернатив нет. У авторитета Пала таких потенциальных Ведьм больше сорока — это сколько же предстоит работы? Сначала каждую исправь, жизненную силу полностью замени, затем обучи, как не помереть при самом первом близком контакте, потом дай вволю попрактиковаться. Никакой личной жизни не останется! И про ночные бдения в мастерской надолго придётся забыть, хотя столько всяких интересных идей хочется немедленно проверить на практике. Но тут ничего не поделаешь — раз договор заключил — исполняй!


«Для вас тут разве мёдом намазано?» — мысль–вопрос появилась при попадании в поле зрения многочисленной толпы зрителей, пришедших посмотреть на обучение управлением мотоциклом вступивших в нашу городскую стражу. По грубой оценке, посторонних зевак собралось не менее тысячи, так как в городе с народными развлечениями было достаточно плохо. Интересно, если огородить высоким забором территорию пустыря, оставшегося на месте снесённых старых складов, и продавать билеты за просмотр, хотя бы треть зрителей останется? И если подумать дальше — а не построить ли в городе парочку стадионов? На одном будут мотоциклисты гонять, на другом — боевые отряды приёмы отрабатывать. А в остальное время можно и кожаный мяч погонять. Если не задирать цену на билеты — зрителей окажется вполне достаточно, чтобы быстро окупить все подобные начинания, и даже не придётся устраивать гладиаторских боёв. Хотя это тоже идея — устроить реальные соревнования боевых отрядов друг с другом на потеху публике. Только кровавых жертв категорически не допущу, сильные воины — большая ценность, и победа должна доставать исключительно бескровно за счёт лучшей подготовки.

Посмотрев на обучение стражников, уяснив для себя всё необходимое, отправился в особняк искать действенное решение для снижения травматизма новичков. Посему выходило — придётся делать полноценную мотоциклетную защиту — «черепаху», налокотники и наколенники, а также шлем. Защита ведь не только против падений будет, но и послужит в качестве боевых доспехов. Всё же производимые нами голубые кольчуги — ценный экспортный товар, потому одевать в них полную тысячу человек планирующейся городской стражи — совершенно неразумно, требуется более дешевое решение.

Но сразу заняться делами не дала Марина, которую навестил, дабы передать заказ на проектирование будущего стадиона. Та сразу же утащила заказчика в комнату отдыха и не отпускала несколько часов кряду, несмотря на все попытки отговориться делами или усталостью.

— Если держишь взаперти — то хотя бы своим вниманием не обделяй! — твёрдо заявила она, прижимая к кровати.

— Как там твоя новая подопечная? — спросил её, всё же вырвавшись ненадолго из горячих объятий.

— Сильнее меня никогда не станет, но потенциал весьма велик, — ответила Марина, извернувшись всем телом и обвив мои ноги своими, дабы случайно от неё не сбежал.

По её дальнейшему рассказу, взялась она за первую новую Ведьму весьма основательно, заставляя учиться управлять щупальцем и видеть с помощь него, несмотря на любые препятствия. У той, похоже, действительно имелся талант, потому уже сейчас могла «прощупывать» практически весь особняк. Ещё несколько энергетических тренировок, расширения каналов и наполненности их жизненной силой, и она сможет частично заменять Марину на боевом дежурстве, а та уже кое–кого не соберётся одного отпускать за городские стены. Побегал один по кустам и хватит, хорошенько запомни — у тебя жена есть! Весьма ревнивая. Причём, к другим женщинам, входящим в наш круг, она совершенно равнодушна, а вот все приключения, изволь, раздели с ней в полном объёме. Странный такой образ мышления, но теперь придётся с ним постоянно считаться. Возможно оно даже к лучшему, опытный напарник в дальних походах действительно крайне необходим, и Марина — первая кандидатура на его роль.

И всё же, с трудом, удалось добраться до вожделенной мастерской, пусть и в немного помятом состоянии. Мои мастера тем временем заканчивали собирать третий грузовик, прицеп к нему был уже полностью готов. С сегодняшней ночи запустится регулярное транспортное сообщение между городом Юмаю и Чёрным Перевалом силами собственной транспортной компании. Завтра же войдёт в строй первый новый продовольственный склад, одного которого должно хватить для полугодового обеспечения всего города. А таких складов планируется построить в ближайшее время не менее трёх. И все их требуется полностью заполнить припасами, благо с купцами на Большом Базаре достигнуты предварительные договорённости о срочных поставках, наше дело лишь обеспечить оплату и транспортировку от Перевала до города. Оплату уже практически полностью завершил, передав деньги, полученные от продажи первой партии оружия, а транспортировка начнётся в ближайшие ночи. Оценив скорость машин и расторопность грузчиков — есть веские основания рассчитывать совершать сначала по два, а потом и по три рейса за время темноты. От нас к Перевалу сначала пойдёт оружие, пока не продадим все накопленные за последнее время запасы, а потом и собственное промышленная продукция. И над её разнообразием придётся серьёзно потрудиться, но сначала идёт очередь собственных актуальных надобностей.

В качестве основы для мотоциклетной защиты была взята кожаная броня охотников за головами. Несмотря на простоту исходного материала, она оказалась весьма сложной в магическом плане. Для надёжного закрепления в выделанной коже, плетения подчинённой силы требовались весьма специфичные, имеющие эластичную конструкцию и достаточно крупные размеры. Мелкие просто не выдерживали множественных деформаций при частом сгибании–разгибании материала основы. Хоть броня и получалась весьма прочной, способной, к примеру, практически мгновенно твердеть при сильных ударах, но выдержать попадание арбалетного болта, выпущенного в упор — уже нет. Слишком велики были необходимые для кожи плетения силы, болт успевал частично проскочить между них до того момента, когда они его полностью останавливали. Требовалось как‑то исправить этот существенный недостаток, в дополнение обеспечить хоть какую‑то защиту и против магических ударов боевых амулетов магов. Ничего более оригинального, чем частично совместить свойства синих кольчуг и кожаной брони методом комбинирование применяемых материалов не придумал. Потому до самой ночи искал подходящие варианты размещения колец разного диаметра в толще кожаного доспеха и автоматизации накладывания плетений на саму основу. К сожалению, мои мастера ничего не смогли подсказать со стороны своего опыта, так как и для них задуманная мной конструкция оказалось в новинку, потому пришлось всё делать исключительно самостоятельно, подключая собственные интеллектуальные ресурсы на максимум мощности. Однако за день довести нужное дело до конца так и не удалось, пришлось идти на очередное координационное собрание, затем опять всю ночь заниматься с очередной будущей Ведьмой. А заметно подросший торговый караван в этот раз отправился в путь без меня, что едва не привело к трагедии и большим потерям.


— Держимся пока…, — с некоторым трудом ответил на запрос по радио один из моих магов, — Поторопись Вит, они подбираются всё ближе.

Расчёт на нерасторопность наших врагов оказался принципиально неверен. Да, они пропустили первый ночной маршрут, когда наша колонна проехалась до Перевала, перекинула там грузы и вернулась обратно, пропустили вторую поездку в ту сторону, но напали на обратном пути. Напали, хорошо подготовившись и достаточными силами, вполне рассчитывая на успех в самом первом ударе. Не рассчитали лишь повышенной стойкости нашей техники к физическим и магическим атакам, а также присутствию среди экипажей грузовиков сразу двоих боевых Повелителей сил. И всё равно нападающие добились бы успеха чуть погодя, не будь у нас радиосвязи, чтобы вызвать подкрепление из города, магическая же связь оказалась надёжно подавленной.

Воздушный кулак с очень большой дистанции всего лишь нелепо расталкивает в стороны полдюжины арбалетчиков, не позволявших высунуться моим людям, укрывшимся в кабинах грузовиков и за их кузовами. И это несмотря на всю вложенную в заряд энергию накопителя и моих собственных сил начинающего Великого Повелителя. Чуть было не разрушил эффектор древнего амулета таким огромным потоком. Надо было бы подъехать ближе, но приходится торопиться, давая своим людям шанс отбиться от атаки. Засаду разбойники организовали весьма грамотно, растянув крепкие и почти невидимые металлические сети через дорогу. Водители не успели вовремя разглядеть их, несколько сетей первая машина благополучно сорвала с креплений, заметно потеряв скорость, а затем в неё, не успев затормозить, врезалась вторая. Вторую зацепила третья, попытавшаяся, было, объехать образовавшийся затор по обочине и, снеся ещё несколько сетей, перевернулась вместе с прицепом, выкатившись опять на дорогу перед первыми двумя, так её проволокли зацепившиеся за передний бампер сети. Четверо мотоциклистов сопровождения двигавшихся немного позади грузовиков, тоже не успели сразу сориентироваться и, выскочив на обочины, едва притормозив, угодили сначала в сети, а потом и под полетевшие в их сторону арбалетные болты. И только благодаря хорошим кольчугам им удалось оттянуться под защиту машин, отделавшись лишь ссадинами и синяками. Немногие дорожные разбойники, караулившие около растянутых сетей, сходу атаковавшие остановленную колонну, попали под удар боевых амулетов моих магов, сразу же откатившись к лесу и оставив лежать около грузовиков три обугленных тела. Затем маги нападающих попытались взять верх в ментальном поединке, но не преуспели, несмотря на своё численное превосходство. Терпя сильную боль, как от собственных многочисленных ушибов, так и от магического давления, дружинники пока держались, сдерживая выстрелами из своих арбалетов остальных врагов, желающих подобраться ближе и ринуться врукопашную. Те от заградительного обстрела особо не страдали, так как тоже имели хорошую броню и крепкие щиты. Разбойников оказалось немного, всего две полных дюжины крепких воинов при поддержке пятерых сильных магов. Действовали они весьма эффективно, постепенно приближаясь к грузовикам, прикрывшись щитами, дабы добить моих людей стремительным броском. Уже видел своим необычайно мощным взглядом силы, как врагам остаётся пройти ещё несколько шагов, после чего можно смело бросаться вперёд, надеясь на разящие силы клинков, но тут к месту схватки пожаловал новый участник, обладающий решающим весом залпа. Ещё один воздушный удар теперь уже окончательно выводит арбалетчиков из игры, парализующий луч роняет на землю одного из магов нападающих.

Но в этот момент в спину ударяет тормозящая волна, временно отключающая магию и замораживающая амулеты. Чувство смертельной опасности сильно запаздывает, и только набранная мотоциклом инерция позволяет в самый последний момент увернуться от стремительно бросившихся со стороны обочин дороги мечников. А вот пара арбалетных болтов, практически одновременно пришедших в спину и бок, вышибает из седла мотоцикла, ещё летящего вперёд на хорошей скорости. Кольчуга болты выдержала, но при падении едва не переломал себе все кости — щит силы поставить было невозможно. Боль в спине, многочисленные ушибы, явный перелом руки, разбитое лицо — всё это ерунда, активированная жизненная сила мгновенно исправляет полученные повреждения, а вот целая полудюжина мечников, бросившихся вдогонку — уже серьёзная проблема. Восприятие резко укоряется, практически останавливая внешнее время. Вот первый подскочивший воин очень медленно наносит колющий удар в мою шею. Так же медленно, с большим трудом преодолевая инерцию материального мира, ухожу в сторону, вражеский клинок лишь вскользь касается открытой кожи, оставляя на ней длинную царапину. Ускользая вбок и плавно хватая первого мечника за грудки, подставляю его под удар топора второго подскочившего противника вместо себя. Широкое лезвие медленно рассекает доспех и человеческую плоть, отделяя руку первого противника вместе с зажатым в ней мечом от тела. Плавно падая спиной на землю в перекате, чиркаю кончиком своего клинка по ногам третьего воина, оказавшегося рядом. Еле–еле успел его вовремя достать, пока он едва не насадил меня на копьё, как жука на булавку. Первые двое ему немного помешали, даруя мне бесценные миллисекунды, чтобы уйти с линии атаки. Разворот, рывок, бросок вперёд, меч срезает половину черепа следующего противника, а арбалетные болты, густо летевшие в меня, ударяют в тела обладателя копья и топора, которые ещё оставались на ногах, медленно валя их на землю. Отмечаю одним из потоков сознания — болты легко пробили доспехи, как будто их и не было. Ещё один болт, попавший в грудь, опять валит с ног, не пробив кольчуги, чем пытается воспользоваться очередной воин, оказавшийся рядом. Похоже, все эти бойцы находятся под действием эликсира, сильно ускоряющего реакцию и увеличивающего силу. Едва сумел сбить в сторону стремительный удар меча противника своим клинком. Воин достаточно быстро сориентировался и почти ушел прыжком от ответного удара, удалось лишь вскользь чиркнуть по его ноге, распарывая сапог. Резко отталкиваюсь от земли руками и ногами, вовремя, так как очередной арбалетный залп густо засевает плавно втыкающимися болтами землю, в том месте, где мгновение назад находилась моя голова. Арбалетчики противника догадались о бесполезности стрельбы в корпус, и стали прицельно бить в голову. «Ну, всё, ребята, вы меня совсем достали!», — проскакивает в главном сознательном потоке мысль, когда правая рука уже выдёргивает из кобуры пистолет. Как же медленно движется затвор, выплёвывая стреляные гильзы. Вражеские стрелки, оказавшиеся на удивление близко к месту схватки, даже не поняли, что их отправило в Бездну. Как и не понял этого последний бросившийся в мою сторону мечник. Пытавшийся встать предпоследний противник тоже получил свою пулю в голову.

Всё, на меня больше никто не нападает, можно выныривать из ускоренного состояния, пока запас жизненной силы ещё не иссяк от таких резких перенапряжений. Произошедшая схватка длилась всего несколько секунд, а столько событий уместилось в эти краткие мгновения. Засаду, похоже, приготовили специально для меня, но с этим разберусь чуть позже, пока надо срочно помочь своим людям, которых пытаются одолеть оставшиеся силы противника.

Снова резкий рывок под ускорением, дабы быстрее сократить расстояние до остановленных грузовиков, достреливаю обойму в спины нападавших, сразив троих, дальше моя помощь уже не требовалась, так как, наконец, подъехали гвардейцы, от которых далеко оторвался по дороге сюда.


Несмотря на очередную победу, доставшуюся на удивление малой кровью — с нашей стороны только один убитый дружинник и трое раненых гвардейцев, настроение было поганейшим. К чему вся подготовка, всё дорогостоящее снаряжение, когда какие‑то три дюжины врагов чуть не перебили наш торговый караван и не прикончили меня самого?

— Вит, мы взяли его! — передо мной вытянулись двое гвардейцев, спрыгнув со своих мотоциклов, затем поставили на ноги крепко связанного и завёрнутого в сеть вражеского мага.

Хотя нет — не мага. Да это же кто‑то из Слуг Истинного, судя по его внешнему виду! Не Борец со Скверной — точно, те одеваются в другую одежду и не имеют характерной выбритости висков.

— Будешь сразу говорить или сначала изысканные «удовольствия» захочешь получить? — спросил пленника, оказывая на него лёгкое давление недавно вернувшейся ко мне магической силой.

Однако тот пребывал в шоковом состоянии, и говорить просто не мог, только смотрел немигающим взглядом, почти выкатив глаза из орбит.

— Быстро доставьте его в особняк — там с ним побеседуем, — отдал приказ своим людям, которые сразу же отправились его исполнять.

Пленников нам досталось только четверо вместе с последним Слугой. Трое оказались тяжело ранены и дальше поедут на грузовиках. Мага, которого успел парализовать пока на меня не навалились толпой, кто‑то благополучно добил, перерезав ему горло, даже неясно, свои или мои постарались. Машины же, несмотря на силовую остановку и столкновения друг с другом, пострадали минимально, оставаясь на ходу. Интересен метод их остановки. Операцию явно готовили в большой спешке, иначе бы выбрали более удачное место, где деревья подступают ближе к дороге. Тогда остановить грузовики удалось бы ещё проще всего парой растянутых сетей. А так их натянули восемь штук, закрепив за вбитые в землю многочисленные металлические колья, оказавшиеся самым слабым звеном натянутой через дорогу цепи. Впрочем, для остановки колонны их оказалось вполне достаточно. Сами же сети и держащие их тонкие тросы были чрезвычайно прочными, мне не удалось обнаружить ни одного разрыва.

Экипировка вражеских бойцов оказалась превосходной. У всех исключительно зеленоватые кольчуги и оружие, в рукоятях мечей амулеты, усиливающие удары. Группу, напавшую непосредственно на меня, сразу же опознал подъехавший капитан Тук.

— Собаки, сразу же берущиеся за любую кровавую работу, — проговорил он сквозь зубы, сплёвывая на землю, и сильно пиная мёртвое тело носком сапога.

— Гвардейцы? — переспросил его, заметив его сильную неприязнь к убитым.

— Бывшие гвардейцы, — Тук сплюнул ещё раз, переворачивая на спину очередной труп и внимательно рассматривая лицо убитого, освещая его маленьким белым световым шаром. — Если за тобой, авторитет Вит, пришли из третьего отряда, то стоит ждать очередных гостей, — задумчиво покачал он головой, быстро осмотрев тела убитых арбалетчиков.

У каждого из них имелось к началу атаки по три взведённых двойных арбалета. То‑то они так быстро отправляли залп за залпом в мою сторону. И хвалёные гвардейские кольчуги не смогли удержать болты в зоне временно подавленной обычной магии. А вот моя золотистая, насыщенная жизненной силой, вполне справилась с защитой своего хозяина, большие синяки в местах попаданий и трещины в рёбрах не в счёт. И всё равно, опять жизнь висела на одном волоске, окажись противники чуть–чуть расторопней — им могло бы вполне повезти. Ладно, хватит рефлексии, пора выдвигаться к дому. Трофеи и тела погибших собраны, перевёрнутый грузовик поставили на колёса, рассыпавшийся груз закинули обратно в кузов и прицеп. Надо ехать, на востоке небо уже заметно посветлело, обещая скорый рассвет. Утром на дорогу выйдут многочисленные торговые караваны, и не стоит всем видеть последствия ночного сражения и наших крепко помятых бойцов.


— Какова ваша основная ошибка, приведшая к остановке колонны? — спрашивал понурых дружинников на утреннем разборе ночного происшествия.

— Сопровождение двигалось сзади, не выставив передового охранения, — наконец‑то высказал правильную мысль один из бойцов, управлявших первым грузовиком.

— Каков должный порядок действия при обнаружении препятствия? — продолжил задавать свои вопросы, заставляя вспоминать инструкции и сравнивать с ними свои действия в реальной ситуации.

— Если нет уверенности преодоления препятствие сходу, не ввязываясь в бой, следует немедленно откатиться назад, увеличивая дистанцию с потенциальными противниками и вызывая подкрепление, — заговорил другой дружинник, получивший в последнем бое серьёзную рану, но уже поставленный на ноги нашим целителем.

Мучение народа подобными вопросами продолжалось ещё долго, пока меня не отвлёк Магистр Дан, уже допросивший захваченных пленников и пожелавший лично доложить о проделанной работе. Вместо меня распинать проштрафившихся дружинников остался капитан Тук, которому тоже перепало немало критики с моей стороны, так как подготовка сопровождения торгового каравана висела персонально на нём.

— Брр, мерзкое это дело Слуг Истинного допрашивать! — фыркнул Магистр, когда мы уединились с ним в моём кабинете.

— Чем они тебе так не нравятся? — сильно заинтересовал меня своими подобным отношением.

— Возьми амулет палача и сам попробуй, — не захотел он делиться этой информацией. — Если мараться не хочешь — расспроси жрицу, — подсказал Дан вполне удачное, по его мнению, решение. — Она того Слугу, кстати, уже потребовала выдать ей на расправу, есть у неё личные счёты ко всей этой братии.

— Не вижу проблем, если хочет — почему бы и не выдать? — недоумённо пожал плечами. — Пусть девушка немного порадуется, если так хочет. Или же есть какие‑либо другие соображения?

— Примерно сорок тысяч золотых, и сколько‑то ещё серебра, — Магистр так загадочно улыбнулся, глядя на мою реакцию.

— Выкуп или…? — сумел‑таки меня серьёзно озадачить своей информацией.

— Казна Храма на Перевале, которой мы можем завладеть, если сейчас поторопимся, — его улыбка окрасилась явным злорадством. — Заодно имеется возможность хорошо поквитаться за последнее нападение, — в словах Дана проскочил едва заметный личный интерес.

— Кого‑то из своих бывших «друзей» случайно нашел? — решил сразу прояснить ситуацию, обычно Магистр не показывал своих личных эмоций по отношению к каким‑либо сторонним людям.

— Давно это было, ещё в столице…, — тяжело вздохнув, начал рассказывать он о своём прошлом, раз уж его желание с кем‑то поквитаться не осталось для меня незамеченным.

Всё оказалось весьма банально. Его отряд когда‑то легко выследил очередного серийного маньяка–садиста. По его словам — вполне рядовое для столицы королевств явление среди некоторых слоёв населения, уверовавших в собственную крутость и полнейшую безнаказанность. Мало им охоты на животных — берутся за людей. Поначалу, когда изредка пугают ради своих забав чернь в пригородах — им действительно всё сходит с рук, но если переходят границы восьмого кольца города — охота начинается уже не них самих. Так произошло и в том случае, только маньяк оказался больно крепким, при попытке его задержать, убил двоих молодых бойцов из группы Магистра. Тоже нередкое явление — среди сыщиков выживают лишь самые ловкие и расторопные. Неприятное продолжение для Дана и его людей получилось после того как они сдали свою спеленатую добычу куда следует. Вскоре его группа ловила садиста второй раз, и опять потеряла бойца, теперь уже более опытного — маньяк оказался вооружен запрещёнными амулетами и полностью потерял чувство реальности. Убивать его сыщикам категорически запретили — судьбу подобных преступников всегда требовалось решать, оглядываясь на мнения важных столичных персон. Теперь же он узнал о его дальнейшей судьбе от наших ночных пленников. Маньяк ни много ни мало оказался распорядителем казны Храма на Перевале, именно он стоял за оружейной монополией Слуг Истинного и за нападением на нашу колонну, почувствовав серьёзную угрозу своим доходам. Естественно, и про свои прежние «забавы» он вряд ли забыл, имея в этих местах для них куда больше возможностей, чем в столице королевств. Захваченный Слуга Истинного в обмен на свою жизнь и свободу обещал скрытно провести наш боевой отряд, дабы мы смогли захватить Брата Огуса — того самого маньяка, и храмовую казну.

Пришлось идти в подвал давать пленнику слово авторитета. На его пожелание увидеть подтверждение огнём, лишь злорадно улыбнулся и предложил немного пообщаться со жрицей, которая стояла за дверью камеры, пока так и не получив от меня желанного подарка. При самом первом упоминании о ней Слугу конкретно проняло, и сняло все возможные пожелания в мой адрес с его стороны. Даже не пришлось лично знакомить.

Сразу же собрали очередной военный совет и начали подготовку операции, которая произойдёт следующей ночью, по совету того же разговорившегося пленника. Дабы исключить всяческие накладки, в виде случайной западни, связался по радио со своим разведчиком, находящемся сейчас на Большом Базаре. Он уже один раз успешно проникал за вторые врата, потому уточнить непосредственную обстановку к нашему появлению на месте вполне способен. К нему в помощь в самое ближайшее время отправлюсь я вместе с Мариной, воспользовавшись амулетами невидимости. Наконец‑то рыжая Ведьма выберется из своего вынужденного заточения, дабы поучаствовать в хорошей драке. В наши предварительные планы входило непременно захватить всех «серых» с Перевала в плен. Хватит им пить человеческую кровь и мешать свободной торговле. Потом за некоторых можно просить выкуп, а кое–кого прилюдно укоротить на голову за все былые заслуги. Школу Борцов со Скверной, размещавшуюся ближе к третьим вратам, решили пока не трогать, ограничившись лишь грабежом склада с оружием во вторых вратах. Можно и их навестить, но по информации от пленников, там почти три сотни человек. Да, в основном мальчишки, но и они способны натворить бед в религиозном угаре, а устраивать массовую резню молодёжи совершенно не хотелось. Плюс не стоило забывать о возможности подхода подкреплений со стороны Стражей Перевала, размещавшихся уже с другой стороны в свободных землях. Наша задача быстро набежать, всех Слуг похватать, казну и прочие ценности погрузить на машины и дать ходу. Примерно пару часов до вероятного подхода подкреплений к небольшому посёлку Слуг Истинного у нас будет. А дальше будем ждать ответного хода, пришедшего уже из столицы королевств. Двинутся ли они на нас большой войной или нет. Если проанализировать информацию, приходящую сейчас с той стороны — скорее нет. В королевствах началась своя заваруха, и распылять военные силы на каких‑то смертноземельских разбойников никто не станет.


— Двое на первом этаже, ещё семеро на втором, сзади в пристройке ещё трое, — рассказывает мне наш разведчик, наблюдавший за «серыми» до нашего появления.

Осматриваю в бинокль их небольшой посёлок, а разведчик даёт пояснения, где и сколько находится людей. Потенциальных противников хватает, около пяти дюжин человек, из них самих Слуг Истинного не более дюжины, остальные — послушники, стража и слуги. Нападения никто не ждёт — и это вполне понятно. От дороги между вторыми и третьими вратами, по которой сейчас бредут понурые ссыльные в сторону Смертных Земель и изредка проезжают телеги вольных купцов в обратном направлении, посёлок «серых» отгорожен высокой каменной стеной и крепкими воротами. Ссыльные не имеют оружия, купцов же заботит исключительно свой товар, и они вообще боятся потерять право пребывания на Большом Базаре. Их и вовсе могут не выпустить отсюда. Некому тут нападать на это маленькое поселение — место совершенно безопасное. Было.

Солнце уже клонится к закату, и мы заняли исходные позиции для стремительной атаки на ближайших скалах. Скоро подойдёт наш торговый караван, состоящий уже из четырёх грузовиков, мастера срочно доделали ещё один, забросив пока всё остальное в долгий ящик. С караваном прибудет всего девять бойцов, на большее количество у нас нет амулетов–пропусков, остальные будут ждать нашего возвращения в Привратном Посёлке. Там тоже стоит кое–кому передать горячий «привет», из тех, кто организовал нападение на нашу колонну. Никого прощать мы не собираемся.

— Марина, ты уже определила цели со своей стороны? — спрашиваю невидимую напарницу по радио.

В отличие от меня, она вполне способна пользоваться тут магическим зрением, у меня же, как и всех остальных магов, развивалась в этих местах хроническая близорукость. Сказывалось действие дикой силы гор, которое теперь не компенсировалось Храмом, собиравшим прежде в себя излишки пульсирующей энергии.

— Вит, тут что‑то непонятное, — отозвалась она через некоторое время. — Тот пленник, похоже, далеко не всё нам рассказал.

— Наши планы резко меняются? — сразу правильно понял явную озабоченность в её голосе.

— Пока ещё нет, но стоит проверить лучше, — в её голосе чувствовалась лёгкая досада, что‑то у неё явно не получалось. — Ты опуститься совсем тихо на крышу второго от меня дома сможешь? — спросила она чуть погодя.

Своей амулетной конструкцией в полёте она ещё не очень хорошо владела. Впрочем, мне тоже приземлиться совершенно бесшумно на указанную крышу весьма сложно. Требуется исключительно точно рассчитать весь полёт от его начала до конца, и особенно филигранно скорректировать импульс инерции при касании, дабы удары толкающих амулетов пришлись в твёрдую землю. Иначе тонкая крыша может и не выдержать или, в любом случае, о скрытности уже можно не думать.

— Попробую, — ответил ей, — если случайно провалюсь или нашумлю — готовься быстро драпать, мне тоже тот дом почему‑то не нравится. Обо мне не беспокойся, есть чем отбиваться.

В самом последнем случае задействую мертвящий амулет, благо он накопил некоторое количество непонятной субстанции, которой хватит на один мощный удар по площади. Подключив дополнительные сознательные потоки произвёл расчёт необходимого перемещения по воздуху и потребных затрат энергии в шести точках корректировки траектории. Эффекторы, обеспечивающие возможность полёта, могли отталкиваться только от достаточно прочных поверхностей. Фокус толкающего луча можно расширять или сужать, но все действия требовали непосредственного участия оператора, автоматикой здесь пока не пахло.

— Прыгаю! — ответил в эфир, подавая первую порцию энергии в толкательные эффекторы. — На месте, — проинформировал Ведьму после относительно удачного приземления.

Всё же чуть было не свалился с покатой крыши после практически идеального приземления.

— Посмотри в подвал через вентиляцию, у меня отсюда не выходит, — ответила мне Марина, предлагая действительно оригинальную идею.

До этого пытался смотреть взглядом силы непосредственно через крышу. Результат оказался совсем неважный. Так, вот интересующие меня трубы и выглядывающие их них амулеты принудительной вентиляции. Ближайшая ко мне труба подаёт чистый воздух на второй этаж. Стенки трубы укреплены плетениями подчинённой силы, и служат своеобразными зеркалами для моего взгляда силы. Удобно. Хм, кто тут у нас собрался в таком количестве? «Постельные служанки» в количестве двух дюжин, отдыхают, скучая без работы. Похоже — это местный бордель, ничего интересного. Труба, ведущая на первый этаж, приводит мой «взгляд» в большую столовую, человек на двести. Следующая у нас кухня. Тут семеро слуг активно занимаются готовкой сразу для большой оравы едоков, судя по размеру и количеству кипящих котлов. Тут гораздо больше, чем требуется для пропитания всех ранее замеченных обитателей этого посёлка. Странно.

— Чёрт! — вырвалось в эфир, когда проник взглядом силы в подвал.

— Нашел? — спросила меня Марина, постоянно державшаяся на связи.

— Примерно полторы сотни бойцов, есть маги, сейчас спят, — рассказал ей обо всём увиденном в подземной казарме, хорошо защищённой от проникновения магического взгляда.

Даже Ведьма не смогла пробиться туда своим щупальцем. С ближайшей скалы точно забраться в вентиляционную трубу ей не удалось, пришлось меня посылать, обнаружив непонятный барьер.

— Если они сейчас спят, то когда собираются бодрствовать? — задала умная девушка весьма правильный вопрос.

Сейчас уже почти вечер, а боевые отряды спокойно отдыхают. Явно ведь собираются чем‑то заняться посреди ночи. Какие ночные события ожидаются в ближайшее время? Ага, вот и вопрос на засыпку, кто кого собирался захватывать, мы Слуг Истинного или они нас? Выходит, обманул‑таки пленник, в расставленную ловушку заманил, посулив богатую добычу. Сыр в мышеловке бесплатен только для второй мыши, а вот первой приходится заплатить за него своей жизнью. Чуть было не переиграли нас Слуги Истинного, просчитав партию игры на несколько ходов вперёд. Даже если бы мы сюда не полезли — это войско запросто могло бы прижать наш торговый караван на Большом Базаре. Скорее всего, на это и был основной расчёт, как и в случае первой атаки. Слугам нужен лично я, следовательно — они сначала пытаются захватить моих людей, как‑то узнав о наличии у тех прямой связи со мной. Дальше всё просто — если прибываю к идущей вялотекущей драке — основные вражеские силы переключаются на меня, если трусливо отсиживаюсь в своём городе — теряю верных людей и немалые ценности, а главное — всю свою торговлю. Практически беспроигрышный вариант для «серых». Только нашу исключительную наглость им не удалось до конца оценить. «Так, а вот и он, эликсир долгого сна», — достаю из сумки флакон и выливаю его содержимое на быстро вращающиеся лопасти вентиляторов, выломав чистящий воздух амулет из вентиляционной системы. Теперь в подвальной казарме никто долго не проснётся. Этот эликсир, действующий как известный в нашем мире хлороформ, был взят для транспортировки пленных магов, дабы не пеленать их в сети, которых на всех у нас могло и не хватить.

— Эти готовы, действуй! — предал Марине сигнал к началу атаки, убедившись в срабатывании сонного эликсира, отметив, как свалился со стула на пол единственный бодрствующий в казарме дежурный.

Сам же перепрыгнул на рядом стоящую казарму Базарной Стражи и обслуживающего персонала, в сумке ещё имелся лишний флакон сонного эликсира.


— Всем немедленно лечь на пол, сопротивление бесполезно! — громко кричу присутствующим в большом зале, отправляя шесть парализующих разрядов в головы «старшим братьям», которых было легко отличить по цвету балахона и у кого могли присутствовать на пальцах амулеты дальней связи.

Остальные «серые», находящиеся сейчас тут, являлись младшими послушниками и какой‑либо опасности совершенно не представляли. Быстро поняв, кто к ним пожаловал, и, оценив своё безвыходное положение, все остальные послушно легли, позволив себя усыпить тряпочкой, смоченной сонным зельем.

До прибытия наших грузовиков с подкреплением, вдвоём с Ведьмой, мы благополучно усыпили и парализовали всех найденных в посёлке «серых» людей не поднимая шума. Чисто сработали, можно нас поздравить с первой настоящей диверсией во вражеском тылу. Теперь оставалось только благополучно вывезти пленников и трофеи. А здесь было чем поживиться. Подъехавшие вскоре бойцы начали скорую погрузку ценностей, даже не показывая своего удивления. И только капитан Тук подошел ко мне со своими вопросами, после осмотра подвальной казармы.

— Какие у тебя планы на тех людей? — спросил он, явно пытаясь скрыть свои возбуждённые сильным азартом чувства, но у него это плохо получалось.

— Высказывай свои предложения, — решил сначала узнать о причинах, приведших его в подобное состояние.

— Если срубить головы шестёрке десятников и паре сотников из третьего отряда — остальных могу взять под себя, — взглянул он с большой надеждой в мою сторону, ожидая положительного решения.

— Вопрос верности решишь? — спросил его, задумавшись напоказ.

Получить в свою дружину сразу больше сотни опытных гвардейцев было очень заманчиво. Сомнений в прямой причастности бойцов в казарме к гвардии королевств, не имелось абсолютно. Оружие, внешний вид — всё явно указывало именно на это. И только некоторые сомнения в их добровольной присяге новому господину не позволяло особенно радоваться. Люди не деньги, которым всё равно в чьём кошельке лежать, они имеют и своё собственное мнение, и набор прежних обязательств.

— Решу, — кивнул капитан с подозрительным блеском в глазах. — Это первый штурмовой отряд гвардии, но над ним командуют собаки из третьего карательного, — пояснил он, только путая меня. — Если убить командиров, то у них не останется выбора.

— А самих командиров подчинить не удастся? — мне было интересно, как капитан отреагирует на такое предложение.

— Лучше не стоит, — скривился он, как будто надкусил незрелый лимон. — В третий карательный отбирают исключительно по особым личным качествам, а уж кто дослуживается там до десятника и сотника…, — тут он взял паузу, взглянув мне в глаза.

Дальше можно и не говорить — итак всё понятно. Зачем мне в дружине люди, испытывающие большое удовольствие от убийства с особой жестокостью?

— Действуй, как считаешь нужным, потом с тебя лично спрошу! — принял решение, передавая чуть ли не подпрыгнувшему от радости капитану Туку эликсир, с помощью которого можно быстро привести усыплённых людей в чувство.

Вскоре к погрузке трофеев присоединились новые работники. Смотря на них с ближайшей крыши, особой радости на их лицах пока не замечал, впрочем, и явного неудовольствия тоже не наблюдалось. Присягу они будут приносить уже в моём особняке, а пока пусть поработают под присмотром.

Трофеев оказалось много. Одного монетного серебра на целый грузовик с прицепом, насчёт казны Храма пленник нас не обманул. Вместе с деньгами в хранилище ценностей обнаружился разобранный на несколько частей амулет–кольцо, который по обычаю должен возвышаться над Храмом Истинного. В его металле ощущалось плотное скопление плетений подчинённой силы, потому приказал грузить и его, собираясь позже разобраться. Ведь ради обычного архитектурного украшения такие сложности делать не станут — здесь есть что‑то более важное. Кроме материальных ценностей, нашей добычей стали люди. Слуги Истинного пойдут для информации и показательных акций, если за них не заплатят большой выкуп. Две дюжины молодых «постельных служанок» усилят наше кольчужное производство и расширят службу рекреации. Две отдельных кухонных команды, первая — господская, занимающаяся изысканными блюдами, а вторая — для столовой обслуживающего персонала. В составе второй обнаружился повар–раб, которого недавно продали на аукционе больше чем за сотню золотых. Интересно, сколько же тогда могут стоить повара из первой? Надо будет поспрашивать их и их бывших хозяев. Короче, мы вывезем отсюда всех людей, оставив лишь одного послушника, кому оставим кристалл с информацией о том, как со мной можно связаться, страстно желая заплатить выкуп за бывших хозяев посёлка, если они ещё кому‑то нужны.

Пока мои люди по–быстрому опустошали посёлок от всего ценного, незаметно припрятал несколько подслушивающих амулетов в вентиляционных трубах, ведущих в помещения, где с большой вероятностью будут пребывать важные персоны. Найти амулеты почти невозможно, если целенаправленно не искать, возмущение силы они создают самое минимальное. Необходимое питание эти «жучки» получат от тепла движущегося воздуха, запасая электрическую энергию в электролитическом конденсаторе, записанные разговоры будут уходить в эфир в сжатом виде три раза в день. Мощность их передатчиков крайне мала, но её должно хватить, чтобы доставить радиосигнал до приёмной антенны мощного ретранслятора, спрятанного на неприступной скале.

Сильно переевший удав медленно полз к логову, дабы успеть переварить проглоченную добычу, прежде чем его самого захотят поймать и съесть. Перегруженные машины продавили свои амортизаторы и едва не цепляли прогнувшимися осями дорогу. Только к следующему утру нам удалось беспрепятственно добраться до своего города и ненадолго затаиться, ожидая самых тревожных вестей.


* * *


## Уединённый особняк в окрестностях столицы королевств.


Просторный двухэтажный дом прятался под кронами величественных зелёных великанов. О существовании этой небольшой загородной резиденции самой могущественной организации этого мира знало совсем мало людей, ещё меньшее количество могло рассказать о своём пребывании тут. Несмотря на близость к столице королевств, попасть без специальных амулетов в это место было совершенно невозможно. Живым — так уж точно. Более того — даже невозможно найти без точного знания, где начинать поиски. В данный момент происходило крайне редкое событие — в этой тайной резиденции собралось сразу шесть человек, двое из которых были слугами, а четверо…, именно от них в этом мире зависело практически всё, по крайней мере — они сами ещё совсем недавно так считали.

— Мне сначала хочется понять, как такое вообще могло произойти! — громко верещал невысокий лысый толстячок в светло–золотистом балахоне.

Остальные четверо присутствующих в богато украшенном золотом небольшом зале мужчин старались удержать хотя бы видимость спокойствия. Реально оставался спокоен среди них лишь высокий воин в чёрном камзоле. Если заглянуть глубже в его надёжно скрытые от постороннего взгляда чувства, можно было заметить — он даже немного рад всему произошедшему. Хотя одновременно оставалась и некоторая досада о того, что он сам был к нему непричастен. А такое дело его заметно напрягало.

— Ты же не просто так пригласил нас сюда, брат Ний, значит — сам уже догадался, почему это произошло, иначе мы могли бы и не покидать столицы, — воин в чёрном камзоле без труда выдержал упёртый в него гневный взгляд толстячка. — Но ты ведь теперь уже и сам не сильно доверяешь своим ближним, — добавил он, постепенно побеждая оппонента в противоборстве взглядов.

— Брат Ато…, — толстячок резко покраснел от внутреннего перенапряжения и готов был в любую секунду взорваться, однако быстро овладел своими чувствами, — впредь подобные измышления всегда держи при себе! — закончил говорить уже совершенно ледяным голосом, от которого присутствующие в зале неосознанно поёжились.

Но воин совсем не обратил на этот тон внимания, продолжив говорить:

— Только прямым предательством некоторых твоих людей можно объяснить ту поразительную лёгкость, с которой «он» сумел захватить поселение. А ведь вы все знаете, какие там имелись силы, и какие люди несли охранение. И те даже сигнала опасности не успели подать.

— Мне кажется — ты поразительно много знаешь, брат Ато, — толстячок заметил вроде бы самым обычным голосом, но у хорошо знающих его людей от такого тона могло запросто остановиться сердце.

— Мои люди прибыли первыми на место после того, как его покинули захватчики, — не поддавшись на явную провокацию, ответил тот. — И ты, брат Ний, уже получил от меня кристалл со всей информацией.

— Только это тебя сейчас и спасло, — ответил тот, улыбнувшись. — Но мне интересно другое — как «он» смог решиться?

— Похоже, у него не оставалось выбора, — вступил в разговор третий участник, мужчина среднего возраста и достаточно неприметной внешности в простой одежде обычного жителя столицы.

А тех людей, которые знали, чем он реально занимается, во всех королевствах можно пересчитать по пальцам на двух руках.

— По всей имеющейся информации выходит — за ним стоит Искательское Братство, — продолжил он свой доклад. И все его действия не являются самостоятельными. Братство решило показать нам свою силу, посчитав момент наиболее удачным. В южных королевствах бунт, северные находятся на грани, Лорды почти передрались за какую‑то шкуру, которую вскоре продадут на Аукционе Истинного Престижа. Есть некоторые сведения — за бунтами черни стоит не ушедший от нас Великий, а Искательское Братство. Тот чересчур наглый смертноземельский разбойник выступил именно тогда, когда требуется отвлечь наше внимание от чего‑то более важного. Если мы сейчас среагируем на него как должно, то рискуем упустить решающие события уже где‑то тут, — неприметный мужчина закончил говорить и осмотрел всех остальных, задержавшись взглядом на воине в чёрном камзоле.

— Ким, ты всерьёз предлагаешь не посылать туда армию карателей? — лысый толстяк удивлённо поднял бровь.

— Не посылать нельзя, — качнул тот головой вперёд, и положил свои руки на стол, придавая позой больше веса своим следующим словам. — Нельзя делать это в большой спешке, как у нас должно получиться, если захотим перехватить выкуп!

— Предлагаешь заплатить его всерьёз? — толстяк удивился совсем не напоказ. — Все пятьсот тысяч?

— Можно хорошо сэкономить, заплатив всего сто за допрошенных с помощью палаческого амулета, но живых братьев, — влез в разговор воин со злорадной улыбкой на лице.

— Ты прекрасно знаешь — для нас это совершенно не приемлемо! — гаркнул на него толстяк в золотистом балахоне.

— Тогда придётся платить все пятьсот, — твёрдо заявил тот.

— Тебе легко говорить, Ато, — к воину обратился последний участник этой встречи, весьма колоритный бородач в цветастом балахоне мага, но тоже имеющий явную военную выправку. — Моим же людям придётся их доставать обратно, ты своих на такое дело точно не дашь.

— Всех нет — но кое–кого смогу выделить твоим войскам в помощь, командор Кух, — кивнул воин своему почти коллеге.

— Будет весьма ценно, твоим бойцам те края лучше знакомы, — маг кинул в сторону воина благодарный взгляд, но внутри него давно жило полнейшее презрение к своему визави.

Каждый из них считал себя достойным большего, даже стоя почти на самой вершине власти.

— Итак! — толстяк привлёк внимание всех собравшихся к себе, приняв окончательное решение. — Выкуп платим, несмотря на всё остальное. Брат Ато — ты доставляешь туда золотой караван с максимально возможной скоростью, и обеспечиваешь обмен наших братьев. Проверить отсутствие глубинного допроса сможешь сам. Командор Кух — собираешь отовсюду весь третий гвардейский отряд и берёшь в придачу к нему первый штурмовой. Как заставить их действовать вместе — ты лучше меня знаешь. Храм окажет тебе непосредственную поддержку боевыми послушниками. Шести тысяч таких карателей должно хватить для зачистки всех этих Смертных Земель, но мне нужно только уничтожить спрятавшееся там Искательское Братство и всех примкнувших к нему. По имеющимся сведениям, за ним только один город, остальные могут оставаться на нашей стороне, но проверить всех подряд всё равно не помешает. Магистр Лём вместе с братом Ато собираете информацию и предварительно готовите военную кампанию, дабы не произошло каких‑либо неожиданных накладок. И только не рассказывайте мне о возможном повторении войны с алхимиками!

— Вообще‑то имеются некоторые опасения…, — воин сразу попробовал посеять некоторые сомнения в абсолютную уверенность своего шефа.

— Работайте так, чтобы они не оправдались! — Первый Слуга Истинного не собирался менять собственного мнения. — И срочно доставьте мне те непонятные амулеты, которые вас так сильно перепугали, — приказал он, вставая из‑за стола и закрывая собрание.


* * *


## Смертные Земли, город Юмаю.


Три дня после нашего налёта на Перевальный Посёлок «серых» все старательно делали вид, как будто ничего не произошло. Было событие — и нет его. Многие никак не могли вообще поверить в реальность чего‑то подобного. Впрочем, мы сами старались не распространяться, быстро убрав лишних людей подальше от города, пока их никто не заметил. Как раз пригодилась подгорная база отступников. Там вполне вольготно разместились гвардейцы, чью огненную присягу торжественно принял, едва мы добрались до своего дома. Поначалу имелись серьёзные опасения в её реальности. Как‑никак, а гвардейцы прежде давали другие клятвы и присягали другим людям. Но капитан Тук пояснил — в случае военных действий, непосредственный владелец огненной клятвы бойца должен находиться достаточно близко к нему. Иначе, в критической ситуации боя, её стойкость может нарушиться. Не от страха, а от боли, вызванной, к примеру, ментальным ударом вражеских магов. Тогда боец временно получает свободу, и может нарушить прямой приказ старшего по званию, если тот ему сильно не нравится. Потому‑то в королевских войсках принято передавать прямое огненное подчинение бойцов их непосредственным начальникам, командующим на поле боя, и после гибели которых, основную присягу можно перехватить, если знать некоторые хитрые нюансы. Он‑то, как бывалый контрразведчик, прекрасно их знал, потому сразу предложил мне интересный вариант. Дополнительно сыграла сильная антипатия между гвардейцами первого штурмового отряда и поставленными над ними десятниками и сотниками из третьего карательного. После публичной казни командиров через отсечение головы, капитану Туку удалось полностью снять с остальных бойцов все прежние обязательства, а затем сделать предложение, от которого те не захотели отказаться. Собственно, особого выбора у них не имелось. Обратной дороги в королевства нет, здесь можно стать обычными наёмниками и воевать за интересы тех, кто больше платит. Бывшие гвардейцы вполне могли требовать с потенциального нанимателя весьма достойную оплату своих услуг. Но большой отряд в полторы сотни человек практически никто надолго не наймёт, и им, чтобы прокормиться, придётся делиться на мелкие отряды. И сразу же у них появляется немаленькая вероятность встретиться в бою друг с другом, причём ни разу не учебным. Такая перспектива слаженный боевой отряд не устроила никак. Потому предложение войти целиком в дружину местного авторитета, который лично сумел захватить их в плен — была встречена с большим энтузиазмом. А дальше последовала стандартная процедура принесения клятвы и получения первого жалования вместе с новым обмундированием. Поступившие мне на службу гвардейцы были сильно удивлены, когда им сразу же предложили поменять кольчуги. Сначала заметил сильное неудовольствие у многих в глазах, так как бойцы подумали — им предложат что‑то более простое и дешевое. Но их удивление просто зашкалило, когда увидели голубые брони, такие же, как и у всех моих бойцов. Кольчужное производство работало без остановок, потому хватило всем и даже много осталось. Шестеро гвардейских магов, пребывавших при отряде, тоже получили новые боевые амулеты нашего собственного производства вместе с радиостанциями для связи. Последних пока на всех не хватало, быстро производить их пока не можем. Передав новичкам девять мотоциклов, троих инструкторов по вождению, поставив над ними двоих десятников и одного сотника из числа своих старых людей, отправил осваивать горные пещеры. Помогать им будет «кухонная команда» столовой Перевального Посёлка вместе с частью слуг, как из особняка, так и новых. С теми тоже вопрос решился достаточно просто, ибо все они являлись рабами. И принадлежали нескольким Слугам Истинного, захваченным нами в плен. Когда те пришли в сознание и узнали — где находятся — получить у них официальный откуп рабов в свою пользу всего за один формальный медяк — оказалось весьма просто. Даже торговаться не пришлось.

Жалко допрашивать этих пленников с пристрастием или амулетами пока нельзя. По совету того же капитана Тука затребовал с их хозяев совершенно нереальный выкуп в полмиллиона золотых. При условии, если мы их действительно допрашивать не будем. Если в течение шести дней позитивного ответа на мои требования не будет — пойдёт полный допрос и встряхиванием всей подноготной. А выкуп более реальный всего‑то в какую‑то там сотню тысяч запросил просто за их жизни. Тук говорил — подобное требование заставит «серых» быстрее шевелиться и допускать ошибки, если те захотят ответить силовым образом. Посмотрим, как дело пройдёт. Тут война уже неизбежна, если пробудут дополнительные вражеские войска — только веселее воевать будет.

Несмотря на исчезновение главных хозяев, Большой Базар на Чёрном Перевале продолжал работать, как ни в чём не бывало, оружейную монополию Слуг Истинного нашлось кому поддержать в силу отсутствия отмены прежнего приказа. Перевальных чиновников мои люди не тронули, прихватив лишь одного командира их охраны, запятнавшего себя в подготовке нападения на нашу торговую колонну. Ежедневные аукционы на центральной площади Базара продолжились, как и раньше, и только по подслушанным жучками разговорам нам стало известно о весьма активном шевелении наших противников.

Первый день после акции мы сидели исключительно тихо, постепенно перебирая захваченное добро и перетасовывая людей. На второй день, вернее — ночь, получив информацию о продолжающейся работе Базара, отправили туда свой торговый караван. В этот раз нападений на него не произошло, хотя и наша охрана была серьёзно усилена. На следующую ночь тоже никаких сюрпризов не произошло, колонна грузовиков скаталась туда и обратно три раза, отвезя на продажу все лишние трофеи и привезя на новые склады изрядный запас продовольствия. Можно было сказать — «от нас все, кажется, отстали и жизнь потихоньку налаживается». Но на четвёртое утро пришло сообщение от специального жучка, спрятанного среди скал. Неизвестный парламентёр в пустоту, громко, как мы от него и требовали, сообщал о готовности «серых» заплатить полный выкуп за своих людей в самые ближайшие дни, и требовали принять от них специального представителя, уполномоченного вести дальнейшие переговоры. «Кажется, началось!» — весело подумал, слушая это сообщение на своей радиостанции.


Ждать посланника пришлось ещё четыре дня. Ещё четыре дня мира и спокойствия, за которые многое требовалось успеть. Хоть нам и собирались заплатить выкуп, но лично у меня не имелось даже тени сомнений — его собираются вскоре вернуть обратно с помощью военной силы. Просто явно не успевают подтянуть армию одновременно с золотом и потому сейчас не предпринимают каких‑либо экстраординарных мер. К примеру, могли сразу же устроить торговый бойкот, обрезав поступление продовольствия в Смертные Земли. При этом можно было сразу объявить кое–кого официальным виновником и заставить всех местных жителей принести его голову на блюде. Но такой расклад мне бы играл только на пользу. Уже созданных запасов продовольствия одному городу должно хватить примерно на полгода. Или всем трём городам на пару месяцев. И под эти запасы всё местное население можно попытаться объединить и ударить общими силами по тем, кто обеспечивает торговую блокаду. Или же можно преодолеть действующий запрет на ведение сельского хозяйства. При здешнем климате можно получать три–четыре урожая в год — и тогда Смертные Земли полностью перестанут нуждаться во внешнем мире. Явно понимали это и наши противники, потому не торопились резко зажимать нам кислород. Мы же пользовались имеющимися возможностями на полную катушку, организовав безостановочный транспортный коридор и скупив все имевшиеся запасы у купцов на Большом Базаре. Подвозимое извне продовольствие тоже скупали прямо с колёс, несмотря на двукратный рост цен. Он бы стал ещё больше, но нашим торговым партнёрам не хотелось видеть подобный рост цен на оружейное железо. Оно тоже подорожало на треть, так как ранее накопленные запасы были уже вывезены, а поток новых поступлений резко сократился. Все старались придерживать оружие в ожидании скорой войны, предчувствие которой распространилось по всем Смертным Землям. Поступившим ко мне на службу искателям при помощи самодвижущихся телег удалось вывести все свои старые запасы из тайников, а также навестить места, где мои гвардейцы оставили тайники с трофеями. Те частично были уже растащены ушлыми искателями–одиночками, но самое ценное те не нашли. Получив от меня дополнительную премию за хорошую работу, искатели погрузили на телеги запасы продовольствия и всяких амулетов, поспешив заполнять всем необходимым теперь уже наши тайные базы, располагавшиеся далеко от города. Если дела пойдут исключительно плохо — у нас будет куда отступить.

Свободного времени за эти мирные дни лично у меня практически не было, ни днями, ни ночами. Достроенный первый завод приступил к работе. Но тележное производство, ради которого он и строился, уступило место более актуальным потребностям. В первую очередь требовались мотоциклы и «ездовая броня» — как была названа та защитная одежда, которую всё же сумел довести до стадии промышленного производства. Комбинация, сочетающая в себе лёгкий кожаный доспех и голубую кольчугу, оказалась вполне жизнеспособной, хотя и потребовала от меня много инженерной работы. Без точного расчета энергетики всех необходимых плетений подчинённой силы, она никак не хотела становиться стабильной. Благодаря расчётам и практическим проверкам, узнал много нового в амулетном деле. Там тоже были совместимые и несовместимые друг с другом формы плетений, пришлось создавать целый подкласс плетений–посредников, благодаря которым удавалось связать вместе несовместимые замкнутые узлы силы разного строения. Короче, дело дошло до построения первых математических моделей магии, которые дальше можно доводить до совершенства долгие годы. Зато теперь, благодаря своим расчетам, стал затрачивать гораздо меньше тепла на построение плетений, а также существенно повысил скорость работы примышленных амулетов. Впору садиться и подробный трактат писать. Впрочем, в тайны древних мастеров пока так и не удалось заглянуть, их уровень оставался недостижим.

Наш коллектив пополнился пятёркой новоиспечённых Ведьм, пока ещё весьма слабых и неопытных, но уже переставших быть сплошной обузой. Едва осознав открывшиеся для них перспективы и пообщавшись с Мариной, «порченые девы» ходили за мной буквально по пятам, стараясь всячески привлечь к себе внимание. Причём все сорок три, переселившиеся к нам в особняк от авторитета Пала вместе с пятёркой Повелевающих плоти. Маги были лично преданы авторитету и не хотели поначалу менять место жительства, но Пал им прямо приказал перейти к новому господину и дальше служить только ему. Сам же владелец городских борделей каждый вечер заходил к нам в гости поговорить на искательские темы, расспрашивая меня про перспективы дальних походов к столице алхимиков. Это теперь стало для него настоящей идеей фикс, и он не собирался её на что‑либо иное менять. Чтобы не мешал мне работать в амулетной мастерской, предложил ему начинать собственную подготовку к дальним походам. Составлять карты по образу той, которую нарисовала Марина, прорабатывать маршруты походов, оборудовать тайные убежища, искать надёжных людей среди искателей, с кем можно пойти в неизвестность. Подарил ему набор необходимых амулетов, и потребовал срочно освоить мотоцикл наравне со всеми моими людьми, пока он каким‑либо хитрым образом не переложил свою должность на мои плечи. Впрочем, он почти сумел втянуть меня в сферу своих интересов, как искательских, так и должностных, скинув ко мне весь свой «женский балласт».

Вначале постоянное женское внимание сильно раздражало и отвлекало от работы, но постепенно смирился со своей ролью. Заодно обрёл терпеливых помощниц, ждавших своей очереди на превращение в Ведьму. Основные ошибки были отработаны ещё с самой первой бывшей «постельной служанкой», дальше чего‑то принципиально нового не произошло. Но всё равно с каждой «порченой девой» приходилось почти полностью истощать запас собственной жизненной силы, а затем исправлять привычный шаблон действий при близком контакте с мужчиной. Первая из новых Ведьм — Лати, наконец, смогла самостоятельно управлять своими энергетическими потоками, и теперь стала практиковаться на некоторых моих гвардейцах и магах, доводя их до кратковременного беспамятства от нахлынувшего избытка чувственных наслаждений. Прогресс явно пошел, хотя после она шла ко мне, дабы восстановить пошатнувшийся баланс, так как с другими мужчинами она пока больше отдавала, чем брала. Ну не было у них столько жизненной силы, сколько требовалось ей для планомерного развития себя, да и не подходила их энергия сразу. Получить необходимое она могла пока только у меня, а я, соответственно, постоянно собирал излишки у «дев престижа» и других «постельных служанок». Вот такая получалась пирамида перераспределения энергии, в перспективе способная к серьёзному расширению за счёт включения в неё новых участников. Практически любого мужчину, имевшего развитое тело и интеллект можно заставить развивать свою энергетику. Ведьма может провести первую инициацию, и помочь сделать первые шаги в управлении жизненной силой, а дальше воин, да–да, такое доступно в первую очередь воинам, пойдёт дальше. Для него развитее энергетики даёт множество дополнительных возможностей. Рост силы, скорости, реакции, способность мгновенно залечивать небольшие раны. Дальше пока не заглядывал, ориентируясь исключительно по себе. Ведьмы тоже не оставались внакладе, Лати, к примеру, уже почти освоила подчинение силы по методу Великого Повелителя, но её магический дар сразу обратился в область целительства. По крайней мере, Осус, которого прямым приказом заставил пообщаться с ней, сейчас пребывал в полнейшем восторге относительно первых успехов своей новой ученицы. Судя по его весьма довольному виду и проявившемуся тонкому каркасу жизненной силы внутри тела — не только он её учит, но и наоборот. Глядишь — совсем скоро первая устойчивая пара среди наших людей образуется.

В столице королевств прошел Аукцион Престижа, где продали добытую мной шкуру зверя за четыреста шестьдесят тысяч золотых сиунов. О результатах аукциона мне сообщили менялы по амулету дальней связи. Из своей доли сразу же перечислил необходимый вступительный взнос для вступления в их сообщество, как раньше и договаривались. Теперь оставалось дождаться решения общего совета сообщества менял и подтверждение официального вступление в полномочия. С ним пока не всё было определено — требовалось как‑то доказать свою пригодность на роль банкира. Тут пока требовалось ждать каких‑то людей, которые произведут инспекцию моего состояния и владений. Зато уже сейчас смогу пользоваться системой безналичных расчетов, пока за мной числится достаточный запас золота в столичном Хранилище Благ. В общем, ещё один необходимый аспект жизни постепенно обретал должный вид.


И только по прошествии недели с момента последних событий на Чёрном Перевале потребовалось лично ехать на встречу с неизвестным переговорщиком.

— Думаю, каких‑то пятидесяти тысяч золотых авторитету Виту будет не сильно жалко за столь ценную информацию, — весьма нагло заявил высокий крепкий воин в гвардейской броне, предлагая ни много ни мало — полный расклад по идущим за ним следом армиям карателей вместе с кое–какой помощью, способной как‑то помочь нам с ними справиться.

— Ещё скажи — «с обязательной доставкой в столицу королевств», — язвительно заметил ему на такое заявление.

— Хочешь сказать — ты и такое можешь гарантировать со своей стороны? — воин немного удивился, но постарался не подать вида. — Хотя чему удивляться — я же с самим Искательским Братством сейчас разговариваю…, — заметил он чуть погодя.

— Вполне, — кивнул ему, подтверждая свои слова. — Только о чём‑то подобном можно будет говорить только после полного разгрома карателей, — выставил со своей стороны жесткое условие.

Пятьдесят тысяч золотых — гигантская по местным меркам сумма, для перевоза которой потребуется целая телега. Но заплатить её этому странному наглецу совсем не жалко, если удастся не просто разгромить идущую сюда гвардию, а суметь перехватить управление войсками. Это стоило и больших денег. Один подготовленный и вооруженный гвардеец по самым скромным оценкам обходился королевствам не менее полутора сотен золотых. Можно было легко посчитать, сколько стоила идущая сюда шеститысячная армия карателей только по воинам, даже без учёта немалого обоза. И это было гораздо интереснее получения денежного выкупа за захваченных Слуг Истинного.

— Неужели ты рассчитываешь реально сними справиться? — теперь удивление воина стало сильно заметно. — С моей информацией тебе удастся лишь дольше продержаться и куда‑либо спрятаться, иначе шансов выжить нет совсем.

— Наверное, точно так же думали и те, кто шел в эти края против каких‑то алхимиков…, — покачал головой, выражая большое сомнение в такой скверной оценке наших возможностей в предстоящей войне. — Мне не нужна информация, чтобы полностью разбить войско карателей — мой интерес заключается в возможности победить в этой войне максимально бескровно, — озвучил своё собственное пожелание относительно того товара, который хочется получить.

— Достойное желание, — усмехнулся воин, — и если тебе не жалко отдать за него тех пятидесяти тысяч…

Дальше нам кое‑как удалось договориться. Брату Ато, явно ведущему какую‑то свою игру, сильно хотелось, чтобы мы как можно дольше задержали карательные армии, нанеся им ощутимый, но не смертельный ущерб. Вариант их быстрого разгрома или пленения его категорически не устраивал, и в подобном варианте идти на сотрудничество он не желал. Война должна была непременно состояться, и продлиться не менее пары–тройки месяцев. Это требовалось ему для прибытия из столицы королевств дополнительного подкрепления. Самые подготовленные войска пойдут в Смертные Земли, оставив город без должной защиты. Только когда они будут уже тут, я смогу действовать как угодно, хоть уничтожать всех подряд, хоть захватывать в плен, а до этого нужно изображать героическую, но всё же вполне пробиваемую оборону. Непосредственное командование карательной армии должно показывать хоть какие‑то успехи и постоянно требовать всё новых подкреплений, ссылаясь на нехватку войск для решения поставленной перед ним задачи. Если некий заговор, ради которого брат Ато предлагает мне столь сложный план, удастся — то про Смертные Земли и всех здешних обитателей сильные мира сего надолго позабудут. Иначе действительно может повториться полноценная война с алхимиками, пусть и в меньших масштабах. В общем, информации вполне хватило, дабы серьёзно задуматься. И какие‑то пятьдесят тысяч — сущие мелочи, благодаря которым мы сможем обрести надежду на мирное будущее. Да, предложенный план войны выглядел слишком авантюрно, но оказался вполне реализуем имеющимися средствами, по крайней мере — на первый взгляд. Ещё имелся риск попасть в очень хитрую ловушку, позволив противнику беспрепятственно ввести свои войска в Смертные Земли, где они сразу же выдут на оперативный простор. Вот только мои люди имели существенно лучшую мобильность и вооруженность, о чём враги пока не догадывались. Короче, сначала попробуем сыграть по предложенному сценарию, имея в запасе три–четыре своих варианта, на случай, если что‑то пойдёт не так.


Свободно довезти до города полученный выкуп нам никто не позволил. Мы ещё только договаривались о порядке обмена пленников, проговаривали прочие формальности, а информация о такой богатой сделке уже распространилась по всей округе. Складывалось впечатление — всех заинтересованных кто‑то намеренно предупредил, дабы проверить нашу силу и расторопность. Только и наша разведка оказалась на высоте, вовремя передав сведения готовящейся засаде. Польстившись на гигантскую добычу, в дело вошли практически все оставшиеся разбойники и бандиты Смертных Земель. По самым скромным оценкам, нашу «золотую колонну» должны встречать около трёх тысяч вооруженных бойцов при поддержке полусотни магов. Только никто из «встречающих» не знал — вместо золота наша колонна повезёт бойцов, а деньги будут спрятаны в подгорной базе, охранная система которой за последние дни прошла очень серьёзную модернизацию. Мы тоже умеем играть в подобные игры и организовывать отвлекающие внимание акции.

— Обходите заграждения по левой обочине и не останавливайтесь! — подаю команду по радио водителям грузовиков, наблюдая взглядом силы, как на дорогу бодро выкатывают заграждение из множества телег, связанных друг с другом тросами и нагруженных мешками с землёй.

По обыкновению перевозки мы осуществляем ночью, потому было легко распознать изготовившихся к атаке разбойников. Те сначала изображали из себя несколько больших купеческих караванов, двигавшихся от городов к Чёрному Перевалу, и решивших устроить ночной привал рядом с удобным для засады местом. Если бы наша колонна двигалась днём — эти «купцы» смогли бы остановить её и сходу, неожиданно перегородив своими телегами путь, а затем из ближайшего леса вышли бы основные силы. Маги противников умели хорошо маскировать людей в лесах, потому их сложно обнаружить до момента непосредственного нападения при хорошем прикрытии. Дневной вариант тоже рассматривался при планировании отвлекающей операции, и был признан слишком плохо прогнозируемым. Потому мы выдвинулись в путь только с наступлением ночи, точно зная, где нас уже терпеливо ожидали дорожные разбойники, собравшиеся в одну большую кучу, на чём и строился главный расчёт — пока они пытаются затормозить колонну грузовиков — золото окажется для них недоступно. Нам не требовалось вступать в бой и пытаться всех непременно победить — достаточно просто проскочить мимо, желательно без потерь, хотя и к большой драке мы хорошо подготовились. Выбранное разбойниками место для засады имело одну особенность — слева от дороги тёк небольшой ручей, и проехать обычным телегам там было сложно. Но не нашим грузовикам, которые сейчас минимально загружены. Изначально конструкция машин рассчитана на пять тонн груза в кузове и ещё три в прицепе при возможности перевозить всё это по бездорожью средней разбитости. Сейчас же прицепов, способных помешать активному маневрированию, не имелось, а в кузовах шести грузовиков сидело по дюжине гвардейцев. С таким весом машинам достаточно легко проскочить по заболоченной обочине, задействовав амулеты–толкатели, дабы не сесть брюхом в топкую грязь. Большой мотоциклетный эскорт, приведший колонну к Перевалу, в этот момент тихо переправлял лесными тропами золото до подгорной базы. Остальная часть мобильной дружины ждала сигнала для выдвижения к месту возможной драки. Имелись некоторые опасения относительно тайных намерений тех, кто спланировал атаку на нашу колонну, и мы постарались учесть все возможные неожиданности, хотя всё равно, в итоге, просчитались.


Наблюдаю, как грузовики дружно сворачивают на обочину и, сильно сбросив скорость, начинают успешно форсировать водно–грязевую преграду. Дорожные разбойники такого неожиданного поворота событий явно не ожидали и попытались броситься всей толпой на проезжавшие мимо них машины с очень ценным грузом. Самые резвые ловили арбалетные болты от сидящих в кузовах гвардейцев и падали под ноги набегавших следом. Колонна успешно проскочила место засады, вырулив обратно на дорогу, и только начала набирать скорость, когда заметил какую‑то странность.

— Тормози, сети! — крикнул в эфир, распознав новое неожиданное препятствие, неожиданно вставшее по ходу движения колонны.

Сети были кем‑то приготовлены заранее, но только при приближении грузовиков их резко подняли с земли. В этот же момент со стороны леса выскочила сотня резвых всадников, и стремительно ринулась к затормозившим машинам, казавшимся им совершенно беззащитными.

— Изготовиться к стрельбе залпом! — последовала команда десятника, находившегося вместе со своими бойцами, мне же вмешиваться в происходящее категорически не стоило.

Крутанув газ, резко сорвался с места, дабы успеть вмешаться в драку, если всё пойдёт наперекосяк. Опять действовал без напарницы, Марина вместе с Лати прикрывали реальный вывоз золота, и сейчас с большой опаской вслушивались в эфир, принимая наши переговоры. Лишь бы они не сорвались к нам на помощь, нарушив мой прямой приказ, тут и без них разберёмся.

— Четвёртому и пятому отряду срочно прибыть на точку три. В прямой бой не вступать — задача прикрыть отход колонны, — отдал распоряжение ждавшим подобной команды дружинникам, затаившимся в пяти километрах от нас.

И пока они мчатся сюда, нужно непременно продержаться своими силами, сдерживая атаки навалившихся врагов.

Дружный арбалетный залп моих воинов выбил из сёдел около трёх дюжин атакующих, заставив остальных снизить темп и резко отвернуть в сторону. Сбитые на землю всадники, похоже, отделались лишь синяками, резво вскакивая с земли. На всех конниках имелась хорошая броня, державшая попадание арбалетного болта. Причиной же остановки атаки оказался ментальный удар, организованный прикрывавшими колонну магами. По колонне тоже хорошо давили их коллеги из стана врага, но подавляющего преимущества пока никто не достигал. К месту остановки машин стали подтягиваться бандиты из первой засады, им ужасно не хотелось упускать такой ценной добычи, которая вдруг случайно встала посреди дороги, столкнувшись с совсем небольшой группой врагов. Только общего языка с кавалерией бандиты не нашли. Обнаружив помеху, те стали резво рубить подбегающих, позволяя моим гвардейцам взвести свои арбалеты и произвести ещё один дружный залп. В моих людей тоже густо летели болты, но их отклоняли выставленные магами щиты силы. У тех имелись под задницами печи мягкого тепла, и энергии пока хватало. Немногих прорывающихся к машинам гвардейцы быстро успокаивали, насаживая на длинные копья и одаривая ударами мечей. И всё же нападавших оказалось слишком много. В груди резко похолодало, когда заметил, как к рубящейся с бандитами коннице уже подходило свежее подкрепление ещё в три сотни клинков. Большой отряд, разогнавшись по обочине со стороны первой засады, быстро прорубался через бегущую в том же направлении толпу бандитов, вовремя не заметивших новую опасность. Ещё минута и он будет здесь, навалившись всей массой на моих людей.

— Все по машинам и ходу! — командую отбивающимся гвардейцам, перерубая своим клинком сверхпрочные тросы, которыми сети крепились к многочисленным кольям в земле, одновременно сминая воздушным таранам шестёрку бойцов, попытавшихся помешать.

Щит силы отклонил целый рой прилетевших арбалетных болтов, а перенесённое на меня ментальное давление сразу нескольких магов оказалось вполне терпимым. Закинув своих немногих раненых в кузова, успешно отбивавшиеся от наседающих врагов гвардейцы, попрыгали следом. Одна за другой машины набирали скорость, постепенно уходя от догоняющих их преследователей. Выскочивших из рубки и ринувшихся вдогонку самых шустрых кавалеристов скинул на землю вместе с лошадьми тремя воздушными ударами, после чего поспешил за удаляющейся колонной, не желая в одиночку сражаться с целой толпой. Можно было применить «тяжелое оружие» те же «морозилки», но пока не находилось особой необходимости. Пусть одни враги разбираются с другими, раз устроили такую свалку и теперь не способны мирно разойтись. Если так проверяли наши силы — пусть знают — шанс на победу у них есть. И только неудачное стечение обстоятельств в очередной раз позволило нам ускользнуть от справедливого возмездия.


Дальше до города добрались уже без происшествий, где узнали об успешном перевозе золота в подгорное хранилище. Наша отвлекающая операция успешно завершилась, хоть и не без потерь. Погиб один гвардеец, в момент удара копьём высунувшийся из‑под щита силы и поймавший арбалетный болт точно под обрез прикрытого кольчужным капюшоном лба. Пятеро раненых вовремя получили помощь целителя, и завтра снова встанут в строй.

К утру от разведчиков стало известно, кто стал той второй силой, напавшей на нас сразу же после разминки с бандитской засадой. Просто так заплатить выкуп Слуги Истинного не пожелали, потому предприняли наспех подготовленную попытку быстро вернуть отданные деньги обратно. Для этого четыре сотни гвардейцев второго кавалеристского отряда, по словам капитана Тука, за пару дней до нынешнего события тайно проникли через Перевал, изображая из себя очередных ссыльных, поток которых сюда не прекращался, наоборот, резко увеличившись в последнее время. Другие люди провезли амуницию гвардии и провели коней, как будто для продажи здешним обитателям. Даже на аукционе Большого Базара специальные торги были. Наши разведчики проспали такой хитрый ход в связи с занятостью наблюдениями за официальной частью делегации, ведущей с нами переговоры по выкупу пленников.

Прибывшие командиры гвардии прекрасно знали о готовившейся бандитской засаде на «золотой караван», и рассчитывали воспользоваться бандитским нападением, банально отобрав у победивших разбойников ценную добычу. Или же просто подождав, когда они нашу колонну остановят и свяжут боем охрану, и только потом появившись во всей красе. Потому‑то основные силы и располагались позади. Нас же атаковал резервный отряд, выставленный на случай, если какая‑то машина с золотом всё же случайно вырвется из западни. На прорыв всей колонны и присутствие столь большого числа охранников резервный отряд совсем не рассчитывал, потому‑то после первого залпа с нашей стороны отказался от продолжения атаки, хотя именно она и имела реальный шанс на успех. Основной отряд вовремя подойти не успел, ввязавшись в бой с основной массой бандитов, которые не заметили, когда богиня удачи повернулась к ним задом. Цепочка произошедших друг за другом случайных событий позволила нам быстро удрать с места побоища, где отряды гвардии и бандитов практически уполовинили друг друга. С нашим исчезновением, поняв бессмысленность дальнейшего сражения, случайные противники перестали остервенело убивать друг друга и разошлись в стороны, оставив на обочине дороги кучу трупов. Гвардейцы не ушли, пока не забрали всех своих раненых и погибших, а также подобрав амуницию. Бандиты хотели, было, им помешать, польстившись на ценные трофеи, но самые наглые получили по головам острым железом. Отобрав у разбойников несколько телег, гвардейцы погрузили на них своих убитых и раненых, и сразу же отступили через Чёрный Перевал, мстить им стало совершенно бессмысленно. Среди разбойников после такого поражения произошли многочисленные столкновения, заметно уменьшившие их численность. Дал команду разведке вычислить и захватить основных зачинщиков нападения на нашу колонну, хотелось узнать — кто передал бандитам информацию. А затем начались настоящие мирные дни перед новым витком кровавой войны.


Целый месяц мирной жизни, который удалось купить за пятьдесят тысяч отката, значил для нас весьма много. Пока карательные армии подойдут к Смертным Землям, пока перейдут Чёрный Перевал и начнут продвигаться вглубь, за это время мы должны хорошо подготовиться. Доверять информации от брата Ато нельзя. У него свои интересы, ради которых он легко нарушит любые договорённости, а реально прижать его нечем. Даже нашу тайную сделку он мог легко вывернуть к своей пользе, объяснив всё исключительно военной хитростью, если попытаемся его шантажировать. А деньги брал, дабы мы поверили в серьёзность его дезинформации. В общем, опять требуется рассчитывать исключительно на собственные возможности, которых сейчас явно недостаточно, чтобы реально противостоять идущим сюда карателям, особенно если их поддержат некоторые местные силы, в чём можно даже не сомневаться.

Последнее нападение на нашу колонну выявило серьёзные недостатки имеющегося вооружения. Против подвижной бронированной конницы арбалеты оказались неэффективны. Да, благодаря обстрелу удалось сбить темп и частично расстроить ряды идущей в атаку конницы, но всё равно, если бы не быстрое отступление — потери могли стать весьма велики. Требовалось дать в руки моим воинам дальнобойное многозарядное оружие, способное пробивать гвардейские брони, и тогда подобные атаки станут самоубийственны для кавалерии. По всем параметрам идеально подходил автоматический огнестрел, но мне категорически не хотелось переходить некую невидимую грань, за которой начнётся серьёзная гонка вооружений. Слишком уж простое огнестрельное оружие, и если технология его производства уйдёт на сторону — плохо придётся всем. Пока есть такая возможность — лучше зря не рисковать. Опасно было даже просто популяризовать сам принцип метания небольшого снаряда разогретыми газами. Ибо маги могли придумать замену пороха, к примеру, мгновенно нагревая воду, выстреливая пулю перегретым паром. Для этого даже электричества не нужно, всё легко решалось другими известными приёмами. Потому требовалось попытаться решить вопрос, обходя дальней стороной легко копируемые принципы, причём на уровне уже имеющихся в нашем распоряжении технологий.

Перебрав в голове все подходящие варианты, решил делать «гаусс–пушку» — то есть метательное оружие, где небольшой снаряд разгоняется до очень высоких скоростей магнитным полем серии расположенных друг за другом электромагнитных катушек. Только она как‑либо удовлетворяла всем критериям необходимого — в первую очередь своей сложностью грамотной реализации. Существенными недостатками подобных конструкций в мире, откуда попал сюда, были большие габариты накопителей энергии и низкий КПД всей системы, который практически невозможно было повысить на имеющемся технологическом уровне. Здесь же, благодаря магии и сверхпроводникам, можно попытаться все эти проблемы успешно решить. По крайней мере, серьёзных препятствий пока не наблюдалось и можно ставить натурные эксперименты, которые покажут верность выбранной идеи или же заставят искать принципиально иные решения. Изначально рассматривал и другие возможные варианты, но главный критерий выбора конструкции — в её потенциальной повторяемости конкурентами, которая должна долгое время быть минимальной. Пока никто кроме нас не может серийно производить сверхпроводники и сложные электронные амулеты с процессорной начинкой — копирования можно не опасаться. Даже не всякий инженер из моего мира, прошедший полноценное обучение местной магии тут справится. Если сделать ускоряющую обмотку из обычного проводника — вместо грозного оружия получится игрушка, непригодная для боевого применения, так как энергия снаряда окажется недостаточной для поражения защищённых целей. Такая же история и с управляющим амулетом, благодаря быстродействию которого можно максимально утилизировать энергию, тратящуюся на разгон снаряда.

Хоть поставленная задача и выглядела относительно просто, однако на создание только первого рабочего прототипа ушел целый день и весь запас имевшийся жизненной силы. Пришлось сначала рассчитывать, а потом экспериментально подбирать конструкцию линейного ускорителя из катушек, разрабатывать сложнейший управляющий амулет, а затем подбирать режимы подачи энергии в обмотки и своевременного извлечения её из них, чтобы обеспечить максимальное ускорение снаряда с минимальными потерями. В принципе, даже самая простая схема из трёх катушек заработала практически сразу, только не обеспечивала приемлемой энергии снаряда. Снаряды тоже пришлось создавать совершенно оригинальные. В моей конструкции нельзя стабилизировать пулю вращением, пришлось придумать, как стабилизировать полёт за счёт сопротивления воздуха с минимальными потерями скорости.

За первым прототипом «гаусс–пушки» пришлось делать второй, а за ним и третий, полностью переделывая конструкцию ускорителя и устройство управляющего амулета. В один момент даже хотел бросить эту «глупую идею» и поискать альтернативные варианты, но взыграла конструкторская злость. Если этого никто не делал раньше — это не значит — «невозможно». Закусив губу, продолжил ставить один эксперимент за другим, постепенно совершенствуя конструкцию.

Механика подачи снарядов из двухрядного магазина получилась практически сразу, там не было ничего сложного, кроме хитрой пружины, но электромагнитный ускоритель никак не хотел покоряться. Только к третьему прототипу вся конструкция стала как‑то отвечать требуемым параметрам, оставаясь пока совершенно не эргономичной, пригодной лишь к эксплуатации на испытательном стенде и желательно подальше от живых людей, попадавших в поле мощного электромагнитного импульса. Зато удалось в пределе достигнуть семидесяти выстрелов от одной полной зарядки накопителя ловушки алхимиков. Сама же ловушка далеко не образец экономичности расхода энергии. Большую её часть действующий эффектор тратил, прикладывая совершенно излишнее по мощности магическое воздействие на одиночную цель, потому больше шести полноценных срабатываний с полной зарядки ловушка никогда не обеспечивала. Мне же удалось этим же объёмом заряда семьдесят раз разгонять до девятисот метров в секунду маленькие снаряды весом в семь грамм. Сначала их толкал вперёд боевой эффектор от защитной системы, и только потом вступал в действие основной ускоритель. Только таким тандемом получалось обеспечить нужную энергию снаряда и приемлемые габаритные размеры оружия. Оперенные металлическими волосками «стрелы» легко пробивали гвардейские кольчуги с расстояния пятисот метров, а обычную кольчугу и с целого километра. Их не могли остановить даже наши голубые брони, но уже только при выстреле практически в упор. На своей золотистой кольчуге решил не проверять, однако, щит силы амулетной конструкции сильно порадовал, удержав очередь из восьми выстрелов. Дальше у нагревательных эффекторов, питающих амулеты щита, сработала внутренняя защита, и они отключились. Мой собственный щит смог выдержать только три попадания, следующие друг за другом, на большее не хватало скорости реакции нервной системы, даже работающей на полном ускорении. Если тупо не стоять в бою на одном месте — можно не бояться попасть даже под пулемётную очередь.


Ещё день ушел на создание четвёртого — финального прототипа, который уже соответствовал всем жестким требованиям реального боевого оружия. Тут и магазин на шестьдесят зарядов, отдельный сменный блок электрического накопителя, полностью совместимый с радиостанцией, крепкий внешний корпус, обеспечивающий защиту нежной начинки от ударов и повреждений, удобную внешнюю форму и вес, не превышающий трёх килограмм. Внешне готовая конструкция напоминала футуристическую зализанную винтовку компоновки булл–пап с выдвижным штыком и интегрированным вторым толкательным амулетом. С помощью него можно метать небольшие гранаты, сделанные из тех же накопителей алхимиков, или же сшибать с ног стоящих невдалеке противников. Не хватало только оптического прицела, учитывая получившуюся дальнобойность. Но и тут совершенно случайно наметился серьёзный прогресс. Испытывая своё новое оружие, раз, за разом пробивая толстую железную плиту маленькими стрелками, подбирая тонкие настройки управляющей схемы, заметил на лице помогавшего мне подмастерья мастера–стекольщика настоящие очки. На зрение ему жаловаться не приходилось — для этого здесь целители имеются, очки предназначались для защиты глаз при работе со стеклом, которое иногда взрывалось мелкими осколками при ошибках мастера, придающего ему нужную форму. Это мне проще постоянно держать щит силы, который легко задержит любые осколки, менее сильным магам приходилось защищать свои глаза иными способами. Расспросив самого мастера, выяснил — здесь давно умеют делать стеклянные линзы и подзорные трубы, только на них практически нет спроса. Ибо изделие получается дорогим, и заплатить за него могут немногие. Маги для дальнозоркости используют взгляд силы, военные полагаются на своих магов. Потому подзорные трубы считаются скорее развлечением богатых жителей городов, желающих понаблюдать за соседями через окна домов, не привлекая к себе при этом особого внимания. Впрочем, получалось подобное далеко не всегда. Стекольщик как раз и погорел на том, что его клиент попался за наблюдением в подзорную трубу за дворцом влиятельного столичного Лорда, когда тот своими развлечениями наносил серьёзный ущерб собственному престижу. Хоть стекольщик и не имел к самому инциденту какого‑либо отношения, но был продан рабом в Смертные Земли за изготовление орудия преступления вместе со своими подмастерьями, потеряв имущество, жену и двоих сыновей, доставшихся его младшему брату по наследству. Причём всерьёз считал — он слишком легко отделался, могло быть и хуже.


Изготовление линз или любых других предметов из стекла здесь не сильно отличалось от работы с любыми другими материалами. Те же плетения подчинённой силы в основе и дальнейшая работа уже через них. Только у каждого материала имелись свои тонкости. Плетения силы специфически воздействовали на молекулярные связи, позволяя делать с помощью магии многое, для чего в моём мире приходилось создавать сложнейшие технологии. И это без малейшего представления о настоящей структуре вещества у местных мастеров. Они не знали ни про молекулы, ни про кристаллические решетки, перенося с одного материала на другой когда‑то давным–давно открытые принципы магической обработки. Причём достигали хороших повторяемых результатов. Мастер–стекольщик получил на моих глазах однородное оптическое стекло из предварительно очищенного песка и нескольких дополнительных минеральных присадок оксидов калия и кальция, как выяснил после в химической лаборатории. И всё это без нагревания объёма стекломассы до полутора тысяч градусов водородной горелкой и варки с постоянным перемешиванием в течение суток. Поразительные результаты. Мне потребовалось потратить целый день, чтобы разобраться в принципах получения и обработки именно стекла — столько там было разных нюансов. Стёкла тоже ведь требовались разные, если мы хотим получить хорошую оптику. Это только самая простая подзорная труба состоит из двух линз, а вот уже для трубы, которая не переворачивает изображение, требуется три. А дальше начинается настоящая борьба за светосилу, просветляющие покрытия, текстурированные поверхности, кто близко знаком с современной оптикой — тот легко меня поймёт. Естественно, подобных изысков местные мастера не знали. Для них и получение двух совершенно одинаковых линз весьма непростая задача. Качественный материал основы сделать могут, а придать ему точно выдержанную форму — уже нет. Потому‑то и дороги тут оптические наблюдательные приборы, так как над каждым приходится подолгу работать. Меня же подобное никак не могло устроить, так как требовалось массово производить совершенно одинаковые изделия со строго заданными параметрами. На выручку вовремя пришел мастер Бокк, который сумел разобраться и скопировать самый простой промышленный амулет алхимиков. С помощью него как раз задавали точную форму различным материалам по специально заложенной программе. Естественно, для работы со стеклом пришлось рассчитывать новые плетения, но с этим нашему коллективу и всем моим сознаниям удалось справиться ещё за один день. Хотелось бы быстрее, однако приходилось постоянно разрываться на кучу других дел. Тут и продолжающееся производство амулетов для вех остальных потребностей, разворачивание работ по отдельным частям нового оружия, отвлечение на общение с людьми, желающими получить чуточку моего внимания. К моменту, когда основные проблемы были уже решены, чувствовал накопившееся раздражение и тягучую усталость, которую не могли снять ни «девы престижа» с помощью своего чарующего пения, ни «постельные служанки» опробовавшие на моём теле все известные приёмы массажа. Требовалось срочно вырвать за город и немного отдохнуть на природе. Но пока дело не доведено до конца, просто так отдыхать не решался. Скрепя сердце разобрал свой автоматный прицел ПСО-1. Несмотря на его относительную древность — он до сих пор по праву считается одной из самых удачных конструкций в своём классе. Потому для копирования взял именно его, хотя имелись и более качественные образцы из моего мира. И ещё три дня потребовалось для получения удовлетворительных результатов. Пока не сделал полный аналог, за исключением лампочки подсветки прицельной сетки — не успокоился. Но и остановиться на достигнутом результате не захотелось, так как постепенно вошел во вкус и вспомнил давно забытые расчёты линз, которые изучал ещё в студенческие годы. Подняв кратность и увеличив диаметр объектива, чем обеспечил эффективную прицельную дальность в шестьсот метров, наконец, успокоился. Дальнейшая работа пойдёт без моего участия, стекольщик со своими подмастерьями вполне успешно справлялись с обслуживанием производственных амулетов, формирующих совершенно идеальные линзы, а общей сборкой прицелов, как и остального сложного оружия, займутся «постельные служанки» — у них это очень хорошо получается. Собственноручно собрав пару готовых «гаусс–пушек» с оптикой, вытащил слишком увлёкшуюся обучением новых Ведьм Марину на охоту в дальние леса. Хватит нам сидеть безвылазно в городе!


## Окрестности первого города алхимиков, старые леса.


И всё же совсем не понимаю местных искателей. Ну как можно бояться здешних лесов, когда с каждым деревом можно поговорить, узнав у него обо всём, происходящем в округе. Какой зверь недалеко бегает, где люди прячутся, когда пройдёт очередная волна дикой силы. Если, конечно, поймёшь тот поток эмоций, который идёт от дерева. С непривычки можно надолго потеряться. Вон, Марина никак не может прийти в себя после общения с самым большим кедром, который нам удалось отыскать в ближайшей округе. А не надо было просить у него шишек, проверяя мой давний рассказ — тогда бы не пришлось считать шишки уже на своей голове. Щит силы она тоже вовремя поставить не догадалась.

— Вставай, красавица, уже всё прошло! — ласково потрепал её по рыжей шевелюре.

В перерывах между работой в амулетной мастерской, дабы отвлечься и сбросить накопившееся раздражение, стал брать регулярные уроки у целителя Осуса. С одной стороны та же магия, сходные приёмы воздействия на материальную реальность, однако, сколько всего нового… Мои прежние знания анатомии человеческого тела позволили лишь немного упростить первое понимание, организм пришлось изучать практически заново. Да, о существовании отдельных живых клеток здешние целители прекрасно знают, но уже более глубоко, до уровня ДНК не заглядывали. Незачем им. Их приёмы воздействия этот уровень совершенно не затрагивают, так как они задают как отдельным клеткам, так и их скоплениям нужные приказания с помощью магии. Могут заставить в нужном месте клетки быстро делиться, могут наоборот — приказать умереть. Физические повреждения устраняются очень быстро и без каких‑либо продолжительных переходных процессов. Вот сейчас легко устранил все последствия ушибов на голове девушки всего за какую‑то минуту, ни тебе шишек, ни синяков. Да, места ударов потом могут немного чесаться, но и это скоро пройдёт. Могла бы ведь и сама быстро устранить лёгкие повреждения, жизненной силы у Марины хватает, но ей явно хотелось ощутить непосредственную заботу с моей стороны. Впрочем, мне тоже было приятно, какие‑то глубинные чувства при этом поднимались наружу. Уж не та самая любовь ли это? Вроде бы ничего такого, ни тебе великой страсти, привязанности, ревности — и всё же без этой рыжей проказницы, ощущение жизни сильно помрачнеет.

— За каждую поднятую шишку заплачу горячим поцелуем, — ответила она, хватая меня за шею.

— А без шишек, стало быть, целовать не станешь? — ехидно улыбнувшись, поставил девушку на ноги.

— Мне просто нагибаться не хочется, — игриво фыркнула она и легонько ударила кулачком в грудь.

— Зачем нагибаться, когда есть магия? — снова притянул её к себе, и одновременно телекинезом поднял в воздух десяток шишек и закрутил их хороводом вокруг нас.

— Никак не привыкну…, — немного смутилась Марина, подключив свои шишки к моему хороводу.

Общение с обычными силами у неё получалось пока не всегда хорошо, в отличие от ведьмовских способностей.

Подставляй мешок, — скомандовал ей, подключая дополнительные потоки сознания к собиранию свалившихся подарков кедра.

Три больших мешка сильно мешали маневрировать при езде, но мы никуда не торопились. По старой карте где‑то совсем недалеко должно быть лесное озеро. Взглядом силы никак не удавалось его обнаружить, и это даже вызывало некоторую опаску. То ли карта сильно отличается от реальности, то ли озеро кто‑то старательно скрывает от постороннего взора. Оказалось второе. Озеро по непонятным причинам прятало само себя, никого живого в ближайших окрестностях не обнаружилось. Марина же, едва погрузив в воду своё щупальце Ведьмы, надолго выпала из реальности.

— Там что‑то непонятное…, — сказала она, вернувшись из транса.

— Опасно, нет? — сразу напрягся после её слов, так как сам не мог проникнуть за водную гладь своим взглядом силы.

— Давай нырнём? — предложила Марина, наклонившись к земле, чтобы снять с себя кольчугу.

— Если не видишь опасности — я только «за»! — мне снимать броню было намного легче — достаточно было извлечь из неё всю жизненную силу, и она переставала плотно облегать тело.

— Догоняй! — полностью обнажившись, девушка с разбега прыгнула в воду и быстро поплыла к середине озера.

Осмотревшись по сторонам и повесив рядом с нашими вещами и ближайшей округой сигнальное плетение силы, последовал за ней.

Вода не уступала по температуре парному молоку. Но только на самой поверхности. В полутора метрах глубины уже могло легко сводить ноги — где‑то на озёрном дне били холодные ключи, и вода полностью не прогревалась, несмотря на вечное лето, и частую солнечную погоду.

— Где‑то тут, внизу, — Марина брызнула мне в лицо, и ловко нырнула в глубину, на мгновение показав свои красивые ноги над поверхностью воды.

Поставив вокруг тела едва заметный щит силы, последовал за ней. Теперь холод не будет доставлять каких‑либо неприятностей и удастся долго держаться под водой. «И там во тьме печальной гроб качается хрустальный…», — всплыли в голове слова великого поэта, когда разглядел покоящееся на озёрном дне сооружение. Четыре небольших резных колонны, над ними портик крыши. Внутри, за стенками удерживаемыми полем силы, на подставке стоит стеклянный саркофаг, а в нём лежит обнаженное женское тело. Молодое и красивое. Так и хочется открыть крышку и поцеловать в хладные уста, с затаённой надеждой — вдруг оживёт? Вот только пройти через защитный полог никак не получается, не пропускает он ни меня, ни Марину. Показываю девушке большой палец, направленный к поверхности, предлагая всплывать.

— Интересно, кем она была при жизни? — спросила Марина, когда мы выдрались на берег и грелись в лучах опускающегося солнца.

— Мы это можем попробовать у неё самой спросить, — ответил ей, немного сдвинув ногу девушки, которую она закинула на меня.

— Ты всерьёз считаешь её живой? — удивлённо спросила она, даже немного привстав.

— Хоть поле и не даёт пробиться внутрь взгляду силы, отметил его плотную насыщенность жизненной силой, — ответил ей. — И эта сила явно из того саркофага вытекает, — добавил чуть погодя, проанализировав свои ощущения, возникшие при взгляде на подводное сооружение.

Только такой особенный щит силы смог не пропустить двух весьма сильных по местным меркам магов. Подключиться к той жизненной силе ни мне, ни Марине не удалось, следовательно — её частота или уровень существенно выше, чем наш. А мы по этому уровню явно превосходим остальных здешних людей. Весьма непростая девица лежит на озёрном дне и лучше пока её не трогать, а то и вправду разбудишь на свою голову.

— Может, попробуем нырнуть ещё раз? — предложила сильно заинтересовавшаяся Ведьма.

— Не стоит, — удержал её от очередного порыва, прижав её ногу к себе. — Нас тот щит сейчас не пропустит, но можем просто искупаться.

— Давай…, — она ловко вывернулась из моих объятий, и опять с разбега прыгнула в воду.


Вдоволь накупавшись, снова развалились греться на солнце.

— Ты никогда не думаешь о том, как попасть назад, обратно? — вывела меня из молчаливого созерцания водной глади подобравшаяся девушка.

У каждого лесного озера своя особенная красота, где‑то вся поверхность затянулась листьями кувшинки, некоторые озёра прячут свои воды за высокой стеной камышей. Здесь же ни того ни другого нет, за отступившими от воды деревьями растёт мелкая трава, и от самого берега начинается чистая водная гладь. И вокруг стоит такая особенная тишина, лишь изредка нарушаемая порывами ветра.

— Тебе уже сильно надоело тут? — переспросил её. — Ностальгия замучила, хочешь вернуться домой, отказавшись от того могущества, которым ты здесь обладаешь?

— Да к чему мне это могущество, — фыркнула Марина. — Вот мы с тобой милуемся почти каждый вечер, а где, спрашивается, результат?

— Ты так торопишься стать матерью? — спросил с некоторым удивлением в голосе.

— Нет, — она покачала головой, явно думая о чём‑то другом. — Мне так даже хорошо, просто здесь всё как‑то неправильно. Жить только для себя приятно, но тут нет будущего, раз нет детей! — уверенно заявила она.

— За пределами Смертных Земель есть, — ответил, вспоминая рассказанные мне чужие истории, объясняющие, почему тут так всё устроено. — Здесь же, по нашим представлениям — тюрьма, и нехорошо человеку появляться на белый свет сразу за решеткой.

— Давай попробуем всё это изменить, а, — Марина посмотрела на меня с большой надеждой. — Я знаю, ты сможешь, главное захоти!

— Попробую, но только после окончания войны, — подарил ей желанную надежду. — Сначала самим нужно выжить и защитить тех, кто доверился нам. У нас обязательно всё получится, даже возвращение в свой мир, если ты так сильно хочешь.

Последние слова явно удовлетворили рыжую Ведьму, и она вскоре страстно пожелала кое–чего другого, мгновенно заразив меня своим желанием. И мы не стали кого‑либо стесняться, особенно ту, которая уже столько лет лежала на дне озёра. В тот вечер мы так и не узнали, как немного изменилось выражение её лица, которое, казалось бы навсегда застыло целую вечность назад.


Утром следующего дня, наконец, началась охота. Только охотились не мы — охотились на нас. Стоило отойти от озера на пару километров, как кто‑то срисовал нас совершенно необычным взглядом силы. По нему даже направление установить не удалось. Увеличив бдительность стали двигаться в сторону города алхимиков, желая выйти на дорогу, в лесу даже на мотоциклах сложно оторваться от преследования. Особенно сейчас, когда приходилось вести их, толкая за руль, дабы пробраться через мягкий глубокий мох подлеска, по которому нормально проехать не получалось. Торопились, ибо пройти оставалось ещё немного, а там пусть попробуют догнать. Однако так просто отпускать нас никто не хотел. Ментальный удар противника оказался совершенно неожиданным. В нём не было боли или каких‑либо иных неприятных телесных переживаний, он давил именно на психику, сначала едва заметно, а потом во всю силу подавляя желание куда‑либо двигаться и вообще сопротивляться. Сам окружающий воздух вдруг стал вязок и тягуч как кисель, любые движения требовали больших усилий. И наоборот, стоит встать на месте или вообще лечь на землю — пришло бы чувство блаженного умиротворения. Лишь только мы успели осознать пагубность такого воздействия и поставить внутренние барьеры, из‑за ближайших деревьев метнулись стремительные тени. Вот только когти оказались слишком коротки против щитов силы. Большие лесные коты, а это оказались именно они, попытались сразу же броситься второй раз, только уже и мы сбросили с себя липкое наваждение, ударив в ответ. Марина впилась в одного хищника своим щупальцем, свалив его в прыжке, второму я всадил парализующий заряд. Не помогла им ни скорость, ни какая‑то особенная невидимость. Но котов оказалось больше двух, и остальные быстро скрылись в лесу, окатив нас волной голодной злобы и презрения. Пытаться пообщаться, дабы спокойно разойтись миром, совершенно бесполезно. Хищники продолжали ментально давить, хотя их сила теперь заметно поубавилась. Но они не уходили, на что‑то явно рассчитывая.

— Остальных своим щупальцем достать сможешь? — спросил Марину, заметив, как она, наконец, отключилась от выпитого ей лесного кота.

Больше всего эти хищники напоминали леопардов, только гораздо крупнее. Меньше тигра, но ненамного. Пятнистая шкура, острые когти на мощных лапах, длинный хвост. Причём оба наших трофея были ещё молодыми самцами, только недавно вошедшими в возраст половой зрелости и не набравшими достаточно ума, чтобы не бросаться второй раз на добычу, оказавшуюся слишком сильной. Другие оказались более опытны, потому после неудачи сразу ушли в отрыв.

— Никак не могу поймать…, — ответила Ведьма немного погодя, — слишком быстро двигаются и не подходят совсем близко. Такое ощущение — они кого‑то ждут, стараясь просто задержать нас.

— Раз они ждут — то и мы подождём, — принял решение никуда не уходить и померяться силой с новым противником. — Помоги снять шкуры, — обратился к напарнице, мысленно передавая картинку, с вариантами этой самой помощи.

С помощью магии разделка туш заняла не больше двадцати минут. Даже кровью не перемазались, действуя на расстоянии с помощью телекинеза. Чтобы сохранить ценные трофеи в идеальном состоянии сразу вносил в них укрепляющие и консервирующие плетения, благо после работ с кожаными доспехами неплохо освоил это мастерство. Ментальное давление, ставшее ещё более злобным, уже не доставляло каких‑либо проблем, так как к нему уже выработался стойкий иммунитет. Запихнув снятые и обработанные шкуры в мешки, исследовал потроха убитых зверей на предмет каких‑либо полезных для зелий свойств. Что‑то явно выделяющееся на общем фоне нашлось только в печени и половых органах. Моих знаний определить конкретнее не хватало, потому решил вырезать эти ингредиенты и захватить с собой.

— Никогда не стану это есть, даже не предлагай! — категорично заявила Марина, наблюдавшая за моими манипуляциями с заметным отвращением на лице.

— А тебе и не достанется, тут мне и одному мало! — заговорщицки подмигнул ей.

— Вы, мужики, совершенно неисправимы, — с грустной улыбкой покачала она головой, глядя, какие части тел привлекли мой внимание, видимо восприняв мои слова всерьёз. — Думаешь поправить свою основную слабость, съев места сосредоточения зверской силы?

— Неплохая мысль, — в ответ тоже улыбнулся ей. — Дома попробую из всего этого совершенно особый эликсир сделать, как раз для укрепления хм…, и зверского духа! А то некоторые на меня и так уже косо смотрят.

Марина звонко рассмеялась, правильно поняв шутку. Только долго веселится нам не дали, ударив по мозгам в очередной раз. И было в этом ударе что‑то очень знакомое, отчего по всему телу пробежались крупные мурашки. К нам пожаловал прямой родственник того хищника, которого удалось случайно победить ещё в моём самом первом походе. Горный кот — а это был явно он, близко подходить не собирался, лишь всё больше и больше увеличивая ментальное давление. Мне не составляло особого труда его держать, так как уже имелся некоторый иммунитет ещё с первой встречи, а вот напарница, похоже, начинала постепенно сдаваться.

— Пойдём отсюда, — подхватил её за руки и приставил к мотоциклу. — Надо вырваться на дорогу, пока они нас не задавили окончательно.

Остальные лесные коты тоже не оставались в стороне, дружно присоединившись к атаке более сильного родича, сбивая устоявшуюся защиту нашего разума, приходилось постоянно совершенствовать её. Между тем пытался определить своим взглядом силы местонахождение самого главного противника. Он был где‑то недалеко, но умело маскировался, оставаясь совершенно незаметным, ни на секунду не прекращая своих ментальных атак.

— Продержишься ещё пару минут? — спросил Марину, заметив, как она в очередной раз чуть не упала.

— Попробую, — ответила она, крепко сжав зубы.

— Постоянно держи щит и жди меня! — сказал ей, опуская свой мотоцикл на землю и скидывая с себя лишний груз.

Враг был всего в пятидесяти метрах от нас, кое‑как сумел его засечь. До дороги мы не дойдём, придётся контратаковать. Мой стремительный бросок при максимальном ускорении стал для него большим сюрпризом. Он сильно удивился, когда увидел перед собой разъярённого человека, бьющего в него парализующим лучом без всякого эффекта. Дымчатый зверь ни на миг не растерялся, метнув несколько боевых плетений силы, причём явно предугадывая направления, в которые мог бы от них увернуться. Только верхнюю полусферу он на мгновение упустил из внимания, куда как раз и взметнулось моё тело, теперь стремительно падавшее на явно опешившего хищника сверху. Вспышка электрической молнии, удар космического холода, громкий рёв, от которого могли лопнуть барабанные перепонки в ушах — ничего не помогло ему остановить меня. В самый последний момент зверь попытался извернуться и ударить когтистой лапой, только было уже поздно. Позабыв про обычную магию и амулеты, поймал два очень крупных заметно выделявшихся узла жизненной силы в теле горного кота, и со всей силы рванул их на себя, падая уже на безжизненное тело, в котором ещё мгновение назад бушевал магический огонь. От большого перенапряжения едва не потерял сознание, удержавшись на самой грани. Несколько минут неподвижно лежал с закрытыми глазами, прислушиваясь к новым внутренним ощущениям. Интуитивным рывком удалось вырвать из тела хищника непонятные сгустки, которые при этом не распались, а постарались ассимилироваться в новом хозяине. Эффект смахивал на тот, который возникал с «чёрным пятном». Чужеродные элементы, пожелавшие сразу же образовать внешние связи, быстро заключались в коконы из моей собственной жизненной силы. С ними можно разобраться и потом, сейчас гораздо важнее просто выбраться отсюда, ничего не растеряв.

Однако опасения оказались напрасными, оставшиеся лесные коты оказались исключительно благоразумны и бесследно растворились в лесу. Вероятно, горный кот как‑то управлял ими, заставляя загонять для него совершенно определённую добычу. Не просто же так он оказался именно в этих местах, далеко от своего места привычного обитания? Чего позабыл в старом лесу горный житель? А ведь я совсем недавно бывал как раз где‑то тут. И мой приятель–тигр приглашал совместно поохотиться в ближайших окрестностях. Сейчас же даже на мысленный зов не отвечает. Ладно, буду считать — он просто где‑то в другом краю гуляет, а не стал жертвой этого дымчатого гада, пришедшего отомстить именно мне за своего убитого собрата.

— Хватит валяться, лентяй! — Марина не позволила мне и дальше лежать на туше поверженного противника с блаженным видом на лице.

— Ты сама‑то как? — спросил её, поднимаясь на ноги.

— Теперь уже хорошо, — качнула головой, осматривая очередной трофей. — Ты тогда именно про такого кота рассказывал? — она провела по дымчатой шерсти рукой, собирая лёгкие искры электрических разрядов.

— Не удивлюсь — если они прямые кровные родственники, — ответил ей, приводя себя в относительный порядок.

Даже не заметил, как где‑то порвал свои штаны и сапог. Глубокие царапины на теле уже давно затянулись сами собой. Ремонт одежды обошелся без ниток и иголок, относительно простой магии вполне достаточно для быстрого сращивания разорванного материала с помощью плетений подчинённой силы. И только следы крови показывали места, где совсем недавно имелись какие‑то повреждения.

После последней встряски продолжать пикник на природе почему‑то не захотелось ни мне, ни Марине. Наоборот хотелось как можно скорее оказаться под защитой стен города. Сняв ещё одну ценную шкуру и отобрав полезную требуху, вывели своих железных коней на дорогу и неспешно покатили к городу. Предстояло ещё обогнуть по лесу бывший Искательский Посёлок и мёртвые овраги.


Город встречал исключительно «хорошими» новостями — первые части карательных армий прибыли несколько ранее, чем ожидалось. Но они пока не торопились переходить Перевал, оставаясь по другую сторону и поджидая остальные силы, разбив там большой лагерь. Купцы на Базаре предупреждали — торговля будет идти не более дюжины дней, затем могут ввести блокаду на время войны. Продовольствие опять подорожало почти в полтора раза, но для нас это не являлось какой‑либо проблемой, так как два новых склада уже были уже полностью забиты продуктами длительного хранения. Зерно, крупы, сублиматы, стабилизированное с помощью магии парное мясо, способное несколько лет храниться без холодильника. Обработанные и свежие фрукты и овощи. Даже изрядное количество всяких изысканных деликатесов. В ближайшие месяцы голода не ожидается точно. И пока идёт торг, продолжим активные закупки, даже не смотря на цены, третий продовольственный склад только введён в эксплуатацию, и его нужно срочно заполнять. После получения выкупа за Слуг Истинного деньги практически потеряли значение, по крайней мере — золото. А вот нашим местным конкурентам теперь приходится несладко. Несмотря на десятикратную ценовую разницу между Большим Базаром и Смертными Землями, их доходы заметно сокращались. Мы же даже не повысили розничных цен в своих магазинах, потому основной поток покупателей пошел к нам. Искатели массово перебегали сюда из других городов, и суетно искали, где бы им основательно обосноваться. Занявшись строительством капитальных сооружений, мы несколько позабыли о жилье. Пока было возведено только шесть гостевых домов, причём четыре из них были «высшей ценовой категории» и располагались близко к центру. Там каждый отдельный номер состоял из двух просторных комнат, а также полным набором индивидуальных бытовых удобств. Только баня с бассейном на первом подземном этаже была общая. Сказалось непосредственное вмешательство жрицы Аэль, которая ждала прибытия в город каких‑то особенных ссыльных и готовила для них подобающие условия проживания. Пока же эти «интересные товарищи» не сильно торопились оказаться здесь, хотя ожидались вот–вот. Для нищих искателей богатые «хоромы» явно не по карману, им требуются небольшие комнатки и удобства в духе студенческих общежитий — главное как можно дешевле. Стараясь не упустить удобный момент, меня уже дожидались несколько представителей искательских кланов, желавших испросить дозволения начать стройку в нашей части города — северная четверть, всё ещё принадлежащая авторитету Сому, уже никого не могла принять из‑за перенаселённости. А ведь там ещё оставались настоящие трущобы, пусть не такие большие, какие имелись в других частях города, но тем не менее. Мне сложно понять городского смотрящего, он явно чего‑то ждал, не желая как‑либо развивать оставшееся под ним, следуя моему примеру. На моё предложение выкупить остальное городское хозяйство по хорошей цене, превышающей возможные доходы от него за двадцать лет, переданное ему жрицей, ответил категорическим отказом. Он тоже заметно увеличил численность своей дружины, правда, в основном за счёт новичков. Хотя мне докладывали — его агенты пытались сманивать людей из моей городской стражи, обещая существенно более высокую оплату найма. Получалось это у них не слишком хорошо, едва удалось переманить две дюжины ещё не прошедших полноценного обучения молодых стражников. Другие же, более опытные, смотрели не только на деньги, но и на прочие условия. На оружие и броню, которая у нас была явно лучше, на жилищные условия в новых казармах, а так же на перспективы, которые открывались перед теми, кто покажет должное усердие в службе. Мы, конечно, могли помешать работать вербовщикам или отказать в расторжении договора по желанию завербовавшегося к нам, определив высокие штрафные санкции. Однако делать этого не стали изначально, полагая такой расклад несомненным благом. Пусть жадные глупцы сложат свои головы за чей‑то чужой интерес, нам такие ни в дружине, ни в городской страже не нужны.


— Этих тоже пока пропускаем, — тихо на ухо шепнул мне капитан Тук, — должна идти третья группа.

Пока ещё не начались полноценные военные действия, в дело активно вступила разведка. Многие из ссыльных переселенцев сейчас активно работали на наших противников. Кто‑то среди них был профессионалом, временно надевшим чужую шкуру, другие пытались просто немного подзаработать или вообще надеялись на прощение за особые заслуги. Короче, набирать людей на работы и в дружину стало весьма непросто. Главное было не показывать виду, действуя почти также, как и раньше. Потому прямого отсева потенциальных «засланных казачков» на этапе вербовки решили не проводить — шпионы могут хорошо поработать на нас в прямом и переносном смысле. Действительно, разведчик в первую очередь будет изображать трудовой энтузиазм, дабы его заметили и продвинули вверх, где у него будет больше возможности для сбора ценной информации. Так почему же всем этим не воспользоваться, передав разведке противника выгодные для нас сведения? Я немало удивлялся, когда Тук рассказывал мне об различных вариантах обхода огненных клятв верности, если готовиться к такому заранее. Самые простые способы позволяли человеку просто не знать о своей работе против интересов своего господина. Более того он мог быть полностью уверен — передавая информацию на сторону, он тем самым работает на благо того, кому принадлежит его клятва. Да, риск сгореть при этом у шпиона весьма высок, однако когда военная разведка чуралась подобными жертвами во благо собственных целей? Нам приходилось строить свои структуры особым образом, где у шпионов просто не найдётся особой возможности принести значительный ущерб, контрразведка знала, как это можно организовать, и мне было чего ей подсказать из собственного опыта. Естественно, к себе близко потенциальных шпионов мы не подпускали, а все реально проверенные люди, входившие в личную гвардию, большую часть времени проводили в подгорной базе, где шло активное обучение новому оружию и новой военной тактике вдали от чужых глаз. Даже перемещения в город и за его пределы мои люди осуществляли тайно через подземный ход, а потом прикрываясь магической маскировкой. Наши отряды пытались искать и отслеживать, дабы обнаружить внешнюю базу, наличие которой для врага стало вполне очевидно, и в дело вошла профессиональная разведка самих карателей. Мы тоже добывали информацию любыми доступными способами, потому прекрасно знали о численности разведывательных батальонов армий, пока ещё стоящих по ту сторону Чёрного Перевала. Профессионалов высокой квалификации оказалось мало и мне сильно хотелось по возможности захватить их живьём. Шанс успешно перевербовать относительно высок, так как наши противники опять повторили ошибку с прямым подчинением «честных вояк» убеждённым карателям.

— Далековато они отпустили авангард…, — тихо заметил мой напарник, заметив в оптический прицел третью группу из девяти человек.

По следу нашей «приманки» вражеские разведчики шли несколькими группами. Впереди двигался небольшой отряд следопытов, второй основной отряд насчитывал две дюжины бойцов и четверых магов, а за ними на удалении шла группа подстраховки. Где‑то сзади могла быть ещё группа обеспечения связи. Впрочем, если она и есть — то ничего не успеет понять, а если и успеет — помощь безнадёжно опоздает. Планируя эту охоту, мы постарались учесть любые известные варианты. Вражеским разведгруппам, идущим по следам «приманки» приходится выходить на открытое пространство предгорий, где уже невозможно прятаться с помощью обычной магии, как в лесу. Наших людей противники тоже не видят — маскироваться мы тоже хорошо научились. Свой специальный «обманный амулет» пришлось отдать другой группе, которая нападёт на основной отряд после моего приказа по радио. Те точно не всполошатся, определив близкое присутствие небольшой волчьей стаи, идущей с ними параллельным курсом по лесу, а вот пустоту или рассеивание взгляда силы в некоторых местах могут их насторожить. Я же сейчас прикрываю нашу небольшую группу из двух человек своими силами. Да, быстрый прогресс в магическом искусстве даётся весьма непросто даже с моими талантами и возможностями. Особенно если учитывать — сколько лет этому делу местные маги учатся. Лесной скрыт Повелевающие мудрости осваивают лет за пять постоянных практик. И немудрено. Чтобы другие маги тебя не обнаружили и даже не заподозрили чего‑то ненормального, требуется удерживать в своём внутреннем представлении сразу две различные картинки окружающей реальности. Первая — реальная картинка, которая поступает через органы чувств и магическое восприятие. Вторая — картинка, где целенаправленно убираются все скрываемые объекты, и которая особым образом связывается с внешним миром. То есть действующий маг, таким образом, подменяет для стороннего наблюдателя реальное положение дел картинкой из своей головы. Требуется делать это очень точно, дабы со стороны не заметили искажений. «Обманный амулет» древних действует точно также, но найти второй или скопировать его не удалось, потому пришлось быстро осваивать нужные техники, работая своей головой. Пока у меня получается полное сокрытие группы лишь в статическом состоянии, при движении допускаю множество мелких ошибок из‑за недостатка практики. Хотя против далёкого наблюдателя такие ошибки вполне простительны, но против нас сейчас действуют настоящие «зубры», они таких ошибок не простят.

— Марина, действуйте по плану! — подал команду в эфир, когда третья группа прошла мимо нас всего в пяти шагах, подставив свои затылки под парализующие разряды.

Сначала упали шедшие сзади маги, а потом один за другим повалились на землю и простые воины, так и не успев ничего понять, всё произошло за пару секунд. Если бы кто‑то дёрнулся или на кого‑то не подействовал парализующий амулет, то получил бы в голову стрелку из «гаусс пушки». Капитан Тук с трудом вылез из нашей узкой норы и дополнительно уколол пленников шприцом с эликсиром долгого сна, после чего резко упал в траву рядом с ними, вскидывая своё оружие и припадая к окуляру прицела.

«Только вражеской кавалерии нам сейчас не хватало» — прискочила досадная мысль, когда направил оптику в ту же сторону. Вместо связной группы на некотором отдалении по кромке леса скрытно передвигался приличный конный отряд. Они ещё не заметили, как «уронили» группу подстраховки, но уверенно шли за ней. Нас же тут только двое против трёх дюжин всадников, и на полноценную бойню расчета не было. Тихо захватить и тихо уйти. Даже просто перестрелять их не получится, после первых выстрелов с нашей стороны, всадники быстро уйдут за деревья. А дальше им потребуется всего лишь не позволить нам скрыться, пока подойдут вызванные основные силы подкрепленья. В лесу же даже моих сил будет маловато, чтобы противостоять паре тысяч опытных гвардейцев. Забавно получилось — мы приготовили засаду на вражескую разведку, а враги использовали её как живца для поимки нас. Можно удрать по воздуху, бросив в лесу спрятанные мотоциклы и припасы, а также отдав захваченных пленников. Все останутся как бы при своих, но противник получит ценную информацию о наших возможностях. Стоит рискнуть.

— Вит, мы всех спеленали без потерь, — пришло по радио сообщение от Марины, — первых тоже взяли, можно отходить.

— Быстро запихивайте пленников в коляски и следуйте к третьей точке, меня с Туком не ждите, — ответил ей, осторожно выползая из своей норы.

— Большие неприятности? — сразу догадалась умная девушка.

Изначально по плану предполагалось везти захваченную добычу к подгорной базе. «Третья точка» же располагалась на месте небольшого разгромленного посёлка алхимиков в дальних предгорьях, и была неплохо подготовлена к обороне за несколько последних дней, как запасная удалённая база. И её не сильно жалко рассекретить для противника, там мы можем легко сковать и долго удерживать весьма приличные силы.

— Три дюжины кавалерии пока небольшие неприятности, — ответил Ведьме, — но за ними могут прийти ещё. Пошумите там, как только соберётесь, возможно, они пройдут мимо нас.

— Поняла, отключаюсь! — в её голосе чувствовалась явная тревога, но мои приказы она решила не оспаривать.

Сам же дополз к Туку и задействовал амулет невидимости, включив в его действие своего напарника, а также всех тех, кого мы так не вовремя уложили на землю, благо они лежали близко друг к другу. Скрывать такое количество народа амулет вполне позволял, но приходилось постоянно вливать в него энергию, благо амулетная конструкция имела полный заряд накопителей. Вот только вся эта энергия шла через тело и сознание, не доставляя особого удовольствия. Кавалерия двигалась не по следам первых групп, а шла по кромке леса, потому и был реальный шанс остаться незамеченным. Всадники уже находились всего в тридцати метрах, и вроде бы уже прошли мимо, но вдруг резко встали на месте, повернув коней в нашу сторону. Маги что‑то почувствовали и теперь пытались разобраться. Если они двинут людей в нашу сторону — придётся запускать ледяной шар, чего опять же не хотелось. Кто‑то ведь обязательно уйдёт, и враги узнают о наших козырях, которые стоило бы приберечь на самый последний случай. Вдруг из леса, где находились наши основные силы, пришло эхо сильного ментального удара. Вражеские маги его засекли, и сразу же направили конницу в ту сторону. Но не все бросились догонять моих людей, один маг вместе с шестёркой воинов повернул обратно, пришпоривая своих лошадей.

Едва кавалеристы занялись преследованием нашего основного отряда, который быстро отходил по заранее разведанному маршруту, вызвал людей и транспорт с подгорной базы, дабы они забрали пленников, бросившись догонять уходящую группу на своём мотоцикле. Капитана Тука пришлось оставить, он не мог соперничать со мной в гонках по лесу. Спешащий обратно отряд, который мог вызвать подмогу, нагнал через двадцать минут. Конные гвардейцы, едва заметив преследователя, попытались его задержать, повернув коней в мою сторону, заходя с разных сторон и метко стреляя из арбалетов. Маг же лишь пришпорил лошадь, попытавшись удрать. Его лошадка оказалась на редкость резвой, и наездник умело лавировал между деревьев, имея все шансы оторваться, пробившись к оврагам и кустам, где на мотоцикле практически невозможно проехать. Так как именно он и был моей главной целью, резко добавил газу, прорываясь через кавалерийский заслон и принимая летящие болты на щит силы. Едва избежал фатального удара мечом, усиленного специальным амулетом. Он прошел сквозь щит силы, но лишь чиркнул по кольчуге на спине. Мотоцикл резко подбрасывает вверх на выступающем из земли большом корне, в полёте достаю мага парализующим лучом, но сам валюсь на землю, едва избежав столкновения с большим деревом. Кавалеристы тут же подскакивают, пытаясь сходу зарубить, ухожу в перекате от одного, выбивая всадника воздушным тараном из седла, второй одновременно достаёт сильным ударом по левой руке, тоже вылетая из седла вслед за первым. Четверо оставшихся, видя, как их лошади пролетают мимо, а развернуться им уже не дам, сами ловко спрыгивают на землю, и пытаются дружно насадить мою тушку на свои клинки. Вот только шансов победить у них уже нет, мгновения замешательства от падения позади, потому ближний получают паралич, а остальных укладываю воздушным тараном и ударами своего клинка. Вроде бы никого даже не убил, переломы целители быстро исправят. После столь быстротечной схватки руки легонько потряхивает и подступает неприятное осознание собственной глупости. Ведь опять совершенно по–глупому подставился. Усиленный специальным амулетом удар меча щит силы не держит, если бы не золотистая кольчуга — располосовали бы спину и оставили без руки, а там и до головы могли легко добраться. Нельзя так безрассудно бросаться в бой, рассчитывая исключительно на собственную крутость — могут запросто и убить. Одним словом — дурак.


— … таким образом, становится совершенно очевидно — выбранная тактика мягкого сдерживания не обеспечивает гарантированного успеха. Требуется существенно увеличивать глубину охвата территории при проведении операций, для чего пока не хватает подготовленных людей. Нужно перестать всячески уходить от прямых столкновений, ибо имеющееся у нас оружие вполне позволяет малой группе противостоять большому отряду.

Капитан Тук в своей речи, на разборе последней операции, недвусмысленно кидал увесистые камешки в мой огород, совсем позабыв о том, кто стал инициатором подобной тактики. Кому хотелось стать во главе большого войска, приняв на себя обязанности боевого тысячника. Теперь же, натерпевшись страху, когда слишком быстро пришел в себя один из парализованных магов противника — ратует за «самые жесткие методы». Его вполне можно понять — не каждый воин тут переживает пару крепких ударов боевой магии, поглощённых хорошим доспехом. Тогда Тук не растерялся, врезав шустрому магу рукояткой меча по голове, и лишь потом осознал, как близко сам стоял к Бездне. Потому его нынешнее желание видеть врага лишь по другую сторону прицела «гаусс пушки» вполне очевидно. Однако переубедить остальной военный совет со мной во главе ему не удаётся. И причина тут та же самая последняя акция, показавшая нашу силу и возможности. Эти возможности удивили многих. Серьёзная драка обошлась без человеческих жертв. Вообще. Даже кавалерийский отряд гвардейцев легко прижучили слаженным ментальным ударом, когда те возвращались обратно, поняв бесперспективность атаки имеющимися силами наших укреплений. Двоим специально дали возможность выскользнуть из засады, дабы они передали информацию о нашем удалённом форпосте своему командованию. Посмотрим на его дальнейшую реакцию, которой пока нет. А все отмеченные накладки — повод внести изменения в тактику действий. Это касается в первую очередь меня самого. Несмотря на свою личную силу в общем деле именно я являюсь самым слабым звеном, привыкшим слишком многое брать на себя, позабыв о других.

— Какие на сегодня результаты работы с пленниками? — перебил порыв Тука дальше ещё сильнее развить свою потенциальную кровожадность.

— Не самые лучшие, — заметно скривился он. — На нашу сторону могут перейти только две первых группы лесных разведчиков первого штурмового, гвардейская конница и буси крепко завязаны на своё командование, которое для нас недоступно.

— И то хорошо, подводи ко мне тех, кто готов перекинуться к нам, остальных пока придержим как потенциальных заложников, — принял вполне очевидное решение.

— Магистр Дан, у тебя есть какие‑либо новые сведения? — обратился к главе своей разведки, вошедшему в комнату.

— Да, — утвердительно кивнул он. — По только что полученным моими людьми сведениям, на наших людей в городе и за его пределами вскоре начнётся «подлая охота». Платят за неё некоторые старые купцы других городов, но не сами, а по чьему‑то указу. Возможная цель — выманить наши боевые отряды из города, заведя в заранее подготовленные засады. Говорить с теми купцами сейчас бесполезно, они и сами не рады такому делу, догадываясь о наших возможностях добраться до них.

Нечто подобное вполне ожидалось, потому просто кивнул ему в ответ, принимая его информацию к сведению.


Покинув продолжившийся совет, прослушал запись, пришедшую от одного «жучка».

— … понимаю твоё негодование, капитан Фил, но ты сам виноват…, — в знакомом голосе брата Ато чувствовалось лишь лёгкое сожаление.

— Требую немедленно ударить по обнаруженной базе основными силами второго гвардейского! — упорствовал неизвестный командир.

— Ты можешь гарантировать отсутствие там большой засады, давно ждущей твоё войско? — Ато явно насмехался над своим слишком горячим подчинённым. — Запомни Фил — это не какие‑то бунтующие земные и городская чернь, доставшая где‑то оружие. Быстрая потеря двух сильных отрядов наглядное подтверждение — мы имеем дело с твоими бывшими братьями по оружию, выбравшими сейчас другую сторону. Их реальные силы для нас совершенно неизвестны, чтобы бросаться в последнюю решительную атаку.

— Именно потому и требуется немедленно ударить, — не сдавался тот. — Гвардейская кавалерия своих людей никогда не бросает даже мёртвыми — это всем хорошо известно! Если мы сейчас не ответим, то рискуем потерять силу клятвы преданности.

— Если ты так хочешь — твоих людей можно просто выкупить, они, скорее всего, ещё живы, — опять откровенно усмехнулся брат Ато.

— А почему…

На этом подслушанная запись закончилась, собеседники вышли из комнаты, где «жучёк» мог свободно подслушивать.

Однако ни следующим утром, ни когда‑либо потом предложений о выкупе пленных ко мне не поступило. Видимо в этот раз гвардейская конница решилась нарушить свою старую традицию, опасаясь ещё больших потерь. А жизнь продолжалась, как будто нет никакой войны, и войска пришли к Перевалу просто для отдыха на природе, подальше от суетной столицы. Мы продолжили перестраивать город, тренировать бойцов и вообще всячески крепить оборону, противники постепенно подтягивали силы и готовились ввести блокаду Смертных Земель. Разведчики пытались вызнать секреты противника и некоторым это даже удавалось. Нам было выгодно, чтобы нас или переоценили или совсем уж недооценили, годился практически любой результат. Потому вражеских шпионов, наблюдающих за нашим особняком, особо не гоняли, просто показывали им далеко не всё. Самые ушлые повадились часто посещать нашу амулетную лавку, испрашивая, какие боевые амулеты мы можем им продать. Мотоциклами и самодвижущимися телегами тоже активно интересовались. И даже были готовы платить немного больше, чем предлагали мне купцы на Большом Базаре. Отказывать напрямую было неправильно, потому продавали специальные версии со встроенными подслушивающими устройствами. Только те «говорили» в эфир не сами по себе, а только по сигналу, полученному от специального ретранслятора. Ретрансляторы пришлось массово делать из портативных радиостанций и прятать в самых разных местах, а также потратить несколько дней на одно программирование, создавая полноценную «шпионскую систему», способную самостоятельно выделять ценную информацию из потока речевых сообщений по ключевым словам без вмешательства оператора. Опять пригодились некоторые знания из моего мира, сэкономившие множество времени. По сути, лишь воссоздавал системы, хорошо известные по последней работе, но теперь на магическом принципе. Ещё раз благодарил своё любопытство, некогда заставлявшее вникать в сущность некоторых хитрых алгоритмов распознавания речи и выделения из неё важных смыслов. Да, система получалась далёкая от какого‑либо идеала, но вполне пригодная для решения актуальных задач при минимуме вмешательства со стороны людей. Трёх операторов из числа «постельных служанок» для неё было вполне достаточно.

Женщины постепенно брали на себя всё больше и больше необходимых дел, активно участвуя не только в производстве, но и в несении боевых дежурств. Проведённая проверка показала их некоторое превосходство над мужчинами при управлении удалёнными группами из оперативного штаба. Но и это ещё не всё. «Порченые девы», прошедшие только первую коррекцию, и ещё не ставшие полноценными ведьмами, упросили меня принять полноценное участие в тренировках отрядов бойцов. Сначала немного удивился такой странной просьбе, а потом решил провести эксперимент, сильно удививший своими результатами всех остальных. Группа с девушкой в своем составе, оказалась частично иммунной к ментальному удару со стороны. Будущие ведьмы притягивали взгляд силы нападающего мага к себе, и тот, не в силах от них оторваться, быстро терял собранность и нужный для атаки настрой. Даже нашим магам пришлось серьёзно переучиваться, дабы справиться с этим интересным эффектом, а магов противника ждёт очередной весьма неприятный сюрприз. Более того, девы стреляли не хуже мужиков, а ещё успевали работать координаторами, поддерживая радиосвязь с другими боевыми отрядами. Если мужики могли слишком увлечься в атаке, то будущие ведьмы себе подобного никогда не позволяли, держась позади, и прикрывая своими меткими выстрелами увлекшихся бойцов. Введение в отряды штатных «боевых подруг» нравились далеко не всем бойцам, так как шло вразрез со всеми традициями, но возражать никто не торопился. Особенно учитывая перспективы быть выбранным кем‑либо из новых ведьм в качестве «близкого друга», пользу от такого союза все теперь прекрасно понимали, глядя на самых первых счастливчиков.


Идея с беспилотными разведчиками, посетившая мою голову, буксовала всеми имеющимися у неё колёсами. Слишком много требовалось решить различных технических задач. С ориентированием оказалось проще всего. Шести радиомаяков, установленных в нескольких недоступных местах, вполне хватало для покрытия всего оперативного пространства. Первый летательный аппарат, в виде небольшого самолётика с электромотором, сделал всего за один день. Ничего сложного там не было — простейшая конструкция планера из фанеры и бумаги, какие дети собирают в авиамодельных кружках. Только материалы были, естественно, совсем другими. Для малозаметности летательного аппарата с земли, сделал его прозрачным, обтянув несущий каркас из упрочнённого стекла тонкой стеклянной же плёнкой. Амулеты и мотор занимали мало места, и с двухсот метров их уже очень сложно разглядеть в небе. Ещё день ушел на отладку системы автоматического ориентирования. Однако сделать удалённый «магический глаз» никак не получалось. Даже обычную видеокамеру осилить никак не мог, а требовалось сделать ещё и тепловизор, чтобы иметь возможность находить людей в лесу под кронами деревьев. Принцип действия ячеистых микроминиатюрных болометров мне хорошо известен, только реализовать его пока никак не удавалось — не хватало знаний и опыта работы с материалами. Зато удался полноценный цветной экран — самой большой трудностью оказался подбор и производство люминофора, моих знаний в этой области было слишком мало. В остальном — получился вполне обычный амулет на электрической основе, который можно производить на нашем оборудовании серийно.

Пока не получались приёмники изображения, сделал для войска небольшие электронные планшеты, существенно облегчающие ориентирование на местности по радиомаякам и совместные действия отрядов с привязкой к карте. До автомобильных спутниковых навигаторов из нашего мира им было далеко, но по местным меркам это был настоящий прорыв, сравнимый с полной обеспеченностью основного войска дальнобойным метательным оружием. В день мастера собирали по четыре «гаусс пушки», потому особого дефицита не случилось. Разве только производство боеприпасов подкачало, на ствол едва выходило по две сотни выстрелов — слишком много стрелок тратилось на обучение людей.

Вот с таким багажом мы и вступили в «горячую военную фазу», правда, до неё произошло ещё несколько интересных событий.


Первым событием стало долгожданное прибытие людей, за которых хлопотала жрица Аэль. Если бы не дал своего разрешения раньше — теперь точно бы отказал, едва пообщавшись с некоторыми из них. Они почему‑то считали всех нас им сильно должными. За что, почему — мне этого не удалось установить в беседах с ними. На меня смотрели свысока, словно делая очень большое одолжение, общаясь с этим непонятным кем‑то. Да ещё требовали постоянно особого к себе почтения. Ангажированная интеллигенция, одним словом. Если в столице королевств они ещё и кем‑то были, то тут…, поговорил с одним «видным учёным» из столичной Академии, так и не понял, чем же конкретно он там занимался. Подал себя как самый главный в королевствах знаток по изделиям алхимиков и даже самой алхимии. И если судить по его разноцветному балахону, то у него должно быть столько всяких заслуг и достижений, однако получить с них какую‑либо практическую пользу оказалось абсолютно нереально. Одни пустые слова и теоретические заблуждения. Брызгая слюной и размахивая руками тот пытался доказать, мол — он‑де давно знает, как можно справиться с проклятием алхимиков. Но это такой большой секрет, такая огромная ценность, и просто так никому он его рассказывать не будет. И даже всех моих денег окажется слишком мало, чтобы он соблаговолил поведать сию великую тайну. Однако после моего предложения быстренько скататься ко второму городу алхимиков, где до сих пор была зона радиоактивного заражения, то есть действовало то самое «проклятье», и где он сможет реально подтвердить свои слова на своем личном примере — сразу сник. А от его сумбурных объяснений как на самом деле работает ловушка алхимиков, захотелось выйти за дверь и долго хохотать, держась руками за живот, дабы сильно не обидеть столь учёного человека. Другие «дорогие гости», в самом прямом смысле этого слова, оказались не сильно лучше этого «академика». Похоже, нам сюда сплавили самых главных столичных зазнаек с громкими именами, которые сильно мешали более адекватным людям постигать практическую магию в Академии. Для этих «профессоров» Аэль выбила городскую землю под строительство собственной Академии и соответственное финансирование из моего личного бюджета, обещая когда‑либо обязательно зачесть эти великие заслуги. Впрочем, я сам смотрел на всё это дело немного с другой стороны. После окончания войны и каких‑то неприятных событий в столице королевств, годика через полтора–два, эти «профессора» благополучно уедут обратно, а построенная Академия останется тут, в моём городе. И здесь без них найдутся реальные учёные и опытные практики, чтобы занять там вакантные должности учителей и наставников. Потому выдал сильно приободрившейся жрице полный карт–бланш на все необходимые для строительства будущей Академии расходы, правда, не в ущерб другим важным проектам.

Второе событие даже не сразу выделили как что‑то особенное. Каждый день в городе случались какие‑либо криминальные происшествия. Если местные бандиты, которые не сильно желали пару лет бесплатно потрудиться на наших стройках, уже давно перебрались в другие города, то многие новички об этом почему‑то совершенно не догадывались. Всякие асоциальные личности, высланные сюда из королевств, едва оказавшись в городе и обнаружив отсутствие прямых конкурентов, решались быстро и легко подзаработать себе на безбедную жизнь. Некоторые действовали поодиночке, нападая на прохожих, другие успевали сколотить небольшие разбойные группы, пытаясь нагло «крышевать» городских мастеров и торговцев. И при появлении моей городской стражи они нередко старались померяться силой. Мои люди имели прямой приказ действовать с минимальным риском для себя, потому с подобными личностями особо не церемонились. Если выживет и пойдёт на стройку — хорошо, нет — никто особо страдать не станет. Кто остался жив, того отправляли в сортировочный лагерь, где с ним работала уже специальная бригада. И когда в один день стражникам пришлось напрячься чуть сильнее, чем обычно — этому никто не придал особого значения. Бывает, в этот раз разбойников перебили чуть больше, чем обычно и похватали живьём тоже прилично. Вот только допросы нескольких выживших бандитов, когда до них, наконец, дошли руки показали — сами того не подозревая мы отбили плохо, но тем не менее скоординированную атаку на наш город. Нас снова хотели проверить на прочность, ударив по самым слабо защищённым местам, по складам с продовольствием и торговым точкам. Только вот если охраны сразу не видно — это совсем не значит, что её нет, в чём разбойники и стоящие за ними хитрые организаторы быстро убедились и больше нас чем‑либо подобным не беспокоили. Однако мирные деньки постепенно подходили к концу.


Начало самой войны, несмотря на действующую разведку, тем не менее, стало для всех нас совершенно неожиданным. Наши противники учли все свои предыдущие ошибки, выяснили диспозицию на местах и сделали свой ход. Ранним утром одного погожего дня, едва только Большой Базар покинула наша последняя транспортная колонна, войска противника дружно вступили в Смертные Земли и скорым походным маршем двинулись по дороге от Чёрного Перевала в сторону городов Лесс и Титс, не встречая никакого сопротивления. Моих людей было слишком мало, чтобы им реально помешать, да и приказ у них был только наблюдение, все остальные просто разбежались при виде стройных колон гвардейцев. Пока мы обсуждали в своём штабе произошедшие события и решали, какую тактику выбрать для противодействия армии карателей, та уже спокойно и практически без помех заняла ближайшие к Перевалу города и крепко обосновалась в них, надёжно перекрыв многочисленными заслонами основную дорогу. Торговая блокада началась. На несколько последующих дней казалось бы всё полностью затихло. Заняв без боя два города, вражеские войска занимались собственным благоустройством и не двигались дальше. К нам хлынул поток беженцев, несмотря на явное содействие войскам тамошних смотрящих, каратели вели себя в городах как новые хозяева, занимая самые лучшие дома и выбрасывая на улицу бывших хозяев. Но самых лучших домов им оказалось слишком мало, потому занимали и все остальные, даже на местах по–быстрому снесённых трущоб разбивали полевые палаточные лагеря. Понадеявшиеся на большие военные барыши местные крупные перекупщики жестоко просчитались. За продовольствие и всё прочее им никто даже не собирался платить, быстро конфисковав все склады и хранящиеся там запасы под предлогом военной необходимости. Даже городские смотрящие остались не у дел, заперевшись в своих дворцах и прикрывшись дружинами и магами. Каратели пока их не трогали, явно не желая нести неоправданные потери, вспоминая о загнанной в угол крысе. Искатели, торговцы, ремесленники, кого сразу не принудили к обслуживанию войск, быстро побежали к нам, в последний вольный город. Это была хорошо продуманная акция со стороны противника, решившего взять наш город измором. Прямых боевых столкновений им сейчас явно не планировалось, если мы не предпримем каких‑либо действенных мер для возобновления торговли с внешними землями, переполненный людьми город долго не протянет. Созданных запасов должно хватить примерно на полгода при самой жесткой экономии, а дальше перспектив не наблюдалось совсем. И тогда если оголодавшим жителям Юмаю скажут — «выдайте тех и этих живыми или мёртвыми и тогда вас простят и накормят», они смело пойдут на штурм моего особняка, не считаясь со своими потерями. Голод не тётка, особенно при отсутствии каких‑либо иных перспектив. Стоило честно признать — нас ловко переиграли уже на самом первом этапе войны.


— Фол — твои двое слева, Гаси твои справа, я давлю буси и прикрытие. Хватаем их и сразу назад, — нам ничего не оставалось, как действовать стремительными наскоками на вражеские блокпосты и дозоры, выбивая и выхватывая живую силу противника.

Это уже третья по счёту наша подобная акция. Первые две прошли как‑то слишком просто. Каратели хоть и были всегда настороже, но ещё не до конца приспособились ко всем особенностям Смертных Земель. Вот мы их и перехватили, даже не дав подать сигнала тревоги. Блокпосты на дороге и подходах к занятым войсками городам устраивались с большим знанием дела. Если на блокпост происходит нападение, то помощь к нему с других подойдёт не позже двадцати минут. И ещё в удобных местах размещались резервные отряды гвардейской кавалерии, которая тоже быстро подойдёт, едва получив сигнал. Имелись многочисленные дозоры и секреты, патрули ходили по ближайшим лесам, постоянно обмениваясь сигналами. Больших скоплений войск вне захваченных городов вражеское командование не собирало. Все отряды были достаточно небольшими и мобильными. Таким образом, частично гасилось наше существенное преимущество в скорости и магических силах. Чтобы как‑то решить постепенно встававшую во весь рост проблему с продовольствием, нам требовалось перехватить контроль над основной дорогой. Даже если торговля на Большом Базаре остановлена, армию карателей тоже требуется постоянно кормить. И продуктовые обозы идут через врата каждый день, о чём исправно сообщает действующая разведка. Если мы сможем перекрыть этот поток, то окажемся практически в равном положении. Враги прекрасно понимали расклад и стремились всячески не допустить перехвата их инициативы.

— Как только махну рукой — сразу же бросайтесь вперёд! — подаю команду своим бойцам, настраиваясь нанести по вражескому блокпосту ментальный удар.

После начала атаки у нас будет только десять минут, тут совсем рядом расположены ещё два блокпоста и небольшая база подвижного кавалерийского резерва, второй наш отряд под командованием Марины уже скрытно проник через условную линию фронта, и попытается захватить тыловую базу, когда её покинет гвардейская кавалерия, устремившись в погоню за нами. Преимущественная цель — вражеские маги, обеспечивающие связь и координацию отрядов, которых желательно захватить живьём. Можно было попытаться обострить ситуацию и связать боем крупные силы, но тогда возрастали риски потерь. Имеющееся у нас заметное преимущество в материальной части реализовать было весьма непросто, верных и хорошо подготовленных людей пока не хватало. Приходилось осторожничать.

Наконец‑то вражеские маги заметно напряглись, обнаружив подъезжающий по дороге одиночный грузовик. Подошли наши силы отвлечения внимания. Так, подожду ещё пару минут, пусть сосредоточат всё внимание в стороне все трое, перестав плотно контролировать ближние подступы и постоянно размывать постороннее внимание. Время! Удерживая свой резко обострившийся взгляд силы на блокпосте, захватывая им всех находящихся там людей, нырнул в самые неприятные свои воспоминания боли, которая первая встретила меня в этом мире. Снова и снова пропустив её через себя, выплёскиваю на своих противников. Отмечаю, как падают, теряя сознание маги, гвардейцы держатся чуть дольше, пытаясь резкими рывками выскочить из‑под ментального удара. Одному это удаётся, но и мои люди не спят. Он сумел сделать только несколько шагов, после чего сбивает с ног маленькая стрелка, выпущенная из электромагнитной пушки. Всё, дополнительная страховка больше не требуется, все лежат. Подаю команду пальцами своим бойцам и тоновый сигнал в эфир для водителя грузовика.

Пока бойцы грузят в кузов бесчувственные тела и собирают трофеи, контролирую взглядом силы пространство в стороне, откуда к этому блокпосту должно подойти подкрепление. Успели ли подать ли наши новые пленники сигнал тревоги или нет — уже не имеет значения. Если с ними не смогут связаться каждые несколько минут с других постов, тревога поднимется автоматически. Всё же против нас воюют серьёзные профессионалы. Так и есть, сюда быстро движется ещё один отряд гвардейцев примерно в дюжину человек, с ними пара магов. А вот кавалерия почему‑то стоит на месте, Марина подала бы сигнал по радио, когда они снимутся с места. Интересно…

— Выдвигаемся на исходные позиции, машина сдаёт назад и ждёт нас, — принял решение попытаться повторить атаку, теперь уже на новые силы. — Следы за собой подчистите, — несколько лишних мгновений для атаки у нас, возможно, будет.

Сначала из леса к опустевшему блокпосту вышли два вражеских разведчика вместе с одним магом в ярком цветастом балахоне. Этот заметно выделялся на фоне своих коллег, которые на военной службе всё же не обряжались как тропические попугаи. То ли местный, то ли какая особенная шишка. Но работает хорошо, взглядом силы за него не зацепиться, приходится смотреть в оптический прицел. Быстро осмотрев пустые позиции, разведчики нырнули обратно в лес, и тут же ожила моя рация голосом Марины:

— Вит, кавалерия в деле, уходите, теперь наша очередь поиграть в кошки–мышки! — в её голосе ощущался сильный охотничий азарт.

— Не зарывайтесь там, хватайте кого поценнее и сразу же отходите, — оставил ей в ответ свои ценные указания, в которых рыжая Ведьма совершенно не нуждалась.

Сам же отправил своих бойцов с ценными трофеями к городу и ещё несколько часов наблюдал за блокпостом, отмечая грамотные действия вражеских войск, перемещаясь с одного удобного для наблюдения места к другому. Каратели не стали восстанавливать позиции в этом же месте, спешно оттянувшись назад после получения сигнала о нападении ещё одного диверсионного отряда на базу мобильного отряда кавалерии. Интересно, сколько ещё времени наша подобная тактика будет эффективной?


— Почему ты категорически не хочешь сделать танк и раскатать всех «этих» по дороге тонким слоем? — возмущалась Марина, тем не менее, продолжая прижиматься ко мне.

В отличие от моей группы, её боевая акция прошла не так гладко. Задержавшись на вражеской базе немного дольше, чем было по плану, им пришлось резко рвать когти, когда к ним подошли два крупных вражеских отряда. Ведьма сама не справилась с противодействием и парированием ментальных ударов магов противника, а подстраховывающих её группу наших буси она отправила вперёд вместе с захваченными ценными пленниками. Дело могло вообще кончиться плохо, но вражеские маги атаковали сходу без предварительной настройки, и потому их удары были слабыми и нескоординированными. Но и этого хватило Марине, чтобы ощутить в полной мере свою уязвимость. Но больше всего её давила ответственность за доверившихся её людей, которых она не смогла защитить. Впрочем, все потери в этот раз были исключительно моральными, группа Марины сумела выйти из‑под удара и оторваться от преследователей, сохранив взятую добычу. Но мне пришлось утешать перенервничавшую девушку самым естественным образом, ибо Ведьма, переставшая контролировать свои чувства, сильно опасна для всех окружающих. И теперь, когда её немного отпустило и она уже не грызла саму себя, она перенесла то самое чувство собственного бессилия на меня. Мол — «ты ведь мог легко сделать что‑то такое, отчего все наши враги сразу разбегутся, как только его увидят». Хотя у меня самого чесались руки сделать нечто подобное, но когда возникало такое чувство, раз за разом одёргивал себя, прекрасно понимая — можно легко победить в войне, но затем проиграть мир.

— Как поступят наши противники, если мы вдруг выкатим против них, по твоему предложению, неуязвимого бронированного монстра? — решил передать девушке эстафетную палочку мудрых мыслей.

— Сначала навалят гору трупов, а потом разбегутся и попрячутся по щелям, — недолго думала она над ответом.

— А затем? — партию следует рассчитывать на много ходов вперёд, если действительно хочешь выиграть её.

— Соберут больше сил, и опять получится ещё одна гора трупов, — логично выходит, однако. — Поняв своё полное бессилие, они или отступят или сдадутся, — Тут Марина думала уже целую минуту, прикидывая в голове различные варианты. — И мы точно эту войну выиграем, причём без потерь, как ты и хочешь, — она уперлась своими ладонями в мою грудь и заглянула в глаза, ища там поддержки своих стратегических мыслей.

— Думаешь, враги на этом окончательно успокоятся? — подмигнул ей одним глазом, с самой ехидной улыбкой.

— Раз тут признают только право силы — утрутся и смирятся! — рыжая Ведьма даже стала немного злиться, видя мой скепсис.

— Да, сначала утрутся, а потом соберут миллионную армию и придут сюда умирать, — пока она не опомнилась, потянулся и коснулся губами её губ, немного разряжая разогревающуюся обстановку. — Где мы их всех хоронить‑то будем?

Марина громко рассмеялась и совсем перестала на меня злиться. Но видя серьёзное выражение моего лица, спросила:

— Или это самый простой вариант, который может быть, по–твоему, а может быть и гораздо хуже?

— Да, — не стал отпираться, решив раскрыть ход своих мыслей. — Обломавши зубы когда‑то на первом Алхимике, столкнувшись с неодолимой мощью сейчас, наши потенциальные союзники, да–да, я называю их именно так, не смотри на меня такими глазами…, так вот, наши потенциальные союзники могут временно забыть все свои конфликты и объединиться. Лорды, Слуги, Великие Повелители…, кто им мешает начать вместе с нами активную гонку вооружений? Другие люди совсем не дураки и отсутствие технического прогресса в этом мире — фактор скорее социальный. Прижми ретроградов, ратующих за какие‑то «вековые традиции», вышиби старых замшелых пней с трухой вместо мозгов из Академий, и молодёжь активно рванёт вперёд, благо мы показали наглядный пример возможностей. И вся эта сила будет брошена в итоге против нас, — закончил говорить, внимательно разглядывая красивое лицо своей близкой подруги, на котором сейчас отображались все её мысли.

— Ты ведь тоже на месте стоять не станешь и что‑либо в ответ придумаешь? — с надеждой в голосе спросила она.

— Естественно придумаю, — опять крепко обнял её и перевернул на спину, так как за отвлечёнными разговорами снова захотелось чего‑то большего, да и Марина явно возбудилась. — Сначала придумаю танки, затем самолёты, а потом придётся строить «Звезду Смерти», чтобы окончательно разобраться со всеми несогласными в нашей большой галактике, — с последними словами наш спор перешел в более приятную форму, и мы вскоре достигли полнейшего согласия, повторив его ещё несколько раз.


Следующим утром военный совет почти единодушно принял основной план военных действий с нашей стороны. Основной задачей было стремительными налётами выкрасть или выбить у противника наибольшее количество лучших бойцов и магов, по возможности без потерь с нашей стороны. Пока запасов продовольствия хватало, можно было позволить себе некоторую вольность действий, благо они приносили существенную пользу. К примеру, из вчерашних пленников пришлось убивать только троих, чтобы остальные сняли с себя прежнюю клятву верности и присягнули мне. Вражеское командование опять наступило на те же самые грабли, подчинив гвардейцев непосредственно карателям. Если так пойдёт и дальше, за пару месяцев мы перетащим к себе чуть ли не половину вражеского войска. Значит, пока «битву за дорогу жизни» будем вести именно так. Налетел, быстро взял добычу и отскочил. Параллельно с этим стоит попытаться организовать собственное производство продовольствия. По карте из старого учебника географии алхимиков, в полутора сотнях километров от нас по южной дороге располагалась пологая горная долина, где сами алхимики выращивали овощи и зерно. Там было отмечено несколько небольших поселений, но про их нынешнее состояние никто ничего не знал. Требовалось скататься туда и посмотреть своими глазами. Если долина и ближайшие предгорья, где на корте обозначены обширные поля, не заросли лесом, то за месяц можно организовать собственный колхоз, благо людей, готовых поковыряться в земле, если их будут оберегать от опасностей воины, наберётся более чем достаточно.

Тут стоит отметить, несмотря на практически райский климат, здешнее земледелие до ужаса архаично. У «земных», как называются тут крестьяне, нет даже плугов. Земля обрабатывается мотыгами исключительно вручную. Опять очередная дань традициям в чистом виде. Хорошо хоть железные косы есть, потому животноводство развито даже немного лучше, чем земледелие. В принципе, учитывая большую численность самих «земных» в королевствах, наличие подобных ограничений и традиций совсем неудивительно. Если обработку земли как‑либо интенсифицировать, то куда девать лишних людей? Еда по ту сторону Чёрного Перевала и так стоит совсем дёшево. Так и до очередного бунта черни недалеко. Но у нас тут совсем другой случай, и бояться будем потом, если план будущей индустриализации окончательно провалится. Следовательно, после разведки пригодных для сельского хозяйства земель или параллельно с ней, стоит разработать целый набор специальной техники на основе уже изготавливаемых нами механизмов. В итоге с нашими относительно небольшими силами, через четыре месяца получим первый урожай, и потенциальная проблема голода уже не станет висеть над нами дамокловым мечом. И плевал я на всякие запреты и прочие условности, идущая война по любому всё спишет, а победителей обычно не судят.


Отправив боевые отряды на задания, и оставшись в городе, принялся, было, решать накопившиеся многочисленные проблемы беженцев. Вроде бы и своих людей под это дело поднапряг, и всё равно многое требовало именно моего непосредственного участия. Беженцы из других городов почему‑то требовали себе особого отношения, определив меня единственно виновным во всех своих нынешних бедах. Раз из‑за меня сюда пришли каратели, выкинули их из домов и отобрали всё имущество — следовательно, мне им его и возмещать из своего кармана. Явно ведь не сами догадались выставлять такие претензии, кто‑то им вовремя подсказал. Около ворот особняка с утра до вечера стоял пикет человек из двухсот, которые представляли здесь интересы многих тысяч, размещавшиеся в палаточных лагерях за стенами города. Причём лагеря эти были организованы за мой счёт и охранялись моими людьми. В город я эту толпу пускать не собирался, небезосновательно предполагая её той самой «пятой колонной», которая откроет ворота вражеским войскам, едва они подойдут сюда. Естественно, «предателями» были далеко не все беженцы, но среди них точно имелись потенциальные «вражеские засланцы», выделить которых не так просто. Потому сразу постарался не допустить на своей территории города появление всех этих толп, чем вызвал ещё большее возмущение этих людей. А нечего было без боя пускать врагов в свои города, надеясь на особую милость незваных захватчиков. Выйдя к пикету, принял у них большой список с их требованиями. Так, чего там от меня хотят?

Надо же, какая наивность и наглость одновременно… Полная компенсация утерянного жилья и имущества за мой счёт на моей городской земле плюс моральная компенсация золотом в зависимости от какого‑то там статуса. Знают ведь про припрятанное богатство. Так, ладно, успокоюсь, не буду всех сразу тут убивать. Представление больших привилегий пришлым купцам на любую торговлю в городе, дабы они смогли вернуть себе утерянное достоинство по отношению к здешним. Скажите, а ночные горшки за ними мне тоже лично выносить прикажете? Ну и напоследок обеспечение всех беженцев продовольствием по довоенным нормам, полный список необходимых продуктов на каждого прилагается отдельно.

Хм, интересно, кто подсказал этим бедолагам выставить ко мне подобные требования в такой вот «забавной» форме? Какую реакцию он пожелал увидеть с моей стороны? Чувствую — тут опять классическая «шахматная вилка», как бы я не отреагировал — всё одно понесу значительный ущерб. Соглашаться с выставленными требованиями категорически нельзя. Во–первых, это будет показатель слабости и за этими требованиями возникнут множество других. Жители Юмаю тоже не обрадуются свалившейся на каких‑то пришлых большой халяве, и потребуют облагодетельствовать в той же мере и их. Во–вторых, полученное без труда сильно развращает — прекрасно знаю по истории своего мира, потому никакого «социализма» сейчас тут не допущу. Только военный коммунизм! Все идут или на фронт или встают к станку. Кто не работает — тот не ест. Хотя, невидимый дирижер, кажется, ждёт от меня именно агрессивного ответа. Получив подобный список требований, настоящий авторитет должен ответить насилием и поставить всех несогласных в определённую позу. И это должно вызвать адекватный ответ от толпы, а она никак не меньше двадцати пяти тысяч, моих людей просто задавят грубой массой, ибо бежать людям, в общем, больше некуда, край. Однако выход из этой сложной ситуации всё же есть, только придётся немного побегать. Сказав «лучшим представителям гостей города» что подумаю над их, конечно же, вполне «справедливыми» требованиями, вернулся в особняк. Требовалось собрать группу поддержки и идти за городские ворота устраивать массовые митинги.


— Трудные времена наступили товарищи, и только совместными действиями, напрягая все силы, мы сможем пройти через них! — мой голос, подхваченный силой, свободно разливался на большое пространство.

Вначале хотелось частично повторить известную речь вождя народов: — «Товарищи! Граждане! Братья и сёстры! К вам обращаюсь я друзья мои!». Только уж сильно она противоречила имеющемуся огромному социальному разрыву между мной, авторитетом, и собравшимися тут людьми. Каждое подобное слово из моих уст означает, как минимум, прямое обещание поставить этих людей на один уровень с собой. Потому пришлось ограничиться только достаточно расплывчатым и ничего не обещающим словом «товарищи. Но даже эта малость стала заветным «золотым ключиком», открывающая многие сердца нараспашку.

Я стоял на высокой трибуне, покрытой ярко–красной тканью, перед огромной колыхающейся толпой, собравшейся вокруг. Здесь присутствовали не только беженцы, многие горожане тоже пожелали узнать, какие такие изменения вскоре их ждут, ибо про список требований ко мне прекрасно знал весь город.

— Как вы все теперь понимаете, если подлые каратели придут сюда, и мы их без боя пустим в город, то повторится та же история, как с городами Лесс и Титс, ныне полностью захваченных врагом и разграбленных почти до основания. И все требования со стороны бежавших оттуда людей к нашему городу, — да–да, вот так просто я себя связал с ним в одно целое, — окажутся совершенно бессмысленными. Всех вас если сразу не умертвят, просто выгонят в леса Смертных Земель, где каждый найдёт свою скорую смерть, — вместе с магическим усилением своего голоса накрыл огромную толпу взглядом силы и транслировал ей набор эмоций, где сквозил страх и настоящее тягучее отчаяние. — Здесь располагается последний рубеж обороны, край, за которым для вас ничего нет, и который отделяет жизнь от смерти, — передал в толпу несколько картинок «будущего конца света», одновременно усиливая транслируемые чувства.

Собравшиеся должны были по–настоящему проникнуться всем трагизмом сложившегося положения. А чтобы какие‑либо пришлые маги случайно не помешали мне творить своё подлое колдовство, толпу скрытно контролировали несколько молодых Ведьм под руководством Марины, спрятавшихся сейчас под трибуной.

— Как вы могли без боя сдать свои города подлым захватчикам? — окинул грозным взглядом толпу ещё раз, вплетая в ментальное воздействие липкое чувство вины. — На что вы надеялись, когда открывали врагам ворота? Ах, это, оказывается, сделали не вы сами, а кто‑то другой. А где вы были в этом момент? Почему вовремя не убили предателей и не встали на защиту своих домов? Бездействие в критической ситуации также преступно, как и преступное действие. Молчите…, что же, вы свой выбор сделали, и теперь стоите тут под открытым небом, принимая удары судьбы на свои неприкрытые головы…

Я проговорил без перерыва целый час, окуная собравшихся людей в сильнейшие эмоции, постоянно меняя их. Заставлял их плакать и улыбаться, кидая то вниз, то поднимая вверх. Страх и отчаяние сменялся надеждой и робким энтузиазмом, чтобы опять вскорости рухнуть под лавиной неумолимых обстоятельств и снова воскреснуть робким лучом света. Периодически прощупывал естественный отклик толпы на свои слова и предложения, продавливая нужные для меня мысли и решения. Никогда прежде не подозревал в себе скрытых талантов в области массовой промывки мозгов, но теперь реально почувствовал всю их огромную мощь. Меня самого реально цепляла собственная же речь, как доставалось другим, можно было только догадаться по выражению их лиц и размазанным слезам на щеках. Было несколько попыток испортить моё сольное выступление, но не зря я собирал специальную группу поддержки. Шестеро пришлых магов не перенесли тяжелейших мук совести, скоропостижно скончавшись от душевных терзаний. Теперь оставалось только воспользоваться моментом и полностью загрузить всех беженцев тяжелой работой за одну лишь продуктовую пайку, дабы у них не находилось лишнего времени подумать над своей тяжелой судьбой. Городское строительство по нашему генеральному плану в самое ближайшее время обещалось очень существенно ускориться. Вот только теперь мне самому придётся некоторое время восстанавливать свои силы и лечить нервы, ближе к завершению подступило сильнейшее чувство магического перенапряжения, и последний акт продержался исключительно на одной силе воли.


Вырубился, едва упав на свою постель, едва скинув ботинки. Даже и не помню, как дошел до своей спальни. Когда сознание вернулось, это не принесло полноценного избавления от всех вчерашних неприятностей. Да, способность управлять силой окружающего тепла полностью восстановилось, но вместе с тем порядка в душе так и не наступило. Вчерашнее выступление не просто отняло много нервов и сил, сам того не подозревая, я стащил в себя с людей результаты их предварительной обработки другими магами, которые умело настраивали беженцев против нашего города и меня самого. Своим ментальным и эмоциональным давлением мне удалось выбить тлетворное влияние из людских масс, но я сам при этом оказался под его воздействием и теперь внутренне разрывался противоречивыми чувствами и странными мыслями. Спасало разделённое сознание, так как серьёзно пострадали только активные в момент проведения митинга потоки. Заменить их другими, просто поменяв местами один на другой было невозможно, сказывалась накопленная отдельными потоками специализация. Быстро прошерстив замеченные повреждения, постарался вычистить всё привнесённое извне, вырывая и выбрасывая целые куски. Получалось плохо, удалось снять лишь самые сильные противоречия, мешающие сосредоточится на чём‑либо постореннем, остальное уже благополучно вплелось в структуру личности и вырвать без больших потерь их стало совершенно невозможно. Несмотря на проведённую расчистку, моя психика оказалась совершенно неработоспособной, не удавалось на чём‑либо долго удержать внимание, оставшаяся ментальная инфекция постоянно давала о себе знать, заставляя думать скверно о себе самом и о том, как можно незаметно навредить городу. Самое забавное, вместе с этим на уровне ощущений появилось знание, как среди других людей найти таких же «зомби» и включить их в свою тлетворную деятельность или влиться в уже действующий коллектив невольных саботажников. Вот это хороший подарок, теперь точно всех «засланных казачков» можно будет быстро выловить…, если всё же суметь остаться в своих собственных мыслях. Думая, как преломить столь неприятную тенденцию, попробовал заняться чем‑либо полезным, но вскоре убедился — получается полнейшая ерунда. Сосредоточиться для реальной магической практики не удавалось, руки не слушались, да и заниматься чем‑либо таким совершенно не хотелось. Физиология тела вроде как работала вполне исправно, более того, аппетит заметно возрос, и очень сильно хотелось бабу. Похоже, обнаружилась ещё одна очень коварная «внешняя закладка». Крайне сложно принудить к созидательному труду человека, который постоянно хочет есть и трахаться, а также думает, как бы скрытно навредить. Стоит высоко оценить неведомого противника, он действительно настоящий мастер ментального влияния, мне до него ещё ой как далеко. Даже не знаю, какие были бы последствия, если б поддался на уговоры, и пропустил оболваненную толпу беженцев в город. Сколько бы всяческих проблем они принесли и как долго мы бы разбирались со всеми последствиями? Действительно до большого городского бунта оставался всего лишь один маленький шаг. Опять невидимое провидение в очередной раз случайно спасло всех нас от больших неприятностей. А со своей больной головой я, так или иначе, рано или поздно, но обязательно разберусь.

Проведав целителя Осуса, и рассказал ему о своих проблемах, сильно этим озадачив. Просмотрев моё тело своими силами, и не обнаружив в нём каких‑либо нарушений, он удалился и немного погодя привёл Магистра Дана с кем, оказывается, уже довольно близко сошелся на своих профессиональных темах. Тот не стал применять свой магический талант, а устроил мне настоящий допрос. Пришлось передавать ему чувство–образ, по которому можно легко определить тех, кто попал под чуждое влияние, и теперь является невольным агентом врага.

— Невероятно! — воскликнул Дан, когда несколько минут простоял с отсутствующим видом, видимо с кем‑то мысленно общаясь. — Авторитет Вит, ты вчера совершил совершенно невозможное, полностью обратив эффект редчайшего «Проклятия Менял». Только теперь стало окончательно ясно — мы столкнулись именно с ним.

— Причём тут менялы, как ты смеешь клеветать на этих достойных людей! — праведное возмущение поднялось было из глубин сознания, вызывая вспышку гнева на своего подчинённого, прежде чем остановил её усилием воли.

Опять сработала неизвестная закладка, проявив себя, чем сразу же воспользовался, ювелирно вырезав её из своей психики. Больше она не вылезет.

— Менялы, говоришь? — полностью успокоившись, переспросил Магистра, с довольной ухмылкой смотрящего в мою сторону.

— Да, заметь, тест это сразу подтвердил, — перестав улыбаться, Дан посерьёзнел. — По такому вот особому эффекту некогда случайно и установили источник появления подобной гадости. Попавшие под действие этого проклятия признают только голос, идущий со стороны этих гадких мерзавцев, вечно скрывающихся в тени и опутавших своими щупальцами все королевства сверху донизу.

Не знаю, возможно последние слова тоже были каким‑то тестом, но они не вызвали у меня никакого эмоционального отклика. Я и сам вскоре стану одним из этой мафии. Мафии, да. Иначе и быть не может. Только сначала следует разобраться, почему эти самые Менялы выступили вместе с карателями, и на какой эффект они рассчитывали. Такого ведь настоящие деловые люди и влиятельные авторитеты никогда не прощают. Следует разобраться — это сделала сама организация или мне лично кто‑то из её членов объявил свою собственную войну?

— Ты знаешь, как дальше действовать в подобном случае? — спросил опять широко улыбающегося Магистра слишком обтекаемо, ибо считал — свои собственные проблемы сейчас не стоит ставить выше общего дела, с ними, в принципе, постепенно и сам разберусь.

— Последний раз нечто подобное произошло лет двадцать назад в одном из королевств, — Магистр начинал свой рассказ явно издалека. — Так и неизвестно, какой произошел конфликт между местным Лордом и Менялами и почему те просто не отправили к нему своих палачей. В результате произошедшего бунта черни, на сторону которой встала дружина, старому Лорду пришлось спешно покинуть своё королевство, а затем продать его другому Лорду. После бунт сам собой тихо завершился. Мой предшественник по службе разбирался с этим делом, откуда мне и известны некоторые подробности. Нам же сейчас уже нечего опасаться, ты как‑то сумел нейтрализовать вложенную в проклятие силу до того, как она выплеснулась наружу.

— Хочешь сказать — всё закончилось? — переспросил его, не будучи уверенным в такой лёгкой победе.

— Те шестеро, кого вчера убили Ведьмы — весьма дорогие наёмники, троих я сумел опознать по старой памяти, об остальных можно легко догадаться. Не гневайся на своих дев, они не смогли бы оставить кого‑то для последующего допроса, у каждого такого наёмника в голове спрятан специальный амулет, не позволяющий попадать живым в плен. Но они не могли бы сами убить себя, имелся ещё один, почувствовавший провал группы и активировавший смертные амулеты у остальных. Он тоже позже найден мёртвым недалеко от города. Само проклятие ставил буси Менял, про которого ничего точно неизвестно, и которого здесь точно не было, слишком он ценен, но без сильной группы сопровождения проклятие не сможет долго продержаться, выветрившись за пару дней после прохождения своего пика. Если бы толпа попала в город, то тогда её мы бы не смогли остановить, она бы ещё больше разрослась за счёт городских жителей. Подобное проклятие легко перескакивает к новому человеку, если тот чувствует себя в чём‑либо обделённым. Но у него имеется и специальная завершающая фаза. Если ты сейчас чувствуешь какие‑либо простые сильные желания, просто реализуй их и всё исчезнет, — он практически дословно прочёл мои последние мысли.


Ничего более не оставалось, забросил все запланированные дела, и пару последующих дней занимался вынужденным сибаритством к большой радости повара и женщин, соскучившихся по общению со своим вечно занятым Господином. Только на третий день все посторенние мысли, и простые, вытесняющие всё остальное, желания покинули мою голову. И сразу же стала очевидна цена этих двух дней радости плоти. Способности к концентрации и управлению точными процессами сильно деградировали, и их требовалось срочно восстанавливать. Иначе любая магия в моём исполнении будет опасна для окружающих и меня самого.

— Теперь повтори процесс ещё раз, — сказал совершенно ровным голосом Актиус, ставя передо мной новый флакон с очищенной водой и живым стеблем какого‑то растения, одновременно скидывая очередную испорченную субстанцию в корзину с браком.

Терпению зельевара можно только позавидовать. Шестой час подряд я впустую перевожу его ценное сырьё. Даже самые простые процессы перетягивание свойств исходных компонентов в воду даются мне с огромными затратами сил. Та самая ровность и строгий контроль, ранее бывшие моими главными помощниками во всех длительных магических действиях, куда‑то запропастились и никак не хотят возвращаться обратно. Некоторый прогресс есть, если поначалу вообще всё сразу уходило в брак, то теперь в корзину уходить только половина. Актиус тут тоже хитрит, постоянно подсовывая мне более сложное для обработки сырьё. Так, продолжим.

Сконцентрироваться, ощутить общность сначала между стеблем растения, а затем водой в серебряном флаконе. Теперь легонько подтолкнуть невидимое глазу движение из одной стороны в другую и держать медленно текущий тончайший поток, не позволяя ему прекратиться или выплеснуться одним махом. Ух, как это непросто, снова подключаю второй поток сознания, ожидая резкого рывка и провала очередной попытки, но нет, всё идёт, как должно быть. Третий поток вступает в дело так же незаметно и берёт полный контроль на себя. Сейчас первым потоком можно спокойно осмотреться вокруг, отключить второй, и ждать завершения процесса. Кажется, всё получилось. Да, зельевар забирает готовый эликсир и ставит передо мной очередную порцию. Повторим операцию.

На десятом удачном флаконе подряд, Актиус облегчённо выдохнул и торжественно поздравил меня с возвращением утраченных способностей. Но сбежать от него он не дал.

— У меня почти закончились «промежуточные эликсиры», помоги сделать некоторый запас…, — в его глазах при этом разлилась великая грусть, видимо рутина изготовления этих самых «промежуточных» являлась для него совершенно непереносимой.

— Ладно, кидай на стол компоненты, — показательно вздохнул в ответ на такую просьбу, про себя считая необходимым закрепить снова обретённый талант.

И ещё восемь часов времени куда‑то незаметно подевались, но Актиус был очень доволен. Ещё бы, после того, как я восстановился, в брак ушел только один флакон, да и то по вине внешних обстоятельств. Нас навестила Марина, видимо, желая немного пообщаться, в момент, когда я предавал контроль с одного потока сознания на другой. Даже не отругав её за бесцеремонное вторжение, пообещал вернуться, как только завершу свои дела и снова окунулся с головой в рутинное зельеварение.

— Приходи завтра ещё, есть одна интересная идея, её надо проверить, — напутствовал меня Актиус, когда план по «предварительным эликсирам» был уже многократно превышен.

— Опять желаешь перекинуть всю рутину на меня? — улыбнулся на его незамысловатое предложение ещё немного поработать за него.

— Возможно, нам удастся приоткрыть одну очень старую тайну, о которой все зельевары уже и не мечтают, — попытался заинтересовать меня он, когда уже покидал его мастерскую.

На улице уже давно была тёмная ночь…


Если раньше, едва потеряв потребность во сне, хотелось ночами чем‑либо заняться полезным, двигать прогресс вперёд, шагая семимильными шагами, то теперь учился спать заново, как и все обычные люди. Проклятие Менял в этом деле немало поспособствовало. И всё равно, больше четырёх часов поспать не удалось. Тихо выскользнув из объятий Марины, отправился в амулетную мастерскую, проверить, как там идут дела без моего постоянного присутствия. Едва заглянув туда, сразу прикрыл дверь, чтобы заглянуть снова, тряхнув пару раз головой для порядка. Уж очень не хотелось спугнуть то прекрасное видение, открывшееся за дверью. Вместо перманентного хаоса и рабочего бардака, там царил просто идеальный порядок. Ничего не валялось, ранее разбросанные по углам кучи заготовок теперь занимали места на аккуратных стеллажах, груды бракованных деталей куда‑то исчезли. Станки и различные приспособления для наших основных производств, дружно переехали в дополнительную двухэтажную пристройку, расположившись исключительно удобно для подхода к ним. Интересно, кому из наших мастеров пришла в голову такая замечательная идея, а может, надоумил кто? Ближе к утру расспрошу народ, страна должна знать своих героев.

Обнаружив свой любимый рабочий стол в отдельном небольшом кабинете, залил энергией световые шары и принялся за предварительное конструирование сельскохозяйственной техники, вспоминая давнишние телевизионные передачи. Многое приходилось изучать, но вот о сельскохозяйственных машинах имел представление только по картинкам, никогда не сталкиваясь с ними в реальности. Первое дело — трактор. Тут ничего сложного, требуется большое тянущее усилие и желательно низкая нагрузка на грунт, высокая скорость не требуется. Потому ставим силовую установку от нашего грузовика вместе с зубчатым редуктором на приводной вал, прямой электропривод тут не пойдёт. Колёса максимальной высоты и ширины, гусеничную технику пока делать не буду. К трактору нужно сделать универсальный крепёжный элемент, за который можно закреплять плуги или цеплять телеги, а также спереди ставить ковш, такой агрегат пригодится и на стройке. Быстро набросав пару дюжин эскизов, отложил эту работу, прикидывая в уме, как должен работать зерноуборочный комбайн. Из всего механизма вспоминалась только большая передняя вращающаяся конструкция, и изогнутая труба, через которую комбайн пересыпал обмолоченное зерно в грузовик. По памяти нарисовал общий внешний вид нескольких моделей данных машин и отложил это дело. Попробую максимально подробно обрисовать ситуацию и озадачить мастеров. Возможно, они с ней справятся и без меня.

«Ага, вот кто, оказывается, тут за идеальный порядок теперь отвечает…», — мастера Бокка с двух сторон под ручки вели две молодые Ведьмы из команды Марины, и вид у этой троицы был весьма довольным, хотя сам мастер часто зевал. Занятные дела тут происходят, пока кое‑кто сильно занят своими проблемами. Сделав вид, как будто не заметили моего присутствия, пришедшая троица стала активно запускать производственный комплекс. Бывшие «порченые девы», похоже, уже разбирались во всей этой амулетной техники не хуже самого мастера, так как всё нужное делали сами и без лишних слов. Вскорости заявился и мастер Мифас, весьма неодобрительно взглянув на своего коллегу и его подруг, не обратив внимания на наличие рядом лишнего наблюдателя. Перестав таиться в выделенном специально для меня закутке, вышел и поприветствовал всех присутствующих, после чего выдал мастерам новое задание, передав сделанные за ночь эскизы вместе с объяснением, как всё в итоге должно работать. Пока объяснял и отвечал на многочисленные вопросы, в том числе и от двух дев, к нам подошли шестеро «постельных служанок», которые тоже явно определились на регулярную работу в мастерской. Вот, значит, отчего произошло резкое увеличение производства в последнее время. Стоило сократить изготовление синих кольчуг, девы сразу заскучали, и сами наши себе дневное занятие по душе. Другой бы стал переживать по поводу начавшейся ползучей эмансипации, но я не буду.

— Приходи к нам после обеда, будем изучать новую телегу сбежавшего Питса, — заявил мне мастер Бокк, когда уже окончательно собрался покинуть мастерскую, дабы пойти позавтракать.

— Новую телегу? — удивился я, остановившись в дверях.

— Ты разве ещё не знаешь, какие трофеи твои гвардейцы вчера притащили? — тот посмотрел с некоторым подозрением на мой немного растерянный вид.

— Вчера с Актиусом в его мастерской с утра до поздней ночи просидел, — отмахнулся от его подозрений, хотя мог бы этого и не делать.

— Тогда всё понятно, если зельевар засел за свои флаконы — всё, считай — нет с нами живого человека, — хмыкнул в бороду явно не выспавшийся мастер. — Ты, Вит, пожалуйста, не связывайся с ним слишком часто и не оставляй нас одних, хорошо.

— Уговорил, слишком часто связываться с ним не буду, — кивнул ему. — Так какие там трофеи, говоришь? — вернул тему разговора в более актуальное русло.

— Они там большую войну развязали и прихватили полный обоз армии карателей. Тридцать восемь новых самодвижущихся телег, к каждой из которых цеплялось сзади ещё по паре обычных, — он сумел серьёзно удивить меня такими невероятными известиями. — Их пока оставили при складах, но к обеду обещали пригнать парочку нам для изучения. Да ты сам сходи, разузнай, тебя ещё со вчерашнего вечера люди искали.

Если так пойдёт и дальше, войну кто‑то выиграет и без меня. А потом и весь мир захватит, не спросив совета, стоит ли это делать или нет. Создал деятельную команду на свою голову. Пора действительно наводить порядок, хватит лечить нервы и заниматься ерундой.


— Таким образом, нам удалось реализовать имеющийся на сегодня потенциал и достигнуть в последней операции полного успеха, — капитан Тук чётко отчитывался в проделанной работе, показывая на висящей большой карте местности все действия наших отрядов.

Слушать его было весьма интересно, чувствовался немалый опыт, усиленный новыми инструментами в виде той же карты и длинной указки.

Несмотря на моё выпадение из дела, военная машина сработала, не потеряв эффективности. Капитан Тук почти полностью выполнил поставленные ему условия, но подошел к делу творчески. Зачем тревожить только блокпосты и перехватывать отдельные дозоры, когда можно спокойно захватить целый обоз и кучу людей в придачу? Тем более если противники делают одну ошибку за другой.

Наши первые налёты и нападения на отдельные вражеские отряды не остались незамеченными. Потеря дюжины магов, обеспечивающих связь, сильно ударила по координации действий противника, особенно при удалении от основных баз. В результате ближайшие к нам блокпосты оттянулись к перекрёстку, где основная дорога расходилась к разным городам. Перекресток — точка стратегическая, потому контроль над ним сейчас обеспечивает решающее военное преимущество в целом. Каратели расположили там несколько крупных мобильных отрядов, общей численностью в три сотни бойцов, к которым может быстро подойти подкрепление из самих городов. Если бы мы решили прямо атаковать на этом участке, то пришлось бы биться со всей карательной армией в самой ближайшей перспективе. Но Тук решил не идти напролом, а действовать хитростью. Противники приготовили для нас свой сюрприз, организовав пару удалённых блокпостов–ловушек. Если бы мы попытались на них напасть, как обычно делали раньше, то в дело вступили бы дополнительные отряды, призванные перекрыть пути отступления и раздавить небольшие группы диверсантов. Наша разведка вовремя обнаружила потенциальную угрозу, и с этого момента началась большая военная операция. О готовящемся огромном обозе тоже вовремя стало известно, что и придало операции окончательный вариант. Оставалось рассчитать, когда обоз примерно подойдёт к перекрёстку и как‑либо оттянуть основные силы, охраняющие его, после чего обоз становился лёгкой добычей. Реализуя преимущество в знании местности и связи, капитан Тук подготовил пару засад, куда диверсионные группы должны были завести своих преследователей. Эти места как бы совершенно случайно оказывались недалеко от перекрёстка, и попавшие под огонь каратели обязательно запросили бы подмогу. А дальше оставалось лишь выждать, пойдут ли к ним на выручку те, кто должен сторожить дорогу, или сначала подождут подхода свежего подкрепления из городов. Как оказалось впоследствии — пошли. Причём рванули сразу все, оставив у перекрёстка всего пару дюжин бойцов. Охрана каравана была малочисленной, и не оказавшей какого‑либо заметного сопротивления, полностью попав в плен после мощного ментального удара. Как только обоз был захвачен — отправили по радио сигнал остальным группам об отступлении. Дальше сражаться уже не имело никакого смысла. План отступление был тоже хорошо продуман, однако не обошлось без жертв. Наши потери в этой операции составили три человека убитыми, каратели же потеряли минимум полторы сотни только от обстрела, не считая пленных. Казалось бы, состоялась видная победа и можно немного порадоваться, если бы не потеря при отходе одного бойца со всем оружием и экипировкой, которая теперь досталась врагам. Пусть они её и не смогут воспроизвести, даже стрелки для электромагнитных пушек требуют сверхпроводящей проволоки, но зато теперь им стала известна часть нашей реальной силы, и теперь они будут действовать куда осторожней. Впрочем, по повышенному энтузиазму капитана Тука можно твёрдо сказать — спуска он им теперь точно не даст.


— Вот, смотри, как хитро он решил проблему быстрого выгорания плетений силы, — мастер Бокк с большим трудом положил передо мной снятое с трофейной телеги колесо.

Питс не придумал ничего принципиально нового, он просто сделал своё каменное мотор–колесо большим и тяжелым. Толкающие плетения силы внутри камня стали более массивными и разрушались уже не так интенсивно, как это было в первых версиях. Существенно изменились и гибкие тепловые трубы, которые стали составными и имели шарниры. Такую телегу не требовалось ремонтировать каждую дюжину километров пути, по примерным прикидкам, её ходовой ресурс увеличился на пару порядков по сравнению с первыми вариантами. Также существенно увеличилась и общая грузоподъёмность, примерно до двух тонн, за счёт одновременного использования сразу двух обычных печей мягкого тепла в качестве источника энергии. Впрочем, скорость хода этой конструкции оставалась низкой, даже незагруженную телегу мог легко обогнать бегущий человек. Существенно изменилось и управление, уж не знаю, кто сделал для Питса регулирующие амулеты, но теперь телегой мог рулить обычный простак, а не маг, как раньше. Но главное — в перспективе подобные телеги могли легко производиться другими мастерами в королевствах, потому века безраздельного царствования на дорогах тягловой скотины, тут, похоже, подошли к концу.

Новых самодвижущихся телег было ещё мало, и в обозе к ним прицеплялись другие, на которые клали до тонны дополнительного груза. И перевозимый за один рейс общий вес внушал уважение даже у меня. И потому потеря этого обоза вместе со всем грузом для армии карателей станет весьма неприятным. Там ведь не только одно продовольствие было. Тех же переносных печей для изготовления новых телег или для ведения боевых действий магами полторы сотни штук. Похоже, все близкие резервы подобрали, так как многие печи были разными, как по возрасту, так и по своей конструкции. Немного обычного оружия, преимущественно усиленные арбалеты и специальные дальнобойные болты к ним. Оценив наши возможности стрелять из своего оружия на очень большое расстояние, враги сделали правильные выводы и попытались что‑либо противопоставить со своей стороны. Ну и больше всех теперь страдать от этой потери станут вражеские командиры, нам достался немалый запас весьма дорогих элитных алкогольных напитков, которые везли, наверное, для того, чтобы часто праздновать победы. Теперь пускай думают исключительно на трезвую голову, может, и сдадутся побыстрее.


* * *

## Смертные Земли, город Лесс, дворец местного авторитета.


— Маф, уходи подземельем, пока они не начала, мы все их сможем лишь только ненадолго задержать, — лично преданный авторитету буси Холт попытался силой запихнуть своего господина в подвал, откуда можно было открыть подземный ход.

— Почему ты так уверен в их намерении идти на приступ? — выдернутый из кровати, где он проводил время со своими девами престижа, смотрящий города пытался показать своим людям полное отсутствие какого‑либо волнения в своём голосе.

— Зачем тогда вокруг собралось столько гвардейцев и буси из армии королевств? — вступил в разговор другой буси Моан, совсем недавно занявший в дружине авторитета должность руководителя подразделения разведки, после показательной казни его предшественника за явное предательство.

— А вот сейчас я сам выйду и спрошу тех господ… — авторитет решительно отодвинул в сторону своих людей, попытавшихся, было, перегородить ему дорогу.

— К чему тут собрались ваши люди, командор Ош? — спросил подошедший к троице сильно выделяющихся на фоне остальных военных, авторитет Маф. — Со своей стороны мы полностью соблюдаем нашу прежнюю договорённость.

— К вашему сожалению, с сегодняшнего дня она нас полностью перестала устраивать, — командор взглянул на авторитета, как на небольшую досадную помеху его великим планам, и подал кому‑то знак пальцами.

Хоть об этом сейчас знало очень мало живых людей, Маф и сам был весьма сильным буси, способным потягаться с весьма известными соперниками. Иначе бы он никогда не занял своё нынешнее место. Потому, выходя к ждущей его появление троицы высших командиров армии карателей, он не сильно боялся за свою жизнь. Более того, у него всегда имелся запасной план, на случай, если всё пойдёт не так. Потому, в случае возникновения опасности он готовился быстро захватить командиров в плен, а затем прикрываться ими как заложниками. Да, впоследствии всё равно придётся покидать свой город, только не тем подземным ходом, про который знали его люди, а, следовательно — и разведка карателей. Имелся ещё один тайный ход, о котором знал только сам авторитет, все прочие давно умерли. Более того, Маф заранее позаботился и о том месте, где можно спокойно переждать большие неприятности. Но едва он попытался призвать силу для исполнения своего запасного плана, как ощутил потерю возможности что‑либо сделать, сила больше не слушалась его, как и перестали действовать многочисленные амулеты, спрятанные под землёй на площади перед дворцом. Командор же, отметив изменение выражение лица авторитета, на котором впервые за много лет появился страх, лишь улыбнулся в свои щёгольские усы, и добавил:

— Прикажите своим людям немедленно сложить оружие, дальнейшее сопротивление лишено смысла.


## Там же, четыре часа спустя.


— Итак, наконец‑то все в сборе, — командор Ош быстро окинул взглядом собравшихся за большим столом в апартаментах дворца авторитета Мафа.

Сам Маф сидел не как обычно во главе этого стола, а находился ближе к правому краю вместе с двумя своими людьми. Напротив него также с двумя сопровождающими сидел авторитет Хос, смотрящий города Титс, тоже без боя сдавшийся на милость карателям. По выражению его лица было хорошо видно — особого удовольствия от нахождения здесь и сейчас он явно не испытывает.

— Спешу довести до сведения всех собравшихся тут, — командор встал со своего стула и стал прохаживаться за спинами сидящих людей, — с завтрашнего утра тактика наших совместных действий… — он вдруг на пару мгновений замолчал, вцепившись взглядом в повернувшегося к нему Мафа. — Наших совместных действий! — повторил он ещё раз специально для него более строгим голосом. — Присутствующие тут смотрящие Маф и Хос, по дошедшим до меня сведениям, собирались вскоре объявить свою войну смотрящему городу Юмаю авторитету Сому. Нам подумалось, что стоит немного ускорить принятие ими такого верного решения.


* * *


## Смертные Земли, город Юмаю.


К назначенному на завтрашний день путешествию всё было уже собранно. Собственно, многого брать и не требовалось, в дорогу отправляемся вдвоём с мариной на своих мотоциклах, рассчитывая по–быстрому осмотреть пригодные для земледелия участки. Опрос искателей немного прояснил ситуацию, поля там действительно есть и даже до сих пор не заросли лесом, но ничего представляющего интереса, по их мнению, уже давно нет. Несколько небольших поселений алхимиков, из которых всё ценное унесли ещё во время давней войны. Вспомнив предложение зельевара, решил навестить его ещё раз.

— Я тебя уже давно жду, всё необходимое давно готово, — встретил меня Актиус на пороге своей мастерской.

— Ты говорил вчера про какую‑то тайну? — окинул взглядом рабочий стол, плотно заставленный лотками с какими‑то непонятными ингредиентами и флягами разного размера. И раньше в качестве исходного сырья иногда использовались минеральные компоненты, но по большей части, эликсиры приготовляли всё же из растительных или животных основ. Но явно не сейчас.

— Первая необходимая последовательность преобразований начинается с этого края, — зельевар поставил стул с одного края стола, приглашая меня усесться на него.

И не очень понятное дело завертелось, если можно так выразиться в подобном случае. Хотя реально работал исключительно я сам, но при этом чувствовал себя лишь своеобразным исполнительным механизмом, чётко выполняя инструкции мастера. Явного брака в работе не образовывалось, однако далеко не каждый флакон с какой‑то производной, куда со значительными усилиями перемещалась некая суть исходного минерального сырья, Актиус признавал годным к дальнейшей обработке. Время опять куда‑то незаметно запропастилось, вспомнил о нём, только когда сам мастер предложил немного передохнуть. Да и подготовленное им исходное сырьё полностью иссякло. Однако это был только первый этап. Сходив в столовую и по–быстрому перекусив, мы вернулись обратно, чтобы продолжить работу. Дальше шли многочисленные преобразования свойств и отдельных внутренних функций наработанных вначале «промежуточных эликсиров». Тут уже пошел брак, однако в начале было заготовлено много лишнего материала как раз на такой случай. Снова несколько часов и очередной перерыв, совмещённый с походом в столовую. За окном уже стемнело, но оставался последний, самый главный этап, который нельзя отложить на потом.

— Полученные нами «главные компоненты» нестойкие, в таком состоянии их хватит лишь на несколько часов, затем они распадутся. Нужно довести дело до конца обязательно сегодня, — объяснил мастер, когда указал ему на позднее время.

Пришлось послушаться его, хотя уже отметил незаметно подступающую магическую усталость. Думал, последний этап затянется и опять придётся долго восстанавливать утраченные силы, но, к счастью, ошибся. Примерно одного часа мне хватило на компоновку и передачу свойств «главных компонентов» в финальный эликсир, для которого была взята большая пятидесятилитровая фляга. Когда работа завершилась, Актиус несколько раз порывался проверить полученный результат, но каждый раз сдерживал себя, так как требовалось подождать завершение последнего процесса, уже не нуждавшегося во внешней поддержке с нашей стороны. Большая фляга заметно нагрелась, не меньше полусотни градусов, по крайней мере, просто так руку на ней держать было трудно.

— Теперь уже можно, попробуй! — зельевар достал тонкую трубку–пробник, набрав туда несколько капель бесцветной маслянистой на вид жидкости «конечного продукта» и поднёс её к моему рту.

Сомневаясь в его желании так незатейливо отравить меня, открыл рот и высунул язык.

— Ох! Ну и гадость, бррр…, — едва «продукт» оказался во рту, скулу свело от чудовищной горечи.

— Что это такое было? — еле–еле выдохнул, запив гадость вовремя поднесённым стаканом с простой водой.

— Подожди минуту, — Актиус был весьма довольным, несмотря на направленный в него мой взгляд, от которого можно было загореться.

Минуту ждать не пришлось, моё недовольство ещё не достигло своего максимума, когда ощутил эффект действия, сильно похожий на тот, который возникал после пары глотков эликсира жизни. Только сейчас бодрость и резкое возрастание сил было ещё сильнее. Также чувствовались и ещё некоторые изменения в теле, причём все они были исключительно позитивными. А ведь на язык попала едва одна капля непонятной субстанции, над которой мы вдвоём работали больше половины дня, изведя минимум центнер исходного сырья и множество литров специально очищенной воды.

— Идеальный эликсир силы и здоровья, — заметил Актиус, глядя на моё сильно удивлённое лицо. — Судя по древней легенде, именно из него потом создали простой эликсир жизни, — сказал он немного погодя.

— Подожди, — внутренние чувства не позволяли мне мыслить полностью рационально, — как же так, эликсир жизни мы получаем из корня жизнянки, причём это простой эликсир с прямым переносом свойств.

— А откуда эти свойства берутся в том самом корне? — ехидно улыбаясь, спросил меня мастер, поставив своим вопросом в тупик.

— Ну… — мне пришлось спешно вспоминать все свои знания о сём уникальном растении, благо голова к этому моменту полностью прочистилась, — жизнянка растёт в особых местах только рядом с деревом–стражем и потому её корень…, — говорил и сам же ощущал, что несу полнейшую чушь.

— Древняя легенда гласит — жизнянку, как и многие другие растения с очень полезными свойствами, создали специально древние мастера, — голос Актиуса набрал мощь, его распирало от чувства превосходства над всеми прочими своими коллегами. — Все те сложнейшие преобразования, которые ты сегодня произвёл с исходными компонентами, авторитет Вит, растение делает само за весьма продолжительный срок своего роста, а конечный продукт помещает в своём корне, дабы обычные люди смогли легко получить из него ценнейший эликсир. Именно так говорится в той легенде. Раньше в неё никто особо не верил, ибо ни у кого из зельеваров не хватало сил и способностей провести всю полную цепочку преобразований от начала до конца. Но теперь мне удалось доказать сам факт искусственного происхождения жизнянки и некоторых других растений. Такое открытие заслуживает звания Великого Мастера, если будет признано гильдией зельеваров и Столичной Академией.

Вот значит как, несмотря на свой формальный статус моего раба, он тут занимается научными изысканиями, грубо используя непосредственного хозяина в роли подсобного рабочего? Мне вся грязная работа, а ему великая слава и почёт? Хотел, было, высказать ему в подобном духе, как он меня опередил, озадачив в очередной раз:

— Жалко, никому кроме нас и нашего узкого круга людей нельзя сообщать обо всём этом.

— Почему же? — спросил его, уже примерно догадавшись о причине его больших сомнений.

— Это станет слишком большим попранием основ, низводящим в глазах большинства людей всё современное искусство зельеварения до уровня жалкого подражания древним, как это некогда произошло с амулетами. А ведь за прошедшие с тех пор века были созданы множество иных ценнейших эликсиров, которые невозможно получить из искусственно созданных древними мастерами растений.

У меня, вообще‑то мысли на тему были совсем иными. О «профессиональном престиже» я ведь даже не задумался, представляя главную опасность в попытках воспроизведения технологий из древних легенд другими зельеварами. Работая с исходными компонентами и последующими преобразованиями, несколько раз отмечал заметную озабоченность моего наставника по данной части. Вероятно, не такая уж и безопасная эта работа. Мастер ведь пропускает некоторые потоки через самого себя, и есть немалая вероятность просто не пережить некоторые производственные этапы, просто здоровья не хватит. Ладно, не стану приписывать Актиусу намеренного желания побыстрее сжить со света своего хозяина, который слишком по–доброму к нему относится.

— Какие ещё полезные свойства имеет этот «идеальный эликсир», — спросил своего хитрого раба о более актуальном.

Тот вместо ответа вначале просто пожал плечами, и только потом стал рассказывать:

— Об этом в дошедшей до наших дней легенде ничего не говорится, кроме слов «полный», «идеальный», «позитивный» для любого человека и животного. Есть собственные мысли — данный эликсир гораздо сильнее хорошо известного нам эликсира жизни, и его требуется гораздо меньше, но все прочие свойства нужно проверить на практике его непосредственного использования. Если ты разрешишь, мы его выдадим нашим боевым отрядам, а также проверим на раненых, и тогда вскоре можно будет определить уже точно.

— Сначала договорись с целителем Осусом и тогда проверяй, — я принял вполне естественное в такой ситуации решение, поднимаясь из‑за стола.

Внутри меня бушевала шальная энергия, требуя немедленного выхода в физической активности. Давненько я не танцевал со своим «живым» мечом в ночной темноте…


Мы выехали в путь ещё затемно, опасаясь не столько врагов, сколько дневной жары. Погода обещалась быть безоблачной, потому основную дорогу лучше пройти по утренней прохладе. Хоть до нужного места ехать не так далеко, но это только если судить по карте. Требовалось сначала обнаружить ответвление от основной дороги, ведущее к нужному району, ибо пробираться через лес и заболоченную низину не самое приятное дело. Ответвление мы нашли быстро, в качестве чёткого ориентира имелась небольшая речка, но оно было совершенно непроезжее. Когда‑то давно новую дорогу выложили каменными плитами, а потом их сняли и куда‑то увезли, оставив лишь несколько расколотых камней при погрузке. Лес же не преминул воспользоваться таким обстоятельством, и теперь на месте бывшей дороги имелась лишь едва заметная звериная тропа, остальное капитально заросло молодой порослью и густыми кустами. Даже искатели нечасто ходили этим маршрутом, далеко от городов и практически нечего брать. Пришлось пару–тройку километров, держа за рули, вести мотоциклы, затем лесная дорога опять стала вполне проезжей, так как здесь оставались нетронутыми каменные плиты. Видимо, её не полностью разобрали, сняв покрытие только близко к основному пути. Пара дюжин километров по лесной дороге и мы выехали на совершенно открытый участок. Лес неожиданно обрывался, словно уткнувшись в невидимую границу, за которой начинались заброшенные поля. Пройдя по краю этой границы, обнаружил торчащие из земли небольшие каменные столбики, от которых изредка проскакивало в сторону далёких гор какое‑то слабое колебание силы. Именно оно, похоже, и сдерживало экспансию леса на открытое пространство. Впрочем, в некоторых местах небольшие кусты всё же смогли отвоевать жизненное пространство у травянистых растений. Среди полевого многообразия достаточно часто встречались одичавшие потомки культурных злаков. Поехав несколько километров прямо по колыхающемуся в порывах ветра морю зелени, мы обнаружили уже вполне сохранившиеся участки культурной пшеницы, вот–вот доходящие до уровня зрелой спелости. Впрочем, эта спелость была слишком неоднородна, так как здесь же встречались колосья, только–только наливающиеся соком и вообще много совсем молодых побегов. Значит, хоть с семенным фондом проблем не возникнет. Ибо имелись вполне веские подозрения в специальной предварительной обработке магией всего поставляемого в Смертные Земли зерна, дабы полностью исключить возможность его прорастания.

Ближе к горам обнаружились заросшие ржаные и гречишные поля, тоже представляющие исключительно семенную ценность. Пара крестьянских посёлков алхимиков, расположившихся вдоль небольшой речки, текущей со стороны гор к лесу и петлявшей зигзагами через обширные поля, вызывали совершенно удручающие впечатления полнейшей разрухи. Всё более–менее ценное отсюда давно утащили, изъяв металл до самого последнего гвоздя. Оставались на месте лишь крепкие кирпичные остовы домов, заполненных внутри всяким мусором, часто со следами давнишних пожаров. И всё же слишком хорошо строили свои дома алхимики, каменные кладки простояли под открытым небом без всякой защиты более полусотни лет и не потеряли свой прочности. Хоть завтра можно ставить крыши и настилать полы, затем малярно–штукатурные работы и получится не хуже новостроек. Решено — сразу по возвращению отправлю сюда пару строительных бригад, одна быстро починит дорогу, а вторая займётся восстановлением домов и хозяйственных построек для техники. За ними сразу же пойдут желающие записаться в колхозы, пора этой пустующей земле вновь обрести деятельных хозяев.

Вроде бы всё интересное осмотрели, и день катится к вечеру, можно возвращаться. Дорога окончилась во втором дальнем посёлке, дальше пути нет. Только на карте где‑то тут ещё нарисована приличная горная долина, которую стоит искать, двигаясь против течения речки. «Очень интересное дело», — тихо сказал себе под нос, анализируя невероятные ощущения, поступающие от искательского амулета. Ловушки. Огромное множество ловушек, надёжно перекрывавших узкое ущелье, за которым должна была быть интересующая нас долина. Ловушки стояли даже на отвесных скалах, потому даже альпинисту тут ловить нечего. Кто‑то очень сильно хотел, чтобы в долину случайно не проник никто посторонний из людей, но при этом на зверей подобное ограничение явно не распространяется. Когда мы подъезжали к ущелью, в него на наших глазах юркнула небольшая стайка парнокопытных, больше всего похожих на лесных оленей. Ущелье было шириной около десяти метров, и по его дну текла речка, благодаря которой мы его так быстро и нашли. Но заглянуть дальше было невозможно. Ущелье изгибалось, и кроме отвесных скал ничего не было видно. Взгляд силы здесь тоже пасовал, так как горы легко размывали его.

— Прямо какое‑то тайное убежище там прячут, — Марина подошла вплотную и незаметно подключилась к моим чувствам, так как у неё при себе сейчас отсутствовал искательский амулет.

А ведь специально для неё расковырял одну штуку из давних трофеев, снятую с шеи одного отступника Искательского Братства. Тот по своим возможностям практически не отличался от моего знака, разве только не проверил его в роли пропуска ко вратам на «Чёрном Перевале».

— Если кто‑то хотел здесь что‑то особенное спрятать — нам нужно непременно это увидеть! — повернулся к девушке, перестав вслушиваться в свои ощущения. — Пройти здесь ногами абсолютно нереально, дыр и тайных троп нет совсем, — я вынес свой окончательный вердикт. — На большой скорости тоже не проскочить, там сплошные камни, а не ровная дорога. Остаётся один вариант — перелететь по воздуху. Лечу один, ты остаёшься тут и ждёшь меня или моего сигнала по радио. Ущелье это тянется несколько километров, заряда в накопителях амулетных конструкций пролететь в одну сторону у нас точно хватит, а вот на обратный путь — уже не уверен.

— Почему ты меня не хочешь брать с собой? — сразу же насупилась рыжая Ведьма. — Я тебе успела сильно надоесть?

Ох уж эти женщины. Вечно не о том думают…

— Сколько времени тебе потребуется на полную зарядку накопителей исключительно своими силами? — своим вопросом мне, похоже, удалось сбить её обидчивое настроение, всё же Марина на редкость умная девушка.

— Ты же мне обязательно поможешь… — с затаённой надеждой во взгляде глянула она в мою сторону.

— И тогда мы рискуем застрять с той стороны на лишнюю пару недель, а у нас ещё война не закончилась, — последним ответом полностью обрезал ей все обходные пути добиться разрешения следовать со мной.

Ничего, пусть посидит и подождёт немного, быстро осмотрюсь с той стороны и сразу назад. Главное узнать — не поджидает ли нас там особый неприятный сюрприз из тех, которые проявятся лишь в момент освоения нашими людьми бесхозных полей. Не просто же так в этих глухих краях ещё никто не поселился.

— Обещай мне быть особенно осторожным, — девушка кинулась на мою шею и чуть не придушила.

«Это любовь… и только её сейчас мне явно не хватало», — проскочила мысль в голове, когда всё же сумел выбраться из жарких объятий.

— Кто в море утонет, тот завтра купаться не пойдёт! — продекларировал в ответ надпись с таблички, установленной на одном южном пляже. — Постарайся не беспокоиться зря пару дней, даже если вдруг пропадёт связь, горы могут помешать прохождению радиоволн, — предупредив напоследок свою подругу, резко подпрыгнул в воздух.


— Да вы здесь совсем одурели, параноики хреновы! — восьмой по счёту огненный шар бессильно растёкся по моему щиту силы.

Это не считая четырёх молний и ещё парочки непонятно чего. Накопители почти пусты, держусь в воздухе и поддерживаю щит только благодаря обретённым возможностям Великого Повелителя, иначе давно бы валялся кучкой пепла на дне этого проклятого ущелья. Первая пара километров пути по воздуху совершенно не предвещала чего‑либо сложного. Набрав достаточно высоты, проскочил над обширными полями первых ловушек, но лишь стоило миновать второй поворот ущелья, как в меня со всех сторон полетела злобная магия. Снизу от земли и со стен, где тоже прятались какие‑то слишком мощные и дальнобойные ловушки. Спасла от мгновенной смерти большая скорость полёта и щит силы, предусмотрительно врубленный на самый максимум, несмотря на его прожорливость. Подняться ещё выше, дабы полностью обезопасить себя, не позволял резко возрастающий в таком случае расход энергии, запаса которой уже практически не оставалось. Приняв на щит следующую молнию и пару шаров, резко нырнул вниз, стараясь ещё больше увеличить скорость полёта — это был единственный шанс увернуться от большинства других подобных «подарков». Всё, накопители пусты, теперь остаются только свои силы.

Наверное, моя невысказанная вслух молитва, была кем‑то услышана прежде, чем бездыханный труп плюхнулся на острые камни. Последний огненный шар окончательно сбил защиту, секундная потеря концентрации ведущего потока сознания и моя тушка уже летит вперёд только по инерции, причём, всё ближе и ближе к земле. Только злобные ловушки, так сильно доставшие меня, неожиданно закончились, а острые камни внизу вдруг сменились синевой глубокого озера, в которое я и плюхнулся со всей своей скорости. Отбив о воду всё, что только можно, долго кувыркаясь по поверхности, и едва не захлебнувшись на глубине едва ли в половину метра у самого берега.

Выбравшись из воды, скинул с себя кольчугу и мокрую одежду на нагретые солнцем камни. Нереальность только закончившихся событий не позволила прилечь рядом и немного блаженно расслабиться с мыслью о благополучном окончании очередного смертельного приключения. Попробовал восстановить события последних секунд перед падением, ибо кое‑что выбивалось из общего разряда, упасть в воду должен был уже обгорелый труп. Вот щит полностью сдох, пара шаров пролетела мимо, а молния как раз должна была крепко «поцеловать» мою спину, а за ней сразу же ещё какая‑то непонятная хрень. Так, не понял, куда вы все делись? И откуда на кольчуге появились радужные разводы, тающие прямо на моих глазах? Интересно. Похоже, она как‑то сумела нейтрализовать смертоносные удары, причём совершенно незаметно для меня самого, но и для неё это не прошло бесследно, судя по изменению цвета некоторых колец. Значит, много мощных ударов подряд ей не отразить. Запомню на будущее, вдруг опять пригодится этот «последний шанс» в магическом бою. Теперь осталось ещё одно срочное дело, о котором чуть не забыл.

— Марина, только не вздумай последовать за мной при любом раскладе! — как это ни странно, радиосвязь была, хоть и с периодическим пропаданием сигнала из‑за сильных помех.

— Хорошо ты так быстро вышел на связь, — сразу ответила она на мой вызов, — когда в ущелье загрохотало и захлопало, я чуть было за тобой не сорвалась. Знаешь, какое там сильное эхо? Как будто артиллерийский обстрел с той стороны прошел. Решила подождать, пока всё затихнет и только тогда лететь искать твоё тело. Ты остановил меня уже в воздухе!

— Фух, — тихо выдохнул в сторону. — Накопители полностью опустели, меня не жди, возвращайся в город, ты там сейчас нужнее будешь. Мой мотоцикл брось у входа в ущелье, никто его тут не найдёт. Как только выберусь отсюда — сразу дам знать.

— Я тебя… — пришел ответ большей частью потонувший во всплеске помех, после чего связь пропала совсем.

Да, теперь бы ещё придумать, как пройти это ущелье в обратную сторону. Второй раз может так сильно и не повезти. Накопители амулетной конструкции я за пару дней полностью заряжу, это Ведьме специально сказал про лишнюю пару недель, мои магические силы сейчас гораздо больше. Но всё равно о пролёте по заминированному пространству лучше не думать. Попытаться забраться на скалы ещё выше, и пройти где‑то там? Благо дикая сила гор на меня теперь, похоже, уже не действует. Вполне реальный вариант, им и воспользуюсь, если не обнаружу какого‑либо другого выхода. А теперь пора узнать — что тут так старательно прятали алхимики.


За узким ущельем, начинавшимся сразу за озером, раскинулась большая вытянутая в длину долина. Горы резко расступались в стороны, образуя приличный почти замкнутый ото всего прочего мир. Если прятать что‑либо особенное — здесь практически идеальное место. И разгадка тайны алхимиков оказалась очень проста. Именно тут создавались и воспитывались боевые звери, ряды хорошо сохранившихся клеток и больших вольеров, кормушки, весьма специфические хозяйственные постройки — всё говорили именно об этом. Но сейчас клетки и вольеры пустовали, постройки тоже давно никто из людей не посещал, ветер успел натащить кучи растительного мусора под когда‑то давно закрытые двери. Ещё здесь был расположен питомник необычных плодовых деревьев. Я смог определить только несколько разновидностей яблонь с сильно необычными плодами и ещё нечто, напоминающее лимон, остальное просто отмечал на будущее, не решаясь попробовать висевшие на ветках зрелые плоды. Как и у большинства растений в этом мире, где царит вечное лето, здесь на одном дереве можно встретить и только раскрывающиеся цветы и уже давно созревшие плоды, которые почему‑то не падают сами собой на землю. Всё это громко кричит об искусственном происхождении этих растений, удерживающих свои плоды в ожидании того, кто их у него напрямую попросит. И всё же у «клубничного дерева» я не удержался от соблазна. Хотя на саму клубнику его плоды были похожи только внешне, отличаясь от неё по вкусу и наличию внутри крупной косточки. Многое в этом мире было тождественно Земле, вот только клубники пока не встречал. Неизвестный мне маг–ботаник решил исправить это недоразумение и создал растение с заданным внешним видом плодов по чьему‑то особому заказу.

Уже ближе к ночи удалось почти пройти долину до конца и обнаружить небольшой двухэтажный дом, от которого сразу повеяло чем‑то родным. Ибо он не походил на большинство других домов, которые строят в этом мире, такие скорее ещё можно встретить в нашем мире, к примеру, старые государственные дачи советских чиновников, или тогдашней допущенной к власти творческой интеллигенции. Относительная скромность и простота, отсутствие видимой роскоши, и, тем не менее, очень притягательно для взгляда. Дверь не имела замка и легко открылась, когда убрал нанесённый на крыльцо мусор. Внутри тоже было до удивления знакомо, приходилось мне когда‑то бывать на подобных дачах. Даже не став осматривать первый этаж, сразу поднялся по лестнице на второй. Здесь обязательно должен иметься рабочий кабинет, если меня не обманывают чувства. Так и есть — вот она, комната с массивным столом напротив большого окна, несколько стульев и жесткое деревянное кресло. Пустые шкафы для бумаг со стёклами в деревянных створках, а сзади кресла сереет что‑то знакомое… — да это же сейф! Обыкновенный старый советский сейф, ключ от которого мной был найден в «чёрном пятне» на дне одного озера в строительном фургоне. Сверху сейфа стоит ваза с давно засохшими цветами, а под ней пожелтевший от времени бумажный лист.

«Приветствую тебя ещё раз, идущий по моим следам», — написано от руки, и почерк уже знакомый по первой найденной записке. — «Не пытайся перемещать и тем более вскрывать сейф с помощью любой силы. Если ты до сих пор не нашел ключа и кода замка — поищи их в одном из мест, через которые такие как мы попадаем сюда — это станет тестом на твою сообразительность. Недостойного же, пожелавшего добраться до моих личных секретов, ждёт особенный подарок примерно в двести пятьдесят килотонн, догадайся чего сам».

Подпись:

«Семён Авдеевич Бобров, 29 ноября 1961 года по земному летоисчислению».

Приписка ниже:

«Опять чуть не забыл. Раз уж ты сюда добрался, то наверняка нашел способ, как обойти наши минные поля. Возможно, даже свой радио отклик «свой/чужой» сумел создать. Впрочем, я совсем не уверен, что ты окажешься прямо как я большой докой в высшей математике, потому положу в вазу над запиской ключ–установщик. Если потребуется — формулу отклика сам из него легко вытащишь, там нет многослойной защиты. Заодно снимешь мины, если посчитаешь, что они больше не нужны».

Вот и всё, очередной кирпичик знаний встал на своё место. И как же сам не догадался о механизмах действия ловушек? Сколько же пытался разобраться в действии управляющего блока, а проверить его радио сканером не удосужился. Ведь были сильные подозрения, ловились непонятные сигналы, отбрасываемые в сторону как банальные помехи. А оно вот как получается. Вытряхнув засохшие цветы из вазы, достал оттуда маленькую плоскую коробочку с несколькими индикаторами, расположенными в два ряда, один из которых слабо светился зелёным цветом, и четырьмя кнопками ниже с надписями — «Активация», «Деактивация», «Указание» и «Проверка доступа». Нажав кнопку «Проверка доступа», зажег ещё один зелёный индикатор, который пару раз мигнул и снова погас. Ладно, завтра утром пойду разбираться с этими «игрушками», здесь пока делать абсолютно нечего, ключа к сейфу всё равно с собой нет. Спустился на первый этаж, где нашел удобную кресло–качалку, в котором решил скоротать долгую ночь. После всех дневных приключений стоило попробовать немного поспать, пусть даже и не сильно хочется.


— Пока не подходи близко к городу, в его окрестностях слишком много посторонних, которые вряд ли захотят с тобой дружить, — услышал ответ Марины по радио, когда связался с ней.

Имея ключ от минного поля, выбраться из горной долины оказалось совсем просто. В расщелине между камней видел многочисленные обломки человеческих костей и черепов, над которыми хорошо поработали зубы зверей. То ли во время войны с алхимиками сюда попытались загнать «бригаду разминирования» то ли особенно алчные искатели решили пробраться в это заповедное место — теперь уже не узнать. Отключать ловушки не решился, пусть и дальше стоят на страже, пока всё не закончится.

Пригороды ставшим родным города действительно оказались полны вражеских отрядов. Преимущественно это были бойцы авторитетов из других городов, но среди них попадались гвардейцы. Действовали отряды весьма грамотно — не разбиваясь на мелкие группы, они под прикрытием магов надёжно заблокировали все городские ворота и ближайшие подступы к ним. Теперь блокада Юмаю стала полноценной, проникнуть в него и выбраться наружу теперь можно только с боем или пользуясь тайными ходами. Спрятав мотоцикл, постарался незаметно провести разведку, но непонятным образом был обнаружен, и за мной увязался поисковый отряд с дюжиной боевых буси. Несмотря на свою многочисленность и немалый опыт те быстро потеряли мои следы, стоило лишь спрятаться в лес. Напрягло именно непонятное обнаружение, я ведь постарался использовать свои способности по максимуму. Чувства постороннего внимания совершенно не ощущалось, но, тем не менее, о моём местоположении вражеские маги как‑то узнавали. Ради проверки снова приблизился к вражеским отрядам, и опять за мной увязалась погоня. Обнаруженный расклад вызывал у меня серьёзную озабоченность, потому следовало как можно скорее обсудить его со своими магами, возможно, они что‑то знают. Обойдя дальним кругом по лесу всех замеченных врагов, подобрал свой мотоцикл, и также кружным путём пробрался к входу в подземный ход. Рядом с ним никого не нашлось, потому вскоре я был уже дома.

— Наконец‑то ты вернулся! — Марина повисла на моей шее, плотно прижимаясь всем телом.

Возбуждённая Ведьма первой успела встретить меня, едва я выбрался из подземного хода, на пару минут опередив всех остальных, пожелавших пообщаться. Несмотря на резкое обострение боевых действий, в особняке было подозрительно много народу.

— Чего столпились, дайте пройти! — громко рявкнул на собравшихся в проходе людей. — И объясните, почему вы все тут, а не у городских стен, — обратился к своим гвардейцам, молчаливо стоящим позади всех остальных.

— Есть некоторое опасение на предмет очередного бунта в городе, — пояснил Магистр Дан, оказавшийся рядом со мной. — Каратели пообещали пощаду всем прочим жителям города, если они выдадут им всех нас или же просто уничтожат до начала штурма.

— И как, много ли желающих спасти свою шкуру за счёт нашей? — с улыбкой на губах спросил его.

— Хватает, авторитет Вит, — Магистр тоже улыбнулся в ответ. — Только ты ведь хорошо знаешь, как мы сейчас работаем, на стройках только добавляется новых работников.

Наконец‑то мне дали возможность выбраться из подвала и подняться в свои апартаменты. После дневной беготни сильно хотелось скинуть с себя пропитавшуюся потом одежду и облиться холодной водой. Марина попыталась воспользоваться ситуацией и утянуть в свою кровать под ветвями изрядно подросшего дерева–стража, однако мне удалось вовремя распознать её намерение и улизнуть в командный центр, где уже собрались все отвечающие за оборону города лица.

— … потому на сегодняшний момент мы можем ничего не предпринимать и подождать, пока они растратят свои запасы провизии, — закончил свой доклад бывший капитан гвардии, а ныне мой главнокомандующий оперативными силами.

— Ты полностью уверен, что новые караваны к ним не дойдут? — переспросил его я.

— Естественно! — широко улыбнулся он. Если самим карателям сейчас достаётся едва четверть от их насущных потребностей, что тогда можно говорить про всех остальных? Авторитетам и их людям каратели пообещали отдать на разграбление наши склады. Голода среди них пока нет, но через три дня их запасы полностью иссякнут и тогда им ничего не останется, как идти на приступ, к которому мы полностью готовы.

— Я бы не стал так уверенно заявлять, — в разговор снова вступил до этого молча наблюдавший Магистр Дан. — По полученным моими людьми сведениям, когда войска авторитетов пойдут на штурм, каратели не станут терпеливо дожидаться, чем дело закончится. По их плану местные силы должны лишь отвлечь нас и расчистить им дорогу. При подобном варианте атаки стены нам точно не удержать, просто не хватит стрелков, но шанс удачно отбиться есть. Однако предварительные расчеты показывают неизбежность городских боёв больших потерь с нашей стороны. Потому исходный план я считаю изначально неудачным и предлагаю свой.

Дан действительно неплохо проработал своё предложение, в котором нашим силам предлагалось первыми ударить по отрядам противника, начиная с завтрашнего утра. Тем ещё требовался целый день для подготовки к штурму, плюс такой наглости с нашей стороны никто не ждёт. Прежде мы действовали малыми диверсионными группами, к появлению которых противник неплохо подготовился. Во–первых, вражеские отряды имеют хорошее охранение и какую‑то новую совершенно неизвестную систему обнаружения любых невидимок. Опытным путём было установлено — она имеет ограниченный радиус, потому‑то посланные за мной ловчие отряды быстро теряли след, едва я выходил за некую невидимую границу. Во–вторых, противники оценили наше дальнобойное оружие, и постарались сильно уменьшить его преимущество, расположившись в лесу и избегая открытых мест. На близком же расстоянии арбалеты по–прежнему остаются эффективны, несмотря на хорошую броню наших людей. В–третьих, наши разведчики обнаружили ещё одну хитрость, предназначенную для отражения ментальных атак. Вражеское командование тщательно проанализировало предыдущие столкновения и грамотно рассредоточило людей. Теперь их группы не так просто накрыть одним мощным ударом, при их атаке нам придётся разделять свои силы. Такая тактика привела бы противника к однозначному проигрышу, будь наша численность хотя бы вдвое больше, но против имеющегося в строю числа подготовленных бойцов и магов она казалась просто идеальной. Вариант послать в бой плохо обученное городское ополчение нами даже не рассматривался. Если на городских стенах и улицах от него будет какой‑то толк, то за стенами их быстро раскатают в плоский блин. Но наш главный шпион, пардон — разведчик, придумал незамысловатую комбинацию, в которой главная роль отводится мне и Марине. Противостоящие нам сейчас боевые отряды имеют одну серьёзную уязвимость. Люди авторитетов дали последним основные огненные клятвы верности, а командующие ими сейчас каратели довольствуются вторичными. Если нам удастся захватить тех авторитетов живьём, то вся система управления войском противника рухнет. В крайнем случае, тех авторитетов стоит устранить, это даст нам некоторое время. Вторичные клятвы не такие стойкие, и уже не позволят карателям гнать людей на убой впереди себя, без дополнительного переподчинения. И это тоже не так просто, далеко не все его пройдут, сумев вовремя дезертировать или сдаться нам в плен. Именно потому каратели сами ещё не убили авторитетов. Но и нам захватить их в плен весьма непросто. Авторитеты не идут со своими людьми в бой, каратели их будут держать в задних рядах, а сейчас они вообще ещё не покинули город Лесс. За день до начала штурма они должны быть доставлены ближе к своим людям, иначе упадёт стойкость клятвы верности в кровавой мясорубке. Именно этим моментом Магистр Дан и предлагал воспользоваться, подловив отряды карателей, которые станут конвоировать авторитетов, благо далеко не вся территория между городами покрывается неизвестной системой обнаружения противника. Сейчас его люди активно искали некий артефакт древних, который, как предполагается, и обеспечивал наших противников информацией о местонахождении невидимок. Когда я пытался провести разведку, то совершенно напрасно задействовал амулет невидимости. На них та система обнаружения и реагировала, как и на любые попытки размыть своей силой постороннее внимание. Простых же людей вражеские маги находили как обычно, но не так активно реагировали на их присутствие, как на потенциальных шпионов и диверсантов. Благодаря этой информации наши маги могли вполне уверенно следить за отрядами противника в ближайших от города окрестностях.

В общем, Дан предложил мне и Марине тайно выдвинуться к городу Лесс, где вместе с другими отрядами быстрого реагирования дождаться выдвижения конвойного отряда, после чего дерзко напасть на него. Захватив или уничтожив авторитетов быстро вернуться обратно и готовиться к отражению штурма города. Если наша акция окажется успешной, то командование противника, скорее всего, откажется от штурма ещё на несколько дней, за которые наши боевые группы смогут изрядно проредить отряды авторитетов, которые не станут оказывать сильного сопротивления. Этот план показался всем присутствующим на совещании гораздо более интересным, чем предложение сидеть за стенами города и ждать неизбежной атаки. Детально проговорив детали предстоящей операции, все разбежались готовиться. Нам с Ведьмой стоило провести парочку часов вместе, дабы немного порадовать друг друга и скинуть накопившееся за последние дни напряжение.